Текст книги "Ты мой! Пока не наиграюсь... (СИ)"
Автор книги: Галина Колоскова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 15
Нина спешила за визжащей под ворчливый шёпот волн Алисой. Девочка забегала в воду до середины лодыжек, дожидалась пока прохладная вода достигнет коленей и выскакивала на берег. Раз за разом повторяя игры с ласковым морем. Улыбка до ушей, блеск в глазах, возможность пофилонить на свежем воздухе под лучами яркого солнца. Отпуск от занятий, от пасмурной Москвы и строгих преподавателей.
Дочь отдыхала, а мама вынуждена была делать то же самое. Или делала вид, что вынуждена. Сама с удовольствием подставляя тело под свет, дарящий коже загар. Очки давали возможность смотреть далеко за горизонт. Немного людей, так же с детьми гуляли по берегу, не решаясь зайти в ещё прохладную воду. С удивлением разглядывая маму в купальнике с дочерью бултыхающейся на отмели. Нина усмехнулась.
Как часто окружающие удивлялись поведению Лиски не боящейся холода и совершенно непосредственную в любых проявлениях. Слишком долго она её ждала, чтоб постоянно давить формирующуюся личность окриками и приказами – «Не делай этого!» Ей ещё предстоит столкнуться с общественным порицанием и ограничениями.
– Мамочка, девочка не замёрзнет? Ещё слишком рано для купания, неделя была холодной, вода не прогрелась.
Шатенка качнула головой – « Началось в деревне лето. Группа не нужной поддержки».
Она растянула губы в улыбке.
– Похоже, что она мёрзнет?
– Нет, но…
– Вот это «но» оставьте для своих детей.
– Фу, грубиянка какая!– полный возмущения возглас от беспардонной учительницы.
Ну почему каждый считает себя вправе делать замечание совершенно адекватным людям? Сидел бы пьяный на лавке пробежала бы мимо, чтоб не дай бог не схлопотать в глаз.
– Надеюсь муж вам мозги вправляет. Если он у вас есть!– Пожелала борец за чужоё здоровье и тут же получила ответ.
– А муж сам сейчас искупается и дочь на себе прокатит!– бархатный уверенный голос бьёт по сердцу и она понимает, что очень рада его услышать.
Нина обернулась, уткнувшись взглядом в снявшего на ходу футболку обладателя безупречного мускулистого тела с невероятным объёмом мышц и кубиками на животе. «Вау!» Он широко улыбался, надвигаясь, словно стена. Надёжная, защищающая от всех осуждающих взглядом, ограждающая от нелицеприятных выводов. Как же было приятно.
– Стас, откуда ты здесь взялся?– Прошептала она чуть слышно и послушно подставила губы под поцелуй, продолжая спектакль.
– На самолёте!– Он рассмеялся,– Подхватив её на руки и закружил под полный восторга Алискин смех.– Получил всю мебель, установил где ты хотела и решил присоединиться.
– И меня, и меня!– Визжала довольная рыжик, ничего не имеющая против долгого поцелуя тренера с мамой.
– Я очень скучал…
До дрожи, до всхлипа, головокружения и нежелания прерываться. Его язык ласкал её рот, играл с её языком совсем не так как делали это недавно Бероев и Светличный. Обожание в каждом движение, вздохе. Обожествление, бьющая в сердце нежность. И мысль «Господи, кем он меня считает? Невинной девочкой?» Или это примерка? Прюнюхивание, прилаживание перед тем как собрать в целое? Слиться с ней, срастись кожей? Его терпение подтверждало это. Он пришёл не на время – надолго или как сказал – навсегда!
Стас оторвался от губ, отозвавшись на нетерпеливое хныканье рыжика. Перекинул Нину на одну руку, второй подхватив Алису.
– Девочки мои!– Счастьем светящиеся глаза.– Идём в море?– И дождавшись кивка от обоих не спеша направился в воду, не выпуская живую ношу из рук, сильных с каменными мышцами.
Первый миг вода показалась ледяной, но уже через минуту приятной прохладой на фоне жаркого солнца бьющего в лицо, греющего грудь. Они плыли рядом на спинах. На груди Стаса лежала Алиса. Лицом вниз, помогая тренеру гребками маленьких рук, довольная до невозможности.
– Семья касаток!– Рассмеялась Нина.– Безумных хищников, а не моржей.
– Нет, смелых!– он сдул рыжую кудряшку настырно щекочущую нос. – тренируемся жить в океане.
Они сидели на веранде ресторана, потягивая белое вино, закусывая вкусной рыбой. Лиска поужинала и осталась с няней. Уставшая за день, но очень довольная. Совершенно спокойно отпустив Нину с тренером. Она была удивлена поведению ребёнка, обычно ревностно реагирующего на попытку мужчин приблизиться или заговорить с красавицей мамой.
– Где ты остановился?
– Тут недалеко. На этот отель у меня пока нет денег.– Он заглянул в серые глаза той с кем собрался связать судьбу.– Но это пока. Через год два сам повезу тебя куда захочешь.
– Так скоро?
– Я же говорил, что вкалывал и вкладывал деньги в бизнес мамы. Там немало накапало. Она умеет вести дела. А сейчас и мой выстрелит.
– Такая уверенность. – В удивление поднятые брови.
– Я сто раз просчитаю, прежде чем куда-то ввязаться. Привык рассчитывать каждый шаг, каждое движение.
– Хорошее, ценное качество.
– Вместе мы сможем многое, мне нужен комдир для стартапа, но жить придётся в Азии.
– Ты змей искуситель? – Она загадочно улыбалась, обведя кончиком языка верхнюю губу. – Знаешь все мои слабые места?
Стас сглотнул, проталкивая комок в горле.
– Мы просто плывём на одной волне, я понял это впервые тебя увидев.– Он встал, размял мышцы и протянул к ней руку, жадно впившись глазами в губы. – Я хочу совершенно другого, но для начала – идём танцевать.
Мысль «Ну прям ягуар в прыжке…» пробившая мозг показалась смутно знакомой. Музыка бьющая в уши, приглушённый свет. Ночное чёрное небо вместо стен и потолка, бар с напитками, мужчина с голодным взглядом…
Что-то от неё ускользало. Не хватало какого-то мелкого пазла, чтоб сложить всё в одну картинку в измученной за последние дни памяти.
– Говоришь, кровать привезли? – её голос дрожал.
Стас кивнул.
– Угу.
Он потёрся о длинную ногу пахом.
– Ого…
Бордшорты удерживали огромную выпуклость и хорошо, что терраса почти не освещена.
– Хочу!– Хриплый голос.
– Где? – дрожь и мурашки. Как будто не было не так давно секс марафонов с двумя самцами. Именно так пронеслось в голове. Сейчас к ней прижимался мужчина. Моложе тех двух, но именно с ним она чувствовала себя юной девочкой.
– Иди за мной.– Он тащил её за руку, выискивая на ходу уединённое место.
И не нужны никакие предварительные ласки. Она уже потекла в предвкушение уверенная, что секс будет на высшем уровне, если готова кончить от одного прикосновения пальцев к клитору.
Нина прижата спиной к стене невысокого здания. Темная, неосвещённая сторона. Они делают всё на ощупь, а так хотелось бы посмотреть, что такого огромного там в штанах сможет ли принять в себя?
Он целует её и в этот раз жадно, требовательно. Рвёт трусики, не имея терпения. Подхватывает под попу, ноги закинуты ему за бёдра, Одним толчком с усилием входит без осторожности глубоко и плотно заполняя собой. Она скулит, опасаясь быть разорванной, но не желая прерваться.
– Не бойся…
Пара осторожных толчков и она растянута к собственному удивлению и уже чувствует приближение оргазма. Такой большой был в ней лишь однажды давно…
Всё сложилось в один миг, открыв доступ к тщательно скрытым воспоминаниям. Вот почему он казался знакомым. Спортивный блондин с ярко голубыми глазами и та же поза сейчас и то же голодное нетерпение.
– Стасссс?!– Вопрос – утверждение.
И он понимает, почему в этот момент произносится его имя. Усмешка сквозь рычание и довольный возглас:
– Ну, наконец-то…
Яркое тепло из живота бьёт по венам, растекаясь горячей лавой, Она кричит ему в рот, заткнутая поцелуем. Ногти в плечах, выгнутая спина. Острейшее наслаждение. Но её не отпускают. Ритмичные движения, шлепки, рычание и она снова ему помогает подаваясь навстречу, позволяя входить в себя целиком. Вторая волна наслаждения. Её колотит от невероятных ощущений, молнии в мозг во все отвечающие за фейерверк чувств нервные окончания.
Она в бессилии опускает ноги и тут же развёрнута лицом к стене, Стас поддерживает её ладонью под животом, пальцем давя на бугорок клитора. Вторая рука гладит грудь, зажимая возбуждённые соски между длинными пальцами. Шершавый горячий язык лижет ложбинку на шее у основания. Он всюду: внутри, снаружи и как вынести новый всплеск оргазма? Она не может сдержать крик. Широкая ладонь ложится на рот. Стас вздрагивает, рычит, изливаясь в неё, вжимаясь ещё плотнее.
Шёпот слов о любви и том, как долго ждал этого. И новые обещания никогда ни на кого не поменять.
Нина еле стоит на ватных ногах глубоко втягивая воздух. Ещё минута и она подхвачена на руки, иначе осела бы прямо тут, на холодный бетон в полном бессилии. Три оргазма за один акт, такое с ней происходило впервые.
Он целует шею, губы, открытую в вороте платья грудь. Взахлёб раздаривая комплименты, а она не способна не то, что соображать, но даже слышать.
– Я так долго тебя искал. Прилетел с соревнований, где взял серебро, купил в дьюти фри хорошее вино, набрал закусок, огромный букет красных роз. Хотел с тобою отметить победу, – он тяжело вздохнул, – но дома никого не было. Каждый раз приезжая в Москву я приходил к твоей квартире. А потом попал на ремонтников. Мне сказали, что сюда въезжает молодая семья.
Он рассмеялся, вспоминая в каком отчаянье тогда находился и на что был готов.
– Хотел тебя выкрасть, но дверь открыла совсем другая девушка. Имя Нина ей не о чём не говорило, а дать адрес бывшего хозяина она наотрез отказалась. В клубе тоже не помогли. Только имя. Ни номера телефона, ни даже фамилии.
Он вздохнул, заново переживая бессилие того времени.
– Я не знал о тебе ничего, кроме того, что влюбился с первого взгляда в длинноногую красавицу с надменными серыми глазами. Как часто я просыпался ночью получая во сне с тобою оргазм. Ты была рядом все эти годы. Никто не смог влюбить в себя настолько же сильно.
Он усмехался вспоминая вереницу кандидаток на сердце молодого красавца.
– Они из кожи вон лезли пытаясь заполучить то, ради чего ты даже не пошевелила пальцем.
Он отнёс её на лежак заботливо кем-то поставленный под раскидистым деревом и держал на руках, прижимая к груди, словно ребёнка. Тёплый ветер шевелил взмокшие пряди длинных волос, охолаживая разгорячённое до предела тело, задирая подол короткого лёгкого платья.
Ядовито жёлтая луна улыбалась в небе, как центр притяжения для россыпи ярких звёзд. Они мерцали, подмигивая инопланетными мирами, выбивая ритм неслышной мелодии гимна влюблённых.
– Я мотался по странам с цирком. – Продолжал он, – Железная дисциплина привычная с детства и желание встретить такую, как ты. Но таких больше нет нигде в мире. А потом появилась Алиска, чем-то невыносимо напоминая тебя. Её запах казался знакомым. Любовь к рыжеволосой девочке с моими глазами мгновенно заполнила сердце. Она рассказывала о маме Нине. Я достал вашу анкету. Нина, возраст подходит и ничего не говорящая мне фамилия.
Он рассмеялся.
– Как идиот нюхал страницу, пытаясь определить аромат заполнившей её женщины. Я долго ждал, когда появиться мама любимого рыжика. Боясь расспрашивать о тебе няню. Только обвинений в педофилии мне не хватало.
Она слушала его рассказ, прижав ухо к широкой груди. Успокаиваемая ритмичными ударами сердца много лет влюблённого в неё человека. Без малейшего сомнения веря его словам.
– Две недели…
– Что?
– Я появилась в твоей секции через две недели.
– Которые показались мне вечностью.
Он развернул её лицом к себе. Жадно втягивая терпкий запах голой промежности расставленных по обе стороны от него ног. Он уткнулся в ложбинку между небольших грудей, лизнул языком нежную кожу, пробуя на вкус солёную влажность пота.
– У Алискиных волос аромат твоего молока.
– Она давно не сосёт грудь.
– Но до сих пор им пахнет.
– Почему молчал?
Стас пожал плечами.
– А что я должен был сказать? Помнишь парня, что снял тебя больше пяти лет назад и трахнул в твоей прихожей? – он горько усмехнулся. – Раз не узнала, значит не был нужен.
Луна играла в глубине зрачков светлых глаз. А она не нашла, что сказать в ответ. Пока от неё мало что зависело.
Стас прижал Нину к себе, сдавив в тисках сильных рук:
– Не хочу вас больше терять!
«Вас,– думала она придя наконец в себя. – Слова о глазах Алисы для него много значат? Глупые заблуждения надо оборвать на корню».
– Глаза у Лиски, как у моей бабушки. Она вообще на неё очень похожа. Такая же рыжая и кудрявая. Я не против тебя, но девочка любит родного отца.
– Ты должна поехать со мной и Алисой в Рязань. Там поговорим о глазах и прочем.
Он снова впился в пухлые губы, чувствуя пробуждение плоти. Нина упёрлась ладонями в мускулистую грудь, не желая пока продолжения.
– Стас, только не сейчас. Мне нужно прийти в себя и Лиска без меня вряд ли заснёт.– Она виновато улыбалась, благодарная ему за исповедь, но физически не готовая к продолжению.– Я просто выжата за сегодняшний день.
Слова о дочери заставили прекратить ласки. Стас разжал объятия и позволил подняться. Ноги дрожали, отказываясь подчиняться приказам мозга. На душе было легко и спокойно. Самооценка себя, как женщины поднялась до небес. Если бы не усталость…
Они держались за руки до дверей отеля. Стас не стал заходить внутрь. Они поцеловались на прощание договорившись встретиться после завтрака. Он стоял снаружи за начищенным до блеска толстым стеклом, провожая её счастливым взглядом до самого лифта.
Нина улыбалась поднимаясь на свой этаж, переваривая рассказанное Стасом и размышляя, что могло бы быть, если… Мечты о будущем в думах о прошлом. Настоящее ждало её сразу за дверью. Она крадучись пробралась в залу просторного люкса, не желая будить няню с дочерью. Яркий свет, включенный чужой рукой ударил пощёчиной. Она сомкнула веки, защищая глаза.
Грозный оклик:
– Где шлялась?
Ударом по голове.
Глава 16
– Мне повторить вопрос? – интонация сурового босса.
– Была там, где уже нет. А вот что ты тут делаешь?
– Приехал к жене и дочери. Дома их почему-то не оказалось.
Злой взгляд угрожающе буравил, впившись в побледневшее лицо. Нине сделалось страшно. Настолько злым она видела мужа впервые.
– Что из слов о том, что в отпуск поедем все вместе, ты не поняла?
Внутри всё похолодело, но сдаваться было нельзя. Такое давление не могло быть случайным. Павел настойчиво пытался сломать её волю, явно имея какую-то цель или причину.
– Светличный, ты ничего не попутал? Разговариваешь со мной, как с какой-то дешёвкой, снятой на трассе.
– Не веди себя подобно шлюхе и моё поведение изменится.– Он прокрутил пальцем в воздухе. – Кто оплатил этот номер?
– Мир не без добрых людей. – Она услышала скрежет зубов.– Не слишком ли много берёшь на себя? Отжал всё, что мог, решил ещё и душу забрать? Не получится!
Он молчал, широко раздувая ноздри, сжав кулаки до побелевших костяшек.
– Ты делаешь всё, чтоб разрушить наши отношения.– Нина горько усмехнулась, добавив:– Вернее то, что от них осталось
– Мне нужна жена…– По слогам выговоренное предложение.
– Вот именно, что жена, а не рабыня. Ею я никогда не стану, как и заглядывать тебе в рот. Буду искать работу. – Она выставила ладони вперёд, будто защищая от него всех, кто находится в номере, попросив:– Не повышай голос. Алиска спит с няней. Имей уважение к людям, работающим на семью. Не говоря о ребёнке, которого можешь испугать. Не хватало ей видеть разборок родителей. Я по-быстрому приму душ и поговорим.
Нина развернулась и направилась в ванную комнату. Желая поскорее смыть запах Стаса, пока Светличный не приблизился достаточно близко, чтоб его услышать.
Прохлада белизны кафеля действовала успокаивающе, она ненадолго прислонилась к стене. Из зеркала напротив на неё смотрела красивая женщина с растрёпанными волосами. Закусанные губы, блеск в глазах, сытое довольство, которое невозможно скрыть.
Нина представила, что творится сейчас в голове Павла. Он не мог не заметить в ней перемен. Но как-то было плевать на его переживания. Не всё плакать ей, пусть и он поволнуется, пока она примет окончательное решение: отправлять ли прожитые годы в топку или смириться и родить ребёнка, как он этого хочет.
А может она сама созрела воспитывать ещё одного малыша, раз допускает подобные мысли? Детей Светличный никогда не обидит и даст им достойное будущее. Нужно просмотреть видео, о которых говорил Бероев. Если решить уйти, может в них её спасение и возможность хотя бы пару лет не думать о деньгах, доказав факт измены. Нина настроила воду, бросила полотенце для ног на пол и услышала, как дверь открывается. Она поздно среагировала. Павел успел зайти и закрывал дверь за спиной.
– Что ты хочешь? – Она судорожно возвращала платье на место. – Дай спокойно помыться. Я буду спать с дочерью. Тебе придётся взять отдельный номер.
– Уже снял, и ты пойдёшь со мной. – Он протянул руку.
Она резко её оттолкнула и, выпрямив спину, безапелляционно заявила:
– С места не сдвинусь.
– Ну что же это твой выбор. – Он начал расстёгивать ремень, вцепившись взглядом в серые колючие глаза, процедив сквозь сжатые зубы. – Отсосёшь, как положено и подставишь задницу.
– Морда не треснет? – Нина отвечала не менее твёрдым, полным вызова голосом, лихорадочно решая, как выйти из создавшегося положения. Не приемля секса сейчас не в каком виде, тем более с ним.
Желваки ходили по скулам. Надменное загорелое лицо перекошено злобой, губы плотно сжаты, ноздри выгнуты.
Нине стало страшно до трясучки в поджилках. По-настоящему с желанием громко кричать, визжать, призывая помощь, но за стеной спала дочь. Нельзя испугать ребёнка с перегруженной психикой.
Светличный усмехнулся, словно прочитав мысли загнанной в угол жертвы, не спеша снимая брюки вместе с трусами. Большой член стоял колом, вздыбившись вверх.
– Сейчас увидим.– Он наступал, ухмыляясь, совершенно уверенный в физическом превосходстве.– Ты моя, кошка, я не позволю тебе забыть этого.
Нина, придавленная спиной к умывальнику, шарила рукой за спиной в поисках тяжёлого. В ладонь легло что-то круглое. Она с размаху попыталась ударить в голову. Он отшатнулся назад, уворачиваясь. В это время она в отчаянии со всей силы толкнула в широкую грудь двумя руками. Павел покачнулся, не устояв, и с грохотом рухнул назад, ударившись головой о пол с расстеленным на нём полотенцем, чуть– чуть не достав затылком до края ванны.
Нина взвизгнула опасаясь, что случилось непоправимое, тут же зажав рот ладонью, осторожно приблизилась к распластанному телу, опасаясь, что муж притворяется и схватит за ногу. Он не шевелился. Она упала на колени, как он хотел ранее, но вовсе не для того, чтоб давясь слюной ублажать, а приложила ухо к сердцу. Оно гулко билось, размеренно перегоняя кровь по большому телу.
Хромированная ручка несколько раз дернулась. Кто-то снаружи пытался попасть в комнату. Шатенка на автомате прихватила брюки с трусами и выскочила за дверь. Испуганная Анна отпрыгнула в сторону.
– Нина Сергеевна. Павел Георгиевич запретил вам звонить, – оправдывалась она, вглядываясь в побледневшее лицо работодателя, – я не смогла предупредить.
– Аня, потом, всё потом. – Отмахнулась худышка.– Всё равно не смогла бы. Телефон в сумке, а я оставила её в номере, на беззвучке к тому же.– Она затравленно огляделась. Дикое желание бежать подсказало единственно верное решение.– Анечка, собирайте вещи, мы вылетаем.
– Когда? Куда?– Удивлённый взгляд обычно добрых глаз, сейчас до краёв наполнен тревогой.
– Сегодня, сейчас же летим домой.
– А Павел Георгиевич?
– Не говори о нём ничего. Вы его не видели, потому, что спали. – Она взяла няню за руку, уточнив строгим голосом:– Поняли меня? – кивок головы вместо ответа.– Ничего не спрашивайте, чтоб не стать соучастницей.
Анна, как Нина минуту назад зажала ладонью рот, с ужасом взирая на хозяйку.
– Чего перепугались? – Нина положила руку на полное мягкое плечо надёжного человека. – Живой он, просто в отключке и нам надо слинять, пока не пришёл в себя. Иначе всем будет плохо!
Анна шагнула к двери ванной комнаты
– Нужно забрать вещи Алисы, они там сохнут.
Нина спиной перекрыла вход.
– Не до них, собирайте то, что под рукой и не забудьте документы.
– Поняла!– Няня кинулась доставать чемоданы из встроенного шкафа.
Нина, не стесняясь ее, протёрла влажными салфетками подмышки и между ног, боясь отойти в туалет, оставив дверь без присмотра. Она как попало бросала одежду в нутро объёмного чемодана, быстро сдёргивая их с вешал, туда же полетели шмотки мужа. Лёгкий брючный костюм был натянут на голое тело за секунды. Она пальцами собрала волосы в хвост, закрутила резинку и направилась в спальню, приказав Анне с двумя чемоданами двигаться к выходу.
«Надо вызвать такси и,– она опасливо озирается на дверь, за которой лежит муж.– Стаса предупредить. Может он и проводит».
Нина секунду решала, кого набрать Ковалёва или Бероева? Логичным было обратиться к ФСБешнику. Она стремительно выскочила на просторную лоджию. Мерцающее огнями побережье, красота неимоверная, но иеперь не до этого. Нужно торопиться. Первый звонок Бероеву. Как всегда, моментально взял трубку и сразу с наездом.
– Опять не отвечаешь! Муженёк…
– Уже тут, лежит, отдыхает на полу в коматозе.
– Убила?
– Говорю же – в отключке. Сейчас несусь в аэропорт, надо вылететь из страны, пока он без сознания. Нужны билеты в Москву, если нет, то куда угодно, лишь бы свалить.
– Билеты будут. Пришлю в «телеграмм». Удачи тебе.– Он чуть промолчал, добавив.– Нинок, будь осторожна, не вынуждай приговорить твоего козла.
– Буду.
– До связи.
Следующий – Стасу.
– Ты далеко?
Ответ:
– Нет!– успокоил.
– Ты нужен мне прямо сейчас. Встречай на ресепшене.
– Что случилось?
– Нет времени объяснять. Пусть закажут машину. Я выхожу.
– Буду через минуту.
И опять Стасу достаточно пары фраз.
Нина не стала Лиску будить. Спящую облачила в тонкий комбезик, решив, что обувь оденет в машине. Объёмную сумку за спину. Сопящего рыжика на руки и бегом к лифту, надеясь, что выиграла хотя бы час. Не ринется же Светличный вслед голышом?
Она дёргается при каждом звуке, пока не оказывается в крепких руках спортсмена. Он осторожно забирает Алису. Нина наспех общается с администратором. Благодарит за отличный сервис, объясняя внезапный отъезд семейными обстоятельствами, каждую секунду боясь, что всплывёт Светличный. Стас физически ощущает её затравленность, умело скрытую за радушным взглядом.
Алиса не просыпается, уютно устроившись в кольце мощных рук. Наконец уведомляют, что такси ждет, и они устремляются к выходу.
Только усевшись в машине и забрав дочь, она понемногу успокаивается. Сердце возвращается в привычный ритм. Вопрос:
– Теперь расскажешь, что случилось?
Выводит из ступора. Стас повернулся назад и сверлит пронзительным взглядом. Скрыть произошедшее не получится.
– Муж случился.
– УУУ? – И в этом «У» всё сразу: почему, когда и что сделал.
– Решил поставить на место. Я была против.
И уже на других скулах, более резких, широких, гладковыбритых гуляют желваки.
– Он обидел тебя?– В этом вопросе все – и конечно, про изнасилование.
– Нет, не успел, я его вырубила.
– Как? – вслед за глубоким выдохом.
– Толкнула и чуть…– Она посмотрела в зеркало заднего вида.
Чёрные глаза любопытного таксиста разглядывали красивую шатенку с любопытством. Среднего возраста турок явно понимал по-русски и сушил уши.
– В общем, он сейчас отдыхает, а я решила не дожидаться пока проснётся и улететь домой.
– Если бы я знал...
– Скажи я тебе это сразу, ничего бы не изменилось. – Нина прекратила его сомнения.– Не было и нет времени. У меня на всё про всё час форы, надо успеть им воспользоваться.
Через полчаса они неслись к стойке регистрации, успев за десять минут до окончания. Пять минут на «отдышаться». Чемоданы больше не оттягивали руки. Няня забрала Алису и тактично отошла в сторону, никогда не вмешиваясь в действия хозяев и не распуская язык. За что лично от Нины получала дополнительно премию.
– Куда теперь?– Он смотрел в серые глаза с тоской, опасаясь больше её не увидеть.
– Пока не знаю, но вынуждена буду скрываться какое–то время.
– А я?– Сильная рука легла на шею, большим пальцем нежно массируя ложбинку под взмокшими волосами.
Как будто не было шума аэропорта, чужих любопытных взглядов, только двое, застрявшие в мейнстриме людского движения. Нина скосила глаза. Анна стояла спиной к ним. Крепкая рука переместилась на затылок, зарывшись пальцами в светлые волосы, не приемля отказа.
Она не стала сопротивляться жадному поцелую, с игрой языков, нежно ласкающих друг друга и гладкие стенки щёк, закрыв глаза и полностью отдавшись ощущениям. Жаркое сладкое соитие губ, как мини секс, заставивший дрожать спину и ноги. Внизу живота сладко тянуло. Она упёрлась руками в мускулистую грудь, отрывая себя от него. Борясь с собственными желаниями. Хриплое:
– Нам пора.– И обещание.– Я позвоню, как прилечу.
– Кто-то будет встречать?– голос полный тревоги.
– Да, мой давний друг.– Она открыто смотрела в мужественное лицо, показывая полное доверие.– Он уже всё продумал.
– И?– взгляд ярко-голубых глаз задавал немой вопрос.
– Я позвоню, как устроюсь. Отвечай на незнакомые номера.
Нина заставила себя шагать по зелёному коридору таможни вслед за няней, не оглядываясь. Тянуть дольше не было времени.
Стас подождал, пока они прошли в зал ожидания и лишь потом отправился к выходу. Уже у дверей вскинул голову и оторопел. Прямо в него впечатался злой, как чёрт, Светличный. Он впился в недоумевающее лицо тренера дочери, с трудом соображая, откуда тот мог здесь взяться. Резкий вопрос:
– Что ты тут делаешь?
– Отдыхаю.– Стас, ухмыляясь, пожал плечами, маскируя волнение. – Что ещё можно делать в Турции?
– Я про аэропорт.
Блондин беспечно улыбался, отвечая как само собой разумеющееся:
– Провожал друзей.
– Ну и как? – пронзительный сканирующий взгляд чёрных глаз.
– Что как? –деланное непонимание.
Уточняющее:
– Проводил?
– Конечно.
– Молодец. – Усмешка рельефных губ и запущенные пальцы в качестве доброго жеста в короткий бобрик светлых волос.
Стас отпрянул, откинув чужую руку, почувствовав боль, готовый заехать в челюсть обидчика любимой женщины, но, не желая сдать её глупым поступком.
– Увидимся! – усмехаясь, пожелал Светличный и ринулся в галдящий разношёрстный зал, выискивая глазами взбесившуюся «кошку».
