Текст книги "Три дня головной боли"

Автор книги: Фредди Ромм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

8

Погрустневший после неудачного разговора с Таней, следователь Половец вернулся в свой кабинет. И тут его ждала очередная новость: результаты экспертизы. Оказывается, Воробьёв умер от сильного удара в висок тупым предметом. Возможно, писали эксперты, его толкнули, когда он был в ванной, и он ударился головой об умывальник.

«Итак, версию несчастного случая можно окончательно отбросить. Если бы он упал сам, виском бы не ударился. Серова, скорее всего, тоже невиновна, зря я на неё наехал в кафе. Ах, какая женщина! Взгляд, походка, фигура… С ума сойти можно! Стоп, к делу. Итак, убийца, почти наверняка, один из людей Пузана или даже самого Воробьёва, попытавшийся имитировать несчастный случай и подставить Серову. А может, он был и не один. Надо поставить в известность Сергеева.»

9

Телефон зазвонил. Следователь вздрогнул и снял трубку.

– Майор Сергеев слушает!

– Алло, Сергеев. Как у тебя дело? Продвигается?

Следователь облегчённо вздохнул. На этот раз есть о чём доложить Лыкову.

– Да, товарищ полковник. Я только что разговаривал с капитаном Половцом. Сегодня утром в лесу найдены мёртвыми два человека из банды Воробьёва, то есть Семенчука-младшего. Оба были вооружены пистолетами, причём один переодет в милицейскую форму. На его пистолете пять убийств, в том числе трёх сотрудников правоохранительных органов. Оба бандита застрелены с близкого расстояния из одного и того же пистолета, вероятно, их сообщником. Арестованные нами люди Пузана опознали их – они участвовали во встрече на пустыре. Теперь несомненно, что ваша версия событий верна: покупателем наркотиков был Воробьёв. Вместе с тем, неясно, намеревался ли он за них платить. Возможно, что целью встречи, как он её для себя ставил, было устранение Пузана как конкурента. Не исключено также, что Воробьёв хотел избавиться от своих людей, которым не доверял.

– Что ты хочешь этим сказать? Он не собирался платить за наркотики? А как же алмазы? Зачем он дал их своим людям?

Сергеев немного помедлил с ответом.

– Товарищ полковник, я не исключаю, что алмазы, фигурировавшие на пустыре, были поддельными. И если так, у нас нет никаких оснований полагать, что существуют настоящие. Хотя люди Воробьёва в этом почему-то уверены.

10

– О, наконец-то мы можем спокойно позавтракать! – радостно провозгласила Таня, садясь за столик. Это кафе рядом с рынком, невдалеке от фирмы «Московская реклама», она присмотрела ещё до поездки в Сочи. С улицы интерьер кафе казался милым и уютным, словно просил заглянуть сюда. Вот и свершилось. Кафе оправдало возложенные на него надежды. Внутри было чисто, опрятно, пахло цветами. Столовые приборы блистали. Официантки были аккуратны, улыбчивы и не заставляли ждать. Пожалуй, можно ходить сюда и в рабочие дни, во время обеденных перерывов.

Утро выдалось поистине сумасшедшее, но теперь почти всё позади. Визит в Министерство Внутренних Дел выдался непродолжительный: очередей там не оказалось, сотрудница в милицейской форме проверила что-то по компьютеру и задала Любе и Тане несколько несложных вопросов. После этого Люба получила временное удостоверение личности, а значит, теперь не проблема восстановить остальные документы. Очень вовремя, так как все уже успели проголодаться: узнав, что Таня объявила голодовку, соответствующее намерение выразила Люба – логично, ведь ради неё подруга приняла страдание – и даже Саша. Возможно, последнее обстоятельство подстегнуло обеих женщин действовать быстро и решительно, а судьба наконец-то смилостивилась и пошла им навстречу.

И вот теперь все трое сидели за столиком и улыбались в ожидании официантки, а Саша ещё и нетерпеливо болтал ногами. Однако, как только участники будущего пиршества сделали заказы, Таня снова погрустнела.

– Ну, документы ты почти восстановила, – обратилась она к подруге. – О деньгах речи нет. Но как же ключи?

– Экземпляр ключей от машины у меня дома, – ответила Люба. – Я надеюсь, никто к нам не залезал и не украл их. А вот как попасть домой… м-да… может, Павла попросить?

– А у него остались ключи?

– Да, конечно. Они с Сашей часто гуляют в моё отсутствие.

– Так позвони Павлу!

Люба помедлила с ответом. Она знала, что подруга недолюбливает Павла. Догадывалась и о причине этого: вскоре после их развода, бывший муж попытался приударить за Таней, но получил решительный от ворот поворот. Не только из-за того, что иное поведение Тани могло бы быть воспринято как предательство подруги. И не потому, что белокурая красавица привлекала к себе столько мужского внимания, сколько хватило бы тысяче других женщин. Таня терпеть не могла ловеласов, так как полагала, что если мужчина способен изменить одной женщине, то и другие не могут ему доверять. Вероятно, Таня догадалась о причине нерешительности Любы, так как настойчиво протянула ей мобильник:

– Нечего раздумывать, звони ему немедленно. Пока он раскачается, доберётся до ключей, доставит их тебе, уже вечер наступит.

Люба нехотя подчинилась. Набрала номер телефона бывшего мужа. Как раз в это время официантка принесла заказы. Не желая смущать подругу, Таня всем своим видом показала, что сейчас её интересует только еда. Саша охотно последовал её примеру. Таня искренне постаралась не прислушиваться к тому, что Люба говорила Павлу. Кажется, тот согласился помочь и спросил, где они сейчас находятся. Люба вернула Тане мобильник и тоже принялась за еду. Примерно полчаса все трое уделяли усиленное внимание трапезе. Тем больше было удивление Тани, когда, чуть ли не сразу после окончания завтрака, у их столика появился Павел. Люба бросила смущённый взгляд на подругу. Таня решила не мешать разговору бывших супругов.

– Пойду прогуляюсь, – сообщила она и поднялась из-за столика. – Давно хочу посмотреть, что тут интересного на рынке. Вернусь примерно через четверть часа. – И, не дожидаясь ответа, направилась к выходу из кафе.

11

К рынку подъехали три джипа. Человек, сидевший в синем «БМВ», положил аппарат для дистанционного подслушивания на сиденье рядом с собой и вынул из бардачка револьвер.

– Чёрт возьми, – пробормотал он. – Возможно, я ошибаюсь, но похоже, что мне пора вмешаться.

Он надел чёрный плащ и тёмные очки, сунул револьвер в карман плаща, вышел из машины и направился к рынку, стараясь двигаться так, чтобы Таня, прогуливавшаяся у ближайших к входу прилавков, его не заметила. На его счастье, молодая женщина посматривала, главным образом, на тех, кого оставила за столиком. Судя по всему, ей было безразлично, куда идти, лишь бы не мешать разговору Любы с Павлом.

Едва войдя в здание рынка, он бросил быстрый взгляд по сторонам. Не очень-то ухоженное место – обшарпанные стены, железные столбы, на которые неряшливо уложена кровля из металлических листов и там-сям прицеплены почерневшие лампочки. Между столбами – ряды прилавков, половина которых пустует. Торговые ряды разделены полиэтиленовыми «стенками». Он тут же приметил один из пустующих прилавков, поблизости от которого никого не было, огляделся, подошёл к окну и выглянул наружу.

– Вот чертовщина! – прошипел он. – Всё в точности как тогда! Ну нет, сволочь, на этот раз тебе не повезло.

Он снова огляделся.

– Куда, куда она подевалась? – бормотал он, оглядываясь вокруг, пока не бросил взгляд на секцию игрушек. – А, вот она, отлично…

Тут же быстрым шагом он направился в противоположную сторону. Пройдя с десяток шагов, остановился: навстречу, со стороны другого входа на рынок, шли несколько человек, в середине – высокий мужчина с выразительным лицом, левая рука его была на перевязи, а в правой – небольшая деловая сумка. Метрах в десяти впереди основной группы – маленький толстячок. Судя по всему, местные завсегдатаи неплохо знали, кто эти визитёры: все расступались у них на пути, хватали товары, старались побыстрее убежать прочь.

– Хорошо, что его все боятся, разбегаются, как от чумы. Меньше крови выйдет. Ну, была-не была, – прошептал человек в чёрном плаще. Резким движением он выхватил револьвер и выстрелил. Мужчина с перевязанной рукой вздрогнул и упал, как подкошенный. Прежде чем охрана успела среагировать, человек в плаще бросился навзничь, направо, чуть левее ближайшего прилавка. Уже в падении он выстрелил в живот толстячку.

12

Выйдя из кафе, Таня решила прогуляться немного по рынку, но далеко не уходить. Как только Павел уберётся восвояси – вернуться к Любе и закончить то, что так удачно начато. «Через пару дней мы с Любой ещё будем со смехом вспоминать это приключение», – думала она.

Таня бесцельно побродила между прилавками. Обстановка не располагала к экскурсиям. Шумные, потные, суетливые, недоброжелательные, толкающиеся люди, драные полиэтиленовые пакеты и пустые ящики под ногами, дурные запахи испорченных продуктов, общая запущенность этого и без того не райского места – всё это навевало тоскливые мысли. Таня думала, что если бы ей меньше повезло в жизни и она не могла позволить себе визиты в супермаркеты и фирменные магазины, тоже вот так бы толкалась у грязных прилавков, сражаясь с другими бедолагами за дешёвую булку или сумочку из кожзаменителя. Такие размышления не радовали.

Молодая женщина остановилась, потопталась на месте и направилась чуть в сторону, направо, где размещались бутики и игровые автоматы. Здесь, по крайней мере, было гораздо опрятнее, да к тому же хорошо просматривался интерьер кафе, где Люба до сих пор разговаривала с Павлом. Таня не собиралась заходить в бутики, а потому решила подождать у автоматов, где никого не было. Рассеянным взором обвела она экраны агрегатов для развлечения… и вдруг вздрогнула.

«Большой огонь», – прочла она название одной игры. На экране жутковатый вулкан извергал зловещую огненную лаву и облака пепла. «Берегись большого огня!» – всплыли в памяти слова сочинской цыганки. «Глупость какая! – подумала Таня. – Ведь это всё суеверия, к тому же другие предсказания той цыганки не сбылись. Ни казённый дом, ни короли с тузами. Разве что валет, проживавший этажом выше, оказался бит». И всё же сердце неприятно защемило, мигрень напомнила о себе, захотелось поскорее удалиться от зловещего аттракциона.

Таня оглянулась по сторонам – куда бы отойти? Ближе к кафе располагался магазинчик игрушек. «Зайду-ка туда. Ясно, что не «Детский мир», но, может, найду что-нибудь приличное в подарок Зайке и Саше. Когда же, наконец, Люба закончит говорить с Павлом? Всего-то дела – взять у него ключи». Она посмотрела на часы. Было одиннадцать двадцать пять.

Таня прошла в детский магазин, где молоденькая продавщица беседовала о чём-то с единственной покупательницей. Обе маленького роста, бедно одетые, только продавщица очень худенькая, а покупательница довольно плотного сложения. Пользуясь тем, что стены бутика были сделаны из прозрачного пластика, Таня принялась наблюдать за происходящим в кафе. Люба и Павел по-прежнему беседовали, причём очень оживлённо. Вот с улицы зашла странная пара: двое высоких мужчин, один из которых с перевязанной левой рукой, судя по его неуверенному поведению – слабоват зрением, а может, просто нездоров, а другой – качок, одетый в чёрную кожаную куртку и такие же штаны, в роли поводыря…» Откуда только взялись такие», пробормотала Таня. Качок усадил «слепого» за столик позади Любы и вышёл на улицу.

Покачав головой, Таня принялась осматривать полки с игрушками. М-да, бедноватый подбор. Всё китайское, дешёвое, непрезентабельное и едва ли качественное. Одна машинка вообще развалилась надвое – это как же её склеивали? «Вот они, игрушки для детей из бедных семей», – грустно подумала Таня. Зайке она ничего подобного не купила бы, даже показывать бы не стала этот позор. Однако обидно, что другим детям приходится довольствоваться подобной дрянью. «Пожалуй, пойду отсюда. Подожду снаружи, а то и на улице».

Однако, прежде чем она повернулась к выходу, пол дрогнул, и молодая женщина чуть не упала на своих каблуках. Мелькнула мысль: землетрясение… Таня не успела испугаться или удивиться – снаружи, со стороны прилавков полыхнуло облако огня. Словно вырвавшись из голливудского фильма ужасов, пламя влетело в магазин игрушек. Жалобно вскрикнули продавщица и покупательница, оказавшиеся на пути огненного шквала. Таня, стоявшая у стенки-прилавка, ощутила только зловещий жар, который на краткое мгновение обжёг её, но тут же спал. Стенка угрожающе покачнулась. Послышался негромкий взрыв, будто автомобильная покрышка лопнула, и тут же – близкий грохот металла. В ноздри ударил горячий, удушливый запах горелого. Со стороны рыночных прилавков донеслись крики ужаса и боли.

Таня успела отскочить от падающей стенки. Мелькнула мысль: взрыв, теракт, а может, газовый баллон взорвался, сейчас начнётся пожар, надо немедленно уходить отсюда. На краткое мгновение всё вокруг словно успокоилось, застыло. Огонь, явившийся ниоткуда, исчез, толчки прекратились, всё, что ещё не упало, оставалось на месте. Только воздух стал горяч и удушлив. Таня сбросила с себя оцепенение ужаса и поспешила к обеим женщинам, которые, видимо, получили ожоги и теперь беспомощно ползали по полу, крича от боли. Отовсюду начал подниматься белёсый дым. В магазине становилось жарко и душно, едкий дым начинал пощипывать глаза. Всё вокруг – игрушки, стеллажи, стены – быстро занималось огнём.

– Быстрее – прочь отсюда! – закричала Таня. – Сейчас начнётся пожар!

На мгновение она замешкалась – кому помогать раньше? Продавщице, она лёгкая… Не тратя времени на объяснения, схватила девушку за правую руку и с силой дёрнула её вверх, пытаясь поставить на ноги. Продавщица охнула, но не упала. Подхватив девушку под правую руку, упершись спиной ей подмышку, отталкиваясь каблуками от пола, Таня потащила продавщицу к выходу. Сделала несколько шагов. Получилось. Однако воздух стремительно превращался в белёсый туман, невыносимо горячий и удушливо-едкий. Дышать становилось всё труднее, глаза слезились. Откуда-то поблизости доносились крики. Что-то металлическое звякало под ногами.

Оказавшись снаружи и вдохнув чистого пока воздуха, продавщица словно пришла в себя. «Спасибо, теперь я сама», – прошептала она Тане. Однако тотчас её подхватили и под левую руку:

– Танечка, с тобой всё хорошо? – услышала молодая женщина встревоженный голос Любы.

– Да, я в порядке. Быстрее – в магазине ещё одна женщина! Там уже начался пожар!

– Не волнуйся, туда побежал Павел!

– А Саша один? Вернись к нему – немедленно!

– Я смотрю за ним, смотрю, – торопливо ответила Люба, но оставила продавщицу и сделала несколько шагов в сторону кафе, нерешительно поглядывая то на сына, то на подругу.

– Вернись на место! – настаивала Таня. – Происходит что-то ужасное! Я ничего не понимаю! Не оставляй Сашу одного!

– Спасибо, я уже могу идти, – сказала продавщица, мягко высвободила правую руку из цепкой хватки Тани и, шатаясь, сделала несколько шагов к кафе. Все три женщины зашли внутрь.

– А Павел там, в магазине игрушек? – спохватилась Таня. – Он же задохнётся! – Она схватила со столика две салфетки и графин с водой. Плеснула воды на салфетки. – Я отнесу ему, это защитит дыхание от дыма! – пояснила она недоумевающей Любе. – А ты звони! Возьми мой мобильник!

– Куда звонить? – растерянно спросила Люба.

– Не знаю! В милицию, пожарным, в скорую помощь! Сейчас тут всё будет гореть!

– Ага, – кивнула Люба и трясущейся рукой полезла в сумку подруги.

Прижав одну мокрую салфетку к лицу, держа другую наготове в левой руке, Таня направилась назад – к магазину игрушек, теперь уже бывшему. Смотреть вокруг становилось всё труднее из-за дыма, который щипал глаза. Что-то твёрдое ударило в правый локоть – игровой аппарат «Большой огонь», теперь уже отключившийся, с тёмным экраном. «Надо идти осторожно», – подумала Таня и тут же обо что-то споткнулась. Под ногами звякнул металл. «Откуда это? Здесь же раньше ничего не валялось». Она подняла голову: крыши сверху не было, оттуда светило солнце, а небо казалось белёсым от дыма. «Это что же – листы кровли упали рядом с автоматом? Если бы перед взрывом я не зашла в магазин игрушек, они свалились бы на меня и убили». Однако предаваться мистическим размышлениями было некогда, любой неверный шаг, задержка могли оказаться гибельными.

– Павел! Ты где? – выкрикнула Таня, на мгновение отняв спасительную салфетку ото рта и утирая слёзы, льющиеся из разъедаемых дымом глаз. Вместо ответа услышала приглушённый кашель. «Это Павел, он не может говорить из-за дыма?». Она сделала ещё несколько шагов, пытаясь ориентироваться на кашель. Из расплывчатой стены белёсого тумана проступила полусогнутая тёмная фигура.

– Павел, возьми мокрую салфетку, прижми ко рту! – на выдохе проговорила Таня и наугад сунула салфетку куда-то вперёд. Она не увидела движение Павла, только почувствовала, как чья-то рука забрала у неё салфетку. «А где та женщина, которая здесь была до взрыва? Павел нашёл её?» Однако геройствовать больше не было сил. С трудом, на ощупь, Таня отправилась назад. Кто-то, тяжело ступая, шумно дыша и кашляя, шёл позади неё. Шаги невидимого в белёсом тумане человека гулко ударяли о металл бывшей кровли.

В кафе воздух был почти чист, смертоносный дым только начал заползать сюда, но в глазах слезилось, и Таня едва различала расплывающиеся очертания окружающих предметов.

– Танечка, милая, иди на улицу! Саша уже там! Здесь тоже становится опасно! – услышала она голос Любы. Рука подруги мягко взяла Таню под локоть.

– Не надо, я хорошо себя чувствую. Помоги Павлу, он идёт сзади!

– Он уже здесь, и та женщина из магазина с ним, не беспокойся. Быстрее наружу!

Глаза наконец начали видеть. Поддерживаемая Любой, Таня вышла на улицу. Послышалась сирена.

– Пойдём скорее! Пожарные машины едут!

Таня послушно кивнула и прибавила шагу.

– Всё, пришли. Теперь мы все в сборе.

– Хорошо, – слабо отозвалась Таня.

– Танечка, вытри лицо! Ты вся в копоти! – шепнула на ухо Люба. Таня покорно взяла протянутую ей салфетку. Прохладная влага приятно легла на разгорячённое лицо. «Надеюсь, тушь не подвела», – подумала Таня.

– Люба, а где моя сумка?

– Вот она!

Первым делом Таня вынула зеркальце и посмотрелась. Она не смогла сдержать грустный вздох. Французская тушь выдержала испытание, не подвела, но глаза раскраснелись, как у голливудского вампира. Хуже того – бежевый французский костюмчик и блузка покрылись копотью, кружева порвались, и теперь её наряд подошёл бы скорее угольщику, чем фотомодели. «Сейчас бы в машину – и домой, приводить себя в порядок. А что с Павлом?» – подумала она и осмотрелась.

Над зданием рынка поднимался дым – по периметру всё ещё белёсый, а ближе к середине – чёрный. Со стороны рынка дул ветер, и кафе, в котором только что завтракали подруги, быстро заполнялось дымом. Вокруг гибнущего здания рынка стояли десятки людей, взволнованно смотревшие на разгорающийся пожар. Среди них были и официантки, которые всего несколько минут назад обслуживали Таню и Любу. Поодаль остановились машины скорой помощи. У самого здания рынка тормозила пожарная, за которой следовала другая. Справа от Тани стояла Люба, взволнованно смотревшая на подругу и прижимавшая к себе перепуганного Сашу. Чуть дальше полулежал на земле Павел, он прижимал к лицу кислородную подушку.

– А где та женщина, которую вынес Павел? – спросила Таня, надеясь, что не ошиблась.

– Она уже в скорой. Потеряла сознание, пока была в дыму.

Таня молча кивнула. Зрелище пламени над зданием рынка жутковато завораживало, оторвать от него взгляд было нелегко.

– Граждане, отойдите подальше! – послышался повелительный возглас, и сквозь расступающуюся толпу прошёл к кафе полковник милиции. – Лучше бы вы, граждане, по домам ехали! Торговли сегодня больше не будет! Долго не будет!

– Может, действительно – поедем? – неуверенно спросила Таня.

– Конечно, пора. Ну и завтрак у нас выдался, никогда не забудем. Павел, ты можешь идти?

– Да, я хорошо себя чувствую, – молодой человек поднялся с земли. – Вы подвезёте? – неуверенно спросил он Таню.

– Конечно, – улыбнулась та. – Сначала отвезём домой Любу с Сашей, а потом ваша очередь.

Они подошли к бежевому «Пежо» и сели внутрь – Люба спереди, рядом с Таней, а Павел и Саша сзади.

– Ну, поехали, – вздохнула Таня, включила зажигание, нажала педаль газа и бросила взгляд в боковое зеркальце. Пожарных машин вокруг рынка было уже не менее десятка, люди в защитных комбинезонах и касках волокли шланги, и струи пены били с нескольких сторон туда, где пламя поднималось всего сильнее.

«Прощай, Большой Огонь, – подумала Таня. – Надеюсь никогда больше с тобой не встретиться. И так до конца жизни не забуду».

Бежевый «Пежо» выехал на шоссе и прибавил скорость.