Текст книги "Ты мой! Игры в сторону... (СИ)"

Автор книги: Галина Колоскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 9

Третий день, проведённый в Мехико, дал результаты.

Нина с жадностью рассматривала гостей благотворительного вечера, спонсором которого выступала бизнес вумен Марианна Луна.

Открытие третьей по счёту столовой и продуктового магазина для бедных проходило с помпой.

Представители мэрии, попечительских советов, бизнеса, журналисты.

Ухоженные люди в дорогих одеждах полные заботы об оказавшихся на дне жителях..

Нина усмехнулась, разглядывая часы на руке одного из председателя советов. Их стоимости хватило бы, чтоб кормить нуждающихся Мехико пару месяцев.

– Отмечают ещё одну кормушку для одних и возможность отмывать деньги для других.– Поделилась она с друзьями приглашёнными вместе с Ильёй.

Еда в Мексике стоит недорого. Удивительно, что так много голодающих.

– Лучше бы открыли магазины с дешёвой одеждой и раздавали излишки даром!

Нина усмехнулась. Защитницу всех угнетённых из неё не вытравить. А тут налицо эксплуатация образа благодетелей.

– На деньги от наркотиков накормить, в том числе тех, кто их употребляет. – Илья прикоснулся губами к виску невесты.– Посмотри, как пялятся на вас с Юлей членистоногие дельцы. Я говорил, что вы всех затмите на этом вечере. Дай понять сверх ревнивой Луне, что ты влюблена в меня.

– Для начала мне бы её увидеть.– Она взглянула на циферблат ещё более дорогих хронометров «жениха» – Полное свинство прибыть устроителям позже гостей.

– Исполнительный директор фонда давно здесь и принимает всех на правах хозяина.– Он усмехнулся. – Ты уже начинаешь строить козни и ненавидеть.

Нина качнула головой, выплёвывая рвущее душу возмущение:

– Нет, я должна поблагодарить, что меня и детей лишили любимого мужа и папы!

– А если это не Стас? – Бероев со скучающим видом осматривал помещение, не убирая руку с талии любимой блонды.

– Олежек, не делай мне нервы!– Она, отправляя в рот один за другим малюсенькие канапе с экзотической рыбной нарезкой, запивая белым сухим вином с неплохими оттенками вкуса. – Ещё полчаса и я взорвусь!– Пообещала шатенка всем сразу.

– Если только на унитазе.– Съязвил ФСБэшник.– Уже и бабы тебя разглядывают. Ещё одна опустошенная тарелка с закусками и ты станешь для них легендарной русской, что не только пьёт как лошадь, но и лопает как медведь.

– Пусть попробуют так же и не испортят фигуру.

– Хватит порождать зависть. – Илья с улыбкой в тридцать два зуба оттащил невесту от фуршетного стола вглубь зала.– Мы же договорились, ты станешь смотреть издалека. Не привлекай внимание журналистов.

– Разве не этого ты добивался? – Пухлые губы прикоснулись к небритой щеке здоровяка. – Черноволосую, с линзами зелёного цвета меня не узнать. Мы с Бероевым не просто братом и сестрой смотримся, а близнецами.

– Тебе так кажется. К тому же в первый день ты была в другом виде и не факт, что за нами не следили. – Он обратил внимание на оживление гостей, взгляды которых обратились к входу, и утянул Нину за собой в угол.

Марианна в длинном в пол обтягивающем стройную фигуру чёрном платье с пайетками и гладко зачёсанными блестящими волосами, скрученными сзади в причёску, выглядела великолепно.

– Ого! – Восхищённо протянул Олег, тут же получивший толчок локтем в бок от жены.– Нинок, я как мужик понимаю Стаса…

– Пошёл ты в жопу!– прошипела ставшая на время брюнеткой.– Жуков мой!

– Я же не спорю…– Он осёкся, замолчав на несколько секунд, и закончил фразу.– Но он её не любит.

Светловолосый мужчина в тёмно-синем костюме, на чью руку опиралась испанка, скучающим взглядом обвёл гостей. Полное безразличие к происходящему в ярко-голубых глазах.

– Это Стас…– У Нины перехватило дыхание. – Он живой…

Она с трудом сдерживала рвущиеся наружу рыдания.

– Хочу к нему прикоснуться…

– А трахнуть не хочешь? – Бероев скрывал за грубостью собственное волнение. Отец его крестника, ставший другом был именно этим блондином, явно чувствующим себя не в своей тарелке на чужом празднике жизни.

– Очень хочу,– огрызнулась шатенка,– но не здесь и не сейчас. – Она чувствовала, как пальцы Ильи всё сильнее сжимают плечо и прошипела:– Мне больно.

Здоровяк моментально опустил руку, сам удивившись такой реакции на слова по факту чужой ему женщины.

– Прости. Все мы сейчас на взводе.

Нина сделала шаг вперёд, гонимая невыносимым волнением, но была остановлена миллиардером в этот раз ладонью за талию.

– Не забывай для чего мы здесь. – Сорвёшься сейчас, и нас не выпустят, а вывезут из Мексики в цинковых ящиках, или оставят гнить в пустыне под кактусами.

– Из нас выйдет отличная текила. – Ответила она на автомате, не сводя взгляда с родного сердцу блондина.

– Попробуй задержать дыхание и посчитать до десяти. – Вмешался Бероев. – Мне помогает.

Он отправился к вновь прибывшим, выбрав со столика напротив закуски.

Блондин прошёлся по лицу незнакомого гостя безразличным взглядом. Не один мускул не дрогнул.

Олег вернулся к друзьям, подтвердив:

– Это Жуков и он действительно потерял память. Так притворяться не реально. Я для него пустое место.

– А я? – Нина с тоской смотрела на друга.

– Наверное, тоже, если только…– Ухмылка растянула рельефные губы.

– Ещё раз скажешь обо мне в контексте «трах», – опередила шатенка,– и я разобью тебе голову!– Она нашла на ком выместить злость.– Прибереги озабоченные шутки для Юльки или казармы.

Брюнет знал, что лучше её сейчас не трогать.

– Давай обойдёмся без истерик.– Юлька приобняла подругу за плечи. – Мать, ты лучше всех для него была, есть и будешь. Нужно только помочь ему вспомнить. – Она шепнула на ухо.– Можешь злиться, но Олежка прав. Надо затащить Стаса каким-то образом в постель.

– Или дать стоя…

– Можно и под потолком. Гимнаст он или как?

Улыбка расцвела на пухлых губах. Прочь уныние. Подруга права, нечего раскисать, нужно искать способ достучаться до памяти мужа. А пока…

Она вскинула голову, встретившись с взглядом карих глаз.

– Илья, а не слиться ли нам в страстном танце любви?

Бровь «викинга» взлетела вверх.

– Прямо здесь?– Он усмехался, отлично понимая, о чём идёт речь.

– А что слабо?– Подначивала шатенка.

– Да ни разу!– Он отправился к оркестру на небольшом постаменте радующему публику классикой, коротко пошептавшись перед этим с Луной.

Пара зелёных купюр с Бенджамином Франклином и звуки борьбы за любовь заполнили зал с праздно–жующими.

– Может, надо было «Калинку–малинку»? – Бероев подавился, столкнувшись с загадочным взглядом жены.

– Неее, я не про пляски.– Он попытался улизнуть, но не так просто проделать это с блондинкой, если та что-то твёрдо решила.

Две пары очень красивых людей приковали к себе внимание мексиканцев.

Сумасшедшие русские, как шептались почтенные гости, смогли удивить пластикой страсти.

Нина украдкой бросала взгляды на Стаса.

Тот больше не выглядел безучастным. Он с восхищением наблюдал за полными чувственности движениями высокой, худой женщины из холодной страны его предков.

Марианна снисходительно взглянула на мужа. Невозможно было из того вытравить «русскость». Что за странная привязанность ко всему убогому?

Разве может эта пародия на танго понравиться человеку с хорошим вкусом?

Нине, наконец, удалось полностью разглядеть Жукова. Безобразно толстый шрам рассёк одну часть лица пополам. Удивительно, как он не зацепил нервы и не обезобразил любимого.

Ей без медицинского образования было понятно, что всё можно исправить и останутся только тонкие лучики. Почему этого до сих пор не сделали, непонятно.

Она слышала биение собственного сердца, готового выпрыгнуть из груди. Все заботы отошли на второе место. Стас жив и сейчас для неё это было главным.

Она заставляла себя отрывать от блондина взгляд, не желая подвести друзей.

Если бы можно было до него дотронуться. Втянуть его запах, если бы…

И всё же не удержалась.

Илья понимал, что творится сейчас в голове шатенки и обрывал любые попытки воплотить желаемое в жизнь.

Он чувствовал на себе вопросительные взгляды Марианны. Она разрешила танец с невестой, но никак не страстные перегляды брюнетки с мужем.

– Прекрати!

Короткий окрик, понятный обоим. В ответ:

– Прости…

Нина обворожительно улыбнулась «жениху» и сделала «па» ногой, случайно задев носком туфли отглаженные стрелки тёмно-синего костюма.

Стас вздрогнул, будто коснулись не брюк, а его кожи и не обувью, а рукой. Он повёл носом, словно пытаясь уловить аромат танцующей.

Знакомый букет запаха дорогого парфюма и тела,…женской плоти, на который почувствовал отклик собственной.

Он отвернулся в сторону столика с разлитым в бокалы шампанским, пытаясь справиться с возникшей эрекцией.

Не желая показать даже намёка ревнивой жене на случайное проявление сексуального желания.

– Что ты творишь!– Шёпот здоровяка Нина слышала сквозь пелену накрывшей с головой страсти.

Тело вздрагивало от одного невинного жеста. Что произойдёт, если они окажутся наедине?

Она была уверена, то же самое сейчас испытывает Стас. Тайное «оружие» сработало безотказно!

Послушный отход в дальний от мужа угол. Рисковать понапрасну не стоило.

Не готовы они ещё вывести пропавшего без вести, объявленного мёртвым гражданина России домой.

Над документами работал Николай, друг Бероева. Паспорт он должен привезти в течение недели. Сам лично.

Ещё одна боевая единица в их компанию.

Каждый человек был дорог, но и увеличивал проблемы в случае отхода.

Всё яснее становилась необходимость укрыться на какое-то время на Кубе.

Олег предугадал заранее возможные проблемы и поступил, как положено хорошо обученному профессионалу.

– Уходим немедленно! – Илья тащил её за острый локоть к выходу. – Иначе не увидишь на приёме по случаю нашей помолвки ни Луны, ни своего Жукова. Если вообще сможешь его увидеть!

Он направился к Марианне, широко улыбаясь и заговорив на испанском, поблагодарил за приём.

Бизнес вумен с интересом разглядывала невесту русского, явно пытаясь вспомнить, где могла её видеть.

Чек на благотворительность на круглую сумму от русского партнёра благосклонно принял директор её фонда.

Испанка не марала рук деньгами, для этого хватало подставных лиц.

– Сейчас поцелуешь меня в засос, чтоб это видела Марианна. – Потребовал здоровяк через пару шагов.– И надо создать легенду нашего прошлого…

Нина не стала дослушивать про «надо». Она чувствовала спиной тяжёлый взгляд хозяйки вечера. Угроза Ильи становилась реальной.

Жаркий обхват руками мощной шеи миллиардера и впившийся в крупные губы пухлый рот. Она старалась изо всех сил, отчаянно ласкаясь языком об язык «викинга». Чувствуя, как в низ живота упёрлась вставшая плоть.

Страстный поцелуй вызвал довольные улыбки гостей, многие из которых получили приглашение на помолвку.

И скривлённую набок усмешку знойной красотки.

Нина поспешно сбегала из зала, где оставалась её любовь, проклиная женскую притягательность.

Всё, как всегда.

Двое мужчин хотели её одномоментно…

Нину лихорадило. Ещё одно попадание под дождь не прошло бесследно.

Два одеяла, накинутые на худенькое тело, не согревали. Её колотило так, что не могла удержать стакан с водой.

Пухлые губы покрыли корочки. Глаза воспалённо блестели. Но больше всего страдали душа и сердце.

Срывались сроки назначенной через три дня помолвки, а значит, её со Стасом возвращения в Россию.

Она время от времени скулила от бессилия сквозь слёзы, проклиная сверх чувствительность к холоду. Без Жукова за полгода совершенно расклеилась, прекратив заниматься спортом.

– Попросить ещё одеяла?– Юлька накидала на подругу, всё что могла.

– Не стоит всех пугать,– стучала Нина зубами,– да и не поможет, пока температура не упадёт.

– Жаль, что нет рядом Натальи Егоровны. Она бы быстро поставила тебя на ноги.– Илья лёг рядом, укутав шатенку руками, не обращая внимания на вялые протесты.

– На невинность твою никто не посягает.– Хохотнул Бероев. – Лучшее средство от простуды – живая грелка на всё тело!

– Знаю я вас, грелочники. Только расслабься и …

– А ты не филонь, а активно участвуй!

Нина не стала отвечать.

Чем старше становился Бероев, тем больше волновал его секс. А может, на язык давило подспудное желание стать отцом?

ФСБэшник тем временем тащил жену за руку в сторону двери, объяснив на ходу:

– Мы в ресторан отеля. Закажем куриный бульон и сами отобедаем.– Он взглянул на здоровяка.– Тебе зацепить что-нибудь?

Илья качнул головой:

– Нет, немного погодя сделаю заказ в номер. – Он указал глазами на больную.– Сейчас главное, её согреть, а там разберёмся.

Здоровяк дождался, пока Бероевы выйдут, и стал раздеваться.

– Это зачем? – Нина натянула одеяло до глаз.

– Ты выздороветь хочешь? Или тебе плевать, что вероятно, больше мы Стаса достать не сможем?

– Это подло, давить на больное.– Она тяжело вздохнула и повернулась на бок, хорошо понимая, что миллиардер прав.

– Ещё не давлю. – Он забрался под одеяла, плотно прижавшись к спине шатенки.– Господи, ты как печка.

– Не обожгись!– Она не сочувствовала, отлично понимая, чем кроме реальной заботы, вызвана такая настойчивость «викинга».

С каждым днём сокращалось время на завоевание «штучки», не клюнувшей на большой кошелёк и неплохую внешность. Ну, не любят мужчины, когда им предпочитают других.

– Постарайся уснуть.– Хриплый баритон, полный заботы в ухо. – Я буду рядом. Если что, вызову «скорую».

Вот это для Нины стало полной неожиданностью.

Она минут двадцать лежала, сжавшись в комок. Ровный стук большого доброго сердца в спину, действовал как успокаивающий нервы метроном.

Никаких поползновений стянуть с неё бельё или попыток возбудить и добиться секса.

Постепенно она расслаблялась, устраиваясь поудобней в «медвежьих» объятиях, а через полчаса уже тихонько посапывала, развернувшись лицом и уткнувшись носом в широкую грудь миллиардера.

Ей снился сон, в котором она бежала под жарким азиатским солнцем по белому песку океанского пляжа. Где-то там, за спиной ждал уютный большой дом с всегда улыбающейся прислугой, а впереди…

Далеко на горизонте, вдоль кромки воды. двигалась мужская фигура. Нина не видела лица, но знала, что это Стас. Её любимый муж забрал детей из школы и сейчас шёл навстречу. Тяжело, медленно передвигая ногами в вязкой почве.

Звонкий смех Лиски, наперегонки несущейся с Трошей к маме, не могли заглушить снующие рядом истошно горлопанящие чайки. Прожорливые птицы хватали из воды странно вонючую рыбу.

Рокотал океан, недовольно плюющий огромные солёные волны на мол.

Погода менялась на глазах.

К жаркому светилу добавился порывистый ветер, бьющий колючими песчинками в обгоревшее лицо со струпьями слезающей коричневой кожи.

Темнело.

Нина оглядывалась по сторонам, не понимая, как могут одновременно сосуществовать солнце и низкие свинцовые тучи.

Она рванула навстречу мужу и детям, заметив за их спинами неотвратимо приближающуюся гигантскую волну.

И только сейчас увидела на руках Стаса ещё двух малышей.

Блестящий золотом светлых волос Клим и смуглый мальчик с голубыми глазами и иссиня-чёрными волосами молчаливо изучали друг друга.

Многодетный отец не спешил, с улыбкой взирая на бегущую к ним маму.

Ноги вязли в песке, проваливаясь в зыбкой массе по щиколотку.

Нина махала руками, кричала, но бьющий в лицо жаркий ветер заталкивал слова назад в воспалённую глотку.

Волна приближалась.

Дети смеялись.

Чайки орали.

Йодистые водоросли гнили.

Яростный ветер сбивал с ног.

Сюрреализм происходящего взрывал мозг, заставляя сердце рваться прочь из груди. Липкий пот холодной змеёй стекал вниз по позвоночнику.

Нина собрала последние силы, сумев взорвать наэлектризованный воздух громким, полным ужаса вскриком:

– Спаааасааайтееесь!

И проснулась…

Карие глаза взирали в её лицо с сочувствием и сожалением. Илья убрал мокрую прядь со лба больной.

– Кошмар?

Она испуганно водила глазами, до сих пор не веря, что страшная картина грядущей гибели была всего лишь фантазией больного разума.

– Всё было так чётко, до запахов…

– Фимиам от нас ещё тот…– Илья провёл пальцем по влажному телу.– Потом разит за километр.

Она смущённо отвела взгляд.

– Вот это да! – удивлённо протянул здоровяк.– Оказывается, ты способна испытывать стыд?

– Не делай из меня безнравственного монстра.– Тут же ощетинилась Нина.

– Вот это твоё привычное состояние.– Он усмехался.– В болезни все равны.– Он прикоснулся холодными пальцами к ещё горячему лбу.– Жар спал.

– Да. Чувствую себя намного лучше. Только горло болит.– Она с отвращением сморщилась, оттягивая насквозь промокшую майку,– и вот это…

– Горло станем лечить тёплым бульоном, молоком с маслом и мёдом. Сначала сполоснуться под душем, – он кивнул на трубку телефона на прикроватной тумбочке. – Потом позвоню хостес, и всё принесут. Олег договорился.

Нина взглядом побитой собаки смотрела на порядочного мужчину, в намерениях которого ошибалась пару часов назад.

Ну, почему он такой хороший, что нельзя просто послать на хрен и вычеркнуть из своей жизни?

Сколько ещё мужчин будут тыкать носом в собственную порядочность?

Она тяжело вздохнула.

Насколько проще с Светличным. Озабоченная скотина, мамсик с раздутым до небес эго. Единственный чёрный ангел в её путаной жизни.

Она вылезла из-под одеял.

– Надо вызвать горничную, чтоб заменила бельё.

– Как только уйдём из номера…

– Куда выйдём?– Прервала Нина.– Мне надо отваляться день, если хочу завтра нормально ходить и дышать.– Она усмехнулась.– Видно мама не всё успела обо мне рассказать.

Здоровяк рассмеялся.

– Почему ты всегда всё знаешь?

– Ты перечислил продукты из её витаминного списка, не сваливай на Бероева. – Нина улыбалась в ответ. – Нашёл, кем прикрыться. Юлька, кроме бульона из кубиков, ничего сделать не сумеет. Замороженные полуфабрикаты и доставка – её всё. – Она пожала плечами, думая, что сама начала готовить, родив Алису и добавив:– Я тоже не любитель стоять у плиты. – Махнула рукой на пороге ванной комнаты. – Хотя ты уже знаешь.

Она не пригласила Илью с собой. Хотелось побыть одной под тёплыми струями воды. Смыть запахи не только пота, но и липкого страха. Секс – последнее, что ей сейчас нужно. А иначе, зачем он ей в тесной кабинке, где и без того слишком скользко?

Нина послала привет мозгу, пообещав, что он её не запугает. Интуиция до поездки подсказывала, что они вернутся живыми и это – главное!

Она выходила из ванной комнаты другим человеком. Укутавшись в толстый свежий халат с полотенцем на голове и улыбкой на пол-лица.

– Выглядишь потрясающе! – Льстивым голосом подкатывал здоровяк.– Приняла бы лекарство по совету Бероева и вообще расцвела!

Он сделал пару шагов навстречу и, притянув к себе, сжал в объятиях.

– Фу! Иди, мойся!– Фыркнула Нина.

– А я тебя нюхал.

– И зря! – Она не знала, как не обидеть, но дать понять, что больше ничего между ними не будет.

Осторожный стук в дверь. Нина не успела переодеться и в таком виде шагнула к двери.

Столик на колёсиках в специальной посуде для горячей еды и улыбающийся белоснежным ртом бармен, настойчиво просачивающийся из холла в зал, вынуждая её пятиться назад.

Он не произнёс ни слова, а внимательно осмотрелся.

Нина не успела открыть рот, как из ванной комнаты стремительно вышел Илья, на ходу запахивая халат на волосатой груди.

Он с недоверием взглянул на не менее объёмного растерявшегося официанта. Смерил его подозрительным взглядом и, задав несколько вопросов на испанском, выпроводил за дверь, оставив столик на колёсиках посередине круглого ковра.

Нина протянула руку к румяной булочке, но была остановлена жёстким голосом:

– Подожди! Ничего не трогай, дай мне осмотреть.

Она отступила назад с удивлением взирая, как миллиардер сначала заглянул под столик, отодвинув скатерть, потом приподнял все тарелки с кастрюльками и лишь затем заглянул внутрь.

Он потребовал жестом не приближаться и набрал ещё раз хостес. После нескольких фраз «викинг», наконец, выдохнул.

– Да, это их официант.

– Что тебя напрягло?

– Он не поприветствовал, как положено обслуживающему персоналу и размером амбал, никак не для общепита. – Он громко рассмеялся.– Представляю, что говорят обо мне.

Нина смотрела на огромного мужчину настолько переживающего за её безопасность. Уж это точно не было игрой. Она видела, насколько напряжённым он был несколько минут назад.

Тепло на душе и в очередной раз сожаление, что они не встретились в другой жизни. Половинку в этой ей давно определил Бог.

– Кушать будем? – Она повела носом, уловив ароматный запах варёной курицы.

– Хочешь есть – отличный знак!

– Для чего?

– Значит, выздоравливаешь.– Может, заказать ещё что-нибудь? – Поинтересовался он, – Спущусь, заодно посмотрю как работает официант, еле вмещающийся на кухню.

Она подошла к миллиардеру и прижавшись щекой к груди, обхватила руками за талию.

– Спасибо огромное! Заботливый, лучший нянь на свете.

– Меньше всего я хотел бы вытирать тебе сопли. – Пробурчал растроганно здоровяк.

– Но делаешь это уже пару месяцев.

– Сам себе удивляюсь.– Пожал он плечами, обхватив ладонями худенькое лицо. – Если бы…

– Я выбрала бы тебя!– Договорила за него шатенка, прося мысленно прощение у Ковалёва.– Жаль, что у нас запрещена полиандрия. Завела бы гарем, в котором каждому из моих мужчин нашлось бы место.

Илья рассмеялся.

– Знаешь, как выглядит это со стороны?

Нина тяжело вздохнула:

– Представляю.

Она улыбалась, не отводя взгляд:

– Я сука?

– Ты поставлена в неудобные обстоятельства не по своей вине. – Он хмыкнул: – Изначальное впечатление о тебе рушится после часа общения.

– Значит, на первый взгляд всё-таки – сука?

– Нет, – Илья усмехнулся. – Просто очень раскрепощённая, свободных взглядов и поведения уверенная в себе женщина.

– Ну, спасибо, что не назвал блядью. Хотя…– Она усмехнулась.– Для кое-кого в моем возрасте это звучало бы комплиментом.

Он не успел ответить.

Снова стук в дверь. В этот раз настойчиво громко.

Они переглянулись.

– Мне дадут сегодня поесть? – Проворчала обжора.

Он подтолкнул её в спину к столу.

– Меньше слов. Садись ешь, пока не остыло.

А сам вернулся в прихожую, судорожно шаря взглядом по полкам. Не найдя ничего более подходящего, чем ложка для обуви, «викинг», зажал кусок пластика в руке и шагнул к двери, сообщив нарочито спокойным голосом:

– Я открою…