355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Эндрю Кейт » Кровь героев » Текст книги (страница 3)
Кровь героев
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 00:38

Текст книги "Кровь героев"


Автор книги: Эндрю Кейт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

III

Гленгарри, Пограничная область Скаи,

Федеративное Содружество 1 апреля 3056 г.

Дэвис Карлайл Клей одиноко сидел в МЛВ, глядя в окно на пробегающие мимо холмы Гленгарри – Брейморей Дистрикт – и размышляя о родном доме. Родился он на Хельме – первом владении Легиона Серой Смерти. Планета была дарована Легиону в качестве награды Домом Марика за службу в Лиге Свободных Миров в самый разгар войн за Наследие, но из-за предательства работодателя наемников вытеснили с Хельма, когда Клей был еще ребенком. Насколько он помнил, его домом всегда были Судеты – планета, входящая в Содружество Лиры, где главенствовал Дом Штайнера, – пока однажды не пришли кланы.

«Какая ирония, – с горечью размышлял он, – что конец многовековым войнам между Великими Домами Внутренней Сферы положила другая война – на этот раз против общего врага, пришедшего из-за пределов обширных пространств, заселенных людьми».

Еще большая ирония заключалась, пожалуй, в том, что внешняя угроза была вызвана точно теми же обстоятельствами, которые веками питали огонь нескончаемых войн за Наследие. При всей своей широкой экспансии по звездным мирам и встречах с другими разумными существами люди никогда не уставали находить оправдания развязыванию войн друг против друга. Несколько веков Звездная Лига объединяла миры и управляла ими, пока эта золотая эра не прекратила свое существование в огне гражданской войны и наступившем хаосе. Совершив массовый исход, ведомые Керенским – самым знаменитым генералом за всю историю человечества, – военные просто покинули Внутреннюю Сферу, навсегда исчезнув в пространствах Периферии, даже не нанесенных на карты.

На месте же остались пять Великих Домов со своими Верховными Правителями – Лордами-Наследниками, каждый из которых претендовал на законное наследование трона Звездной Лиги. Почти триста лет вооруженные силы Великих Домов насмерть стояли друг против друга. Войны приносили неисчислимые разрушения, сопровождавшиеся неизбежным падением технологии и фактическим прекращением развития цивилизации. Главы Домов – Штайнера, Куриты, Ляо, Марика и Дэвиона – самозабвенно дрались между собой. Каждый из них стремился стать единоличным правителем всего заселенного людьми космического пространства. Альянсы создавались и распадались, одним лидерам приходили на смену другие, простые люди мерли косяками, но войны за Наследие все равно продолжались.

И тут произошел один политический маневр, который разом все переменил. В 3028 году два Великих Дома объединились в нечто большее, чем временный альянс для сиюминутной выгоды. Женитьба Хэнса Дэвиона на Мелиссе Штайнер превратила эти два государства в единый сверхмощный политический союз – Федеративное Содружество. Могучая армия ФС одержала ряд крупных побед над главными соперниками, и на какое-то время в Лиге Свободных Миров воцарилось хрупкое спокойствие. Но даже Федеративное Содружество не могло полностью контролировать ситуацию, и Внутренняя Сфера вошла в период непростого мира.

Именно в этот момент на сцене появились кланы. Кланы – потомки тех, кто последовал за генералом Александром Керенским после падения Звездной Лиги, – выработали совершенно новый тип общества. Их технология двигалась вперед, в то время как технология наследных государств загнивала, а методы физической и психологической подготовки фанатичных солдат кланов совершенно не походили ни на что из того, что могли когда-либо вообразить ученые и специалисты во Внутренней Сфере. За три года кланы прокатились по трети территории наследных государств, заставив лидеров Великих Домов заключить между собой мучительный альянс, чтобы сражаться с новым врагом. Каким-то образом Внутренней Сфере удалось пережить этот яростный штурм, но лишь ценой неимоверных жертв.

После того как Серый Легион Смерти предали на Хельме, наемники поступили на службу Дому Штайнера. Как и Хельм, планетоид Судеты достался им в награду за службу, в качестве оперативной базы Легиона в промежутках между операциями. Младший Клей продолжал считать эту планету своим домом – миром, где он вырос и где впервые вступил в подготовительную группу воинов – водителей боевых роботов Легиона. В этом мире он жил вместе с отцом.

То были его счастливые дни, поскольку горе, связанное со смертью матери, к тому времени несколько поутихло. Он помнил, как гордился отец, когда Дэвис объявил о своем решении вступить в Легион и поддержать таким образом семейную традицию. Помнил он также нетерпеливое ожидание в течение нескольких недель, остававшихся до первого экзамена, после которого он со временем смог бы занять место воина под командованием своего отца.

Но экзамен так и не состоялся. Как раз накануне кланы высадили десант на Судетах, и в последующей жестокой схватке уже не было времени думать о кадетской аттестации. Вместе с однокурсниками по кадетскому корпусу Дэвис Клей должен был эвакуировать не участвующих в боевых действиях людей, в то время как полковник Карлайл со своими войсками пытался отбросить неприятеля. Вот тогда и погиб Дел-мар Клей, управляя своей старой, потрепанной «Росомахой» и пытаясь поднять войска в очередную контратаку против, казалось бы, неудержимого противника.

Серый Легион Смерти, признанный одним из лучших наемных подразделений во всей Внутренней Сфере, еле-еле сумел тогда оправиться после жуткого столкновения с врагом. В битве при Судетах, а затем в соседней системе – Пандоре, где кланы вторично потрепали войско Карлайла, Легион потерял почти половину людей и машин.

И вот Легион, вынужденный покинуть Судеты, во второй раз остался бездомным, а правительство Федеративного Содружества решило, что от посылки подкрепления побитым наемникам будет мало толку. Вместо этого принц Дэвион предоставил Легиону новую планету – Гленгарри, где Грейсон Карлайл Смертоносный попытался начать все заново.

Легион восстановил пошатнувшуюся репутацию в полудюжине мелких кампаний против различных противников по всей границе Федеративного Содружества. Но Дэвис Карлайл Клей не мог забыть прошлого. Показатели учебы у него заметно снизились, и когда предоставилась возможность занять место в сражающейся части Легиона, он провалился на экзамене.

С момента смерти отца прошло уже три года, но младший Клей никак не мог закончить учебу, хотя для него это было самым важным делом в жизни.

Он смотрел на холмы Брейморей Дистрикт, проносящиеся за окном магнитобуса, и кусал губу. Больше поражений не будет! В следующий раз он все сделает так, чтобы стать достойным славы своего отца.

IV

Таркад-Сити, Система Таркад,

Федеративное Содружество 1 апреля 3056 г.

– Можно подумать, что один лишь шанс быть представленным ко двору может сделать человека счастливым. Но ты, насколько я понимаю, – исключение… впрочем, как всегда.

Грейсон Карлайл Смертоносный подтянул тесный воротничок серого форменного кителя и, выслушав жену, помрачнел.

– Приехать сюда было ошибкой, – грубовато произнес он. – И не только из-за ситуации дома. Черт побери, Лори, мы ведь ни разу за двадцать пять лет не пропустили День Героев. И сейчас этого не следовало делать.

– Я понимаю. Грей, – ответила Лори Калмар-Карлайл. – Но ты ведь не можешь отказать принцу-архонту.

Карлайл мрачно кивнул. Здесь, на Таркаде, был поздний вечер, но на Гленгарри сейчас, должно быть, середина ночи. И через несколько часов начнутся церемонии в честь Дня Героев – главного праздника Серого Легиона Смерти. То был повод вспомнить всех воинов, которые сражались и умирали во славу Легиона на протяжении многих лет. Поэтому Грейсон тяжело переживал, что на сей раз не может отдать дань памяти своим боевым товарищам. Оставшихся в живых первых легионеров теперь уже легко пересчитать по пальцам, а совсем скоро уйдут и эти последние.

Но вместо того, чтобы быть сейчас на Гленгарри, со своими людьми, Карлайл прилетел на Таркад, ощущая себя туристом, впервые попавшим в большой город.

Ему потребовалось собрать в кулак всю свою железную волю, с помощью которой удалось превратить когда-то. кучку неоперившихся солдат в самое знаменитое наемное войско во всей Внутренней Сфере, и сосредоточить свое внимание на великолепной архитектуре помещения и толпе шикарно одетых людей, выстроившихся по. сторонам Большого зала королевского двора.

– Здесь народу больше, чем на всем Сигурдшейвене, – тихо сказала Лори, откликаясь на его мысли с той безошибочной точностью, которая делала ее совершенно бесценным старшим помощником командира Легиона. Ладонь жены скользнула в его руку.

Карлайл еще раз взглянул на Лори – все еще стройную белокурую женщину, не менее желанную даже после стольких лет, прожитых вместе. Она редко упоминала о Сигурде – ее родном мире в малонаселенной Периферии. Для Лори привыкнуть к многолюдному Таркаду и перестать смущаться было, вероятно, еще труднее, чем ему самому, поскольку это заставляло ее вспоминать о потерянной родине.

Не успел Карлайл ответить, как из мощных динамиков раздались призывные звуки фанфар.

– Его высочество Виктор Ян Штайнер-Дэвион, принц-архонт Федеративного Содружества, Верховный главнокомандующий вооруженных сил Федеративного Содружества, герцог Таркадский, герцог Нового Авалона, герцог Донегала, ландграф фон Бремен, первый лорд Звездной Лиги.

Трубы протрубили еще раз, и в гигантских двойных дверях на дальнем конце Большого зала показался самый могущественный человек Внутренней Сферы. Принц Виктор был низкорослым человеком с квадратной челюстью, светлыми волосами и ярко-голубыми глазами. Он был одет в форму десятого Лиранского гвардейского полка: темно-синяя туника с высоким воротником и золотым галуном, зеленовато-голубые лосины с красным кантом, подпоясанные красным же кушаком. Пока он излишне торопливо шел по центру прохода между рядами, то, несмотря на роскошную форму принца, Грейсону подумалось, что в его внешности нет, пожалуй, ничего особенно выдающегося или благородного. На самом деле он выглядел именно так, как представлял его себе Грейсон, – нетерпеливый человек, у которого нет времени на пустые формальности и церемонии.

Шествуя по проходу, принц Федеративного Содружества время от времени кивал, узнавая аристократов, военных и министров, низко кланявшихся ему, когда он проходил мимо. Никакого особого знака внимания чете Карлайлов он не выказал, но ничего удивительного в этом не было. Действительно, с чего бы Виктору Дэвиону выделять их из толпы остальных присутствующих. Несмотря на то что имя Карлайла гремело по всей Внутренней Сфере, Грейсону до сих пор не доводилось бывать на Таркаде, и принца-архонта он тоже прежде не видел.

Однако один из офицеров – женщина, носившая темную форму Легиона, – удостоилась внимания принца. Во всяком случае, если не она сама, то ее семья. Трейси Максвелл Кент была дочерью одного из богатейших дворян Федеративного Содружества, лорда Роднея Кента, совсем недавно принятого в Консультативный Совет принца. Лорд Родней принадлежал к группе известных аристократов. Трейси наконец-таки удалось помириться со своей семьей после многих лет отчуждения, и Карлайл был рад видеть отца и дочь вместе после долгой ссоры. Как видно, чин капитана в прославленном Сером Легионе Смерти оказался вполне приличным даже для Кентов. Когда с затянувшимся разрывом было покончено, Трейси опять стала наследницей всех титулов и собственности семьи Кентов, а это повлечет за собой ее неизбежный отзыв домой, в столицу, чтобы принять все аристократические обязанности, как только она с честью завершит свои дела в Легионе.

«Вот еще один из соратников уходит», – подумал Карлайл, испытывая внезапный приступ ностальгии по тем далеким дням, когда Легион был просто одним из отрядов наемников, пытавшихся завоевать свое место под солнцем. Это вновь напомнило ему о празднике Дня Героев, который он вынужден был пропустить. Время принесло с собой слишком много перемен. Большинства старых товарищей теперь не стало – погибли или ушли в отставку, хотя кое-кто продолжал еще тянуть лямку военной службы. Нынешних офицеров он едва ли знал так хорошо, как тех первых соратников, а большую часть времени теперь приходилось проводить за письменным столом или в официальных поездках типа нынешней, вместо того чтобы вести своего боевого робота в самую гущу схватки.

Принц поднялся на пять ступеней помоста в конце Большого зала и остановился. Под тремя знаменами королевства там стояло два пустых трона: один – слева, под гербом Солнечной Федерации, изображавшим меч в лучах восхода, другой – справа, под гербом Содружества Лиры – сжатый кулак. Между ними располагался стяг с кулаком в лучах восходящего солнца – гербом Федеративного Содружества. После секундного колебания Виктор чопорно поклонился правому трону и занял место на левом, под флагом Солнечной Федерации. По залу пронесся ропот, и не все слова, которые расслышал Карлайл, звучали одобрительно.

Более двух десятилетий оба трона принадлежали принцу Хэнсу Дэвиону и архонтессе Мелиссе Штайнер-Дэвион – родителям Виктора. Эти двое стали архитекторами брачного союза, который в корне изменил баланс сил во Внутренней Сфере и почти положил конец долгому топтанию на месте в деле воссоздания Звездной Лиги. Несмотря на то что чета правила объединенным государством, принц Хэнс и архонтесса Мелисса занимали каждый свой трон, что представляло собой существенный акт в поддержку стабильности и удовлетворяло абмиции сторон. После смерти Хэнса Дэвиона от сердечного приступа четыре года назад Виктор унаследовал отцовскую корону, но продолжал оказывать матери почести как соправителю королевства.

Теперь Мелисса Штайнер-Дэвион погибла, став жертвой наемного убийцы, подложившего в цветы, которые окружали трибуну в мемориальном зале библиотеки, где она должна была выступать, бомбу. С этого трагического момента, произошедшего почти год назад, Виктор лицом к лицу столкнулся с нарастающим политическим кризисом, угрожающим Федеративному Содружеству, поэтому ему следовало использовать любую возможность укрепить свою падающую популярность. До сих пор сама мысль о том, что власть теперь будет автоматически переходить в руки семьи Дэвионов, была неприемлема и ненавистна некоторым лиранцам, в основном аристократии Дома Штайнера, которые никогда полностью не признавали возникшее в результате брака Федеративное Содружество. Поклон Виктора трону его матери должен был символизировать уважение к нему, но, сев под флаг Солнечной Федерации, он явно указал на королевство, которое будет пользоваться приоритетом при его правлении.

«Здесь, в старой столице Дома Штайнера, Виктору следовало занять штайнеровский трон», – подумал Карлайл. В нынешние напряженные времена только один подобный опрометчивый жест мог сильно навредить принцу.

Возможно, если бы здесь присутствовала Катрин – сестра Виктора, то она сумела бы найти способ сгладить промах принца. Будучи выше его ростом и обладая царственной красотой, в которой сочетались одновременно и сила ее бабки, и миловидность матери, ее высочество герцогиня Сарнская, Катрин Штайнер-Дэвион пользовалась большой любовью населения Содружества Лиры и была, несомненно, самой популярной из трех детей Хэнса и Мелиссы. Вероятно, это происходило потому, что Катрин так сильно была похожа на обожаемую народом Мелиссу, или потому, что она, казалось, больше других озабочена судьбой Содружества Лиры.

Но Катрин сегодня здесь не было, и она не могла занять место подле брата в Большом зале. Там, где она, несомненно, демонстрировала бы грацию и шарм, принц Виктор вдруг сделал нетерпеливый жест. Две огромные двери медленно отворились, и в зал вступила пара боевых роботов. Традиция, что лиранский трон охраняют боевые роботы, насчитывала более чем пятисотлетнюю историю, но сегодня появление двух боевых машин заставило многих в толпе разом напрячься. Традиционно эти роботы всегда были «Грифонами», раскрашенными в цвета одного из любимых архонтом гвардейских лиранских полков. Сегодня слева стоял «Мародер», раскрашенный в черное с золотом – цвета первого Кастильского уланского полка, фанатично преданного Федеративному Содружеству. Справа возвышался «Крестоносец», имеющий красное туловище, черные ноги и черную окантовку наемного полка «Келльские Борзые».

«Это еще одна фундаментальная ошибка принца», – подумал Карлайл.

Здесь, на Таркаде, где пролиранские настроения имели самые глубокие корни, подчеркивать альянс между двумя королевствами было для Виктора крайне неосмотрительно.

Главный церемониймейстер дворца заставил шум смолкнуть, сделав еще одно объявление через громкоговоритель:

– Во имя Незавершенной Книги – пусть приблизятся все, у кого есть дело к принцу-архонту. Да придаст власть разделенная мудрости его высочеству в деле сохранения и защиты королевства! – Это повлекло за собой еще больше комментариев. Незавершенная Книга была центральным символом неофициальной государственной религии старой Солнечной Федерации, но в лиранском обществе признания не имела. «Интересно, – гадал Карлайл, – приходило ли когда-нибудь Виктору в голову, сколько чувств доброй половины своих подданных втоптал он в грязь этими вульгарными попытками внедрить чуждую культуру среди таких гордых людей, как лиранцы».

Внимание Карлайла переключилось на первых просителей и подхалимов, приблизившихся к трону.

«Имеет ли кто-то из этих беспечных придворных вертопрахов хотя бы отдаленное представление о событиях, разворачивающихся за узкими рамками их проходящих в заботах о почестях и привилегиях жизней?» – думалось ему. Убийство архонтессы Мелиссы было лишь последним ударом среди целой серии потрясений, приведших Федеративное Содружество к угрозе распада, хотя, казалось бы, никто из этих разряженных придворных не изменился со времени великого правления принца Хэнса.

Загнивание, естественно, длилось в течение многих лет. Началось оно с провала попыток Хэнса Дэвиона объединить Внутреннюю Сферу. Главным препятствием на пути к победе стал извечный соперник Федеративного Содружества – Синдикат Драконов, принадлежавший Дому Куриты. Невзирая на объединенную мощь Домов Дэвиона и Штайнера, успеха достичь так и не удавалось. В результате Синдикат Драконов не только выжил, но и создал серьезную контругрозу, которая вынужденно привела к перемирию и старой патовой ситуации во Внутренней Сфере. Затем на Федеративное Содружество обрушилась ошеломительная череда войн с кланами, очень сильно потрепавших приграничные миры старого Содружества Лиры. Карлайл до сих пор содрогался при одном воспоминании о Судетах, где, сражаясь против кланов, полегло так много воинов его Легиона. Несмотря на то что молниеносная война длилась всего три года, ее последствия, одновременно трагические и серьезные, только подлили масла в огонь недовольства лиранцев слабеющей экономикой Федеративного Содружества и его непомерно раздутой бюрократией.

Теперь архонтесса Мелисса погибла, и это придало импульс лиранскому сепаратистскому движению. Все обстоятельства ее убийства фактически указывали на одного из наиболее известных сепаратистов, подозреваемого в организации преступления. Риан Штайнер – герцог Порримский, кузен принца Виктора, – был человеком хитрым и удачливым, а кроме того, пользовался широкой популярностью среди лиранских диссидентов. Так получилось, что он к тому же считался главным политическим оппонентом существующей власти во всем регионе Острова Скаи, и это доставляло Грейсону Карлайлу Смертоносному немало беспокойства. Еще большая опасность заключалась в том, что Ричард Штайнер – главнокомандующий вооруженными силами Острова Скаи, – кажется, предпочитал выполнять приказы одного лишь Риана, а не своих вышестоящих военачальников из Федеративного Содружества. Планета Гленгарри находилась в самом сердце пограничной области Скаи, и это ставило Легион прямо в центр зарождающегося политического пожара. Действительно, принц Виктор ведь отправил Легион на Гленгарри, предприняв попытку противопоставить сепаратистскому движению лояльные трону силы еще до трагической смерти матери.

Все это дошло до Карлайла слишком поздно и в слишком туманных формах. Даже если окажется, что Риан Штайнер не стоял за убийством архонтессы Мелиссы, усиление позиций Федеративного Содружества в пограничной области Скаи только подлило масла в огонь сепаратистских настроений. Рано или поздно сепаратисты придут в движение, и цепная реакция восстаний, начавшись на Острове Скаи, прокатится по всему Содружеству Лиры с возможным переходом в полномасштабную гражданскую войну. Это будет означать конец Федеративного Содружества. Насчет этого Карлайл был уверен.

Если бы приказы, вызвавшие Грейсона Карлайла на Таркад, не носили столь категоричного характера, он с радостью отказался бы от поездки, даже не ссылаясь на День Героев. До тех пор, пока политическое положение будет оставаться столь мрачным и неопределенным, он никогда не будет чувствовать себя спокойно в этой пограничной области. Например, незадолго до убийства Мелиссы уже имели место пограничные конфликты с Домом Марика. Ричард Штайнер удалил из области Скаи два полка, причем самые лучшие, находившиеся на службе Федеративного Содружества. Им было приказано нести боевое дежурство вокруг Форда, и этот приказ был отдан, вероятно, по прямому распоряжению Риана Штайнера. Одновременно почти половина Легиона также была выслана за пределы Скаи на Боргезе, в пограничную область Тамар, чтобы сменить там отряд под названием «Черный Терновник» после набега Джейда Фалькона. Предполагалось, что на подмену следовало послать части из более близких областей, но этого не произошло. Тем временем по Таркаду поползли слухи, что далеко не все подменные войска так же лояльны, как те, что были удалены из самого сердца пограничной области Скаи. В результате верные правительству части на Острове Скаи оказались малочисленными и разделенными, и такое положение дел совершенно не устраивало Грейсона Карлайла.

Однако Виктор настоял, чтобы знаменитый полковник Карлайл и малочисленная группа его старших командиров в обязательном порядке прибыли ко двору. Вдобавок к запланированным совещаниям по стратегическим вопросам, которые легионеры должны были посещать, принц, похоже, собирался ввести их в круг социальных и церемониальных действий, предназначенных продемонстрировать как мощь, так и единство его правительства. Серый Легион Смерти уже на следующий день после прибытия на Таркад принял участие в военном параде, прошагав карлайловской четверкой боевых роботов через центр города.

А теперь еще этот помпезный прием и условности этикета, через которые предстояло пройти…

– Полковник Грейсон Карляйл Смертоносный, – зычно объявил главный церемониймейстер дворца.

Несмотря на то что второе имя он выговорил не совсем правильно, произнеся «Карляйл» вместо «Карлайл», глава наемников был слишком ошарашен вызовом, чтобы обратить на это внимание. Одернув полы форменного кителя, он вышел вперед, волнуясь под сконцентрированным на нем вниманием всего двора.

Еще не оправившись от неожиданности, он подошел к подножию помоста и почтительно поклонился, но без того подобострастия, которое исходило от предшествовавших ему услужливых придворных. В конце концов он всего лишь наемный солдат, а не аристократ Федеративного Содружества, и это делало его партнерской стороной, а не чьей-то собственностью. Да и официального контракта с Домом Дэвиона у Грейсона никогда не существовало. Его он подписывал с Катериной Штайнер еще до того, как она отреклась от престола в пользу своей дочери – Мелиссы, и нынешняя преданность полковника Карлайла правительству Федеративного Содружества вытекала из этого соглашения.

– А, вот и полковник Карлайл, – слабо улыбнувшись, произнес принц Виктор. – Наконец-то мы имеем удовольствие лицезреть вас.

– Я также весьма польщен, ваше высочество, – ответил Карлайл, соблюдая этикет.

– Вы много лет прослужили Федеративному Содружеству, полковник, – продолжал Виктор. – У вас просто выдающийся послужной список. А разве не впечатляет найденный на Хельме Серым Легионом Смерти компьютерный клад? Одно это достойно того, чтобы занести вас в исторические книги. Федеративное Содружество премного благодарно таким командирам, как вы, за службу.

Пока принц говорил, лакей в ливрее вышел вперед, неся перед собой старинный палаш, точно такой же, как на знамени Солнечной Федерации. Сделав секундную паузу, принц взял его двумя руками.

– Церемониал требует от вас того, о чем я вас сейчас попрошу, – продолжил он. – Пожалуйста, соблаговолите преклонить колено и положить ладони на рукоять этого меча.

Карлайл слегка заколебался, но потом опустился на одно колено. Когда рука его обхватила меч возле руки Виктора, тот вновь заговорил:

– Да будет известно во всех мирах Федеративного Содружества, в советах кланов и среди наших врагов, что я, принц Виктор Штайнер-Дэвион, сим признаю многочисленные услуги, оказанные тобой, Грейсон Карлайл Смертоносный, Домам Штайнера и Дэвиона. В связи с этим здесь и сейчас я присваиваю тебе титул барона Федеративного Содружества. Я дарую в бессрочное владение тебе и твоим наследникам феодальные права и планетоид Гленгарри на Острове Скаи.

Двое мужчин какое-то время смотрели друг на друга, затем принц прошептал:

– Вы заслужили это, Карлайл. Во имя вашего и моего благополучия, надеюсь, вы сумеете удержать наш дар.

Объявление вызвало очередное брожение в толпе. Очень редко простому барону передавали в бессрочное владение целую планету, и в тех немногих случаях, когда подобные вещи происходили, это был, как правило, захолустный мирок типа Гленгарри. Еще реже полковник наемников причислялся к кругу верховного дворянства наследных государств. До сего момента Легион занимал планетоид Гленгарри согласно контракту с Содружеством Лиры, получая от него деньги, людей, снабжение и землю для жилья как нынешних, так и бывших легионеров. Но владение было законным только на время действия контракта. Теперь, с получением от принца такого дара, все коренным образом менялось. Событие это превращало полковника Грейсона Карлайла в лидера наемников, который мог предложить услуги Серого Легиона Смерти любому другому работодателю, оставаясь при этом бароном Карлайлом – феодальным владыкой Гленгарри.

Грейсон Карлайл глянул в холодно-голубые глаза принца. Он знал, что последует дальше, и был момент,. когда ему захотелось прямо на месте со всем этим покончить. Предпочитая всегда оставаться самим собой, Карлайл и был самим собой с того самого дня, когда его отец погиб на далеком Треллване. С принятием от Виктора Дэвиона баронства все коренным образом изменится.

Совершенно очевидно, что это был очередной шаг плана принца по установлению контроля над непокорной пограничной областью Скаи. Привязав таким образом Серый Легион Смерти к обоим тронам, Дэвион накидывал узду на Риана Штайнера и скайских сепаратистов. Кроме того, хорошо было известно, что между Легионом и Синдикатом Драконов существовала многолетняя вражда. Поскольку ходили сплетни о том, что Виктор давно уже сильно увлекся Оми, дочерью Теодора Куриты – блистательного координатора Синдиката Драконов, возвышение принцем Виктором антикуритски настроенного командира Легиона поможет положить конец кривотолкам о его якобы низкопоклонстве перед старейшим и самым закоренелым врагом своего государства.

Карлайл не был до конца уверен, что ему хочется играть роль пешки в политической шахматной партии принца-архонта, но если во всей Внутренней Сфере и существовала какая-нибудь власть, стоявшая за цивилизацию, за порядок, за прекращение войн, много веков раздиравших человечество, то эту власть олицетворяло Федеративное Содружество. Всю свою жизнь Грейсон Карлайл рассматривал себя как борца на переднем крае борьбы с варварством. Если ценой превосходства Федеративного Содружества над своими врагами должна стать его вассальная присяга на верность Лорду-Наследнику, как может он отказаться от подобного шага?

Медленно, с задумчивым видом, Грейсон кивнул головой, и Виктор Дэвион улыбнулся.

– Пожалуйста, барон фон Гленгарри, повторяй за мной. Перед присутствующими здесь свидетелями я, Грейсон Карлайл Смертоносный барон фон Гленгарри, отныне беру тебя, Виктор Штайнер-Дэвион, принца-архонта Федеративного Содружества, господином жизни моей и тела моего и становлюсь твоим вассалом за дарованный мне планетоид Гленгарри.

– Перед присутствующими здесь свидетелями я, Грейсон Карлайл Смертоносный, барон…

Повторяя слова клятвы, Карлайл не мог не заметить, что они представляют собой не что иное, как возрождение архаичной вассальной присяги. Дворяне, как правило, присягают на верность королевству и законному правительству, но принц предпочел подчеркнуть момент персональной лояльности вассала перед своим господином. Это было типично для Виктора Дэвиона.

– Кроме того, – торжественно продолжил принц, – я клянусь поддерживать и укреплять Федеративное

Содружество во время мира и войны всеми силами моей земли и считать врагов государства моими личными врагами в течение всей моей жизни.

Карлайл медленно повторил формулу, обязуясь защищать своего сеньора не щадя жизни, все еще сомневаясь, правильно ли он поступает.

Тогда принц Виктор заговорил опять:

– Я, Виктор Штайнер-Дэвион, беру тебя, барон фон Гленгарри, в вассалы моего сердца, моей руки и моей мысли, чтобы поддерживать и защищать тебя до тех пор, пока буду носить этот меч государства.

Принц вернул старинное оружие хранителю и занял место на троне.

– Поднимись, барон Карлайл фон Гленгарри, и пусть жители Федеративного Содружества воочию видят плоды беззаветного служения и преданности своему долгу.

В толпе придворных раздались аплодисменты. Все-таки обида на принца-архонта сглаживалась удивительной смесью старинной вассальной присяги с многочисленными титулами и атрибутами, которыми только и могли тешиться отощавшие таркадские аристократы, и сам акт явно получил среди них одобрение. Серый Легион Смерти многие годы был твердыней Федеративного Содружества, поэтому и полк, и командир пользовались всеобщим уважением.

Выпрямившись и еще раз поклонившись, Грейсон почувствовал, что на его плечи лег новый груз ответственности. До сих пор он имел обязательства только перед своими людьми – Серым Легионом Смерти. Теперь ему придется балансировать между их благополучием и вассальной верностью Виктору Дэвиону. Принц-архонт наверняка знал, что Карлайл – это человек, который отнесется к своей присяге серьезно, чего бы это ему лично ни стоило.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю