Текст книги "Злодей и Паинька (СИ)"
Автор книги: Ева Мелоди
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 10
POV Герман
Встретить Эми на этом мероприятии – странный сюрприз, но я привык к неожиданностям в своей жизни, и никогда не позволяю им выбить почву у себя из-под ног. Но устоять против рыжей бестии – сложно, почти невозможно. Вначале просто удивляюсь стечению обстоятельств, сталкивающему нас снова и снова, и вот как тут выполнить обещание, данное тете?
Вот только почему, после удивления появляется странное чувство… радости? Откуда оно?
Может, конечно, причина всего лишь в том, что ожидал какого-то скучного и банального семейного банкета. Даже не вникал у кого там юбилей, да и пригласили-то меня, как я догадывался, из вежливости. С Дубровским я планировал начать совместный проект – строительство гостиницы на побережье. Он также был заинтересован в проекте бизнес-центра, но тут ситуация была очень щекотливой. Потому что бизнес центр, получалось, территориально запланирован в квартале, где располагается галерея Эми. А я пообещал тетушке, что не трону рыжую соседку и не обижу ее. Пообещал клятвенно, сажая тетушку в самолет. Та отправилась к подруге в Париж. Но обещала через месяц вернуться… Если обнаружит руины галереи… Это разобьет ей сердце. А я не могу так поступить с единственно близким и родным человеком.
Да и рыжую обижать вот совсем не хотелось… до определенного момента. Потому что в ту минуту, когда сообщила, что жениха имеет, как-то мне сразу в благородного рыцаря играть расхотелось.
Она ведь таяла в моих объятиях. Это невозможно было не почувствовать. А потом снова начала нести какую-то ахинею про жениха. Но больше всего меня взбесило то, что Эми начала вытворять, после того как позорно сбежала от меня. Театр одной отвратительной актрисы. Рыжая буквально вешается на своего жениха. Танцуют в обнимочку, смотреть тошно. И почему мне кажется, что все это напоказ, чтобы позлить меня? Жених покачивается, опирается на хрупкую Эми, видать перебрал алкоголя, а она над ним как наседка квохчет, пиджак поправляет заботливо, под руку поддерживает. И я не могу ошибаться – рыжая косится на меня, и как только понимает, что наблюдаю, начинает обниматься и прижиматься к подвыпившему бревну с утроенным усердием. Хочет позлить меня? Так вот, понимаю, что у нее получается. Я – в бешенстве. Я ревную. Не хочу наблюдать все это, говорю себе, что лучше всего покинуть вечеринку, я и заехал-то всего на час, из вежливости. А по итогу торчу здесь уже больше трех часов.
Вспоминаю, что рыжая поддевала насчет того, что один пришел и оглядываю гостей в поиске подходящей жертвы… в смысле, собеседницы. Я ведь тоже умею флиртовать и играть на публику. Но тут же отбрасываю подобные мысли. Не стоит уподобляться глупым рыжухам. Я не в настроении для знакомства и флирта. На этом вечере меня интересует только одна женщина… И если она настроена позаниматься идиотизмом… Чтож, я подожду. Потому что уверен в ее… если не чувствах, то эмоциях по отношению ко мне. Пусть порезвится, поиграет. Натешится, а я как зверь из засады… заполучу ее. Потому что не сомневаюсь в том, что между нами мощнейшая химия. И рыжая отдастся мне…
Когда парочка, наконец, загружается в такси, вздыхаю с облегчением. Потому что руки чесались оторвать Эми от пьяного козла, который еще и недоволен был, громко возмущался, когда в такси засовывали. Почему она выбрала его?
Нет, это неправильный вопрос. Гораздо важнее – почему она не выбирает меня? Наверное, нельзя надеяться только на химию. Надо включить обаяние, ухаживания, свидания. Я отвык от всего этого, потому что обычно женщины вешались на меня даже без всей этой мишуры. Но когда последний раз меня по-настоящему цепляла женщина? Настолько, что не мог не подумать о ней перед сном, и наутро, проснувшись… Задумываюсь, и понимаю, что последней, кто так действовал на меня, была… учительница в старших классах. Я долго грезил о молодой и знойной Инге Валерьевне… Но как давно это было… Неужели после ни разу не влюблялся? Нет… Да и некогда было, работал как проклятый, чтобы хоть чего-то добиться. Это было главной целью, все мое существование было нацелено на это. И вот, неожиданно бабахнуло.
Любовь ли это? Пока не уверен. Возможно, просто очень сильное притяжение. Надо для начала прочувствовать Эми в постели…
* * *
С этими мыслями стучусь утром в дверь соседки, планируя прямо с утра на свидание пригласить. Сделать все как полагается и не тратить время на бесполезные споры. У нас все началось не с той ноги, но любую ситуацию можно исправить. Знаю, что Эми во мне видит сейчас некое чудовище. Но ведь все можно изменить. Когда поймет, что не идет от меня никакая угроза и что настроен на серьезные отношения. То есть… я конечно не собираюсь жениться, всегда считал, что не создан для этого. Но длинный взаимоприятный роман – думаю будет самое то. Никогда не вру своим женщинам, не позволяю им витать в облаках и тешить себя иллюзиями. Зато я щедр, внимателен… по крайней мере, стараюсь быть таковым. Еще ни разу не расставался со скандалом и битьем посуды. Я умею контролировать все, и отношения с женщиной – то же партнерство. Знаю, как добиться желаемого, как получить максимум, и как разойтись без потерь.
Вот только рыжая явно ненавидит схемы и просчет, живет эмоциями… она из тех, кто бросается в омут с головой… понимаю это особенно отчетливо в минуту, когда дверь ее дома распахивается.
На пороге вместо Эми появляется мужчина в трусах. Ну да, конечно… вчерашний жених. Как я мог забыть об этом экземпляре? Злость и ревность накатывают моментально, мешая рассуждать рационально. Кулаки так и чешутся, сдерживаюсь с трудом.
– Доброе утро, – стараюсь быть предельно вежливым, напоминаю себе, что девушка пока мне не принадлежит и ревновать не имею права. Но от мысли, что Эми провела ночь с другим, внутри все клокочет от ярости.
– Доброе, – хмуро отвечает мужчина и издав стон хватается за голову. – А вы кто?
– Я… сосед.
– Хм, а почему я тебя тогда не знаю? Сосед… Ну заходи, расскажешь, зачем пожаловал, – довольно грубо говорит мужчина.
– Я не знал, что помешаю.
– Ну, теперь знаешь. Помешал, да. Разбудил, а у меня выходной сегодня. Отоспаться думал. Так как говоришь тебя зовут?
Взгляд цепкий, ментовской. Осматривает меня внимательно с головы до ботинок туфель.
– Герман Громов.
– Ого! А я про тебя… то есть вас, – тут же поправляется собеседник, – слыхал ведь. Да весь город гудит сплетнями. Так проходите, чего на пороге то держу…
Прохожу внутрь без какого-либо энтузиазма.
– Можно в гостиную. Пивка хотите?
– Нет, спасибо.
– А я приму, полечиться надо.
– Я вообще-то к Эмилии пришел.
– Да, я уж понял. Мы ж не знакомы… К кому еще вы могли прийти. Хотя сначала подумал, что к бабуле.
– Вообще-то к ним обеим. Они дома?
– Нет. Бабуля у подруги ночевать осталась, думаю специально дала нам с Эми наедине побыть…
– Зачем? – задаю самый глупый в мире вопрос.
– Ну… – тушуется парень. – Понимаете, я в коммуналке обитаю, туда девушку не приведешь особо.
Начинаю свирепеть от разговора в целом и от подробностей интимной жизни девушки, которая меня интересует.
– Так чего вы… хотели?
– Хотел сказать, что купил этот дом.
Не знаю, зачем я это сказал. Злость, ревность. Почему такая интересная женщина выбрала такого жалкого типа себе в женихи? Впрочем, не собираюсь об этом размышлять. Разозлился и брякнул глупость. Но рожа парня… была такой изумленно-испуганной, потешной настолько, что это почти того стоило.
Вот только Герман Громов слов на ветер не бросает. Это было всегда моим кредо – сказал, значит сделал. Но в этот раз причины были… весомее, чем желание настоять на своем. Я не собирался отнимать у девушки ее детище и крышу над головой, тем более, дедово наследство. Но тем не менее не соврал – я купил ее дом... Точнее не я, это сделал мой заместитель, которому изначально был поручена разработка проекта в центре города. Я собирался сказать ему не трогать галерею… Но он меня опередил. Не далее как вчера доложил, что у владельца галереи столько долгов, что максимум месяц на плаву продержится, а потом все. Долги не только явные, о которых владелице известно… но и скрытые, старые, оставшиеся еще от прежнего владельца. По итогу Эмилия просто не разгребет то, что наворотил ее престарелый родственник перед смертью.
Я не благотворительная организация, но видимо рыжая запала крепко в душу. Даже сам не ожидал. Я не планировал озвучивать свою покупку. Хотел без этих пошлых «я тебя купил, теперь ты моя», это годится для слащавого романа, а вот в жизни… никому не приятно быть в должниках. Брякнув в лицо «жениха» о своей покупке – тут же пожалел. Но слово не воробей… А круглые как блюдца глаза моего собеседника сказали мне о том, что он с этой темы не слезет, не забудет, даже если бочку пива ему прямо сейчас прикачу. Черт. Значит, Эми обо всем узнает… Понятия не имею, во что это выльется.
Глава 11
POV Эми
День после вечеринки у Дубровских выдался тяжелый, голова раскалывалась, хоть я почти не пила вчера. Сказывалась бессонная ночь – Вадик остался у меня на диване в гостиной, и ужасно храпел. Но душа все равно поет от радости – клиенты прямо прут! Мария мне такую отличную рекламу вчера сделала! Вот только разгребу дела – поеду и расцелую, задушу в объятиях эту прекрасную девушку!
Но к середине дня понимаю, что мне необходим перерыв и хотя-бы полчаса подремать, прямо на работе, на диванчике. Вытягиваю гудящие ноги и буквально отрубаюсь от усталости. Увы, стоит на пару секунд провалиться в сон, как слышу настойчивый звонок. Нет сил разлепить веки. Первая мысль – даже если это денежные клиенты, которые скупят все картины что вывешены сейчас на продажу, мне плевать, не сдвинусь с места. Но потом упрямство и сила воли берут верх, и я ползу к двери, забыв даже глянуть на себя в зеркало. Наверное, выгляжу как пугало. Но нет, не достаточно ужасно выгляжу, понимаю это, когда на пороге появляется чертов Злодей! Вот сейчас я точно пугало – прям таки чувствую, как волосы встают дыбом, от злости. После вчерашнего разговора я дала себе обещание избегать этого мужчину. Нам точно не стоит пересекаться, слишком странное происходит между нами. Но нет, вот опять приперся…
– Что вы здесь делаете? – спрашиваю внезапно охрипшим низким басом. В жизни такого тембра у меня не было, почти сопрано, как сказала бы мама...
– Извиниться пришел, – заявляет Герман к моему удивлению. – И поговорить надо.
– Мне ваши извинения не нужны! – говорю излишне дерзко, Злодей прищуривается.
– Но тем не менее, придется выслушать. Может, тебе перекусить для начала? А то выглядишь так, словно сейчас в обморок грохнешься. Бледная, худющая, круги под глазами… может поешь и подобреешь, а то прям замороженная, как треска на вашем рынке.
– У нас рыба только свежая! – восклицаю, обидевшись за то, что столичный хмырь обижает наш город. – Не путайте со своими столичными забегаловками!
– Ладно, черт с ней, с треской, туше, мадам. Я и не был на этом вашем рынке еще… Просто к слову пришлось. И теперь, если у тебя есть чувство юмора, ты мне ответишь: между прочим, мадемуазель. И предложишь чашечку кофе…
– А ванну вам не предложить принять? – рявкаю, чувствуя, что мое лицо заливает краска гнева. – А спинку не потереть?
– Мне нравится, что ты за словом в карман не лезешь, – неожиданно признается Злодей. И предложение мне нравится. Можно и спинку… и другие части тела… Но к сожалению, нам надо для начала поговорить…
Наверное, лучше выслушать, что скажет, так быстрее смогу вернуться к делам. Я бы и не упорствовала, если бы не стечение обстоятельств – то что врасплох застал, сонную, непричесанную. В глубине души вся проблема была только в этом. Я не хотела, чтобы Герман видел меня такой. Но и признаваться даже самой себе в этом… не хотела еще больше.
Почему, ну почему стоит нам оказаться рядом, я – пугало, а он выглядит великолепно? Сегодня Герман одет в классический черный костюм, и деловой стиль идет ему… необыкновенно.
Широкие плечи… Длинные ноги… Поджарый, узкий таз… Темные шелковистые волосы, слишком длинные, сейчас аккуратно собраны сзади. Смуглый цвет кожи оттеняет белая рубашка. Невозможно не признать, Громов – невероятно красивый и привлекательный мужчина. А я рядом с ним… чувствую себя замарашкой.
– Хорошо, проходите, я вас конечно же выслушаю, – говорю, смирившись с судьбой. – Только подождите секунду…
Показываю Герману на диван, на котором дремала, поспешно прибираюсь, хватаю плед, поправляю подушки.
– Садитесь, вам принести чего-нибудь? Чай, кофе?
– Воды, если можно.
– Конечно.
Бегу в уборную, заглядываю в зеркало, наспех причесываюсь. Иду к ресепшену, у меня в галерее оборудовано все что нужно, барная стойка, чайник, столик с чашками на подносе – чтобы угощать клиентов. Наливаю воду из графина и иду обратно. Но не успеваю дойти до Громова – меня останавливает звонок. С удивлением понимаю, что запустив Германа я снова заперлась. Сделала это машинально, и сейчас осознаю, что мне это не нравится. Потому что означает, что я перестала считать его опасным злодеем. Но так еще хуже! Этот красавец мужчина определенно опасен – для моего сердца!
Отпираю и вижу перед собой взволнованного Вадика. И сама начинаю нервничать еще сильнее. Мне нечего стыдиться, но картина, согласитесь, не слишком приятная – заперлась на работе с мужчиной. Что подумает мой парень, почти жених, между прочим!
– Почему тут закрыто? Не работаешь? – буркает Вадик, проходя внутрь.
– У меня… встреча.
– Ясно. Но знаешь, у меня к тебе очень серьезный разговор.
– Может отложим до вечера? У меня сейчас по работе… совещание.
Понятия не имею, о чем пришел говорить Злодей, но личного между нами вроде нет. Но и рабочих моментов вроде бы тоже… Блин, чувствую себя ужасной врушкой… Ведь личное есть, как можно это отрицать? Притяжение, поцелуи…
Он нравится мне! А к Вадику… уже давно ничего кроме привычки. И понимаю это вот в эту минуту. Самую неподходящую. И понятия не имею что с этим делать.
– Я правда сейчас не могу! Пожалуйста…
Но Вадим меня не слушает, прет как танк вперед.
– Когда ты услышишь, что тебе скажу, поймешь, что важнее дела быть не может…
И осекается, застыв как статуя напротив дивана, где сидит Громов.
– Что этот мужик тут делает? – никогда не слышала такой ярости в голосе, а ведь мы с Вадиком, можно сказать, с детства знакомы.
– Я же сказала, у меня встреча.
– С ним? Взаперти? Ты мне лапшу вешаешь? Охренела?
– А можно повежливее? – лениво спрашивает Злодей, закинув ногу на ногу и вальяжно откинувшись на спинку дивана. – Не надо так с девушкой разговаривать.
– Моя девушка, как хочу, так и разговариваю! – запальчиво кричит в ответ мой жених.
Вот только… не хочется мне Вадика больше так называть. Мне не только его поведение в этот момент неприятно… но и он сам. Как могло это произойти настолько неожиданно? И как теперь все разрулить? Он же решит, что Злодей тому причиной!
– Значит, знаменитый Герман Громов пришел сюда дать мне урок хороших манер? – ехидно спрашивает Вадим.
– Могу, если нужно, – не остается в долгу Злодей.
– Вы что, знакомы? – спрашиваю тонким голоском. Не понимаю, что происходит, но ощущение, что эти двое не впервые друг друга видят. Хотя, учитывая работу Вадима и любовь Громова к дракам…
– Мы познакомились утром, дорогая, – обманчиво ласково отвечает мне Вадик. – Когда этот тип отчего-то к тебе домой приперся.
– А… ясно… – беспомощно смотрю то на одного то на другого, и не могу сообразить, что делать.
– Сказал, что он твой сосед, – продолжает Вадим.
– Это правда. Они с тетей купили соседний дом…
– И не только, детка. Они купили все.
– Ты о чем сейчас?
– Они купили весь квартал. Он купил. Вот этот тип теперь владеет твоим домом и галереей… О чем он и сообщил мне, когда пришел. Наверное, тебе хотел сказать, но ты уже убежала на работу.
– Это… правда? – поворачиваюсь к Герману. Меня трясет. Как можно быть такой дурой? Я-то поверила… в сказочку. В глубине души думала, что нравлюсь ему. А он… думал только о недвижимости?
– Я могу все объяснить, – спокойно говорит Громов, поднимаясь с дивана.
– Для начала скажи – правда или нет, – говорю дрожащим голосом.
– Не совсем.
– Как это может быть? Я владелица! И я ничего не продавала! Если это так… это обман, мошенничество!
– Так ты хочешь объяснений или нет? – рявкает Громов так, что аж подпрыгиваю, и Вадим, кажется, тоже.
– Я не понимаю…
– Если коротко – твой дед имел долги. На момент написания завещания галерея принадлежала ему на двадцать процентов. Это на вскидку, может и меньше. Но у меня есть план...
– Убирайся!
– Мы даже не начали говорить, – сердито произносит Громов и протягивает ко мне руку. Реагирую моментально. Стакан с водой все еще в моей руке. Я так и не отдала ему эту воду… И теперь выплескиваю Злодею в лицо, от души надеясь, что мне полегчает. Но нет. Вид стекающих по лицу капель, мокрый дорогой пиджак, который он, матерясь снимает и отряхивает, мокрая, липнущая к телу рубашка, очерчивающая шикарный торс… мне не приносит удовлетворения. Меня все сильнее охватывает ощущение безнадежности и отчаяния.
* * *
– Господи, Эми, ужас то какой, – причитает Нат. – Ты в этом уверена? Все правильно поняла? Ну и гад этот мужик. А я-то грешным делом решила, что он в тебя влюбился. А он… поганец!
– На самом деле, не только в нем проблема, – говорю мрачно. – Дедуля… очень сильно все запутал. Эх… невезучая я. Просто ужас. И бабули нет как назло…
– А куда она делась?
– Так в Париж укатила! К Софи! Та ее позвала, билет даже прислала с курьером. Вот бабушка и не устояла, тем более загранпаспорт есть, визу очень быстро оформили.
– Может и это Громов подстроил?
– А зачем? Толку от присутствия или отсутствия бабули. Я даже рада… Она же переживать будет.
– Да, ты права. Помочь она ничем не сможет. А если нажаловаться Софи?
– Не знаю… не очень мне это кажется поможет, да и не люблю я жаловаться. Вадим обещал помочь. Узнать все досконально про этого Громова. Что он из себя представляет…
– Правильно! И были ли приводы в полицию! Может он тот еще урка. Пусть твой Вадик его прищучит! Ему полезно в кутузке посидеть!
– Вообще-то мне сейчас гораздо важнее в дедулиных делах разобраться. Но боюсь поезд ушел… Громов, уверена, провернул все так что не подкопаешься. Не зря же о нем слух ходит… Он поглощает как акула, целые районы…
– Миллионер, наверное, – мечтательно говорит Нат.
– Что?
– Миллионер, говорю! Не меньше. А то и миллиардер. Ишь как недвижимостью ворочает.
– Мне от этого, знаешь ли, не легче. Потеряла свое детище, не успев толком начать. А самое поганое – завтра снова встреча с Громовым… И я не знаю, просто не знаю как все это выдержу!
– Я с тобой пойду, – Наташка берет меня за руку. – Мы что-нибудь придумаем. Договоримся. Ну зачем ему твоя галерея. Он может просто попугать решил?
– Такие как он не пугают!
– А если глазки ему состроить? Попой покрутить? Он явно к тебе неравнодушен.
– Нет…
– И все? Нет? Слушай, если это твоя мечта, ты должна цепляться за нее любыми способами, понимаешь? Зубами и когтями. Даже через постель!
– Замолчи!
– Да ладно тебе. Громов красивый мужик…
– Нат, пожалуйста! Не вариант через постель. Да и глазки строить не выйдет. Мы вчера… некрасиво расстались… Я ведь еще не все тебе рассказала… я Громова водой облила.
– Да подумаешь. Он не сахарный, не растает.
– А потом Вадик на него накинулся.
– Ого! Смелый, однако. И кто победил?
– А как ты думаешь?
– Думаю, бугай-миллионер.
– У Вадика теперь под обеими глазами фингалы, – прячу лицо в ладонях. – На лемура теперь похож… и злой как черт.
– Ты с этим справишься.
– Я не была вчера и к Вадику добра…
– Он поймет. Ты же теряла наследство предка…
– А Громова в обезьянник за драку забрали, – вываливаю последний аргумент. – И ему это явно не понравилось. А Вадик… он столько гадостей кричал… Обещал Громову «теплый прием» и подсадить побольше этих… ну которые пристают в тюрьме к мужчинам… озабоченных…
– А вот это плохо! – возбужденно вскакивает и начинает расхаживать по комнате Нат.
Глава 12
На следующее утро я с ума сходила от нервов в ожидании пока Нат соберется. Заехала за подругой в шесть утра, хотя встреча со Злодеем назначена на одиннадцать. Наташку это, разумеется, не обрадовало. Она еще час отказывалась просыпаться, кидалась в меня подушками… Поэтому я сменила тактику, приготовила завтрак – подружка не в состоянии устоять перед вкусными запахами с кухни.
И все это время, пока готовила, я ругала и ругала себя последними словами. Хороша Паинька! Да разве годится мне это прозвище? Ведь с тех пор как встретила Злодея, я скорее на безнадежную истеричку похожа!
Вот зачем, зачем я на него воду вылила? О чем думала? Почему не начала конструктивный диалог? Но у меня просто в глазах от злости потемнело. Он меня обманул. Воспользовался… Подкатывал, пока копал под меня… пока узнавал, как недвижимости лишить… Я ничегошеньки ведь в юридических делах не понимаю. Но Нат мне обещала найти адвоката. Вот только сегодня ее знакомый адвокат в отъезде, вернется через три дня. А что сейчас делать? Наверное, только и остается что прощения жалобно за Вадика просить и соглашаться со всем что Злодей предложит…
Но стоит подумать о подобострастном поведении как внутри начинает все клокотать. Громов меня просто изнасиловал морально… Заставил хотеть себя… Свел с ума поцелуями… а потом оставил бездомным щенком… которым я теперь буду бегать за ним…
Ужасная перспектива.
С Вадиком тоже все сложно. Кажется, я больше не хочу с ним встречаться. Но он с фингалами так жалко выглядел… что хоть я и сердилась на него ужасно, за то, что драку спровоцировал… отношения порвать не смогла. Выслушала его упреки и обвинения, что сама виновата, нечего было со столичным хлыщом заигрывать… Ведь он даже прав в чем-то. Я безнадежная идиотка.
Встреча назначена в офисе Громова. Это окраина города, район новый, самый лучший в плане домов, современных, как и всей инфраструктуры – обустроенные дворы, детские сады и школы… Но для нас, жителей исторического центра – это все равно окраина.
Офис Громова просторный, светлый. Очень современный, стильный. Я постаралась одеться максимально по-деловому – белая рубашка, серая юбка… Волосы собрала в хвост. Сама на себя в общем не похожа. Но так даже проще. Буду представлять, что играю роль. Нат тоже постаралась над стилем – строгое черное платье, убранные волосы… В общем мы эдакие две бизнес-леди, на приеме у конкурента. Все бы хорошо, но внутри все трясется и отвлечься не получается… Потому что это моя жизнь… не игра, не кино. Это моя мечта, рассыпающаяся в прах в ладонях. А я делаю слабую попытку удержать.
Громов выглядит роскошно, по нему не скажешь, что в обезьяннике ночь провел. От него пахнет вкусным одеколоном, едва уловимо, но я реагирую… пульс учащается. Не могу понять почему… ведь Нат вылила на себя четверть флакона Шанель, но я лишь чихнула, запах не произвел на мой пульс никакого впечатления…
На Злодее белая рубашка, которая идеально оттеняет его смуглую кожу. Особенно меня волнуют закатанные до локтя рукава. Боже, до чего красивые у него руки. Крепкие, мускулистые… Ладони очень крупные… У меня пересыхает во рту.
Это идиотизм, но когда начинается обсуждение – с объяснений причин моего краха, вещи, которые по сути для меня самые важные… я почти ничего не слышу. Мой мозг отключается, и я ухожу в мир фантазий. Возможно это защитная реакция, ведь каждое слово про дедулю, его ошибки, просчеты, режет меня по живому. Как я могла упустить все это? Почему не перепроверила? Почему слепо доверилась нотариусу деда, который был еще старше по возрасту, и как выяснилось, страдал психическим недугом?
– Ты не могла ничего изменить, – неожиданно обращается ко мне Герман. До этого речь толкал его заместитель, молодой парень, имя которого я не запомнила. – Не вини себя.
– Спасибо, – сглатываю. Это слово далось мне с трудом. Внутри кричу – мне плевать, мне не нужны от тебя слова утешения. Но я должна держать лицо. Выглядеть профи, пусть даже в глубине души все клокочет от обиды и ненависти…
Наконец заместитель Злодея, худой нервный мужчина лет сорока на вид, закончил свои объяснения, из которых я мало что поняла – но это потому что в голове шумело, так он вроде объяснял старательно и доходчиво. Нат сидела и кивала с умным видом. Потом ее расспрошу… Снова окунаюсь в свои мысли, к реальности меня возвращает тычок локтем от Наташки.
– Мы можем поговорить наедине? – спрашивает меня Злодей, и я уже готова сказать «Нет конечно», но тут снова болезненный тычок в бок и я машинально киваю.
– Да… то есть нет. У меня от подруги нет секретов.
– Я закончил, так что счастливо вам оставаться, надеюсь все утрясется, – протягивает мне, а потом и Нат ладонь для рукопожатия заместитель, имени которого я конечно не запомнила.
– Спасибо… – отвечаю неуверенно. Издевается что ли? Какое тут утрясется…
– Хорошо, ваша подруга может остаться, – благосклонно говорит Злодей.
В этот момент вспоминаю свой сон, хотя я почти всю ночь не могла заснуть, но короткие полчаса, когда все же удалось отрубиться, мне приснился Громов, который говорил с усмешкой:
«Все дело в том... что ты права, насчет меня, рыжая. Мне нужна твоя галерея. Мне жаль... Я не хочу портить твою жизнь, но я не рыцарь на белом коне. Так что пакуй вещи. Скоро вы с бабулей уедете отсюда, и я не буду раздражать тебя своей рожей....»
Проснулась в холодном поту, чуть не упав с постели, в последнюю минуту удержалась на краю. Простыня была сбита напрочь, скомкана прямо в жгут в середине, потому что всю ночь я проворочалась как веретено…
Вот и сейчас жду чего-то подобного, ведь не для того чтобы посочувствовать, или пожалеть Злодей меня сюда позвал… Сейчас объявит сколько у меня времени…до момента как стану бомжом. Хотя им то уж не стану конечно, у меня есть Нат. Подружка всегда приютит и обогреет. Больше всего бабулю жаль, вот за что ей такие испытания на старости лет?
Ну вот почему Громов снова взял длинную паузу, молчит и разглядывает меня так внимательно. Ужасно смущаюсь, чувствую, что не выдержу и опять чего-нибудь брякну глупое… Лучше уж начать разговор первой.
– Я готова принять все ваши условия, господин Громов, – поизношу, гордо вздернув подбородок.
И тут же мысленно ору на себя: «Господин? Да какого хрена, Эми, с чего ты его так называешь?»
– Это меня несказанно радует, госпожа Романова, – отвечает мне в тон Злодей. – Тогда я озвучу вам свой план. Вы можете вернуть свое имущество. Я не Карабас Барабас, не злодей и не ем девственниц на ужин…
– Это он сейчас о чем? – шепчет мне на ухо Нат. – Он что, думает ты девственница?!
В ответ толкаю ее локтем в бок, гораздо сильнее чем она меня до этого, и подруга сдавленно вскрикивает.
– Так вот, Эми, все что оставил тебе твой дед-картежник я верну, – не обращает на нашу потасовку внимания Громов. – В качестве жеста доброй воли. Теперь уже точно все долги выплачены, и ты сможешь дальше заниматься любимым делом. Но у меня есть просьба. Точнее, их несколько, и не все я могу озвучить при посторонних.
– Ого! – выкрикивает Нат и дергается в сторону от меня, ожидая нового тычка.
– Первое условие – в течении трех месяцев в галерее будет располагаться мой офис. Она будет переделана под офис – под переделкой я подразумеваю всего лишь то, что уберем некоторые картины.
– Хорошо, – отвечаю неуверенно. – Только я не поняла, что вы имеете в виду произнося слово «Верну»?
– То, что мне твое имущество без надобности. То есть, нужно, но на определенный короткий срок. Скоро я покину ваш город, вздохнете с облегчением. Мне не нужна твоя недвижимость. Документы на которую теперь – в полном порядке. Ты едва не стала жертвой крупной аферы. Началась которая еще при жизни твоего деда.
– То есть, я вступила в наследство законно? Дедуля не имел долги?
– Все верно. Но мошенники так тщательно строили аферу, подделывали документы… В общем, если ты слушала Игоря, то поняла – мы спасли тебя. Но благодарности не надо. Только деловое сотрудничество.
– Уфф, деловое! Конечно… я готова.
У меня кружится голова от новостей… Значит, я не теряю галерею? Не становлюсь бомжом? Господи, с Громовым каждая минута как на американских горках!
– Офис в моей галерее… идея конечно не блеск, но я согласна, – тараторю возбужденно.
– Можешь даже оставить часть картин.
– Хорошо!
– И мне нужна секретарша.
– Что?!
– Что? – вторит мне Нат.
– Мне нужна верная, преданная и компетентная секретарша. И я хочу, Эмилия, чтобы ею стала ты.
– Я могу, – вмешивается Нат. – Как раз работу ищу.
– Извините, мне нужна одна секретарша. И я выбрал Эмилию.
– Это месть? – спрашиваю мрачно.
– Прости, ты считаешь, что я тебе мщу? Интересно, за что? И что такого унизительного в том, чтобы поработать моим секретарем? Ты не в состоянии сварить кофе и полить цветы?
– Мда, ребята, перемирие продлилось недолго, – хмыкает Нат.
– Извините, Наталья, но об остальных условиях я хочу поговорить с Эми наедине, – резко произносит Злодей.
– А что, ЕЩЕ условия есть? – чуть ли не вскрикиваю испуганно.
– Несколько.
– Не уверена, что хочу их выслушивать.
– Тебе решать. Я вернусь через пять минут, у меня видеосозвон с центральным филиалом, – и с этими словами Злодей покидает комнату.
* * *
– Он тебе точно переспать предложит, – ухмыляется подруга, когда за Громовым захлопывается дверь. С трудом сдерживаюсь, потому что понимаю – Нат тут ни при чем и лишь подбодрить меня хочет… Вот только выходит наоборот, нервозность зашкаливает.
– Соглашайся на все, что бы он ни сказал, – продолжает возбужденно советовать Нат. – Даже если потребует секса! Это все фигня что по принуждению и без любви. С таким как он это точно будет круто.
– Хорошо, так ему и скажу, сама ни-ни, а вот подруга моя согласна, и уверена, что будет круто, – шучу мрачно, понимая, что ни за что так не скажу… И не только потому что это бред, но и потому что внутри сразу колет что-то… похожее на ревность. Одергиваю себя. Какая чушь, вот только Злодея еще и ревновать не хватает!
* * *
Оставшись наедине с будущим боссом, наливаю стакан воды. Громов внимательно и с насмешкой наблюдает за тем, как подношу стакан к губам.
– Надеюсь, тебя мучает жажда, а не желание снова обливаться. Это так по-детски…
– Зависит от того, что вы намерены сказать, – вырывается у меня, прежде чем успеваю подумать и еще раз извиниться за глупую выходку.
– Я намерен продолжить перечень условий. И это не секс. Не переживай и подруге передай, – ухмыляется Злодей, а я превращаюсь в свеклу, стыд просто дичайший!
Он слышал наш с Нат разговор! Позорище! Вот только и его это не красит. Он что, подслушивал?
