Текст книги "Одаренный. Первые шаги (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 10

Рыжий с мордой бульдога продолжал мучить звонок, похоже, не собираясь уходить. И попутно он говорил, пытаясь, чтобы его грубый голос звучал дружелюбно:

– Матвей, я хочу с тобой перетереть. Это в твоих же интересах. Не будь дураком. Открой дверь. Я знаю, что с тобой происходит и кто был в той канализации.

– И кто же? – решился я выдать себя. Уж слишком было велико моё любопытство.

Кот тут же сокрушённо выдохнул, схватившись лапами за голову:

– Ой дурак-к-к…

– Гули. Не голуби, как ты мог подумать. А те самые гули из америкосовской фантастики, – бросил торговец, радостно сверкнув глазами. – Отворяй ворота. Нам есть о чём побазарить.

– Ладно, – хмуро бросил я и открыл дверь, готовясь драпануть со всех ног, если дело примет дурной оборот. Но рыжий вроде бы не желал мне зла.

Он переступил через порог и панибратски представился:

– Можешь называть меня Валерон или Бульдог – ну, это моё прозвище.

– Неожиданно, – иронично заметил я, вызвав усмешку толстых губ мужика. – А какого хрена вы… ты следил за мной?

– Сейчас всё разжую, – заверил меня Валерон, снимая тяжёлые ботинки, которыми череп можно было проломить на раз-два. – Пиво найдётся? А то глотка пересохла.

– Э-м-м-м… – почесал я висок. – У меня вообще нет никакого алкоголя дома. Могу чай налить или молоко. Ещё есть пара банок колы.

– Молоко? – удивлённо повторил Бульдог и вдруг раскатисто заржал, хлопая правой рукой по своему пузику. – Молоко… твою мать… молоко. Я в твоём возрасте уже спирт жарил и девок мацал. Ладно, пошли хоть чаю глотнём.

Я потопал на кухню, где организовал два бокала чая и поставил один перед рыжим, который присел на стул, едва уместившись между стеной и столом.

– Ладно, погнали, – начал Валерон, шумно отхлебнув из бокала. – Я стал следить за тобой после того, как продал тебе игрушку. Мне сразу показалось, что ты что-то видел, какую-то нечисть… Колись, кто это был? Молчишь? Не доверяешь? Тогда слушай дальше. Я сам столкнулся с монстрами десять лет назад, когда увидел, как оборотень схарчил сердце моей жены. Он жрал его как какую-то зефирку, облизывая кровь, струящуюся по пальцам, а потом выскочил в окно и растворился в темноте. Конечно, мне никто не поверил, и сперва смерть жены хотели повесить на меня, но потом, когда я захлопнул пасть и перестал кричать на каждом углу о том, что мою жену убил оборотень, её смерть списали на сатанистов. Ну и, естественно, мусора никого не поймали и не посадили. Дело осталось нераскрытым. И вот с тех пор я охочусь на всю эту мразь, которая прячется в ночи, – закончил Бульдог и сделал ещё несколько глотков чая, а затем достал из кармана жилетки кнопочный телефон и зарядное устройство к нему. – Есть где подзарядить?

– Вон, – показал я ему на розетку возле окна. – Только она агрессивная. Может и ударить.

– Херня. Я сам могу кого хочешь ударить, – ухмыльнулся рыжий, вставляя зарядное устройство в розетку. – Только сегодня ночью довелось кое-кого так приласкать ботинками, что аж кровища во все стороны брызнула.

– Кого именно приласкать? – спросил я, переваривая услышанную информацию и понимая, что кот мог учуять запах крови именно «кое-кого», который шёл с лестничной клетки.

– А, – махнул рукой мужик и вернулся к прерванной теме: – Вот ты думаешь, что я всем оружие толкаю? Нет. Только тем, кому мерещится всякая нечисть, чтобы дать этим бедолагам шанс защитить себя. Да, я беру деньги с таких разумных. Но ведь игрушки я не на помойке нахожу. Мне их тоже приходится покупать. Ну и порой я слежу за теми, кому продал оружие. Вот поэтому я и видел все твои ночные приключения с той остроухой по имени Ленаэль. И если бы вам совсем уж было жопно, то я бы вмешался.

– Получается, что за Ленкой ты тоже следил, когда она купила у тебя «макар»?

– Ага, – кивнул он, поправив бандану, сползшую на лоб. – В том году это ещё было. Три дня за ней ходил, как собачка, но так ничего и не увидел интересного, зато узнал её историю.

– А ты с ней вот так тет-а-тет не разговаривал?

– Нет. Я ненавижу подпускать баб к нашему делу, да и не люблю остроухих. Хрен с ними с полукровками вроде тебя, но чистокровные. Они же говнюки высокомерные. Не люблю, – признался он, допив чай одним глотком. – А что касается баб – им же ещё рожать надо. Пусть мужики их защищают. Правильно же?

– Правильно, – согласился я, хотя имел несколько иное мнение на этот счёт.

– А где твоя мать? Батя? – неожиданно спросил Валерон.

– Нет их. Погибли в пожаре, – сухо выдал я официальную версию следствия.

– Хреново, малец. Тебе хоть восемнадцать-то есть?

– Угу, – соврал я.

– Это хорошо, хотя выглядишь ты младше, – заметил Бульдог, поставив на стол локти. – Так зачем ты игрушку у меня покупал? Что-то видел?

– Даже больше, чем видел… – протянул я и, поколебавшись, рассказал Валерону о том, как мы с Ленкой завалили вампира, а потом стали свидетелями разборки кровососов и оборотней. Конечно, я умолчал о своём «пристрастии» к крови упырей и живом оружии. Но рыжий всё равно был потрясён.

Он покрутил волосатой головой, тараща глаза, и выдохнул:

– А говорят, что у нас молодёжь не та! Ну ты ваще… Сам выбрался и спас эту остроухую Баффи, у которой, оказывается, тоже есть яйца.

– Ага. Большие, лохматые, стальные, – иронично поддакнул я, а затем спросил, уже догадываясь для чего Валерон пришёл ко мне: – Ты ведь хочешь, чтобы я присоединился к твоей охоте?

– В точку. Одиночки не побеждают армии, – не стал кривить душой рыжий. – И меня совсем не волнует то, что у тебя не усы, а три жалкие волосюшки. Ведь даже если ты умудришься убить ещё парочку вампиров или оборотней, то спасёшь десяток жизней, а то и больше. Простой математический расчёт.

– И какая у тебя команда или ты один? – не обидевшись, проговорил я, отметив грубоватую манеру Валерона рубить сплеча правду-матку.

– Со мной ещё троица тех, кто хочет кровью чудовищ заглушить боль своих ран, – неожиданно поэтично произнёс рыжий.

– Красиво выразился, – не преминул заметить я, цокнув языком.

– Так Профессор говорит. Я тебя с ним сведу. Мы вечером собираемся в баре, чтобы обговорить одно дельце, и я тебя приглашаю.

– Какое дельце? – заинтересованно спросил я, согласно кивнув.

– Есть инфа, что в Лесинске – это крошечный городок в пятистах километрах от Москвы, заправляют горгульи. И нам надо бы с ними разобраться.

– И горгульи существуют? – изумился я, отправив брови в космос. – Просто жесть!

– Ага. И они, и гули, и прочая нечисть. А оборотни и вампиры самые многочисленные из них.

– А расскажи-ка мне о гулях, раз они жили у меня под боком, – попросил я, находясь в странном состоянии, будто попал в фэнтези роман.

Наверное, Пышкин испытывал что-то похожее. Кот глядел на рыжего круглыми глазами и, по-моему, даже не дышал, боясь пропустить хотя бы слово. Он так даже Рен-Тв не смотрел или Animal planet.

– Ты знаешь, мне и самому-то гули не очень понятны, – признался Валерон, бросив взгляд на массивные наручные часы, выполненные под золото. – Они что-то вроде лишившихся разума людей с мозгами, повёрнутыми на поедании разумных. При этом гули боятся солнечного света и выглядят почти как зомбаки из фильмов.

– А как они появляются?

– Профессор говорит, что в их слюне содержится какой-то вирус и когда он попадает в кровь разумного, тот превращается в гуля.

– Вампиры так же размножаются?

– Нет. Вот в их-то случае все сказки об укусах, превращающих в упырей, – говно собачье. Вампиры и оборотни размножаются так же, как люди. Они дают потомство, которое становится таким же, как родители. А если вампир или оборотень скрестится с обычным разумным, то в итоге получится ребёнок, у которого не будет способностей своего родителя-монстра. Ну, так говорит Профессор.

– Башковитый он у вас, – улыбнулся я, вспоминая Виктора, который, оказывается, был многодетным отцом. И вот что ещё мне интересно – а где же матушка-вампирша? Проматывает на Мальдивах материнский капитал? Или её уже грохнули? Надеюсь, что нож был прав и в гнезде, действительно, было лишь пятеро кровососов.

Между тем Бульдог встал из-за стола и сказал, что у него дела. Следом мы обменялись номерами телефонов и он свалил в жаркий московский полдень, сообщив мне время встречи, название бара и запретив кому бы то ни было рассказывать о нашем разговоре.

После его ухода, я возбуждённо обсудил услышанное от Валерона с Пышкиным. И тот, пока мы болтали, от волнения вылакал целую миску молока.

А затем я опять едва не помер от разрыва сердца, когда из комнаты внезапно раздались громкие мужские крики:

– Хозяин! Хозяин!

– Тьфу, твою мяу, напугал! – сердито выпалил кот, который изогнулся дугой, распушив хвост. – Чего ему надо, ржавчине этой?

– Сейчас узнаем, – бросил я, уняв колотящееся сердце, и пошёл в комнату, где на шкафу в картонной коробке из-под обуви лежал нож.

Я вытащил его и взял в руки, косясь на кота, который выглядывал из коридорчика, видимо, опасаясь того, что Тетсуя попробует ему отомстить за тот инцидент со сливным бочком.

Но нож никак не обмолвился об этом, а проговорил полудохлым голосом:

– Хозяин, мне нужно впитать душу. Я слабею. Жизнь покидает меня. Забвение всё ближе и ближе. А если душа будет сильной и яркой, то моя мощь вырастет.

– Ясно, – бросил я, задумчиво морща лоб. – А что значит – «моя мощь вырастет»?

– То и значит, – буркнул Тетсуя и нехотя добавил: – Сейчас кое-что покажу. Возьми меня крепко за рукоять и взмахни, словно хочешь окропить стену водой.

– Я бы ему не доверял, – донёсся до меня шёпот кота.

Но я проигнорировал его и сделал так, как велело живое оружие. И как только моя рука совершила нужное движение, в стену ударила тонкая голубая волна. В высоту она была равна амплитуде взмаха ножом, ширину имела такую же, как у кромки клинка, а длину – сантиметров пять. Что же касается её разрушительной силы, то волна углубилась в стену всего на сантиметр, оставив идеально ровный полуметровый «порез», словно кто-то баловался лазером с тонюсеньким лучом.

Этот «порез» вызвал у Пышкина торжествующие вопли:

– Ну вот о чём я и говорил! Теперь обои придётся за свой счёт менять!

Тетсуя же пафосно произнёс, продолжая высокомерно игнорировать кота:

– Это лишь крохи моей неудержимой мощи! Напитавшись силой, я смогу резать любой металл, выпускать Луч Смерти и даже создавать Щит Самурая! И я всему обучу тебя, когда у меня будет достаточно энергии. А долг хорошего хозяина обеспечивать доверившееся ему существо сытным пропитанием.

– Ну, с последним я полностью согласен, – поддакнул Пышкин. – Хотя я и сам по себе.

– Будет тебе душа. Горгулячья подойдёт? – проговорил я, потрясённый демонстрацией Тетсуя.

Но всё же я понимал, что магическая волна всего лишь энергия, наподобие пламени. Огонь тоже нельзя потрогать рукой, но он может причинить нешуточную боль.

– Вполне. Но поторопись. Мои силы на исходе. Я уже чувствую дыхание вечности… – вкрадчиво произнёс нож и замолчал.

– Помер? – обрадовался кот и принялся тереться о дверной косяк, оставляя на нём шерстинки.

– Не, уснул, – уверенно проронил я, почесав затылок. – Теперь надо как-то напроситься в командировку с бандой Бульдога. Надеюсь, он возьмёт меня с собой, несмотря на то, что мы знакомы без года неделю.

– Опять сухой корм, – печально вздохнул Пышкин, опустив голову.

– Тебе лишь бы пожрать, – укорил я кота.

– И поспать, – добавил этот бессовестный тип.

Я усмехнулся, глядя на него, а потом вернул нож в коробку и занялся своими делами.

До вечера ничего интересного не произошло. Лично я почти всё это время пролазал в интернете, зарабатывая деньги на букмекерских сайтах с помощью пару раз взбрыкнувшего шестого чувства, Тетсуя молчал, а Пышкин наедался впрок всякой всячиной. Кот уже раздулся, как колобок, но его это не останавливало.

Ну а когда стрелки часов показали семь, я потопал к станции метро, не став брать машину, так как прикинул, что вряд ли выйду из бара трезвым.

Но стоило мне вывернуть из двора и пойти по улице, где шастали немногочисленные прохожие, я мигом пожалел о том, что не взял тачку. Ведь за мной практически сразу же увязалась троица крепких молодых орков. Я их до этого никогда не видел, но они явно поджидали именно меня. Никто другой их не интересовал. Парни быстрым шагом стали догонять меня, сверля угрожающими взглядами.

Я прикинул свои шансы на победу в случае драки с этими кабанами и понял, что они равны нулю, если никто не придёт мне на помощь. А таких героев вокруг не наблюдалось. Поэтому я решил ускорить шаг. Но и орки ускорились. Тогда я плюнул на всё и побежал, бросая на них лихорадочные взгляды.

Парни, конечно же, помчались за мной, расталкивая прохожих, которые загораживали им путь. Тут же над тротуаром послышался мат и проклятия пострадавших разумных. И если хотя бы половина из их слов воплотилась в реальности, то орки тут же бы превратились в кучи никчёмной слизи, перемешанной с дерьмом. Но проклятия, к моему сожалению, не сбылись, поэтому мне пришлось продолжить бег, чувствуя, как бешено колотится сердце, устают ноги и пересыхает горло.

Но, несмотря на мои усилия, орки догнали бы меня, да только случилось нечто из ряда вон выходящее – мне помогли. Возле бордюра вдруг резко взвизгнули тормоза, и остановился смешной зелёный «матиз» с пластмассовыми ресничками над передними фарами. И из машины вылетел звонкий девичий голосок:

– Садись!

В такой ситуации меня не надо было упрашивать. Я торопливо открыл переднюю дверь и прыгнул на пассажирское сиденье почти игрушечной тачки, которая пропахла духами с цветочным ароматом. А девчушка, которая была за рулём, нажала на педаль газа и машинка рванула с места, будто ей дали пинка. Орки же остановились и принялись что-то злобно орать.

– Сами козлы! – храбро крикнул я им из тачки, высунув голову в боковое окно.

– Чувак, залезь обратно. Я только второй месяц за рулём. Меня так и тянет в столб, – весело заметила девушка.

Я поспешно выполнил её просьбу, успев оценить худенькую фигурку спасительницы, голубой сарафан и забавные русые кудряшки, кои пружинками торчали в разные стороны, делая голову прелестницы больше, чем она была на самом деле.

Девица же с отчётливым любопытством спросила, на пару секунд отвлёкшись от дороги, чтобы посмотреть на меня:

– Кто это был? От кого ты убегал?

– Да так. Просто разнимал драку, – спорол я чушь, мигом проникшись симпатией к этой милашке со смеющимися зелёными глазами, пухлыми губками и тонкими чертами юного лица. Ей, наверное, было лет восемнадцать или чуть больше.

– И кто же эти драчуны?

– Один из них сейчас в твоей машине, так что я всё-таки разнял драку.

– Остроумно, – рассмеялась она, прибавила газа и следом попросила: – Да ладно тебе, расскажи правду. Я ужас какая любопытная. Меня, кстати, Яной зовут.

– А я Матвей. В общем, тут такое дело… Я недавно за знакомую девчонку заступился, когда к ней приставал орк из клана «Яростные». Ну я и выбил ему пару зубов. А вот эти трое мордоворотов – почти наверняка его соклановцы.

– Да ты герой, – похвалила меня девушка, очаровательно улыбнувшись, благодаря чему я увидел её жемчужные зубки. – Тебя куда подвезти-то? В геройскую академию?

– До станции метро, только не до ближайшей, – попросил я, украдкой разглядывая стройные ножки, на которых немного задрался подол сарафана.

– Отлично, – снова улыбнулась она, обгоняя минивен полный гномов всех возрастов. – И часто ты так бегаешь?

– Только когда нет шансов победить, – гордо заявил я, расправив плечи. – А ты часто так помогаешь?

– Только когда вижу разумного, попавшего в беду. Ты уже второй за эту неделю. Я скоро буду звёздочки на крыле машины рисовать, по количеству спасённых.

Теперь уже я улыбнулся, решив во что бы то ни стало заполучить номер её телефона. И вы знаете что? Да, у меня получилось. Правда, пришлось включить всё своё обаяние и чувство юмора. В общем, мы весело проболтали всю дорогу до метро Перово и в конце пути девушка, поколебавшись для приличия, всё-таки продиктовала мне номер своего телефона. Я вбил его в свою раскладушку и пообещал ей, что позвоню на днях. А потом я покинул её машинку и пошёл к ступеням станции, собираясь засунуть телефон в карман. Но тот через пару шагов зазвонил в моей ладони.

Я посмотрел на вспыхнувший экран и увидел номер Ленки, после чего приподнято произнёс, прижав агрегат к уху:

– Прювет!

– Чей-то у тебя с голосом? – всерьёз насторожилась девушка. – Тебе вкололи какое-то наркотическое средство? Ты почему такой счастливый? Или просто гадость кому-то сделал?

– Нет. Со мной всё в порядке, – ответил я, широко улыбаясь.

– Ты куда-то идёшь? – расслышала эльфийка шум толпы, вывалившейся из метро.

– Угу. Меня тут в бар пригласил один охот… тьфу… блин, – запнулся я, поняв, что проговорился из-за того, что витал в облаках рядом с Яной. Хотя я уже думал, что прошли те времена, когда мне в душу западала любая улыбчивая официантка. Ан нет. Гормоны и возраст берут своё. – Слушай, Ленок, тут связь плох…

– Стоять! – грозно выкрикнула она, едва не разорвав мою барабанную перепонку. – Что за охотник? Если ты мне сейчас всё не расскажешь, то можешь больше не звонить по этому номеру!

– Ох-х, – выдохнул я, застыв на ступенях в глубоких раздумьях.

Глава 11

Я всё-таки поведал Ленке о своём разговоре с Бульдогом, а то ведь гордая эльфийка могла и вправду перестать со мной общаться, а она мне ещё была нужна.

И вот когда остроухая выслушала меня, то мигом возжелала встретиться с четвёркой охотников. Я еле отговорил её от этой идеи, сославшись на запрет Валерона рассказывать о нашем с ним диалоге. К тому же рыжий охотник не желал втягивать в такие дела женский пол, а уж тем более эльфийский женский пол. Поэтому просто замечательно, что Ленка всё-таки отбросила мысль о знакомстве с настоящими охотниками. Но она взяла с меня слово, что я ей передам суть нашей беседы в баре.

Мне пришлось согласиться, и только после этого я нырнул в метро, проехал кучу станций, вышел на Славянском бульваре и заторопился к бару. Благо, что тот находился недалеко и я не опоздал, но всё равно пришёл последним.

Когда я спустился в полуподвальное помещение, то Бульдог уже сидел в обществе троицы разумных за угловым столиком на небольших красных диванчиках, перетянутых видавшим виды кожзамом.

Я направился к ним, ступая по чёрно-белой плитке и оглядывая бар. Из старенького магнитофона негромко хрипела «Ария», свет был приглушён, а в воздухе пахло пивом, чесночными гренками и жареным мясом. На стенах же висели постеры с полуголыми девушками, а за барной стойкой недовольно протирала стаканы потрёпанная мадам лет сорока пяти, которая тусклыми глазами смотрела на немногочисленных посетителей, среди коих не оказалось никого младше тридцати пяти или около того.

Между тем я подошёл к столу и поздоровался со всеми, после чего Валерон подвинулся чуть в сторону, освобождая мне место на краю диванчика. Я присел, и он начал меня знакомить с охотниками. Первым шёл Испанец – средних лет худощавый брюнет с весёлыми карими глазами, по модному выбритыми висками и аккуратной бородкой-эспаньолкой. Одет он был в синие джинсы и расстёгнутую на груди чёрную рубашку.

Вторым оказался знаменитый Профессор – седеющий гном с розовой плешью на затылке, умным взглядом, прячущимся за линзами очков, и в потёртом сером костюме, состоящим из брюк и пиджака, под которым была белая рубашка. Кстати, из-под манжеты последней выглядывала татуировка клана «Вечный Путь», известного своими учёными и работниками сферы образования.

Последним же из охотников был Молчун – грузный лысый орк лет сорока в спортивном костюме и с золотой цепочкой на бычьей шее. Он постоянно хмурился и глядел исподлобья.

Я всем им пожал руки, а затем Бульдог хлопнул в ладоши и приподнято проронил, азартно глядя на охотников, сидящих вокруг круглого стола, испещрённого царапинами:

– Пивка?!

– Можно, – улыбнулся Испанец, который обладал бархатистым голосом певца.

Молчун же просто качнул головой, потревожив второй подбородок. А вот Профессор сухо проронил, жутко напомнив мне учителя истории из моей школы:

– Только немного, а то будет как в тот раз. И, Матвей, позвольте уточнить, сколько вам лет?

– Восемнадцать, – сказал я, пытаясь выглядеть таким серьёзным, будто даже не умел улыбаться.

– Вчерашний подросток, – вздохнул гном, поджав серые губы. – Уже почти детей принимаем в свои ряды. Матвей, вы хоть понимаете, что это смертельно опасно? Хотя, о чём я говорю? В юности всем кажется, что ты никогда не умрёшь. Я сам был таким.

– Да ты посмотри на него? Он же дылда какая. Выше любого твоего внука, – принялся нахваливать меня Валерон, вставая с облегчённо вздохнувшего дивана.

– Это потому что он человек с долей эльфийской крови, а они – гномы, – педантично заметил Профессор, поправив очки, которые сползли на длинный мясистый нос с небольшими синими звёздочками сосудов.

– Ой да хватит тебе отмазываться! – усмехнулся Бульдог и пошёл к барной стойке.

– И ещё он уделал вампира, – встал на мою сторону Испанец, почесав ухоженными пальцами выступающий кадык. – А главное в нашем деле – эффективность. Ну и стильно выглядеть. Правда, за стиль отвечаю только я.

– Ладно, ладно, я ничего не имею против Матвея, просто в таком возрасте хорошо бы в университет поступать, а не якшаться со старичьём, которое охотится на нечисть, – проговорил Проф, немного извиняющимся взором посмотрев на меня.

– Я не старый, – тут же наигранно оскорблённо заявил Испанец, в глазах которого заскакали бесенята. – Мне больше тридцати лет никто не даёт, а это, по нынешним меркам, почти юнец. Мне ещё с мамкой можно жить, а я уже купил квартиру и завёл плесень на окне.

– Ага, юнец, – саркастично хмыкнул гном. – А кто мне давеча жаловался на боль в спине?

– Ерунда, – отмахнулся тот, скользнув плутоватым взглядом по посетителям и остановившись на блондинке с крупной грудью. – Мне как-то раз не повезло попасть себе молотком по пальцу, вот там была боль… чуть не сдох. Вот те крест. Больнее было только в тот момент, когда от меня ушла Анька.

– Жена? – спросил я, состряпав сочувствующую гримасу.

– Да у него таких жён по десятку в неделю, – вместо Испанца ответил пожилой гном. – Скоро уже седеть начнёт, а всё успокоиться не может.

– Просто я разборчивый и влюбчивый. Бывает, вечером влюбляюсь с первого взгляда, а как утром посмотрю во второй раз, так всё пропадает, – с улыбкой проронил брюнет, подмигнув женщине, которая заметила его взор. – А вот Анька. Она была другой. Я даже однажды позвал её на ужин, но она не стала готовить и ушла.

Я вежливо улыбнулся незамысловатой шутке и посмотрел на приближающегося к столу Бульдога. Он тащил не только пять высоких бокалов с пивом, но и ровно такое же количество бургеров, один из которых был вегетарианским. Я сперва подумал, что последний исчезнет между шатких зубов гнома, но нет – он оказался предназначен самому Валерону.

Рыжий охотник заметил удивление, мелькнувшее в моих глазах, и доверительно прошептал, немного склонив ко мне свою волосатую голову:

– Я после того раза больше не могу есть мясо.

Я кивнул, поняв, что он намекает на оборотня и сердце жены.

– За встречу! – неожиданно прозвучал грубый бас орка, поднявшего бокал с пивом.

– Твою мать, Молчун! Предупреждать же надо, что ты заговоришь, – притворно испуганно протараторил Испанец, широко улыбаясь.

После его слов эту часть бара сотряс дружный смех. А когда гогот отзвучал и пиво частично было выпито, то разговор пошёл веселее и, конечно же, он крутился вокруг нечисти, обитающей в России. Её оказалось дофига и кого только среди неё не было. Благо, что охотники знали немало и щедро делились со мной информацией. Так мне довелось услышать о том, что среди оборотней присутствуют только две расы: люди и орки. Гномов и эльфов среди них не было.

И ещё мне рассказали, что стаи оборотней и гнёзда вампиров издревле воюют друг с другом. При этом простых разумных они старались не втягивать в свои войны и не вступали ни в какие кланы, предпочитая решать всё лишь между собой. Но всё же существовали некие посвященные, которые знали о реальном положении дел в мире. Эти посвящённые были обычными разумными, кои являлись слугами оборотней и вампиров. Они подчищали грешки своих хозяев и скрывали от общества их существование. И чаще всего эти индивидуумы являлись большими шишками в нашей стране, возможно, даже главами кланов. А служили они нечисти по разным причинам: кого-то запугали, кого-то купили, а некоторым пообещали продлить жизнь или вылечить от тяжёлой болезни.

Профессор сказал, что вампиры и оборотни на многое способны, ведь в их распоряжении тайные знания, накопленные за сотни лет. И порой у них встречалось даже магическое оружие. Тут я вспомнил о своём живом ноже. Кажется, речь шла именно о подобных клинках. Конечно, я не стал говорить охотникам о Тетсуе, а продолжил слушать дальше о всяких гулях, горгульях, чертях и прочих созданиях.

И вскоре я пришёл к неприятной мысли, что мои новые знакомые хоть и знали кое-что, но далеко не всё. Например, тех бойцов, которые убили гуля в канализации, они называли просто – отряд. Бульдог и компания не знали из какого они ведомства, кому подчиняются и что делают с пойманными или убитыми тварями. И вообще, охотники старались с ними не пересекаться, чтобы не привлекать к себе внимание правительства.

Здесь мне стало окончательно ясно, что те, кто сейчас сидел за одним со мной столом, нахватались знаний урывками – тут немного, там немного, – а полной картины мира у них не было. Они даже об амброзии узнали лишь от меня, что, впрочем, неудивительно. Ведь их охота была довольно примитивной: выследить тварь и убить её как можно быстрее с минимум риска и затрат. Мужики даже не думали над тем, чтобы под пытками выбить из нечисти инфу, затащив её в какой-нибудь подвал. Их устраивала и такая жизнь. Зачем париться, если тварей хватит до конца дней? Убивай да убивай. Вот и сейчас их ждала командировка в логово горгулий, где придётся перебить всех тварей, которые при свете дня были неотличимы от обычных разумных.

Четвёрка мужчин принялась обсуждать скорую поездку на охоту, а я внимательно слушал их и, улучив момент, попросился с ними. Валерон покосился на меня и предложил проголосовать. Только Профессор оказался против, так что мне удалось осуществить задуманное и напроситься вместе с охотниками в гости к горгульям.

После того как меня включили в команду, мы ещё около часа обсуждали грядущую поездку, назначенную на послезавтра, а затем зазвонил телефон старого гнома и Бульдог, широко осклабившись, пошутил:

– Что, Проф, в люльку пора? Горшок звенит?

Тот наградил его недовольным взглядом и ответил на звонок:

– Да, да. В университете. Скоро приеду. Ждите.

– Всё, надо закругляться, – быстро пропел Испанец, который уже полчаса переглядывался с подвыпившей шатенкой лет тридцати.

– Ладно, давайте по домам, – решил Валерон, хлопнув раскрытыми ладонями по крышке стола, отчего подпрыгнули пустые бокалы, на которых было написано «Балтика». – Завтра вечером контрольный звонок.

Все согласно покивали, а затем мы расплатились и выбрались из бара. Правда, вышли мы уже без Испанца, так как он остался, поэтому наша банда лишь вчетвером потопала к метро.

По пути Проф и Бульдог стали обсуждать свадьбу внучки гнома. Я краем уха слушал их, вспоминая, что гномки выходят замуж только за гномов. Такова их традиция. И если гномка окажется замужем за представителем другой расы, то её выгонят из семьи. Поэтому в России практически нет полукровок с гномьей кровью.

Я бросил хмурый взгляд на Профессора, а он в этот миг споткнулся, едва не грохнувшись на ступенях метро, благо, что пожилой охотник успел схватиться за поручень.

Валерон же сразу озабоченно протараторил:

– Ничего не вывихнул? Не сломал?

– Нет, – уверенно ответил Проф и с еле заметной улыбкой добавил: – Раньше всё делали качественно, в том числе и меня.

Мы посмеялись над простенькой шуткой гнома и сели в поезд.

Вскоре я вернулся домой, где был атакован Пышкиным, который изнывал от любопытства. Ну и чтобы по два раза не рассказывать, я позвонил Ленке, увидев от неё смс, следующего содержания: «Как будешь дома, набери».

Эльфийка быстро ответила на звонок, словно не выпускала телефон из рук. А я нажал на кнопку громкой связи и вкратце пересказал ей и коту суть беседы в баре. И, конечно же, Ленка сразу же начала завистливо вздыхать:

– Я тоже хочу в Лесинск…

– Ленок, это не Мальдивы и даже не Крым, – насмешливо заметил я, укладываясь спать.

– Ты понимаешь о чём я, – буркнула она и добавила, будто я всё-таки не понимал: – Горгульи. Я тоже хочу принять участие в охоте на них. Мне нужен опыт.

– В этот раз ты точно пролетаешь. Но я попробую поднять тему твоего присутствия в нашей группе. Только я думаю, что ничего не выйдет. Там мужичайшие мужики от сорока лет и выше, да ещё и Бульдог немного расист. Так что вряд ли они примут тебя в свои ряды.

– Вот… динозавры, – пропыхтела девушка, явно состряпав недовольную мордашку.

– Ну, в чём-то они правы… – протянул я и услышал гудки в трубке.

Эльфийка сбросила вызов. Ну и шут с ней. Ещё вчера я бы может и стал переживать из-за неё, но не сегодня, когда познакомился с Яной. Мысли о ней отвлекали меня от всех неприятностей. Она казалась мне совершенной, но у неё явно должен быть изъян, ведь идеальных не бывает. Может, у Яны прописки московской нет или она храпит во сне?

Я усмехнулся своим мыслям и отправился в царство Морфея. Но проспал я недолго. Среди ночи меня разбудило настойчивое шуршание. Я резко открыл глаза и увидел рядом с кроватью Пышкина, который игрался с пакетом, приволочённым из кухни.

И как только я разлепил веки, кот невинно проговорил, мигом позабыв о пакете:

– А ты чего не спишь? Но раз уж проснулся, то пошли положишь мне поесть, а то в миске всё кончилось.

– Не мешай мне спасть, эгоист! – прикрикнул я на него и опять провалился в сон, не став слушать его обиженное бурчание.

Благо, что кот больше не пытался хитрить и успокоился до утра. Но вот уже после подъёма мне пришлось навалить ему целую гору еды, а потом я отлил немного амброзии в пластиковый тюбик и повёз тару к своей знакомой, которая работала в лаборатории.

Мне довелось с ней познакомиться в парке имени Горького, где она на скамеечке читала книгу по медицине. Я был так поражён фактом чтения, что подсел к ней, обратив внимание на то, что она тоже имела часть эльфийской крови. И спустя всего полчаса непринуждённой беседы я выяснил, что её отец был эльфом, а мать – человеком. И у них оказалась настоящая семья, то есть у её бати имелись настолько большие яйца, что он наплевал на мнение чистокровных и женился на человеческой женщине. Тут меня постиг ещё один шок, ведь такое встречалось крайне редко. Он стал добровольным изгоем среди своих и его вычеркнули из списка рода. Вот ведь… прям как мой отец.