Текст книги "Тобиас и Селестина (СИ)"

Автор книги: Евгения Перова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

  – Какие штучки?

  – Украшения, – застенчиво призналась Изабелла. – У моей хозяйки целая шкатулка всяких заманчивых вещичек, но она ругается, когда я пытаюсь что-нибудь позаимствовать...

  – Хорошо, – сказала Селестина. – Мы это обдумаем. Вы поняли, что не следует торопить события, да?

  – Я готова ждать своего принца столько, сколько понадобится! – пылко воскликнула Изабелла и все-таки упала в обморок. А Селестина, посмеиваясь, удалилась в кошачий домик. По дороге она размышляла: подарки найти можно! Наверняка в хозяйстве Мэми водятся креветки и оливки, цветов в саду полно. Сложнее с блестящими штучками. Но что бы они с Тобиасом ни приготовили в качестве подарка, остается главная проблема: как этот подарок передать Изабелле? В щелочку пролезет разве что оливка. Мелкая. Конечно, Селестина могла бы прогрызть отверстие побольше. Но, честно говоря, ей не хотелось портить зубы, трудясь над этой грязной древесиной, да еще наверняка обработанной каким-нибудь химикатом от жуков-древоточцев! Что бы такое придумать... Но внезапно перед Селестиной появилось живое решение проблемы, которое приняло облик галки. Птица заглянула в кошачий домик, увидела Селестину и удивилась:

  – Ой, ты кто такая?

  – Я Селестина, – сказала мышка, не слишком испугавшись. Она уже имела дело с галками и воронами, пострадавшими в уличных передрягах, – их приносили в зоомагазин сердобольные прохожие, а хозяин подлечивал и отпускал на волю. Селестина знала, что вороны умные, хитрые и коварные создания, а простоватые и громогласные галки не блещут умом. Тем более, это была совсем молодая галка, недавно ставшая на крыло. Поэтому Селестина строго сказала:

  – А здороваться тебя мама не учила?

  – Ой, здрасьте!

  – Как тебя зовут?

  – Карл!

  Селестина покачала головой: как же предсказуемы эти врановые! И, тихонько хихикнув, спросила:

  – Как поживает Клара?

  – Ой, ты что? Ты мою маму знаешь?

  – Отдаленно.

  – Это ж надо! Тогда я не стану тебя клевать.

  – И правильно. К тому же, это вредно для здоровья. Для твоего.

  – Почему?

  – Потому что я ядовитая мышь.

  – Как это?!

  – А ты разве не знал, что все мыши с пятнами ядовитые? Вот, посмотри!

  И Селестина продемонстрировала Карлу свое пятно. Он с почтением рассмотрел и сказал:

  – Обалдеть!

  – Но ты вполне можешь со мной подружиться. Мне как раз нужен такой друг, как ты: черный, красивый, с мощным клювом. У тебя же мощный клюв, правда?

  – А то! – гордо ответил Карл.

  – Замечательно. Тогда я хочу попросить тебя сделать доброе дело и немножко поработать клювом. Надо расширить щелочку в заборе. А за это я попрошу Тобиаса угостить тебя сосиской.

  – Сосиска?! Это такая розовая штука, похожая на большого дождевого червя? Подожди, а кто такой Тобиас?

  – Кот.

  – Тут есть кот?!

  – Он очень дружелюбный и любит птиц. Не в том смысле, чтобы на них охотиться, а вообще. И он принесет тебе сосиску, помнишь?

  – Сосиска – это вещь! Ладно, чего я должен сделать-то?

  И Селестина повела юного Карла к забору, надеясь, что он справится с твердой древесиной, и что Тобиасу удастся раздобыть для него сосиску. Если, конечно, Дэди с Себастьяном не съели их все за завтраком. Пока Карл трудился над отверстием, Селестина сообщила Тобиасу про сосиску, и тот ловко достал ее из холодильника, открыв дверцу лапой. Этим полезным умением он овладел еще в юности. Карлу довольно быстро надоело колотить клювом по доске, так что отверстие получилось не слишком большим, но все-таки достаточным, чтобы Тобиас мог просунуть лапу.

  – Ну вот, – сказал Карл, рассмотрев результаты своих трудов. – Что смог, то и сделал. Я ж вам не дятел какой-нибудь.

  – Спасибо, ты очень нам помог, – ответила Селестина. – А вот и Тобиас с сосиской.

  – Где?! – испуганно подскочил Карл. Он, конечно, был гораздо больше Селестины, но на фоне монументального Тобиаса мог показаться цыпленком. Тобиас приблизился и положил сосиску на землю, потом отступил. Карл сунулся к сосиске, отскочил, снова вытянул шею – наконец, схватил и тут же взлетел, судорожно маша крыльями, а Тобиас с Селесиной проводили его взглядами.

  Всю следующую неделю Тобиас прилежно тренировался и к пятнице смог запрыгнуть на верх холодильника. В промежутках он посещал отверстие в заборе и дарил Изабелле какую-нибудь приятную мелочь: лепесток пиона, веточку мелиссы, а один раз даже маленькую кувшинку, которую для него сорвала Фрири. Не забывал он и о лакомствах: креветки поставлялись регулярно, поскольку Дэди любил закусывать ими пиво, а один раз Тобиасу удалось умыкнуть огромную ягоду малины, украшавшую верх пирожного, которое собиралась съесть Мэми, но на секундочку отвлеклась, подойдя к телефону. Изабелла была счастлива и даже нежно лизнула через отверстие черный нос Тобиаса.

  Через день прилетал Питер – он с большим интересом следил за развитием событий, как и все обитатели зоомагазина, которым он рассказал историю Тобиаса и Изабеллы. Иногда появлялся Карл и разговаривал с Селестиной, не спускаясь с сетчатого забора, потому что побаивался Тобиаса. Карл был совершенно не затронут никаким образованием, поэтому Селестина тут же принялась его просвещать и развивать – несомненно, из нее получилась прекрасная учительница! Карл слушал Селестину, разинув клюв, а один раз даже свалился с забора – так увлекся ее рассказом об удаве.

  – А какой он, этот удав? – спросил Карл.

  – Он похож на ОЧЕНЬ большого червяка, – объяснила Селестина.

  – Больше Тобиаса? – взволновался Карл.

  – Ну что ты! Если двадцать Тобиасов разлягутся в цепочку друг за другом, то тогда сравняются длиной с удавом.

  – Двадцать Тобиасов!

  Тут-то Карл и упал с забора.

  А потом произошло два события, и они существенно изменили жизнь друзей. Во-первых, у Тобиаса появился соперник. Он поселился в оранжевом доме, расположенном через три участка от лилового домика Изабеллы. Молодой кот по имени Фергюс, совершенно черный, сильный и гибкий, как пантера. Его не смущали никакие заборы, так легко он на них взлетал, а пристальный взгляд ярко-зеленых глаз действовал на девушек кошачьей породы как хорошая порция валерьянки. Не устояла и Изабелла. Нет, она не рухнула сразу в его пушистые объятия! Но как-то охладела к Тобиасу. Совсем немножко, но ощутимо. Честно говоря, она колебалась: Тобиас, конечно, необычайно красив, к тому же – принц, но не слишком молод, а этот черный юноша так брутален и напорист! И очень смел: Фергюс не уставал хвастаться, что его боятся все окрестные коты и собаки. Тобиас пока не встречался с «юношей», но уже переживал и тренировался усердней прежнего. Правда, прыжок на шкаф пока еще ему не давался, а ведь шкаф был лишь чуть ниже забора...

  А во-вторых, новый друг появился и у Селестины. Поговорив с Изабеллой, она возвращалась в кошачий домик, как вдруг остановилась, как вкопанная: около деревянного ящичка с кормом для рыб кто-то копошился! Кто-то маленький, такого же роста, что и Селестина. Ящичек был прикрыт сверху крышкой, и снять ее мог только Тобиас, но это существо смогло крышку сдвинуть и сейчас беззастенчиво набивало рыбьим кормом свой рюкзачок.

  – Что это ты делаешь? – строго спросила Селестина.

  – Ой! – серый мышь (а это был именно он) подпрыгнул от неожиданности. – Ты чего подкрадываешься?

  – Я не подкрадываюсь. Я тут живу. А вот ты – крадешь.

  – Да ладно! А ты чего такая белая? В муке, что ли, извалялась?

  Мышь заметно шепелявил, поэтому у него получилось «ижвалялаш».

  – В какой еще муке?! Я сама такая. Кстати, меня зовут Селестина.

  – А, так это ты – Шелештина? А я думал, галки вше врут.

  – Селестина!

  – Я так и шкажал. У меня жуб шломан – видишь? Пыталшя ражгрыжть бражильшкий орех, а у него шкорлупа такая, жаража, твердая!

  – Как тебя зовут?

  – А, ну да. Корнелиуш! Можно прошто Корри.

  – Откуда ты взялся?

  – Пришел с той штороны, пролез через шетку.

  – Сквозь сетку?

  – Ага. Пошмотрел, чтобы кота не было. Как это ты ш ним уживаешься?

  – Тобиас очень добрый!

  – Не опашный?

  – Совсем нет! Я замолвлю за тебя словечко, так и быть. Тем более что ему сейчас ни до чего нет дела, кроме Изабеллы. Знаешь кошку по соседству?

  – Ага. Воображает о шебе много. И вечно прикидываетшя нежной фиалкой, а шама...

  – А что?!

  – Что-что... Жажеваешься и попадешь к ней на обед. Раж видел, как она воробья поймала! Прыгнула вверх на три метра! Цап – и нет птички.

  – На три метра?!

  – Ладно, на полтора.

  – Но почему же она тогда сама к нам не придет через забор? – пробормотала Селестина. – Зачем заставляет бедного Тобиаса так зверски тренироваться? Конечно, это ему на пользу... Но все-таки странно...

  – Эй, я пошел! – прервал Корри размышления Селестины. – Пора мне.

  – Но ты еще придешь?

  – Конечно.

  Корри повернулся, чтобы закинуть на спину рюкзак, и тут Селестина увидела у него на боку белое пятно! В форме японского острова Хоккайдо.

  – Подожди, – сказала она сдавленным голосом. – Что это у тебя на боку?

  – А, это? Родимое пятно.

  – У меня тоже есть!

  – Надо же, – довольно равнодушно произнес Корри.

  – И это все, что ты можешь сказать?!

  – Ну да. А что?

  – Они же у нас парные! У меня три японских острова – Кюсю, Хонсю и Сикоку, а у тебя – четвертый, Хоккайдо!

  – И что это жначит? – спросил Корри.

  – Что мы с тобой – пара!

  – Еще чего! Я шам по шебе.

  – Но... Разве... Твоя мама не рассказывала тебе древнюю легенду?!

  – Какую еще легенду?

  – Когда-то в незапамятные времена мыши правили миром!

  – Да ты что?!

  – Да! Сначала они были едины, но потом образовалось два могущественных клана – Серые мыши и Белые. Белые царили в домах людей, а Серые – в полях. Вместо того, чтобы объединить свои силы, они все время враждовали. Но однажды юный мышь Фрединар из Серого семейства влюбился в прекрасную белую мышку Пульхицию. Они сбежали и ушли жить в глухой лес. Там у них появилось много детишек, серых и белых, но у всех них обязательно было на боку родимое пятно в форме одного из японских островов.

  – Почему японских-то?

  – Согласно легенде, белые мыши родом из Японии. Их завез в Европу один голландец.

  – Так ты чего, по-японски что ли умеешь говорить?

  – Немножко, – скромно ответила Селестина, которая на самом деле знала всего два японских слова: «аригато» и «коннити ва» – «спасибо» и «добрый день».

  – Ну, и чего там дальше было с этими пятнистыми мышами?

  – А дальше случилось нашествие черных крыс! Фрединар с Пульхицией заранее узнали о приближении их армии – им сообщила вездесущая сорока. Они покинули глухой лес и отправились предупредить родных. Но им не поверили! В результате оба клана были разгромлены и с тех пор влачат жалкое существование. Фрединар и Пульхиция погибли. А их детей, которых к тому времени было уже шестнадцать, поделили между кланами: Серые забрали сереньких с белыми пятнами, а Белые – беленьких с серыми. С тех пор прошло очень много лет. Но если верить легенде...

  – То что?

  – Если две мыши из разных кланов, потомки Фрединара и Пульхиции, встретятся и... И объединятся... То... В общем, мыши вновь обретут былое могущество, вот!

  – Как объединятся?

  – В одну семью, – разъяснила Селестина, мило покраснев.

  – Это чтобы я ш тобой? Объединился в одну шемью?!

  – Так гласит легенда. И наши дети...

  Тут Селестина из белой мышки превратилась в мышку розовую, а Корри смотрел на нее, разинув рот:

  – Дети?! Да я же... Я только жабежал пожаимствовать немножко рыбьего корма! А ты шразу говоришь о детях?!

  – Это не я, это легенда! – воскликнула Селестина, но Корри уже карабкался по сетке. Найдя ячейку покрупнее, он протиснулся сквозь нее, протащил свой рюкзак и был таков, а Селестина присела на край деревянного ящичка и горько вздохнула.

  Однако через пару дней Корри появился снова. Увидев, что перед прудиком находятся, кроме Селестины, еще Тобиас, Карл и Питер, Корри горько вздохнул, потому что рассчитывал пообщаться с Селестиной наедине. Он присел на камушек и стал слушать, что рассказывает, волнуясь, Питер. А событие, и правда, было чрезвычайное: из зоомагазина сбежал удав!

  Пока Питер рассказывал, на соседнем участке происходили интересные события. К Изабелле пришел в гости черный кот. Она разлеглась на крыльце и кокетливо посматривала на визитера. Фергюс действительно был красив: изумрудные глаза сияли, черная шерсть лоснилась на солнце, усы топорщились – весь он был воплощение силы, грации и мужества. Но вдруг в кустах у забора громко зашуршало, а потом что-то упало на землю с глухим стуком. Изабелла испуганно вскочила и встопорщилась, а Фергюс усмехнулся и сказал:

  – Не бойся, крошка! Я сейчас разберусь.

  И пошел разбираться. Надо сказать, что Фергюс телевизор не смотрел и поэтому не знал, как выглядят змеи, но природный инстинкт подсказал ему, что это существо, похожее на большой, толстый и разноцветный водопроводный шланг, скорее всего опасно. Поэтому он мгновенно встал в боевую позу, выпрямив ноги, выгнув спину и распушив хвост. Существо в кустах испуганно отпрянуло, но потом снова высунуло узкую морду и облизнулось раздвоенным языком. Фергюс понял, что существо хочет его съесть, и зашипел. Существо зашипело тоже, и этот звук был таким зловещим, что Фергюса как ветром сдуло.

  Изабелла, наблюдавшая все это с крыльца, заинтересовалась, что же так напугало доблестного Фергюса, и решила посмотреть. Хотя она и норовила то и дело упасть в обморок, на самом деле Изабелла была весьма храброй кошкой, а робкой и беспомощной прикидывалась, чтобы казаться более женственной. Она осторожно подползла к кустам и принюхалась. Потом пригляделась. В отличие от Фергюса, Изабелла была девушка образованная и обожала смотреть передачи про животных, так что она сразу поняла: перед ней змея! Очень большая, но с виду не агрессивная, а скорее напуганная. Интересно, откуда она взялась? Изабелла отползла к забору и позвала в дырочку:

  – Тобиас, Селестина! У меня тут появилась большая змея! Что мне делать?

  Вся компания тут же собралась около переговорного отверстия в заборе. Посовещавшись, они решили отправиться на выручку Изабелле. Карл с Питером перелетели на соседний участок, Селестина и Корри вцепились в хвост Тобиаса, который величественным и стремительным прыжком вознесся на забор, а потом спрыгнул вниз, даже не вспомнив, что он вообще-то на это не способен. Но Изабелла в опасности! Чего не сделаешь ради прекрасной дамы! Теперь все собрались около удава, который совсем оробел и уполз подальше в кусты. Питер выступил вперед, приосанился, потоптался, два раза поклонился и строго спросил:

  – Арчибальд, почему ты сбежал из зоомагазина?

  Арчибальд ответил плаксивым тоном:

  – Да-а, ты сам-то тоже когда-то сбежал! А мне что – нельзя? Они держали меня в такой тесной клетке, что у меня все мускулы ослабли, я и сюда-то еле дополз...

  И он явственно всхлипнул.

  – Но ты ведь не знаешь, как трудна и опасна жизнь на воле, тем более, в городе, – продолжил Питер. – Сейчас осень, скоро зима, а ты холоднокровное существо, так что просто замерзнешь насмерть.

  – Что же мне делать?

  – Ладно, подожди, мы подумаем. Ты голоден?

  – Да-а! – прохныкал удав и облизнулся, глядя на Селестину и Корри, которые быстренько отступили за спину распушившегося Тобиаса. Вся компания удалилась на крыльцо и принялась совещаться.

  – Я, кажется, знаю, куда можно пристроить Арчибальда! – заявил Питер. Только сначала его надо покормить – он ослабел, а ползти ему придется далеко. Тобиас, ты не можешь раздобыть дома что-нибудь подходящее для удава?

  – Мами собирается запечь курицу, сейчас она маринуется, – ответил Тобиас. – Но я не знаю, будет ли удав есть сырую курицу в маринаде?

  – Ничего, съест, – обнадежил Питер.

  – А у меня есть большая рыба! – сказала Изабелла. – Она плавает в ванной.

  – Годится! Тащите продовольствие, а пока слетаю на разведку.

  Тобиас снова перемахнул через забор, а потом повторил свой подвиг с курицей в зубах. Арчибальд радостно заглотал курицу и рыбину, и задремал, переваривая. Время от времени от рыгал, испуская ароматы перца и лука от куриного маринада. Наконец, вернулся Питер. Он сказал:

  – Все в порядке! В конце улицы живет человек, который держит змей. Он часто приходил в зоомагазин и любовался на Арчибальда, но так и не купил – дорого. Думаю, он будет счастлив, обнаружив удава на своем крыльце.

  – А он не вернет меня обратно в магазин? – опасливо спросил Арчибальд.

  – Нет, не вернет! – встряла Селестина.

  – Почему ты так думаешь? – спросил Арчибальд, непроизвольно облизнувшись.

  – Потому что я видела, как он украл инфракрасную лампу в магазине, пока никто не видел, – ответила Селестина, отступив на шаг.

  – Тогда точно не вернет! – подтвердил Питер. – Пора отправляться, надо успеть до темноты. Путь свободен, только на соседнем с Тобиасом участке надо будет отвлечь собачонку. Это дело я поручаю вам, Изабелла и Тобиас.

  – А мне что делать? – взволновался Карл.

  – Тебе... Ты тоже будешь отвлекать собачонку!

  Карл обрадовался. Для начала вся компания, включая Арчибальда, переправилась на участок Тобиаса. Потом кошки и Карл запрыгнули на каменный забор, Карл громко закаркал, и собачонка, визгливо лая, подбежала к забору. Изабелла и Тобиас шипели на нее, вызывающе помахивая хвостами. Собачонка ярилась и не замечала, как Арчибальд, сопровождаемый Питером, переползает заборы. Они скрылись на соседнем участке, любопытный Карл полетел за ними. Кошки спустились вниз, и Тобиас стал показывать Изабелле свои владения, а потом отправился провожать ее домой. Мыши остались одни. Селестина присела на камушек, а Корри встал перед ней, весьма смущенный. Он сопел и ковырял землю ногой. Наконец, он заговорил:

  – Это шамое... Шелештина, пошлушай... Короче, моя мама хочет ш тобой пожнакомитьшя, вот.

  – О! Ты приглашаешь меня в гости?!

  – Ну да. Я рашшкажал маме про тебя, она ражволновалашь.

  – А когда?

  – Жавтра придешь?

  – Приду!

  – Ладно, пойду, шкажу маме. Она хотела пирог испечь. Я жайду жа тобой.

  И Корри убежал, а Селестина радостно закружилась, распевая:

  – Корри, Корри, милый Корри!

  Рыбы высунули из воды мордочки и наблюдали за ней, раскрыв рты.

  ***

  Вернувшаяся вечером Мами обнаружила пропажу курицы и страшно ругалась, но наказать Тобиаса ей не удалось, потом что он предусмотрительно спрятался в домике у пруда, а извлечь его оттуда было невозможно, так он шипел и размахивал когтистыми лапами.

  – Останешься без ужина! – заявила разозленная Мами. – И без завтрака, и без обеда! Вообще тебя теперь неделю можно не кормить. Это ж надо – сожрать целую сырую курицу! Изверг!

  Изверг слегка загрустил, но друзья не оставили Тобиаса без пропитания: Карл принес сардельку, украденную с уличного лотка, а Изабелла притащила пакет кошачьего корма. Изабеллу, кстати, не ругали, но повезли к ветеринару, обеспокоившись, как бы слопанная целиком рыбина не нанесла вреда нежному организму кошечки. Ветеринар никаких следов рыбины в организме Изабеллы не обнаружил, так что это происшествие осталось загадкой для ее хозяев.

  Арчибальд благополучно добрался до нужного дома, хозяин которого страшно обрадовался и тут же принялся устраивать удобное жилье для удава.

  Селестина и Корри через некоторое время поженились, так что Тобиас остался без подружки, но не унывает, ведь Изабелла отдала ему всю свою любовь!

  «А что же с Фергюсом?» – спросите вы. Куда он делся? Фергюс так испугался удава, что таинственным для себя способом оказался на крыше домика Изабеллы. Он просидел там два дня, завывая на всю округу, и пришлось вызывать пожарную машину, чтобы его снять. Сами понимаете, что после этого его популярность у окрестных кошек резко пошла на убыль.