355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Эндрю Вулф » Маленькая мечта » Текст книги (страница 3)
Маленькая мечта
  • Текст добавлен: 22 июля 2020, 19:00

Текст книги "Маленькая мечта"


Автор книги: Эндрю Вулф


Жанр:

   

Подросткам


сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Но это не всё. Потом пришёл наш дворовый кот – мы тут все зовём его Пушистиком. Это странно, ведь он у нас облезлый, хромой, некрасивый (но я его всё равно люблю!) и, самое главное, очень пугливый – стоит приблизиться или попытаться хотя бы погладить, как он тут же убегает. А тут сам подошёл, представляешь? А когда Эндрю решил его погладить и взять на руки, он не стал сопротивляться!

Пока Пушистик довольно урчал в его руках, я сказала:

– Наверное, ты кот. Иначе я не могу это объяснить. – Это была попытка пошутить, и, как оказалось, неплохая, потому что Эндрю рассмеялся. – А можно я буду звать тебя Котиком?

А что? Всем ведь нравится, когда их называют ласковыми именами. Какая я глупая, правда? Однако он сказал, чтобы называла как хочу, но вообще, ему хотелось бы, чтобы звала Зонтиком (за то, что он всегда может спасти от всякой беды) или Волчонком. Это было его любимое животное. Но волки ведь злые и совсем не милые. А он – наоборот.

Когда вышел отец, я быстро попрощалась и убежала. Папу лучше было не злить. Он очень странно глянул в сторону Эндрю – таким взглядом богатые обычно смотрят на бедных – но ничего не сказал.

Ну а дальше всё как обычно – в школе надо мной опять смеялись и звали страшной и толстой, на этот раз Рэтт – главный красавчик и задира класса – ну, я рассказывала – в столовой сделал подножку и я упала на пол, уронив поднос с едой и размазав её по нему. Все смеялись, я заплакала и убежала, а потом ещё долго рыдала, запершись в школьном туалете. Я привыкла уже. А что я могу сделать? Папа Рэтта – директор школы. Мой папа, конечно, тоже не последний человек в городе (а уж мы-то с тобой знаем, в каком нехорошем месте он заслужил это положение и свой – как там это слово? – авторитет, просидев там довольно много времени), но он винит только меня в том, что ко мне так относятся. Всегда твердит, какая я бесполезная и плохая. Кричит. Даже бьёт, если зол. За что он так со мной?..

Прости, я опять плачу.

Прости.

Ну, в общем, как я и говорила – мой самый обычный день, ничего нового или хорошего.

Если не считать Эндрю, разумеется.

10 октября.

И снова здравствуй, мой милый друг. Прости, что так мало внимания уделяю тебе в последнее время, правда. Мне так много нужно тебе рассказать!

Мы с Эндрю теперь не разлей вода, самые настоящие друзья. Я так рада, что у меня кто-то наконец появился. Мы с ним очень похожи и понимаем друг друга с полуслова, как будто…мы были созданы, чтобы однажды встретить друг друга. Да у нас даже фамилии одинаковые! Это выяснилось, когда у наших классов был совмещённый урок. Поразительно, правда?

Мы часто гуляем и много времени проводим вместе, и даже в школу ездим на одном автобусе и всегда сидим рядом (правда, нам постоянно приходиться едва ли не воевать за место у окошка). Эндрю говорит, что мы как Форрест Гамп и Дженни, когда те ещё были детьми. Стручок и горошина. Мне этот фильм не нравится, как по мне, он слишком долгий и скучный, но Эндрю от него без ума.

Как оказалось, он очень любит читать, да настолько, что до переезда даже ходил за книгами в библиотеку, а сейчас записался в нашу городскую (там мы тоже иногда проводим время), и вообще он очень умный. Но что интереснее – он сам постоянно что-то пишет и выдумывает всякие крутые и интересные истории, пишет песни и даже рисует, и всё это у него отлично получается! Думаю, у него талант. Может, мне посчастливилось встретить уникального человека, который изменит этот мир и войдёт в историю? Кто знает. Но главное, что этот человек – мой, и мой навеки!

Конечно, в школе ему, как и мне, приходится нелегко, а ему так ещё и тяжелее – он ведь мальчик. Я вижу, как старшие над ним издеваются, часто бьют и подавляют – особенно этот блондин Алекс и его компания. Но его слёз я не вижу – он не позволяет их видеть. Я знаю, что они поступают очень плохо и хочу ему помочь, но не знаю, как. Если б я только могла сделать хоть что-то. Они презирают его за то, что он не такой, как они. Странный. Молчаливый, ни с кем не говорящий и вечно стоящий в стороне. Некрасивый. Слабый. И бедный. Но мне всё равно. Они просто глупцы, раз не понимают, какой Эндрю прекрасный на самом деле человек.

Я часто приглашаю его к себе в гости, хоть он и всячески противится, потому что очень стесняется, но у меня всегда получается его уговорить – он очень не любит, когда я обижаюсь (вернее, лишь делаю вид, только тсссс! Ты ничего не знаешь!).

У меня, пока нет родителей, мы играем во что-нибудь, смотрим мультики (в основном – мои любимые), и проводим время в моей комнате. Позавчера, например, мы смотрели "Троллей" и я сказала Эндрю, что он похож на одного из персонажей (прости, не помню имя) – на вид такой же злюка, но в душе добрый и ранимый. А вчера – "Мост в Терабитию", мой любимый фильм, который мама показывала мне в детстве. Теперь это любимый фильм и у Эндрю тоже.

Кстати, я даже познакомила его с нашими общими с тобой друзьями – это мой крыс Лаймон, попугай Бэйзил и плюшевый мишка Элайджа, если помнишь (вы не так дружны, как мне бы хотелось, но всё же). Его удивило даже не то, что у меня дома так много живности, а то, что я дала всем своим верным друзьям такие забавные прозвища. Но вот с тобой я его познакомить не могу, прости.

Ну, а о том, как у меня в комнате уютно, ты и так знаешь. А вот Эндрю, кажется, позабавило, что тут так много вещей розового цвета и плюшевых игрушек. Я даже немного расстроилась. Ну конечно, он же большой, а большие мальчики не играют в куклы и игрушки! Ну и ладно. А ещё я угощаю его чаем и всякими сладостями!

Только вот мои попытки побывать у него в гостях никогда не заканчивались успехом. И очень скоро я узнала, почему. Придя вечером после одной из наших прогулок домой и попрощавшись с Эндрю, я встретила в прихожей встречавших меня маму и папу. Папа был зол, и по нему это было видно.

– С кем ты гуляла? – спросил он.

Я сказала, что с Эндрю. Родители знали об этом, но папе это почему-то не нравилось. А мама…мама была просто рада, что у меня наконец появился друг. Живой друг.

– Я запрещаю тебе с ним дружить и гулять. Узнаю – пеняй на себя.

Я знала этот тон. Я боялась его. Однако, дорогой друг, тогда твоя Алиса так осмелела, что решилась возразить:

– Но почему?!

Я правда не понимала. Тогда папа молча схватил меня за руку и подвёл к окну, выходящему на двор дома Эндрю. Я увидела, как дверь открылась и из неё вышел выглядевший довольным, мужчина, а мама Эндрю, с растрёпанными и спутанными волосами, одетая в один лишь халат, провожала его.

– Знаешь, сколько мужчин уже так вышло из её дома за этот месяц? – вкрадчиво спросил папа. В этот момент мама Эндрю заметила нас и поспешно скрылась за дверью, но что странно – перед этим она ещё пару секунд пристально смотрела на моего отца, словно она встречала его уже когда-то и сейчас не верила своим глазам. – Знаешь, что они там с ней делают?

– Подожди, – вмешалась мама, тихо обращаясь к отцу, – она слишком мала, ей ещё рано…

Но тот её не слушал и даже оттолкнул, велев заткнуться.

– Алиса, ты позоришь нас, меня и себя, якшаясь с этим сбродом! Подумай, что о нас скажут люди!

– Да тебя только это всегда и волнует! – выпалила я. Да, я у тебя уже совсем бесстрашная стала. – Что скажут другие!

Тут лицо папы побагровело, он с силой сжал мой подбородок, будто в тиски, и повернул к себе, наклонившись и глядя в глаза.

– Посмотри на меня, – прошипел он сквозь зубы. – Посмотри на меня! Эта женщина пьёт и спит с многими мужчинами. Она – отброс общества, грязная и нищая шлюха, а сынок её вырастет наркоманом и бомжом! Вот, с кем ты дружишь? Что, хочешь вырасти и быть такой, как они? Хочешь вырасти такой, как она?!

– Лишь бы не такой, как ты! – в слезах крикнула я и убежала, ловко высвободившись из его мёртвой хватки, добравшись до своей комнаты и упав на кровать.

Я ждала, что он придёт и это продолжится. Но пришла мама, чуть позже, и села рядом. Вообще-то у моей мамы – её, кстати, зовут Эллисон – красивый и чудесный голос, которым она часто поёт мне колыбельные перед сном, но тогда она пришла не за этим.

– Солнышко, ты ведь понимаешь, что папа лишь хочет как лучше для тебя, правда?

– Тогда почему он запрещает мне дружить с Эндрю?

– Потому что эти люди плохие и подают тебе дурной пример. Папа просто беспокоится за тебя.

– Но Эндрю не плохой! – почему они ничего не понимают? – Эндрю никогда не станет таким, как его мама! Он – другой!

Мама лишь тяжело вздохнула.

– В любом случае тебе не стоит с ним больше общаться, – беспомощным и будто умоляющим голосом произнесла она напоследок, поднимаясь и направляясь к двери. – Не стоит злить отца. Это для твоего же блага, доченька. Для нашего.

Это всё, чем она могла мне помочь. Отца мама у нас боится больше меня, и я не уверена, что она любит меня. Ведь если любит, почему ж тогда позволяет такое? Бить меня. Может, она и хочет мне помочь, но не может?

На самом деле мой папа не такой уж и плохой, и когда у него хорошее настроение, он может быть добрым, заботливым и милым, прямо как Эндрю. Но такое бывает редко, а уж в последнее время – всё реже.

Думая обо всём этом, я тогда разревелась и прорыдала полночи, уткнувшись лицом в подушку. Но твёрдо решила, что Эндрю я не брошу.

Ни за что.

И никогда.

10 декабря.

Привет, дорогой дневник. Надеюсь, хоть у тебя всё хорошо… Знаешь, что со мной на этот раз приключилось? Не поверишь – сейчас я пишу тебе, лёжа на каком-то дырявом диване в заброшенном доме на окраине города. Да, теперь у меня, похоже, нет дома. Как хорошо, что я хоть успела забрать тебя с собой и не оставила там одного…

За окном ночь, и тут довольно темно и холодно. Но мне не страшно, ведь со мной Эндрю. Но сейчас он спит, а я вот всё никак не могу уснуть. Хочешь знать, с чего всё началось? Тогда устраивайся поудобнее. А я тебе помогу в этом. Вот так.

Ах да, совсем забыла сказать, что мы в этом доме уже не первый раз и даже нашли здесь четырёх новых и верных друзей. Правда они четверолапые, пушистые и совсем не умеют говорить, но может, это потому что они ещё совсем маленькие?..

Но давай обо всём по порядку.

…За прошедшие два месяца я так и не перестала дружить с Эндрю, даже напротив – мы ещё больше сблизились! Только на следующий день после того случая он вдруг отстранился от меня и стал избегать. Как выяснилось позже, в тот вечер он выносил мусор и всё слышал – так громко кричал мой отец, а у нас ведь ещё и дома очень близко друг к другу стоят. Он сказал, что лучше нам и правда больше не общаться, но я сказала, что не отпущу его и буду рядом до тех пор, пока сам не захочет этого. А я знала, что он не хочет! Ну…вернее, хотела так думать. Ладно.

Мы помирились, но решили скрывать нашу дружбу от моих родителей, и поначалу у нас даже неплохо получалось. В тот же день примирения он наконец рассказал о своей маме. Отца у него не было – тот бросил его ещё в родильном доме, едва увидев, и сказал, что это не его сын. Так, во всяком случае, ему рассказывала мама. Та была ещё довольно молода и отдала Эндрю на воспитание бабушки – у него остались о ней очень хорошие и тёплые воспоминания. Но так бывает в жизни, и самые близкие нам люди иногда уходят, туда, где, если верить словам родителей, их ждёт куда более лучшая жизнь, чем здесь. Туда, где они счастливы, наконец обретя покой. Так произошло и с бабушкой Эндрю несколько лет назад, и мама была вынуждена забрать его к себе. Он ненавидел её, и ему было больно рассказывать обо всём этом. Я видела это, но мне было жутко интересно. А ты ведь знаешь, что я просто не смогу заснуть и умру от интереса, если мне чего-то не сказать!

Его мать постоянно пила алкоголь, а так как девать сына было некуда, ей приходилось брать его с собой. В гостях были и другие дети, дети её друзей и подруг. Но ни с кем из них он не мог подружиться и просто молчал, стоя в стороне. Как же я его понимаю…Маме было всегда плевать на его желания, просьбы, она относилась к нему как…как кому-то или к чему-то другому, но точно не как к сыну! Это же просто ужасно. Мне вдруг стало интересно про мужчин, что же его мама там такого с ними делает, так ещё и что они потом такие довольные уходят! Но Эндрю сказал, что я ещё маленькая и мне о таком знать ещё рано. Сама узнаю, когда вырасту, сказал он.

– Злюка ты, – обидевшись, сказала я. – Бу.

Ну а что? Прямо как папа мой. Он мне вообще его во многом напоминал…

Мы решили, что будем вместе всегда, несмотря ни на что. В это же время мы стали сбегать из школы, чтобы проводить больше времени вместе, а учителя охотно верили в несуществующие боли и плохое самочувствие. Глупые, правда? Родители давали мне деньги на карманные расходы, и однажды, в один из таких дней, мы решили потратить их на поход в городской парк аттракционов – я там часто бывала с мамой и папой, а вот Эндрю не был там ни разу, и я решила его сводить и сделать сюрприз (конечно же, он об этом не знал, я просто предложила провести там время). Так вот, пока он ходил покупать билеты (я слишком маленькая для этого), а я осталась одна, ко мне подошла одна странная пожилая женщина. Её одежда была рваной и поношенной, сплошные обноски, а волосы – седые, длинные и неухоженные. Отчего-то мне было некомфортно и беспокойно рядом с ней. Знаешь, что она сделала? О, она взяла мою ладонь и, проведя с ней какой-то непонятный ритуал, предсказала мою судьбу. И описала её как высокого, тёмненького парня с именем на букву Э. Представляешь? Когда он пришёл с билетами и сладкой ватой, её уже не было. А я, потеряв дар речи, смотрела во все глаза на Эндрю. Тёмненького и высокого.

Ох, лучше тебе не знать, что было потом, когда я вернулась домой. Папа уже ждал меня. И знал, что я сбежала из школы, и сбегала много раз до этого, чтобы гулять с Эндрю. Даже специально освободился с работы, чтобы меня встретить. Не говоря ни слова, он велел идти наверх, в мою комнату, и зайдя следом за мной, закрыл дверь. Он был в ярости. Я знала, что на этот раз никакого разговора не будет. Как же мне больно об этом вспоминать…

Сначала были пощёчины. Потом он разошёлся и стал бить во всю силу. Знаешь, как это было больно? Я, трясясь от страха, забилась в уголок рядом с кроватью, а он продолжал надвигаться, но вскоре всё-таки смог взять себя в руки.

– Я надеюсь, мы друг друга поняли, Алиса, – проговорил он. – Увижу тебя с ним ещё хоть раз или узнаю, будет ещё хуже. Ты поняла меня? Поняла?!

Но. Я больше не могла это терпеть. Я вскочила, схватила рюкзак и что есть мочи вылетела из комнаты, напоследок, чуть не захлебнувшись слезами, выкрикнув:

– Нет! Ты мне не указ! Я хочу дружить с Эндрю и буду дружить! Ненавижу тебя!

Затем я, со всех ног, в мятой и мокрой от слёз одной лишь школьной форме сбежала с лестницы и рванула куда глаза глядят, главное – как можно дальше отсюда. Я ожидала, что отец в бешенстве побежит за мной, но он так и остался стоять как вкопанный в моей комнате. Кажется, последние слова его сильно задели и до него только сейчас дошло.

Первым делом я, конечно же, встретилась с Эндрю. И расплакалась, упав в его обьятия.

А потом рассказала всё.

Вот что он сказал:

– Я не позволю ему больше этого делать с тобой. Я спасу тебя и вытащу отсюда, ты не должна всё это терпеть. Ты заслуживаешь большего. Послушай, давай убежим? Не из дома, а вообще – навсегда? Из этой жизни, из этого города? Туда, где нас никогда не найдут. Где будем только мы вдвоём.

Мне очень понравилась эта идея. Да я хоть на край света была готова с ним идти!

Только потом я узнала, что к нему домой уже не раз наведывались злые люди из службы по надзору за детьми и, так как его мама пьёт, а их семья неблагополучная, они собирались в скором времени лишить её родительских прав, а Эндрю – отправить в детский дом. У него тоже просто не оставалось выхода, да и всё так удачно сошлось…

– Но пока тебе нужно вернуться домой. Нам нужно всё спланировать и подготовить. То есть, мне. Потерпи немного, принцесса. И всё изменится – вот увидишь.

Ну, я согласилась, хоть и мысль о том, чтобы вернуться домой, была мне невыносима. Но если так надо…

Мы даже решили, в какой день всё произойдёт, назначили дату. Дату моего рождения, до которого оставалось всего две недели!

– Никто не будет ждать от тебя этого в такой день, – объяснил Эндрю. Как же он был умён! Я бы никогда не додумалась. Конечно, я же глупая, куда мне.

Мы решили, что я вернусь домой завтра, а сегодня нам пришлось заночевать в этом самом заброшенном бараке. Откуда я и пишу тебе сейчас, мой дорогой друг. На улице уже зима и повсюду снег. Тут холодно, но Эндрю отдал мне свою куртку. Какой же он всё-таки хороший…

А теперь самое интересное, чуть не забыла! Знаешь, как мы нашли это здание? А нашли мы его в один из тех дней, когда сбежали из школы и отправились гулять. Всё бы ничего, но тут я увидела папу, который ехал на машине по соседней улице! Мы бросились бежать со всех ног, пока он не заметил, и в итоге оказались на самой окраине. Мы обыскали этот дом и он оказался пустым, и с тех пор это наше убежище, наш второй дом, куда мы всегда можем придти и где никто не запретит нам быть вместе.

Но не тут-то было, дом оказался вовсе не пустым! В подвале мы нашли четырёх маленьких котят, которых кто-то здесь, видимо, бросил. Кто-то злой и бессердечный. Мы с Эндрю не могли это так оставить, и, каждый раз сбегая из школы, спешили сюда и кормили их едой, которую нам давали в школу родители или которую мы покупали по пути.

Эти котята, они как дети. Правда, ведут они себя ещё хуже! Один хороший и спокойный, а второй это какой-то кошмар! Ему постоянно что-то нужно, постоянно что-то не так, он постоянно ноет и вредничает. Ему нужно отдавать всё внимание, потому что в противном случае голова лопнет от постоянного мяуканья. Если честно, я его даже боюсь…

Но вот тот, что спокойный – он мне сразу приглянулся и понравился больше остальных. Ты бы только видел – у него смешная и милая, но серьёзная, мордочка с розовым носиком, серо-голубые водянистые глаза, в которых будто бы сплелись всё любопытство, всё недоверие и вся печаль этого мира, и чёрный с белым окрас. Мы с Эндрю решили дать ему имя, и очень долго ломали головы, как бы его назвать, пока Эндрю не предложил назвать его Бу. Забавно, правда? С тех пор мы стали заботиться о нём больше всех и он стал нам очень дорог.

Зачем вообще людям дети, когда можно завести котят? Не понимаю.

Мне очень не хочется оставлять их здесь одних (особенно Бу), ведь мы с Эндрю скоро уезжаем, а значит, они снова останутся здесь одни, голодные и замёрзшие. Может, даже умрут. Бррр, даже не хочу об этом думать. Поэтому я решилась на очередной рискованный и ответственный шаг: Бу я заберу с собой, и пусть мои родители попробуют хоть слово сказать против, а остальных мы просто подкинем какому-нибудь хорошему человеку под дверь, это не проблема.

…Ну, вот и всё, дорогой Дневник, на сегодня хватит. Это был тяжёлый день и я очень устала. Котята уже спят вместе со мной – куртка Эндрю оказалась достаточной большой, чтобы спрятать под ней от холода и их тоже. Да и тебе самому уже пора спать. Так что сладких тебе снов и спокойной ночи. Пока.

Позже.

Угадай, кто вернулся домой? Правильно, твоя непослушная Алиса! Мне почему-то очень хорошо сейчас, и я жду не дождусь своего дня рождения. Никто вокруг ведь даже и не догадывается, какой я подарок приготовила им, хи-хи. Ха, а знаешь, что самое забавное и удивительное? Когда я сбежала, родители подняли на уши весь город и обыскались меня, и представляешь, как они удивились, когда я вернулась сама? Да не одна, а с живым и пушистым комочком в руках! (да, у нас всё получилось, и теперь у котят есть новый дом и те, кто о них позаботятся, ура)

И они не злились, вообще ничего почти не сказали, а мама даже обрадовалась Бу и приняла его в наш дом. А папа, папа стал каким-то добрым и дружелюбным, как будто ничего и не произошло. Вот только я уже не уверена, нужна ли теперь буду Эндрю, потому что была дико голодна и смела подчистую буквально всё, что было в холодильнике, и скоро стану толстой и некрасивой. Вернее, ещё более толстой и некрасивой, чем сейчас, чтоб ты понимал масштабы катастрофы.

Всё-таки хорошо было вернуться домой. Только вот ночью, когда я уже спала (вернее, делала вид), ко мне пришёл папа и, сев на угол кровати, долго и тяжело молчал и просто задумчиво смотрел на меня.

– Я знаю, что поступил плохо. – Кажется, он говорил это самому себе, я ведь спала (он так думал). – И дай мне шанс отмотать время назад и всё исправить, я, скорее всего, поступлю так же. Но я лишь хочу как лучше. Всегда хотел, но, видимо, никогда не понимал, что для этого нужно делать. Может, я неправ и поступил неправильно. Точнее, так и есть. Но…просто я люблю тебя, доченька. Я люблю тебя, милая, с самого дня твоего рождения. Больше всего на свете. Ты – всё, что у меня есть. Самое светлое и лучшеее в моей жизни, самая светлая и лучшая часть меня.

Перед тем как уйти, он поцеловал меня в лобик. Конечно, я ненавидела его за то, что он сделал, но не смогла сдержать слёз. Похоже, и правда любит…

Плевать. Сам во всём виноват, нечего было со мной так обращаться. Пусть это будет ему уроком.

Я заснула в предвкушении того самого дня. Дня, обещавшего стать лучшим в моей жизни. Осталось две недели.

24 декабря.

Вот и настал тот самый день! Да! Сегодня мой день рождения!

День моего нового рождения.

В доме царила предпраздничная суета, все были как никогда рады мне и доброжелательны, особенно учитывая, что сегодня у нас было целых два праздника, ведь по какой-то странной случайности день моего рождения пришёлся на Сочельник. Приехали все мои родные, двоюродные и троюродные братья и дяди, у нас их целая прорва, и, честно говоря, я даже не была уверена, поместятся ли они все в одном доме или нет. Ещё приехали бабушка с дедушкой – тот был единственным человеком в семье, которого я по-настоящему любила, и который по-настоящему любил всех нас, даже несмотря на то, какими мы иногда бывали врединами. Конечно, мне было до жути интересно, какие же подарки меня ждут на этот раз, а мама уже успела наготовить кучу вкусностей и ароматных блюд, и я даже подумывала остаться, ведь теперь меня все любят и в побеге больше нет смысла… Но я не могла так подвести моего Эндрю. Всё, решено – значит, решено!

Бабушка подарила свой подарок раньше срока – это было чудесное розовое платье, как у настоящей принцессы, и она хотела, чтобы я надела его вечером. Оно было таким прекрасным! Я и правда была в нём похожа на принцессу. Как бы Эндрю был рад, увидев меня в нём! И вот, вскоре настал вечер. Меня отправили в свою комнату наряжаться к празднику…

…Но вместо этого я начала быстро собирать самые необходимые вещи, складывая их в свой рюкзачок – сумка для меня была слишком неподъёмной и тяжёлой. Затем я свила верёвку из одеял и полотенец, как показывал и учил Эндрю, и протянула её из окна моей комнаты до самой земли. Если это кто-то увидит, то накрылась моя маленькая мечта медным тазом! И вот, когда я уже скинула рюкзак вниз, собралась с духом и решилась, снизу, со стороны кухни раздались громкие голоса:

– Алиса, ты скоро? Поторапливайся скорее, солнышко, мы тебя тут уже все заждались!

Я не знала, что делать. Они ведь меня так любят…А как же Эндрю? Нет! Сейчас или никогда! Мне было страшно, но спуск прошёл на удивление хорошо, не считая того, что у самой земли твоя неуклюжая ходячая катастрофа таки сорвалась и больно упала на пятую точку. До сих пор болит! Ужас!

С Эндрю я встретилась за пару кварталов от наших домов. Его вещи тоже были собраны. Он сказал, что тратить время нельзя и мы отправились на городской вокзал. Вряд ли, обнаружив нашу пропажу, наши родители решат, что мы собрались бежать из этого города, так что у нас было преимущество. На улице была настоящая сказка – красивый снегопад, милые, развешанные на каждом шагу жёлтые гирлянды, свет горящий в доме каждой отмечающей праздник семьи – и я вдруг подумала: какой глупец вообще сбегает из дома в Сочельник, и, тем более, в свой день рождения? Но иначе было никак. Да и возвращаться было поздно.

Вдруг Эндрю спросил:

– Ты уверена? Подумай хорошо. Пути назад может не быть.

– А ты? – ответила я. – Если ты, то и я тоже. И вообще, кто тут у нас большой и умный мальчик, ты или я? Вот и решай за нас обоих!

– Тогда решено, – сказал Эндрю. Хотя было видно, что мне удалось его смутить.

Так-то! Будет знать, как называть меня маленькой и глупой!

…Ну вот и всё, мой дорогой друг. Поезд-беглец, на который мы пробрались тайком, выдав себя за брата и сестру, мчится в неведомую нам даль, но куда именно – нам пока неважно. Я не знаю, что будет дальше, но знаю, что назад пути нет. Мимо нас пролетают укрытые синевой ночи поля, холмы, склоны и соседние с нашим маленькие городки. Я очень хочу спать. Ни о чём не думаю и не жалею. Главное, что Эндрю рядом. Сейчас он спит, а в подключенных к его плееру наушниках у него играет какая-то очень грустная песня. Я тихонько взяла один и поднесла к уху, чтобы послушать.

"Runaway train never going back,

Wrong way on a one-way track,

Seems like I should be getting somewhere

Somehow I neither here nor there"

Ого, такое ощущение, что это песня про нас…

Прости, дневник, но я пишу тебе в последний раз. Эндрю настоял на том, чтобы я с тобой рассталась, он говорит, что мы должны забыть и отпустить прошлое. Всё, что было там, осталось там. Прощай, мой друг, и спасибо за то, что был рядом в трудные моменты. Без тебя я бы не справилась.

Я не знаю, как дальше сложится моя судьба, получится ли у нас воплотить в жизнь наши планы и мечты. Не грусти. Всё однажды у всех нас будет хорошо. Иначе и быть не может. Просто нужно ждать и верить в лучшее.

С любовью, твоя Алиса.

Кое-что глупое

The Cranberries – Just My Imagination

…С тех пор много воды утекло, много времени прошло. С их знакомства до того её необдуманного признания. И после него. Всё было по-прежнему, их жизнь – такой же радостной и беззаботной. Как они и мечтали. Вот только…друзьями они больше не были. И оба это чувствовали. Слишком много они сделали друг для друга, слишком много всего было, чтобы называть это обычной дружбой. Они уже не были даже братом и сестрой. Нечто большее. То, чего так боялся, но в то же время безумно хотел Эндрю. Да и она тоже. Всё изменилось в один день и в один миг.

Одним летним днём Эндрю предложил устроить на их любимом озере уикенд с ночёвкой. Алиса знала, что он любит море, особенно ночью. Но…моря у них не было, увы. Тогда Алиса поняла, что пора действовать. Но, как всегда, сомневалась, и в нём, и в себе. Что, если он её отвергнет? Оттолкнёт, потому что она слишком ещё маленькая для него. Слишком непривлекательная. Или просто друг для него, и ничего больше. В глубине души она уже знала его ответ и реакцию, но попробовать стоило. Если нет – тогда они просто забудут об этом и никогда к этому не вернутся.

…Тихая и спокойная вода едва слышно и приятно шумела, омывая пеной и маленькими волнами песчаный берег озера. Они сидели и грелись у тёплого и яркого костра, а в небе ярко сияла далёкая луна, пряча от любопытных глаз свою тёмную, неизведанную сторону. Навеселившись и отсмеявшись, в какой-то момент они оба притихли, и тишину нарушал лишь шум озера и треск костра. Алиса взглянула на Эндрю. Своего Эндрю. Давай, подруга, как в тот раз. Сейчас или никогда.

– Можно я сделаю кое-что глупое? – глядя прямо ему в глаза и сгорая от стыда и злости на себя, робко и тихо спросила она.

Он молчал. По лицу Эндрю редко можно было заметить какие-либо эмоции и ей оставалось лишь гадать, о чём он думает. Но молчание затянулось и она поняла, что он лишь думает, как бы помягче сказать то, чего она и ждала. Хоть втайне и ждала другого. Она была готова расплакаться от собственной глупости и никчёмности.

– Насколько глупое? – в тон ей вдруг ответил Эндрю.

– Настолько, насколько хватит смелости, – на этот раз без промедления и не задумываясь, сказала Алиса.

И не успел он и глазом моргнуть, как она игриво и застенчиво поцеловала его в щёчку, быстро и стремительно, словно комар укусил. Но на этот раз он не отстранился от неё, не назвал глупой и ничего не понимающей девчонкой.

Она в нём не ошиблась.

И ни капли не жалела, хоть и до сих пор не могла поверить.

Дальнейшее было бы сложно описать словами. Но это не было похоже на то, что было раньше. Всё оказалось, как и говорил Эндрю.

"Любовь – это когда два человека вместе и не могут друг без друга жить. Когда один в сердце и мыслях другого, когда они будто две части единого целого. Продолжения друг друга. И один готов пойти ради другого на всё. Любовь – лучшее, что может произойти с человеком. Любовь – это счастье".

Но любые слова в этом случае были лишними. Они просто были счастливы быть друг с другом. Счастливы, как никогда до этого. Как только могут быть счастливы лишь влюблённые по уши дети.

Любовь, ненависть, любовь

– Тебе никогда не хотелось вернуться? – вдруг спросила Алиса, лёжа с ним в обнимку на их общей кровати. – А что? Только подумай: там нас ждёт целый неизведанный мир. А про нас уже давно все забыли. Да и кто нас узнает, за тысячи миль от нашего города? Спустя столько лет? Правильно – никто. А что, если…что, если мы вообще совершили ошибку? М? Что, если нам не стоило сбегать тогда? Мы ведь были маленькими, глупыми детьми, и даже не до конца понимали, что делаем. Но мы ещё можем вернуться. Не домой, конечно, нет, но…в общем, ты понял.

Она чуть приподнялась на локте, лёжа на боку, и заглянула ему в глаза.

– Эндрю.

Но тот молчал, невидящим взглядом глядя в потолок. Он не хотел продолжать этот разговор. Не хотел, чтобы он начинался. Но это было неизбежно – она ведь стала уже совсем взрослой, его Алиса, а он и подавно. Ей теперь было тринадцать. Он прекрасно всё понимал. Ей хотелось увидеть мир, мир за стенами их замка. Новые ощущения. Города. Места. Люди. Ей было тесно здесь. Скучно. И он это понимал. Когда-то она была здесь свободна, а сейчас всё больше напоминала птичку в золотой клетке. Славные деньки, озарённые ярко сияющим солнечным светом, прошли. Прошлое осталось в прошлом, и только он один хотел остаться там вместе с ним. И вместе с ней.

– Хочешь всю жизнь провести здесь?

– А ты нет? – резко выпалил он, прекрасно зная ответ заранее.

Нет, конечно.

Она изменилась за это время. И внешне, и внутри. Стала более женственной, более взрослой, более самостоятельной. Капризной и эгоистичной. Она выросла и помолодела. Он же чувствовал себя всё тем же Эндрю, каким был тогда, только будто состарившимся на пару десятков лет. Она становилась типичным подростком, не могла усидеть на месте и хотела жить, и это было нормально, а он…он был просто жалок.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю