Текст книги "Зачистка в Аризоне"

Автор книги: Евгений Костюченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

16
Полный замок принцесс

Они остановились на опушке леса, и Васкес соскочил с мерина:

– Пошли за мной, осмотримся.

Стоя за огромным валуном, они оглядывали склон, поросший редким кустарником.

– Самое гнилое место на всем пути. – Фернандо придержал Илью, когда тот попытался забраться на валун. – Не высовывайся. Могут увидеть с виллы. Надо проскочить быстро. До каньона две мили. Нырнем в него – и к ночи выйдем в Сухую долину. Все очень просто. Если на выходе не наткнемся на патруль. Да черт с ним, с патрулем. Сначала надо проскочить здесь.

– Что с того, если нас увидят с виллы? – спросил Илья. – Обстреляют? Далековато.

– У них там такая штука, называется телефон. Вроде телеграфа. Говоришь здесь, а тебя слышат в доме полковника. Или в конторе, или у шерифа в участке. Вон, видишь столбы? Слова бегут по проводам. Милое дело. Полковник тут развлекается и отсюда командует своими шестерками в городе. Если нас засекут, шериф узнает об этом раньше, чем мы домчимся до каньона.

– Надо ждать ночи, – сказал Кардосо.

– Лучше перерезать провода, – сказал Кирилл.

– Это и есть та самая вилла? – спросил Рико. – Ты: говорил, она похожа на замок.

– А что? Непохожа?

– Нет.

Фернандо рассердился:

– Много ты видел замков! Что тебе не нравится? Башня есть? Есть. Ворота есть? Стены с бойницами? Видел пачку табака «Черный замок»? Там нарисован точно такой, только этот – белый.

– Я не курю, – сказал Рико. – Но это не замок. А тюрьма. Я видел тюрьму в Сан-Хуане.

Мануэль снова попытался выступить миротворцем:

– В Сан-Хуане крепость, а в крепости тюрьма, и в той тюрьме сидели наши родичи, а мы им передачки носили. Кто-то зарезал солдата на празднике, и всех взрослых мужчин загребли. Грозились повесить, но потом убийца сам объявился. Он вообще из другой деревни был, такой негодяй…

– Хватит спорить, – сказал Кирилл. – Вилла как вилла.

Белое здание с башенкой было хорошо видно отсюда. Оно выделялось на фоне зелени и привлекало взгляд необычностью форм. Окружающие его приземистые домики казались такой же естественной частью пейзажа, как деревья или извилистая речушка. Однако именно они, эти неброские хижины, занимали Кирилла гораздо больше, чем дворец из белого камня.

– А кто живет рядом с виллой? – спросил Кардосо.

– Обслуга.

– Не понимаю, чего мы ждем, – сказал Остерман. – Им нас не догнать. Ну, допустим, через несколько часов погоня явится на виллу, но мы к этому времени уже будем далеко.

– Если шериф не дурак, он может отправить людей нам наперерез, – сказал майор. – Но это еще не все. Фернандо, а сколько народу в обслуге?

– Откуда мне знать…

– Конюшня большая, – заметил Кирилл. – И вон тот длинный бараку дороги… Видите? Рядом с ним два нужника и умывальники под навесом. Похоже на полевую казарму. Думаю, там живет охрана. Кто-то же должен охранять виллу в таком отдаленном месте.

– Верно, – согласился майор. – Там человек десять, не меньше. И они могут выдвинуться, заметив нас.

– А им это надо? – Илья нетерпеливо хлопнул по валуну, – Теряем время на пустые разговоры. Давайте так. Я поскачу к ущелью. Ну, еще двое со мной. Остальные ждут. Если от виллы за нами погонятся, мы все равно доберемся до каньона раньше них. Заляжем и начнем отстреливаться. Они остановятся. Тут подключаетесь вы и добиваете их с тыла.

Кардосо еще раз осмотрел склон, шевеля губами.

– Можно попробовать, – сказал он наконец. – Дистанция позволяет. Билли, с вами пойдут Шон и Пит. Заберите три винчестера. Фернандо, Мануэль и Рико… А где Рико?

Все разом оглянулись, услышав за спиной конский топот. Рико пронесся мимо. Конь размашистой рысью мчал вниз по склону, направляясь к вилле. В руке у Рико был револьвер.

– Ты куда? Стой! – крикнул Илья и кинулся к лошадям.

Его опередил Мануэль. Остерман еще ловил носком стремя, а мексиканец уже скакал вслед за Рико, колотя мерина свернутым кнутом.

– Все планы – к черту, – сказал Кардосо, опуская ремешок шляпы под подбородок. – За ними!

Он взлетел в седло и скомандовал:

– Цепью! Держаться пошире! И не стрелять!

«Что мы делаем? – думал Кирилл, мчась по склону. – Чертов Рико! Что на него нашло?»

Перед бараком замелькали человеческие фигурки. Исчезли за каменным забором. Кирилл нахлобучил шляпу поглубже и пригнулся к шее лошади. Предчувствие его не обмануло – из-за забора вылетели подряд несколько струек дыма, а потом донесся и звук выстрелов.

Еще оставалась надежда, что это предупредительная стрельба, какой обычно встречают непрошеных гостей. Если Илья настигнет обезумевшего Рико и заставит свернуть в сторону леса, все еще можно будет исправить… Но тут Кирилл увидел, как перед лошадью Остермана взметнулись сразу два фонтанчика пыли.

«Перебьют нас всех, пощелкают, как зайцев», – с закипающей злостью подумал он и перехватил поводья одной рукой, чтобы достать револьвер.

Слева от него скакали братцы-ирландцы. Они тоже заметили, что по ним стреляют, но и не подумали пригнуться или замедлить ход. Наоборот, припустили еще быстрее, нещадно молотя пятками по бокам меринов. А один вдруг рванул на груди рубаху, сорвал и отшвырнул в сторону. А потом завизжал так, что лошадь под Кириллом шатнулась в сторону. Второй ирландец тоже оголился и пронзительно заголосил. Этим диким воплям вторил Фернандо, вереща, как апач в рукопашном бою.

Лошадь Рико перемахнула через забор и понеслась к вилле. Кирилл увидел, что и жеребец под Остерманом чуть подсел перед прыжком. Он невольно зажмурился.

«Только бы Илюха не грохнулся! Только бы удержался…»

Открыв глаза, увидел, что Илья уже мчится рядом с Рико. Им стреляли вслед. Кирилл принялся бить из «ремингтона». Попасть и не надеялся, лишь бы напугать, лишь бы отвлечь на себя!

Вот и Мануэль подскакал к забору. Мерин взвился на дыбы, закружился на месте. Кирилл увидел, что мексиканец хлещет кнутом по тем, кто прятался за оградой. В следующую секунду он уже был рядом и увидел, что охранники разбегаются. Их было трое. Четвертый, стоя на колене, целился в Мануэля из ружья. Кирилл выстрелил, и тот повалился на бок.

Фернандо слетел на землю, подхватил ружье и тут же снова оказался в седле.

Рядом промчался Кардосо, стреляя из револьвера. За ним, истошно вопя, летели Шон и Пит.

Кирилл огляделся – ни души вокруг. На земле блестели гильзы, валялась брошенная винтовка. Он свесился с седла и поднял ее за ремень. Таких винтовок он еще не видел. Наверно, она была уже разряжена, потому ее и бросили. Но оставлять за спиной чужое оружие нельзя.

Его спутники уже соскакивали с лошадей возле открытых ворот виллы. «Сами разберутся», – решил он и, спешившись, выхватил винчестер из-за седла.

Надо было прикрыть тыл. Кирилл перемахнул через шаткую изгородь и присел за ней, держа под прицелом дорогу между виллой и остальными домами.

Небольшой поселок выглядел брошенным. Закрытые ставни. Собак не слышно. И ни одной курицы. Даже в самых нищих деревнях он привык видеть кур, перебегающих дорогу или копошащихся в пыли. Здесь их не было.

Где-то заскрипели ворота. Он развернулся на звук, приложившись к винчестеру. За длинным бараком послышался топот, и на дорогу вылетел всадник на неоседланной лошади. Низко пригнувшись, он уносился прочь, к лесу. Кирилл не стал стрелять ему вдогонку. Но продолжал следить за домами, которые, возможно, только притворялись мертвыми.

Его трясло от злости. Бессмысленный бросок мог всем им стоить жизни. Хорошо, что охранники струсили и разбежались. Вряд ли их было только четверо. Остальные, наверно, возле виллы. А если они сейчас начнут выскакивать из барака?

Не спуская глаз с подслеповатых окон, Кирилл положил рядом с собой один револьвер, а второй немного вытянул из наплечной кобуры. Хватит минут на пять.

Вот они.

Охранники выбегали один за другим, низко пригибаясь, будто придавленные тяжелым грузом. Один даже волочил по земле винтовку – а не держал наперевес, как другие.

«Как много бессмысленных действий совершают люди на войне, – подумал Кирилл, стараясь унять дыхание и успокоить дрожащую мушку. – Одни кидаются на штурм с голыми руками. Другие изображают из себя карликов. Ну что они гнутся? Хотят уберечься от пули? Тогда надо было ползти. А согнувшаяся мишень отличается от прямой только тем, что движется медленнее… «

Он дал им отбежать подальше от барака, чтобы сосчитать всех и чтобы они не успели снова спрятаться. Их было пятеро.

Ему потребовалось три выстрела, чтобы ранить в ногу того, кто бежал первым. С другим, который тащил винтовку, повезло больше – первая же пуля заставила его схватиться за колено и заорать благим матом.

– Уносите раненых! – крикнул Кирилл. – И не высовывайтесь, если жить охота!

Он ожидал, что в ответ послышатся выстрелы, и тогда ему пришлось бы разбираться с самым метким. Однако вместо стрельбы раздалась бессвязная брань. Охранники ретировались обратно в барак, волоча за собой раненых. Те не переставали вопить, а их уцелевшие товарищи пригибались к земле еще сильнее, чем раньше, будто под шквальным огнем.

«Надеюсь, у них достанет благоразумия больше не дергаться», – подумал Кирилл, быстро загоняя в винчестер новые патроны.

А за его спиной зазвенело разбитое окно, захлопали двери, послышались голоса Мануэля и Фернандо.

«Вот не думал, что тихоня Мануэль может так ругаться, – удивился Кирилл. – Кого он там честит?»

Ударил выстрел, и он дернулся в сторону. Перекатившись, понял, что стреляли не в него.

– Держи его, держи!

От виллы несся полуголый негр, на ходу подтягивая штаны. Увидев Кирилла, он юркнул в сторону и нырнул в кусты. Макушки сирени раскачивались, выдавая беглеца. Курчавая голова мелькнула среди листвы. Кирилл выстрелил так, чтобы пуля прошла рядом с ухом.

– Стой!

Негр взвыл и припустил еще быстрее, с треском пробиваясь через заросли.

– Удрал? – крикнул Остерман, подбегая к нему с веревкой в руках. – Не успел связать гада!

– Зачем он нужен? Уходить надо.

– Как – уходить? Ты что, бросишь их тут?

– Кого?

Илья махнул рукой и снова рванулся к вилле. Кирилл схватил его за пояс:

– Стой! Вы что, все с ума посходили? Держи винчестер! Полезут из барака – стреляй по ногам!

Остерман оторопело посмотрел на него:

– Почему по ногам? «Потому что тогда ты, может быть, попадешь в цель, а не в чистое небо», – хотел ответить Кирилл, но промолчал.

– Кира, иди туда, – немного остыв, сказал Илья. – Кардосо с ними не справится. Наши мексиканцы как взбесились…

У ворот виллы лежал убитый. Еще двое охранников сидели на земле, связанные, спиной друг к другу. На крыльце стоял Фернандо Васкес, опоясанный двумя патронташами. В руках у него была длинноствольная винтовка.

– Крис! Посмотри, чем я разжился! «Маузер!» Одно плохо – патронов к нему нет. Поискать надо.

– Нет времени искать! Где Рико?

– Рико? В замке. И ты загляни. – Васкес закинул винтовку за плечо. – А я тут седло присмотрел. Пойду прилажу. А ты загляни в замок, загляни. Там есть на что посмотреть.

Ковровая дорожка была усеяна осколками стекла. Они хрустели под сапогами. В воздухе парил пух, и на лестнице валялись несколько распоротых подушек.

Навстречу Кириллу спускался Кардосо.

– Кончено, – быстро сказал он, перезаряжая револьвер. – Трое засели в кабинете, отстреливались. Пришлось убить.

– Плохо.

– Хуже некуда, – согласился майор. – Надо уносить ноги. Рико неуправляем. Мануэль тоже. У нас мало времени. Что снаружи?

– В бараке несколько охранников. Пока сидят тихо.

– Ждут подмоги из города. Самое большее через полчаса здесь будет жарко. – Наверху загремела упавшая мебель, и майор покачал головой. – Рико хочет разгромить виллу. Я его понимаю. Когда мы вошли, тут развлекались три негра. Насиловали девчонку. Прямо в холле, на ковре. Так увлеклись, что не слышали выстрелов.

– Почему вы их не убили на месте?

– Я боялся задеть девочку. И Рико мешал, кинулся на них. Они разбежались. Двое наверх, один в окно. Тех, наверху, мы и прикончили, а один, наверно, ушел. Крис, поговорите с Рико. Вас он послушает.

– А где братья-ирландцы?

Майор махнул рукой:

– В том крыле. Роются в кладовой. Крис, мы теряем время. Зовите Рико. Пусть забирает свою невесту, если она здесь. И уходим.

Кирилл поднялся еще на один пролет и остановился в растерянности. Со всех сторон на него накинулись женщины. Они хватали его за руки, тараторя по-испански. Он смотрел в их заплаканные черные глаза и не понимал ни слова. Все они были молоденькими, прекрасными и пьяными.

Он прижался к стене и закричал:

– Мануэль! Рико! Быстро вниз!

Одна из девчонок схватила его руку и принялась целовать ладонь. Он еле вырвался и попытался отступить на лестницу. Но они обвили его жаркими руками, едва не свалив на пол.

Мануэль, в красной шелковой рубахе, сбежал по винтовой лестнице, гремя сапогами по железным ступеням.

«Уже переобулся, – отметил Кирилл. – И переоделся. Как он все успевает?»

– Сеньор Крис! Там, наверху, оружейный шкаф. Надо забрать винтовки.

– Ты нашел Луиситу?

– Слава Богу, сеньор Крис, слава Богу. Она с Рико. Ключи подбирают. Там еще и сейф. Его тоже надо бы открыть, верно?

– Нет! – выкрикнул Кирилл, пытаясь отодрать от себя девчонок. – Зови их! Забирай Луиситу! Мы не можем ждать!

– Мы заберем всех, – сказал Мануэль. – Девочки! Бегите вниз. Кто желает, может остаться! Остальные вернутся домой, я вам обещаю!

«Какие еще девочки? Он сошел с ума, – подумал Кирилл. – И я, кажется, тоже».

Окруженный девчонками, он спускался по лестнице и на миг задержался у полукруглого окна. Он глянул вдаль и увидел высокий склон. У самой границы леса белело пятно. Это был валун, у которого они только что стояли. Наверно, не прошло и десяти минут. Десять минут назад его жизнь была простой и спокойной.

17
Мясник из Сан-Педро

Когда Луисита поняла, что ее привезли в дом греха, она не стала плакать, как остальные девчонки. Она столкнула со стола вазу с цветами, подобрала с полу самый большой осколок и накинулась на миссис Фраун, чтобы перерезать той глотку. Но запуталась в платье, упала, и охранники навалились на Луиситу сверху.

В наказание ее долго били по пяткам. Она кричала, извиваясь от боли. Но так и не заплакала. А потом сказала:

– Зря вы это сделали, миссис Фраун, Когда мой старший брат найдет вас, я не позволю, чтобы вы умерли сразу.

Рыжая толстуха только посмеялась над ее словами. Но больше Луиситу никто и пальцем не трогал.

Ее и других малолеток сразу увезли из Тирби еще дальше, на виллу. Там она узнала, какое будущее ее ждет. Сюда приезжал Главный Хозяин, чтобы наслаждаться любовью девственниц. Миссис Фраун искренне недоумевала, что хорошего можно отыскать в этих худеньких запуганных существах, которые, к тому же ничего не умеют. Но у Хозяина был свой вкус. Он любил ложиться в постель сразу с двумя, а то и тремя девочками, которых ласково называл «цыплятами». Первые недели проходили в относительно невинных забавах – разговоры, осторожные прикосновения, отеческие поцелуи. Ложились одетыми, понемногу раздеваясь. Примерно через час он их отпускал, а их место в постели занимала какая-нибудь из девушек постарше – таких называли «курочками «.

Все «курочки» тоже когда-то были «цыплятами». Всех их однажды, после длительной подготовки, лишил невинности Хозяин. После первой ночи девчонку отдавали в обучение опытным шлюхам, прислуживавшим на вилле, и через неделю-другую она снова оказывалась в постели Хозяина. А дальше все зависело только от нее. Если она не доставляла ему наслаждения – ее отправляли в городской бордель. Но сначала несчастную на несколько дней отдавали тройке негров, которых специально для этого Эвелина Фраун держала на вилле. После них даже самый изощренный клиент должен был казаться проститутке робким подростком.

Если же вчерашняя девственница вела себя как опытная женщина, угадывая малейшие прихоти полковника, – тогда ее оставляли на вилле. Иных оставляли надолго. Одна, говорят, продержалась почти год. Но рано или поздно появлялись новые «курочки», а старых кидали на потеху неграм или охранникам, прежде чем отвезти в одно из городских заведений сестер Фраун.

Слушая эти разговоры, Луисита перебивала подруг:

– Мой брат скоро найдет меня. Хозяин не успеет увидеть даже кончики моих кос.

– Твой брат не найдет сюда дороги…

– Да он знает все пустыни и горы! Когда он скрывался от солдат, ему давали приют и в Сьерра-Неваде, и в Чиуауа!

– Твоего брата подстрелят охранники.

– Ха-ха! Мануэль сам подстрелит любого раньше, чем тот его увидит! Он быстр, как молния! И свиреп, как бешеный волк! Не дай Бог вам увидеть, как он орудует кнутом! Однажды у меня на глазах он двумя ударами рассек убегающего койота! Знаете, как враги называют Мануэля? Мясник из Сан-Педро, вот как!

С каждым днем ее рассказы о старшем брате становились более подробными и красочными. Уже не только подружки, но и служанки, и охранники виллы знали о неуловимом и беспощадном Мануэле. Все, конечно, посмеивались над деревенской вруньей. Однако почему-то Луиситу до сих пор ни разу не запускали в спальню Хозяина – а ведь с тех пор, как ее привезли, он уже дважды побывал на вилле. Наверно, это должно было случиться в самое ближайшее время, когда Хозяин посетит виллу вместе с гостями.

Накануне миссис Фраун уехала в город за деликатесами, а пару «курочек» приказала готовить к отправке в бордель. Охранники толкались на крыльце и, прижимаясь потными мордами к стеклам в дверях, наблюдали за работой негров. «Цыплята» забились в угловую комнатушку, с ужасом прислушиваясь к тому, что творилось в холле. И вдруг одна из девчонок глянула в окно и увидела всадника, летящего по склону горы.

– Посмотри, Луисита, не твой ли это Мануэль?

– Да! – закричала она, распахнув окно. – Это он! Мясник!

«Мясник! Мясник из Сан-Педро!» – словно эхо разнеслось во дворе. Растерянные охранники уже не посмеивались, а с нарастающим страхом глядели на цепочку всадников, которые с дикими воплями летели к вилле…

– Все понятно, – сказал Остерман. – Пусть она увидела не Мануэля, а Рико, неважно. Я одного не могу понять. Почему все девчонки пьяные?

– С первого дня им давали вино вместо воды, – сказал Фернандо Васкес. – Эх, вот житуха!

Он наконец приладил бочонок с вином за седлом, любовно похлопал его и повернулся к Илье:

– Ну, я готов. Пошли. Покончим с этим грязным делом.

Пригибаясь, они подбежали к изгороди, за которой прятались Кирилл, Рико и Кардосо. Шон и Пит залегли где-то сбоку.

Из окна барака снова выглянул ствол винтовки. Кирилл вскинул винчестер, но Кардосо его удержал:

– Пусть постреляют еще немного.

– Я могу его снять отсюда.

– Зачем? Они станут сговорчивее, когда истратят патроны.

– Эти патроны и нам бы пригодились, – проворчал Фернандо. – Где их найдешь, патроны к «маузеру»?

Выстрел из барака отозвался эхом от стен виллы. Пуля смачно шлепнула возле ворот, выбив изрядный кусок штукатурки.

– Не надоело вам? – крикнул Кардосо. – Выходите по-хорошему! Нам от вас ничего не нужно! Мы только заберем оружие на всякий случай! А вас отпустим с миром!

– Ищи дураков! – прокричали из барака. – Знаем, как вы, мексиканцы, поступаете с пленными!

Кардосо похлопал по шее одного из связанных охранников, сидевших у его ног:

– Парни, идите к своим. Объясните, что мы не бандиты. Мы не режем пленных.

– Майор, что за дела? – недовольно спросил Васкес. – Вы их отпускаете? Их там всего пятеро, теперь будет семь. Давайте я этим хоть пальцы отрублю, что ли? Чтоб не стреляли нам в спину.

Связанные испуганно глянули на мексиканца и перевели молящий взгляд на Кардосо.

– Шагайте, – приказал тот. – Даем вам пять минут на сборы. Все оружие выбросить через окно, чтобы я видел. Уходить по дороге.

– А если… А если нас не послушают? – стуча зубами, спросил охранник.

– Через пять минут мы подпалим барак. Кто останется в нем – сгорит. У кого есть еще мозги в голове – дойдет до города.

– И будет жить долго и счастливо, – добавил Остерман. – Ну, чего расселись? Шагайте, пока не пришел Мясник.

Он и сам не ожидал, какой эффект произведут его слова. Оба вскочили и побежали к бараку, семеня и пригибаясь, будто ждали, что по ним будут стрелять.

– Что еще за Мясник? – спросил Кирилл.

– У нашего Мануэля появилась новая кличка, – сказал Илья. – Представляю, что будут рассказывать о нем эти уроды, когда вернутся в город.

– Зря вы их отпустили. – Васкес сплюнул и длинно выругался. – Они нас видели. Слышали наши разговоры. Знают имена. И еще, майор. Как вы собираетесь поджигать барак?

– Этим займутся Шон с Питом. У них керосин. Но, я думаю, до этого не дойдет.

Из окон барака вывалилась сначала одна винтовка, примерно через минуту – еще несколько. Потом под окна стали падать патронташи и револьверы.

– Поверили! – Фернандо хлопнул в ладоши, – Жалко. Я бы с удовольствием их поджарил.

Охранники высыпали из барака и затрусили по дороге. Некоторые оглядывались, другие бежали зигзагом.

– Они не взяли раненых, – сказал Кирилл.

– Этого следовало ожидать, – кивнул Кардосо.

– Черт! Теперь еще и за ними надо присматривать! – возмутился Васкес. – А если у раненых осталось оружие?

– Вряд ли они им воспользуются.

– Не скажите, майор! От раненых гринго всего можно ожидать. Я и убитым-то не доверяю! Они, бывает, оживают в самый неподходящий момент. Скажем, когда ты снимаешь с него перстенек. Нет, их придется держать на мушке! А вдруг они начнут бить нам в спину? А вдруг там еще несколько человек осталось, которых мы раньше не видели?

– Это проверят Шон и Пит, – сказал майор.

Он выпрямился над изгородью и покрутил в воздухе шляпой, потом махнул в сторону барака и показал два пальца.

Илья догадался, что таким образом майор общается с ирландцами, которые пока оставались невидимыми. Как он ни вглядывался, ему не удалось ничего рассмотреть за кустами, окружавшими барак. Но спустя несколько минут из-за него показались Шон и Пит. Они собрали оружие, валявшееся под окнами, и подошли к изгороди.

– Они их добили, – сказал Пит. – Обоих.

– Ножом, вот так. – Шон провел ладонью пониже уха.

Фернандо Васкес в ярости ударил прикладом по земле:

– Сукины дети! Рогоносцы! Сами зарезали, а скажут, что мы!

– Какая разница, что еще про нас будут говорить? – Кардосо поправил шляпу и отряхнул сюртук. – Надо собираться.

– Не беспокойтесь, – сказал Рико. – Мануэль уже все собрал. Идите, я тут покараулю.

Илью удивило, как изменился Рико всего за несколько минут. Вроде бы только что он носился, как безумный, громя все на пути, только что кипел от ярости, молотя рукояткой револьвера разбегающихся врагов. Илья все время держался рядом и отстал только тогда, когда пришлось вступить в перестрелку с охранником, засевшим возле ворот. Рико вместе с Кардосо ворвался в замок, и оттуда послышался такой шум, будто виллу штурмовала целая армия. А когда все стихло, он появился во дворе, угрюмый и вялый.

Илья ожидал, что Рико познакомит его со своей невестой. Он просто умирал от любопытства, так хотелось поглядеть на девчонку, из-за которой они устроили натуральный штурм Бастилии. Но Рико постоял во дворе, безучастно наблюдая за суматохой, а потом ушел вместе с Кардосо выкуривать охранников, засевших в бараке. И сейчас равнодушно глядел на опустевшую дорогу.

– Эй, амиго! – Фернандо тряхнул его за плечо. – Ты тут не зевай! Они могут вернуться с подкреплением.

– Я их задержу, – ответил Рико и взвел курок винчестера.

Вернувшись к вилле, Илья увидел, что Мануэль не тратил время даром. Девчонки уже сменили свои платьица на джинсы и рубашки, найденные в комнатах прислуги, и теперь крутились возле лошадей и мулов – затягивали подпруги, навьючивали тюки я корзины. Мануэль стоял на крыльце и покрикивал:

– Живее, живее! Луисита, помоги вон той белоручке, что возится с мулом! Городская, что ли? Кто так накидывает оголовье! Не бойся, не укусит! А если и укусит, невелика беда!

Илья подошел к мулу, который капризно выгибал шею, не давая надеть на себя узду, и крепко обхватил его голову снизу.

– Вот теперь накидывай, – сказал он девушке с уздечкой.

Он мог бы справиться сам, и гораздо быстрее. Но ему хотелось постоять хоть несколько секунд рядом с девушкой. Она казалась ему ослепительно красивой, несмотря на мешковатый наряд и растрепанные волосы. Узкая шейка и по-детски хрупкие ключицы выглядывали из непомерно большой рубахи. Из-под закатанных рукавов белели тонкие запястья.

«Белоручка, – подумал Илья. – Как она выдержит путь через горы? Как она будет продираться в лесу, карабкаться на скалы, спать на голой земле? Эта изнеженная пташка годится только для того, чтоб ее носили на руках и осыпали поцелуями. Как „поцелуи“ по-испански? Забыл. Нет, я просто не знаю таких слов. Мой лексикон нуждается в срочном обновлении».

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Инес. – Она наконец засунула удила в страшную зубастую пасть этого чудовища-мула и быстро отдернула руки. – А тебя?

– Билли.

– Ты не похож на гринго.

– А вот ты похожа. Американки часто ходят в мужской одежде.

Она запахнула ворот.

– Так приказал Мануэль. Думаешь, очень приятно натягивать на себя чужие тряпки?

– Где твоя лошадь? Ты ее оседлала? Ты умеешь ездить верхом?

– Не беспокойся. – Она сердито дернула мула за узду и повела за собой. – Пошли, чего встал!

Видимо, эти слова были адресованы мулу, но Илья тоже послушно зашагал рядом с девушкой.

– Я и не беспокоюсь, – сказал он. – Я просто…

– Сеньор Билли! – закричал Мануэль. – На этого мула грузим ящики с патронами!

Две девушки подтащили к нему пару квадратных зеленых ящиков. Навьючив их на мула, он обернулся к Инес – но ее уже не было рядом.

Фернандо Васкес привстал на стременах, оглянулся и махнул рукой:

– Все за мной! И не разбредаться!

Мануэль щелкнул кнутом, подгоняя медлительных мулов, и нестройная колонна потянулась поперек склона, направляясь в каньон.

Илья и Кирилл ехали последними, прикрывая тыл.

– Кира, мы влипли, – сказал Остерман. – С такой толпой далеко не уйдешь.

– А нам и не надо далеко. Перейдем границу и разбежимся. У них своя дорога, у нас – своя.