Текст книги "Банальная история"

Автор книги: Эрнест Миллер Хемингуэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Эрнест Хемингуэй
БАНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Он потянулся за апельсином и съел его, поплевывая зернышками. За окном снег переходил в дождь. В комнате электрическая печка будто и не грела, и, встав из-за письменного стола, он сел на нее. Ох, как приятно! Вот где настоящая жизнь – наконец-то!

Он взялся за второй апельсин. Далеко-далеко, в Париже, Маскар уложил Дэнни Фриша в нокдаун во втором раунде. В далекой Месопотамии навалило на двадцать один фут снегу. На другом конце света – там, в Австралии, английские игроки в крикет отрабатывают удары по воротцам. Вот она где, Романтика.

Покровители изящных искусств и науки открыли для себя журнал «Форум», читал он. Это наставник, философ и друг мыслящего меньшинства. Новеллы, удостоенные премий, – не станут ли творения их авторов бестселлерами завтрашнего дня?

Вы оцените эти по-человечески теплые, бесхитростные американские рассказы – кусочки подлинной жизни на ранчо среди полей, в густонаселенных кварталах или в комфортабельном особняке, – рассказы, согретые здоровым юмором.

Надо будет прочесть, подумал он.

Он читал дальше. Дети наших детей – что из них получится? Кто из них получится? Найдем новые способы обеспечить себе место под солнцем. Как этого достичь – путем войны или будут найдены мирные пути?

Или нам всем придется искать пристанища в Канаде?

Наши глубочайшие убеждения – не опровергнет ли их Наука? Наша цивилизация – не уступает ли она более древнему порядку вещей?

А тем временем в далеких осклизлых от влаги джунглях Юкатана раздавался стук топоров, которыми дровосеки рубят эвкалипты.

Кто нам нужен – сильные личности или культурные люди? Вспомним Джойса. Вспомним президента Кулиджа. Какую путеводную звезду должно избрать себе наше студенчество? У нас есть Джек Бриттон. У нас есть доктор Генри Ван-Дайк. Как сочетать этих двоих? Вспомним молодого Стриблинга.

А как быть с нашими дочерьми, которым предстоит самим сделать Промеры глубин? Нэнси Готорн должна сама сделать Промер жизненного моря. Отважно и трезво решает она задачи, встающие перед каждой девушкой в восемнадцать лет.

Великолепная брошюрка.

Тебе исполнилось восемнадцать, девушка? Вспомни Жанну д'Арк. Вспомни Бернарда Шоу. Вспомни Бетси Росс.

А к чему мы идем в 1925 году? Найдется ли хоть одна двусмысленная страничка в истории Пуританизма? Можно ли подметить оборотную сторону у Покахонтас? Было ли у нее четвертое измерение?

А современная живопись – и поэзия? Искусство ли это? И да и нет. Вспомним Пикассо.

Имеется ли у бродяг свой кодекс поведения? Отпустите свою мысль на увлекательные поиски.

Романтика есть повсюду. Те, кого печатает «Форум», пишут о серьезных вещах, и им нельзя отказать в юморе и остроумии. Но они не тщатся пускать вам пыль в глаза и никогда не разглагольствуют попусту.

Живите насыщенной интеллектуальной жизнью, черпая вдохновение в новых идеях и опьяняясь Романтикой необычного. Он отложил брошюрку в сторону.

А тем временем в затемненной комнате своего дома в Триане с трубками в обоих легких, захлебываясь от пневмонии, пластом лежал на кровати Мануэль Гарсиа Маэра. Все андалузские газеты посвятили специальные приложения его смерти, ожидавшейся уже несколько дней. Взрослые мужчины и мальчишки покупали на память о Маэре его многокрасочные портреты во весь рост, и эти литографии стирали воспоминания о нем настоящем. Матадоры облегченно вздохнули, узнав о его смерти, потому что он всегда делал на арене то, что получалось у них лишь изредка. Все они шли под дождем за его гробом, и все сто сорок семь проводили Маэру на кладбище, где его похоронили рядом с могилой Хоселито. После похорон провожающие разошлись по кафе, прячась от дождя, и в тот день было продано много цветных портретов Маэры, и люди скатывали их в трубочки и рассовывали по карманам.

Переводчик: Н. Волжина