Текст книги "Переводы с собачьего, или Этология собаки в картинках"

Автор книги: Фрэнк Перехрюкин-Заломай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Собаки и птицы

– Марк, тебя сегодня хозяйка какой-то птицей назвала.

– Соколом?

– Нет.

– Орлом?

– Нет. Такой, которая долбит что-то…

– Дятлом, что ли?

– А, вспомнила! Раздолбаем!

– Ах так? Знаешь, а ведь она и тебя тоже птицей называла.

– Павой или лебедушкой?

– Нет, вороной…

Отношения с птицами у нас в основном гастрономические. Причем если вы думаете, что в одностороннем порядке – ошибаетесь. Я уже где-то писал о том, как йоркшира унес орел. И если думаете, что это случай исключительный – опять ошибаетесь. Если бы только орел! Пошли мы как-то вечером гулять – сова прилетела: нельзя ли Верку забрать? Дело было в деревне, стояли очень густые сумерки, почти тьма. Верка, по обыкновению, унеслась вперед. Сначала мы ее видели как светлое пятно на фоне тьмы, потом исчезло и пятно. Мы – давай звать. Пятно объявилось, да какое-то странное: раздвоилось. Причем одно вверху, другое внизу, и оба быстро приближаются. Через несколько секунд поняли: нижнее пятно – это Верка, улепетывавшая во все лопатки, а верхнее – здоровенная совища, летящая над ней. Если бы не мы, так, наверное, и уволокла бы…

Да, самые обыкновенные вороны и те проявляют к нам желудочный интерес. И не только в смысле спереть кусок из миски. Раз на прогулке кто-то из псов порезал ногу. Кровоточила ранка довольно сильно, и на белом снегу отчетливо выделялись кровавые следы.

Вдруг слышим прямо над головой взмахи крыльев – ворона! Летит низехонько над землей, ровно, как по нитке, и глазами по снегу так и шарит. Мы сначала не поняли, чего ей надо, но потом до нас дошло: ведь она по следу идет! Шли мы как раз вдоль высокого забора и приближались к углу. Порезавшийся пес уже завернул за угол, и его не было видно. Ворона тоже залетела за угол, где увидела большого пса, вполне жизнеспособного. Сообразила, что покидать этот свет он не торопится, разочарованно каркнула и улетела.

В общем, отношения между нами и птицами складываются чаще в зависимости от размеров. Совсем мелких игнорируем, птиц побольше едим, совсем большие птицы могут есть нас. Птицы могут быть для нас конкурентами, когда едят то же, что и мы. Иногда воспринимаем птиц как хозяйственный инвентарь, подлежащий охране (хозяйские куры, гуси, утки). В особых случаях птицы становятся членами стаи. Как правило, это птицы по размерам, интеллекту и духу близкие к нам: крупные попугаи, те же совы и вороны. Хотя между нами частенько втираются мелкие, но нахальные волнистые попугайчики.

Примечание переводчика

Стая ворон часто ведет себя подобно стае собак или группе людей. Однажды на прогулке в лесу четырехмесячный Марк поймал слетка вороны. Не убил его, а осторожно взял в пасть и понес домой, как редкий трофей. Увидев это, родители пришли в ужас. Сначала подняли крик, на который слетелось несколько дядюшек и тетушек. Потом вороны пошли в атаку. Будь Марк один, они, безусловно, напали бы на него. Но поскольку он был под охраной стаи собак, причем больших, на открытую агрессию не решились. Они орали, кружили вокруг нас, а потом принялись обламывать сухие сучья и швырять их в Марка. Мы вышли уже почти на край леса, а отчаянные попытки спасти своего потомка не прекращались. Такая самоотверженность не могла оставить нас равнодушными. Мы отобрали у собачьего ребенка воронье дитя и вернули родителям. Они это заслужили.

Собаки и мелкие млекопитающие

Те из нас, которые покрупнее и поспокойнее, всякую мелочь типа хомячков, белых крыс и морских свинок обычно игнорируют или даже принимают за своих. Но будь я на месте морской свинки, я бы не очень-то полагался на лояльность своего большого друга. Иначе в один, отнюдь не прекрасный для свинки день свинка может оказаться в заднице. В прямом смысле слова, пройдя перед этим через пищеварительный тракт друга, у которого внезапно проснулись охотничьи инстинкты. Потому что свинина (не важно, морская или сухопутная) полезный, вкусный и питательный продукт.

Те из нас, у кого охотничьи инстинкты страдают бессонницей (обычно это северные шпицы, мелкие и средние терьеры), все мелкое и копошащееся однозначно считают дичью. Которую надо хватать и давить. И хоть кол на голове теши. Такому охотничку без разницы, серая крыса, черная или белая. Мне, говорит, все равно, я же не расист!

Так что если собака с умилением поглядывает на кролика, это вовсе не значит, что он ей нравится. То есть нравится, конечно, особенно его филейные части. Почему не ест? Не знает, с какой стороны начать. Покажите ей разок, как это делается, и в следующий раз, встретившись с кроликом, она вам покажет ужастиковый вариант «Ну погоди!». (Смотри раздел «Охота на зайцев».)

Преступление и наказание

Наказание – метод воспитания

– Дома? – спросил ремень.

– Кто? – осторожно поинтересовался Фрэнк.

– Задница! Давай ее сюда, у меня к ней дело!

Но Фрэнкова задница никаких дел с ремнем иметь не хотела…

Стая живет по своим законам. Там, где есть законы, непременно будут и их нарушители. Во избежание хаоса нарушителей надо наказывать. Это – святая обязанность вожака. Это не значит, конечно, что каждый нарушитель закона немедленно получит по башке. Зависит от того, кто, какой закон нарушил и насколько.

В последнее время между собачниками начали шириться идеи гуманизма и разгорелись дебаты: наказывать или нет. Пацифисты в качестве аргументов против наказаний приводят пример передовых дрессировщиков, которые отказались от наказания при дрессировке и при этом добиваются отличных результатов. Мотивационным и игровым методом. Без стресса.

Люди дорогие! Вы чего-то недопоняли. Наказание не является методом дрессировки и никогда им не было. Наказание в дрессировке было следствием вашего нервного срыва. Не путайте с методом принуждения! Принуждение – один из методов дрессировки. Наказание – один из методов воспитания. В дрессировке без наказания обойтись можно (тоже спорный вопрос). При воспитании без наказания обойтись нельзя. Подождите, не заводитесь! Остановите на момент свои гуманистические научные дебаты и посмотрите на реально существующие отношения в стае волков или собак. На то, как они воспитывают своих детенышей. Играет, например, маленький щенок со своей теткой. Тетка ласковая, с удовольствием возится с малышом. Но вот щеночек начинает слишком распускать зубы и немедленно получает по сусалам: чего больно кусаешься? Коротко и ясно. Никакого крика, долгих нотаций, стояния в углу. Малыш получил затрещину, взвизгнул от боли, но через секунду игра продолжается как ни в чем не бывало. Если дите не поняло в первый раз, ситуация повторяется до тех пор, пока неразумный потомок не сообразит: как аукнется, так и откликнется.

Я недаром привожу именно этот пример. Эта ситуация повторяется снова и снова у каждого новоиспеченного собачника, который приносит домой забавного двухмесячного карапуза. Щеночек, едва освоившись в новом доме, начинает общаться с его обитателями и, естественно, играть. Играть так, как любой собачий ребенок: наскакивать на вас (или ваших детей) и хватать зубами. Если это щеночек пекинеса весом менее килограмма, его неловкие попытки вести себя как «всамделишная» собака вызывают умиление и смех. Но вам быстро станет не до смеха, когда за ваших потомков возьмется двухмесячный потомок ротвейлера весом десять килограммов и обладающий набором острых, как шило, зубов. Щенок не имеет плохих намерений, он просто, с чистой душой, принял ваших детей за своих братьев-сестер и хочет с ними играть. Попробуйте это объяснить вашим маленьким детям, которые от него спаслись на диване! Как объяснить щенку цивилизованно и гуманно, что челюсти нельзя сжимать так сильно? Ведь кусает он ваши руки, не свои, и не чувствует, как это больно. К тому же болевой порог у людей гораздо ниже, чем у собак.

Даже самому отъявленному гуманисту понятно, что угроза пальчиком в этом случае не поможет. В некоторых старых книжках рекомендуется ударить щенка свернутой в трубку газетой. На маленького пекинеса это, вероятно, произведет впечатление. А может, даже напугает до полусмерти. Если вы то же самое примените к юному ротвейлеру, он, скорее всего, решит, что игра переходит на другой уровень. Не выдумывайте и поступайте точно так же, как поступили бы мамки и няньки будущего хищника: дайте ему по сусалам. Сила удара просчитывается эмпирическим путем, в зависимости от величины и возраста агрессора: щенок не должен сильно испугаться или (не дай боже!) покалечиться, но должен почувствовать боль. Настолько ощутимую, чтобы у него пропало желание сильно стискивать челюсти.

Вообще, особенно в случае крупных собак, не рекомендуется играть со щенком руками: тискать, валять, дразнить. Играйте игрушками и, таким образом, игровые укусы его сведете к минимуму. А в случае, если все же ему удалось погрузить свои зубки в ваше чувствительное место, инструкция выше. Скидки на возраст не принимаются: именно в нежном возрасте щенки учатся рассчитывать силу своего укуса, к тому же чем старше щенок, тем труднее отучить его от плохих манер и тем жестче наказание вам придется применить. Иного выхода нет, иначе, скорее всего, вы пополните ряды покусанных хозяев, а ваша собака – ряды отданных в чужие руки или усыпленных собак.

Почему собаки кусаются

Укусы – это самое тяжелое преступление, в котором нас обвиняют и в отношении которого применяется высшая мера наказания. И хотя подавляющее количество укусов спровоцировано людьми, обвиняют в этом все равно нас, собак.

Я проанализировал, из-за чего все-таки собаки кусают, и, несмотря на тысячи конкретных причин, выделил основные мотивы:

1. Игровые, несерьезные укусы.

2. Укусы от страха, оборонительная реакция.

3. Агрессия.

4. Протест.

5. Охотничья страсть.

Игровые укусы

Именно об этих укусах я вам говорил во вступлении. Мы, хищники, играем в то, что нам интересно, а больше всего нам интересно играть в охоту. Один из нас изображает охотника, другой – добычу. Так мы учимся, готовимся к настоящей взрослой охоте. Рук ведь у нас нет, поэтому играем зубами: хватаем, стискиваем, дергаем и тянем. В любой игре приходит азарт, мы начинаем горячиться и забываем, что играть надо нежно. Кроме того, ваша кожа, тонкая и без шерсти, гораздо чувствительнее нашей, поэтому разыгравшийся собачий сын (или собачья дочь) может легко поранить ребенка и даже взрослого. И хотя это обычно всего лишь царапины, игнорировать их тоже нельзя. Игра – прелюдия к серьезной жизни. Так сказать, репетиция. Привыкнув изображать злость, темпераментная псина однажды может разозлиться по-настоящему. Поэтому, если раздухарившийся щенок больно укусил вас, выразите недовольство и причините ему боль соизмеримую с вашей. Помните: как аукнется, так и откликнется.

Оборонительная реакция – покусы от страха

Крыса, загнанная в угол, в панике переходит к крайней мере: бросается на превосходящего по силам противника в надежде прорваться с боем. Собаки тоже боятся. Не только маленькие собачонки, но и здоровенные верзилы до истерики боятся, скажем, ветеринарного врача. Если говорю «до истерики», то это на самом деле. Собака перестает понимать реальность или мнимость угрозы, закрывает глаза и истерически визжит: «Не подходи!!!» – и кусает. Зубы оскалены, устрашающе щелкают, но на морде псины нет ни следа агрессивности – только сильный страх. Глаза не смотрят на вас, испуганно бегают, уши и уголки губ стянуты назад. В рычании преобладают жалобные ноты, это скорее причитания. Выражение лица отчаянное, хвост (или то, что от него осталось) поджат, и вся ее поза, несчастная и скорченная, выражает ужас. Серьезных покусов обычно не бывает. Наказывать собаку за такие покусы глупо, ее надо не наказывать, а успокаивать. Если такую собаку оставить в покое, она вас не укусит.

Сюда же относится оборонительная реакция на неожиданный контакт. Скажем, собака преспокойно спит, и вдруг ее кто-то хватает за голову, за лапы. Спросонья, не разобравшись, пес рефлекторно лязгает челюстями и… просыпается с рукой хозяйского ребенка в зубах. Раз и со мной случилось нечто подобное. Иду я мимо ларьков на рынке, задумавшись, вынюхиваю разные интересные вещи на углах, никого не трогаю, и вдруг, ни с того ни с сего в меня врезается совершенно незнакомый мужик. Дает мне под дых чемоданом, а потом падает на меня всем телом (тяжелый, между прочим) и придавливает к земле. Я от неожиданности оторопел. Как-то само получилось – тяпнул его за то, что ближе всего к зубам оказалось. За ногу.

Потом оказалось, что мужик торопился на автобус, тоже задумался (иначе как не заметить большую черную собаку на белом снегу), запнулся об меня и… Короче, недоразумение вышло. Я отделался легким испугом, рассеянный гражданин синяком, а хозяйка штрафом.

Охотничья страсть

А вот теперь поговорим о случаях, когда игру собак «в охотники» не только не ограничивают, но еще и поощряют. Собака – существо активное, скуку переносит плохо. При любой возможности ищет развлечение. Что может быть лучше охоты?! Если в городе недостаток дичи – не беда. Мы ее найдем. Немного фантазии, немного воображения! Нет в городе газелей? Сойдет велосипедист. Или бегающие дети. Главное, чтобы двигались с подходящей скоростью. Будем их преследовать, а когда догоним, будем ловить. Зубами, как же иначе.

Другое дело, когда инстинкт охоты на крупную дичь развивают намеренно, поощряют стремление догонять быстро движущегося человека и нападать на него. Речь идет о развитии злобы у служебных собак. Поскольку собака стремится угодить человеку, а в данном случае ей это еще и нравится, многие собаки начинают относиться к этой забаве слишком серьезно. Начинают в каждом бегущем или делающем резкое движение человеке видеть преступника. И если ее дрессировкой занимались неправильно или владелец собаки безответственный растяпа, может случиться большая неприятность. Собачка решит охотиться самостоятельно, без лицензии, и вот тут покусы могут случиться очень серьезные и даже летальные. Охота на крупную дичь – не игра (см. главу «Охота пуще неволи»), и для самого охотника она может быть небезопасна. Охота – это уже не игра, когда сила сжатия челюстей заботливо контролируется собакой. Охотник не пытается поймать добычу живой и невредимой. Он старается ее убить.

Что делать, чтобы вас не укусили? Главное – не убегать. Убегая, вы еще больше раззадориваете охотничий инстинкт собаки. Остановитесь и не двигайтесь. Если вас преследовала несерьезная собачня, дурью мающаяся от скуки, посмотрите ей в глаза, строго окрикните, погрозите кулаком и спокойно идите дальше. Если вас хотели сожрать на полном серьезе, в глаза собаке не смотрите. Не двигайтесь и старайтесь ровным, по возможности дружелюбным голосом разговаривать с собакой, пока не придет хозяин и не отзовет ее. В любом случае не ведите себя как дичь.

Агрессия

Покусы на почве агрессивности встречаются очень часто. Как правило, это проявление территориальной агрессии. Собака охраняет территорию, которую считает своей, от конкурентов: других собак и людей. Если она имеет возможность выгнать чужака без открытых военных действий, то обычно хватается за эту возможность и предупреждает о своих намерениях лаем. Заодно лаем зовет на помощь подкрепление (других собак или хозяина) на тот случай, если вести военные действия все же придется. Если вы не имеете численного превосходства, лучше всего покинуть территорию. Но не паническим бегством, иначе, подстегнутые вашим страхом, хозяева погонят вас в хвост и в гриву. Отступайте организованно, не подставляя противнику незащищенные тылы. Лай означает, как правило, нерешительность, поэтому уместным будет взгляд в глаза собаки и уверенный, с легкой угрозой, тон вашего голоса. Сильно обострять отношения не стоит, даже если собака побаивается. Оскорбленное достоинство может заглушить голос осторожности, и хозяева попытаются смыть оскорбление вражеской кровью.

Гораздо хуже, если хозяин территории молчит и, рыча, деловито засучивает рукава. Так ведут себя очень уверенные собаки. Запугать их не удастся, и вас почти наверняка укусят. Если собака крупная, скорее всего, очень больно. Выждав, когда оккупант подойдет поближе, хозяин с ревом бросается на защиту своих рубежей, и вот тут вам уже ничего не поможет – только вмешательство хозяев пса, если те случайно находятся неподалеку. Прямой взгляд в глаза только подстегнет ярость (ты мне еще и угрожать будешь?!). Единственная надежда, что собака попадется не очень агрессивная. Тогда еще есть шанс замять конфликт. Постарайтесь, не глядя в упор на собаку, разговаривать с ней доброжелательным тоном и делайте вид, что вы здесь не просто так, а по делу.

Например, ищете упавшую очень нужную вещь. Ища потерю, постепенно отходите дальше и дальше от владельца территории и наконец участок покидаете.

Примечание переводчика

Если собака очень агрессивная, шансов договориться мало. Многие тяжелые увечья или смерть были результатом того, что по незнанию или собственной дурости люди попали на территорию, охраняемую собаками. Атакуя, собака ведет себя так же, как если бы атаковала соперника своего вида: на морде злое выражение, глаза буравят ваши глаза, зубы оскалены, и уголки губ при этом подтянуты вперед. Уши насторожены, не стянуты назад. Хвост поднят, напряжен и недвижим, лишь немного подрагивает. Собака постарается атаковать в область лица, шеи, груди. Так, как если бы дралась с другим псом.

Протест

Как я уже говорил, каждый старается тянуть одеяло на себя или хотя бы удержать свой кусочек одеяла. При попытке забрать его – протестует. Это естественно. Поэтому в стае собак каждый имеет право на протест, даже и самый низкопоставленный ее член. Собаки протестуют точно так же, как и люди. Отказываются выполнять приказ, отказываются общаться, ворчат, ругаются, кричат, щелкают зубами или даже бросаются на обидчика с кулаками. Пардон, с укусами. Это уже крайний случай. Вообще поведение протеста является чем-то средним между страхом и агрессией и представлено широкой шкалой реакций: от истерически-жалобного вопля до возмущенно-угрожающего рева с оскаленными зубами. Чем больше нарушили права «протестанта» и чем выше его положение в стае, тем больше протест похож на агрессию. Чем униженнее обиженный, тем больше его поведение напоминает истерику с укусами от страха.

Сказ о том, как Фрэнк и Марк пытались побить Вошку, как она протестовала и что из этого вышло…

Очень многие кинологи, даже опытные, не различают поведение протеста и агрессию, принимая ворчанье и оскал своей собаки за попытки доминирования, и жестоко подавляют их. В результате или ломают собаку, лишая ее всех прав и сбрасывая на уровень Омеги, или провоцируют на насилие и настоящую агрессию. На самом деле поведение протеста не связано с попытками доминировать. Это выражение недовольства, не более. Посмотрите на себя: ведь вы не бросаетесь выполнять на полусогнутых приказ шефа, если приказ вам не понятен или вызывает сомнения. Вы требуете объяснений и высказываете свое мнение. Даже вынужденно подчинившись, хотя бы поворчите, скорчите недовольную физиономию, а дома жене выскажете все, что вы об этом идиоте думаете.

Примечание переводчика

Когда Фрэнк подрос и стал высказывать свое мнение, я по правилам, написанным в книжке, начала его давить. Отношения стали портиться, кобель был нервозным и раздраженным. Мужик стал просто переживать за свое общественное положение: вдруг я его «понижу»?! Бабы засмеют, слушаться перестанут. Мы конфликтовали, он на мой окрик отвечал злобной руганью, я ему слово – он мне два. Колючий взгляд, оскаленные зубы. По правилам – надо давить. Но потом я подумала: но я ведь точно такая же! Я тоже не переношу грубого давления, муштры, постоянных одергиваний. Со мной лучше по-доброму. И попробовала по-доброму. Зачем выяснять отношения еще и с собственной собакой? Сразу стало лучше. Пусть ругается. Команды ведь выполняет сразу и правильно, а уж его комментарии как-нибудь переживу.

Вспоминаю случай, когда мой отец решил обострить конфликт и дело кончилось закономерно: получив пинок, Фрэнк цапнул его за ногу. Отец схватил кусок железной трубы – и на Фрэнка, а мать бросилась между ними, чтобы избежать кровопролития (меня дома не было). Впоследствии были разборки, где прозвучало слово «усыпить». Спрашиваю:

– Ты же его первый пнул?

– Я же его не сильно пнул!

– Он тебя не сильно и укусил.

(Небольшой синяк остался.)

– А чего он все время в проходе разваливается? Я его оттуда несколько раз выгонял, а он назло…

– Не назло. В квартире жарко, а в узких проходах воздух (по законам физики) быстрее движется. Хоть какой-то сквознячок. Он же не может, как ты, раздеться до трусов. Вот и ложится где хоть немного прохладнее. Неужели нельзя просто перешагнуть?

– А чего он ворчит, когда я через него перешагиваю?

– У собак считается крайне невежливым беспокоить во время сна или отдыха. Когда ты через него идешь, он возмущается. Не обращай внимания, знаешь ведь, какой он ворчун. Если ворчать не сможет, не доживет до ужина. Или скажи ему «сам дурак»! На этом дело и кончится…

Не я одна постепенно и не без потерь пришла к выводу, что даже с сильно доминантной собакой лучше искать компромисс, чем стремиться ее полностью подавить. А в сущности, с сильно доминантной собакой это – единственное решение. Насилие порождает насилие и ухудшает характер собаки.

Резкой границы между поведением протеста и агрессией нет. Поэтому, разрешая собаке протестовать, вы ступаете на очень тонкий лед. Вам обоим придется научиться точно распознавать, где граница допустимого. Но иначе построить отношения с интеллигентной, сильной духом собакой нельзя. Не верьте, что собака любой ценой хочет захватить власть и править стаей. На самом деле она лишь требует уважения к себе. Если вы не способны уважать собственную собаку, воздержитесь от приобретения собаки вообще. Или, по крайней мере, не берите собак, которые имеют сильный и независимый характер.