![](/files/books/160/oblozhka-knigi-raduzhnyy-mag-si-375809.jpg)
Текст книги "Радужный маг (СИ)"
Автор книги: Евгений Хван
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
Так, что плотник сделал нам за все время около трехсот стрел. Самому их муторно делать, найти подходящее дерево, высушивать его до определенного момента и еще выстругать правильной овальной формы. Морока и геморр еще тот. Лучше недорого заплатить плотнику, тот этот делал на ножном станке и довольно быстро, и размеры все стандартные. А, наконечники я стал делать сам. Купил у кузнеца металл, нехитрые инструменты, небольшую наковальню и сшив из шкур мехи, вот и готова походная кузня.
Нашел в окрестностях Яны глину и применил ее, как опоку. Правда одноразовые получались формы, но это не беда. Во всем мне помогали близнецы и Фема. Маму и Лусилу не трогал, они наши добытчики дичи. Мясо мы любим есть каждый день. Углежогом не заделался опять же это довольно муторно, а опять покупал потихоньку у кузнеца небольшими партиями. Мне много не надо.
Первые наконечники у меня получились кривые и страшные. Ага, это я ведь теоретически знаю, как их делать, а вот когда дошло дело до практики, то тут увы, все, как говорят приходит с опытом. Но ничего, пришлось изрядно попотеть, пока стали получаться удобоваримые наконечники для стрел. Даже сделал специальные наконечники с обратными крюками, чтобы стрела попала и ее нельзя было вытянуть.
В своем искусстве кузнечного дела выковал даже несколько рыболовных крючков. Нет не таких изящных, я же не ювелир, а больших сомовьих, размером с ладонь, зато с острым жалом и обратным зацепом. Находится на берегу реки и не кушаем рыбу! Как-то это неправильно. Кроме всего прочего выковал себе большой нож кукри. Вот с ним я в Гулаге тренировался, будет мне чем защищаться.
К началу июня я уже себя чувствовал вполне здоровым и поэтому решил обследовать местность вокруг. Сначала ходил с мамой и Лусилой, постепенно вспоминая охотничьи навыки, прежнего Рика. С арбалетом и ножом я чувствовал себя непобедимым. Вскоре стал по лесу ходить один. Со мной просилась Фема и братья, но я их пока не брал, самому надо привыкнуть к лесу, а тут за ними еще надобно присматривать.
Но, на рыбалку я их брал в обязательном порядке. Ставил петли на мелких зверей, это тоже знание из моей земной жизни. Попадался грызун, похожий на зайца. Вот его я разделывал на приманку. Насаживал кусок мяса на крючок и закидывал приманку недалеко от берега. Лесой мне служила тонкая, переплетенная пеньковая веревка с мизинец толщиной. Этого добра в поселке было навалом. Конец веревки наматывал на ближайшее дерево, чтобы рыба попавшаяся на крючок не утащила его с собой.
Хех, рыбы в реке было прорва и на приманку через час, полтора обязательно попадался какой-нибудь речной монстр, этак килограмм на пятьдесят-шестьдесят. Мы его подтягивали ближе к берегу и я там острогой с железным трезубцем на конце пробивал монстру голову, затем уже успокоившуюся рыбу вытягивали на сушу. Однажды попалось какое-то чудовище, мы его вчетвером не смогли даже подтянуть к берегу. Оно рвануло и прочную пеньковую веревку порвала, как гнилую нитку. Только выкованный крючок было жалко.
От одной пойманной рыбы наедались все до отвала. Если попадалось в день две три рыбины, сколько могли съедали, остальное шло на корм свиньям. А, что поймано на халяву. Еще мы с детьми любили ходить на приток Яны, другую речку, ее мы назвали форелевой. Там водилась очень вкусная и нежная рыба, похожая на форель. Было она крупная, величиной с полметра и вся пятнистая, пахнущая снегом, если была только что пойманная.
Находился этот приток в километрах десяти от нашего дома, я Фему и близнецов научил добывать ее из арбалетов. Мы специально брали для этого стрелы с зазубринами, выкованные мной отдельно. Делали это просто, конец стрелы просверливали и просунув в проушину дратву мы ее завязывали прочно со стрелой. Затем выцеливали из арбалета мелькающие тени форели и стреляли в нее, вода там была как слеза, прозрачной.
Стрела входила в тело рыбины и обратно ее было не вытащить. Таким образом мы подтягивали свою добычу к берегу, как бы она не сопротивлялась. В первый раз от азарта столько набили, что сделали волокуши и все равно большую часть рыбы пришлось бросить. Обратно в воду ее не выкинешь, она уже мертвая была.
Таким варварским способом добычи я научил своих братьев и сестер. Как-то подсмотрел такой вид охоты из земного инета.
В следующий раз мы были немного поумней. Взяли с собой мешки и лошадь, и обратный путь только сопровождали сильно нагруженную лошадку. Всем понравился нежный вкус рыбы, пахнущий первым снегом. Ага, мама ее свиньям не отдавала, а засаливала в деревянную бочку, а сомов ловить специально посылала, чтобы кормить ими свиней. От этого у хрюшек мясо становилось нежным и сало было с прослойками.
Еще через месяц, я стал брать с собой в лес Фему и братьев. Мы договорились, с мамой и Лусилой, когда выходим на охоту, то они остаются с остальными детьми или наоборот. Они уходят с луками на охоту, то мы остаемся на охране нашей усадьбы. Мы сами учились ходить тихо в лесу, плюс я иногда вспоминал охотничьи навыки бывшего Рика. Вместе с тем мы ни на минуту не прекращали учиться стрелять из арбалетов.
Нужно так сделать, чтобы это оружие стало продолжением нашей руки. Однажды оно нам может спасти жизнь. И однажды такой момент настал в нашей жизни. Мама с Лусилой собирались на охоту, никто уже, как три дня не выходил ни на охоту, ни на рыбалку. Всем захотелось свежатинки. И в это время с нашей вышки раздались возгласы Лоры.
Лора с Тертой в это время играли в куклы прямо на сторожевой площадке, когда Лора вдруг увидела, что по дороге к нам со стороны поселка идет ватага из двенадцати человек, вооруженная дубинками, копьями, деревянными щитами и веревками с крюками. Я все это увидел, когда, как птица взлетел на площадку. За мной на площадку быстро взобрались женщины и ахнули.
– Я, думаю, что это привет от нашего старосты Коржуна – промолвил я, прищурив взгляд на дорогу – смотри, как спокойно они и уверенно маршируют, будто знают, что у нас оружия нет, кроме старых луков. У меня есть план и никто из них не должен оставаться в живых, нам свидетели не нужны.
План был так себе, но моя мама и Лусила согласились со мной, потому что у них и такого не было. Я видел по их взглядам, что они больше беспокоятся за детей, чем заняты защитой. Поэтому все сделали, как я им сказал. На похабные выкрики, открыть ворота и отдаться добровольно храбрым воинам, мы никак не реагировали. Тогда посыпались угрозы и наконец эти бравые воины решились на штурм.
Ага, веревок с крючьями у них всего шесть и поэтому одновременно на частокол полетели шесть абордажных крюков, что удивительно все с одной стороны, со стороны ворот. Они, что дебили? Или не считают нас за воинов? Ну, что, тогда наш план может сработать. Мы сидели тихо, как мышки. В середине мы с арбалетами и по бокам наши мамы с луками и ждали, когда эти шестеро бандитов перелезут частокол.
Когда они выглядывали из-за изгороди, мы еще сидели в доме. И когда они дружно повернулись к нам задницей и начали спрыгивать с забора на землю, то мы объявились тут, как тут. Шесть прицельных выстрелов и пожалуйста шесть трупов, тем более на них не было никаких доспехов. Наверняка им староста описал захват, как легкую прогулку.
После того, как мы быстро перезарядились, наши мамы побежали к воротам, чтобы скинуть поперечную балку и открыть настежь ворота. Оставшиеся бандиты наверняка подумают, что это их товарищи открывают им ворота победы. Как же они ошибаются! Идиоты даже не успели ничего понять, забегая с победными криками в настежь открытый проем. Четыре болта точно нашли свои цели, им даже щиты не помогли, наши бронебойные стрелы пробивали их насквозь вместе с щитами.
Дело довершили наши мамы, в упор, сзади расстреляв уцелевших. Так бесславно закончился поход этих бандитов, посланных старостой. Не зря я каждый день муштровал стрельбе из арбалетов Фему и братьев-близнецов. Теперь у нас получилась вполне заслуженная победа. Одежду и амуницию бандитов мы спрятали в лесу, вдруг сюда пожалует сам староста с воинами, посмотреть куда это делись его посланники.
Тела всех неудачников мы сбросили в реку. Прекрасный будет ужин речным монстрам. Кстати, как мы думали, так и случилось. Староста пришел к нам со своими тремя прихлебателями. На все претензии старосты, моя мама послала его идти пешим сексуальным маршрутом. Ага, не так конечно, но примерно в таком же ключе. Ишь чего захотел злобный Коржун, пошариться в наших закромах.
Ну, да, ему же надо узнать куда делась его наемная банда. Пошел он нафиг, нет тела, нет и дела. Эта присказка работает и в этом мире. Ха, ха первый натиск неприятеля мы отбили, но на этом нельзя успокаиваться. Банда старосты, это тьфу! Ага это сейчас конечно легко говорить, когда трупы бандитов плавают в реке, но наша беспечность мне не понравилась. Это же мы их случайно обнаружили, а если бы они пришли к нам тайно и ночью? Вот то-то и оно!
Я, решительно собрал наш семейный совет и на нем потребовал на ночь, впрочем как и днем ставить часовых. На ночь дежурить вдвоем, чтобы не так было страшно, иначе нас бандиты застанут врасплох и быстро перебьют. Мелкие тоже сказали будут дежурить, но взамен я им должен дать арбалеты и научить их стрелять. Пришлось пойти мелким на уступки и доставать из запасников еще два арбалета, только учили их стрельбе Фема или братья, которые уже на приличном уровне наловчились стрелять из нового оружия.
Надо сказать Лора и одиннадцатилетняя Дария оказались на редкость способные ученицы и через неделю тренировок даже довольно прилично стали стрелять из арбалетов. Пришлось им стальную тетиву ставить ослабленной, иначе козьей ножкой не могли натянуть ее, силенок не хватало. Смотрю на деток после первого боя, как они себя поведут.
Не скрою, украдкой следил за их поведением. Видно было, что им страшно, но видя, как их старшие товарищи мамы и я, спокойно относимся к обстановке, то и они успокаивались, беря пример со старших. А, когда каждый из них убил по два бандита, думал будет истерика, сопли и слезы, но удивительно, никто не побежал рыгать, только немного побледнели и все. Ага, точно, настоящие дети средневековья.
Теперь мы определились с часовыми и составили график дежурств. Малышню исключили из ночных бдений, стояли только взрослые мамы и мы, Фема, близнецы и я. Зато потом отсыпались днем, если не ходили на охоту или рыбалку. И однажды это принесло свои результаты, когда вдруг среди ночи не прибежали Фор и Лусила, с выпученными глазами.
– Там! Там! – захлебываясь и не в силах произнести хоть слово, махал руками Фор.
В дежурство старались ставить одного взрослого и одного подростка. Я уже проходил, как условно взрослый. Когда все мы потихоньку забрались на вышку, то ничего не увидели, было темно, хоть глаз выколи, зато услышали, как лес, словно живой зашуршал и зашумел. Вот вышла местная Луна и в ее свете мы внезапно увидели, как молча перед воротами собирается толпа воинов, сверкая кольчугами и железными шишаками!
Дождались и это не местные бандосы, а вполне матерые северные варвары, приплывшие из-за реки Яны, грабить и убивать. Сколько их неизвестно и главное они даже не знают, что здесь на хуторе им противостоят только две женщины и маленькие дети!!!
Глава 4
У меня волосы встали дыбом, когда увидел, что они замышляют. Адреналин ударил мне в голову и чуть выше живота почувствовал небольшое жжение. Ладно потом будем разбираться с собственным организмом, а сейчас я очень хотел увидеть, что там происходит внизу. И наверное бог или кто там наверху услышал мои молитвы и внезапно темнота расступилась, и с глаз упала пелена.
Я стал видеть окружающую местность столь ясно и четко, словно это происходило днем, но с каким-то налетом сероватой мари. Откуда мне было знать, что под воздействием стрессовой ситуации и адреналина в крови у меня начало открываться магическое зрение, хотя я тогда о чем-то таком даже не думал. Для меня самое главное все события, развернувшееся внизу и наша дальнейшая стратегия, чтобы остаться в живых.
У меня наверное мозги за это время вскипели, пока я напряженно обдумывал всю ситуацию. А в это время внизу еще несколько воинов из глубины леса притащили бревно и двое с огромными боевыми секирами заостряли, где-то срубленное бревно для тарана. И вероятно дерево они срубили вдалеке, чтобы шума рубки не услышали обитатели деревянной крепости и не проснулись раньше времени. Хотя, я с горечью подумал, если бы они знали кто против них стоит, то нисколько бы не церемонились, но зато нам дали некоторое время на подготовку обороны.
Там же обрубили все сучья, оставив только основание веток, чтобы удобнее было их брать и тащить в руках. Сейчас же они делали из него боевой таран и что самое страшное они все это проделывали молча, только иногда обменивались знаками. Вот что значит настоящие профессиональные воины, ни одного лишнего движения, ни одного шума, боевая выучка налицо. Хорошо, что в свое время, после первого нападения во мне проснулась самая настоящая паранойя.
Раз бог или высшая сущность из диска дали мне возможность прожить вторую жизнь, да еще в таком молодом теле, то я зубами буду за нее цепляться и честно говоря, про…рать ее просто не хотелось, а здесь в средневековом мире потерять ее, это как просто чихнуть. Не, нам такое не надо и поэтому я напряг всех и перед воротами мы сделали целую систему глухого запирания ворот.
По просту говоря, выкопали две ямы напротив каждой из створок, куда забили две широкие доски, это были упоры для бревен, а другим концами бревна упирались в створки, где на них прибили специальные держатели, чтобы бревна не соскальзывали. Поэтому на ночь, кроме поперечного бруса, ворота держали вот такие самодельные, мощные упоры.
Какой я молодец, что в первую очередь подумал о таране, смотря на хлипкий брус, закрывающий наши ворота. Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, зато моя предусмотрительность даст нам какое-то время, иначе если те ворвутся к нам толпой, то никакие арбалеты нам не помогут. Вон какие бугаи пришли по нашу душу.
К тому времени Фор всех разбудил и они все возбужденной толпой приперлись к нам на вышку, хоть им и страшно, а любопытство пересилило даже страх. Но, я моментально все это пресек. И начал раздавать указания. Если это в своем роде профессионалы, то атаки следует ждать со всех сторон одновременно. Поэтому наших защитников распределил так: мама, Лусила, Дария и Лора будут защищать заднюю полусферу дома и ссаживать всех, кто появиться на частоколе и не ждать, когда кто-то из разбойников перелезет через высокий забор.
Не ждать и стрел не жалеть, стрелять даже по едва заметным мишеням. Чем больше их побьем на частоколе, тем меньше они прорвутся во двор, а это для нас однозначная смерть, не выдержат женщины и дети рукопашный бой. Немного подумал и приказал Феме перейти в заднюю полусферу к нашим мамам. Мы с братьями близнецами возьмем на себя входные ворота и всю переднюю полусферу.
Я уже убедился, как близнецы метко стреляют, да и мое «ночное» зрение будет нам в помощь. Восьмилетней же Терте приказал, а то она уже начала кривить свои губки от обиды, что ее забыли.
– Терта, ты остаешься главной в резерве и будешь подносить нам и нашим мамам запасные стрелы и болты, ты же знаешь, где они лежат? – вот блин, столько счастья и гордости появилось во взгляде мелкой, даже не осознающей, какая над всеми нависла угроза, что сам невольно растянул губы в улыбке.
Когда все женщины и дети заняли места, согласно купленным билетам. Черт, вот зараза привязалась присказка не к месту, наверное это от переживаний и адреналина в крови. Я по тихому занял места на помосте, вот гадость, местная Луна зашла за тучи, но мне это было как раз на руку. Я все видел, словно при ярком светиле. Ну, с богом!
И я подняв арбалет выстрелил в первых двух могучих воинов, закончивших заострять таран. Таких бойцов надо уничтожать в первую очередь, рукопашку с ними никто из наших не переживет. Другие вояки даже не поняли, почему воины рубившие таран сидят тихо и не уходят в задние ряды, ведь они свою работу выполнили.
Темнота была настолько плотной, что они не видели двух торчавших болтов у каждого в голове, но поняли это только тогда, когда смерть начала выкашивать их прямо из молчаливых рядов. Тогда же они поняли, что обнаружены и издали такой могучий клич, нарушивший тишину, что вдалеке начали всполошено взлетать птицы, разбуженные громкими криками. И тогда они пошли на штурм. Ворота начали вздрагивать под мерными ударами тарана, а в мою сторону полетели стрелы.
Хотя лучники не видели меня в темноте, зато прекрасно уяснили в какой стороне был слышен звон арбалетной тетивы. Действительно профессионалы, бьющие на звук. Стрелы со свистом пролетали около меня в опасной близости, но я постоянно менял свое положение, ведь помосты шли вдоль всего частокола.
Наверное они целый час долбились тараном в ворота, а остальная часть воинства ждала сзади, когда рухнет преграда. А я их в это время успешно прореживал из арбалета, то с одной стороны тарана, то с другой. Так что те очень часто менялись, а наши ворота только вздрагивали от их ударов и крепко держали оборону. Наконец на некоторое время у них наступила тишина, вероятно совещались, что делать дальше.
Наконец трава под ногами чужаков зашуршала и мои предположения подтвердились. Северяне решили штурмовать крепость абордажными крючьями со всех сторон одновременно. Вот и наступил момент истины. Ко мне на помост влезла Терта и я послал ее предупредить всех, чтобы они все приготовились, сейчас начнется настоящий штурм, а сам продолжал хладнокровно расстреливать чужаков с помоста, хорошо что Терта притащила запасной колчан с болтами, у меня было почти тридцать штук в колчане и все закончились.
И ведь я ни разу не промахнулся, моя бронебойная стрела всегда находила цель. Ох и туго же нам пришлось, когда те густо полезли через частокол, но мы все равно справились. Ровно четыре часа мы отбивались от штурма, мне иногда казалось, что нас сюда пришла штурмовать вся армия северных варваров. Мама и сестры трижды меняли полные колчаны со стрелами.
Мое зрение настолько расфокусировалось, что я даже стал замечать не только моих противников, но и тех кто уже падал со стрелой в голове или шее с частокола, а также те кто получил стрелу в другую часть тела, чем больше будет раненых, тем лучше для нас. Все закончилось тогда, когда далеко в стороне послышался лязг железа и шум битвы, послышались крики, а затем взвился в небо огонь.
Похоже варвары попытались штурмовать Пограничный и получили отпор. Я видел как с той стороны прибежал посыльный и все воины, штурмовавшие наше небольшое поселение, вдруг резко сорвались и помчались в сторону битвы. Долго еще там слышался звон железа и звуки борьбы. Мы устало смотрели на разгоравшийся пожар в стороне поселка. Лусила вытащила у мамы шальную стрелу из ноги и сейчас туго перевязывала ей икроножную мышцу.
А, так у нас больше пострадавших не было, только дети после перенесенного стресса заснули, как убитые. Я всем приказал отправляться отдыхать, а сам с братьями стал бдеть и внимательно рассматривать бойцов, убитых уже во внутреннем дворе. В основном у них экипировка состояла из кожаной куртки с приклеенными бляхами металла, кожаного шлема, крепкие замшевые штаны и кожаные сапоги.
Из оружия в основном были сулицы с железным наконечником, щит и нож. Редко у кого были стальные мечи, железная кольчуга и железный шлем с брамицей. Вероятно такая экипировка была, у их командиров, начиная с десятников и сотников. Это мы убедились уже утром, когда начали мародерить напавших на нас варваров. И то бдили до утра и же на самом рассвете, не увидели, а скорее всего услышали, как со стороны Пограничного начал нарастать шум и топот ног.
Затем со стены мы увидели, как через лес, словно лоси начали ломиться варвары, убегая от наседавших на них воинов. Ага, наверное на помощь поселковым с утра пришли имперские солдаты и теперь гонят северян к Яне. Ну флаг им в руки. В нашу сторону было ломанулась толпа разбойников, но мы дружно натянули луки и сделали по одному залпу из арбалетов.
Это раньше Бор, по моему приказу побежал в дом и по тревоге всех поднял на стену. Бандиты даже не стали нападать и тоже свернули в лес, только шум от них стоял. Затем все стихло. Ух, неужели мы отбились? После этого мы с братьями пошли отдыхать, а наши мамы с детьми раздевали разбойников до гола и запрягли две телеги, на которые грузили трупы убитых и потом сбрасывали всех в реку.
Я, когда вечером проснулся, даже с сочувствием посмотрел на женщин и деток, умаялись бедные. Они считай ободрали и увезли к реке ровно девяносто восемь трупов северных варваров. Когда сказал маме, чтобы они бросали это грязное дело и пусть поселковые мужики придут и закончат эту работу. Мама на меня тогда так глянула, что я аж опешил. Потом узнал, кто мародерит тому и достаются все трофеи. Ну, да трофеи это святое.
Во дворе собралась целая гора оружия и амуниции. Где-то на следующий день к нам пожаловал староста поселка и двое стариков из Совета с десятком вооруженных поселковых. Приехали тоже с двумя телегами, я так думаю убирать наши трупы или то, что от нас осталось. Ага, вы бы видели их рожи, когда из-за частокола раздался звонкий голосок нашей Фемы и выглянула сверху ее наглая мордашка.
– Кто такие и чего надо?
– Ээ, вы это чего – проблеял Коржун – живы?
– А, что нам сделается, старый пердун! – это уже моя мама выглянула на шум.
Да, действительно с поселковых можно было писать картину маслом, «не ждали»! Все-таки пришлось пустить вовнутрь старичков и остальных, благо мы за это время смогли убрать почти все следы прошедшей битвы. Собрали все арбалетные болты, а сломанные все сожгли на костре. Когда члены Совета опять увидели гору оружия и кожаной экипировки, то снова впали в ступор.
А, староста опять стал допытываться, как такое возможно?
– Так вы будете покупать у нас оружие и бронь? – сердито прервала его монолог мама – где взяли, где взяли! Варвары сами пришли и убились, а мы с них потом взяли и все сняли.
После такой победы моя мама никого не боялась и уверовала в силу нашего нового оружия, да и были мы уже изгои, чего нам теперь бояться! Старики тщательно подсчитали все оружие и экипировку и выдали маме расписку на десять золотых империалов. На эти деньги мы могли прийти в Пограничное и получить себе необходимые вещи, с общественных складов или продуктовых амбаров.
После этого случая староста опасался к нам цеплятся и мы теперь свободно появлялись в поселке, но надолго ли он затих? Что-то я в этом сомневаюсь. В первую очередь со складов мы взяли ткани и замш, это я настоял. Хоть и обошлось нам это в копеечку, но я уже не мог смотреть на надетые, на них холщовые мешки. Хотя мама и показала мне, что у них в запасниках есть по одному платью, но чтобы их не трепать каждодневно, они и сшили себе одежду из мешковины.
Я им сказал решительное нет, мои мамы, сестра и братья должны носить приличную одежду, я об этом позабочусь. В поселке оказалось весьма много белошвеек, вот у них мои родные и заказали себе приличную и прочную одежду, а на меня и близнецов у мастериц нашлась даже готовая одежда, а у кожевников купил себе и всем остальным приличные сапожки. Вот на этом деньги Совета и закончились, ну и слава богу. Легко пришло, легко ушло, не о чем жалеть.
После такой битвы к нам зачастили любопытные поселковые, читай подсылы старосты и членов Совета. Им все-таки было страшно любопытно, как это две хрупкие женщины с луками смогли отбиться от такой толпы, ведь они тоже не дураки и могут считать до ста. Детишек они даже в расчет не брали, да и кому в голову придет, что подростки умеют воевать. Кому скажи, тех поднимут на смех. Я приказал таких любопытных не пускать в нашу крепость, а если у них к нам какое дело, то разговаривать со всеми за воротами частокола, нечего им делать внутри. Уже устали каждый раз прятать арбалеты в доме.
Так и прошло все лето. Надолго свое подворье мы не оставляли, после одного случая. Ночные дежурства, по моему настоянию не отменили и однажды близнецы, дело подходило уже ближе к утру, заметили, как с тыльной стороны кто-то начал перелезать через частокол. Я им денно и нощно вдалбливал, если к нам кто-то пришел ночью и тем более лезет в дом, словно вор, то это однозначно враг и встречать его надо соответственно, сталью и стрелами.
Молодцы, все исполнили в точности, даже не стали колебаться. Потом, когда мы все взбудораженные выскочили, кто в чем одет, но с неизменными арбалетами наготове, то при свете факелов мама признала в нарушителе одного из поселковых, приближенных к Коржуну. Ему мы привязали камень к ноге, чтобы не всплыл и тихо опустили в реку в одежде. Течением его должно далеко унести, не найдут.
Только оставили себе кинжал, уж был очень хорош. Еще дважды к нам попытались проникнуть под покровом ночи. В последний раз я дежурил и не стал убивать нарушителя, только ранил. В третий раз это оказался матерый волчище, которого специально нанял наш староста и экипирован тот был соответствующе.
Молчал тот упорно и даже под пытками ничего не сказал. Тогда моя мама достала из своих загашников зеленый пузырек с резко пахнущей жидкостью и насильно влила ее наемнику в рот. Спустя полчаса тот поплыл и с него нетрудно было получить все нужные сведения, только надо было задавать правильные вопросы, даже моя мама удивилась, откуда у меня такие навыки по экспресс допросу.
Я отговорился тогда болезнью и беспамятством, после нападения на нас Барлогов. Эге, она так недоверчиво на меня посмотрела, но ничего не сказала, а я ее спросил, чтобы избежать новых неудобных вопросов, эта она сама сварила то зелье, что влила в наемника? Получив положительный кивок, я очень обрадовался, теперь у нас есть свой собственный зельевар, умеющий варить эликсир правды, а это очень хорошо, в будущем нам обязательно пригодиться.
Я уже забыл, что моя мама, хоть и слабенький, но маг жизни и в поселке она подрабатывала еще лекаркой, варя необходимые лекарства. Еще поэтому Коржун хотел заполучить ее в закупы, она бы ему приносила немалый доход своими лекарственными зельями. А с наемника мы вытянули информацию, староста до сих пор не успокоился и у наемника было задание, захватить «языка» и если будет необходимость, то и убивать, если ему в этом помешают. Поэтому участь наемника была решена, нельзя оставлять за спиной таких врагов.
Самое главное, староста поселка даже нам не предъявлял ничего, когда мы появлялись в поселке за солью или продуктами, только злобно зыркал своими глазами. Сволочь, при первой же возможности его прибью, но тот чувствуя это носа не показывал из Пограничья. Кроме этого я рассказал маме о своем состоянии, в ту самую ночь нападения на нас северян.
– А, ну-ка, ну-ка! – мама схватила меня и повела в дальнюю комнату, малышне приказала оставить нас пока в покое. Там она поставила меня посередине комнаты, закрыла глаза и расслабилась, глядя на меня сквозь закрытые веки.
– Ничего не вижу! Нет у тебя источника! – спустя некоторое время сказала мама, вытирая пот со лба. Не знал, что магическое зрение, так заставляет напрягаться.
– Я, слабосилок – ответила мама на мой невысказанный вопрос – и для нас слабых магов очень тяжело переходить на магическое зрение и нас в магической школе специально этому обучали, но источник магии я могу видеть и у тебя его пока не видно. еще раз расскажи, все свои чувства в тот момент!
И я тогда ей опять рассказал все во второй раз, как у меня во взоре проявилась ясность и четкость, все видел, как днем, только с наплывом какого-то серого марева.
– Все верно, у тебя проявились все признаки магического зрения – задумчиво посмотрела на меня мама – но, источника все равно пока не видно, тебе надо снова добиться такого же состояния и тогда может твое средоточие проявит себя. Возможно у тебя настолько маленький дар, как у меня, что источника магии пока нет. Подождем, всему свое время.
Если бы я знал, в каких страшных обстоятельствах проявится мой источник, то и врагу бы не пожелал такого. Все лето наше так и прошло в противостоянии со старостой, да и с высшим Советом поселка. Им всем любопытно было знать, как мы все-таки тогда отбились от матерых воинов. А, так все лето охотились и ловили рыбу, если бы не сволочь староста, то нашу жизнь можно бы назвать райской.
Все лето, как ни напрягался, так и не смог поймать такого же состояния, как в первый раз. По этому поводу сострила даже наша самая маленькая Терта.
– Рик, а почему ты постоянно надуваешься, как жаба? – подойдя ко мне, как-то невинно спросила меня кнопка.
Я от такого вопроса сдулся и засмеялся, ну что я мог ей ответить. Так пролетело лето и осень, наступила зима. Готовясь к ней я заказал поселковому плотнику лыжи, нарисовал как они должны выглядеть даже подсказал ему, как постепенно загибать носки лыж, чтобы они не сломались, а Илидасу заказал на них металлические крепления.
Маме и Лусиле настолько понравилось скользить по снегу, что те заказали себе точно такие же лыжи. Времена года в Элоре совпадали примерно с земными и поэтому я называл зимние месяцы, как на земле декабрь, январь и февраль. Вот в начале февраля, в самую бескормицу к нам по льду из-за речки наведалась волчья стая из империи Сиш. Наверняка со страшной голодухи к нам пришла эта волчья стая, иначе как объяснить, что нападала эта стая на всех подряд.
Из поселка уже пропало много охотников одиночек. Да и мои мама с Лусилой, еле ноги унесли от той стаи, если бы не новые лыжи, то у охотниц не было бы никаких шансов уйти по глубокому снегу. Кроме того, эта волчья стая разогнала всю живность округе. Да и на волков эти зверюги мало походили. Местные их называли Горлоги, а я переиначил их на волков. Поселковые устроили на них облаву, когда уже бесследно пропало четверо охотников.
Тогда стая ушла по речке обратно за речку. Тогда во время облавы охотникам удалось перебить почти половину стаи Горлогов, а это ни много, ни мало около тридцати голов, злобных и умных хищников. Я посмотрел на них и они мало походили на волков. Худые, поджарые. Телом походившие на гончих, но при этом очень гибких и с грациями кошачьих, с крокодильей пастью и множеством треугольных, акульих зубов.
– Поселковые охотники знатно поживились – с некоторой завистью как-то произнесла Лусила.
– Это почему? – задал я ей закономерный вопрос.
– Насколько я слышала от покойного мужа – ответила женщина – печень и сердце Горлога идет на ингридиенты алхимикам и очень цениться среди них. Клыки и зубы идут на сильные амулеты магам, кроме того, после определенной обработки, они являются хорошими накопителями магической энергии, наряду с драгоценными камнями. Кроме того у Горлогов ценятся шкуры, из них получаются хорошие антимагические одежды и меховые сапоги. Иногда с одного Горлога можно получить доход до ста золотых империалов, а охотники завали их около тридцати штук. Вот и посчитай сколько они получат и эта только цена в Замостье, а в Кордове только за одну шкуру можно получить триста монет, а за все остальное до тысячи золотых империалов.