Текст книги "Капкан для Бурого (СИ)"

Автор книги: Эвелина Шегай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 9

Неудачная рыбалка

Нечто тёплое и влажное дотронулось до её щиколотки, оставляя после себя ощущение прохлады на коже. Чуть позже прикосновение повторилось, но выше – почти у колена.

Сонно приоткрыв глаза, Дьяна увидела стоявшего у неё в ногах медведя, наполовину забравшегося в палатку.

– Ты чего? Рань же несусветная, – пожаловалась она, опрокидывая голову обратно на подушку, и почувствовала, как он снова провёл шелковистым языком, добравшись уже до середины бедра. Что этот плюшевый засранец себе позволяет⁈ Нет, так дело не пойдёт, надо его тормозить. – Ладно, ладно, встаю! Хватит меня слюнявить.

Выбравшись на улицу, где только начал выползать бледно-жёлтый диск солнца из-за горизонта, Дьяна умылась прохладной водой. А хотелось тёпленькой. И вообще, она ужасно соскучилась по ванной или хотя бы обычной душевой кабине. Вот бы помыться полностью, а не отдельными кусочками. Ещё ведь и момент приходилось подгадывать, чтобы лишних глаз поблизости не оказалось.

Косолапый еле дождался, пока Дьяна глотнёт кофе с бутербродом и тут же куда-то её потащил. Они пробирались через кусты и скакали по кочкам. Долго. Часа три, если не больше. И всё для того, чтобы выйти к участку реки с мелководьем, на дне которого можно было рассмотреть проносившуюся красноспинную нерку. Точно, нерест лосося начинался же в июне, получается, сейчас тут самая вкусная рыба водилась: жирная, с лопающимися от икры брюхами.

Хоть морды медведей и не отличались богатой мимикой, но она могла поклясться, что разглядела у Яробора даже в зверином обличии широкую, радостную улыбку. Он с таким довольным видом резвился в реке, что к нему даже захотелось присоединиться. Но лишь слегка помочив ноги, Дьяна передумала.

Водица чересчур прохладная, явно с течением из северного океана. Да и плавать среди остатков дохлой нерки не особо прельщало. Даже стоя на берегу, она прекрасно ощущала, как там чудесно благоухало. Это в обороте всё чувствуешь иначе, мир ярче и многограннее. То, что человеком воспринимается как «противное», для зверя – вполне «естественное и привычное». Вот Яробор и трескал за обе щеки сырую рыбу. Аж глаза от удовольствия щурил.

– Можешь мне тоже парочку поймать? – попросила Дьяна, будучи не против на обед или ужин зажарить свежевыловленного лосося. Слюнки потекли об одной мысли, как будут лопаться солёные икринки на языке. Вот только противный медведь посмотрел на неё взглядом «сама лови» и впился зубами прямо в брюхо извивающейся у него в лапах рыбины. – Серьёзно? Предлагаешь мне в половинчатую перекинуться только за тем, чтобы иметь возможность красной рыбки поесть? Да какая из тебя тумбочка шерстяная? Титька тараканья, вот кто ты!

Бедняга от неожиданности аж рыбиной подавился, вытаращившись на неё.

– Я и не так умею обзываться, если меня с едой обделять! – заверила она и, скинув босоножки, снова попробовала зайти в реку. Как вода может быть настолько ледяной посреди лета? Издевательство какое-то. А косолапый сидит спокойно на пятой точке, как будто на горячих источниках отдыхает. – Ты там жопку ещё не отморозил?

Шумно фыркнув, Яробор ударил лапой по воде. Разлетевшиеся по сторонам брызги достали даже до неё, окатив по пояс. Не ожидая от него такой подлой подставы, Дьяна слегка взвизгнула, смутилась и рассмеялась. И странным образом почувствовала себя лучше. Потихоньку тело словно привыкало к прохладе, и вода даже стала казаться приятной. Вполне комфортной по температуре.

Там, где он сидел, ей доставало до середины бедра, и это был практически центр узкого перешейка. Уже через десяток метров мелководье резко заканчивалось, и дальше река шла вниз под крутым уклоном, где стремительно расширялась.

– Я вчера перед сном думала о твоей несправедливо оборвавшейся карьере в спорте, – мягко начала она, заходя на очередной круг уговоров вернуться в человеческую форму. – И то, что с тобой сделали в этом смысле – жутко несправедливо. Столько идти, идти к цели, и так и не дойти до неё. Очень грустно. У тебя есть все основания злиться и творить мелкие глупости, раздражающие родственников. Вот только конкретно эта глупость затянулась, понимаешь, Яробор? – Дьяна встретилась с ним глазами и с доброжелательной улыбкой разъяснила: – Жизнь ведь не кончается, если одна из целей внезапно оказывается недостижимой. Всегда можно сменить курс и двинуться в иную степь. Меня тоже помотало, прежде чем я нашла своё признание, и благодаря ему сейчас стою здесь перед тобой.

Потапыч резко поднялся на лапы. А она в ответ на это безобидное, по сути, действие дёрнулась в сторону, словно её тут кто-то топить собрался. Глупость, конечно. Но тело частенько вперёд мозгов реагирует. И что закономерно для подобных случаев, всё заканчивается феерическим коллапсом.

Вот и сейчас её пятка опустилась на плоский и склизкий камень, отчего нога против воли продолжила движение вбок. Руки же испуганно замахали, не то пытаясь взлететь, не то сохранить стремительно ускользающее равновесие. Но ничего не помогло. Дьяна плюхнулась в воду. Села на задницу, притом со смертельным исходом для одной из ещё более неудачливых нерок.

– Ядрёна вошь, – жалобно прохныкала она. – Теперь я ещё и рыбой вонять буду.

Глава 10

Мужик под шкурой зверя

Он непонимающе смотрел на жопастую дурёху и безрезультатно пытался вычислить, из-за чего она нюни распустила. Ну подумаешь, подмочила малость свой шикарный зад. В чём тут великая трагедия? Не растает же он от речной воды. А если растает, то Яр гораздо сильнее расстроится. Он ведь даже пощупать его не успел.

Наверное, совсем умаялась куколка за последние дни. Столько приключений далеко не каждая вынесет, а эта вон, долго держалась. И с деревьев летала, и от паринусов отбивалась. Есть в ней искра. Огонёк, который ему нравился. Ещё и красивенькая ведь чертовка: выразительные серые глаза, чувственные, полные губы, каштановые волосы, точно жидкий шёлк, тянущийся до поясницы, смуглая кожа бронзового оттенка без веснушек. Ей даже краситься было не обязательно, чтобы выглядеть эффектно. О таких чёрных от природы ресницах и бровях его старшая сестра могла только мечтать.

Приблизившись к Демьяне, Яр ласково лизнул её солёную щёку, пытаясь утешить. Но она скривилась и ещё сильнее раскапризничалась, продолжая что-то гундосить про вонючую рыбу. И до него, наконец-то, дошло, из-за чего дурёху перемкнуло. Поэтому он ткнул её в плечо носом и мотнул головой, тем самым приказывая идти за собой.

Демьяна не сразу отреагировала, сначала принялась что-то шарить под водой, а потом поднялась, держа в руках приличных размеров нерку, не подающую признаков жизни. И когда только поймать успела?

– Не пропадать же добру, – шмыгнула она маленьким тонким носом. – Зажарю.

Зачарованно разглядывая мокрую куколку, вышедшую на берег, Яр признал, что так извращённо над ним ещё не издевались. Он и без того видел, что у неё фигурка была в его вкусе, но сейчас, когда белая, ничего не скрывающая майка прилипла к тяжёлым, наливным грудям, гипнотически колыхающемся при каждом шаге, а синие шорты просвечивали тонкую полоску нижнего белья на округлых ягодицах, пытка набирала обороты. Где паскудные морды только нашли эту конфетку? И как удержаться, чтобы не слопать её, когда она вся такая аппетитная?

– Ты чего застыл? Мы куда-то идём? – спросила Демьяна уже привычным голосом.

Ему нравилось, что она не зацикливалась на своих переживаниях. Даже если и давала слабину, то быстро брала себя в руки. И умудрялась при всей твёрдости характера оставаться достаточно мягкой и женственной, что говорило об изворотливости ума. На подобные фокусы далеко не каждая девка способна. Чаще встречались мужиковатые хабалки, вроде его сестры, и любительницы заевших пластинок: посмотри, купи, хочу, дай, – везде всё одно и то же с оплатой дорогих подарков в виде однообразного секса. Даже отдавались, как под копирку. Никакого индивидуального подхода.

Однако жопастенькая дурёха совсем другая. С ней интересно. Волнительно. Таких у него ещё не было.

Яр повёл её обходным путём в лагерь, чтобы показать дорогу к озеру, где можно было искупаться. Но так было в два раза дольше идти. Где-то на половине стало заметно, что его куколка устала. Она, конечно, не подавала виду, шла и шла себе вперёд, но пышные бёдра уже не так эффектно покачивались. Поэтому он резко остановился и завалился на бок.

– Хочешь сделать перерыв? – Демьяна присела рядом на корточки и почухала ему живот, как какой-то псине. Частенько вела себя так, будто забывала, что под шкурой медведя сидел мужик. – Вот же засоня лесная. Любишь ты поваляться.

Приподняв заднюю лапу, Яр дал понять, где его лучше почесать, но, увы, сработало не совсем так, как хотелось бы. Куколка обворожительно улыбнулась, демонстрируя ряд ровных белых зубов, и легонько стукнула ему пальцем по носу. Ей бы на обложке журнала красоваться, а не по лесам шлындать и искать на сочную жопку приключения.

– Надо же, ты так быстро высох, – изумлённо подметила она, щекотно ощупывая его заднюю лапу. А потом бросила очередную двусмысленность с самым невинным видом: – Не против, если я и сегодня буду сверху?

Вот же маленькая провокаторша. Доиграется, однажды Яр не выдержит и перекинется, чтобы заделать ей медвежонка. И так шары уже гудели от дикого желания её поиметь.

Как обычно, не дожидаясь от него никакой реакции, Демьяна забралась и легла сверху. Совершенно бесцеремонно, словно имела на то право. Но, ему нравилось, когда она так делала. Особенно, когда растягивалась на животе с блаженным видом. Да и вообще Яру многое нравилось из того, что делала соблазнительная дурёха, и это потихоньку начинало превращаться в серьёзную проблему, потому как он слишком наслаждался происходящим. Ещё даже недели не прошло, а Яр прям как-то прикипел к жопастенькой. И ладно, если бы местом исключительно ниже пояса, но нет, коварная девчонка в сердце продраться пыталась. Ему уже становилось неприятно от мысли, что она скоро наиграется в спасителя и свалит обратно в город. А что будет ещё через тройку дней? Скорее всего, он попросту не захочет её отпускать.

– Почему ты разорвал свою помолвку с невестой после поражения в чемпионате? – неожиданно спросила Демьяна, перебирая между пальцами длинные волоски шерсти на его груди. – Потому что разочаровался в себе и посчитал, что недостоин брака?..

Нет, потому что застал эту суку, резво скачущей на лучшем друге. Хотя справедливости ради надо отметить, что Яр тоже не особо старательно хранил ей верность. В договорных браках редко бывает иначе: никаких чувств, никаких меток, всего лишь взаимовыгодный альянс двух семей. Помолвка с Белой не больше, чем уступок с его стороны, чтобы надоедливые старики, наконец-то, от него отвалили. Казалось, что они пришли к обоюдному согласию: он женится на породистой девке и дальше занимается любимым делом – они не лезут в его жизнь. Но жадные шакалы подло ударили в спину.

– Не, вряд ли причина в этом. Тем более, ты же не считаешь, что сам проиграл бой. С чего вдруг тогда тебе испытывать какие-то сомнения на свой счёт. Вероятнее, ты разорвал выгодную для бизнеса помолвку назло семье.

Яр фыркнул, давая понять, что она на верном пути. Умеет шевелить мозгами, когда хочет. Правду говорят, что чем шикарнее у девки зад, тем лучше работает у неё голова.

– Было бы удобнее, если бы ты обернулся, и мы нормально поговорили.

Вот же дурёха. Если он обернётся, то им определённо будет не до разговоров.

– Ладно, повалялись и хватит, пошли, а то у меня рыба скоро протухнет на этой жаре.

Глава 11

Сказочное озеро

Для неё было очевидно, что они больше трёх часов шли куда угодно, но точно не в лагерь. Наворачивать круги сейчас хотелось в последнюю очередь – нерка уже как-то подозрительно пованивала, – но её косолапый проводник выходил из твердолобой породы, поэтому напрочь игнорировал попытки уговорить его развернуться в нужную сторону.

И прежде чем Дьяна окончательно успела уверовать, что он банально издевался над ней, снова заставляя нарезать круги по лесу, они внезапно вышли к озеру. К нереально красивому, сказочному озеру: длинному, изгибающимся, словно гигантская змея. Весь его берег утопал в пёстрых цветах. И даже по воде курсировали светящиеся в сумерках золотистые кувшинки. От них отделялись крошечные искорки волшебства и, плавно кружась, устремлялись вверх, пока не растворялись в густой ботве веток, любовно тянущимся им навстречу.

– Фантастика, – прошептала она, пытаясь обхватить одним взглядом всю красоту вокруг. – Это какой-то источник?

По Мальдоре были раскиданы тысячи природных источников магии. Обычно эти места отличались какими-то уникальными, диковинными дарами флоры и фауны, за которыми вечно охотились ведьмы. Они использовались в высокоранговых зельях, стоящих безумных денег. Единственная причина, почему их ещё не пустили в массовое производство, заключалась в малом количестве специалистов, банально способных работать с таким сложным сырьём.

Яробор подтолкнул её носом в сторону воды. Лизнул бедро и, аккуратно прихватив зубами за краешек шортов, легонько подёргал за него.

– Хочешь, чтобы я разделась и искупалась здесь? Не, дружок. Как-нибудь в другой раз. Но спасибо, что показал дорогу.

Он явно оказался не удовлетворён таким ответом, поэтому завалился на спину, давая понять, что они не вернутся в лагерь, пока Дьяна не окунётся. И поскольку она знала, каким упёртым бывает Яробор, то пошла у него на поводу и с разбега прыгнула в озеро прямо так – в одежде. И лишь в полёте вдруг озаботилась глубиной водоёма и безопасностью собственных конечностей. Как всегда, своевременно.

Тёплая, как парное молоко, прозрачная вода мгновенно дала почувствовать себя чище и свежее. Она приняла Дьяну в свои нежные объятия с головой, но при этом не испугала отсутствием твёрдого дна, от которого можно было оттолкнуться, чтобы всплыть на поверхность.

– Водичка отличная! Давай, скидывай шубу и айда ко мне! – весело выкрикнула она и проплыла круг. А стоило вылезти на берег и поймать на себе недовольный медвежий взгляд, так ещё и на душе приятно потеплело. Яробор до того забавно реагировал на безобидные подначки, буквально не оставлял никакого шанса устоять. – Я теперь такая мокрая, и что мы будем с этим делать?

Глухо зарычав, он поднялся на лапы и куда-то зашагал. Дьяна же подхватила рыбину и побежала за ним следом.

– Чего психанул-то? Сам ерундой страдаешь, а я всего-то подыгрываю.

Косолапый кинул на неё острый взгляд и заворчал.

– Ничегошеньки не понимаю, хочешь что-то мне сказать – обернись человеком, – с игривой улыбкой ответила она. – Нет, серьёзно, Яробор. Давай начистоту, неужели на этом чемпионате свет клином сошёлся? Он реально стоит того, чтобы ставить крест на всей последующей жизни?

По понятным причинам он ничего не ответил. Да и что тут ответишь? Односложные «да» и «нет» явно были не способны раскрыть суть, из-за которой плюшевый засранец выбрал настолько извращённый путь. Нет, конечно, прецеденты, когда оборотни уходили в полную форму и жили в той десятилетиями, встречались. Но обстоятельства несоизмеримы. Можно понять боль от потери помеченного партнёра или даже целой семьи.

Однако поступать так из-за одной кочки на карьерном пути – вверх безумия.

– Знаешь, когда я только окончила универ, то сразу поняла, что хочу свою компанию организовать. Притом такую, что помогла бы многим оборотням в нашем королевстве. Но меня никто особо не поддержал, наоборот, вставляли палки в колёса. Родители засовывали в разные исключительно коммерческие организации, не понимая, почему я нигде не приживаюсь. А вот с волонтёрством всё шло отлично. И тогда я поняла, что, возможно, мне стоит сменить вектор. Пересмотреть жизненные ориентиры. Решила попробовать съездить с гуманитарной миссией в королевство на юге Ираша, тогда как раз… – она запнулась, когда увидела, с какой ошарашенной мордой на неё оглянулся потапыч. – Что? Там не только дикие племена живут, но и оборотни, нуждающиеся в помощи. Так вот, о чём я говорила… Ах да, вспомнила. Я начала собирать справки, делать прививки, и родители внезапно решили мне на семидесятый день рождения подарить крупную сумму. Очень крупную сумму. Её хватило на стартовый капитал для небольшого дела.

Громко фыркнув, Яробор остановился у очередного дерева, о ствол которого потёрся спиной. Сегодня почти у каждого третьего зависал. Метил таким образом территорию? Но зачем так часто? Чудной из него медведь выходил. Столько жил и ничего не метил, а тут вдруг активизировался. Неужели из-за неё?..

– В общем, раз мне перепали такие деньжищи, то я решила сначала попробовать с частной практикой. Прогорю – не страшно. Значит, поеду в Птичье королевство, там в волонтёрах всегда есть нужда. Ну, как-то так я размышляла семнадцать лет назад, – Дьяна погладила жалобно заурчавший живот, целый день продержавшийся на паре бутербродов. – Однако дело сразу пошло в гору. Оборотни толпами пёрли. Но я неглупая, поняла, откуда ноги растут у этого «сарафанного радио». Родителей очень не хотели, чтобы я погружалась в волонтёрство… Даже пришлось писать расписку, что я не поеду на юг Ираша. Но! Сейчас я всем довольна. Мне нравится моя работа. Да, я пришла к ней по извилистым дорожкам. Но что мешает тебе сделать то же самое? Да, не получилось самому выиграть чемпионат, но ты же можешь воспитать будущего чемпиона? Чем не достойная альтернатива?

Косолапый отстранился от дерева и подошёл к ней так близко, что она почувствовала его дыхание на своей коже. Они смотрели друг другу в глаза. А потом он смачно провёл языком, всё ещё воняющим рыбой, обслюнявив половину её лица, и ребячески сорвался с места, прежде чем Дьяна успела оглушить его возмущённым криком.

Глава 12

В поисках решения

После того как Яробор показал ей озеро, жить на природе стало заметно приятнее. Конечно, спину всё ещё по утрам безжалостно ломило от жёсткого ложа, зависимость от социальных сетей и информационного поля время от времени давала о себе знать, но в остальном Дьяна не испытывала никакого дискомфорта.

С бурым сожителем они незаметно сблизились. Даже чересчур. Он мог лизнуть или уткнуться носом, куда не следовало, из-за чего потом получал по шерстяной заднице. Но, вот что не могло её не расстраивать, так это утекающее время. Подвижек в плане работы никаких не было. Она всё ещё не могла нащупать главный узелок. Всего-то и нужно было потянуть за одну конкретную ниточку, чтобы развязать запутанный клубок жизни Яробора.

Дьяна перевернулась в удивительно плотной воде для пресного озера и легла на спину, чтобы восстановить дыхание после затяжного спринта баттерфляем. Плавать ей нравилось больше, чем заниматься боевыми искусствами. Поэтому она одно время практически не вылазила из бассейнов, что совершенно не отразилось на её фигуре: узкие плечи не стали шире, но и толстые бёдра никуда не свалили. Чего Дьяна только не делала, чтобы избавиться от лишнего веса в этой области, но, кажется, весь жир на теле сговорился, чтобы на веки вечные поселиться в её пятой точке.

– Может, у меня угол обзора неправильный? – прошептала она, разглядывая ветки деревьев, под которыми проплывала.

Ведь, если так подумать, Дьяна продолжала смотреть на ситуацию исключительно с точки зрения разрушенной карьеры. Как много профессиональных спортсменов после проигранного соревнования выкидывали настолько неординарные номера? Яробор первый такой – особенный. Так, может, проблема в чём-то другом? Что-то с бывшей невестой нечисто? Разбила ему сердце? Нет, вряд ли, он даже в форме медведя умудрялся показывать свой нрав, и хрупкой душевной организацией там и близко не пахло.

Завещание? Мог ли Яробор намеренно затягивать процедуру? Шесть лет давалось на то, чтобы вступить в наследство, после чего оборотень автоматически исключается из списка, и оставшиеся приемники делили имущество между собой. Однако эти шесть лет ещё надо выждать. Что, если родственникам нужно срочно распилить наследство?

– И почему я не подумала об этом раньше? – Дьяна резко перевернулась со спины, краем глаза уловив среди кустов подозрительный силуэт, и поплыла к берегу. Схватила длинную рубашку, в которую укуталась, словно в халат, и снова посмотрела в сторону кустов. Показалось?..

Вернувшись в лагерь, она прокралась мимо спящего медведя и нырнула в палатку, где бесшумно надела свежее бельё и свободную футболку до середины бедра, и легла спать поверх спального мешка. Всю ночь ей снился Яробор. Но в образе человека. Её воображение нарисовала его крупным, мускулистым мужчиной с тонкими губами, волевой линией челюсти и суровым взглядом тёмно-карих глаз. И этот горячий с виду мужчина к ней приставал, лез целоваться, а она из всех сил отбрыкивалась, поскольку помнила, что он не один год жил в лесу, грубо пренебрегая элементарной гигиеной.

– … после чистки зубов! – воскликнула Дьяна и открыла глаза.

В этот раз её не разбудил медвежий язык, старательно вылизывающий ноги, медленно продвигающийся всё выше и выше, несмотря на то, что регулярно за это получал по носу. Как ни странно, к такому быстро привыкаешь. Тем не менее Яробор всё равно забрался в палатку передними лапами. Сидел задом на улице и немигающе что-то разглядывал.

А стоило скосить глаза ниже – на себя любимую, как она сразу разгадала, что его так увлекло. Футболка свободно на ней сидела, поэтому предсказуемо из-за беспокойного сна задралась. Задралась по самую грудь, открывая чудесные виды на всё, что расположилось ниже.

– Свали, извращенец, – сипло пробормотала Дьяна и одёрнула вещицу, лишая его удовольствия и дальше себя разглядывать.

Он ушёл, но так недовольно вздыхая, что можно было ошибочно решить, что беднягу незаслуженно обидели. Умеют же некоторые мужики вывернуть ситуацию. Она села, потянулась к шортам и замерла.

Если так подумать, Яробор довольно красноречиво давал понять, что заинтересован в ней, как в девушке: большую часть дня не отходил, всячески заботился, защищал от диких хищников, тёрся мордой, с удовольствием давал на себе валяться, облизывал и, кажется, подглядывал по ночам, когда Дьяна купалась. Понятное дело, что в форме медведя у него был ограниченный спектр возможностей. Однако он явно старался почаще ей напоминать, что под бурой шкурой находился мужчина. Взрослый, половозрелый мужчина, что в ней сексуально заинтересован.

И на этом, пожалуй, тоже можно сыграть. Идея весьма рискованная, но и неделя почти на исходе. Пора переходить к запрещённым методам, ибо отчаянные времена требуют отчаянных мер.