Текст книги "Стенка на стенку"

Автор книги: Евгений Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 15

Филат долгим взглядом смерил пленников. Хотя достаточно было посмотреть вполглаза, чтобы понять: пребывание на барже не приносило им радости. Выглядели они очень неважно: у одного лицо от побоев превратилось в сине-красный блин, и через махонькие пухлые щелочки глаз взирали злые черные зрачки. Другой тоже наглотался лиха – сломанный нос распух, на рваной нижней губе запеклась кровь.

Филат напоминал стервятника, высматривающего добычу. Брови слегка дрогнули, губы сжались, еще четче обрисовав упрямый рот. Кажется, он определился и подошел к парню с разбитой губой.

– Как тебя зовут? – голос прозвучал вполне дружелюбно.

– Гера.

– Хорошее имя, – спокойно отозвался Филат, – был у меня друг Гера.

Герман на латыни значит единокровный. Мы с тем Герой действительно были, как братья. Жаль, прирезали его на одной пересылке. С тобой же у нас кровушка разная, потому как стоим мы друг напротив друга. Хочешь жить, Гера?

Цепи на ногах печально звякнули.

– Еще бы.

– Понимаю. У тебя единственный шанс на спасение. Но чтобы чудо произошло, ты должен честно ответить на мои вопросы. Первый… только подумай хорошенько. Гера, прежде чем ответить. Кого ты представляешь?

Взгляд у Геры помутился, лицо скривилось. Видно не хотелось ему колоться, но и перспектива полежать на страшном пыточном ложе его тоже не устраивала.

– Этих людей я не знаю. Мы не встречались. Все задания передавались по телефону. Через посредников. Нам надо было просто выяснить состав руководства ГАО.

Филат удивленно поднял брови:

– Состав руководства? Это что же, такая страшная тайна? А разве начальники государственного акционерного общества «Балтийский торговый флот» – засекреченные люди? Да в многотиражке «Балтийское пароходство» можно узнать фамилию генерального директора, и замгенерального директора, и замзама генерального директора! Ты мне, Гера, яйца не крути! Боюсь, разговор у нас с тобой не получается. Повторяю мой вопрос: на кого ты работаешь?

– Не имею понятия. Гадом буду – не знаю!

– Хорошо. Кто посредники?

– Их я тоже не знаю, связь держали по телефону!

– И кто же с тобой расплачивался за работу?

– Они же.

– Интересная ситуация. Ну прямо как в сказке: иди туда, не знаю куда, возьми то, не знаю что. Ты, видно, меня держишь за мудачка – или не очень дорожишь своей жизнью. Может, ты не знаешь, сколько тебе лет?

– Двадцать пять.

– Женат? Дети?

– У меня пацан растет.

Филату показалось, что голос Геры на этих словах немного дрогнул.

– Видишь, как нескладно получается. Мы тебя голо вой в воду, а твой пацан даже не узнает, где папина могилка. Неужели тебе охота умирать за чьи-то интересы?

В лице Геры что-то переменилось.

– А может быть, за собственные интересы, – голос Геры зазвучал жестко. И из лопнувшей губы на воротник рубашки брызнула кровь. – На себе я уже давно крест поставил, но если они узнают, что я раскололся, – так прирежут жену с сыном.

– Вот как ты разговорился! Здорово же тебя напугали.

– Не напугали, просто я знаю здешние порядки.

Филат разозлился. Упрямый Гера начинал его раздражать.

– Ни хера ты не знаешь! Кроме здешних порядков есть еще и московские порядки – которые мне ближе! И по нашим московским порядкам, Гера, тебе в этой жизни уже ничего не словить!

Пленник печально взглянул на Филата:

– Значит, судьба такая. От судьбы не убежишь.

– Ладно, тогда второй вопрос, Гера. Пускай ты не знаешь людей, которые давали тебе указания, – назови места встреч с посредниками!

– Не знаю! Я все сказал, мне добавить нечего! – Гера набычился и закрыл глаза. Видно, он уже принял решение и сделал свой выбор. Филат перевел взгляд на второго. Тот отвел глаза и смотрел в пол. Губы его дрожали. Красный медленно подошел к железному истукану и похлопал рукой по одному из стальных обручей, образовывавших тело «бабы».

Поймав взгляд хозяина, «боцман» втолкнул пленного в железную клеть".

Неожиданно она с лязгом сомкнула крепкие объятия. Парень пронзительно вскрикнул, ужаленный множеством ощетинившихся шипов. А «баба» неумолимо вбирала его в себя все глубже, пока наконец не сомкнулась вовсе.

Красный, держа ручку на рычаге, повернулся к другому пленнику и поинтересовался:

– Знаешь, что бывает с упрямыми людьми? – Он надавил на рычаг. Где-то под ногами послышался глухой скрежет – сработал какой-то дьявольский механизм.

В следующую секунду «баба» раскрылась, и окровавленное тело Геры провалилось в разверзшуюся дыру в полу.

– Погрузка завершена, – хмыкнул Красный. – Через пару деньков твоего неразговорчивого товарища можно будет отправить рыбкам на прокорм. Ну что, Филат, может этого на деревянной койке растянем? Проверим механизмы?

Московский гость покачал головой:

– Не надо, Красный, думаю, этот будет более сговорчивым. Итак, первый мой вопрос, как тебя зовут?

– Семен.

– Семен? – Филат выглядел несколько озадаченным. – Какие неожиданные кренделя подкидывает мне судьба. Именно так звали моего крестного. Славный был мужик, в люди меня вывел. Если бы не его опека, то пришлось бы мне лиха похлебать, а я сейчас, спасибо ему, эполеты на плечах имею. Но вот только и тут некоторая заминка: нет больше незабвенного Семена. Уже третий год пошел, как в сырую землю закопали. Ну а ты, Семен, как долго собираешься жить?

Парень не выглядел испуганным – может, он тоже, как Гера, уже распрощался с жизнью?

– Сколько позволит судьба.

– Может, оно и к лучшему. Так вот, твоя судьба находится в твоих руках.

Или ты расскажешь все, что знаешь, и уйдешь отсюда на все четыре стороны, или можешь сыграть в партизана – разделишь участь Зои Космодемьянской.

– Хорошо. Я скажу, что знаю. Но где гарантия того, что вы не отправите меня вслед за Герой?

– Гарантией будет магнитофонная кассета с записью твоей исповеди. Если она попадет к тому, на кого ты работаешь, так тебя подвесят за яйца. Но, думаю, этого не случится – кассета будет лежать у меня в надежном месте до тех самых пор, пока ты будешь на меня работать.

– Боцман, займись магнитофоном! – крикнул Красный.

– А все готово, – отозвался тот. В руке у него уже болтался кассетник «Шарп». Боцман нажал на кнопку, и кассета медленно завертелась.

– Ну, колись, браток, – улыбнулся Филат. На лбу у Семена выступили капли пота и быстро стекали тоненькими струйками по переносице и щекам.

– Однако, я смотрю, пауза затягивается, – печально заметил Филат. – Мне это не нравится. Боцман, прижми-ка нашему герою пальцы щипчиками.

– Не надо, я все скажу. – встрепенулся Семен. – Спрашивайте!

– Кто стоит за тобой?

– Гера не соврал – я их не видел ни разу. Они нигде не засвечиваются.

Предпочитают действовать через цепочку посредников. Мне известно только, что это очень влиятельные люди.

* * *

В центральном офисе ГАО «Балторгфлот» Семен с Германом появились дважды.

Задание у них было несложное. Одному из них, пока второй стоял на стреме, нужно было застать заместителя генерального директора в кабинете и предложить за сто тысяч долларов внести кое-какие изменения в список участников предстоящего тендера.

– И все? – изумился Филат.

– Все, – подтвердил Семен.

– И какие же изменения?

– О конкретной просьбе нам должны были сказать потом. Для начала нужно было просто подкатиться к нему. Но мы не успели… – Семен мотнул головой в сторону Красного, давая понять, что их замели в самый разгар операции.

И все же Филату все это было непонятно. Зачем подать каких-то хмырей в офис ГАО, неужели нельзя было обработать руководство иным, более надежным способом?

– Так кто вас туда направил? – строго спросил Филат.

Семен помолчал секунд десять, видно, собираясь с мыслями, и протянул:

– Кеша. Он назвался просто Кеша. Это посредник. Общались по телефону. Но я знаю, где он живет.

– Да что ты! – обрадовался Красный. – Это уж кое-что! И что это за Кеша?

– Может, кликуха, может, настоящее имя. Фамилии не знаю, – заторопился Семен, – Как вы стали на него работать?

– В армии я с Герой служил в одном взводе, здесь, под Питером. Есть там одна секретная база ВДВ. Все два года мы занимались рукопашным боем и учились диверсионной работе. Вроде нас хотели использовать в горячих точках. А кто-то говорил, что нас готовили для каких-то тайных операций. В общем, два года прошли в ожидании. Иногда приходили «покупатели» и отбирали кого-нибудь из нас.

– Ближе к делу. Все это меня не интересует. Как ты попал к этому Кеше?

– За два месяца до окончания службы к нам в часть приехал парень лет тридцати. Уже одно то, что он попал на территорию части, говорило, что у него сильные покровители. Он подвалил на шикарной иномарке. Начштаба бегал вокруг него как собачка, разве что жопу не лизал. Парень назвался представителем «Росснабвооружения» и сказал, что ему нужны люди, которые готовы работать у него после демобилизации. У нас с Германом не было особых планов, поэтому мы к нему в списочек записались! – Семен сглотнул слюну. – Но потом мы его больше не видели… Через полгода после дембеля, когда мы уж и думать про него забыли, мне позвонил Кеша, напомнил о том хмыре… Звали его… – Семен нахмурился, припоминая, – то ли Антон, то ли Андрей. Он визитку оставил – там фамилия была какая-то простая, вроде Кузнецов, но он сразу сказал, что фамилия липовая и чтоб мы не забивали себе голову Главное, говорит, телефон для связи.

– И что за телефон? – перебил Филат.

– Тоже липа оказалась, – горестно заметил Семен. – Я по нему как-то раз звонил – оказался коммутатор какой-то коммерческой фирмы. А Кеша оставил телефон уже не липовый.

– Ты спрашивал у него про того Антона-Андрея? – настаивал Филат. Он и сам пока не понимал, зачем он так настойчиво выпытывает у Семена про представителя «Росснабвооружения», но ему казалось, что это очень интересная зацепка.

– Спрашивал. Но Кеша сказал: забудь про него. Теперь твои дела к нему никакого отношения не имеют.

– И что за дела?

Пленник пошевелил деревянными колодками, точно хотел высвободить руки.

– Всякие. Взрывные дела. Платил хорошо.

– Кого взрывали? – заинтересовался Красный. – И где?

– Тут, в Питере. В порту. Прогулочный теплоход «Paдуга»…

– … твою мать! – заревел Красный. – Так это вы мне песню испортили?

Представляешь, Филат, в прошлом году у нас тут одни энтузиасты организовали круизную турфирмочку для иностранцев, только я собрался взять ее под свое крыло, как они лишились своего единственного транспортного средства! Они на этой самой «Радуге» собрались интуристов возить по Неве…

– Погоди, Красный, сейчас не об этом речь! – Филат поднял руку. – Ну, а еще какие подвиги на вашем счету были?

– Пару раз на оптовых рынках в области фейерверк устраивали, на таможенном терминале пожар… Еще по мелочи кое-что…

– Ну-ну! – помотал головой Красный. – Хотел бы я на твоего хозяина поглядеть хоть одним глазком – что за птица такая? Я про эти дела все знаю, – заметил он Филату, – да вот только так и не выяснил, кто это химичил. Сразу видно: конспирация!

– И как часто с тобой связывается Кеша? – продолжал вопрос Филат.

– Раз в неделю. Иногда он пропадает целыми неделями, но деньги в конце месяца платит исправно.

– Вы где-нибудь еще работали? Парень отрицательно покачал головой.

– Абсолютно нигде. Это было главным условием нашего контракта – никаких дел на стороне! Кеша объяснял это тем, что в любой момент нас могут отправить на дело подальше от Питера.

– За рубеж были командировки?

Опять в комнате установилась зловещая тишина.

– Отвечай погромче, – глухо произнес Филат, – что-то я не расслышал.

– Бывало, – прошелестели губы Семена.

– Какого плана задания? – выжимал Филат из парня информацию, как зубную пасту из тюбика.

– Наша работа за рубежом мало отличалась от той, что мы делали в Питере.

Магнитофонная лента бесстрастно фиксировала каждое произнесенное слово.

Филат протянул руку и нажал на кнопку – магнитофон мгновенно отключился.

– Интересные вещи ты нам порассказал. Так, значит, на флот претендует «Росснабвооружение»?

– Кто его знает, – покачал головой Семен. – Не исключено, может, кто-то из «Росснабвооружения» разжился солидными деньгами и решил прикупить «Балторгфлот». Только ведь такие сделки без поддержки на самом верху не делаются.

– Молодец! Верно мыслишь! Что делать с ним, Красный? – Филат посмотрел на смотрящего. Красный поморщился:

– Я бы его для порядка отправил вслед за Герой. Больно болтлив!

Филат усмехнулся, глядя на побледневшее лицо бывшего десантника.

– А как же Кеша?

– Ну, уж этого Кешу мы и без него вычислим. Доберемся! – хвастливо заявил хозяин Санкт-Петербурга.

– Не доберетесь – я вам нужен, – сглотнул слюну Семен. – Он мне как раз должен позвонить завтра. Без меня вы на него не выйдете!

– Хорошо, – решил Филат. – Красный, пусть с него снимут эти цепки, а то у парня руки закаменели! – Он подошел к магнитофону и, надавив пальцем на клавишу, извлек кассету с записью и сунул ее во внутренний карман куртки.

На поясе «боцмана» болталось с полдюжины разнообразных отмычек. Деловито брякнув тяжелой связкой, морячок извлек нужный ключ. Поколдовав немного над цепями и вполголоса матерясь, он подарил Семену вожделенную свободу.

– Что собираетесь со мной делать? – спросил пленник, потирая затекшие запястья. Сейчас его голос немного окреп. Но даже неискушенный наблюдатель заметил бы, что он доверяет Филату не больше, чем овца волку-вегетарианцу.

– Ничего, – ухмыльнулся Филат. – Живи пока. – Он обернулся к Красному. – Надо бы раздобыть ему входящий прикид. Да кровь с рожи смыть. Не возвращаться же ему в Питер в таком виде.

– Это ты в точку, Филат, – охотно согласился Красный. – 4ы ему не только прикид найдем, но еще и морду пудрой посыплем – чтобы синяки не так заметны были.

– Что вы от меня хотите? – продолжал повеселевший Семен.

– Деловой вопрос. Вот так бы сразу, Семен. – В голосе Филата невозможно было услышать даже намека на иронию. – Ты покажешь нам, где живет Кеша. А уж мы найдем, что ему сказать.

Филат выглядел равнодушным. Ему в самом деле было все равно, как поступить с пленником: одинаково легко он готов был швырнуть его в объятия «железной бабы» или под стволом скорострельных пистолетов отправить на задушевную встречу к таинственному Кеше.

– Выбор невелик, – Семен тронул разбитую скулу. – А если ваша встреча с ним состоится, где гарантия того, что я останусь в живых?

– Гарантий на свете не бывает. Только надежда! На нее и уповай.

Глава 16

Семен не артачился. Он спокойно согласился со всеми инструкциями Филата.

Уже в джипе Филат напомнил ему:

– Твоя задача – выманить его из дома под любым предлогом, а то, что произойдет дальше, тебя не касается.

– Что мне потом делать?

– Отвали от него метра на три. Но предупреждаю: не вздумай шутки шутить.

Если выкинешь фортель – получишь пулю в затылок. Уразумел?

Вымученная улыбка, застывшая на лице Семена, ясно давала понять, что он еще не позабыл о своем приключении на ржавой барже.

– Уразумел, – охотно согласился Семен и неверной рукой поправил просторную застиранную рубаху, доставшуюся ему из гардероба «боцмана».

* * *

Кеша жил на Малом проспекте Васильевского острова, в небольшом пятиэтажном доме, разукрашенном так же пестро, как голландский штандарт. Со стороны могло показаться, что стоит задуть ветру с моря – дом воспарит над шпилем Петропавловского собора.

– Вот здесь, – Семен показал на средний подъезд, возле которого на узкой лавочке сидел парень в футболке и глазел на прохожих.

Мазнув взглядом по черному красавцу-джипу с московскими номерами, он мгновенно потерял всякий интерес к дорогой тачке и перевел взгляд на сверкающий шпиль Петропавловки.

– Ты все понял? – в который раз предупредил Филат. – Шаг в сторону – пуля в затылок. Ступай!

Семен болезненно поморщился, будто почувствовал, как в череп вошла свинцовая плюха. Он распахнул дверь и спрыгнул на асфальт. Следом, отставая всего лишь на шаг, вышел Данила. Руки в карманах, вид беспечный. Но Филат знал: в случае опасности Данила начнет палить из двух стволов, не вынимая рук.

Сам он достал рацию и негромко произнес:

– Красный на стреме!

В ответ раздалось:

– Понял!

Через несколько секунд к подъезду подкатили две машины с затемненными стеклами – белая «девятка» и синий «опель». В каждом сидели четыре бойца – на всякий случай. При «всяком случае» парни были готовы открыть шквальный огонь из автоматов. Третья машина остановилась у противоположного торца дома, куда выходили окна Кешиной квартиры. Гвардия Красного расположилась боевым порядком.

Квартира Кеши располагалась на третьем этаже – сразу напротив лестницы.

Ничего особенного – металлическая дверь, обитая кожей. Скорее всего, за дверью располагалась обычная двухкомнатная квартира, куда Кеша мог без опаски пригласить девчонку для приятного времяпровождения.

– Позвони! – шепнул Данила, ощутив пальцами прохладную рукоять пистолета.

– Я же говорил, – нервно зашептал Семен. – Мы никогда к нему не заходили. Еще неизвестно, как он воспримет мое появление.

Филат свирепо ткнул стволом Семену в бок и процедил:

– Парень, ты, видно, чего-то недопонимаешь. Ты остался в живых только благодаря моей милости.

В глазах Семена блеснул страх. Не сказав ни слова, он нажал кнопку звонка. Раздалась мелодичная трель. Прошла минута, другая. Тишина. Парень вопросительно посмотрел на Филата. В ответ тот ввинтил ствол под ребра. Вновь раздался звонок, более настойчивый.

– Возможно, у него не одна квартира, – извиняющимся тоном произнес Семен. – Если бы он был дома, то отозвался бы.

Филат осмотрел дверь. Странно, судя по внешнему виду, даже на сигнализации не стоит.

– Стой и не рыпайся! – приказал Филат. В левом кармане у него лежали три небольшие отмычки, каждой из них можно было отомкнуть не менее полусотни замков. С их помощью можно, наверное, отпереть и этот. Возня с замком отнимет не менее пяти-десяти минут. На площадке были еще две квартиры – глазки были направлены прямо на их лица. Придется рискнуть. Филат достал пластилин и залепил окуляры.

Филат любил баловаться с замками. Этот был из самых простых. Отверстие для ключа круглое, не шире двухсотдюймового гвоздя, чуть махонькая насечка – в ней-то весь секрет.

Тут можно взять длинную отмычку с крохотным крючком на конце и с неглубокими надрезами в середине. Осторожно, стараясь прочувствовать малейшую впадинку прорези, Филат просунул отмычку. Слегка повертел. Ага, чуть-чуть зацепилось. Он нажал немного и почувствовал, как щелкнула личинка. Однако дверь не поддавалась – оставался запор. Еще одно усилие – опять не то. По привычке Филат похлопал себя по карданам, пытаясь отыскать трубку и тут же мысленно выругался – не самое удачное время, чтобы раскуривать табачок. У этого замка была какая-то особенная хитрость, но вот в чем она заключалась, он понять мог.

Филат был уверен, что уже отомкнул замок.

Ах, конечно, ну как он мог проморгать! Этот замок был двойного действия; у самой макушки находилось еще одно отверстие шириной со спичку. Он достал булавку и сунул ее внутрь, после чего слегка повернул. Дверь дернулась вперед, издав негромкий мелодичный звук – еще один сюрприз для непрошеных визитеров, Внутри оказалась вторая, деревянная, дверь, снабженная парой английских замков.

Ну уж с этими серийными запорами иметь дело одно удовольствие: раскрываются, едва к ним притронутся умелые руки. Оба замка Филат открыл ровно за полминуты.

– Ну, что встал, Семен? – процедил сквозь зубы Филат. – В комнату шагай!

А ты тут покарауль, – бросил оно через плечо Даниле.

Едва Семен распахнул дверь, как в лицо им обоим ударил смрад гнилого мяса. Вонь была настолько сильной, что Филат невольно закрыл рот рукавом и отступил на шаг.

– Крепко провоняло, – выдохнул он, поморщившись. В квартире царил идеальный порядок: на полках книги рядком, два кресла, торшер в виде огромной вазы; платяной шкаф из карельской березы. В таком порядке хозяин оставляет дом, когда уезжает надолго… Но вот только, судя по тяжелому запаху гниения, командировочка вышла куда более дальняя, чем предполагалось.

Семен прошелся по комнате и вдруг замер у окна, глядя за шкаф.

– Он здесь! За шкафом… Это Кеша.

Теперь понятно, почему Филат не разглядел его сразу. В мягком низком кресле сидел хозяин квартиры. Тело Кеши было покрыто желтым покрывалом, из под которого торчали худые ноги в носках ядовито-зеленого цвета.

Преодолев брезгливость, Филат приблизился и двумя пальцами приподнял покрывало. Даже жмурик, покоящийся на мраморном столе в морге, выглядит куда более живым, чем эта полуразложившийся труп…

– Ну и несет от него, – морщась пробормотал Филат. В самой середине лба виднелось небольшое отверстие с темными пороховыми опалинами вокруг. Не оставалось никаких сомнений, что стреляли почти в упор – и сделал это человек, которому Кеша доверял. Иначе как тогда убийца сумел преодолеть двойную дверь?

– И кто же это его уделал? – Филат перевел взгляд на Семена, который столбом стоял посреди комнаты.

– Понятия не имею… Похоже, кто-то из своих…

– И кто же?

– Не знаю. Я вообще о нем мало что знал. В комнате не было ни одной фотографии и вообще ничего такого, за что можно было бы зацепиться. Покойник, судя по скромной обстановке, вел аскетический образ жизни. Пустых бутылок тоже не наблюдалось. Филат достал из кармана тонкие кожаные перчатки: он как будто предвидел подобную ситуацию, а потому позаботился о перчатках заранее, – и уверенно натянул их на руки. Открыл шкаф – ничего, кроме стопки аккуратно уложенного постельного белья. В другой половине шкафа висело три модных костюма, пара рубашек, джинсовая куртка. Негусто.

Он прошелся по комнате, осмотрел все углы, журнальный столик, телевизор.

Заглянул на кухню – ничего, открыл дверь ванной – ничего. Он выдвинул все ящики в кухонном столе, перерыл все вверх дном в платяном шкафу – надеялся найти записную книжку. Но квартира оказалась абсолютно пустой. Будто тут вообще никто не жил постоянно. Разумеется, не нашел он никаких документов убитого. Либо он сам ничего не держал здесь, либо убийца тщательно подчистил все за собой.

И все– таки квартиру не хотелось покидать просто так. Что-то неосознанное, на уровне подсознания, подсказывало ему, где следует покопаться.

Филат подошел к книжному стеллажу и взял один из томов. Чехов! Оказывается, Кеша любил почитывать русскую классику. Полистав книгу, Филат аккуратно поставил ее на место.

Запиликал сотовый телефон. Филат нажал на кнопку приема и коротко бросил:

– Слушаю!

На фоне слабого хрипа раздался бодрый голос Красного.

– В чем дело, Филат? Что там, пузырь давишь с клиентом?

– Да нет, если бы. Хозяин квартиры уже покрылся трупными пятнами.

– Грохнули?

– И очень аккуратно. Пледом прикрыли, чтобы не замерз. Похоже, это все не случайно.

– Ну тогда сваливай! Не хрена светиться без толку Филат не отходил от книг.

– Спущусь минут через пять. Тут еще кое-что надо посмотреть.

– Ладно, но не больше! Как бы бдительнее соседи ментов не вызвали – херово, если вас там засекут!

Филат представил, с каким напряженным ожиданием Красный разглядывает окно на третьем этаже.

Следующей книгой было «Преступление и наказание» Достоевского. На обложке был изображен хмырь в студенческой шинели: пряча топор под полу шинели, он боязливо озирался. Разносторонние литературные вкусы у покойника, ничего не скажешь. Полистав книгу, Филат не обнаружил ничего интересного и уже хотел было поставить том на место, как вдруг из середины выпал махонький листок, покружился в воздухе и упал прямо к ногам Кеши.

– Подними, – приказал Филат.

Отвращение на лице Семена увеличивалось по мере того, как его рука приближалась к ногам покойника. Филату даже показалось, что еще мгновение – и он извергнет на ярко-зеленые носки зловонную блевотину.

– Дай-ка!

На клочке бумаги были написаны какие-то цифры напротив – несколько кривоватых букв. «Номера телефонов», – осенило Филата.

– Посмотри внимательно, не знакомы тебе эти номера? – прикрикнул Филат.

Семен поглядел на цифры, потом отрицательно по качал головой.

– Понятия не имею!

– Ладно, иди вперед, – отобрал Филат бумагу и аккуратно вчетверо сложил ее. Он не мог отделаться от ощущения, что в этих телефончиках скрыта важная тайна.

Вышли на площадку. Рома Филатов осторожно прикрыл за собой дверь.

Окуляры дверных глазков по-прежнему были заляпаны. Никого. Сверху тихо спустился Данила.

Неторопливо, с уверенностью людей, не раз ходивших по этой лестнице, они спустились на первый этаж. Через приоткрытую входную дверь Филат увидел сидящего парня в футболке, который никак не мог выйти из состояния глубокой задумчивости.

Джип стоял на том же месте. Не озираясь, Филат двинулся прямо к распахнутой дверце. Следом, отстав на пару шагов, шел Семен. За ним – Данила.

Своим обреченным видом Семен напоминал губастого телка, которого недобрый хозяин ведет на бойню.

…Сначала Филат услышал за спиной чей-то возглас. Потом увидел, как перекосилось лицо Данилы. И больше инстинктивно, чем осознанно, бросился под прибытие джипа, одним движением вырвав из-за пояса пистолет. Уже в падении Филат услышал пистолетный ветрел и успел заметить, как тело Семена надломилось и он повалился на асфальт. По проспекту на огромной скорости помчался мотоцикл с двумя седоками в черной коже. Тот, что сидел сзади, держал в вытянутой руке пистолет. Одну за другой он всадил три или четыре пули в лежащего Семена.

Вскочив на ноги, Филат инстинктивно бросился вдогонку мотоциклу, крепко сжав рукоятку «вальтера» обеими руками. Он почувствовал как напряглись плечевые мышцы. Прищурив левый глаз, он поймал удаляющуюся цель – темную кожаную куртку, в самой середине которой четко вырисовывалась рожица какого-то загадочного зверя. Эту стальную игрушку Филат подбирал под себя: рукоять как будто была создана для его ладони, вес пистолета идеально подходил к массе его тела, даже пули как будто были отлиты с поправкой на его конституцию. Он настолько хорошо знал свой «вальтер», что стрелял из него почти не целясь. Филат почувствовал, что правый локоть провалился куда-то в пустоту, но не обратил на неудобство внимания. Указательный палец прижался к спусковому крючку и мягко надавил…

Прогремел выстрел. И еще. Тело пассажира дернулось, ствол, выпав из его руки, отлетел к тротуару. Мотоцикл сильно вильнул, едва не зацепив встречный автобус, и скрылся за поворотом.

Поразмыслив секунду, Филат решил Семеном не заниматься и в два прыжка достиг джипа.

– Быстрей! – Он запрыгнул в салон. – Повернешь направо, а там через соседнюю улицу вырулишь к набережной!

Машина, рванувшись с места, визгнула резиной, оставив на асфальте двойной черный след, и, вскарабкавшись на бордюр, проворно юркнула в ближайшую подворотню. Джип лихо запрыгал на колдобинах. Впереди, метрах в ста, черной прорехой зиял выезд на оживленную улицу, где запросто можно было затеряться в потоке машин. Разворачиваясь, джип задел бампером громоздкий мусорный бак, который опрокинулся и вывалил на асфальт все свои смрадные потроха. Впереди показался аккуратный четырехугольник детской площадки с песочницей в середине.

Широкие колеса с легкостью подмяли ее деревянные борта, с громким треском расщепив их.

Филат глянул в боковое зеркало и увидел, как в крохотный двор, включив сирену, въехал милицейский «уазик». Неужели влипли.

– Газу прибавь! – крикнул Филат, понимая, что подобное указание было излишним.

Глеб, почуяв азарт, гнал джип прямо в створ арки. Интуитивно он понимал, что «шевроле» пройдет сквозь каменный лаз впритирку. На подобный подвиг способны были только водители экстра-класса, а милицейский «уазик» наверняка затормозит перед аркой и потеряет драгоценные секунды. За это время джип на широком проспекте сумеет не только затеряться в потоке автомобилей, но и поменять засветившиеся номера где-нибудь в авторемонтной мастерской в каменных лабиринтах Васильевского острова.

Когда они вырвались из подворотни на улицу, Филат понял, что погоня безнадежно отстала.