Текст книги "Чужое небо Энферна"
Автор книги: Гарм Видар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
8
– А этот-то откуда взялся? – растерянно спросил кентавр, переводя взгляд с невозмутимого О'Хары на демонстративно индифферентного Этуаля и вновь косясь на тело крупного мужчины лет сорока, распростертое ничком поперек входа в пещеру. – Он никак не мог проскочить мимо меня.
– А мальчишка? – мрачно спросил О'Хара, тоже косясь на тело.
– Но мальчишку я видел… Просто… он… пропал… куда-то, – пробормотал сержант Лар, неловко переступая своими четырьмя подкованными ногами.
– Мальчишка – пропал, этот – появился, – О'Хара с философским видом почесал нос и внимательно посмотрел вокруг. Если бы не печально знаменитая пещера, то плоскогорье Утраченных Иллюзий ничем особенно не выделялось среди аналогичных ничем не примечательных мест. – Почва тут отвратительная – каменистая: следов совершенно не видно.
– А может он того… состарился и помер, – вдруг задумчиво сказал Боа Этуаль, внимательно глядя себе под ноги.
– Кто помер? – затравленно спросил сержант Лар, чувствуя незаслуженную обиду за себя и неизвестного гипотетического покойника.
– Ну, этот, – невнятно уточнил Боа, – как его… мальчишка-венерианин. Состарился и помер. Только быстро-быстро! – и Этуаль опасливо кивнул в сторону тела, для наглядности подкатив глаза под лоб.
– Ну да, и выцвел при этом, – обидно усмехнулся кентавр.
О'Хара присел около лежащего человека на корточки, зачем-то принюхался и весело объявил:
– Мои надежды насчет тебя, Боа, явно превосходят все ожидания. Я, конечно, надеялся услышать нечто в этом роде – авось сгодится, поскольку разумные версии все равно пока не дают видимых результатов, но все-таки, там, где можно обойтись без излишних фантазий – лучше действовать в рамках здравого смысла.
– Можешь предложить свою версию, – обиделся Этуаль, – более разумную… вместе с рамками.
– Пожалуйста. Я не знаю как поживает ваш мальчишка венерианин, помер он там или нет, но этот-то тип отнюдь не помер. Он спит!!! Только, вот почему от него так разит духами?
– Как спит? – удивились одновременно и Боа и кентавр.
– Самым нахальным образом! – хмыкнул О'Хара. – И, пожалуй, я догадываюсь, кто это, собственно, такой…
9
– … это же натуральный… ЭНФЕРНЕЦ!!! – Шил от удивления перестал затыкать пяткой сток, и вода в бассейне начала стремительно убывать. Не обращая внимания на ухудшение комфортности, Шайен максимально увеличил звук и принялся внимательно следить за увлекательным разговором, происходящем все там же в удивительном и многогранном, а с виду простом и непритязательном, но как чаще всего и бывает – таком обманчивом, хотя, конечно, все еще, как и раньше – ДВЕСТИ СЕМНАДЦАТОМ номере.
10
– Чего тут догадываться, – пожал узкими плечами Боа Этуаль. – Ясно и так, что это – Юл Элбрайн.
О'Хара заинтересованно глянул на Этуаля, и у Боа, наверное, впервые в жизни от этого взгляда не возникло желание лечь и с головой укрыться одеялом, но желание просто лечь все же появилось. Боа сел.
– Классик! – одобрительно «хрюкнул» О'Хара.
– Я что, – вяло возразил Боа, – … литература… интеллектуальный тренинг…
– Ладно, – примирительно проворчал О'Хара. – Беру свои слова насчет литературы обратно. Но, в принципе, я изначально верил в тебя и твою… литературу. Ну, не то чтобы верил, а так – надеялся.
«Два немолодых уже мужика, а перед друг другом целые спектакли разыгрывают», – отстраненно подумал сержант Лар, на всякий случай положив одну руку на рукоять бластера и внимательно поглядывая в сторону спящего, мало ли что! Один из под носа уже улизнул, если и второй уйдет, то с ним – сержантом Ларом – О'Хара ностальгически в детство впадать не будет. В лучшем случае выставит из полиции, а сейчас на Фикусе приличную и хорошо оплачиваемую работу подыскать – это все равно, что пытаться на бегу подковать самого себя.
– Но как он сюда попал? – сержант Лар раздраженно фыркнул. – За мою смену здесь никого, кроме злосчастного мальчишки, не было!
– А вот мы сейчас об этом его самого спросим! – решительно сказал О'Хара и тряхнул Элбрайна за плечо. – Подъем, парень! Нас ждут великие дела.
– Подождут, – не открывая глаз игриво сказал «парень», сладко потянулся и перевернулся на бок спиной к О'Харе.
– Однако ты нахал, парень!
– Что вы, это я от волнения несколько развязен, – пробормотал Элбрайн и тут же перевернулся на другой бок. – Вы позволите узнать ваше имя?
– Юджин, – несколько растерянно буркнул О'Хара.
– Но это ведь мужское имя?
– Естественно, – начиная «закипать», рыкнул О'Хара.
– Почему естественно? – смиренно спросил Элбрайн, все еще не открывая глаз.
– Ну, знаешь!!! – взвился О'Хара.
Где-то за его спиной тоненько и противно хихикнул Боа Этуаль. Сержант Лар мужественно хранил индифферентно-служебное выражение лица.
Элбрайн открыл глаза и стал озираться по сторонам с явным недоумением:
– Как я сюда попал?
– Вот это я как раз и хотел у вас узнать, драгоценный мистер Элбрайн!!! – свирепо рявкнул О'Хара.
– И вы тоже знаете мое имя?
– Что значит «тоже»? – насторожился О'Хара.
– А как ваше имя? – попробовал уклониться от ответа Элбрайн.
– Вы это уже спрашивали.
– Ах, это вы – Юджин…
– Да, это я – Юджин! Юджин О'Хара, а кроме того, я следователь и поэтому буду рад услышать от вас, где же это вы пропадали все это время, черт бы вас всех побрал?!! – О'Хара с силой дернул себя за нос, что было признаком высшей степени раздражения.
«Я и сам бы хотел это знать», – Элбрайн задумчиво посмотрел на Боа Этуаля (но тот мог поклясться, что остался незамеченным), а потом перевел взгляд на кентавра и, чуть склонив голову набок, доверительно сообщил:
– Я не помню. Я был без сознания… кажется.
– Что, все трое суток? – участливо осведомился О'Хара, а кентавр только широко открыл рот, но потом, немного подумав, закрыл его обратно.
– Разве прошло трое суток? – не попался в ловушку Элбрайн. – А, кстати, куда подевался Шил, ну Шайен который?..
– Вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?
– А вы всегда задаете так много вопросов?
– Всегда! Вопросы – моя профессия.
– Как жаль, что ответы не мой профиль: мне так хотелось быть вам в чем-нибудь полезным.
– Хамишь, парниша?! – О'Хара опять мрачно дернул себя за нос.
«Оторвет!» – испуганно подумал Боа.
«Такой нос и не такое выдержит», – спокойно усмехнулся сержант Лар.
Что думал следователь О'Хара, свободно можно было прочесть на его мрачном, как мужской гардероб, лице. Думы эти ничего хорошего «читателям» не сулили.
А Юл Элбрайн подумал, что ему все просто приснилось, а может еще продолжает сниться и даже не просто, а как-то уж очень замысловато, запутанно и загадочно, но без сомнения жутко интригующе.
– Но все-таки я очень хотел бы знать, где сейчас находится Шил Шайен?
11
Шил Шайен лежал в бассейне, из которого совершенно вытекла вся вода, но беседа, происходящая в 217 номере, была столь увлекательна, что Шил пока даже ни разу не подумал, что же все-таки по этому поводу смог бы «выдать на-гора» его житейски умудренный папа.
– Конечно, я виноват, что упустил этого паршивца, – нудно гудел тем временем в 217-ом лысый здоровяк-венерианин, косясь в сторону постоянно эволюционирующего энфернца. – Но кто же мог знать… Я понимаю, что вы… Зато, после того, как мальчишка улизнул, мы действовали строго по вашим инструкциям…
– И согласно логике, – нехотя поддакнул андроид. – Да. И бластер тоже… Я не мог не предоставить его следователю: со мной было двое свидетелей – дендроидов. Они видели, как я изъял бластер.
"Проклятие, они беседуют с энфернцем, но тот, по-видимому, общается с ними на экстрасенсорном уровне. Приборчик-то придется модифицировать. Или все же использовать гравитационный сканер? Плюнуть на драгоценное пищеварение – пусть тошнит, но зато я смогу хоть как-то «слышать» то, что «говорит» наш дорогой энфернец.
Шил после секундного колебания вздохнул и восторженно воскликнул:
– Эх, прав был мой папа: альтруизм меня погубит!!! – а затем решительно включил гравитационный сканер, ну а сам в который раз подивился, как декодер так искусно подбирает цветовую гамму дешифруемой картинки, что она неудержимо начинает провоцировать рвотный рефлекс.
Впрочем, то, что происходило в 217 номере, было столь любопытно, что даже рефлексы у Шила отошли на второй план.
В том месте, где размещался причудливый организм энфернца, смутно вырисовалась зыбкая фигура, в которой почти без труда можно было опознать респектабельного доктора права. Информационный импульс, содержащий внушаемый облик Ор-Кар-Рау, индуцировал на гравитационном уровне искажения, которые при дешифровке почти полностью совпадали с визуально мнимым обликом адвоката.
Ор-Кар-Рау пошевелил пальцами, что в действительности означало очередную невообразимую трансформацию, с цвето– и свето– эффектами, и на одном из них блеснуло многогранное кольцо. И тут же пропало, но только во внушаемом облике адвоката. В действительности кольцо было на месте, его хорошо можно было рассмотреть, если хотя бы на мгновение отключить гравитационный сканер. Похоже, что кольцо, собственно, и было проектором внушаемого образа доктора права, а если принять во внимание истинные трансформации, происходящие с организмом энфернца, то можно было предположить, что у кольца есть и более сложные функции, связанные с манипуляцией пространством и, вполне вероятно, что не только с самим пространством, но и с его мерностью.
Ор-Кар-Рау снова пошевелил пальцами, словно пробуя воздух на ощупь, и с явным недовольством произнес:
– Но вы и впоследствии, несмотря на мои четкие инструкции, умудрились провалить все дело. Вот, например, вы, Ир Шир, так увлеклись пиротехникой, что прошляпили момент исчезновения Юла Элбрайна.
– Но меня должен был подстраховать этот… бракованный, – встрепенулся толстяк и закивал на безучастно уставившегося вдаль андроида.
– Сам ты бракованный, – вяло буркнул андроид. – Сколько раз можно повторять: я – модифицированный.
– Оба вы… одинаковые! – еле сдерживаясь, бросил Ор-Кар-Рау.
– Вам, конечно, виднее, – угрюмо проворчал толстяк.
– А зачем вы отпустили второго? – так же резко осведомился адвокат.
– Меня, опять же, попросил этот… модифицированный, – толстяк злорадно зыркнул на андроида и преданно уставился на Ор-Кар-Рау. (Видел бы он на самом деле, что из себя представляет тот, на которого он так усердно пялится.)
– Где же ваша хваленая логика? – раздраженно постучав пальцами по столу, саркастически ухмыляясь спросил Ор-Кар-Рау, в упор глядя на все еще безучастно взирающего в пространство андроида.
Очевидно, адвокат на мгновение утратил контроль над собой, и на одном из его пальцев вновь блеснуло кольцо, но тут же пропало (то есть визуально перестало быть доступным).
– Для успешной реализации вашего плана, этот второй вам все равно не был нужен, – андроид шевельнулся, еще сильнее склонил голову на бок и, явно смущаясь, добавил: – Я не хотел, чтобы с этим вторым были какие-либо неприятности…
– У нас или у него? – холодно спросил Ор-Кар-Рау.
– И у нас и у него, – твердо ответил андроид.
– Он что же, ваш родственник? – с усмешкой уточнил адвокат.
– В некотором роде, – невозмутимо парировал андроид.
– Может, даже ваш папа? – ужу явно издеваясь, рассмеялся доктор права, с которого как-то незаметно облетел весь внешний лоск, но, может, это просто гравитационный сканер скрадывал некоторые нюансы в дешифровке сложных эмоциональных оттенков.
– Почти, – спокойно кивнул андроид.
– То есть как?!!
– Шил Шайен, основной разработчик серии, к которой принадлежу и я.
– Боже мой, кого я вижу! Лопни мои глаза!!! Передо мной самый настоящий сентиментальный робот! – изумленно развел руками Ор-Кар-Рау, и вновь на одном из его извивающихся пальцев блеснуло кольцо.
– Я же говорил, что он дефективный! – подобострастно вставил толстяк.
– Я не робот, я – андроид. Но одно дело отказаться быть загнанным в некие условные рамки, не всегда коррелируемые со здравым смыслом, и совсем другое – вести войну со своим… создателем.
– Да вы у нас, милейший, я гляжу, самый настоящий философ! Здесь что, все философы? Почему тогда эта жалкая планетка носит столь дурацкое имя – Фикус? Окрестили бы уже как-нибудь пофилософичней, ну например, Апорея Зенона, или Экзистенциализм? А вы, Ир Шир?
– По мне пусть остается Фикусом, так проще и спокойней как-то…
– Я не об этом! Вы тоже философ?
– Избави бог! Но если для дела надо, я…
– Избави бог!!! – замахал руками Ор-Кар-Рау. – Этого добра и так уже предостаточно. Кому-то ведь надо и делом заниматься. Кстати, о деле! Если не вышло дважды, то уж в третий раз должно обязательно получиться…
– Если только опять не возникнут какие-нибудь непредвиденные обстоятельства.
– Ну-ну, Ир Шир, не превращайтесь в философа!
– Избави бог!!!
– Так вот, у нас в запасе есть этот второй – Шил Шайен. Используя его как наживку…
«Ах ты, чучело нестабильное!!!» – Шил от охватившего его возмущения заерзал в пустом бассейне, чуть не уронил очки, сбил настройку, на секунду совершенно ослеп, а когда опять настроил приемник, то в 217-ом произошли некоторые и, по-видимому, необратимые изменения общего спектра настроений.
Андроид стоял и смотрел, как Шилу показалось, прямо в глаза. Ир Шир держал в руках огромный импульсный лазер. Даже энфернец весь как-то ощетинился.
– Нас определено подслушивают, – андроид сделал шаг к окну и его изображение заслонило весь остальной интерьер. – Я уже давно чуял какие-то посторонние излучения!
«Пора сматывать удочки! А то вечно я с этим делом преступно медлю.» – Шил поспешно «отозвал» шпиона, снял ставшие ненужными теперь очки и только в этот момент обнаружил, что сидит в пустом бассейне и уже успел порядком продрогнуть. Ну, а холод и линька – это было два явления природы, которые Шил терпеть не мог с детства. Да, честно говоря, его папа тоже.
12
«Нет, и в самом деле интересно, померещилось мне все или не померещилось? Если померещилось, то прав был мальчишка-капитан, мне-таки пора на пенсию… Да нет же! Что это со мной?! Конечно не померещилось. Хотя… с другой стороны…» – Юл Элбрайн растерянно улыбнулся, но, поймав на себе заинтересованный взгляд О'Хары, попытался сосредоточиться, впрочем, без особой надежды на успех.
– У вас такой вид, словно вы проглотили будильник и теперь пытаетесь определить по нему, который сейчас час, – мрачно ухмыльнулся О'Хара, а Боа Этуаль в который уже раз позавидовал яркой системе образов, зарождающихся в глубинах мозга обыкновенного полицейского.
– Вы что-то сказали? – обезоруживающе переспросил Элбрайн. («Но если все-таки померещилось, то как я сюда попал? И где же действительно был эти трое суток?»)
О'Хара вздохнул и посмотрел на Боа, Этуаль пожал плечами и нехотя пробормотал:
– А может, он действительно… был без сознания.
«Да нет же! Я все отчетливо помню: и мальчишку, и… Только вот, что-то мне внушает смутное беспокойство. Если, конечно, весь эпизод все-таки считать реальным. Какая-то деталь, которая постоянно ускользает. Какая-то мелочь!..»
– Хотя, есть у меня одна нетривиальная гипотеза, – Боа внимательно посмотрел на Элбрайна, но тут же поспешно отвел глаза. – Причем гипотеза достаточно безумная, чтобы я о ней не стал рассказывать прямо сейчас, без дополнительной проверки, но вот достаточно ли она безумна для того, чтобы быть верной?
О'Хара снова вздохнул:
– Если судить по тому, насколько я тебя знаю, то она должна быть просто непогрешимой.
– Тогда нам придется обследовать пещеру! – неожиданно твердо сказал Боа Этуаль.
– Ты жаждешь особо острых ощущений? – удивился О'Хара.
– Я хочу тебе доказать, что, во-первых, специфика литературного ремесла имеет много общего с работой следователя: та же тщательная проработка характеров, с последующей реконструкцией возможных событий, а во-вторых…
«А чего хочу я?» – Элбрайн растерянно посмотрел на свои руки, словно на одной из них надеялся прочесть ответ на этот сакраментальный вопрос.
– Хорошо, – проворчал О'Хара, исподлобья глядя на Этуаля. – Я пойду тебе навстречу и докажу, что не только всякие литераторы способны на безумные идеи и поступки. Мы обследуем пещеру! Надеюсь, уважаемый мистер Элбрайн не откажется составить нам компанию, а то мало ли что, уж слишком в умопомрачительном совершенстве он владеет способностью исчезать неизвестно куда в самый неподходящий для этого момент.
– Да-да, конечно… («Особенно, если это хоть немного приблизит меня к разгадке… Развеет тревожащую неопределенность!»)
О'Хара окинул подозрительным взглядом безмятежное плоскогорье Утраченных Иллюзий и задумчиво прогнусавил:
– Ну, а сержант Лар подстрахует нашу маленькую безумную экспедицию, и в случае чего… Впрочем, я надеюсь, что до этого все же не дойдет.
– А Шил Шайен? – вдруг встрепенулся Юл Элбрайн, и взгляд его глаз стал наконец достаточно осмысленным.
– Что Шил Шайен? – раздраженно буркнул О'Хара. – Как раз ваш Шил-то находится сейчас в полной безопасности и вкушает не менее полный комфорт!
– Да уж, – виновато улыбнулся Боа. – Крокодил всегда умел извлекать из любой ситуации максимум благ для собственной персоны. Как и его папа, кстати!
13
А Шил Шайен, тем временем, босой, но одетый, с независимым видом стоял на карнизе, опоясывающем четвертый этаж фешенебельного Скорпион-отеля, и старался на глаз оценить расстояние до земли. К сожалению, до земли было далеко. Ботинки Шил держал в левой руке, а правой создавал иллюзию того, будто бы он пытается удержаться на узеньком карнизе, уцепившись когтями за шероховатую стену. Ботинки явно перевешивали, но природная бережливость, с детства культивируемая культом многомудрого папы, не позволяла с ними окончательно расстаться.
«Черт дернул меня сюда залезть!!! Все это до смешного напоминает историю про моего папу и его внутренний голос. Если эта, явно не святая троица, обыщет сейчас номер и, естественно, не найдя меня там, делегирует кого-нибудь осмотреть балкон… то ему останется только чихнуть в мою сторону. А когда я буду лететь вниз – внутренний голос, подсказавший мне сюда забраться, печально скажет, что был неправ. И мой папа, безусловно, будет с ним солидарен.»
– Здесь никого нет! – донесся из номера, который Шил столь поспешно вынужден был освободить, голос толстяка Ир Шира. – Я понимаю, что он не мог далеко уйти… Я понимаю, что не мог улететь… Но его здесь действительно нет! Эй, бракованный, глянь-ка одним глазом на балконе!
«Тю-тю, приехали! Уж от глаза андроида, даже одного, не укроешься… за собственными ботинками.» – Шил неловко переступил с ноги на ногу, покачнулся, и… ботинки, наконец, благополучно полетели вниз.
Именно в этот момент андроид выглянул на балкон, одновременно внизу гулко приземлились ботинки.
Андроид равнодушным взглядом скользнул вдоль карниза и, обернувшись в комнату хрипловато крикнул:
– Здесь тоже никого нет! А вот внизу что-то грохнуло… – и фигура андроида скрылась в проеме балконной двери.
Вскоре вслед за этим Шил услышал как хлопнула входная дверь: его номер опустел. Похоже, что преследователи пошли по ложному следу Шиловых ботинок.
«Но ведь андроид меня видел, это точно. Я же не энфернец!»
Но особенно философствовать времени не было.
«Как сказал бы мой папа, хорошо ориентирующийся в динамике социальных и межличностных отношений: чем серьезней конфликт, тем актуальней становится тема дальних странствий и хорошей физической подготовки. Короче, руки в ноги и бежать! Или наоборот?!! Черт всегда путаю.»
Шил подобрался по карнизу к своему балкону, скользнул в комнату и… ахнул:
– Вот это погром! Они что же, меня даже внутри подушек искали? А? Наверное, они решили, что раз я вышел ростом и лицом, то интеллект достался исключительно моему папе. Ребята определенно пытались отыскать следы моей шпионской деятельности!!! Ну, кто же сегодня станет разбрасываться дорогостоящим ценным электронным оборудованием?
Миролюбиво ворча, Шил выглянул в коридор. Похоже, что у него оставался шанс, но вот насколько он был реальным?
«Скорей всего, они меня ждут у дверей черного хода… Но мы туда не пойдем! Мой папа всегда говорил, что нетривиальность мышления – это семейная реликвия рода Шайенов, как и хвост, передаваемая по наследству. Правда, всегда добавлял при этом, что пока он жив, я на наследство могу не рассчитывать! Нет, а андроид каков?!! Все-таки в моих модификациях этой серии сокрыта жуткая сила!»
Шил спустился в вестибюль, независимо шлепая босыми ногами, прошествовал к выходу, распахнул двери на улицу и… сразу же понял, что нетривиальность мышления – это, к сожалению, не монополия рода Шайенов.
Прямо напротив входа, держа его – Шила, ботинки в руках, стоял и многообещающе улыбался Ор-Кар-Рау. Доктор права, на которого Шил взирал сейчас без дополнительных оптических приспособлений, выглядел вполне респектабельно. Его внушаемый облик в данную минуту говорил о том, что адвокат бесконечно рад этой внезапной встрече.
Чего нельзя было в полной мере сказать о Шиле Шайене.