Текст книги "Стихотворения. Проза. Театр (сборник)"
Автор книги: Федерико Гарсиа Лорка
Жанры:
Поэзия
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Картина четвертая
Сад. Апельсиновые деревья в цвету, кипарисы. В саду Перлимплин и Маркольфа.
Маркольфа.Пора?
Перлимплин.Рано еще.
Маркольфа.Что вы задумали, сеньор хозяин?
Перлимплин.Прежде мне это и в голову бы не пришло.
Маркольфа (плачет).И ведь я во всем виновата!
Перлимплин.Да если бы ты знала, сколько благодарности к тебе в моем сердце!
Маркольфа.Раньше-то как хорошо было… Поутру, бывало, кофе вам принесу, винограду…
Перлимплин.И правда… кофе, виноград. Как давно это было… Неужели со мной? С тех пор будто век минул. Раньше я и представить себе не мог, что такое может случиться… Это было мне недоступно. Зато сейчас… Любовь к Белисе открыла мне такие богатства – прежде я и не подозревал! Знаешь, вот сейчас я закрою глаза – и увижу все, что захочу… вот, к примеру, феи залетели в комнату моей матушки… Знаешь, какие они? Махонькие… ну просто чудо… гляди, вот они, танцуют у меня на мизинце!
Маркольфа.Да пускай себе танцуют! Я не про фей, про другое!
Перлимплин.Вот ты про что! Ах! (Торжественно.)Так ты сказала моей жене?
Маркольфа.Не гожусь я на такое дело, да уж пришлось сказать, раз вы велели, что тот красавец… придет к ней в сад этой ночью, ровно в десять, как всегда, в красном плаще.
Перлимплин.А она?
Маркольфа.Зарделась, как герань, руки к груди прижала, а после косы свои стала целовать.
Перлимплин (с восторгом).Зарделась, как герань… А что сказала?
Маркольфа.Ничего. Только вздохнула. Но вы б слышали…
Перлимплин.Так вздыхает женщина, когда любит… Ведь так?
Маркольфа.Да это уже помешательство, а не любовь! Надо ж было такому случиться!
Перлимплин (в крайнем волнении).Этого я и хотел – чтоб она полюбила его сильнее, чем свою красоту, чем свое тело… И она полюбила!
Маркольфа (плача).Что вы задумали? Дон Перлимплин! Страсти-то какие! Вы же сами толкаете свою жену к худшему из грехов!
Перлимплин.А дон Перлимплин и чести лишился, и понятия о ней не имеет, и знать ничего не хочет, и желает развлечься. Вот увидишь. Этой ночью в сад к госпоже Белисе придет ее неведомый возлюбленный. Это событие следует воспеть! (Поет.)
Где ты, честь моя, где?
Ты погибла в беде!
Маркольфа.Вот что я вам скажу, сеньор хозяин, ухожу я от вас! Так и знайте! Я хоть и служанка, но совесть не потеряла, и стыд при мне!
Перлимплин.Маркольфа, чистая душа! Завтра ты будешь вольна, как птица… Подожди, я прошу, подожди до завтра… А сейчас поди исполни, что я велел. Сделай все, как я сказал!
Маркольфа (уходит, утирая слезы).Воля ваша…
Перлимплин.Ну, вот так-то лучше.
Звучит нежная музыка – соната Скарлатти. Дон Перлимплин прячется за деревьями. Слышно, как в глубине сада поет Белиса.
Белиса
Умывается ночь росою,
затуманив речные плесы.
Голоса
Затуманив речные плесы.
Белиса
И на белой груди Белисы
от любви умирают розы.
Голоса
От любви умирают розы!
Белиса
Ночь поет и поет, нагая,
ночь над мартовскими мостками.
Голоса
Ночь над мартовскими мостками!
Белиса
Омывает вода Белису
влажной солью и лепестками.
Голоса
Влажной солью и лепестками!
Перлимплин
От любви умирают розы!
Белиса
Серебром и анисом полночь
озаряется по карнизам.
Голоса
Озаряется по карнизам!
Белиса
Родников серебром зеркальным.
Белых бедер твоих анисом.
Голоса
Белых бедер твоих анисом.
Перлимплин
В аллее появляется Белиса. Она ослепительна, одеяние ее великолепно. Сцену озаряет луна.
Белиса.Какую дивную песню занес к нам в сад ночной ветер! Чей это голос? Любимый мой… я узнала жар твоих губ и тяжесть твоего тела… О, да! Ты пришел – шевельнулась ветка!
Крадучись, в глубине сада появляется Человек, закутанный в плащ.
Белиса.Ты здесь! Подойди же!
Человек, взмахнув рукой, обещает, что скоро вернется.
Белиса.О! Да! Возвращайся, любимый. Жасминовая ветка, ночь – лазоревый камень и мята… Ночь моя! И подо мной – небо. Лазоревая моя ночь!
Появляется Перлимплин.
Перлимплин (изображая удивление).Ты здесь?
Белиса.Гуляю.
Перлимплин.Только и всего?
Пауза.
Белиса.Ночь такая ясная!
Перлимплин (уже резче).Что ты здесь делаешь?
Белиса (изумленно).А ты не знаешь?
Перлимплин.Я ничего не знаю.
Белиса (изумленно).Ты сам передал мне записку.
Перлимплин (терзаясь ревностью).Белиса… Ты его ждешь?
Белиса.Жду. И жажду.
Перлимплин (почти грубо).Но почему ты ждешь?
Белиса.Потому что люблю его.
Перлимплин (с нежностью).Раз так, он придет!
Белиса.И сквозь одежду я слышу запах его тела. Я люблю его, Перлимплин.Люблю.
Перлимплин.Вот оно – мое торжество!
Белиса.Твое торжество?
Перлимплин.Торжество воображения!
Белиса (нежно).И правда, ты помог мне его полюбить.
Перлимплин.И помогу оплакать.
Белиса (испуганно).Перлимплин, о чем ты?
Часы бьют десять. Запевает соловей.
Перлимплин.Час пробил.
Белиса.Вот-вот он будет здесь.
Перлимплин.Он уже у садовой ограды.
Белиса.Как всегда, в красном плаще.
Перлимплин (вынимает нож).Красном, как кровь. У него красная кровь, ты увидишь…
Белиса (пытается остановить его).Что ты делаешь?
Перлимплин (обнимая ее).Белиса! Ты любишь его?
Белиса (решительно).Да!
Перлимплин.Раз любовь твоя так сильна, мой нож пронзит его сердце! И тогда любимый никогда тебя не покинет. Он будет навеки твой! Ты ведь этого хочешь?
Белиса.Ради бога, Перлимплин!
Перлимплин.Разве не так, детка? И не надо бояться, что он разлюбит тебя… и можно ласкать его вечно – мертвого… Как он красив на твоей постели, как бледен… А это наваждение, тело твое, наконец даст мне волю… (Обнимает ее.)Тело твое, которого я не разгадал… (Оборачивается и смотрит в глубь аллеи.)Гляди, вот он идет! Вот он! Пусти меня, пусти, Белиса! (Убегает.)
Белиса (в отчаянье).Маркольфа! Принеси мне меч из столовой, я перережу горло моему мужу! (Кричит.)
Перлимплин!
Старый змей!
Задушу,
лишь посмей!
Перлимплин!
Перлимплин!
В аллее появляется Человек, закутанный в плащ, лица его не видно. Он ранен, ему трудно идти.
Белиса.Любовь моя! Ты ранен?
Человек прикрывает лицо плащом, складки широкого и длинного плаща скрывают фигуру.
Белиса.Кто ранил тебя? Кто нанес тебе рану? Кровь твоя течет по земле… Любовь моя! (Обнимает его.)Дай мне хоть сейчас взглянуть на тебя… Ай! Кто убил тебя, кто?
Перлимплин (открывая лицо).Твой муж убил меня – вот этим кинжалом, усыпанным изумрудами. Гляди! (Откидывает плащ, чтобы Белиса увидела вонзенный в грудь кинжал.)
Белиса (в ужасе).Перлимплин!
Перлимплин.Больше ты его не увидишь, никогда не увидишь – он скрылся, он уже далеко. Он убил меня, потому что знал: я люблю тебя так, как никто не полюбит. Он меня ранил и крикнул: «Теперь у Белисы есть душа!» Подойди.
Перлимплин опускается на скамью.
Белиса.Ты весь в крови!
Перлимплин.Меня убил Перлимплин… Ах, дон Перлимплин! Старикан-проказник, убогий, жалкий, блаженный… ты так и не разгадал это дивное тело… Тело Белисы не для тебя – оно для молодой, крепкой плоти, для жадных губ… А я любил твое тело – только твое тело! И он меня убил… этим острым жалом, усыпанным алмазами.
Белиса.Что ты сделал?!
Перлимплин (умирая).А ты еще не поняла? Я – это моя душа, а ты – твое тело… И раз ты меня полюбила, дай же мне хоть в последний миг насладиться твоим телом.
Белиса (откинув накидку, обнимает его).Да!.. А тот, другой? Зачем ты меня обманул?
Перлимплин.Тот юноша? (Прикрывает глаза.)
Сцену заливает таинственный свет.
Маркольфа.Сеньора!
Белиса (плача).Дон Перлимплин умер!
Маркольфа.Я знала, что это добром не кончится!.. Пусть саваном ему будет алый плащ, в котором он ходил под вашими окнами.
Белиса.Надо же было до такого додуматься!..
Маркольфа.Ничего уже не поправишь. Нарву цветов, ярких, как полуденное солнце, сплету ему венок.
Белиса (отрешенно).Перлимплин, что ты наделал, Перлимплин?
Маркольфа.Белиса, чистая кровь моего хозяина омыла тебя. Ты стала другой…
Белиса.Но кто был тот юноша? Кто?
Маркольфа.Он был прекрасен и молод. И ты никогда не увидишь его лица.
Белиса.Да, Маркольфа.И я люблю его, я люблю его всей душой и всем телом. Но где он – тот юноша в красном плаще? Господи, где он?
Маркольфа.Ты слышал, дон Перлимплин? Покойся с миром! Ты слышал, что она сказала?!..
Издалека доносится колокольный звон.
Занавес.
Сценки
Перевод Н. Малиновской
Променад Бастера Китона
Действующие лица
Бастер Китон.
Петух.
Филин.
Негр.
Американка.
Девица.
Петух. Ку-ка-ре-ку.
Появляется Бастер Китон, на нем висят четверо детей.
Бастер Китон (выхватывает деревянный кинжал и закалывает детей).Бедные мои детки.
Петух. Ку-ка-ре-ку.
Бастер Китон (забрасывает трупики землей).Один, два, три, четыре. (Садится на велосипед и едет.)
На куче канистр и дырявых покрышек Негр жует соломенную шляпу.
Бастер Китон.Изумительный вечер!
В пресном небе кувыркается попугай.
Бастер Китон.Как приятно прокатиться на велосипеде!
Филин. У-ху-ху.
Бастер Китон.Пташки щебечут.
Филин. Кхххххх.
Бастер Китон.Душа радуется.
Пауза. Неописуемым манером Бастер Китон пересекает камыши и въезжает в рожь. Пейзаж вмещается в велосипедные колеса. У Бастера Китона плоский велосипед. Его можно заложить в книгу и сунуть в печь, как лепешку. И седло у него не шоколадное, а педали не сахарные, как хотелось бы завистникам. Это самый обыкновенный велосипед, только он – в отличие от других – совершенно простодушен. Покажите Адаму и Еве стакан с водой, и они в ужасе сбегут, а велосипед Бастера Китона, уверен, придется им по душе.
Бастер Китон.Любовь, любовь!
Бастер Китон падает. Велосипед улепетывает от него, погнавшись за огромными серыми бабочками. Машина мчится, как бешеная, в миллиметре от земли.
Бастер Китон (поднимаясь).Молчу. Что тут скажешь?
Голос. Ну и дурак.
Бастер Китон движется в неизвестном направлении. Глазам его, бездонным и грустным, как у новорожденного звереныша, чудятся ирисы, ангелы и шелковые кушаки. Глазам его, двум бутылочным донышкам. Глазам слабоумного ребенка. Жутким. Прекрасным. Глазам страуса. Человечьим глазам, уравновешенным печалью. Вдали – Филадельфия. Жителям этого города уже ведомо, что классика швейной машинки «Зингер» звучит и посреди оранжерейных роз, но уловить тончайшую поэтическую разницу между чашкой горячего чая и чашкой холодного чая они не могут. Вдали блистает Филадельфия.
Бастер Китон.Вот я и в саду.
Американка.Добрый вечер.
Бастер Китон, улыбнувшись, вперяет взор в ее туфли. Крупный план. Считаем долгом выразить негодование – три крокодильи шкуры пошли на этот шедевр.
Бастер Китон.Я хотел бы…
Американка.Где меч, увитый гирляндой мирт? У вас нет меча?
Бастер Китон, пожав плечами, задирает правую ногу.
Американка.Где кольцо с отравленным камнем? У вас нет кольца?
Бастер Китон, опуская ресницы, задирает левую ногу.
Американка.А без них нельзя.
На клумбе пляшут четыре серафима с голубыми крылышками цвета светильного газа. Городские девицы, распялясь над клавишами, как над рулем велосипеда, жмут на педали. Вальс, луна и шлюпки наполняют восторгом нежное сердце нашего друга. Ко всеобщему удивлению Осень растворяет сад, как кубик сахара.
Бастер Китон (вздыхая.)О, как я хочу стать лебедем! Хочу, а не могу. Куда я дену тогда мою шляпу? А мой крахмальный воротничок? А мой муаровый галстук? Просто несчастье.
Девица – осиная талия и копна на макушке – едет на велосипеде. У нее голова соловья.
Девица.С кем имею честь?
Бастер Китон (кланяется.)Разрешите представиться, Бастер Китон.
Девица в обмороке падает с велосипеда. Ее ловкие ноги бьются над газоном, как две подстреленные зебры. Тысяча граммофонов хором: «В Америке есть соловьи».
Бастер Китон (встав на колени).Элеонора, простите! Это вовсе не я! (Тихонько.)Элеонора! Элеонора! (Еще тише.)Элеонора! (Целует ее.)
Вдали над Филадельфией багрово загорается полицейская кокарда.
Девица, матрос и студент
Действующие лица
Девица.
Старуха.
Матрос.
Студент.
Мать.
Балкон.
Старуха (с улицы).Улии-ии-точки луговые! Да под мятным соусом, да с шафраном, да с листочком лавровым!
Девица.Прямо с поля улитки. Будто старинный китайский домик в корзинке.
Старуха. А то как же! Глянь – жирные, глянцевые. Вчетвером змею одолеют. Вот те крест! Других таких не найдешь.
Девица.Отстань, я вышиваю. На наволочках еще нет меток, боюсь не успеть… Не дело, когда у девушки на белье меток нет.
Старуха. А какую буковку вышиваешь?
Девица.Все, сколько ни есть.
Старуха. Это еще зачем?
Девица.Пускай меня милый тем именем зовет, какое ему приглянется!
Старуха (угрюмо).Стыда в тебе нет.
Девица (потупившись).Нету.
Старуха.Значит, как ни назовет, откликнешься? Мария, Роса, Тринидад, Сехисмунда!
Девица.Хоть так, хоть сяк.
Старуха.Эустахия! Доротея! Хенара!
Девица.Хоть так, хоть сяк, хоть всяко.
Девица простирает руки, побледневшие от бдений над шелками и пяльцами. Старуха, крадясь по стеночке, уматывает в ветошную берлогу, где издыхают корзины хлебных корок.
Девица.А, Б, В, Г, Д, Ж, 3, И, К, Л, М, Н – ну и хватит. Закрою, пожалуй, дверь на балкон. А шить к окну сяду.
Пауза.
Мать (за сценой).Доченька, ты не плачешь ли?
Девица.Нет! Дождь пошел.
Над бухтой заикается песня моторного катера, унизанного флажками. Ливень напялил на город магистерскую шапочку. От таверны к таверне двинулась карусель пьяных матросов.
Девица (поет.)
А, Б, В, Г, Д.
Как же угадать?
Если М – Матрос,
если С – Студент.
А, Б, В, Г, Д.
Матрос (входит).Это я.
Девица.Вижу.
Матрос (печально).Не велика важность – корабль.
Девица.А я флажки развешу да сласти.
Матрос.Если капитан позволит.
Пауза.
Девица (уныло).Не велика важность – корабль.
Матрос . А я кружева развешу!
Девица.Если мать позволит.
Матрос.Привстань-ка.
Девица.Зачем?
Матрос.Поглядеть на тебя хочу.
Девица (встает).Ну вот!
Матрос.Красивые у тебя бедра!
Девица.А я девчонкой на велосипеде каталась.
Матрос.А я на дельфине.
Девица.И ты красив.
Матрос.Когда разденусь.
Девица.А есть у тебя ремесло?
Матрос.Весло.
Матрос играет на аккордеоне – усталом и запыленном, как семнадцатый век.
Студент (входит).Как он торопится!
Девица.Кто?
Студент.Век наш.
Девица.Замотался ты.
Студент.Оттого что бегу.
Девица.Да от кого же?
Студент.От грядущего года.
Девица.А меня увидел…
Студент.И остановился.
Девица.Ты не смуглый.
Студент.Я – ночной человек.
Девица.Тебе что-нибудь нужно?
Студент.Дай воды.
Девица.Колодца нет.
Студент.Умру от жажды.
Девица.Я б тебя напоила молоком моих грудей.
Студент (пылко).И медом!
Девица.Но я – девица.
Студент.Кинь мне лестницу – я проведу эту ночь с тобой.
Девица.Ты бледен и, верно, холоден как лед.
Студент.У меня сильные руки.
Девица.Я бы впустила тебя, да мать не велит.
Студент.А ты впусти.
Девица.Нет.
Студент.Почему – нет?
Девица.А вот и нет…
Студент.А то бы впустила…
Девица.Нет.
Хоровод сумеречных бригов вьется вокруг луны. Край обрыва сторожат карабинеры – три сирены морочат их, шлепая по волнам. Девица, взгромоздясь на перила, хочет кинуться с буквы Э в морскую пучину. Эмилио Прадос и Манолито Альтолагирре, запудренные страхом, потихонечку стаскивают девицу с перил.
Бредни
Действующие лица
Энрике.
Его жена.
Старик.
Девочка.
Голоса.
Дверь.
Энрике.Прощай.
Шесть голосов (из-за двери).Прощай.
Энрике.Я в горы надолго.
Голос.Белочку!
Энрике.А как же. Тебе белочку да пять таких пташек, каких ни у кого нет.
Голос.Не надо. Ящерку хочу.
Голос.А я крота.
Энрике.Какие же вы разные, детки. Попробую всех порадовать.
Старик.Да, разные.
Энрике.Ты что-то сказал.
Старик . Давай понесу чемодан.
Энрике.Не надо.
Слышен детский смех.
Старик . Это твои дети?
Энрике.Шестеро.
Старик . С матерью их я давно знаком, с женой твоей. У отца ее кучером служил, а сказать по правде, куда лучше побираться. Всё лошади, гром их разрази. Боюсь я их, смертельно боюсь. С лошадьми да с каретой поди управься. Нелегкое это дело. Боишься – не справишься, а справился – и страх пропал. Чтоб им, проклятущим, пусто было.
Энрике (берет чемодан).Иди своей дорогой.
Старик . Погоди. Дай я понесу – за медяшку, за грошик. И жене твоей приятно будет. Вот уж кто лошадей не боялся. Счастливая она.
Энрике.Идем скорее. В семь поезд.
Старик . Ну, поезд – дело другое. Ерундовина, да и только. Чтоб я поезда испугался – да никогда. Не живой он… Проехал, да и нет его. А лошадь…
Жена (в окне). Энрике.Милый Энрике.Пиши мне почаще. Не забывай меня.
Старик (смеется).А ты помнишь, девочка, как он забирался в сад, на дерево лазил, чтоб только тебя увидать?
Жена . Пока жива, не забуду.
Энрике.И я не забуду.
Жена . Я буду ждать. Прощай.
Энрике.Прощай.
Старик . Не печалься. Жена тебя любит. А ты ее. Не печалься.
Энрике.Все так. Только вот беда – расстаемся…
Старик . Это полбеды. Беда, что все течет, а река не смолкает… Если же ураган налетит…
Энрике.Оставь свои шуточки. И слушать не хочу.
Старик . Ха-ха-ха! Всем вам – и тебе первому – кажется, что ураган крушит, а ведь не в том дело. Ураган…
Энрике (начинает злиться).Идем, считаные минуты остались.
Старик . Ну, а море?.. На море…
Энрике (в ярости).Идем, говорю.
Старик . А ты ничего не забыл?
Энрике.У меня идеальный порядок. Да и тебе-то какое дело? Хуже нет старых слуг-побирушек.
Первый голос. Папа.
Второй голос. Папа.
Третий голос. Папа.
Четвертый голос. Папа.
Пятый голос. Папа.
Шестой голос. Папа.
Старик.Твои дети.
Энрике.Мои дети.
Девочка (в дверях).Я не хочу белочку. Если привезешь белочку, я не буду тебя любить. Не привози. Не надо.
Голос.Не надо ящерки.
Голос.Не надо крота.
Девочка .Мы все хотим минералогическую коллекцию.
Голос.А я не хочу, хочу крота.
Голос.Нет, крот мой.
Ссорятся.
Девочка (идет в дом).А будет мой.
Энрике.Да перестаньте! Сказал – всех порадую.
Старик . Ты сказал – они разные.
Энрике.Да. Разные. К счастью.
Старик . Ты так думаешь?
Энрике (твердо).Да. К счастью.
Старик (уныло).К счастью.
Уходят .
Жена (в окне).Прощай.
Голос.Прощай.
Жена . Скорей возвращайся.
Голос (уже далеко).Вернусь.
Жена . Ему будет тепло ночью. Я положила четыре одеяла. А я останусь одна на постели. Замерзну. Глаза у него чудесные, но я его за силу люблю. (Раздевается.)Спина у меня что-то побаливает. Если бы он меня унизил! Как хочется, чтоб он унизил меня… и любил. Я побегу, а он догонит. И обожжет… дотла сожжет. (Громко.)Прощай, прощай… Энрике… Люблю тебя. Какой же ты махонький. Ступаешь по камешкам. Махонький. Так бы и проглотила тебя, как пуговку. Так бы и проглотила, Энрике…
Девочка .Мама!
Жена . Не выходи. Холодно. Ветер поднялся. Сказала же – не выходи! (Идет в дом.)
Свет на сцене меркнет.
Девочка (торопливо).Па-а-а-паа! Па-а-а-паа! Привези мне белочку. Не надо мне коллекции, я себе ногти о камни обломаю. Па-а-паа!
Мальчик (стоит в дверях).Он-не-слышит. Он-не-слышит. Он-не-слышит.
Девочка . Папа! Хочу белочку! (Плачет).О господи! Хочу белочку!
Диалог с Луисом Бунюэлем
Картина перваяБеленая комната, некрашеная сосновая мебель. В окне виднеются большие сонные облака. Действующие лица пьют чай.
Федерико.Нет у меня твоей охоты к перемене мест, Бунюэль.
Луис.А у меня это просто мания.
Аугусто.Я бы съездил, куда хочется, а просто так носиться по свету – увольте.
Луис . И заиндевелая пустошь, и буря в лесу одинаково берут за душу. Я думаю иногда – какая земля маленькая, неведомого уж и не осталось!
Федерико.Ты сильный, оттого так и думаешь.
Луис.Как сказать.
Федерико.А я, подобно Альфонсу Карру, путешествую вокруг да около своего сада.
Луис.И все же мое чувство земли под ногами от тебя.
Аугусто.По мне блуждайте себе оба в своих мирах, а чья котомка по возврате окажется тяжелее – еще неизвестно.
Федерико.Твоя правда. От одного конца нашей флюгарки до другого так же далеко, как от полюса до полюса.
Луис.Абсолютно верно!
Вечер уходит в горы. Четыре воробья на лету…
(Здесь рукопись обрывается.)
Когда пройдет пять лет
Легенда о времени в трех действиях и пяти картинах
Перевод Н. Малиновской(проза), А. Гелескула(стихи)
Действующие лица
Юноша.
Старик.
Стенографистка.
Друг.
Мальчик.
Кошка.
Слуга.
Второй друг.
Невеста.
Игрок в регби.
Служанка.
Отец.
Манекен.
Арлекин.
Девушка.
Паяц.
Маска.
Служанка.
Первый игрок.
Второй игрок.
Третий игрок.
Эхо.
Действие первое
Библиотека. Сидят Юноша в голубой пижаме и Старик – белая борода, огромные золотые очки, серый костюм.
Юноша.Ничего удивительного.
Старик.Простите, но…
Юноша.Со мной всегда так было.
Старик (как будто выпытывает, но любезно).Правда?
Юноша.Да.
Старик.Итак…
Юноша.Помню…
Старик (смеется).Всегда «помню».
Юноша.Я…
Старик (подбадривая).Вы…
Юноша.Прятал сласти, чтобы съесть их потом.
Старик.Потом… Правда? Так вкуснее. Я тоже.
Юноша.Я помню, однажды…
Старик (нетерпеливо перебивая его).Как я люблю это слово – помню. Оно зеленое, сочное и разливается холодными ручейками.
Юноша (весело и как бы убеждая себя).Да, да, вы правы. Нужно бороться с разрушением, с этими жуткими облупленными стенами. Я часто встаю ночью и выдираю бурьян. Я не хочу ни бурьяна в саду, ни ветхой мебели в доме.
Старик.Ни ветхой мебели, потому что надо помнить, но…
Юноша.Помнить живое, с горячей кровью, не тронутое тленом.
Старик.Да, так. То есть (понижая голос)надо помнить… заранее.
Юноша.Заранее?
Старик (таинственно).Надо помнить будущее.
Юноша (ошеломленный).Будущее…
Часы бьют шесть. В полной тишине по сцене, плача, проходит Стенографистка.
Старик.Шесть часов.
Юноша.Да, уже шесть, а так жарко. (Встает.)Прекрасное небо перед грозой. Все в сизых тучах…
Старик.Так вы… Я ведь знавал ее отца. Он астроном. Как хорошо – астроном… И что же она?
Юноша.Я почти не знаю ее. Но не в этом суть. Она любит меня. Наверно.
Старик.Наверно.
Юноша.Они будут еще долго путешествовать. Я даже рад.
Старик.Разве ее отец не вернулся?
Юноша.Нет, что вы! Сейчас это невозможно! Тому есть причины… Только через пять лет…
Старик (радостно).Прекрасно!
Юноша (серьезно).Почему вы говорите «прекрасно»?
Старик.Потому что… Вам здесь хорошо? (Показывает на комнату.)
Юноша.Нет.
Старик.Вас угнетает то, что должно случиться?
Юноша.Да, да. Не надо об этом.
Старик.Что такое – там, на улице?
Юноша.Крик. Как всегда – пыль, жара, зловоние, шум. Даже здесь слышно.
Слышится долгий стон. Пауза.
Хуан, закрой окно.
Слуга неслышно идет на цыпочках к окну и закрывает его.
Старик.Она… молода?
Юноша.Очень. Ей пятнадцать.
Старик.Пятнадцать прожитых лет – вот и вся она. А почему не сказать – пятнадцать зим, пятнадцать вьюг, пятнадцать ночей? И вы не решаетесь бежать к ней, лететь, распахнуть своей любви все небо?
Юноша (закрывает лицо руками).Я слишком ее люблю!
Старик (встает, с воодушевлением).Или иначе – пятнадцать лепестков, пятнадцать мотыльков, пятнадцать песчинок. И вы боитесь укрыть свою любовь в сердце, сделать ее крохотной, уязвимой?
Юноша.Вы хотите отъединить меня. Но я знаю ваш способ. Попробуй, вглядись попристальнее в волну вечернего моря, или положи на ладонь живую букашку и рассмотри как следует – и сразу же все исчезнет: и образ, что ранит сердце, и рана. Но я люблю и хочу любить, любить так же, как она, и потому могу пять лет ждать той ночи, когда все огни погаснут, а ее косы обовьют мои руки.
Старик.Позволю себе напомнить, что у вашей невесты… нет кос.
Юноша (раздраженно).Я знаю. Она обрезала их, без разрешения, конечно, и это (с тоской)меняет ее облик. (Резко.)Я знаю, что у нее нет кос. (Почти в бешенстве.)Зачем вы мне напоминаете? (Печально.)Но косы вырастут… за пять лет.
Старик (с воодушевлением).И станут еще красивее. Эти косы будут…
Юноша (радостно).Нет, они есть!
Старик.Эти косы так душисты, что можно жить только их ароматом – без воды, без хлеба.
Юноша.Я столько думаю!..
Старик.Вам столько снится.
Юноша.Что?
Старик.Вы столько думаете, что…
Юноша.С меня словно содрали кожу. Все ранит. Сплошной ожог.
Старик (протягивает ему стакан).Выпейте.
Юноша.Спасибо. Когда я начинаю думать о ней, о моей девочке…
Старик.Назовите же ее невестой! Отважьтесь!
Юноша.Нет.
Старик.Но почему?
Юноша.Невеста… Стоит сказать «невеста», и вот она – в саване, на небе, перевитом широкими снежными лентами. Нет, она мне не невеста (делает такой жест, как будто хочет освободиться от образа, который преследует его),это моя девочка, моя подруга.
Старик.Продолжайте.
Юноша.А стоит мне начать думать о ней, представлять, как она идет, светлая, живая, вдруг кто-то меняет ее лицо, словно в кривом зеркале балагана, и уже не она – нищенка в лохмотьях, беззубая, вся в морщинах, топчет мои мысли.
Старик.Кто-то? Поразительно, что вы говорите «кто-то». Видимое глазом еще изменчивей, чем скрытое в мыслях. Вода, текущая в реке, уже не та, что текла только что. А кто помнит карту песчаных пустынь… или лицо друга?
Юноша.Да, да. Скрытое, хоть и меняется, все же дальше от смерти. В последнюю встречу я не мог смотреть на нее вблизи, потому что заметил на лбу две морщинки, и, едва я переставал следить за собой, – вы понимаете? – морщины искажали ее лицо, она становилась дряхлой, изнуренной старухой. Мне надо было уйти, чтобы вглядеться и увидеть ее в своем сердце.
Старик.А когда она казалась вам старой, она была безраздельно вашей?
Юноша.Да.
Старик (возбужденно).А если бы именно тогда она призналась, что обманула вас, что не любит, морщины исчезли бы и она снова стала бы прекрасней розы?
Юноша (возбужденно).Да.
Старик.И вы стали бы любить ее еще больше – именно поэтому?
Юноша.Да, да.
Старик.В таком случае… ха-ха!
Юноша.В таком случае… жить очень трудно.
Старик.Оттого и кидаются то к одному, то к другому, пока не сгинут. И поделом! Ей пятнадцать лет, а может, пятнадцать закатов или пятнадцать небес. Только внутри все живо, а снаружи – ветер и смерть. Поэтому надо… не идти… а ждать. Потому что прийти означает умереть, а как прекрасно думать, что завтра мы увидим сто золотых рогов, вонзенных солнцем в облака.
Юноша (протягивает руку).Благодарю вас. Благодарю вас – за все.
Старик.Я вернусь.
Появляется Стенографистка.
Юноша.Ты отправила письма?
Стенографистка (почти плача).Да, сеньор.
Старик (Юноше).Что с ней?
Стенографистка.Я хочу уйти.
Старик.Так в чем дело?
Юноша (в смятении).Вы же видите.
Стенографистка.Хочу уйти и не могу.
Юноша (мягко).Я не удерживаю тебя. Я ничего не могу сделать… Я просил тебя подождать, но…
Стенографистка.Что значит «ждать»? Я не жду.
Старик.А, собственно, почему? Ждать – это верить и жить.
Стенографистка.Я не жду, потому что не хочу ничего ждать, не хочу и… не могу уйти отсюда.
Юноша.И вот так всегда. Если бы ты могла разумно объяснить…
Стенографистка.Разумно объяснить… Я люблю тебя – вот мое единственное объяснение. (Старику.)Не бойтесь, сеньор! Только и всего. Он был еще маленький, а я смотрела с балкона, как он играет. Он упал и разбил коленку. (Юноше.)Ты помнишь? До сих пор эта кровь красной змейкой бьется у меня в груди.
Старик.А вот это нехорошо. Кровь высыхает, прошлое проходит.
Стенографистка.Не знаю, в чем моя вина. (Юноше.)Прошу тебя, дай мне расчет. Я хочу уйти.
Юноша.Конечно. Я тоже ни в чем не виноват. Кроме того, я связан словом, тебе это известно. Ты свободна.
Стенографистка (Старику).Вы слышите? Он гонит меня. Он не хочет, чтоб я оставалась. (Уходит, плача.)
Старик (таинственно, Юноше).Опасная женщина!
Юноша.Если б я мог ее полюбить! Но разве хочется пить у родника…
Старик.Ни в коем случае! Что бы вы стали делать завтра? А? Подумайте. Завтра!
Друг (шумно вбегает).Почему так тихо? Дай мне анисовой со льдом.
Старик уходит.
Или коктейль.
Юноша.Только не переломай мебель.
Друг.Он серьезен, он в одиночестве – в такую жару!
Юноша.Присядь хотя бы.
Друг (хватает Юношу за руки и кружит его).
Тин-тин-тан,
со свечою Сан Хуан.
Юноша.Перестань. Мне не до шуток.
Друг.Ух! Что это за старик? Ты его знаешь? А где у тебя фотографии девушек, с которыми спишь? Слушай (подходит ближе), дай-ка я встряхну тебя, нарумяню эти восковые щеки… или вот – разотру их.
Юноша (раздраженно).Оставь меня.
Друг.И палкой выгоню на улицу!
Юноша.Ну уж нет! Меня с души воротит от этой беготни, от машин.
Друг (растянувшись на диване).А меня нет! Вот послушай, вчера – три победы, позавчера – две, сегодня еще одна, но выходит так, что ни одной, потому что… времени не хватает! Одна девушка… Эрнестина! Хочешь познакомлю?
Юноша.Нет.
Друг (вскакивая).«Нет», и все! Если б ты видел – какая талия! Нет, талия гораздо лучше у Матильды. (С жаром.)Господи боже мой! (Сделав прыжок, растягивается на диване.)Слушай, такая талия! Сама просится в руки, и такая хрупкая, что так бы и расколол ее серебряным топориком.
Юноша (не отвечая ему, рассеянно).И поднимусь по лестнице.
Друг (ложится на диван лицом вниз).Нет времени, ни на что нет времени, все впопыхах. Сам посуди. У меня свидание с Эрнестиной. Вот такие косы, тугие, черные… а потом…
Юноша в нетерпении постукивает пальцами по столу.
Юноша.Не мешай. Я думаю.
Друг.О чем тут думать? Ну все, ухожу. Опять опаздываю – по меньшей мере на… (Смотрит на часы.)Это ужасно, опять! Ни на что нет времени, и это ужасно. У меня свиданье с удивительно некрасивой, но очаровательной женщиной. О таких тоскуешь летним полднем. Она смуглая и нравится мне, (подбрасывает подушку)потому что похожа на ковбоя.
Юноша.Хватит!
Друг.Ну, послушай, что тебе не так? Женщина может быть некрасива, а жокей прекрасен. И наоборот. Что мы вообще понимаем? (Наливает себе коктейль.)
Юноша.Ничего.
Друг.Все-таки, что с тобой?
Юноша.Ничего. Ты же меня знаешь.
Друг.Я тебя не понимаю. Я не могу быть таким серьезным. (Смеется.)Давай поздороваемся по-китайски. (Трется носом о его нос.)
Юноша (улыбаясь).Оставь.
Друг (щекочет его).Да засмейся же!
Юноша (смеется).Отстань, дикарь!
Борются .
Друг.Ну-ка!
Юноша.Не вышло!
Друг.Еще как вышло! (Усаживается на него верхом и погоняет.)
Старик (входит, еле передвигая ноги).Вы позволите…
Они встают.
Простите… (Отчетливо, обращаясь к Юноше.)Я забуду здесь свою шляпу.
Друг.Что?
Старик (в исступлении).Да, сеньор. Я забуду здесь свою шляпу… (Сквозь зубы.)Я хотел сказать, я забыл здесь шляпу.
Друг.Ааа!
Слышен звон стекла.
Юноша (громко).Хуан. Закрой окна.
Друг.Будет гроза. Хорошо бы сильная!
Юноша.Мне нет дела до грозы. (Громко.)Все окна закрыты.
Друг.Гром грянет, и ты услышишь.
Юноша.Навряд ли.
Друг.Наверняка.
Юноша.Я не хочу знать, что там, снаружи. Это мой дом, и сюда никто не войдет.
Старик (в негодовании, Другу).Это бесспорная истина.
Раскаты грома вдали.
Друг.Войдет всякий, кому вздумается, и не просто войдет: захочет – и влезет к тебе на кровать.
Раскаты грома ближе.
Юноша (кричит).Но не сейчас, не сейчас!
Старик.Браво!..
Друг.Открой окно! Жарко.
Старик.Само откроется!
Юноша.Не сразу.
Друг.Ладно! Так вы хотите сказать…
Новый раскат грома. Свет гаснет, и голубоватые отсветы грозы заливают комнату. Все трое прячутся за черной ширмой в серебряных звездах. Из левой двери выходит мертвый Мальчик с Котенком. Он в белом, словно одет для первого причастия, и в венке из белых роз. На восковом лице резко выделяются глаза и лиловые, как сухие ирисы, губы. В руке витая свеча и длинная пелена в золотых цветах. Котенок голубой, с большими пятнами крови на пепельной грудке и на голове. Мальчик держит Котенка за лапку.
