Текст книги "Хартли (ЛП)"

Автор книги: Фрэнки Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Фрэнки Лав
Хартли
Серия: «Невесты по почте на Рождество – 2»

◈ Главы: Пролог + 9 глав + 2 эпилога

◈ Переводчик: Denika

◈ Редактор: Иришка

◈ Обложка: Wolf A.

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её друзья» – vk.com/zolochevskaya_irina

Пролог

Семья на первом месте – по крайней мере, так бывает, когда ты Мислтоу.

Поэтому, когда мама излагает свой план по спасению города Снежная Долина, я не удивляюсь, что мои пятеро одиноких братьев поддерживают его. Однако я менее уверен, что это хорошая идея.

Мама постаралась согреть нас всех домашней едой, за которой последовал бурбон с коричневым сахаром и её знаменитый фруктовый пирог. Она умная, я передам ей это.

– Дедушке понравилось бы, если бы мы использовали его деньги во благо, – говорит мой брат Мейсон после выступления мамы. Это правда, но я никогда не ожидал, что воспользуюсь своим наследством таким образом. Делает ли это меня эгоистом? Может быть.

– И поскольку мы все планируем остаться в Снежной Долине надолго, я не понимаю, почему бы и нет, – говорит Нейт.

Он прав, мы все планируем остаться, но мне интересно, есть ли в этом смысл. Братьям Мислтоу принадлежит город? У нас нет никакого опыта.

Мэтт проводит рукой по подбородку.

– Я думаю, расчёты верны. Это означало бы больше работы для всех нас, но я, возможно, скоро найду партнёра в фирме, и у меня будет больше времени.

Как юрист семьи и старший сын, понятно, почему он думает о деньгах.

Спенсер, младший брат, говорит, что он в деле.

– Хотя, как плотник, не уверен, что могу многое привнести к бизнесу. Но я могу помочь привести город в порядок. Вы видели, насколько старые вывески окружают это место? Я не думаю, что Джаспер за последние годы вложил в Снежную Долину хоть цент из своих денег.

Кристофер, самый тихий из нас, откидывается на спинку стула, вытягивая перед собой длинные ноги. Выражение его лица задумчивое.

– От меня ты не дождёшься возражений. Мне не нужно, чтобы какая-то корпорация приходила и пыталась указывать мне, как управлять моей пивоварней и пабом.

– Мы уверены, что не хотим прихода корпорации «Титан»? – спрашиваю я, не уверенный, что действительно разделяю мамин план. – Туристические города привлекают посетителей. И этому месту не помешало бы ещё несколько женщин.

Мейсон смеётся.

– Говорит парень, который уже встречался со всеми доступными.

Я пожимаю плечами, не принимая его комментарии близко к сердцу.

– Не то чтобы вариантов было много.

Я замечаю, что мой папа ухмыляется, добавляя ещё бурбона в свой бокал, как будто он знает что-то, чего не знают остальные. Я смотрю на маму. Она чего-то недоговаривает?

– Кстати, о женщинах… – произносит мама, выхватывая бутылку бурбона из рук папы, а затем велит нам, парням, наполнить наши бокалы, как будто она хочет нас напоить. – Есть одна вещь, которую я должна упомянуть.

Она начинает объяснять какой-то архаичный закон о том, что владельцы города женаты – что она даже ходила в мэрию, чтобы увидеть закон своими глазами.

– Хорошо, тогда зачем мы ведём этот разговор? – спрашивает Мейсон. – Никто из нас даже не встречается.

– Пока, – добавляет она, поднимая палец.

– Что ты имеешь в виду, пока? – спрашивает Нейт, откидываясь на спинку стула.

– Возможно, я сделала кое-что… что-то… немного опрометчивое, – мама прижимает руку к сердцу.

– Опрометчивое? – Мэтт стонет. – Мама, что ты сделала?

Мама смотрит на папу, прикусив губу.

– Продолжай, Джой, – говорит он, качая головой. – Расскажи своим сыновьям, что ты натворила.

Мама преувеличенно улыбается им.

– Я заказала каждому из вас по невесте.

– Невесту? – Спенсер смеётся. – Мама, мне двадцать два.

– Твоему отцу был двадцать один, когда он женился на мне, – возражает мама.

– Ни в коем случае, – рычит Кристофер. – Мне тоже не нужно, чтобы женщина вмешивалась в мои дела.

– Когда ты говоришь «заказала»…, что именно это значит? – спрашивает Мэтт. Все парни замолкают и смотрят на меня, ожидая моего ответа.

Мама лучезарно улыбается.

– Через несколько недель каждый из вас получит невесту по почте.

Я с ужасом смотрю на свою мать. Я знаю её достаточно хорошо, чтобы понять, что это не шутка. Жена?

– Счастливого Рождества, – говорит она нам. – У меня такое чувство, что в этом году праздник будет очень интересным.

Я не просто выпиваю этот бурбон, я осушаю весь чёртов бокал.

Я никогда не ходил на серьёзные свидания. Никогда не встречал женщину, которая могла бы соблазнить меня пойти куда-нибудь больше одного раза.

И теперь моя мать заказала мне жену.

Глава 1

Хартли

Прошёл месяц с тех пор, как моя мать усадила нас, парней, за стол и сообщила нам новости. Она приказала нам жениться. Жёны.

Я, двадцатишестилетний Хартли, собираюсь жениться?

Невозможно.

Я пытаюсь свыкнуться с мыслью, что сюда приедет невеста. Для меня. Парень, у которого ни разу не было серьёзных отношений. Мне жаль её, кем бы она ни была.

Я подумываю о том, чтобы отказаться от всего этого – купить город и жениться на незнакомке, – но, когда я поднимаю эту тему со своими братьями, они смотрят на меня так, словно говорят: «Заткнись к чёрту, Хартли».

Никто не хочет перечить нашей матери, особенно на Рождество. И так, если все мои братья согласны с этим, разве я могу возражаиь? Можете ли вы представить, что я буду чувствовать на каждом семейном собрании в течение следующих пятидесяти лет? Как будто я подвёл её. Подвёл их всех.

Я знаю, что причинил маме много душевной боли за эти годы, поэтому я не собираюсь раскачивать лодку и портить всем настроение. Особенно с тех пор, как мой отец передал мне свой любимый хозяйственный магазин всего год назад. Хотя, когда я возглавил магазин, я и не предполагал, что мне придётся быть таким чертовски внимательным к людям. Я люблю что-то строить и мастерить – провёл годы в горах, перевозя древесину для лесопилки. Я мог проводить целые дни, не говоря ничего, кроме ворчания, с парнем из команды. Проводил ночи в одиночестве, в своей хижине.

Потом папа захотел уйти на пенсию, а лесозаготовительная мастерская закрылась – и это показалось достаточно удачным переходом.

Оказывается, бизнес в упадке. В сильном в упадке. И я знаю, это потому, что папы здесь нет. Может, я и Мислтоу, но я чертовски уверен, что я не тот, кого хотят видеть клиенты.

Но я стараюсь изо всех сил, продолжаю появляться на работе, которая меня раздражает. Потому что последнее, чего я хочу, – это разозлить людей, которые всю свою жизнь заботились обо мне.

И всё же, женитьба – это чертовски важное дело.

Хотя я бы солгал, если бы сказал, что меня не заинтриговала идея заняться любовью с незнакомкой. Женщина в моей постели, сладкое обнажённое тело, плотно прижатое к моему.

У некоторых из моих братьев уже есть жены в городе. Не то чтобы я с ними встречался. Мы все договорились не лезть не в своё дело во всём этом – если женщины, которых нам присылают, подходят нам, тогда отлично. Но никаких ожиданий.

Или, может быть, это просто то, что я говорю себе. Правда в том, что некоторые из моих братьев лучшие мужчины, чем я. По крайней мере, лучше в отношениях.

Моя мама заходит в «Фурнитура Мислтоу» как раз в тот момент, когда я закрываю магазин, чтобы отправиться в маленький аэропорт за городом. Я запираю входную дверь, стоя на холоде, в воздухе чувствуется зимняя прохлада, а вокруг нас витает горный иней. Снег шёл весь день, и я хмурюсь, думая о женщине, прилетевшей встретиться со мной. Чертовски надеюсь, что с её рейсом всё в порядке.

У мамы такой взгляд, который говорит о том, что она что-то задумала. Она закутана в зимнее пальто с красно-зелёным клетчатым шарфом на шее. Её серьги в форме маленьких веночков, а ногти накрашены, как рождественские ёлки. Она выглядит такой счастливой, и я знаю, что это не только потому, что до Рождества осталось двадцать пять дней.

– В чём дело, мама? – спрашиваю я, изо всех сил стараясь быть хорошим сыном. И кто знает, может быть, у неё найдётся какая-нибудь жемчужина мудрости, которую я смогу усвоить, прежде чем отправлюсь на встречу со своей женой.

– О, Хартли, – говорит она, похлопывая меня по руке. – Я просто хотела зайти и сказать, что люблю тебя. Что бы ни случилось, ничто этого не изменит.

Я фыркаю.

– Это должно быть вотумом доверия или твоими соболезнованиями по поводу того, что может оказаться ужасным браком?

Она хмурится.

– О, милый, я просто имела в виду, что, что бы ни случилось, мы с твоим отцом будем здесь ради тебя. Не волнуйся, что разочаруешь нас.

Признаюсь, меня немного задело неверие моей собственной матери в меня. Возможно, я потратил слишком много лет, доказывая, что все правы.

– Послушай, я хочу сделать тебя счастливой. Разве не поэтому все твои сыновья так или иначе этим занимаются?

Мама поджимает губы.

– Прости, если я давила на тебя.

– Немного поздновато для этого, – говорю я слегка натянуто.

– Мне ненавистно, что расстроила тебя, Хартли. Я никогда не должна была этого делать. Но Мэйсон и Нейт кажутся…

Я перебиваю её.

– Я не хочу знать об их браках, мам. Я не хочу начинать сравнивать. С пятью братьями это всё, чем я занимался всю свою жизнь.

Мама вздыхает, глядя на другую сторону улицы. Я вижу, как её лучшая подруга и соседка Луиза машет ей рукой возле закусочной.

– Иди, мам, я в порядке, – говорю я ей, притягивая её к себе, чтобы обнять. – Здесь холодно, а мне нужно встретиться с женой.

– Кольцо у тебя? – она спрашивает.

Я киваю.

– Оно дома, и пастор Монро встретится с нами там через несколько часов. А это значит, что мне действительно пора ехать. Тем более, что, похоже, сегодня ночью может пойти настоящий снегопад.

– Помни, – говорит она, сжимая мою руку, – я всё рассказала Холли Гекльберри о тебе, и она собирается прислать тебе идеальную девушку. Я знаю это. Просто убедись, что ты выражаешь себя, Хартли. Я знаю, на что ты способен.

– Что ты хочешь этим сказать?

Мама прижимает руки к сердцу.

– Ты не склонен делиться своими эмоциями, Хартли. И этой незнакомке понадобится твоё общение.

– Понял, – говорю я, чувствуя себя более не в своей тарелке, чем когда-либо прежде.

– Я люблю тебя, – молвит она, уходя. Мама переходит улицу, а я направляюсь к своему пикапу, гадая, какой, чёрт возьми, могла бы быть моя идеальная девушка.

Джо-Энн, девушка из города, которая всегда доставляет мне неприятности, проходит мимо меня по тротуару, прежде чем я успеваю дойти до своего грузовика. Она встряхивает своими чёрными как смоль волосами и поджимает губы.

– Слышала, ты уходишь с рынка.

– Ты не ослышалась.

Джо-Энн закатывает глаза.

– Не может быть, чтобы все братья Мислтоу женились в один и тот же месяц. Особенно ты.

– Это не твоё дело, Джо-Энн.

Я выдыхаю, зная, что эта девушка всегда ищет повода для спора со мной. Она всё ещё считает противным тот факт, что я не пригласил её на второе свидание, когда мы были младшеклассниками в старшей школе. Правда в том, что она просто не в моём вкусе.

– Ну, Дилан опустошена. Ты понимаешь, что водил её за нос долгие годы, не так ли?

Я стону. Дилан – ещё одна девушка, которую мне никогда не следовало приводить домой из бара. Этот городок слишком мал, и все всё помнят.

– Она думала, что ты женишься на ней, – Джо-Энн пожимает плечами. – Хотя я слышала, что Лора Хилл думала то же самое.

– Это не моя проблема, – отвечаю я ей. – И ты можешь сообщить этим девушкам, что я никогда не собиралась жениться на них.

Джо-Энн качает головой.

– Из этого ничего не выйдет. Ты не из тех, кто женится, Хартли, просто не такой. Если это не что-то негативное, ты никогда не выражаешь себя, – она усмехается. – Что действительно выводит меня из себя, так это то, что ты думаешь, что ни одна из девушек, с которыми ты рос, недостаточно хороша, и всё же ты женишься на совершенно незнакомой женщине.

– Да, это именно то, что я делаю, – говорю я, чувствуя себя более непреклонным в этом решении, чем за весь месяц. Мама, похоже, не думает, что у меня получится. Я разозлил всех одиноких женщин в городе, которые, похоже, не верят, что я подхожу для брака.

К чёрту это. Может, я и не тот мужчина, за которого мечтает выйти замуж каждая девушка, но я чертовски уверен, что планирую, чтобы у нас всё получилось. И не потому, что я верю, что возможно влюбиться в совершенно незнакомого человека, а потому, что я действительно чертовски ненавижу проигрывать.

Глава 2

Хэтти

Когда я была маленькой девочкой, я поднималась на чердак фермерского дома и стояла там перед большим зеркалом. Надевая на голову винтажную вуаль моей бабушки, я напевала «Свадебный марш» и закрывала глаза, притворяясь, что целую жениха.

Я включала старый проигрыватель, который мой дедушка спрятал в углу, поднимала иглу и ставила на проигрыватель лучшие хиты Фрэнка Синатры. Я кружилась по этим скрипучим половицам, свет задерживался на пыли, просачиваясь через крошечное чердачное окошко. Мои ноги цеплялись за ткань платьев, которые носила моя мама. Те, что были убраны после её смерти. Я доставала большой толстый альбом, посвящённый дню свадьбы моих родителей, 1 декабря 1998 года.

Мои пальцы обводили их лица, моих маму и папу, их улыбки, когда они обменивались кольцами, их смех с открытыми ртами, когда они угощали друг друга тортом. Мне понравилась фотография, на которой дедушка танцует с мамой, танец отца и дочери всегда заставлял меня сдерживать слёзы. Я думала, что однажды у меня будет всё это – фата и букет, большое белое платье и сверкающее кольцо, торт и музыка, – но даже маленькой девочкой я знала, что у меня никогда этого не будет. Танца с моим папой.

И долгое время я находила утешение в мысли, что дедушка будет кружить меня в день моей свадьбы. Говорить мне, что я прекрасно выгляжу, что он так гордится мной, что я заслуживаю всего счастья на свете.

Но теперь дедушки и бабушки больше нет, так же как мамы и папы… и все эти надежды и мечты маленьких девочек тоже исчезли.

Я закончила паковать чемоданы, взяв с собой только самое необходимое, зная, что многие семейные реликвии должны быть оставлены. Банк конфисковал всё, и тот факт, что мне разрешили оставаться здесь, в доме, последние несколько месяцев, – это больше, чем я думала, что получу. После того, как полгода назад дедушка скончался от инсульта, мы с бабушкой изо всех сил старались сохранить семейное имущество. Но как только я взглянула на счета, я поняла, что бабушка годами скрывала от меня правду. Они были банкротами. Она умерла от разбитого сердца через несколько месяцев после кончины дедушки, и мне показалось, что весь мир рухнул вокруг меня.

Теперь у меня есть несколько чемоданов и билет в один конец в Снежную Долину. И хотя я всегда была оптимисткой, трудно сохранять бодрость духа, когда я прощаюсь с единственной жизнью, которую я когда-либо знала.

Снаружи сигналит такси, и я подхожу к входной двери, открываю её навстречу ветреному зимнему дню, окликаю водителя.

– Мне нужно две минуты, пожалуйста.

Затем я возвращаюсь в дом, беру свадебный альбом моих родителей и бабушкину фату и аккуратно укладываю их в чемодан, прежде чем застегнуть молнию. Банк может считать, что у них есть всё, но они не могут забрать эти воспоминания. Это всё, что у меня осталось.

Садясь в такси, я опускаю стекло, несмотря на холод в воздухе. Я не борюсь со слезами, которые текут по моим щекам.

Предполагается, что это самый счастливый день в моей жизни… но прямо сейчас он ещё и самый грустный.

Тем не менее, мне нужно приложить все усилия. После того, как я выплакала своё маленькое сердечко, я вытираю глаза и делаю глубокий вдох, напоминая себе, что только потому, что я потеряла людей, которых люблю, это не значит, что моя жизнь закончилась. Я здесь, жива. Я хочу, чтобы моя семья, которая была до меня, посмотрела вниз и увидела, что я храбрая, сильная и дарю миру лучшую версию себя.

Кого бы ни подобрала для меня Холли Гекльберри, женщина, которая управляет агентством «Невесты по почте на Рождество», она ждёт жену, готовую выйти замуж. Не женщину, которая на пределе своих возможностей, и некому подхватить её, когда она упадёт. Возможно, я покинула ферму при душераздирающих обстоятельствах, но найти сайт Холли действительно показалось мне спасительной милостью, о которой я молилась. Я могу удержать это чувство, когда нервы, связанные с замужеством с совершенно незнакомым человеком, начинают брать верх.

Поездка в аэропорт проходит быстро, и я без проблем сдаю багаж. Взлёт проходит гладко и нет турбулентности, поскольку мы летим в маленьком пассажирском самолёте. Я сижу одна в своём ряду, и моя любимая романтическая комедия доступна для просмотра бесплатно.

Я только надеюсь, что остаток дня пройдёт так же хорошо.

Когда самолёт приземляется, я достаю пудреницу и припудриваю щёки, нанося нежно-розовую помаду. Надеюсь, мой муж посчитает меня хорошенькой. Даже сексуальной. На мне белые трусики и белый лифчик… и я надеюсь, что сегодня вечером мы заключим брак.

Может, я и девственница, но я хочу лечь в постель со своим мужчиной. Видит бог, я провела достаточно ночей одна в своей постели, используя своего бойфренда на батарейках, фантазируя о своём будущем муже.

Да, я очень возбуждённая двадцатидвухлетняя девушка, которая более чем готова довести дело до конца. И если жених сексуален, если он доведёт меня до исступления… что ж, тем лучше.

Я улыбаюсь про себя, мои нервы сдали.

И я помню слова, которые мой дедушка всегда говорил мне перед тем, как я уходила из дома: доброе сердце, яростный ум, храбрый дух.

Я понятия не имею, что будет дальше. Но сегодня 1 декабря. В тот же день поженились мои родители. А до них мои бабушка с дедушкой.

Возможно, у меня не будет традиционной свадьбы, о которой я мечтала, как маленькая девочка, но я продолжу эту традицию. И это так много значит. Холли поняла, когда я сказала ей, что это единственная дата, в которую я могу приехать. И ничто не может это испортить.

Самолёт приземлился, и пилот выходит из кабины, чтобы помахать на прощание. У меня возникает приятное ощущение, что в Снежной Долине, возможно, есть ощущение маленького городка, который я знаю и люблю.

– Будьте осторожны, дамочка, – говорит пилот. – Возможно, вам стоит застегнуть пуховик. Последний час шёл сильный снег.

Кивнув, я застёгиваю молнию на своём зимнем пуховике, выходя из самолёта к трапу, который выкатили для пассажиров.

Пилот не преувеличивал. Здесь такой снежный шквал, что я едва могу разглядеть людей.

Мои положительные эмоции по поводу моей свадьбы начинают угасать… потому что такое количество снега никогда не предвещает ничего хорошего.

И прямо сейчас всё, что я хочу, это одна хорошая вещь – сказать, что я делаю именно в этот день.

Глава 3

Хартли

Как только я покинул город, пошёл сильный снегопад. Но я надеюсь, пилот знает, как ориентироваться в этом шквале – чёрт возьми, вы не смогли бы летать в Снежную Долину и обратно, если бы не были способны быстро справиться с изменением погоды. Поэтому я верю, что моя невеста в надёжных руках… и всё же мне не терпится как можно скорее добраться до своей хижины, потому что я не хочу застрять где-то, где нет дома.

Когда я выхожу из своего грузовика, я вижу, что самолёт только что приземлился, и я засовываю руки в карманы, направляясь к взлётно-посадочной полосе. Самолёт маленький, вмещает восемь пассажиров, и он не кажется переполненным, учитывая, что только четыре человека спускаются по трапу. Пожилая пара, мальчик-подросток, а потом… она.

На ней пуховик цвета сосны, а её длинные рыжие волосы развеваются вокруг неё. Она – воплощение рождественской открытки. Её глаза сияют, снег падает ей на плечи, и она смотрит вверх, восхищаясь этим зрелищем.

Сойдя с трапа самолёта на полосу, она прикусывает нижнюю губу и оглядывается по сторонам. Предположительно, высматривая меня. Она симпатичная и с пышными формами, я думаю, пять футов три дюйма против моих шести футов двух дюймов. Один взгляд на неё, и всё, что я хочу сделать, это обнять её и убедиться, что никто не откусит от моего сахарного печенья.

Моя.

Чёрт, я никогда раньше не думал о женщине подобным образом, как о ком-то, кто принадлежит мне.

Я провожу рукой по бороде, задаваясь вопросом, что, чёрт возьми, я собираюсь делать с таким ценным грузом.

Я делаю шаг вперёд, мои ботинки оставляют отпечатки на снегу, глубина которого уже приближается к шести дюймам. Она замечает меня, и её глаза расширяются – в них написано удивление. И я напрягаюсь, гадая, не нравится ли ей то, что она видит. Ожидала ли она чего-то другого. Совсем другого мужчину.

Меня никогда не называли нежным. Никогда не говорил о своих эмоциях. Никогда не покупал девушке цветы и не перезванивал ей на следующий день. Я не подхожу для брака, и всё же я здесь, иду навстречу своей будущей невесте.

Я никогда так не терял голову.

– Ты здесь ради меня? – спрашивает она. – Холли Гекльберри прислала меня и…

Я обрываю её.

– Да, я здесь, чтобы забрать свою невесту по почте.

Она делает глубокий вдох, приподнимает плечи, затем опускает их на выдохе, обнимая меня.

– Вау. Я не ожидала…

Я хмурюсь.

Она морщится.

– Нет, я имела в виду… Имею в виду, ты просто такой красивый, – она смеётся, качая головой. – Я действительно сказала это, даже не представившись?

– Я Хартли Мислтоу, – говорю я ей.

– А я Хэтти. Ну, Генриетта, но все зовут меня Хэтти.

Хэтти. Это милое имя, и оно ей подходит.

– Нам нужно убраться с холода, – говорю я. – У тебя есть багаж?

– О, точно. Конечно, – она улыбается, её персональная игривость – полная противоположность моей. – Да, два чемодана. Вон те, в красную и зелёную клетку.

Я ухмыляюсь, думая, что моя мама тоже выбрала бы такие. Хотя, надо отдать ей должное, она упаковала всё налегке. Я беру обе сумки с багажной тележки и говорю ей, что мой грузовик – тот, что в конце, темно-зелёный.

– Здесь так много снега, – говорит она. – В Южном Орегоне такого не было.

– Ты оттуда?

Она кивает.

– Да, родилась и выросла на маленькой ферме у чёрта на куличках.

Я думаю, для неё это хорошее предзнаменование. Снежная Долина – не мегаполис. Чёрт возьми, ближайший «Старбакс» находится в двух часах езды.

Я кладу багаж в кузов грузовика и вспоминаю о хороших манерах, подхожу и открываю для неё дверцу.

– Спасибо, – говорит она, тепло улыбаясь. Её хорошее настроение трудно игнорировать. И мне интересно, чего она ждёт от этого брака. Забираясь на своё сиденье с другой стороны грузовика, я задаюсь вопросом, как, чёрт возьми, я мог бы с ней познакомиться, учитывая, что я никогда не просил об этом.

– Ты далеко отсюда живёшь? – спрашивает Хэтти, пристёгиваясь. Когда я завожу двигатель, включается радио. – О, это Фрэнк Синатра, «The Christmas Waltz», – говорит она со вздохом. – Я чувствую, что это знак. Хороший знак.

– Да, ну? Ты веришь в приметы? – я выезжаю с парковки аэропорта, задаваясь вопросом, во что ещё она верит.

– Полагаю, да. Я знаю, мы только что познакомились, но я чувствую, что я здесь не просто так. Когда у меня пропала надежда, я нашла Холли. И это заставляет меня думать… может быть, всё наладится.

Её голос мягкий, ласковый и наполнен таким страстным желанием, что я чертовски боюсь всё испортить. Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного – как будто с человеком рядом со мной нужно обращаться бережно.

– Чёрт, – говорю я, включая дворники на лобовом стекле. Сейчас этот снег падает как из ведра.

– Что? – спрашивает Хэтти с тревогой в голосе.

– Ничего, – отвечаю я. – Просто хочу попасть домой.

– Домой, – повторяет она. – Мне нравится, как это звучит.

Не зная, что ответить, я включаю радио погромче, чертовски надеясь, что мы не застрянем. И я говорю не о снеге. Я имею в виду её и меня.

У меня есть опыт разрушать отношения, когда дело касается женщин… и я уже могу сказать, что эта девушка не похожа ни на Джо-Энн, ни на Лору, ни на остальных женщин, с которыми я встречался в Снежной Долине.

Нет. Она особенная. И проблема в том, что я не уверен, что я тот мужчина, который ей нужен.