Текст книги "Обрученная смертью с драконом (СИ)"

Автор книги: Эля Шайвел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 37
Мэгга

После того, как Татум без предупреждения прыгнул в пропасть, я уже поняла, что сглупила, взяв в опасный мир тумана провидцев человека, поведение которого я не могу ни контролировать, ни предсказать.

И вот пришло время второго сюрприза от Татума.

Когда упрямый игниец, изводящий меня вопросами в духе: «Что было бы, если бы тут был принц?», хитрó мне подмигнул, сжимая в руке свой камень-концентратор, что-то внутри меня ёкнуло. Я поняла, что сейчас он опять снова что-то учудит.

И, действительно, так и произошло. Вот ведь хитрый интриган и наглый обманщик этот принц Игнитума! Как он ловко водил нас с Алессой за нос, притворяясь обычным солдатом! И ведь какая выдержка у этого мужика! Алесса своего принца-жениха столько раз поносила не самыми приятными словами, а он и бровью не повёл. Во даёт… Зачем вообще нужен был этот спектакль⁈

Как я поняла, кто он? Когда игниец взял в руки кулон и, видимо, задумался об Алессе, красное мерцающее облако его магического дара, что обвивало его, и которое, как я поняла, он сам не замечал, начало превращаться в кокон. Хотя может он и видит это облако, просто опять молчит, интриган игнийский.

С каждой секундой эта магическая оболочка пульсировала в завораживающем ритме и увеличивалась в размерах. Видимо, достигнув критического размера, примерно в два человеческих роста, кокон разлетелся на осколки.

А из кокона проклюнулся крупный изумрудный дракон, крыльями разбивший «скорлупу». Дракон, вскинув голову к небу, зашёлся в беззвучном рыке, извергая зелёное пламя, а после – укрыл Татума крыльями подобно новому кокону.

В тот же момент из сердца Татума куда-то за край поля, тонущего в густом грязно-сером тумане, ударил красный луч. Пресловутая нить судьбы, соединяющая их с Алессой сердца.

С каким еще драконом могла соединить нить судьбы Алессу, кроме как с её наречённым, принцем Игнитума, Сыном Пламени?

Я ахнула. Вот, конечно, жук этот Татум. Если его так зовут на самом деле. Вроде у принца другое имя?

– Эээ… ваше высочество? – растерянно спросила я Татума, который с интересом разглядывал красную нить, начинающуюся у него на груди.

– Ну, видимо, теперь мне уже не скрыть этого, – с ухмылкой ответил игниец. Галантно поклонившись и, одновременно, дурачась, он самодовольно улыбнулся. – Что ж, приятно познакомиться, принц Игнитума, Эрстатум Вортекс.

Я сглотнула. Вот так сюрприз. Вот так идиот этот принц.

– Ты совсем дурак, Татум⁈ Ты зачем сюда полез вообще⁈ Да еще и не сказав, кто ты такой⁈ – я набросилась на него почти с кулаками.

Мужчина был ошемломлен моей неожиданной реакцией настолько, что под напором сделал пару шагов назад. Рядом с нами ударила молния, но мне было плевать.

Перекрикивая грохот грома, я продолжала ругаться на принца, будто на безответственного шаловливого мальчишку. Как на Вайра. Сердце больно кольнуло воспоминаниями. Нельзя, чтобы жизнь брата пропала зря, а этот глупец шутки решил шутить и розыгрышы устраивать дурацкие, скрывая свою личность.

– Что ты натворил⁈ А если и ты тут застрянешь⁈ Кто остановит Тантур Дисси⁈ Вы же с Алессой два главных фигуранта пророчества! – гнев застилал мне глаза и даже проклятый кашель от пыли кажется на время прошёл.

– Да ладно тебе, Мэгга, ты же сама говорила, что надо позвать принца на помощь Алессе. Так вот, я – тут, – Татум комично пытался закрываться руками от моих беспорядочных ударов, продолжая отступать. Вокруг нас били молнии, но как этот наглый умник и говорил – в нас они так и не попадали.

– Если что-то пойдёт не так, ваша страна проиграет войну с последователями богини Тьмы, даже не успев поняв, что война уже началась! – я продолжала разгневанно наступать на принца. – И тогда никто уже не сможет остановить этих мерзавцев из Ордена.

– Ладно-ладно. Всё. Я понял, был не прав, что не сказал. Но я тебе не доверял! И если честно, так до конца и не доверяю. Больно уж складно ты всё говоришь, – Татум аккуратно прижал мои руки к телу. – Но это всё не важно, пошли спасать мою невесту уже. Нить же появилась.

– Я тоже тебе не доверяю, дуралей, и как видишь не зря! Но ты прав, не время это всё обсуждать, пойдём, – ответила я и решительно двинулась впёред.

– Мэгга, давай я всё же первым пойду. Не злись только, пожалуйста. Ты, конечно, крутая магичка, наверное, но ты в положении, помни об этом. А реакция у меня, как у воина, лучше. Да и нить из моей груди идёт, – Татум мягко, но настойчиво меня задвинул за свою спину и пошёл вдоль направления нити.

Пока мы шли сквозь поле, молнии несколько раз ударили именно туда, где я находилась мгновение назад. Каждый разряд молнии сопровождался оглушительным грохотом. Однако, Татум, каким-то чудесным образом чувствовал эти моменты и каждый раз во время дергал мою руку, выводя меня из под удара. При этом стоит отметить, что ни разу молнии не пытались поразить самого Татума, как будто специально пропуская мужчину.

Чем дальше к краю поля мы продвигались, тем чаще возникали разряды. Когда мы подошли к границе клубящегося черного тумана, окутывающего поле, молнии превратились в сплошное облако искрящейся плазмы, которое сжималось вокруг нас, будто бы загоняя в этот туман. Сопровождающие молнии грохот и раскаты грома практически оглушили нас.

Отблесков лазурного света, который я связывала с Алессой до сих пор не было видно, но путеводная нить, соединяющие сердца Дочери Ветра и Сына Пламени, вела нас куда-то сквозь густой и непроглядный туман. Как бы опять какая-нибудь пропасть не появилась из ниоткуда.

Но Алесса удивила нас снова. Всё таки какие интересные формы барьеров придумывает её разум.

Войдя в туман мы оказались в абсолютно безмолвной тишине. После неимоверно громких раскатов грома и треска молний, казалось, что мы просто потеряли возможность слышать. Опасливо озираясь и окликая друг друга, мы убедились, что слух мы сохранили, просто теперь в тумане исчезли все звуки.

А ещё исчезла связующая Татума с Алессой нить судьбы.

Вдруг неожиданно мы услышали странный звук, подобный тому, что издает капля, падающая с высоты на поверхность воды. А после – неожиданно наткнулись на преграду, не дающую нам сделать шаг вперёд.

О боги, что там ещё такое породил пораженный Тьмой разум Алессы!

Глава 38
Мэгга

Татум резко рванул обратно от преграды, чуть не оторвав мне руку, за которую всё ещё держал. Видимо, игниец хотел взять разбег, но почти сразу врезался в преграду с другой стороны. Похоже мы теперь заперты в чём-то.

Я осознала, что почва «уходит» из под ног: мы медленно, но верно тонули в зыбком светло-сером облаке, в которое превратилась земля под ногами. Где-то в отдалении, очень приглушенно раздался второй «бульк». Мне очень не понравился этот звук. От него создавалось ощущение приближения чего-то неизбежного и жуткого неприятного.

Татум, расталкивая «облако», в котором мы завязли как в болоте, по очереди переместился вправо и влево, будто проверяя какую-то догадку.

– Мэгга, мы заперты в этой странной туманной «камере» и мы тонем, – мрачным голосом проговорил игниец. – Я пока не знаю, что делать. Но если это похоже на зыбучие пески, то лучше лишний раз не дергаться.

– Ты предлагаешь просто утонуть⁈ – я уже провалилась по колено и меня начала охватывать паника. Татум сползал вниз еще быстрее меня – я уже видела только половину его тела.

– А у тебя есть идеи, что нам делать? Я вот, болтая ногами, уже чувствую, что на «дне» нет такого густого облака вокруг ног, как вокруг туловища, – Татум умудрялся улыбаться.

– А если там нет никакого «дна»? И мы опять рухнем в пропасть?

– Ну ничего, один раз же уже выжили. Прорвемся, не паникуй. Это разум Алессы…

– Это твоя очередная безумная идея про доверие разуму Алессы? – я вспылила, перебив Татума.

Игниец проигнорировал мою чрезмерно бурную реакцию и через пару секунд молча скрылся из виду, утонув в тумане. Раздался гулкий звук столкновения с преградой. Значит, «дно» всё таки есть. Ну хорошо, хоть не очередная пропасть.

Вслед за ним я тоже упала «на дно» нашей камеры. Татум уже стоял на ногах и разглядывал сферическую границу области пространства, где мы были заперты. Туман, клубящийся со всех сторон, не позволял разглядеть ни дно, ни то, что было за границей.

Татум попытался взобраться наверх, но зацепиться за мягкую и расползающуюся среду, наполняющее это нечто, в чём мы оказались, никак не удавалось. Да что это за место такое! Игниец начал ползать по полу, раздвигая плотное облако, закрывающее дно нашей сферической «камеры».

– Мэгга, попробуй раздвинуть облака у границы этой сферы. Кажется я понял, где мы, – Татум торопливо вскочил и начал «разгребать» туман, очерчивающий границы нашей камеры с другой стороны.

Я послушно подошла к своему «краю» и попробовала раздвинуть туман. На ощупь он был вязким и плотным, но прекрасно скользил вдоль сферической поверхности камеры.

Вдали я увидела плавающие в пространстве сферы, чья плёнка-граница переливалась всеми цветами радуги, подобно мыльным пузырям. Цвет «наполнителя» у всех сфер отличался. Наша сфера была почти белой, но были видны и синие, и зеленые, и красные сферы разных оттенков. Снова раздался «бульк».

– Ты видишь, что вызывает эти звуки, Татум? – настороженно спросила я.

– Да. И тебе это не понравится, – с некоторой задержкой ответил Татум. – Кто-то протыкает такие же как наша сферы, насаживая их на нить лазурного цвета как бусины. Когда это происходит, пузырь «булькает» и чернеет. Подойди сюда, посмотри, – с искренним удивлением описывал увиденное игнийский принц.

– Что⁈ – я, насколько быстро позволял вязкий туман, переместилась на его сторону пузыря.

Картина представшая перед моим взором поражала. Чьи-то огромные, испещренные темными узорами руки с черными ногтями держали иголку, в которую была вдета лазурная нить. На неё были нанизаны десятки шаров черного цвета. Вот рука взяла очередной «мыльный пузырь», имевший окраску синего цвета, и проткнула его иголкой. Раздался «бульк». Шар стремительно потемнел, меняя окраску, и скатился вдоль нити к остальными «бусинам». Я нервно сглотнула. Что это вообще такое⁈

– Я узнаю эти руки. Это руки Алессы, – потрясенно проговорил игниец. – Мэгга что тут происходит?

– Не знаю, Татум. Я вообще перестала понимать, что происходит после того, как мы прыгнули в пропасть и это оказалось верным решением, – гигантская рука нанизала еще один красный пузырь с мерзким бульканьем. Пузырь стал черным.

– Мне не нравится, как чернеют эти «бусины». Нужно выбраться отсюда до этого момента. Что могут означать эти пузыри, как думаешь? – обеспокоенно спросил Татум.

– Следуя привычной логике, это должна быть какая-то часть внутреннего мира Алессы, но я понятия не имею что это такое, – задумчиво проговорила я. – У меня нет ответов. Наша принцесса оказалась очень интересной личностью.

– Пропасть была испытанием на смелость и доверие. Молнии всё еще на смелость и, наверное, на целеустремленность, – Татум задумчиво взъерошил волосы ладонью. – Что касается этих пузырей… у меня возникла странная догадка.

– Жги! Нам уже нечего терять, похоже, – с мрачной усмешкой я ответила игнийцу.

– Мне кажется это как будто какие-то грани её личности или качества. Видишь, они нанизываются на нить лазурного цвета, как тот свет, что мы видели в начале. Как будто нить – это её характер, а бусины – качества, – неуверенно проговорил принц Игнитума.

– Может быть ты прав. Тогда надо понять, что такое белый цвет в её понимании. Ты оказался прав оба предыдущих раза и я, пожалуй, готова тебе довериться и в этот раз, ибо своих идей у меня пока нет.

– Чистота? – предложил игниец.

– Совесть? Гордость? – я тоже перебирала варианты.

– Благородство? – Татум кивнул сам себе. – Да! Благородство. Она мне в купальнях говорила, что белый цвет облаков для неё символизирует благородство Примара, бога-Солнце, тогда как черные грозовые тучи – его гнев.

– То есть молнии символизировали гнев Алессы? – меня озарила догадка.

– Да! – Татум радостно воскликнул. – Теперь я понял! Первое испытание заключалось в том, чтобы мы осмелились разделить с ней её радость. Второе – осмелились испытать на себе её гнев. Я думаю, этот барьер должен быть как то связан с понятием долга. Ты знаешь девиз королевского дома А́фиро?

– Нет, конечно, – раздосадовано ответила я.

– «И в счастье, и в гневе не забывай о долге», – медленно произнёс Татум.

– Что у вас за странные девизы⁈ – раздраженно воскликнула я. – Ну ладно. Итак, как нам пройти испытание на долг? Что есть долг по мнению королевской семьи Аэратты?

– Кто бы знал, что есть долг в их понимании… А вот насчёт того, как нам выбраться, у меня есть два варианта: или ничего не трогать и просто ждать, или попытаться разбить этот мыльный пузырь, – задумчиво произнёс Татум.

– И ты, как обычно, за вариант ничего не делать и довериться Алессе?

– А у тебя есть другие предложения? Я уже попробовал, оружием этот пузырь не протыкается, – с нервной улыбкой ответил игниец.

– Это он обычным оружием не протыкается, а вот магией… – тут я подумала, что принц может вызвать свою ауру-дракона и попробовать разбить пузырь, – Как думаешь, это испытание точно про то, чтобы разбить барьер? Мне кажется, я знаю способ. Но меня пугает то, что под нами пустота. Если мы его разобьем, выживем ли?

– Не знаю, но решать надо срочно! Ибо скоро у нас не будет двух вариантов. Черная рука тянется к нашему пузырю, – хриплым голосом ответил Татум.

Я испуганно прильнула к барьеру. Действительно. Бесконечно медленно, но однозначно в каком направлении, почерневшая рука Алессы двигалась в нашу сторону.

– Татум, вызывай скорее свою ауру! Превратись в дракона – разбей барьер! – резко крикнула я.

– Что⁈ – Татум был ошарашен. Значит, он не знает, всё таки, про ауру-дракона. – Как это сделать⁈

– Зажми кулон в руке и подумай про Алессу, как тогда, на выжженном поле! Срочно! – святая Мелит, пусть это сработает!

Игниец выполнил мои указания и зажмурился. Через пару секунд за его спиной возник зеленый дракон. Дракон рычал и ворочался, пытаясь развернуться в сфере, но не мог расправить крылья.

– Мне больно, Мэгга! Как будто меня сжимают внутри моего доспеха гигантской рукой! – игниец скривился от боли, упав на колени, и, кажется начал терять сознание, но продолжал сжимать кулон.

– Держись, Татум, ты – Сын Пламени! Представь, как сфера лопается… – с размаху сев рядом, я начала трясти мужчину, пытаясь привести его в чувство. Договорить я не успела.

У нас ничего не вышло. Одна из почерневших рук обхватила шар, в котором мы находились.

Аура Татума в виде изумрудного дракона всё ещё безрезультатно пыталась расколоть барьер, даже когда игниец потерял сознание. Вторая рука поднесла черную, как ночь, иглу вплотную к верхней части сферы. Туман, наполнявший наш пузырь, рассредоточился по границе, освобождая пространство в центре, и быстро начал темнеть, превращаясь из белого в чёрный.

Секунда и… дракон-аура взорвался тысячами искр, растворившись во тьме, которая начала заползать в сферу вместе с прикосновением к ней иглы. Татум закричал от боли, и, окончательно потеряв сознание, кулем упал на дно пузыря.

Остриё натужно прошло сквозь барьер, который мы так и не смогли преодолеть. Оно надвигалось на нас с Татумом медленно, но неумолимо, давая пару секунд на раздумья. Игнийский принц лежал без сознания на дне пузыря, через который двигалась эта проклятущая игла. Интуицией мага я понимала, что тот, кого коснется игла, попадёт во власть Тьмы.

Три метра до Татума, лежащего в центре сферы на дне. Необходимо его спасти. Как?

Два метра. Он – второй фигурант пророчества, он не может здесь погибнуть!

Один метр. Вот он смысл этого барьера, горько усмехнулась я.

Благородство?

Долг?

Самопожертвование.

Глава 39
Татум

Всё тело горело от боли. Казалось, что по мне прошлось стадо слонов, а в голове гудело так, будто бы там обитал рой разъяренных шершней.

Еле-еле открыв глаза и щурясь от боли, я огляделся и понял, что лежу на земле. Точнее, на вершине какого-то холма, до жути похожего на Облачный Пик в Раанте. Вокруг были слышны лязг оружия, плач и крики.

Мэгги не было видно. Зато в отдалении, перед дворцом королевской семьи Аэратты, была видна сфера тёмно-зеленого цвета, сотканная из тумана. Внутри этого очередного «пузыря» кто-то был.

Я опасливо обернулся, пытаясь осознать увиденное. Судя по всему, я оказался на дворцовой площади Раанта. Но я не узнаю элегантную и светлую столицу Аэратты, потому что повсюду царят хаос, кровь и смерть.

Со стороны Нижнего города полчища различных ядовитых змей и других гадов поднимались вдоль холма, окружая зеленую сферу. Я подбежал, распинывая самых резвых из них, чтобы рассмотреть поближе того, кто был заключен в этой туманной оболочке.

Алесса… Ну конечно, это она! Наконец-то я нашёл тебя, моя принцесса!

Сфера внутри была наполнена зловещим тёмно-зелёным туманом, а сама принцесса зависла воздухе, окутанная тьмой. И одежда, и кожа её рук были чёрными, как глухая и беззвёздная ночь. Только её светлые волосы, будто застывшие от порыва ветра, были единственным ярким пятном в этом мрачном зрелище.

Как её оттуда достать⁈

Я вытащил из ножен меч и попробовал проткнуть эту туманную оболочку. Не вышло. Впрочем, как и не вышло с пузырем на предыдущем барьере. Что же произошло с Мэггой? Где она? Она наверняка знает, как вытащить Алессу из этого «кокона».

Я еще раз огляделся. Рамбийки не было видно. Внезапно, одна из змей, первой поднявшейся на холм, укусила меня в заднюю часть ноги, чуть выше щиколотки. Рана сразу окрасилась черным и Тьма начала расползаться вдоль вен. Проклятая Морра, что делать⁈

Я попытался с разбегу сломать туманную сферу, но лишь врезался в плотную оболочку. Отлетев от неё, я упал на землю. Несколько змей, сменив направление, вместо Алессы поползли ко мне.

Пока я вставал, одна из змей укусила меня в районе левого запястья, а какой-то из пауков заполз мне за шиворот. Я смог убить его, однако, он меня тоже укусил, теперь уже в правое плечо. Яд проклятых тварей тёмными узорами расползался по рукам. На сколько меня хватит⁈

Холм прорезал всполох огня. Огромный золотистый дракон сжигал ползущих вверх гадов. Дракон! Точно! Последние слова Мэгги были о том, что должен превратиться в дракона! Я сжал кулон и крепко задумался об этом. Понятия не имею, как в него превратиться, но попробовать я обязан!

Я скорее представил, чем почувствовал, как происходит процесс превращения. Из изогнутой дугой спины проклёвываются крылья, с каждой секундой увеличивающиеся в размерах. Сжатые спазмом руки и ноги вздрагивают и начинают удлиняться, выращивая когти. Отражаясь жуткой болью во всём теле мой позвоночник вздыбливается, проростая шипами, а кожа твердеет, превращаясь в чешую. Резко дернув головой из стороны в сторону, я выворачиваю нижнюю челюсть, превращающуюся в зубастую пасть.

Я открыл глаза. Мой взгляд находится на уровне середины дворца. Это несколько этажей! Я опускаю голову на длинной шее и вижу, что моё тело искрится изумрудной чешуей. Я расправляю гигантские крылья, каждой частичкой тела ощущая переполняющую меня мощь исполинского зверя… Получилось!

Мое ликование не длилось и пары секунд, как меня сбило с ног что-то черное и огромное. Другой дракон с чешуей цвета ночи сгребает меня под себя и пытается перекусить шею. Слабо понимая, как управлять такой махиной, каким я стал, я, однако, весьма успешно начал бой, пустив в ход когти и зубы.

Опаляющее пламя и потрясающая мощь тела дракона даёт мне возможность дать сдачи обидчику. Он устремляется в небо, я – за ним. В разгар драки на сцене битвы является третий дракон. Клубы черного дыма и жидкого огня стекают с нашей чешуи на город, что лежит под нами, поджигая всё вокруг. Как жаль… но я должен выжить, чтобы спасти Алессу.

В пылу боя мне кажется, как будто бы золотой дракон атакует не меня. Или мне только кажется?

Вдруг в голове раздается голос, кажущийся знакомым: «Татум, принцесса! Мортрис уже на подходе!». Я недоуменно верчу головой, пытаясь понять откуда звук. «Мэгга?», – пытаюсь я прокричать, но слышен лишь рёв. Нет, голос был как будто бы мужской…

Разворачиваясь, я лечу к принцессе и вижу, что вдалеке виднеется огромное цунами, которое наверняка сметёт город. Что это? Как это возможно? Мы же на равнине!

Принцесса всё ещё заперта в той зелёной сфере. Но теперь туманный шар обернул кольцами гигантский змей, практически не уступающий размерами мне. Его огромная голова проникла внутрь сферы. Раздвоенный язык плотоядно пробежался по замершему в черном тумане телу Алессы.

Нет! Не бывать этому! Зарождающееся во мне пламя рвётся наружу мощной огненной волной, на секунду поглощающей змея. Я пикирую сверху на него, как коршун. Расплескивая драконий огонь, я пытаюсь разорвать его плотную шкуру цвета расплавленного металла своими когтями. Но змей не сдается и резко начинает скручиваться в плотную пружину, готовясь к атаке.

Высовывая голову из зеленой сферы, змей оставил медленно затягивающуюся темным туманом брешь в оболочке. Подставив тело под удар, я просовываю свою огромную лапу, пытаясь аккуратно подцепить принцессу.

Получилось!..