Текст книги "С первого взгляда"
Автор книги: Галина Романова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Ух ты! Выноси все, что захочешь, называется? Украли что-нибудь?
– Нет.
– А убили одну Аллу?
– Да. Больше никто не пострадал.
– И у всех присутствующих железное алиби? – не унималась тетя, дымя ему прямо в лицо. – У вас в первую очередь, я угадала?
– Да. – Его уже корчило оттого, что она оказалась такой умной и проницательной, а от самого себя еще сильнее.
– Один Серж под подозрением? – Она задумчиво почесала переносицу. – Как удачно-то.
– Да, и еще тысяча человек, которые могли запросто пробраться в незапертый дом.
– Могли, – согласно кивнула она. – Или могла… Вы знаете, что Серж собирался жениться?
– Слышал что-то.
– И что почти накануне свадьбы ушел от невесты к Алке, тоже слышали?
– Да.
– А милиция не рассматривает такой версии, что Сержа никто не найдет… живым?
– О господи!!! – всплеснул руками Марин. – Ремень на шее Аллы был затянут с такой силой, что женские руки просто исключаются. Та женщина, девушка не могла с такой силой… И потом Сергей спортивного телосложения, его-то она как?
– Менты их, что ли, исключили? Женские руки? – Ее бесцветные губы скривились насмешливой ухмылкой. – Они придурки! Когда женщина кого-то так остро ненавидит, как ненавидела Аллу невеста Сергея, то силы у нее втрое больше.
И он тут же снова подумал о Владе.
Вот почему Сашка запретила ему думать о ней как о злодейке? Сначала ругала его за то, что он ее обидел. Еще переживала по этому поводу. Говорила, что нельзя обижать женщину, которая любит с такой силой и так давно. Потом вдруг резво встала на ее защиту. Только потому, что Влада решила помочь ему – непутевому, состряпав липовое алиби?
Так это алиби может и ее спасать, вот!
Мотив у нее для убийства был? Был и даже два!
Первый: избавиться от ненавистной соперницы. Второй: методом шантажа и преступного сговора с их общими друзьями женить на себе Марина. Одним ударом сразу двух зайцев.
Даже если она и не убивала Аллу и точно знает, что не убивал ее Марин, она станет молчать. Дрянь! Молчание ей выгодно.
А она ведь не могла не слышать, кто входил в комнату к его бывшей жене. Двери их спален рядом. Алла свою дверь запирала. Стало быть, тот, кто пришел ее убивать, сначала постучал. Правильно? Правильно. Он постучал. Алла должна была спросить: кто. Этот кто – ответил, кто он. И…
И снова получается, что Влада не могла не слышать и не узнать голос того, кто входил в соседнюю комнату. Если, конечно же, в самом деле это была не сама Влада или не он – Марин.
Но она станет молчать до победного, потому что молчание ей выгодно!
Глава 10
Адрес юридической конторы, где работал до исчезновения его ненавистный соперник, Антон еле выцарапал у Сашки. Та сопротивлялась до последнего. Сдалась, когда он пригрозил, что станет искать этот адрес через милицию.
– Идиот! – буркнула она с раздражением. – Сходи, сходи, узнай адрес, потом по адресу тому наведайся. А там вдруг еще один труп. Возле него тебя и сцапают.
– Чего это там трупу-то должно случиться? – не понял Антон, записывая под диктовку адрес и телефоны юридической конторы.
– Так в кино всегда бывает, – со вздохом пояснила Сашка. – Куда нога подозреваемого ни ступит, везде на труп натыкается. И оправдаться ему с каждым кадром все тяжелее и тяжелее. И зачем тебе все это, не пойму? Ох, беды твои тяжкие. Подъезжай уж, поеду с тобой.
Он обрадовался и покатил к Сашке. Размечтался, что после визита в контору они пообедают где-нибудь вместе. Все обсудят. Он поделится своими сведениями, которых, может, и незначительно, но прибавилось.
Что он узнал за эти полдня?
Первое – Алла нигде не работала и даже не подрабатывала. Заботу о ее содержании взял на себя Сергей. И это могло ему со временем надоесть, ведь так?
Второе – попасть в любую другую историю она могла запросто, поскольку взяла за правило «щупать» жизнь. Скорее даже ее изнанку. На чистый мир без пороков она смотреть устала. Ей нужно было грязное реалити.
Третье – телефонный номер странной дамы, у которой побывал в гостях Марин, Алла, возможно, дала Алене Снегиревой неспроста. Чего-то или кого-то она побаивалась. И это, скорее всего, было именно так, поскольку последнее время они с этой дамой не общались практически. И этот жест сухопарой дамой воспринят был как призыв о помощи.
«Что-то тут кроется. Не пойму еще, но точно что-то не то, – сказала ему напоследок она, так и не пожелав представиться. – Как намек какой-то. Если додумаюсь, может, и позвоню».
Он оставил ей свою визитку, попросив звонить в любое время суток, если она что-то вспомнит или до чего-то додумается.
– Так она вроде уже додумалась, обвинив невесту Сергея в двойном убийстве, – фыркнула Саша.
Он не выдержал и рассказал ей обо всем тут же, по дороге в юридическую контору.
– А видел кто эту невесту? Может, в ней росту метр с кепкой и веса сорок килограммов, – ворчала Саша. – Сонную пьяную Аллу она еще могла бы задушить, ладно. Делаем скидку на озлобленность. Но чтобы с Сержем справиться! Ей это не по зубам, уж извини. Ладно, приехали. Я иду с тобой, и не спорь!
Дела в юридической конторе, судя по богатой вывеске, интерьеру и тому, что им сразу же предложили кофе, процветали. Милая девушка в приемной улыбалась им приветливо до тех самых пор, пока Саша не попросила пригласить Сергея Савина. Улыбка растворилась сначала в растерянности, потом потонула в подозрительности, и наконец девушка показала норов, попросив их прийти в другой раз. Попросту она их выгоняла.
Марин, не любитель склок, тем более с женщинами, начал пятиться к дверям.
– Что значит в другой раз? – тут же повысила голос Саша и поправила под мышкой кожаную папку Антона, которую она для чего-то стянула с заднего сиденья его машины. – У нас к нему срочное дело.
– Его нет, – отчеканила девица и тут же уставилась в монитор, где наверняка висела в «Контактах».
– А когда будет?
– Я не знаю, – настырно сопела девушка, не поднимая на них глаз. – Придите позже.
– Слушайте, меня не надо футболить! – Саша швырнула папку на стол перед девицей, с грохотом пододвинула стул, нагло уселась, закинув ногу на ногу. – Я, между прочим, деньги ему заплатила. Немалые деньги! Он обещал помочь, и нате вам!.. Это как называется, по-вашему?
– Как? – с любопытством глянула на нее из-за монитора девица.
– Это называется шарашкина контора, а не юридическая. – Саша потыкала пальчиком в папку, в то место, где блестела новехонькая кнопочка. – Вот здесь материалы уголовного дела, и Савин взялся доказать невиновность человека, которому грозит десять лет тюрьмы. И взял знаете какие деньги?!
– Девушка, милая, – польстила Сашке девица, хотя та никак сейчас на девушку не тянула, выглядела с чего-то уставшей и измученной. – Я не знаю, где он. И никто не знает. Его уже и из милиции спрашивали. И… И вообще ходят слухи, что он в бегах.
– Да вы что??? – ахнула, неподдельно перепугавшись, Саша. – Он что, совершил преступление?
– Разное болтают, – неуверенно пожала плечами девушка. – Но уже приходили его клиенты. Вы не первые. И тоже возмущались. Мы, конечно, предлагаем варианты, но…
– Денег вернуть не можете, я правильно догадалась? – выдохнула Саша, поднимаясь.
– Совершенно верно. – Она виновато улыбнулась. – Если бы я могла вам чем-то помочь, поверьте, я с радостью.
– Верю… – будто бы рассеянно пробормотала Саша, направилась к двери, но тут же на полпути остановилась, нацелилась пальчиком девушке в лоб и произнесла: – А знаете, вы можете мне помочь.
– Да? Я с радостью, – ответила девушка, но без особой, правда, радости, все так же настороженно. Обещать ведь одно, делать – другое.
– Сергей должен был жениться не так давно. Слышали?
– Краем уха, – соврала девушка, покраснев до бровей. – Но что-то там у них не срослось. Кажется, они расстались.
Край ее уха слышал не так уж и мало.
– Да, да, это так. Но вот если бы вы мне сейчас достали номер телефона, а еще лучше адрес этой девушки, я была бы вам очень признательна.
И Сашка глянула на нее ясными честными глазами обманутой клиентки, уповающей хоть на что-нибудь, лишь бы уйти с деньгами.
– Думаете, она в курсе? – Нижняя губа девушки недоверчиво выпятилась, головка запрокинулась назад. Девушка делала вид, что вспоминает. – Телефона не знаю. Адреса тоже. Но вот где работала его невеста, сказать могу точно.
– И?
Саша подалась вперед, наткнулась на стул, который сама же ставила. Отпихнула его ногой, чертыхнулась. Но бумажку для заметок успела оторвать и положить перед секретаршей. И даже авторучку к ней подтолкнула.
– На соседней улице. – Спеша отделаться от назойливых посетителей, девушка строчила быстро. – Там здание такое серое, трехэтажное. В нем несколько офисов. Вот там, в страховом агентстве она и работает. Зовут Валентина. Фамилии не знаю. Высокая такая, блондинка, когда-то занималась художественной гимнастикой.
– Спортсменка, значит, – удовлетворенно пробормотала Саша, оглянувшись многозначительно на Марина. – Мы ее узнаем?
– Ее трудно не узнать. Она очень… – она недолго подыскивала слово. – Эффектная! Таким девушкам мужчины оборачиваются вслед. Мы все были очень удивлены, когда Сергей расторг помолвку. У них так все красиво начиналось…
Вышли из юридической конторы они молча. Так же молча уселись в машину. Марин завел мотор и лишь потом не выдержал и воскликнул:
– Ну, давай говори, говори: и чего нам, мужикам, не хватает! И что вы вечно ищете? Гимнастка и умница, и красавица, а он взял и расторг помолвку.
– Вот именно! – Саша покусала губы, глядя на него задумчиво. – Почему? Почему, Марин, он поступил так странно? Алла, конечно, не уродина, но и не эталон красоты. Тем более как она выглядела в последнюю нашу встречу. Ты меня извини, но…
– Поехали, – проворчал Марин, сворачивая на соседнюю улицу.
Он и соглашался с Сашкой, и нет.
Понимать Сержа он не собирался. Чести много в чувствах этого урода копаться. Что Алла не могла нравиться с такой силой, что ради нее можно было бросить длинноногую блондинку, он был не согласен. Она способна была завести кого угодно. И тащить потом на коротком поводке, куда захочет. Его-то вот таскала целых десять лет, а он – дурачок – и не подозревал об этом.
Нет, ради нее можно было и свадьбу отложить, и невесту бросить.
Вопрос в другом: почему, если Серж ради Аллы отказался от счастья с бывшей гимнасткой, он не выглядел ни хрена счастливым? И Алла не выглядела тоже. И собачились они почем зря. И кусал он ей губы до крови. Ленка же видела Снегирева.
– Пойми вас, мужиков, – философски проговорила Саша, когда он выдал ей свои мысли вслух. – Все, приехали. Вон оно здание серое.
Страховых агентств было несколько, точнее, три. В первых двух никакой Валентины никогда не работало. В третьем их встретили почти так же, как в юридической конторе – настороженно, если не в штыки.
– Поймите, у нас срочное дело к ее бывшему жениху.
– Она-то тут при чем?! – противно таращился на них растрепанный молодой человек, перебирающий бумаги в ящиках стола. – К бывшему жениху и ступайте. Он вон на соседней улице в юридической конторе трудится.
– Были! Уже там были! – вышел из тени Марин. – Его нет нигде. А он с нас деньги взял. Наобещал с три короба и тю-тю. Аферист чертов! Вот вы бы что на нашем месте сделали? А, молчите!
Молодой человек приостановил копошение в бумагах. Внимательно их осмотрел. Сначала Сашу. Потом Марина. Впечатление произвела кожаная папка Антона, которую Сашка без особой нужды выставляла напоказ. Даже пыталась рыться в ней, будто искала что-то.
– Были в конторе, говорите? – Он как-то неуверенно осел на стул.
– Были! – закивали они в две головы.
– И нет его там?
– Нет, пропал куда-то.
– И он тоже?! – со странным каким-то причетом произнес растрепанный молодой человек и принялся расчесывать пятерней волосы. – Странно все это как-то, не находите?
– Что странно? – решила проявить осторожность Саша, прежде чем на что-то соглашаться.
– Пропал Сергей Савин. И пропала его бывшая невеста.
– Как пропала?! – Саша с Антоном переглянулись. – Когда пропала?!
– Уж не знаю когда, но в прошлый понедельник не вышла на работу. И в этот понедельник тоже. На звонки не отвечает. Мобильный отключен. Ездил к ней домой, никого.
– Она одна жила или с родителями? – спросил Марин и тут же похвалил себя за сообразительность.
Немного начинает обучаться задавать нужные правильные вопросы, которыми ему вот лично выворачивали душу наизнанку.
– Валечка жила с теткой. Но та сейчас на даче. Я и туда ездил. Она ничего не знает. Сокрушается. Собирается вернуться в город и подавать заявление в милицию. Собирается объявлять Валечку в розыск.
– Не поздновато ли спохватилась? Почти две недели прошло?
Совпадение или нет?! Разве так бывает?! Гибель Аллы, страшная гибель. Исчезновение Сергея. И одновременное исчезновение девушки, на которой он должен был жениться, а потом предпочел ей ту, которую потом убили.
– Так не бывает, – согласно кивнула Сашка, когда прочла все в его глазах – все эти множественные вопросы. И тут же снова глянула на молодого человека: – Скажите, а какая машина у Валентины?
– Что? – дернулся он, будто его плетью стегнули. – Машина?
– Да, да, машина, – раздражаясь, поторопил его Антон.
Он ведь тут же понял, куда клонит его подруга.
– Она ведь ездит за рулем?
– Да, ездит. Есть у нее машина. «Хонда Цивик» две тысячи седьмого года, черного цвета.
– «Хонда»? – разочарованно протянула Саша и даже губу прикусила с досады. – А вы ничего не путаете?
– Знаете что! – возмущенно вскинулся молодой человек. – Я эту тачку самолично страховал. Еле уговорил Валентину это сделать. Та все на судьбу да на бога надеялась.
– А тачка-то, кстати, на месте? – Антон взял в руки рекламный полис «КАСКО», помахал им в воздухе. – Она где ее оставляла?
– Во дворе. У нас нет ограничений в этом плане. – И он тут же превратился в матерого страхового агента, глаза заблестели, руки запорхали, начав перелистывать бумаги. – Некоторые страховщики, когда страхуют от угона, требуют обязательно наличия гаража, представляете! Нет у тебя гаража, угнали машину ночью от дома, все, не страховой случай. А у нас таких ограничений нет и…
– Так машина-то во дворе или нет? – перебил его Антон.
– Не знаю. – Он снова взъерошил волосы, сделавшись похожим на растрепанного растерянного воробья, задумался. – К дому подъезжал. Поднимался на этаж, третий, кстати. Звонил долго. А машина… Слушайте, а ведь не было ее! Точно не было. Валечка всегда ее оставляла слева от подъезда. Прямо возле самой клумбы. Тетки еще ругались дворовые на нее за это. А когда я был, а был я за эти две недели там не один раз, то машины там не было.
– Может, она ее в другое место поставила?
– Нет, она ее всегда на одном месте оставляла. Это место из ее окон хорошо просматривается. Нет машины, точно!
Но они все равно решили съездить и посмотреть, есть машина во дворе или нет. А заодно тоже подняться на третий этаж. И позвонить в ее дверь. Кто знает, может, тетка Валентины уже вернулась с дачи, решив объявлять племянницу в розыск. И она сможет ответить хоть на какие-то вопросы.
Машины во дворе не было. Ни возле клумбы, ни на парковке, ни за детской площадкой, куда тоже некоторые ухитрились втиснуть своих железных коней. Тетка Валентины была дома. И судя по всему, накал ее тревоги за племянницу был в самом разгаре.
Голова перевязана полотенцем. Глаза заплаканы. В квартире стойкий запах сердечных капель.
– Что говорить? Что говорить-то?! – простонала она, пятясь в квартиру от них, как от захватчиков. – Нету нигде Валечки моей! Пропала красавица! Я уже вчера в милиции была, заявление написала. Они не верят. Говорят, вернется. Загуляла, мол. А с кем она загулять-то могла, если жених ее бросил!
Она зарыдала и, отвернувшись от визитеров, пошла, сгорбившись, в комнату.
Они, потоптавшись, двинулись следом. Специального приглашения не будет. Женщину ломало горе.
В квартире, состоящей из трех комнат, было богато и до стерильности чисто.
– Это все Валечкина заслуга. Все что-то переделывала, мастера из квартиры не уходили, – объяснила сквозь слезы ее тетка. – Как увидит в журнале какую картинку, так комнату переделывает. А зачем? Мне-то теперь это зачем?!
– Вы погодите так убиваться, – попросила ее Саша, присаживаясь рядом с женщиной на широкий угловой диван. – Давайте по порядку. Валентина когда пропала? Она не вернулась с работы или поехала к друзьям, или на отдых куда-то за город?
Женщина посмотрела на Сашу, задумалась. Потом вытерла слезы рукавом шелкового халата, тоже наверняка подаренного племянницей.
– С работы под выходные она вернулась это точно. Потому что она звонила мне из квартиры. – Тетка Валентины потыкала пальцем в диван, будто племянница именно с этого места звонила ей на дачу. – Дома она была, это точно.
– А потом, что потом? Куда она собиралась? Может, встретиться с кем-то планировала?
– Встретиться, – произнесла та снова сквозь слезы. – Так она с ним регулярно планировала встретиться. Караулила его даже, если честно.
– Кого его? – настырничала Саша, хотя прекрасно поняла.
– Серегу, кого же еще! Скот этот бросил Валечку прямо за неделю до свадьбы, представляете! Все уже готово было, все! Гости между собой договаривались уже, какие подарки покупать молодым. И тут он приходит вечером как-то, извини, говорит, свадьбы не будет.
– Так и сказал прямо?
Саша горестно поджала губы и глянула в сторону Марина с неприязнью. Будто он должен был держать теперь ответ за все прегрешения мужской половины человечества.
– Так и сказал. Валечка растерялась, смотрит то на меня, то на него. Ничего не понимает. Шутка, спрашивает, такая у тебя, Сережа? А он – я не шучу. Свадьбы не будет. А что, почему, ничего не сказал. Дверью хлопнул и ушел. И больше не позвонил и не приехал ни разу. А ведь любил Валечку-то, точно любил! Я же не слепая, видела. Так просто не станут ухаживать. Расчета никакого не было, мы не олигархи с ней. Средний достаток. Даже машину он ей подарить успел и назад потом не взял, сколько она ни настаивала. Что-то тут было не так. Я сразу это поняла. Это потом уже Валечка мне рассказала.
– Что рассказала? – вытянув шею, с напряженным вниманием слушала женщину Саша.
– Почему они расстались, рассказала. – Женщина вздохнула, посмотрела на Сашу. – Соперница! Она, проклятая, дорогу им перешла. Да была бы путная, ладно. А то ведь кошка драная.
– Вы ее знали?
– Не знала и знать бы не желала. Так она заявилась однажды сюда. И Валечке прямо в лоб: разговор есть. Кричали они что-то там за дверью, ругались. Потом эта кошка выскочила и смеется, как ведьма. А Валечка следом за ней плачет и кричит: убью, все равно убью, сволочь!
– Хм-мм… – многозначительно прокашлялся Марин и спросил: – Так позвонила вам Валентина в конце недели и что-то сказала?
– Что? Валечка? Позвонила, да…
Женщина поводила растерянным взглядом по комнате. Остановила глаза на Саше.
– Вы не из милиции ведь, так?
– Не из милиции, – кивнула Саша. Врать убитой горем женщине ей было совестно. – Мы разыскиваем Сергея, в частном порядке разыскиваем.
– Зачем? – тут же недовольно поджала та губы.
– Он… – Саша растерянно оглянулась на Марина, ища поддержки.
– Он совершил нечто ужасное и скрылся, – пришел тот ей на помощь, соврав разве что самую малость.
Они ведь в самом деле рассматривали такую версию, если исключить причастность самого Марина к преступлению.
– Да, скрылся. Никто не знает, где он. Его ищет милиция, но сами знаете, как они работают. – Саша взяла безвольную руку женщины в свою. – Понимаете, очень важно сейчас вам вспомнить, что именно говорила вам Валентина в последний раз. Очень важно.
Руку свою тетка пропавшей Валентины у Саши отобрала. И даже в карман ее спрятала. Подумала, глядя перед собой.
– Значит, не ее ищете, а его. Мерзавца этого, – с неудовольствием констатировала она после паузы. – Много чести для него! И милиция ищет, и вы. А Валечку мою… Валечку кто станет искать?!
И она снова расплакалась, вытирая мокрое от слез лицо шелковым рукавом. Они ее не торопили, не теребили. Молча ждали. Саша – сидя подле нее на диване. Марин – стоя чуть в стороне.
Рассматривал комнату, в которой оказался. Наткнулся взглядом на портрет молодой светловолосой девушки. Судя по всему, это была Валентина. Очень симпатичная. Но…
Но не было в ней того огненного, сбивающего с ног шарма, которым обладала Алла. Не подсвечивал он глаза, не оттенял улыбку. Просто симпатичная мордашка – и все. Марин такой девушкой не увлекся бы. Вслед, да, оглянулся бы. Но не более.
И снова он невольно нашел оправдание пакостному поведению своего бывшего соперника.
– Она позвонила мне на дачу. Торопливо как-то разговаривала, будто спешила куда-то, – начала вспоминать тетка Валентины, увлекая их на кухню и начав хлопотать с чаем. – Спрашиваю, у тебя все нормально? Опять на ходу: все хорошо, все в норме. А у меня что-то как сердце заноет. Спрашиваю, ты ничего там не набедокурила?
– Почему вы так спросили? – тут же напрягся Антон. – Она что собиралась бедокурить?
– Да… Засела у нее в голове идея избавить Сергея от этой кошки. Она, говорит, во всем виновата. Только из-за нее все. Даже начала следить за ней.
– Да вы что?! – ахнула Саша и снова переглянулась с Мариным. – Одна следила или просила кого-то?
– Одна. Сама, – покивала женщина, разливая кипяток по чашкам и пододвигая им дорогое печенье в красивой жестяной коробке. – И все что-то записывала в блокнотик.
– А блокнотик не цел?!
Это они прямо в одно слово выпалили.
– Нет, не видала, – замотала тетка головой. – Да если бы и нашла, разве отдала бы его чужим людям? Валечка вернется и нагоняй мне устроит. Если вернется, конечно.
Крупные слезы без остановки текли по морщинистому лицу. Она перестала обращать на это внимание, забывая их вытирать. И они шлепались крупными кляксами на обеденный стол из дорогого стекла.
– Вы успокойтесь, пожалуйста, – снова дотронулась до ее руки Саша. – Думаю, Валентина просто продолжает следить за ним.
– За Серегой, что ли?! Вы так думаете? – Она с надеждой вскинула на Сашу глаза.
Конечно, она думала иначе. Конечно, понимала, что случилось нечто ужасное, раз Валина слежка за Аллой оборвала жизнь Аллы и способствовала исчезновению самой Вали. Но не станешь же озвучивать такие страшные мысли.
– Думаю, да, – уже много тверже сказала Саша и полоснула по Антону сердитым взглядом.
Уселся, хрустит печеньем, попивает чаек и головы не ломает над тем, как и что говорить бедной женщине.
А что он мог сказать? Врать, как Сашка?
Понятно же, что с Валей этой беда приключилась, если, конечно, это не она убила Аллу, потом Сергея, а теперь в бега ударилась. Так и это тоже беда. Двойное убийство, это много лет тюрьмы. А если еще узнают, что она за Аллой следила, значит, тщательно готовилась, планировала. А это уже отягчающее вину обстоятельство.
Так ведь именно сказал ему въедливый Леонид, когда допрашивал и пытался выяснить причину того, почему Антон явился на вечеринку друзей, зная, что Алла там будет с любовником.
– Вы же не могли не знать, какие чувства вас станут обуревать при встрече со сладкой парочкой! – подсвистывал Леониду Борис, совсем лишившись в своем служебном кабинете былого радушия. – Не могли и знали. Значит, заранее готовились к тому, что совершили. А это уже отягчающее вину обстоятельство!
Он очень хорошо запомнил эту фразу. Она ему просто весь мозг проела, и он ее повторял потом дома на все лады. Правда, думал при этом совсем о другом.
У него ведь имелось другое обстоятельство, которое непомерно отягощало его возможную вину – он ничего не помнил! Ничего вообще, как отрезало!
– А ведь и правда. – В глазах женщины впервые что-то заблестело, кроме слез, призрачная такая, едва уловимая, но надежда. – Валечка, она ведь мастерица была выслеживать. Это у нее еще с детства. Все игры какие-то устраивали с девчонками во дворе. Следопытками себя называли. Если Сергей совершил что-то ужасное, то она точно за ним следит. Точно, точно…
Она положила чайную ложечку на край блюдца, поправила чашку на нем, устанавливая ее строго в центре. Снова посмотрела на Сашу просветленным взглядом.
– А знаете, я ведь вспомнила, что она мне сказала напоследок. Поначалу забыла, будто это неважным мне показалось. Так, обычная наша с ней болтовня. А теперь вспомнила.
– И?!
Саша аж привстала с места, пришлось Марину ее придержать за локоток. Не ровен час, примется трясти несчастную женщину, торопя ее с ответом.
– Валечка сказала, что она едет по делам. Спрашиваю, какие дела накануне выходных? Говорит, самые важные. Я, говорит, теперь во всем разобралась. Все, все знаю. И все остальное теперь не важно. Вот!
– И это все?!
Саша не смогла скрыть разочарования.
Смысл фраз Валентины мог быть применен к чему угодно и вообще не иметь никакого отношения к трагедии в загородном доме. Тем более что ее там никто не видел.
Была машина, владельца которой они так до сих пор и не нашли, Денис все медлит со списками. А милиция на этот счет загадочно помалкивает. Но машина та была не той, на которой ездила Валентина. И ни у кого из ее знакомых такой машины не было, это им страховой агент сказал. А уж он-то точно знал, поскольку Валя всех своих знакомых в их агентство таскала страховаться.
– И вот думаю, в чем же она разобралась-то? И о чем обо всем узнала? – Теперь уже тетка Вали вцепилась в Сашину руку. – Она ведь ни о чем другом думать в последнее время не могла, только о Сергее. И за кошкой этой следила только затем, чтобы его вернуть.
– Как это? – удивилась Саша.
Она вот лично не представляла, чем могла помочь ей слежка за любовницей Дениса. Одно дело знать, что она где-то существует. Ненавидеть ее тихонько про себя за то, что обкрадывает ее, встречаясь с ее мужем. А совсем другое видеть ее и наблюдать за ней. Домысливать, а куда она пошла, а с кем сейчас встречается, уж не с Денисом ли.
Зачем?! Зачем добавлять себе лишней боли, если ее и так предостаточно?!
Что могла дать слежка за Аллой Валентине? Что она могла узнать, наблюдая за ней и аккуратно занося свои наблюдения в блокнот? Узнать, какими средствами гигиены пользуется соперница, и начать пользоваться такими же? Переманить ее портниху? Учителя танцев?
Глупо!
– Да, если речь шла не о чем-то другом, – рассеянно отозвался Антон. Он подвозил Сашу к ее дому.
Все мысли у него теперь были заняты тем, что ему сегодня предстояло ехать с Владой к ювелиру и подбирать ей обручальное кольцо. Правильнее, тем, как ему не хотелось ехать с Владой к ювелиру. Начал даже подумывать о том, чтобы отлынить. Придумать себе болезнь какую-нибудь неожиданную. Или на занятость сослаться. А самому засесть дома и просидеть весь вечер с выключенным светом и телевизором. Отоспаться хотя бы, во! Он которую ночь толком не спит. Все думает и ворочается, ворочается и думает.
– О чем еще может идти речь между соперницами, Марин?! Бабы не поделили между собой мужика, – продолжала возмущаться Саша, открывая дверь машины. – И только!
– И только, – фыркнул он, отвлекаясь от невеселых дум. – Ты так говоришь, будто знаешь, о чем речь. Когда такое вот противостояние, то любые средства хороши. От банальных угроз до шантажа. Не просто же так она за Алкой таскалась и записывала все. Что-то, может, узнала или увидела. Решила узнать подробнее. Неспроста же она тетке своей сказала, что теперь все-все знает и во всем разобралась.
– Так… А Серега тут при чем? Ну, разобралась она, узнала, начала Аллу шантажировать, убивать-то ее при этом зачем?
– А она убила, да? – с насмешкой спросил Антон и потрепал подружку по плечу. – Вряд ли, малыш. Скорее узнала она про Аллу что-то и действительно начала шантажировать. А Алла явилась к ней домой и устроила ей жуткий скандал. Помнишь, что тетка сказала? Вот, она тогда к Сергею с претензиями. Мол, знаю я про ваши делишки, и все такое. А он…
– Он перепугался за карьеру свою, за жизнь и свободу и убил сначала Аллу, а потом Валентину, – перебив, закончила за него Саша. – А что же такого он мог натворить, а?
– Не забывай, он юрист. И мог очень круто влипнуть. Секретарша их юридической конторы сказала, что его много кто ищет. Может, он должен кому-то очень крупную сумму денег? Как бы хорошо он ни зарабатывал, его расходы явно превышают доходы. Алке квартиру снимал на набережной. Знаешь, сколько там аренда стоит? То-то же! Валентине опять же машину купил. Сам не бедствовал. Скажи мне, откуда такие деньги?! Явно что-то нечисто. Что, прямо гонорары такие бешеные у него, что ли, были?
– Да-а-а. – Саша выбралась на улицу, поежилась от свежего ветра. – Неуютно мне как-то, Антоша, и от того, чем мы занимаемся, и от того, что открывается в результате этих занятий. Как ворвемся во что-то!
Он глянул на нее, съежившуюся на ветру, с покрасневшим от холода носом, с несчастными растерянными глазами, и усовестился.
Зачем в самом деле тащит девчонку непонятно во что?! Действительно могли нарваться на неприятности. Сами того не заметив, могли нарваться. Ему самоуспокоением приспичило заняться, а Сашка-то тут при чем. У нее и так в последнее время глаза какие-то невеселые. Куда былая непроницаемость подевалась, не поймешь! И все смотрит и смотрит куда-то мимо. Вот как началось все с той вечеринки, так до сих пор и продолжается.
– Эй, малышка, – окликнул ее Антон, прежде чем отъехать от ее дома. – Ничего не угнетает, нет? Что-то глазки мне твои не нравятся. Все в порядке?
– Если бы тебе мои глазки нравились изначально, ты женился бы на мне, а не на Алке! – вспылила вдруг она и скорыми шагами помчалась к подъезду, чуть сумку с плеча не уронила, так спешила.
И стоило захлопнуться за ее спиной тяжелой подъездной двери, как она разревелась.
Вечно этот Марин со своим человеческим сочувствием в душу лезет! Все-то он подмечает, ничего-то от него не скрыть!
Ну уж нет, молчать она станет до последнего. Если уж Денис решит уйти и уйдет, побросав вещи в свой любимый кожаный саквояж, тогда уж откроет свою мучительную тайну друзьям. А пока станет оберегать свой худой мир от постороннего вмешательства.
