Текст книги "Поле боя – Пекин. Штурм Запретного города"

Автор книги: Георгий Савицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Речь капитана была встречена громогласными выкриками одобрения. Под началом еще нескольких командиров-уйгуров только недавно поступившие в часть рядовые-новобранцы ринулись к оружейным складам и в машинный парк.

Сопротивления им почти не оказывали. Только у здания Политуправления дивизии разгорелась ожесточенная перестрелка уйгуров с комиссарами-ханьцами. Последние прежде, чем погибнуть, все же успели вызвать по мощной рации подмогу…

* * *

На пути повстанцев встали подразделения Народной Вооруженной милиции. Рейд на Урумчи закончился, так толком и не начавшись. К мятежному военному городку были стянуты подразделения Народной Вооруженной милиции, боевые отряды Министерства государственной безопасности и Министерства общественной безопасности.

В отличие от полуобученных новобранцев, эти, по сути – карательные, подразделения были укомплектованы профессионалами и вооружены по последнему слову техники.

Едва только колонна устаревших танков «Тип-59» показалась из ворот военного городка, как по ним ударили противотанковые управляемые ракеты, гранатометы и реактивные пехотные огнеметы.

Головной танк полыхнул моментально. Массивную башню сорвало с погона мощной взрывной волной внутренней детонации. Такая же участь постигла и несколько других бронированных монстров, пока капитан Пак Чао и другие офицеры не догадались спрятать танки и бронемашины за стенами военного городка.

Наступило временное затишье, но верные правительству подразделения готовились довершить начатое.

Штурмовые группы спецназа, вооружались бесшумными 7,62-миллиметровыми пистолетами-пулеметами «Тип-85» и новейшими 9-миллиметровыми JS с глушителями, Снайперы с обычными винтовками «Тип-88» и крупнокалиберными «Тип-99» брали на прицел особо важные объекты: здание штаба, политуправление, склады, КПП.

Колесные броневики Народной Вооруженной милиции и рота приданных танков рычали двигателями, готовые сорваться в атаку.

Внезапно на позициях осаждающих раздалась серия взрывов. Несколько штурмовых групп спецназа Народной Вооруженной милиции разметало фонтанами огня и осколков. Задымились несколько подбитых броневиков.

Мятежники применили наиболее эффективное в этом случае оружие: минометы. Серия взрывов этих надежных и простых орудий стала для карательных отрядов, в прямом смысле – «громом среди ясного неба».

Тактическая инициатива была утеряна, но бойцы вооруженной милиции все же пошли на штурм. Завязалась кровопролитная бойня. Отряды китайского спецназа сил правопорядка действовали эффективно, и им почти удалось захватить здания штаба и политуправления. Но против оставшейся бронетехники, крупнокалиберных пулеметов, простых и надежных ДШКМ, высокопрофессиональные бойцы были бессильны.

«Даже храбрейшие из храбрых не могут сражаться выше собственных сил», – сказал один древнегреческий мудрец. Китайский спецназ не мог сражаться выше собственных сил и отступил.

– Ура! Мы победили! – раздались возгласы среди мятежных уйгуров.

– Погодите, мы еще не победили.

– Нужно прорываться на север, в Россию, – сказал кто-то из офицеров-мятежников.

– Да, Вы правы…

Диалог двух мятежных командиров был прерван, как оказалось – навсегда. Верные правительству полицейские силы не стали больше штурмовать военный городок Пятой армейской дивизии Синцзянского военного округа.

Но и допустить повторения событий 1962 года, когда часть Пятой дивизии уйгуров попросту дезертировала из Китайской армии и перешла через границу в СССР, было нельзя. Китай, как всегда в случаях мятежа, действовал жестко и даже жестоко.

На гарнизон мятежников обрушились тяжелые 300-миллиметровые ракеты комплексов залпового огня PCPJ A-100. Ураган разрывов накрыл склады, казармы, штаб, хозяйственные постройки, гаражи и ангары с техникой. Китайцы не пощадили никого, полностью уничтожив мятежную дивизию уйгуров. Но проблемы в общем плане это, естественно, не решило.

Глава 7

ПАДЕНИЕ «НЕБЕСНОГО ЧЕРТОГА»

Искорка цели сейчас находилась как раз над терминатором Земли – планетарной линией разделения дня и ночи. А потому была прекрасно видна экипажам двух краснозвездных «Язонов». Свет Солнца падал на нее и отражался, высвечивая на фоне ночной стороны планеты.

Но не только в оптическом диапазоне была заметна китайская боевая орбитальная станция «Тяньгун-4». После уничтожения четверки кораблей-перехватчиков «Шэньчжоу-7» на орбите поднялся форменный переполох. Оборонительные системы станции готовились к отражению атаки. Разворачивались ракетные и лазерные турели, от «ангарных» модулей станции отстыковывались оставшиеся боевые корабли и срочно брали курс на перехват «Язонов». Включались следящие системы. Разумеется, достижению абсолютной боевой готовности сопутствовала целая разноголосица радиокоманд, которая со скоростью 300 000 километров в секунду регистрировалась высокочувствительной пассивной аппаратурой слежения русских «Язонов». Кстати, именно для сохранения секретности связь между двумя русскими аэрокосмолетами обеспечивалась с помощью высококогерентных импульсных лазеров в телекодовом режиме: такая вот «лазерная морзянка», действующая к тому же на сравнительно небольшом удалении.

Сейчас «лазерная морзянка» донесла до двух экипажей «Язонов» их полную взаимную готовность к атаке.

В боевых отсеках космолетов «Язон» ракеты «Горгона» класса «космос-космос» загрузили в свои «электронные мозги» комбинированные образы цели и параметры ее движения.

– Штурман-оператор подготовку к старту завершил, – доложил Тарас Убийвовк. – Ракеты к бою готовы, параметры и образы цели в радиолокационном, тепловом, рентгеновском, оптическом радиодиапазонах введены в головки самонаведения.

– Вас понял, – ответил майор Артем Рахимов. – Пуск после старта ракет с ведущего космолета.

* * *

Два краснозвездных «Язона» выполнили обманный маневр: они снизились к самым верхним слоям атмосферы Земли, чтобы, отрикошетив от них, выйти на цель снизу. Это маскировало «Язоны» на фоне радиодиапазона и прочего электромагнитного излучения планеты.

Артем Рахимов, получив расчеты маневра от штурмана навигатора Игоря Савиных, отклонил ручку управления от себя, выполняя пикирование. Маневровые двигатели с подвижными блоками сопел своими импульсами отработали изменение траектории, и «Язон» послушно опустил свой острый хищный нос.

На всех троих космонавтов резко навалились перегрузки, ведь подобные резкие эволюции боевого аэрокосмического корабля не имели ничего общего с плавностью орбитальных маневров и их выверенностью до грамма тяги реактивных импульсов.

Сейчас пара «Язонов», развив максимальную мощность плазменных силовых установок, выполнила «нырок». Впереди их ждала опасная атмосфера родной планеты. Аэрокосмические корабли приближались к редкой пелене экзосферы Земли, которая после космического вакуума была для небесных тел, словно броня, под определенным, заранее рассчитанным углом.

«Чиркнув» по самому ее краю, «Язоны» взмыли вверх.

Теперь они поднимались в зенит, высшей точкой которой была китайская боевая станция «Тяеньгун-4». Зависший в космической пустоте впереди аэрокосмолет полковника Волкова выпустил ракеты класса «космос-космос» по китайской боевой орбитальной станции.

Артем Рахимов активировал нашлемный прицел: лицевая пластина гермошлема чуть помутнела, и на ней высветились условные метки положения объектов в ближнем космосе, а также перекрестье прицельной метки с секторной шкалой дальности и навигационными данными, скоростью и дальностью до цели.

«Рубеж атаки, пуск разрешен», – приятным женским голосом сообщил экипажу «Язона» речевой синтезатор бортового информационного комплекса «Нейромир».

– Тарас, запускай ракеты!

– Понял тебя, командир. Пуск произвел!

– Подтверждаю, ракеты пошли! – Артем Рахимов плавным движением ручки управления увел космический перехватчик с траектории встречного пуска китайских космических снарядов.

А разогнанные стартовыми электромагнитными катапультами русские ракеты неслись к цели, сияя яркими факелами реактивных двигателей. Против них были бесполезны всяческие «китайские хитрости» в виде антиракет-перехватчиков или батарей импульсных лазеров. Электромагнитные помехи тоже были нонсенсом, так как русские ракеты «космос-космос» класса «Горгона» имели мощный бортовой компьютер, который без труда вел логическую селекцию ложных целей и электронных помех. Кроме того, «Небесный чертог-4» в околоземном пространстве была самым большим объектом; Международная космическая станция находилась сейчас на другой стороне околоземной орбиты. Да и ракеты наводились на самый мощный источник электромагнитного излучения.

Им навстречу ударили огненные стрелы противоракет и слепящие разряды боевых лазеров. Однако система обороны имела, как оказалось, низкую эффективность. Особенно это касалось китайских импульсных лазеров, которые перегревались и взрывались.

Самой надежной системой перехвата были, собственно, китайские боевые космические корабли «Шэньчжоу-7». Они попытались сбить несущиеся к станции смертоносные снаряда залпами собственных противоракет. Но «Горгоны» выполняли маневры уклонения с запредельными для человека перегрузками, и соперничать с ними в этом хрупкому и мягкому организму было попросту невозможно.

Пара кораблей сыграла роль камикадзе, столкнувшись с русскими «гостинцами». Но и здесь суммарная сила взрыва обеспечила

А ракеты-перехватчики выполнили свою функцию слишком близко от защищаемой ими станции. В итоге, обломки и поражающие элементы от взрывов разлетались во все стороны, приобретя дополнительное, «пиротехническое» ускорение.

Первыми рассыпались алмазными осколками огромные панели солнечных батарей. Боевая космическая станция «Тяньгун-4» содрогнулась. Волчки двигателей коррекции попытались восстановить равновесие, но космическая махина обладала огромной массой и инерцией, такое сделать было очень сложно.

Медленно вращаясь, БКС стала заваливаться на бок по отношению к своему прежнему положению на орбите. И тут произошло прямое попадание сразу нескольких ракет в основные модули «Небесного чертога».

Ударной волны, за отсутствием атмосферы здесь не возникало, однако просто чудовищная кинетическая энергия поражающих элементов с лихвой компенсировало отсутствие фугасного эффекта. Они искромсали обшивку жилых модулей, а микрокумулятивные заряды жгли внутренности станции потоками направленного огня.

Пожар в невесомости – самое страшное, что может случиться в космосе. Даже взрывная декомпрессия не вызывает у космонавтов такого ужаса. Огонь вспыхивает сразу во всем замкнутом объеме отсека, и пока там есть кислород и то, чему гореть, клубы испепеляющего адского пламени продолжают свой страшный разгул. Длится это считаные секунды, однако за ничтожно короткое время температура в объятых страшным огнем отсеках достигает нескольких тысяч градусов.

Фонтаны пламени били наружу, в льдистую пустоту космоса, пока струи воздуха, вырываясь наружу из пробоин, создавали избыточное давление.

Некоторые ракеты попадали в стыковочные узлы космической станции, и тогда происходил локальный Армагеддон. Более всего это походило на ампутацию. Сферический переходный отсек с захватами космических причалов лопался огромным огненным пузырем. Пламя било из обрубков-модулей, пожирая атмосферу, внутри них все накалялось до вишневого свечения. Китайских военных «тайкунавтов» зажаривало заживо. При чем хуже приходилось тем, кто все же успел одеть скафандр. В этом случае активированная система жизнеобеспечения лишь продлевала агонию.

С другой стороны, в своих обгорелых скафандрах «тайкунавты» становятся похожими на рыбу, запеченную в фольге. Космические комбинезоны, хоть и могут противостоять жестким условиям Мирового вакуума, но выдерживать запредельные температуры, сравнимые с солнечным протуберанцем, все же не в силах.

Сблизившись с китайской боевой станцией еще на несколько тысяч километров, оба «Язона» ударили из двуствольных бортовых 45-миллиметровых электрокинетических пушек.

Для атмосферы дистанция их применения была запредельной, но в космосе активно-реактивные снаряды с пассивной тепловой коррекцией цели оставались смертоносными практически на любой дистанции. Разогнанные мощнейшим электромагнитным полем, они потом лишь доворачивали на цель – любой источник тепла.

Таковых в окрестностях станции, да и на ней самой наличествовало великое множество. Новые огненные цветки разрывов испещрили поверхность орбитальных модулей «Небесного чертога». Некоторые очереди электрокинетических снарядов были нацелены на боевые космические корабли «Шэньчжоу-7». Русские снаряды попросту искромсали их, превратив в пылающие обломки.

* * *

Стремительная атака русских боевых аэрокосмолетов длилась всего несколько минут. Оба «Язона», выполнив крутой, на грани допустимых перегрузок, разворот, на форсаже ушли прочь от разрушенной китайской боевой станции. Теперь их путь лежал на низкую орбиту – к точке входа в атмосферу Земли. Затем – снижение сквозь плотные слои и полет «по-самолетному» с посадкой на одном из обычных аэродромов юго-востока России.

А позади них рушился «Небесный чертог». Станция разваливалась. Деформированные ферменные конструкции, испещренные пробоинами несущие модули и разбитые стыковочные узлы уже не в силах были удержать вместе многотонную космическую «связку». Огромная конструкция разваливалась, словно карточный домик.

Громада «Небесного чертога» беспорядочно вращалась, снижаясь над поверхностью планеты. Многочисленные взрывы спровоцировали ее сход с геосинхронной орбиты, а массивные маховики-гиродины, отвечающие за ориентацию в пространстве, были разбиты. Так же, как и реактивные двигатели ориентации. Теперь вся «космическая связка валилась в атмосферу планеты. От нее уже отваливались куски искореженных взрывами пространственных ферм, осколки панелей солнечных батарей, сорванные тарелки параболических антенн связи и даже целые фрагменты разбитых модулей. Падая, они превращались в плотных слоях атмосферы в рукотворные метеоры, и ночное небо расцветилось искусственным дождем «падающих звезд».

Через несколько витков вокруг Земли и базовые модули – костяк станции войдут в плотные слои атмосферы и тогда уж на землю рухнут настоящие болиды по нескольку тонн весом!

Причем куда упадут обломки – было неизвестно, слитком уж непредсказуемой была траектория снижения обломков «Небесного дворца».

Над Северной и Южной Америкой, над Европой и Россией противовоздушные и противоракетные войска были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Представился сомнительный шанс проверить эффективность действия «Пэтриотов» и «Хоков», «Мистралей» и «Рапир», «Триумфов» и «Фаворитов» в действии.

* * *

Апокалиптический дождь из рукотворных «падающих звезд» шел над огромной территорией Земли. В том числе – и над Китаем.

Один из самых больших обломков «Небесного чертога», «Тяньгун-4», снижался сейчас над Пекином, превратившись в огненный болид. Он был не один, но почти всех его собратьев мощнейшая эшелонированная система ПВО китайской столицы разнесла на еще более мелкие фрагменты, а частично – даже испарила.

Но этот и еще несколько раскаленных трением об атмосферу кусков «Небесного чертога» миновали огненные частоколы ракет и светящиеся плети пушечных очередей зенитно-противоракетных систем. Обломки «Небесного дворца» обрушились на дворец земной – главную святыню Китая – «Запретный город», Императорский дворец.

Огромный пылающий болид пробил крышу одного из трех наиболее величественных павильонов дворца – Чжунхэдянь, Павильона Полной гармонии.Удар небесной силы был настолько мощным, что содрогнулось не только древнее строение, но и восьмиметровая мраморная платформа, на которой располагались все три основных Павильона Запретного города.

Во все стороны полетели пылающие обломки кровли, поддерживающие ее колонны, рушились со страшным грохотом. Руины жадно облизывали языки ненасытного пламени.

Со времени своего основания Пурпурный Запретный город – Цзыцзинчэн – горел неоднократно. Многие здания восстанавливались по нескольку раз. Но этот пылающий удар, обрушенный с Неба, многие из китайцев восприняли, как очень плохое, фатальное для всего Китая предзнаменование. Так ли это, станет известно уже в самое ближайшее время…

Глава 8

БРОНЯ «КОСМИЧЕСКОГО ДЕСАНТА»

Русским бойцам Воздушно-десантных Войск теперь предстояло стать и первыми в мире космическими десантниками.

Для начала из Рязани они перелетели в Центр подготовки космонавтов в знаменитый Звездный городок. Слухи среди братства «крылатой пехоты» ходили самые разные – что их чуть ли ни на Луну отправляют.

Реальность оказалась гораздо прозаичнее: врачи, нескончаемые медкомиссии. Потом – силовые тренировки, но не обычные, а с уймой датчиков на теле. От токопроводящего геля, которым смазывают участки кожи вместе крепления «липучек» – постоянный зуд.

Дальше – больше. Бассейн гидроневесомости, где космонавты в громоздких скафандрах обычно проводят тренировки по выходу в космос и работе с внешними узлами космической станции.

Но наставниками десантников в подводных тренировках были не только и не столько космонавты, сколько их «коллеги» – спецназ разведки морской пехоты, боевые пловцы.

Десантники сначала удивились даже, но все стало ясно после первого же тренировочного «заплыва». Рукопашный бой в невесомости, к которому готовились будущие русские «космодесантники» сродни бою под водой, в котором «дельфины» из морского спецназа не одного «морского котика» съели. Так что они отрабатывали сначала общую технику и тактику рукопашной схватки в гидроневесомости. Сначала в обычных гидрокостюмах – «налегке», так сказать, а потом уже и в настоящих космических скафандрах.

* * *

Кстати, скафандры у космической пехоты были тоже не совсем обычные – боевые. Впервые была применена схема полностью жесткого космического костюма с усиленными суставными сочленениями. В скафандр «Боевой орлан» были встроены также элементы силовой мышечной разгрузки, попросту – экзоскелет, и реактивная прыжковая система.

Экзоскелет служил не только для увеличения силы и выносливости «космических бойцов». Гораздо важнее была возможность быстрой адаптации к ускорению и изменению гравитации при десантировании из космоса или полету по сложному профилю в невесомости.

Реактивная прыжковая система – портативный «реактивный ранец» позволял космическому десантнику маневрировать на внешних поверхностях космических станций и других объектов, в открытом космосе, а также при десантировании или перемещении на поле боя.

Выжить на поле боя как космическом, так и вполне земном позволяли и новые коллоидные броневые элементы, встроенные в скафандр. Попадая в пулестойкий коллоидный гель, пуля сама уплотняла вещество, прямо пропорционально своей скорости и кинетической энергии. Коллоидный гель передавал эту энергию равномерно по всему объему, и таким образом снижался запреградный эффект поражения.

Отдельного внимания заслуживает тактический гермошлем десантного скафандра. Он оснащен прицелом, телевизионной и инфракрасной камерами, мощным прожектором и радиостанцией.

Но как же в нем можно целиться? Ведь в космическом вакууме не поднесешь винтовку к лицу, не прищуришь глаз – на пути прозрачной преградой встает изогнутое стекло гермошлема. Отслеживать перемещение глазного яблока и направление взгляда можно, но слишком уж это сложно и громоздко. Русские ученые нашли более простое и эффективное решение: теперь космический десантник видел поле боя «глазами» собственного автомата.

К оптико-электронному прицелу подсоединили оптоволоконный кабель. В рукоятке оружия и на внутренней поверхности перчатки сделали специальный разъем. Теперь световой кабель шел в рукаве скафандра вверх, к шлему, и там проецировался на небольшой жидкокристаллической линзе, встроенной в лицевую пластину гермошлема. Изображение прицельной метки получалось таким же простым, как и в компьютерной «стрелялке». Кстати сказать подобные гибриды оптико-электронного прицела, светового кабеля и нашлемного визира использовались для стрельбы из-за угла. В частности, ими оснащался израильский спецназ для боев в городе. Прицельный модуль мог крепиться к любому оружию.

* * *

Учения с использованием космической брони и вооружения проводились, естественно, уже не в гидробассейне, а непосредственно – в космосе. На борту универсального десантного аэрокосмического корабля «Буран».

Восемь закованных в боевые космические доспехи фигур сидели в полумраке грузового отсека. Сидели молча, экономя дыхательную смесь. Да и говорить ни о чем не хотелось, хотя нервное возбуждение овладело всеми. Еще бы – первый выход в Открытый Космос!

Лейтенант Иван Котельников сидел вместе со всеми, держась за опущенную сверху кресла страховочную раму. В углу поля зрения на лицевом забрале гермошлема высвечивались цифры контрольного времени. Страх боролся в душе десантника с интересом. Одно дело, когда ты видишь космос в иллюминатор десантного аэрокосмолета, и совсем другое – окунуться в него с головой!

Переходной отсек в кабину экипажа был загерметизирован. Вскоре зажглось сигнальное табло. В наушниках прозвучала команда: «Приготовиться»! А потом массивные створки грузового отсека «на спине» «Бурана» раскрылись!

В проем люка острым неземным взглядом заглянули звезды. А потом страховочные Луги поднялись, и космические десантники «всплыли» в грузовом отсеке русского боевого десантного аэрокосмолета.

Ощущение было новым, пугающим и необычным. Острые лучи звезд проникали, казалось, прямо в сердце иглами ледяного света. Только тут, в Открытом Космосе, все понимали, насколько ничтожной песчинкой на черном бархате Вселенной была наша родная планета. И насколько велик человеческий разум.

Вооружившись динамореактивными ружьями, космические десантники расстреливали блестящие шары из тонкой алюминиевой фольги. Космические десантники на практике осваивали непростое искусство стрельбы в невесомости. Здесь не могло быть поправок на прицеливание из-за возмущений атмосферы, но и дальность до цели визуально не определить из-за отсутствия все той же газовой оболочки, окутывающей планету. Кроме того, на больших дальностях сказывалось воздействие гравитационных полей даже небесных тел с малой массой покоя.

Ну, что ж, как говорится, «тяжело в учении – легко в бою»! Эта суворовская пословица была актуальна и для солдат космической эры.

Глава 9

«ПРИВЕТ ОТ «КИТАЙСКИХ ТОВАРИЩЕЙ»

После очередного боя с китайскими танками на подступах к Пекину прошло уже около недели. Рекордный срок бездействия китайской армии. В военном городке на окраине Чжанъе танкисты чинили свои бронированные машины, готовили их к новым боям.

Но внезапно весь полк был поднят по тревоге ночью.

Гвардии полковник Олег Демин привычно плюхнулся в кресло своей командной БМПТ-2К, растирая ладонями красные от недосыпания глаза.

– Механик, заводи машину, – приказал он по ТПУ ^[8].

– Есть, товарищ гвардии полковник.

Демин тяжело вздохнул: не нравились ему эти внезапные марш-броски заполночь, да еще и в неизвестном направлении. Поступил приказ: выдвигаться по указанному маршруту и ждать дальнейших указаний.

Головная БМПТ-2К скрежетнула стальными траками, выпустила сизый клуб выхлопа и пошла в ночь и неизвестность. А вслед за ней – и вся полковая колонна, все пятьдесят четыре боевые машины поддержки танков первой и второй модификации.

Вскоре над колонной бронетехники завис вертолет, легкий Ми-34. Вертолет с прозрачным обтекаемым «пузырем» четырехместной кабины мигнул трижды мощной посадочной фарой.

– Что там? – спросил гвардии полковник Олег Демин у наводчика-оператора.

– «Стрекоза» фарой светит, – ответил гвардии старший сержант Михаил Воронов.

– Колонна, стой! Боевому охранению – выдвинуться на угрожаемые участки.

Бронетанковая стальная сколопендра скрежетнула траками и замерла. Вперед выдвинулись легкие бронеавтомобили СПМ-2 «Тигр» и «Дозор».

Олег Демин открыл массивную бронированную крышку люка и выбрался на броню. Грохнув ботинками по стальной поверхности и аккуратным квадратам блоков динамической защиты, Демин спрыгнул на сухую, словно бетон, землю.

Стальная стрекоза приземлилась на «пятачок» неподалеку. Вертолет и действительно напоминал насекомое. Но насекомое хищное: по бокам прозрачной кабины были установлены панели бронезащиты, на пилонах – блоки НУРСов, а под кабиной поблескивало вороненое жало крупнокалиберного пулемета.

Открылась дверца кабины, пилот в белом шлеме с темными светофильтрами быстрым шагом пошел навстречу танкисту.

– Приказано передать секретный пакет.

– Есть!

Передав приказ, вертолетчик вернулся к аппарату, и вскоре Ми-34 взлетел.

Колонна бронетехники пошла по новому маршруту. Но внезапно передовая разведывательно-дозорная машина полыхнула ярким пламенем взрыва.

– Твою м-мать! – выругался гвардии полковник. – Рассредоточиться! Мотострелкам прикрытия – выдвинуться на позиции.

Олег Демин уже засек, откуда велся огонь: поросшая кустарником и редколесьем гряда холмов в полукилометре от дороги была идеальным местом для засады.

– Поставить дымовую завесу, БМПТ – огонь по холмам!

– Выполняю!

Все же опыт боевых действий – бесценен. Танкисты развернули БМПТ клином и открыли огонь. Внутри клиновидного построения под защитой тотально бронированных боков боевых машин поддержки танков прятались относительно слабо забронированные БМП и БТР. На флангах вели огонь мотострелки. Вал снарядов и пуль обрушился на многострадальные холмы. Вверх взметнулись тучи дыма и фонтаны земли. Сквозь них пробивались вспышки разрывов. Бронетехника колошматила холмы уже добрых полминуты, как от командира экипажа БМПТ-1 на левом фланге пришло вдруг неожиданное сообщение по рации: я подбит, горю! В голосе гвардии лейтенанта было больше удивления, нежели тревоги.

Но гвардии полковник насторожился: была подбита машина, которая прикрывала фланг, а это значит, что противник гораздо ближе и заходит в атаку с другого бока.

– Развернуться, приготовиться к отражению атаки с тыла.

Команда гвардии полковника уже запоздала. С тыла по боевым машинам поддержки танков, БМП и БТРам ударили залпы гранатометов. Это были старенькие копии советских РПГ-7 и станковых СПГ-9 «Копье». На ближней дистанции они были смертельно опасны даже для БМПТ с их мощным бронированием.

Огненный град ударил по броневым листам боевых машин поддержки танков, сработали, прикрыв контрвзрывами, блоки активной динамической защиты.

– Маневрируй! Маневрируй!

Боевые машины поддержки танков постоянно двигались, ведя непрерывный огонь по китайской пехоте. Только высокая плотность огня сдерживала китайский натиск.

– Вот тебе и «привет от китайских товарищей»! – сквозь зубы процедил гвардии полковник Олег Демин. – «Семерка», обойди их с флангов! «Медведь-3», бей из гранатометов!

А китайцы все перли и перли, бросаясь на русскую бронетехнику уже и со связками гранат, и с бутылками с зажигательной смесью. Еще немного, и они точно перехватят инициативу – а тогда.

– «Медведи»! Залп – термобарическими ракетами!

– Вас понял!

На этот раз сверхточного наведения особо не требовалось. Огненные стрелы били в упор. По пехоте – объемно-детонирующими зарядами! Багрово-черные огненные пузыри лопались над головами китайских «миньбин» – ополченцев, рождая всепожирающее пламя и чудовищные ударные волны. А возникшие в результате объемно-детонирующих взрывов инфразвуковые волны останавливали сердце и рвали сосуды у тех немногих, кто еще не сгорел заживо.

И только применение такого тотального и страшного оружия заставило остатки китайского ополчения отступить.

Глава 10

АЭРОКОСМИЧЕСКАЯ БОМБАРДИРОВКА

Первый успех в уничтожении китайской боевой орбитальной станции, в прямом смысле слова – окрылил командование Аэрокосмических Сил. Новый опыт боевого применения скрупулезно изучался. И офицеры боевого управления АКС тут же приступили к планированию новых воздушно-космических операций.

А на аэродроме Энгельс, превращенном в стартово-посадочную базу аэрокосмических боевых комплексов, развернули полностью укомплектованную эскадрилью боевых аэрокосмолетов «Язон» вместе с носителями – сверхтяжелыми транспортными самолетами Ан-225 «Мрия» и новейшими, только что сошедшими со стапелей Воронежского авиазавода супертяжеловесами «Геркулес».

Новые небесные гиганты походили на своеобразные «воздушные катамараны». У них было два фюзеляжа, соединенных широкими и мощными крыльями с шестью турбореактивными двигателями на пилонах. В носовой части располагалось дополнительное переднее горизонтальное оперение. Хвостовое оперение напоминало то, которое было установлено на «Мрии»: широкая горизонтальная балка, оканчивающаяся огромными хвостовыми шайбами.

«Геракл» полностью оправдывал свое название: он имел максимальную взлетную массу в тысячу тонн, а размах его могучих крыльев достигал ста двадцати метров!

Но даже размеры не были самым главным чудом этого суперлайнера. Его восемь турбин потребляли не дорогущий керосин, а дешевое криотопливо – природный газ! Стоил он копейки, а экономии давал – на миллионы!

Эксперименты с использованием водорода или сжиженного природного газа велись еще в СССР на летающей лаборатории Ту-155. Один из трех двигателей на обычном керосине заменили экспериментальной силовой установкой на сжиженном природном газе.

Тогда Ту-155 произвел настоящий фурор во всем мире, зарубежные авиационные журналы в один голос твердили одно: «Советский Союз обошел Запад в подобных технологиях лет на двадцать-тридцать вперед»!

При этом заправка газовым криотопливом была чуть ли ни проще обычной – керосином.

Потом, с развалом могучей страны уникальный самолет стал никому не нужен. Но все возвращается на круги своя. Вновь стал востребован и самолет-ветеран. Технологии криотоплива реализовались теперь на совершенно новом, прорывном уровне с использованием компьютерного моделирования и управления, высокопрочных и легких материалов и сплавов, нанотехнологий и физических принципов.

Один «Геракл» мог нести между фюзеляжами модуль воздушного старта, рассчитанный уже на два боевых аэрокосмолета «Язон». Пока что на первой в мире воздушно-космической авиабазе шла боевая учеба и подготовка аэрокосмических ударных комплексов к боевому применению. Но уже совсем скоро стаи «Язонов» и «мезосферных агрессоров» – «Аяксов» обрушат на Китай огненные стрелы своих неотразимых гиперзвуковых ракет.

* * *

– Поздравляю с первой победой в космосе, товарищи космолетчики! – начал свою речь на новой постановке боевой задачи командир 1-го Отдельно аэрокосмического ударного корпуса генерал-майор авиации Сергей Горчаков.