Текст книги "Брачный договор (СИ)"

Автор книги: Евгения Мартынова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Даша извивалась и прогибалась под ним. Она думала, что больше не выдержит, пока Саша не спустился вниз, спуская остатки ее защиты. Он проложил дорожку от груди к животу. Провел рукой по внутренней стороне бедра. Даша выгнулась навстречу его губам, когда они коснулись заветного бугорка. Он ласкал, дразнил. Даша выгибалась и стонала. Ей хотелось чего-то большего, сама, не понимая, чего. Она просила Сашу, умоляла.

– Сейчас, милая. Потерпи немножко.

Он навис над ней, пытаясь снять свои брюки. Поцелуй обжег ее губы, и она прильнула к нему в ожидании то ли чуда, то ли боли. Она не знала, но хотела подарить Саше свою невинность.

Саша снял брюки и трусы. Почувствовав прикосновение его члена к животу, она зажмурилась, страх сковал ее.

Саша поцеловал нежно, сдерживая себя из последних сил. Он почувствовал ее скованность. Он не хотел торопиться, понимая причину ее страха, но нужно действовать, пока она горячая и готовая подарить себя.

Он целовал ее, пока она, не расслабилась. И только приготовился войти в нее и почувствовать жар ее тела, когда дверь с грохотом распахнулась.

Глава 13

Саша выругался и обернулся. На пороге стояла Ольга.

– У меня праздник! Не могли подождать до вечера?!

Оля вела себя как капризная девчонка. Она нисколько не стеснялась, что застукала молодых людей, в чем мать родила. Она ждала их реакции. Даша покраснела и пыталась прикрыться чем-нибудь. Саша был в ярости.

– Вон! – Рявкнул он.

Он готов был убить Ольгу с ее бесцеремонностью. Он же просил дать им полчаса поговорить. Никто не заметит их отсутствия. Ему нужно было еще чуть-чуть. Она все испортила. Он знал, Даша больше не прильнет к нему, застать ее врасплох второй раз не получиться. Она свернется в свой кокон и спрячется за стенами холодности и отчужденности.

Когда за Ольгой закрылась дверь, Даша выскользнула из-под Саши, прихватив с собой одеяло и закрывшись им, как единственным щитом от всего происходящего, с сожалением посмотрев на Сашу. Он не должен увидеть ее спину, ее уродство, ее боль и унижения, чтобы потом в потемневших от страсти глазах не видеть жалость и разочарование. Она совершает ошибку. Ей не укрыться от его поцелуев, от его пожирающего взгляда. Ей не убежать от своих чувств и в следующий раз он доведет все до конца.

Даша дрожала как осиновый лист на ветру.

– Даша вернись! – Потребовал он.

Он сидел на кровати, не скрывая своей наготы. Даша и так знала, что он вылеплен как Бог: рельефные мускулы, впалый живот, и его орган напряженно выглядывал, доказывая свою мощь.

– Нет, – она не узнала свой голос в хриплом шепоте. – Нет! – Более уверенная произнесла она. – Нет!

Прокричала она, отходя от кровати, пытаясь убежать, спрятаться, но Саша, поймал за руку в последний момент и притянул к себе. Он гладил по спине, успокаивая ее, ничего не прося взамен, просто стоя рядом, утешал, как маленького ребенка.

Сколько они простояли, она не знала, но потихоньку она начала успокаиваться в его объятиях и приходить в себя. Саша наклонился и запечатлел легкий поцелуй на губах. Даша напряглась. Саша отстранился, заглянув в изумрудные глаза, водрузив на нос обратно очки, вздохнул и развернул к себе спиной.

– Иди в душ, одевайся, я буду ждать тебя внизу. – Даша с недоверием посмотрела через плечо. – Иди пока не передумал. – И он подтолкнул к душевой, слегка шлепнув по ягодицам. Дважды повторять не надо было, рванувшись в ванную, радуясь, что она находится в комнате, а не как обычно в конце коридора.

Она слышала, как Саша шуршал одеждой, одеваясь, как закрылась дверь. Только после это она смогла расслабиться. Посмотрев в зеркало, она ужаснулась, припухшие губы говорили о чуть не совершенной ошибки, руки дрожали, а тело ныло от неудовлетворенности, показав язык своему отражению, включила воду, сняла очки, положив их на полочку и встала под струю, смывая запах Саши.

Он дал неделю свыкнуться с мыслью, что она будет принадлежать ему. Даша поежилась, выключая воду, дрожь прошлась по всему телу. Завернувшись в полотенце, прошла в комнату. Измятая одежда валялась на полу. Брюки и рубашку можно спокойно упаковать, они больше не понадобятся. Она вспомнила, как Саша снимал одежду, а она не сопротивлялась. Его поцелуи, как таяла под его умелыми руками, позволяя творить чудеса со своим телом. Еще ни один мужчина не касался там, где ласкали его руки и язык.

Даша вздохнула. Надо возвращаться в реальность. Она подошла к сумке и извлекла аккуратно сложенное платье. Несколько раз встряхнула, пытаясь разгладить складочки, критически осмотрев платье. Все равно лучше, чем мятая рубашка и брюки. Подняв с пола лифчик и трусики, спрятала в сумку. Одев свежее белье и платье, разглядывала себя в зеркало. Платье, на два размера больше, подхватывалось ремнем на талии и создавало эффект воздушности. Длина в пол скрывала длинные стройные ноги. За счет большого лифа грудь была неопределенного размера. Длинные рукава скрывали изящные руки. Платье идеально подходило для безликого образа. Но из зеркала смотрела незнакомка. Глаза блестят изумрудным огнем, на щеках легкий румянец. Даша прикрыла глаза. Противиться нет смысла. Ей все равно придется спуститься к гостям. Она наденет на себя маску вежливости и будет улыбаться, избегая встреч с Сашей.

Она была в смятении. То, что между ними произошло, было прекрасно. И она не могла отрицать своего влечения к Саше. Как не могла и отрицать страха перед неизвестностью. Каждый раз, обнажая ее, он молчал, игнорируя ее спину. Либо он действительно ничего не замечал, либо он хороший актер. А как она могла признаться в таком позоре. Даше не нужна была его жалость. Она выжила тогда, перенесет удар предательства и сейчас. Возможно, тогда она нашла утешения в учебе, потом в работе. Где сейчас искать ей утешения. Она не хотела думать об этом. Может все разрешиться, само собой.

Даша всматривалась в зеркало. Ей хотелось найти изъяны в себе. Но на нее смотрела хорошенькая женщина, стоило подкрасить ресницы, чтобы глаза стали более выразительные, что она категорически не будет делать, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Волосы забрала в култышку, они начали виться от пара, но еще была возможность заколоть шпильками, чтобы тяжелая копна держалась на макушке.

Даша показала язык своему отражению. Нужно было спускаться к гостям. Она вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, спустилась по лестнице и прошла в кухню, чтобы выйти через заднюю дверь, не привлекая к себе внимание.

Подойдя к столикам, выставленные на лужайке около дома, взяла бокал с шампанским. Она потихоньку потягивала шампанское, проходя мимо то одной, то другой компании. К общению людей она не прислушивалась. Ей важно было укрытие. Она чувствовала на себе взгляд Александра. Он обжигал, заставляя вспоминать его поцелуи. Он обещал то наслаждение, которое подарил. Даше хотелось спрятаться, убежать и не замечать те чувства, которые будил в ней Саша. От одного его взгляда у нее замирало сердце, иногда он раздражал своей властностью. Когда-то она обрела независимость и не хотела ее терять.

Увидев Ольгу, Даша двинулась в ее направлении, вознамерившись поблагодарить за своевременное появление в комнате. Она знала, Ольга сделала это намеренно, чтобы защитить подругу. Но дорогу ей перегородил улыбавшийся Никита. Даша вздохнула. Она нравилась Никите, почему же она не может ответить тем же. С ним спокойно, уютно. Он образован и воспитан. Сдержан … Но ей хотелось бури, искры, чего Никита в ней не вызывал.

– Привет! – Поздоровался Никита.

– Привет! – Отвечала Даша. Она пыталась его обойти. Ей нужно поговорить с Ольгой.

Никита снова перегородил ей дорогу, заведя ни к чему не обязывающий разговор. Пришлось его выслушивать и отвечать. Он поставил тему общения так, что пришлось вслушиваться. Кивок головы его не удовлетворял. Он полностью завладел вниманием Даши.

Ее даже немного поразила его напористость. Скромный мальчик проявляет скрытный характер. Он поражал своей эрудицией, но он был занудой. Он выдавал известные факты. Фантазия затерялась в хорошо выученных уроках. В Никите не хватало какого-то огонька. Он был красивым, статным, но в нем не было озорства, мальчишества, как в Саше.

Даже сейчас она искала его глазами в толпе. Он притягивал, волновал ее. Определенный рубеж она прошла. Почему же ее снова окутал страх? Почему она не смогла уступить потом? Если бы Ольга не помешала, чтобы она почувствовала? Стоит только сделать шаг и все мечты исполнятся, все сны, терзавшие ее полгода, но … Опять это, НО! Опять страх накатывал и сжимал горло, не давая дышать. Он обволакивал, сковывая движения. Занимая мысли и чувства не нужной информацией. Она не могла его преодолеть, даже спустя столько лет. Все должно быть забыто, все потеряно. Но каждый раз, пытаясь ступить на новую страницу, воспоминания обжигали снова и снова. Боль отдавалась в каждой клеточке. В ушах звенело от ударов хлыста.

Даша вздрогнула, почувствовав кровь на губах, очнулась от горьких воспоминаний. Никита пытался привлечь ее внимание, что-то неоднократно повторяя. Даша извинилась и оставила его одного. Она подошла к столу с напитками. Ей нужно прийти в себя. Страх не должен победить. Она ухватилась за бокал и выпила залпом. В институте она чуть не стала алкоголиком, запивая свои горечи. Неужели она надеялась, что сейчас это поможет? Она выдохнула, потянулась за вторым бокалом.

– Может, хватит! – Прозвучала фраза голосом Саши.

Она подняла испуганные глаза на Сашу. Она хотела к нему прижаться, укрыться от всех невзгод в его объятиях. Сможет ли он защитить ее от самой себя. Она не может о себе позаботиться. Могла, пока в ее жизни не появился Александр. Он взбудоражил все спрятанные чувства. Он всколыхнул давно зажившие раны. Он заставил чувство вины выскользнуть и пресечь все остальные. Высокомерие, холодность, отчужденность уступили место настороженности, тревожности, потерянности.

– Не хочешь отойти? Успокоишься и вернешься. – Саша успокаивал, его голос звучал ласково. Даша встрепенулась.

– Нет! – Резко ответила Даша. Ей не хотелось слышать нежность от Саши. Лучше пускай ругает, дерзит. Но его участливость приводила в растерянность и потерянность. – Нет, – повторила Даша. – Со мной все в порядке. Никита такой милый, что может любого довести до слез. Его рассказы тронули до глубины души. Так растрогали, что я потеряла контроль.

Даша выпятила подбородок вперед, изображая на лице подобие счастливой улыбки. Глазами попыталась тоже улыбаться, давая Саше понять, что не нуждается в его сочувствии. Саша кивнул.

Даша смотрела на его удалявшуюся спину, сжимая кулаки. Она хотела кричать, чтобы он оставил ее в покое. Чтобы вернул ей душевное спокойствие. Но он не услышит. Он поступит по-своему. Как он считает правильным. Он не подумает о ее чувствах, руководствуясь страстью, а для мужчины это как красная тряпка для быка. Вызов брошен, и он добьется ее любой ценой, сжигая все на своем пути. Пока не почувствует долгожданную победу, он не успокоится. И чем дольше она сопротивляется, тем слаще будет его победа.

Голос ведущего вывел Дашу из задумчивости, привлекая внимание. Она, как и все потянулась к говорившему. Дальше день развивался под контролем ведущего и его помощников. Он увлеченно вел программу и умело развлекал гостей. Разнообразие конкурсов отвлекали гостей от алкоголя.

Даша наслаждалась. Она смеялась и веселилась, выкинув на время грустные воспоминания и мысли. Она перестала замечать Александра. Ее внимание отвлекал ведущий. Он как умелый жонглер контролировал гостей. Сами гости получали удовольствие от представлений устраиваемые ими же. Различные конкурсы, смешные тосты за именинницу, и изысканные закуски, громкая музыка и реки алкогольных напитков, распаляли толпу. Шутки медленно перетекали из невинных в пошлые. Действия становились резкими, что нередко приводило к беспорядку. Официанты суетились, разрываясь между столами и гостями. Кто был более придирчив Даша сказать не смогла. Она разглядывала веселившуюся толпу. Они напоминали ей пчелиный улей. Где все выполняли определенную роль. Ольга была королевой, которая всем руководила. Ее заместитель, он же ведущий, руководил ее действиями. Официанты труженики, которые помогали другим наводить хаос в общине.

Даша улыбалась, стоя немного в отдалении от веселившейся толпы. Ей не хотелось участвовать в конкурсах. Гости как дети веселились от всей души, играя и забавляясь.

Ведущий, чтобы немного успокоить разгоряченную толпу объявил медленный танец. Даша поняла это ее шанс ускользнуть. Ей безумно хотелось курить. Когда она развернулась, пытаясь спрятаться от всех, она почуяла знакомый запах. Мужские руки обхватили ее за талию и увлекли в круг танцующих. Он прижал Дашу к себе и повел в медленном танце.

Даша через одежду ощущала его мускулистую грудь. От него пахло ее любимой туалетной водой. Или теперь любимой, потому что ассоциировалась с ним. Он крепко прижимал ее к себе. На Дашу снова нахлынули воспоминания о происходящем в комнате наверху. Она почувствовала, как кровь прилила к ее щекам. Она опустила глаза, уткнувшись взглядом в грудь Александра. Это было еще мучительнее. Она вспомнила, как под ее пальцами подрагивали его мышцы, какие мягкие волоски у него на груди. У Даши участилось дыхание. Она больше не могла выносить эту пытку. Она попыталась освободиться, безуспешно.

– Отпусти меня, пожалуйста.

Даша умоляла. Она знала, что просит отпустить не только физически, но и морально. Она умоляюще посмотрела ему в глаза, надеясь увидеть ту нежность, которая у него проглядывала, когда Даша его не злила.

– Не могу, я слишком сильно в тебе нуждаюсь. – Он положил руку на ягодицы и прижал к своим чреслам. – Ты меня возбуждаешь только своими воспоминаниями. Не хочу терять такое сокровище.

Он издевался над ней. Опять дразнил ее. Она не будет поддаваться. Лучший способ защиты – это нападение. Даша улыбнулась.

– А ты не первый, кто так реагирует на меня.

Мужские глаза потемнели. Даша испугалась, не перегнула ли она палку. Но он быстро взял себя в руки. Наклонился к уху и прошептал:

– Тогда я приду сегодня ночью, чтобы доказать, что я лучший.

Музыка закончилась. Саша остановился, погладил по щеке и ушел, оставив ее ошеломленной и испуганной.

Ей нужно покурить, была единственная мысль. Под предлогом, что надо в дамскую комнату, Даша ушла. Она нашла укромное место и закурила. Ей никогда не нравились курящие женщины, поэтому она пряталась. Ей всегда было стыдно перед окружающими. Она затянулась, чувствуя, как напряженные мышцы расслабляются. Нервоз уходит как по волшебству. И кто сказал, что никотин – это не наркотик. Ты к нему привыкаешь, как к алкоголю. Не можешь от него избавиться. Ты несешься, как сумасшедший домой, зная, что там тебя ждет удушающий дым. Ты едешь, считая, что сигарета решит все твои проблемы. Да она успокоит ненадолго, но проблемы останутся.

Даша еще не успела докурить, но точно знала, утром ее здесь не будет. Она может дразнить Сашу, может ударить его. Но сегодня ночью Саша закончит, то, что не удалось десять лет назад другим. Она этого позволить не могла.

Глава 14

Стало темнеть, близился поздний вечер. Часть гостей собирались домой. Часть разбрелась по разным уголкам, предаваясь любви и страсти. Даша глазами разыскала Ольгу. Она провожала кого-то из гостей, поймав ее взгляд, Даша кивнула и удалилась к себе в комнату. На пути ей встречались подвыпившие молодые люди. Они пытались приставать и утащить ее в укромные места. Некоторые пытались на месте сорвать поцелуй. Даша выскальзывала из очередных объятий, обещая прийти чуть позже, так как ей надо опорожнить мочевой пузырь. Все быстро удалялись и искали себе более сговорчивых девушек.

Когда добралась до своей комнаты, она была эмоционально истощена. Руки тряслись, закрыв дверь, подставила стул под ручку, на всякий случай. Не станет же он выбивать чужую дверь, но лучше перестраховаться.

Дойдя до ванной, ей хотелось смыть все воспоминания, Даша скинула туфли и платье, в стопку также полетело нижнее белье и колготки. Включив душ, подставила под него свою растерзанную душу. Она надеялась смыть страх перед Сашей, страх быть снова униженной и отвергнутой.

Выключив душ, нащупала очки, и надела их на нос, вытерлась и подхватив, лежащие на полу вещи вышла из ванной комнаты. Там она переоделась в пижаму, укуталась в одеяло и стала ждать.

Саша не заставил себя долго ждать, постучав, попытался открыть дверь, но она не поддавалась. Он стал колотить кулаками, пытаясь ее выбить.

Даша вздрагивала от каждого удара. По телу пробегала дрожь от каждого окрика. Она, не мигая смотрела на дверь, надеясь, что он сдаться. Но он не оставлял попытки уговорить его впустить. Даша молчала, боясь произвести малейший шорох.

Послышались удаляющиеся шаги, она выдохнула, понимая, что сегодня ей не удастся уснуть. Мышцы устали от напряжения, нервы не выдерживали, еще немного и она уступила бы его уговорам.

Она откинулась на подушки, пытаясь уснуть, но шум в соседней комнате и коридоре мешал. Натянутые нервные окончания не давали расслабиться. Последний раз, взглянув на часы и увидев, пять утра, она не стала себя больше мучить.

Натянула джинсы и свитер. Сложила вещи в сумку и прошла сначала в ванную, чтобы привести себя в порядок, а потом в кухню. Там она приготовила себе кофе. Открыла холодильник, там должно что-то остаться от праздника. Вкусные тарталетки привлекли ее внимание. Она достала тарелку, поставила на стол и попивая кофе плюхнулась на табурет. После бессонной ночи аромат кофе немного взбодрил. Даша от удовольствия зажмурилась, отправляя в рот очередную тарталетку.

Услышав звук шагов, Даша вжалась в табурет. Ей хотелось раствориться. Подскочив, завертела головой в поисках места, где можно спрятаться, но не успела, мужской голос ее остановил.

– Знал, что найду тебя здесь с утра пораньше. – Саша улыбался. – Решила снова сбежать? – Он прищелкнул языком. – Не получилось.

Он с ленивой походкой подошел к столу, налил себе кофе и сел на соседний табурет. Даша внутренне сжалась, не зная, чего ожидать. Внешне Саша был спокоен, но внутри бушевал огонь ярости. Он сдерживал себя, но одно неверное слово, и он взорвется.

Даша села на табурет. Она понимала, ей нет оправдания. Он ждал объяснения, молча попивая кофе. Все волнения последней недели, вся нервозность, запутанность готовы были выплеснуться наружу. Даша еле сдерживала свои эмоции. Вся боль, подавленность и отчаяние готовые разрастись в истерику.

– Саша, прости, я не могу. – Даша опустила голову. – Я не могу переступить свой страх. Я не вынесу еще одно предательство.

Даша посмотрела Саше в глаза, хотела найти в них презрение. Но они светились пониманием. Так он смотрел на нее там, на лайнере последнюю неделю. Тогда она чувствовала себя счастливой, спокойной. Тогда она чувствовала его нежность и привязанность. Его восхищение и любовь.

Только какая-то частичка ее души жила отдельно. Она тревожно подавала сигналы о предательстве. Что слащавые слова всегда обманчивы. Им нельзя доверять. Поэтому она сбежала тогда. Поэтому она бежит сейчас. Она знает вкус боли и одиночества.

– Расскажи, что произошло. Поделись тем, что не дает тебе покоя. – Его голос был тихий, умиротворенный. – Мне нравиться, когда твои глаза блестят. Сейчас в них застыл ужас и паника. Не отталкивай меня. Доверься.

Даша вздохнула, преодолевая барьер унижений и стыда. Она сняла свитер и повернулась к нему спиной, в свете ярких лампочек отчетливо виднелась вся исполосованная шрамами спина.

Саша грубо выругался, разглядывая спину. Она вся бугрилась от рубцов разных размеров. Его рука дрожала, когда он прикоснулся к самому длинному, тянувшийся от левого плеча, огибая позвоночник и уходя ниже талии. Его пересекал в толщину с большой палец, другой, оплетающийся вокруг тела. Другие разных размеров и толщины змейками вились по всей спине. Ее били плетью! Жестоко! В некоторых местах шрамы казались небольшими пятнами, в свое время там не было кожи. Они заживали долго и мучительно. Саша поморщился. Не всякий мужчина может вытерпеть такие истязания, а юная девушка. Господи, думал он, что с ней могло произойти. Ему хотелось защитить ее от тех бед, которые она пережила. Приласкать и какова бы не была причина, она не виновата. Вот откуда страх.

– Кто посмел тебя так искалечить и за что? – Даша видела, он пытался скрыть ярость, чтобы не напугать ее. Но ей не нужна его жалость. Она быстро надела свитер, чтобы спрятать свое уродство.

– За то, что я дочь своих родителей. – Ответила она. Саша нахмурился, ничего не понимая и Даша продолжила. – Мне было семнадцать, ему двадцать четыре. Я училась в выпускном классе, он на последнем курсе института. – Даша почувствовала влагу на щеках. Облизнула губы и продолжила. – Он как оживший принц из сказки. Белокурый с голубыми глазами. Всегда такой положительный, внимательный, ласковый. Он дарил красивые комплименты. Он осыпал меня цветами, подарками. Я долго сопротивлялась, а потом поняла, что не могу без него. Он стал необходим мне, как воздух как вода. Он научил меня целоваться, любить.

Даша замолчала. Саша тоже молчал, сжимая челюсти. Этот козел причинил ей столько боли, а она до сих пор помнит, как он выглядит. Даша сделала глоток кофе, чтобы перевести дыхание и продолжила:

– Но перед выпускным мои родители сообщили, радостную новость, что заключили весьма привлекательную сделку, найдя мне жениха. – Саша поднял бровь в удивлении, и Даша пояснила. – Я дочь очень известного предпринимателя из Перми. Отец заключил брачный договор, по которому после окончания института, я должна выйти замуж за сына его друга, объединяя две фирмы. Он просто продал меня за большие деньги …

Даша не могла дальше говорить. Слезы душили ее. Саша привлек ее к себе. Больше сдерживать отчаяние не было сил. Она зарыдала, а мужские руки поглаживали, пытаясь успокоить.

Он неоднократно слышал истории о браках, заключенные ради выгоды, он сам был из их числа, только его невеста, ему повезло, умерла. Он прекрасно понимал, что чувствовала семнадцатилетняя девушка, которую насильно отдавали замуж за неизвестного ей человека.

– Мы договорились встретиться после выпускного. Я уже собрала вещи, намереваясь сбежать с ним. Встретившись, я рассказала всю ситуацию, а он начал кричать, ругаться. Я попыталась объяснить, что все это не важно. Только наша любовь. Остальное мы преодолеем вместе. Но от моих слов он еще сильнее злился. Я не выдержала, развернулась и собиралась уйти. Но он догнал меня и ударил. Так что я потеряла сознание. Очнулась в каком-то подвале или гараже. Сколько была без сознания я не знаю, но за это время он связался с родителями и попросил выкуп.

Даша всхлипнула, и Саша протянул ей платок. Шумно высморкавшись, она, заикаясь продолжила:

– Я … до последнего … надеялась … что родители … заплатят, но они отказались от меня. Тогда Андрей выволок меня … надеясь убедить … родителей поторопиться … я сопротивлялась … и кусалась, пиналась, но … его дружки … начали меня избивать … потом … потом …

Саша прижал ее к себе, снимая очки. У него сердце сжималось от сознания, что пришлось пережить Даше. Недаром она шарахалась от него стоило прикоснуться к ней. Он представил весь ужас, и ему захотелось придушить собственными руками этого подонка.

– Так я потеряла зрение, врачи не смогли до конца его восстановить. – Услышал он дальнейший рассказ. – Очнулась уже привязанная, по ногам сбегало что-то липкое, один глаз заплыл и ничего не видел … Андрей звонил родителям … когда услышала равнодушный голос отца, поняла никто меня не спасет … Андрей … он не верил в равнодушие родителей, заставляя меня кричать и умолять о пощаде … но я не произнесла ни слова … тогда он взял плеть … он хлестал меня, срывая свою злость …

– Даша, прекрати! – Больше он не мог осмысливать ее исповедь. Он разрывался на части слушая, что ей пришлось перенести. Он восхищался ее мужеством и силой, с другой стороны его обуревала ярость. Он еще сильнее прижал ее к себе, пытаясь утешить.

– Мне хотелось тогда умереть … но я не выдержала и кричала … пока не потеряла сознание …

Он почувствовал, как Даша затихла в его объятиях, опустошенная и обессиленная.

– Пойдем, я отвезу тебя домой. – Саша отстранил девушку от себя, прихватив с собой очки и сумку с вещами, и повел к машине. Она не сопротивлялась. Он молча посадил ее на переднее место, закинул вещи в багажник, а сам сел рядом на водительское. Завел машину и выехал на трассу.

Даша сразу уснула, сказалась бессонная ночь и стресс от пережитых заново эмоций. Саша пытался сосредоточиться на дороге, с яростью сжимая руль. Он осмысливал, что ему поведала Даша. Она намекала на изнасилование, но он даже не мог подумать, что ей пришлось пережить. Это многое объясняет, ее поведение, побег и стремление окружить себя одиночеством, но он научить ее заново любить.

Другая на ее месте покончила бы с собой. Кто знает, может она тоже пыталась, просто успели остановить. И родители, у него не укладывалось в голове, как можно отказаться от собственной дочери. Может их сдержанность она приняла за безразличие.

Пьяницы продавали детей за бутылку водки, но обеспеченный отец … он думал, что за свои тридцать три года повидал многое, но с такой жестокостью он еще не сталкивался. И как он раньше не замечал, не чувствовал под своими руками рубцы. Он хмыкнул. Просто так был увлечен соблазнением, что не ощущал, не замечал ее манеру прятаться под личину безразличия. Но он дал себе слово, что сделает все для ее счастья, заставит поверить в свою красоту и привлекательность.

Даша проснулась от легкого прикосновения к щеке и насмешливого голоса.

– Проснись, соня, мы почти у твоего дома.

Откуда Саша знает ее адрес, она уточнять не стала. Широко зевнув и слегка потянувшись, Даша узнала свой двор, куда Саша завернул. Он припарковал машину, вылез и помог Даше. Он захлопнул дверцу, но не отпускал ее. Она стояла зажатая между машиной и стальным телом Саши.

Она смотрела на его грудь. Ей страшно не хотелось увидеть жалость в его взгляде.

– Почему ты не рассказала раньше? Почему?

Даша пожала плечами, не зная, что ответить. Боялась его презрения, его осуждения. Боялась, что он поступит, так же как Андрей. Даша смущенно посмотрела в карие глаза. Они светились такой нежностью и преданностью.

– Я, я, я не знаю. – Больше она ничего не могла вымолвить. Признательность с силой накатывала, сдавливая грудь. На смену отчаяния пришла безмятежность. Одиночество отступило, заполняя сердце новыми восхитительными ощущениями. Ее пронзило как от удара тока. Она была уверена, что именно Саше хочет подарить свою невинность. Он достоин такого подарка.

– Не хочешь подняться, посмотреть, как я живу? Угоститься кофе?

Если она совершает ошибку, раскаиваться она будет потом.

– Может не стоит? – Саша ошеломленно смотрел на нее. – Ты сейчас не осознаешь, что делаешь.

Нет, она четко осознавала свои действия. Пора освободиться от оков прошлого и начать новую жизнь, наполненную лишь радостными воспоминаниями. Даша взяла Сашу за руку и потянула за собой. Она была уверена в своих желаниях. Сейчас либо никогда. Потом у нее точно не хватит решимости.