Текст книги "Ты мой! Пока не наиграюсь... (СИ)"
Автор книги: Галина Колоскова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 13
– Куда теперь?
Вопрос от Стаса застал врасплох. И в самом деле, что дальше? Прятаться за чужой бедой больше не выйдет. Надо разбираться со своею. Режиссёра арестовали, перепутав с другим человеком. В её ситуации путаницы не было. Привязать к дому хотели именно её. Без права на апелляцию и возможности пересмотра дела. Босс сказал – нужен наследник и она должна взять под козырёк. Только, похоже, он с кем–то её перепутал.
– У тебя есть время?
– На тебя всегда – Он улыбался.– Я взял отгул на остаток дня.
– В который раз из-за меня или Алисы ты пропускаешь работу, а это деньги.
– Ты даёшь мне нечто большее.
– Что?
– Надежду обрести, что давно искал, в чём нуждаюсь, то, что очень мне нужно.
– И что же?
Кокетливый вопрос с заранее знаемым ею ответом, но так хотелось его услышать.
– Любовь…
Нина смежила веки, пробуя на вкус слово так часто слышанное ею раньше, но мало произносимое самой. Ковалёв совсем недавно признавался в любви, но зайти дальше слов не посмел, или выжидает. Стас не боится ничего, слишком молод и толком не пуган. Похоже, никто ещё не разбивал ему сердце, топчась на душе. Готова ли она сама сейчас окунуться в это чувство?
Нина открыла глаза, произнеся, как показалось ему невпопад:
– Почему бы и нет? – а уже совсем тихо, одними губами повторила фразу, щедро раздаваемую когда-то: – Ты мой! Пока не наиграюсь…
Ох, уж этот голодный взгляд в ярко-голубых глазах, источающих кроме прочего обожание. Сейчас он его не скрывал, с жадностью впившись взглядом в пухлые губы. Нина отвернулась и не торопясь покинула парковку, размышляя, что делать дальше.
Возвращаться домой не было сил. Изображать счастливую хозяйку перед прислугой и как ни в чём не бывало, общаться с малочисленными подругами по телефону не хотелось. Алиса с Анной на очередных занятиях, лежать сверлить потолок, размышляя о том, как и за что её кинул муж, тем более
– Хочешь посмотреть мою квартиру, здесь неподалёку, правда там старая мебель и той немного. Думаю заказать сегодня же новую. – А в голове:– «Осталось узнать на какие шиши…»
– Не имеет значения.
Хриплый голос действует возбуждающе.
Сразу два зайца убить одним поступком. Отомстив обидчику за гульбу и воровство. И тут же мысль, не часто ли она стала мстить, не имея на руках точного подтверждения измен Светличного? Может просто рвётся на волю та Нина, какой она была до замужества?
– Ты не забыла о моём предложении посетить вместе Рязань?
– Не получится в ближайшие дни, наверное. Я забыла за всеми своими метаниями. В пятницу летим с Лиской на десять дней на Мальдивы. А там посмотрим.
– До пятницы есть три дня. Дорога займёт не больше двух с половиной часов с учётом всех возможных остановок.
– Надо подумать. – Она отнекивалась, заранее зная, что не станет сейчас покидать надолго Москву. Нужно быть на со звоне с Бероевым, да и Светличный мог опять объявиться в любую минуту. Больше она не верила ни одному слову мужа или поступку.
Вспомни чёрта…
Звонок долгий, настойчивый пока не взяла трубку.
– Почему не отвечаешь?
Лучшая защита нападение. Или он вообще не чувствовал себя виноватым? Нина с трудом сдерживала гнев.
– Мне словами или матами объяснить?
– Словами.
–Светличный, у тебя на месте, где была совесть, хрен вырос?
– Я попросил не выражаться.
– А нормальных фраз для тебя нет. Когда я успела акции продать? Почему ты вывел меня из совета директоров и лишил работы? Карточки заблокированы. Ты забрал у меня всё, что я заработала горбом, а не раздвигая ноги. За что?
– Не за что, а для чего. Какие счёты между женой и мужем? Я сказал – мне нужен наследник. Приведи себя в форму, отдыхай, ешь правильную еду по расписанию, а не урывками. Здоровый образ жизни сроком на год. У тебя есть всё для нормальной жизни! Алисой займись, в конце концов! Дочь видит мать рано утром и перед сном.
– С тобой в последнее время она не бывает совсем!
– Я отец и должен заботиться о благосостоянии семьи, а ты – заниматься детьми!
– Какими детьми? Девочка целыми днями на занятиях по твоей же программе развития.
– Родишь ещё сына или двух.
– Ты всё за меня решил?
– Хватит скулить! Я долго терпел твои выходки, больше не стану. Прими всё как есть или я заберу Алису, а ты отправишься жить назад в свой Мухосранск!
Угроза вернуться в родной город смешила, а вот о разлуке с дочерью требовала создать крепкий тыл.
– Где мой рабочий комп?
– Он тебе больше не нужен.
Она закусила губу до боли, не желая сорваться на крик и выдать сжиравшую душу истерику.
– Светличный, ты в какую галактику жить переехал? Я была состоявшейся личностью до встречи с тобой и всегда ею буду.
– Посмотрим. Я сказал, какой вижу нашу дальнейшую жизнь. Выбор за тобой.
Она мотнула головой, не соглашаясь с невидимым собеседником:
– Это отсутствие выбора.
– Реши к моему приезду чего ты хочешь.
–Давай договариваться. – Выдавила она фразу предложенную Ковалёвым.
– Не о чем. Я всё сказал!– безапелляционно. – И не надейся на развод. Я не дам его.
– Куда ты денешься? – заранее проигрышный аргумент с человеком считающим, что обладает неограниченной властью.
– Я заберу у тебя всё!– полное превосходство в голосе.
– Уже забрал. – Безысходность и хочется выть, но нельзя.
– Нет, пока оставил самое драгоценное.– На этих словах сердце Нины ухнуло вниз. – Роди мне сына, а там решим остальное.
– И на какие же деньги мне ходить по врачам? – а вот это уже походило на сдачу позиций. Мнимая, вводящая в заблуждение капитуляция.
– Кредитка у тебя безлимитная. Всё. Мне надо идти. – Она слышала усмешку в голосе, перед глазами стояла ухмылка на чётко очерченных губах. – Не скучай и знай: я люблю тебя!
Он сбросил вызов, ставя точку в их разговоре. Всё всегда сам. Сам построил, единолично решил, вероломно сломал. До сих пор его слово было последним. До этого дня. Этой минуты.
– Что случилось? – Стас положил руку ей на колено.
– Жизнь…
Требовательный жест и не менее решительным голосом произнесённая фраза:
– Припаркуйся немедленно и расскажи всё по порядку!
Нина исповедовалась второй день подряд. Но только в этот раз она не ревела. Не было ни сил, ни желания выплёскивать на блондина эмоции. Лимит на завывание с заламыванием рук исчерпан. Ощущать себя тряпкой рядом с тренером она не желала.
– Всё понятно.
– И что же ты понял? Я вот многому дать объяснение не смогла.
Блондин усмехнулся, будто и вправду знал что-то недоступное пока ей и делиться этим прямо сейчас не собирался.
– Ключи от московских квартир у тебя с собой?
– Да.
– Едем туда. Знакомство с жилищем в Одинцово откладывается на потом.
– Зачем? – она пожала плечами. Окунаться в запахи Светличного прямо сейчас не хотелось.
– Поищем ответы там, где твой муж ночевал в последний раз.
Нина кивнула. Как ей самой не пришло в голову осмотреть квартиру, в которой Светличный стал оставаться на ночь всё чаще, объясняя напряжённой работой. А может быть это её подсознательное нежелание получить подтверждение его неверности? Одно дело чувствовать и подозревать и совсем другое уткнутъся носом в неприятную правду. Но, как сказал Бероев – нужны доказательства. Для того же развода.
– Только позвоню кое-кому.
Она набрала Олега и попросила прислать человека, что убирал в спальне особняка жучки. Нужно проделать то же самое, но в обратном направление. Установить камеры и прослушку.
– Это мой старый друг, – почему-то начала она оправдываться.
– Было бы удивительно, если бы вокруг тебя не было кучи мужчин.
Стас улыбался совершенно искренне и открыто. Вот такое полное его безразличие Нине не нравилось и даже слегка напрягало. Она не привыкла жить полностью доверяя кому-то кроме мамы и Юльки. Стас хочет войти в их число? Мужчинам вообще можно верить?
– Ты не ревнуешь?
– К чему? Тому, что замужняя женщина будет мне изменять?
– Про «будет» это к чему?
– К нашему будущему. – Он ловил взгляд серых взгляд в зеркале. – С мужем тебе надо разводиться. Предавший однажды, предаст и дважды. Он знает, как на тебе сыграть и станет делать это снова и снова. – Конечно я очень ревнивый, но знаю где сейчас моё место. В паспорте у тебя регистрация не со мной.
Нина покачала головой, внимательно следя за дорогой.
– Если бы было всё так легко! Я делаю, что надо на автомате, а по сути не готова даже думать об этом. Слишком много последствий.
– Намного проще, чем ты считаешь. А я умею ждать.
До самого дома они молчали, каждый обдумывая что-то своё. Но мысли шли в одном направлении: как выйти из ситуации с Павлом с малейшими потерями. Он – как это лучше устроить.
Город постепенно погружался в сумерки. Начинали загораться фонари. Москва в освещении особо красива. Пятиэтажки, шести, семи, девятиэтажки, высотки. Сталинки с их помпезной надёжностью и лепниной.
Новые, взметнувшиеся в небо, здания современной архитектуры: стекло и разного цвета пластик. Перепады высот крыш с подсветкой, Как алгоритм пульсации города. Сверкающие змеи гудящей автострады. Никто и никогда не заставит её добровольно бросить всё это. Разве, что поменять на жизнь у океана.
Ключ подошёл. Замки Светличный не поменял, а значит, уверен в том, что жена побунтует и смирится с новой участью. В конце концов, все деньги остались в семье, при условии, что эта семья сохранится.
Человек Бероева подъехал следом за ними. Они оба начали осмотр. Нина в поиске улик, он – месте для установки камер.
Просторная дорого меблированная квартира была идеально вычищенной. Уборщица не зря получала деньги. В спальне с широченной кроватью и окнами затянутыми тяжёлыми серыми портьерами было холодно и неуютно. Нина переворачивала подушки в надежде, что что-то за ними осталось. Заглядывала в каждую щель, в любой угол. Но сюрприз ждал её в огромной ванной комнате.
Серёжка на умывальнике. Вычурная, из белого золота с большим бриллиантом. Такие не забывают, их ищут до последнего, без них не уходят. И чужие женские стринги ярко-жёлтого цвета, брошенные на сушилку, как среднее окно светофора, разбавляющие ожиданием красный шёлк постельного белья.
Больно.… Очень… Желание разрыдаться…
И только сейчас приходит понимание, что она всё ещё любит высокомерного, себялюбивого, очень красивого властного мужчину. И сердце сжимается в тисках невыносимой обиды.
Она сползла по стенке на пол, спрятала голову меж острых коленей и заскулила. Суровая правда не оставляла ей выбора. Проглотить открытый факт измен, значит уничтожить себя как личность, позволить втоптать в грязь, из которой потом не выбраться.
Не настолько неправа была Лида. Не бред пьяной алкоголички, а исповедь выжженной души обманутой не единожды женщины, не способной жить самостоятельно.
Тяжёлые ладони опустились на вздрагивающие плечи. И снова ничего не надо объяснять. Стас понял всё сам. Он покрутил в пальцах серьгу, бросил её назад в раковину и сделал единственно правильный вывод:
– Кто-то очень старается, чтоб ты узнала об изменах мужа.
– Да… – Она всхлипнула, вытерла слезы воткнутой в пальцы салфеткой и взглянула в участливые глаза. Меньше всего ей нужна была чья-то жалость.
Нина поднялась на ноги, сполоснула лицо холодной водой и убрав черные пятна под веками, вынесла приговор семейной жизни:
– Я не Лида!– она достала из кармана прямоугольник пластика, с горькой усмешкой пробормотав: – Безлимитная, говоришь?– А уже громко вслух, обращаясь к блондину.– Оставим ключи фсбэшнику, пусть сделает всё и отдаст их Олегу. Появляться во второй квартире не имеет смысла. – Она улыбнулась сквозь слёзы, гордо выпрямив спину. – Мы едем покупать новую мебель!
Глава 14
– По-моему, это она!– Нина раскинула руки, расположившись на огромной кровати.
– На самом деле – уютно!– повторил её действия Стас и, развернувшись лицом к шатенке добавил:– Следующую, для нашего дома, я выберу сам. Пока же чувствую себя неуютно.
– Почему? – она усмехнулась настойчивости блондина. Наблюдать за ним было забавно. Когда–то она сама вот так – напролом шла к своим целям.
Огромный, залитый ярким светом торговый зал не премиального уровня, вдруг сузился до нескольких метров высокого потолка. Она не различала голосов в общем гвалте, не слышала обращённые к ним вопросы продавца–консультанта, молоденькой девушки с кокетством бросающей взгляды на Стаса. Укутавшись в личный кокон одиночества среди людей.
Надо понять, чего на самом деле хочет он от неё. Чего ожидает? Готов ли идти до конца, не только постели. Что смогут дать они друг другу, чем дополнить? Его молодость компенсирует цинизм её опыта?
– Не могу сейчас оплатить тебе её, с утра вложил всё, что имел в одно рискованное предприятие.
Его бархатный глубокий голос доносился, словно из далека. Она отвечала на автомате, не думая о словах, ради поддержания разговора:
– Зачем рисковать?
– Уверен, что всё получится. Скоро смогу воплотить в жизнь любую твою мечту, если она материальна, конечно. Звезду достать не сумею, разве что купить виртуальный участок. Но это деньги на ветер. – Он рассмеялся. – Непозволительная для меня пока роскошь.
Несколько фраз вернувших её к реалиям жизни.
– Ты копишь деньги на мою мечту, – удивилась она, – даже не зная, чего я хочу? – Нина повернулась к тренеру, подперев голову рукой, вглядываясь в мужественное, но по-детски светлое лицо уверенного в себе человека.
Стас не прятал взгляд, не смутился под откровенной оценкой вдумчивых серых глаз красивой женщины.
– Надеюсь, сейчас ты её озвучишь.– Он протянул руку, коснувшись тыльной стороной пальцев нежной кожи щеки.
Она не дёрнулась, как обычно, а закрыла глаза. Представив себя сейчас совершенно в другой постели, с другим, знакомым до последней родинки человеком. Есть ли у неё мечты кроме счастья с ним, тем другим? Она прогнала сдавившую сердце тоску и, распахнув веки, проговорила чуть слышно:
– Дом на берегу океана, мой собственный, где Алиса будет бегать наперегонки с сестрой или братом. Небольшой доходный бизнес, не выматывающий на износ. И душевное равновесие. Хочу быть уверенной в завтрашнем дне на все сто. – Уголки растянутого в улыбку рта дрогнули. – Но вряд ли это возможно.
– Я обеспечу тебе всё! Не обещаю вечной нирваны, но никогда не предам, не изменю и не брошу.
– Никогда не говори – никогда… – Нина горько усмехнулась, подумав про себя: – Малыш, если бы ты встретился мне много лет назад…
– Я так воспитан. Родине не изменяю, а ты входишь в круг родных моему сердцу людей.
– Даже так?– улыбка вышла гримасой боли. – Ты не забыл про разницу в возрасте?
– Я скоро начну седеть, генетика папы, и ты меня бросишь? – голубые глаза смотрели с усмешкой. И никакой в них лжи.
Вот от этого было больно. Он действительно верил в то, что говорил, а она знала, что запомнит этот момент навсегда. Что будет потом, когда их мимолётный, едва начавшийся роман подойдёт к концу? Кто, если позволить приблизиться к себе совсем близко, соберёт заново разбитые души? Захочет ли она ещё раз жить в напряжении последних месяцев? Ответ дал Стас. Он накрыл тёплой ладонью её холодные пальцы, пообещав:
– Я могу тебя злить, бесить, раздражать в каких-то моментах, но никогда не разочарую. – Он сверлил её взглядом, словно читая рвущие мозг мысли. – Не бойся войти в мою реку!
Вот так в несколько фраз расписанный бизнес–план новой жизни. И кто мешает ему последовать? Воздух в один момент наполнился бьющими в нос ароматами и какофонией давящих на перепонки звуков. Мир расширился до размеров вселенной.
Нина одним рывком поднялась с уютного ложа, обрадовав и заставив гореть завистью холодные глаза продавщицы уверенными словами:
– Мы покупаем её! – Она взяла под руку последовавшему её примеру блондина, добавив излишне громко. – Как только доставят, так сразу же протестируем на прочность!
– И не один раз!– Со смехом поддержал он её, обратившись к консультантке с нетерпеливой просьбой: – Можно как-то ускорить этот процесс? – Мнимая пара отлично поняли друг друга. Нина покачала головой.
А продавщица ответила:
– Смотря, какой цвет и комплектацию вы закажете. Не всё есть в наличии. Модель весьма популярная.
Стас никогда не терял надежды, а уж тем более не опускал рук. Раз всё зависит от наличия новой кровати… Он сделал недвусмысленный жест пальцами.
Консультант улыбнулась, пожав плечами.
– Выберите сначала ткань обивки и матрас, а я посмотрю, что можно сделать.
Звонок Светличного ночью был ожидаемым. В отличие от Москвы в Пекине наступило раннее утро, а значит, он прочитал уведомления о покупках.
– Мать, ты совсем охренела?
– Попрошу не выражаться!– Отбрила она его же словами.– И какая я мать тебе, ты старше меня на одиннадцать лет. Так плохо выгляжу в последнее время? Так не делай мне нервы…
– Просто до сих пор не отошёл от твоих банковских операций.
– Что особенно впечатлило?
– Дурой не прикидывайся. Зачем тебе новые мебель, посуда, бельё? Успела переломать и перебить всё в доме за пару суток?
– Нет, Одинцово обустраиваю. Мама всё же решила туда переехать.
Долгая пауза и ожидаемый вывод.
– Реши Алина жить в Москве, она предпочла бы гостевой домик, поближе к внучке, а не в богом забытом Кукуево. – и ещё через короткую паузу. – Что ты задумала – кошка? Решила устроить день непослушания?
– Он тянется много лет, ты просто ещё не в курсе или сделал вид, что забыл на ком женился когда-то.
– Ключевое слово когда-то.
– Сто процентов – забыл! Это мой способ напомнить.
– Ну, что же, давай вспоминать на пару. Я тут поразмышлял и решил, что на Мальдивы отправимся вместе, через неделю после моего возвращения.
– Ты не посмеешь! Лиска так ждёт этой поездки!
– Уже посмел. Это мой вклад в воспитание строптивых девочек. Я аннулировал наши путёвки. И сделал ограничение на карту. Попробуй ни в чём себе не отказывать на сто пятьдесят тысяч в месяц. Все остальные расходы я буду оплачивать сам.
– Ты наказываешь не меня, а ребёнка. – Она сжала губы, не желая сорваться на крик. Именно её истерик Павел сейчас добивался, чтоб как обычно успокоить, смягчив наказание и чувствовать себя благодетелем. – Как мне на эти деньги жить?
– Скромно. На бензин и перекус в ресторанах хватит. Все остальные расходы я буду оплачивать сам.
В этот раз Нина сама нажала на сброс. Она смахнула слёзы и набрала Ковалёва, забыв о времени. На удивление тот сразу взял трубку, видимо так же мучился бессонницей.
– Твой совет договориться не действует. Светличный только что ввёл лимит на карту и отменил поездку на Мальдивы. Я не знаю, как сказать об этом дочери. Папа тебя разлюбил, или боится, что ты без него обгоришь?
– Второй вариант. Только не торопись говорить. Я попробую организовать вам отдых. Правда, так близко к поездке скорее получится с Турцией. Ты согласна?
– На всё, что угодно! Лишь бы увезти Алису к морю и солнцу.
– Заведи себе прямо сейчас новую онлайн карту, я скину вам на расходы денег.
– Неудобно…
– Прекрати, чтоб я этого больше не слышал. Я пообещал тебе помогать и от слов своих не отказываюсь. Поужинаем завтра?
– Да. – Она была бы неблагодарной сукой, если б не сказала этого.
Звонок Бероева заставил задуматься. Он говорил коротко, явно чем-то занятый, но всё–таки найдя для неё время.
– Есть хорошие новости и плохие.
Как в каком-то из детективов. И она знала, что нужно сказать в ответ.
– Начинай с плохих.
– Тогда издалека. Мог Светличный следить за тобой в квартире?
– Вряд ли, я не часто бываю там в последнее время.
– Но камеры установлены совсем недавно.
– Разве, что он стал записывать свои секс забеги?
– Непонятно совсем. Надо думать.
– А хорошие?
– Мой человек их убрал и установил новые. Даже если кто-то придёт разбираться, что и как с ними, мы узнаем.
– А записи были там хоть какие-то?
– Их я тебе подарю, просмотришь на досуге. Булки не расслабляй. Готовься к разводу на опережение. Я рою дальше. Уже начинает складываться картинка по-твоему Светличному.
– Порадуй меня – поделись.
– Пока всё не проверю – не стану. Слишком мутно там. С холдингом ещё сложнее. Я человечка к тебе приставлю, пусть последит, а то как-то тревожно. Заметишь неладное, сразу звони!
Нина несколько минут сидела, свесив голову вниз, касаясь распущенными волосами гладкого пола. Жизнь по телефону становилась нормой. И лишь Стас как светлое пятно среди всего этого хаоса.
Она потянулась к бутылке вина. С какого-то времени перестав засыпать без бокала красного. Огромная спальня, огромная кровать, высокие потолки и окна. Всё в этом доме было огромным, но тесным, давя холодным пространством на нервы.
Нина отставила стеклянную ёмкость в сторону и осторожно прокралась в спальню Алисы. Ночевать в своей комнате не хотелось. Тёплое маленькое тело под толстым одеялом. Мерзляка в маму. Её любимый сопящий комочек, посетивший за день несколько центров развития. По-хорошему ей бы в деревню на лето. К козам, собакам, коровам и кошкам. Но папа решил сделать из дочери вундеркинда и той приходится старательно работать ради его одобрения. Нина прижала к себе девочку. Тепло и уютно, не только коже, но и сердцу. Почти так же как рядом со Стасом.
Она прокручивала в голове события дня и вечера, с расплывшимися в улыбке губами. Куча заказанной мебели, которую доставят в течение недели. Они всё выбирали вдвоём. Смеясь и играясь как дети. Рука в руке, голова на плече. Но страх любой близости, даже поцелуй только в щёчку.
– Я тебя хочу! – Он прижал её руку к паху, нежно массируя большим пальцем ладонь.
Дрожь по телу, тянущее желание в низу живота и просьба:
– Не надо.
– Почему?– хриплым голосом.
– Потому что рано!– Она рассмеялась.– Даже мебель ещё не привезли. Давай подождём.
– Ты замужем, старше меня и имеешь дочь! – Стас усмехнулся. – Можешь не перечислять в очередной раз, я в курсе. А раз большая девочка, то знаешь, что любовь и секс дополняют друг друга. Я могу показать тебе кучу способов стоя, сидя и на полу.
Нина молча кивнула, не меньше его зная об этом, но руку убрала, и он так же без слов принял это, но надолго ли хватит его терпения?
Страх сорваться и уйти в любовь прямо сейчас со всеми её лихорадкой, безрассудством до головокружения, потерей ориентации и безумием нелепых поступков. Не время. Пока не время, но сексу быть, это она для себя решила окончательно.
Они ели пиццу тут же в торговом центре. До рычания Стаса обсасывая пальцы друг друга, размазывая соус на лицах, и слизывая его языком. Секс в каждом чувственном жесте. Прикусе зубами. Нежных касаниях губ. Взглядах. Сиплости голоса. Намокшие от желания трусики. Торчащие сквозь одежду соски. Вздохи. И обещания на будущее.
Рядом с тренером она ощущала себя намного моложе и очень свободно. Старое доброе чувство комфорта рядом с единомышленником. На них оглядывались, кто с улыбкой, кто с завистью, а кто-то с явным осуждением во взглядах. Что будет, когда они начнут целоваться? И эти мысли бодрили взрывая мозг.
Большая маленькая девочка на всех парах неслась в состояние влюблённости.
