![](/files/books/160/oblozhka-knigi-lyubov-vne-vremeni-373129.jpg)
Текст книги "Любовь вне Времени"
Автор книги: Эля Безумова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава 4.
Как– то Зоя Фёдоровна вернулась домой поздно, очень уставшая, и позвала сына со снохой на кухню:
– Я сегодня была за городом у колдуна!
– У кого?! – Тимофей чуть не упал с табуретки, – мама, ты в своем уме?!
– Не знаю в чьём я уме, но видеть внучку с пеной у рта, больше не могу! – жёстко парировала мать. – Мы же против операции?! Хочу внести в повестку дня – нетрадиционный метод. Кто за?!
– Я! – всхлипнула сноха.
– Милые мои женщины, я физик, и не верю в ваши колдовские штучки! – лицо мужчины побагровело. – Никогда…слышите, никогда не разрешу над ребёнком проводить эксперименты! – яростно стуча кулаком по столу, кричал Тимофей.
Нинка с интересом посмотрела на мужа, в последнее время он часто удивлял её своим поведением. Прежний образ студента – ботаника и зануды, таял на глазах. А вот таким разгневанным и яростно защищающим дочь, вообще видела впервые! Её охватила гордость! Вдруг захотелось тоже побыть его дочкой, посидеть на коленях, прижаться к груди. Своего отца женщина не помнила, он бросил их с матерью, когда ей был всего годик. Нинка вдруг встала, подошла к Тимофею и обняла:
– Ай ты, мой хороший…ну успокойся! Давай сначала маму до конца выслушаем! – ласково чмокнула она его в щёку.
Зоя Фёдоровна смотрела на эту сцену и думала: «Господи! Господи, ты есть! Я знала и верила, услышишь ты мои молитвы!»
После поцелуя жены, мужчина обмяк, успокоился и пробурчал:
– Ладно, ладно…слушаю.
Мать начала рассказ: «Светочка Петровна, её подруга и по совместительству крёстная Тимофея, раздобыла телефон деда – целителя. Уж больно хорошие отзывы! Живёт за городом в небольшом доме,в день берёт только одного человека. Денег сколько дашь! А людей прям на ноги ставит, и порчи снимает, и от винопития лечит!» На последних словах сноха поперхнулась чаем и закашлялась. Тимофей начал стучать ей по спине.
– Мама, на Лизе нет порчи!
– А вы сынок, езжайте всей семьёй. Вдруг на семье порча?! С института вам все завидуют, а может и наладится оно всё! У Светочки Петровны сослуживица ходила к этому колдуну. И деньги появились, и мужа нашла, а сейчас ребёночка ждёт. И всё благодаря ему…деду!
– Беременность тоже? – пытался пошутить Тимофей.
Но мать выглядела такой измученной, усталой и какой – то затравленной, что сыну стало её очень жалко.
– Чёрт с вами! Уговорили! Посетим этого чудо – целителя! Только предупреждаю – шарлатанство никто не отменял.
Записались по телефону на субботу, на два часа дня. Колдун принимал строго после обеда. С утра мать суетилась, нервничала и давала указания:
– Нина, красится не надо…платье поскромнее одень. Сынок! А у тебя костюм со свадьбы остался, ты в нём представительнее будешь. Ах, боже мой! Бутерброды…бутерброды возьмите…проголодаетесь, в электричке перекусите. Термос с чаем не забудьте! А давайте я с вами поеду?!
– Мама, да не волнуйся ты так, справимся! – успокаивал сын.
– Слушайте внимательно, что дед говорит, ничего не пропускайте! Может травки какой предложит… берите, не отказывайтесь. Лизе кофточку не забудьте, вдруг похолодает!
– Зоя Фёдоровна, да всё будет хорошо, мы же с Тимофеем едем! Он у нас сильный и смелый…да милый?! – Нинка игриво ущипнула мужа за ягодицу.
– Пожалуй, я сейчас маму с Лизой погулять отправлю! – мужская плоть в свадебных брюках дала о себе знать. От такого предложенья, жена счастливо засмеялась и начала кружить по комнате, предлагая её поймать.
– Да что ж вы, как дети! – Зоя Фёдоровна устало присела на стул, – дело– то какое серьёзное,а
они резвятся, детский сад! – горько заплакала она.
Тимофей обнял мать, прижал к себе и стал гладить по седым волосам:
– Ну прости ты нас…не переживай так!
***
Дом деда был на окраине деревни. Кругом зелень, пели птицы. Лиза бежала по тропинке и смеялась. Девочка была в первый раз за городом. Родители шли в обнимку и целовались на каждом шагу. Дочь подбегала, пыталась разнять их, и начинала капризничать:
– И меня… меня поцелуйте!
Тимофей подхватывал девочку на руки, кружил и приговаривал:
– Маленькую королеву обделили вниманием!
– Я принцесса…принцесса из сказки…я не королева! – обижалась Лиза и жалась к отцу, заглядывала в глаза, пытаясь понять кого же он любит больше – Нину или её? В этот момент женщина чувствовала свою персону лишней. Чувствовала, что тоже ревнует дочь к мужу, и сердце тоскливо сжималось. Но тут же одёргивала свои мысли: «Сама виновата, бросила ребёнка…эх, эгоистка!»
А Тимофей ощущал себя Властелином Двух Миров – дочери и жены! Гордость за обеих переполняла его! Но из двух женщин никто не догадывался, что внутри мужа и отца живёт Страх.
ЛИПКИЙ, ТЁМНЫЙ И ТЯГУЧИЙ…как ириска…СТРАХ ПОТЕРЯТЬ!
Дверь открыла молодая женщина, скромно одетая и без косметики.
– Вениамин Валентинович ждёт вас, проходите! – приветливо улыбнулась она.
«Ух ты!» – удивился Тимофей. – «Профессор не иначе!»
Их провели в небольшую комнату. В ней было мрачно и сыро, как в погребе – видимо совсем не проветривается. Предложили сесть на засаленный диван красного цвета. Лиза, почувствовав напряжение родителей, тут же забралась к отцу на руки. Нинка вцепилась в локоть мужа по правую сторону:
– Я чего – то боюсь, – прошептала она
– Не надо меня бояться, я не кусаюсь, – в дверном проёме появилась огромная мужская фигура. Лицо в полумраке было не разглядеть. Мужик на вид не больше пятидесяти лет, высокого роста, лысый, с большим животом, шагнул в комнату. Подошел к дивану и протянул руку отцу семейства:
– Вениамин Валентинович! – представился он глухим голосом, идущим из глубины своего огромного живота.
«Вот тебе и дед!» – Тимофей опешил. – «Да этого деда на лесоповал…на нём пахать надо! Я же говорил – мошенник!»
Колдун вдруг изменился в лице, как будто прочитал оскорбительные мысли в свою сторону. Он резко дернул руку назад и зло сказал:
– Вы сами пришли сюда, я вас не звал!
Тимофей покраснел.
– Ой, мы растерялись просто! Вас представили как деда…а вы…вы совсем не дед! – на помощь пришла Нинка.
– А кто я?! – прищурился мужик.
– Вы…вы мужчина в полном расцвете сил! – оправдывалась она.
«Ага… как Карлсон!» – хотел съязвить Тимофей, но Громила как – будто опять прочитал его мысли:
– Я буду вынужден вас удалить! – и рукой показал на дверь. – Люди с большими амбициями, не должны переступать порог моего дома! – добавил он величаво.
Тимофей сжал кулаки, хотя ни разу в жизни не дрался. Но сейчас он был готов дать в морду этому хаму. Ситуацию опять спасла жена:
– Тимоша, хороший мой, ну выйди на улицу…подожди нас там. Так долго добирались!
Муж сдался, растаял от сладкого слова «Тимоша»! Нинка выглядела, как Лиса Патрикеевна, которая вовремя подлизалась. Глядя на такую семейную идиллию, Громила ухмыльнулся. Тут заплакала Лиза:
– Я с папой пойду…с Ниной не останусь! Дядя злой, я его боюсь!
Не обращая внимания на слёзы ребёнка, Вениамин Валентинович обратился к Нинке:
– А вы разве не мама?! Почему вас девочка Ниной величает?!
Женщина покраснела, не зная, что ответить.
– Ладно, пусть ребёнок уйдёт с отцом! Я вижу тут дело в вас, милая дама!
– Но…мы приехали по вопросу дочери, у неё приступы эпилепсии…муж…мой муж… – пыталась объяснить посетительница. Глаза мужика налились кровью. Он стал похож на разъяренного быка Минотавра, из мифов Древней Греции.
– Отец с дочерью могут покинуть мой дом! А вы, красотка идите за мной! – прошипел он зло.
Нинка беспомощно посмотрела на мужа, как будто прощаясь. Затем покорно потопала за Минотавром в соседнюю комнату.
Глава 5.
Комната была просторная и на удивление очень светлая, аж три окна. В центре комнаты, стояла дорогая мягкая мебель. – диван и два кресла, обитые натуральной кожей, цвета топлёного молока. В одно из кресел, Вениамин Валентинович и усадил Нинку. В углу, около окна, привлекал внимание старинный письменный стол, отделанный слоновой костью. Видно было, что с ним поработала рука реставратора. Настольная лампа прошлого века, красивая чернильница, и настоящее гусиное перо. На окнах развевались светлые тканевые занавески, с кокетливо вышитыми, голубыми колокольчиками. Ощущение простора, легкости и какой – то внутренней свободы, стало заполнять голову и тело женщины. Хозяин налил стакан воды из стеклянного графин, советских времен. Нинка благодарно посмотрела и выпила залпом. Колдун уселся в кресло напротив, появилась возможность разглядеть его поближе.
«А он приятный, и совсем не старый…лет 45, не больше!» – оценила гостья. – «Лицо холёное, гладковыбритое…ухоженные…очень ухоженные руки с длинными пальцами. Наверное, маникюр в салоне делает!»
Минотавр открыл ящик письменного стола, достал оттуда небольшой тюбик. Выдавил содержимое на кисти рук, и на глазах изумлённой клиентки, стал тщательно впитывать в кожу.
– Крем для рук, моя слабость! – Вениамин Валентинович улыбнулся.
По Нинкиной спине пробежали мурашки – в интонации голоса колдуна чувствовались нотки сексуальности. «Мужиком пахнет…сильным, уверенным!» – её мысли явно считывались.
– Пихта… обожаю этот запах…у нас с вами сударыня, одинаковые вкусы. Хорошо…очень хорошо! – Громила совсем развеселился.
– Ну-с, приступим– с… – на этих словах, он взял с подоконника пучок сухой травы, и поджёг его. По комнате стал распространяться сладкий и едкий запах. Голова закружилась, и комната поплыла перед глазами, предметы в ней стали нечёткими и размытыми. Мужской голос звучал, как будто издалека, но при этом проникал в каждую клетку тела:
– Сядь удобнее…расслабься, дыши… дыши животом! Глубоко дыши… медленнее, медленнее… ай, умница!
Нинка почувствовала, как какая – то неведомая сила вихрем вырвала тело из кресла, подняла высоко наверх, к самому потолку и вдруг…резко бросила на пол. Вскрикнув от боли и неожиданности, она очнулась.
Пол был покрыт плитами, холодными и скользкими. Женщина села, протёрла глаза и огляделась. В помещении было темно и сыро:
– Где я ?! – в ответ послышались шаги…кто– то приближался к ней, в руках у него был зажженный факел.
– Поздравляю, дочь моя. С достоинством и честью, ты прошла посвящение в Жрицу…Жрицу Любви! – произнес незнакомый голос. Огонь осветил пространство вокруг, и выхватил три мужские фигуры. Они были в красивых белых одеждах, расшитых золотом. Мужчины были чем – то похожи друг на друга. Возраст от сорока до пятидесяти, аккуратно стриженные и ухоженные бородки, у всех троих, ярко – голубые глаза, над которыми нависали густые чёрные брови. Один из них, сделал шаг вперед и протянул руку, предлагая помочь подняться с холодного пола.
– Вениамин…Вениамин Валентинович?! – Нинка в ответ дала свою руку. – Где мы…почему здесь так холодно?! – наконец– то она встала на ноги.
– Она ещё не пришла в себя! – произнес второй мужчина. – Ритуал был тяжёлым, нужно время восстановиться!
– Господи, какой знакомый голос! Да это же свёкор, отец Тимофея…но он умер! Боже, я в Аду! В Аду за свои грехи…а это черти, переодетые в белые одежды! – женщина стала ощупывать своё тело, и с изумлением обнаружила, что на ней одето такое же белое платье, расшитое золотом. Голову что-то стягивало, она потрогала руками – ободок…хотела снять, но «свёкор» остановил её. Он вдруг заговорил стихами:
– Мы ободок тебе на голову одели. Ты Посвящение прошла!
И вот теперь ты с нами, дочь моя!
Принадлежишь ты полноправно к Ордену что нашему!
Сознание твоё мы пробудили, Сознание Любви!
Оно как Огненная Лава, горит и плещется!
Единственная женщина ведь ты,
Которой Тайна Ордена доверена!
И Тайну эту храни ценою жизни и своей!
Ещё запомни – тебе нельзя рожать детей!
То Посвящение, что в Жрицу Любви
Ведь на Века, Столетья!
Осознанно к решению такому ты, дочь моя, пришла!
– Что за бред…мне всё это снится!? Вы напоили меня водой и окурили травой! – громко закричала Нинка на Вениамина. Он смотрел растерянно, видимо не совсем понимая вопрос. И тут из темноты вышел третий мужчина, пламя факела на секунду озарило его лицо.
– Тимофееей… а ты откуда здесь? Ты…ты тоже умер?! – вскрикнула она и опять потеряла сознание.
***
– Возвращайся…ну же, возвращайся! – Минотавр совал под нос ватку, обильно смоченную нашатырём.
Осознавание медленно заползало в тело, голова стала наполняться ясностью, комната и мебель в ней, приняли свои прежние очертания:
– Где я была?! – Нина полностью очнулась, потрогала себя: «Слава Богу, опять сижу в кресле», – пронеслось в голове.
– В Прошлом, детка…в Прошлом! – Вениамин Валентинович нервно заходил по комнате. – Даже я не ожидал такого результата. Сколько веков тебя искал…ради тебя воплощался в бренном теле! Всё было безрезультатно. И вот сейчас, в роли целителя…деревенского клоуна - Нашёл! Слышишь, я тебя Нашёл…ах ты, моя Жрица! – на этих словах, колдун сгрёб гостью в охапку и стал кружить по комнате.
Женщина пыталась его оттолкнуть, но весовые категории были разные:
– Какая к чёрту Жрица, чего ты несёшь?! – незаметно для себя, она перешла на «ты».
– Жрица Любви…одна на весь двенадцатый век! – мужик веселился дальше. – Ты не создана для семьи, поверь мне! Ты создана для Любви! Милая, даже представить себе не можешь, какой ты обладаешь Силой! Если мы с тобой соединимся…Я и Ты…сколько же Миров создадим, сколько же Сотворим Вселенных!
– Что значит, Мы соединимся?! – посетительница опешила.
Вениамин упал перед ней на колени, и стал целовать руки. Сопротивляться бесполезно – мужик был здоровый, как кабан!
– Вы…вы сумасшедший! – от волнения она опять перешла на множественное число, – мне, мужу…то есть нам… нам ребёнка надо вылечить, помогите! – Нинка путалась в словах.
Как ни странно, после просьбы помочь дочери, колдун словно отрезвел. Встал с пола, отряхнул брюки, и заговорил совершенно серьёзным голосом:
– Девочку вылечит только твой муж – её отец! При условии, что вернётся в прошлое и всё исправит. Вряд ли он способен на это! Неудачник, выскочка…самый слабый и самый амбициозный. Я сегодня увидел его, узнал по высокомерной улыбке. К сожалению, за прошедшие века, он совсем не изменился.
– Да кто он -то?! Ничего не понимаю!
– Твой муж…Тимофей в этой жизни, а тогда его звали Жрец Покуба! Там, в 12 веке…он всё…всё испортил. Мы все Трое вожделели тебя! Вожделели, но…не разрешали себе даже думать о ночи любви с тобой. Мы должны были напитываться от Жрицы – Силой! Напитываться Силой, просто лицезрея…и ничего больше. Мерзкий Покуба, будь он проклят, нарушил правило и совратил…Мы не знаем, как это удалось ему.
– А кто – Мы?! – становилось всё интереснее.
– Нас было Трое – последние представители Ордена Любви, любви к людям…простым людям! Мы были Хранители Священных Знаний, передаваемых из поколения в поколение. Главным условием вступления в наш Орден, являлось согласие Помогать всему живому. И, это условие нами соблюдалось! Но когда живёшь на отдачу, тратится много энергии. И нам был нужен объект Вожделения, который заряжал бы нас Безусловной Любовью. И это была ты – Милона!
– Милооона…какое красивое и знакомое имя! Где же я с вами познакомилась?! – задала наивный вопрос женщина.
Минотавр залпом выпил стакан воды и продолжил дальше:
– Наш самый старший Жрец Маргу – самый Мудрый, подобрал тебя годовалым ребёнком. Ты сидела голодная на каменных ступеньках храма, и горько плакала. Мы вырастили эту девочку, нарекли Милоной, что означает Душа… Душа, сотканная из Света! Воспитали – Целомудренной и Чистой! Мы Трое, считали тебя дочерью и не имели права прикасаться. Как отец не имеет права прикасаться к своему дитя! Но самый младший из нас – Жрец Покуба, нарушил правило – он сказал, что любит тебя…Милона родила от него дочь. Но вместе с дочерью родилось Проклятие – ребёнок был нежизнеспособный! У девочки были адские головные боли, очень часто изо рта шла пена. В три года она начала слепнуть, а в четыре – умерла.
– Почему?! – Нинка заплакала.
– По закону нашего Ордена, Жрица Любви не имела право рожать, должна была остаться девственницей. Сила Жрицы была в целомудрии! И если кто – то нарушал этот закон, то Эгрегор Ордена Любви сурово наказывал нарушителя и его потомков.
– А детей – то за что?! В чём они провинились?! – возмущению не было предела.
– За грехи родителей платят дети, это правило не нами придумано! – Вениамин Валентинович тяжело вздохнул и продолжил. – Покуба был самый Умный из нас, расплата за его деяния – проблема с головой и психикой у его потомства. Ты не заслуживаешь такого мужа, поверь мне! И ещё…вашей дочери осталось жить не больше года…
Глава 6.
– Помоги нам, вылечи Лизу…что хочешь проси взамен! – взмолилась Нинка.
– Я не смогу вылечить девочку, при всём моём желании. А вот мужа твоего, отправить в Прошлое, мне под силу. При условии, что Тимофей поверит в эту историю, – зло ухмыльнулся Вениамин Валентинович, – он и в 12 веке был упрямым!
– Я уговорю, обязательно уговорю… муж поверит…он меня любит, сильно любит! – глаза женщины загорелись огнём.
– Наивная, Покуба никогда не любил тебя! – мужик расхохотался сатанинским смехом, – не любил, слышишь?! Не в этой жизни, не в прошлой! Покуба только использовал тебя! – продолжал он смеяться в голос. От этого зловещего смеха, у Нинки на голове зашевелились волосы, она съёжилась и спросила:
– Что от меня будет требоваться?
– Взамен Я хочу тебя…не силой, а что бы ты сама пришла…по своей воле! – по голосу колдуна было понятно, что на такой исход событий, он совсем не надеется. – Вдвоём мы сможем много добиться!
– Чего например?! – обреченно спросила Нина.
– Мы продолжим дело нашего Ордена Любви! Мы сможем помогать людям…менять их судьбы, лечить от тяжёлых болезней…просто делать людей счастливыми! Мы станем с тобой известными, заработаем много денег, исколесим весь мир. Но есть ещё одно условие – ты должна забыть о дочери и муже! Если ты приблизишься к дочери, болезнь вспыхнет с новой силой…
– Я согласна! Ты же не оставил мне выбора, Жрец Виллей! Ведь так тебя звали?!
– Ты меня вспомнила, Милона?! – Громила чуть не захлебнулся от радости.
– Вспомнила…ты был самый Хитрый! – Нина сидела в кресле, взгляд её потух. – Видимо правда, не судьба мне наслаждаться тихим семейным счастьем. Благое дело сделаю -дочери помогу! Я уронила ребёнка, мне и расхлёбывать…
На этих словах, Вениамин Валентинович опять упал перед женщиной на колени, и стал покрывать поцелуями её руки и ноги. В этот раз сопротивляться она не стала.
– Я ждал тебя…я искал тебя через века! Милона, мы должны быть вместе! Я сделаю тебя счастливой…мы созданы друг для друга! – бормотал он, ползая на коленях.
– Как Тимофею попасть в Прошлое?! – грубо перебила Нина.
– Да… да, конечно…сейчас, – мужик засуетился, затем достал откуда – то большую пачку сухой травы. – Вот…на Вход и Выход. Ритуал пусть делает перед зеркалом с зажжёнными свечами, в любой день после 14.00. Свечи…три штуки на Вход хватит ему…а там…там разберётся, вспомнит.
Молодая женщина, закрывая за клиенткой дверь, покосилась зло и ревниво. Явно чувствовала в ней соперницу.
Всю обратную дорогу в электричке ехали молча. Лиза мирно спала на руках отца. Нинка уставилась в окно, не зная с чего начать разговор. А Тимофей смотрел на неё, и ничего не спрашивал. Смотрел, не отрывая глаз…как будто прощался! Он почему – то почувствовал, что встреча с колдуном Судьбоносная. Внутренний критик добавлял масла в огонь: «Потерял…сегодня потерял жену навсегда, бороться за роль мужа больше нет смысла».
Через три дня Нинка ушла…ушла окончательно, к Вениамину Валентиновичу! Ушла покорять Астрал…так сказать, вставать на священный путь Жрицы Любви!
На столе жена оставила письмо, сверху лежала пачка сухой травы и три восковых свечи.
*****
Прошло две недели.
Тимофей взял отпуск за свой счет. Он лежал целыми днями на диване, повернувшись лицом к стене и молчал. Зоя Фёдоровна каждый день хваталась за сердце и пила валерьянку.
– Сынок, ну прости ты меня, дуру старую! Послала вас на свою голову к этому деду! Я же хотела как лучше, а оно вон как обернулось… – причитала она.
– Да не дед он, мама…сколько раз можно тебе говорить!
– Да как же не дед! Жене твоей и тридцати лет нет, а ему к пятидесяти подходит!
– Вениамин Валентинович, мужчина в полном расцвете сил. Понравился он ей…да и не жена она мне…Шалава! Нечего было её в дом впускать, сам виноват…дурак мягкотелый! Расчувствовался, обрадовался, думал у Лизы мать будет… а эта мать…на сто граммов больше хрен увидела и сбежала! – Тимофей со всей силы ударил кулаком в стену. Зоя Фёдоровна вздрогнула и побледнела, она не узнавала своего воспитанного и интеллигентного сына.
– Тихо, тихо, дочку разбудишь! Ну иди хоть блинчиков поешь, я на завтрак испекла. Который день голодный ходишь… – женщина заплакала.
– Не хочу! – как капризный ребёнок, сын отвернулся к стене и накрыл голову подушкой, всем своим видом показывая, чтобы его оставили в покое. Ночью он написал стих:
– Как больно от предательства людского
Душа скукожилась в комок
А пламя злости разжигает
Всё тот же истеричный костерок.
Горит костёр и плавится обида,
А вместе с ней, потраченные
На общенье и года.
Как больно! Только мама знает,
Она рожала так меня!
Укрыться бы у мамы под подолом
От слов и взглядов, что людских
Но пламя злости укрывает
Не подолом, а ПОЗОРОМ!
Душа же воет и кричит:
Как Больно от предательства людского!
Прошла ещё неделя.
Лиза начала стремительно терять зрение. Неврологи пожали плечами: «Мы предупреждали, это следствие удара – гематома в затылочной части головы, давит на зрительные нервы». Остро встал вопрос об операции.
Двухкомнатная квартира напрочь пропахла корвалолом и валидолом. Мать совсем с ума сошла! В ночной сорочке, на босу ногу, с растрепанными волосами, она была похожа на привидение. От бывшего педагога и следа не осталось. Целыми днями Зоя Фёдоровна сидела на кухне и читала вслух молитвы. Даже не читала, а распевала громко, раскатисто и отчётливо.
Тимофей больше не мог этого видеть и слышать. «Надо что-то делать, что–то решать. Отец давно бы нашёл выход из ситуации, а я…?! Тряпка, не могу защитить мать и дочь…какой я мужик?! Так, одни амбиции!» - мысли судорожно метались в голове. Взгляд его упал на письмо, которое оставила бывшая жена. Он так и не прочитал его: «Да чего зря время тратить? Оправдания, извинения, не интересно!» Но рука сама потянулась и вскрыла конверт. Два тетрадных листа в клетку, исписанных мелким почерком. Сначала мужчина не понял, о чём речь. Прочитав второй раз, стал бардовый от гнева: «Вот зараза…придумала красивую сказку, в оправдание своей похоти! Людей она будет спасать…Жрица Любви…да, Проститутка тебе название!»
Он схватил куртку и выскочил из дома: «Надо срочно проветрить мозг. Телефон звонит…с работы… да пошли все к чёрту! Достали! Я с ребёнком на больничном!»
Ноги занесли в ближайший магазин, не понимая как, купил бутылку водки. Продавщица на кассе участливо посоветовала приобрести шоколадку. Горе – отец плюхнулся на первую попавшуюся скамейку, и начал пить прямо из горла. Жидкость обожгла все внутренности, ударила в голову, и растеклась по животу. Стало хорошо, спокойно и безразлично. Теперь понятно, почему люди пьют! Горячие слёзы потекли по щекам…мужчина сделал ещё несколько глотков. Только развернул шоколадку, чтобы закусить, как к нему подошёл бомж. Грязный, вонючий бомж…как в кино – рваная куртка, на голове смешная вязаная шапка с помпоном. Раньше бы Тимофей и разговаривать не стал, а сейчас по пьяной лавочке, так захотелось кому – то душу излить! Чтобы выслушали, посочувствовали.
Бомжа звали Андрей. Он с удовольствием согласился выпить, ещё и пожрать попросил.
– Сиди здесь, жди! – обрадовался Тимон. – Я мигом…в магазин, туда – обратно! Водки подкуплю и еды!
За два часа напились, наелись, наговорились. Андрей оказался благодарным слушателем. Вот только сочувствовать горемыке – мужу и отцу, отказался. Посоветовал сделать так, как в письме написано.
– Ты чё Андрюха, реально думаешь, что я кандидат наук… физик – язык собутыльника сильно заплетался, – сяду перед зеркалом, зажгу свечи и буду окуриваться травой?! Я конечно – выпил, но не столько…
– У тебя парень нет другого выхода! – спокойно ответил бомж, – отдать дочку на операцию всегда успеешь… а если вся эта история правда?! Подумай! И вообще, есть такое правило – Если тебе не нравятся события твоей жизни – разорви сценарий!
– Ты с ума сошёл?! – Тимофей покрутил пальцем у виска, – как ты себе представляешь? Дома мать и дочка, а я при них зеркало возьму…травку подожгу…скажу: «Я сейчас вам поблаго…благо…воняю!» Чего-то я совсем пьяный!
– А пойдём ко мне, у меня в подвале всё и сделаем, – не унимался новый товарищ.
– Да пойдем! Уговорил…ой… ой…ой – собеседник упал со скамейки.
Бомж оказался крепким мужиком и дотащил его до квартиры. Слава богу, Зоя Фёдоровна с Лизой спали! Тимон кое– как, в темноте, пробрался в свою комнату. Взял пачку травы и свечи. Нашёл в прихожей небольшое зеркало на подставке, мать перед ним расчёсывалась. И даже прихватил карманный фонарик, который лежал на обувной полке. Им пользовались раз в месяц – светили на счетчик, чтобы снять показания за электроэнергию.
Подвал, в котором ночевал Андрей, был в соседнем доме. Друзья купили ещё бутылку водки, колбасы и отправились туда. В подвале было тепло и темно.
– Я лучший! – Тимофей поднял большой палец вверх. – Сейчас будет свет! – и достал фонарик. Но удержать его не смог. Пришлось подхватить и пьяное тело, и фонарик – оба падали.
– Что-то ты, брат, набрался до чёртиков! Хватит пить, на ногах не стоишь! – Андрей расстелил картон на пол, и аккуратно уложил новоиспечённого друга, – вот тебе, и кроватка…полежи чуток!
– Я буду пить…я буду пить лёжа! – буянил мужчина. Пришлось налить ещё сто грамм, чтобы успокоить бедолагу. Наконец-то уснул…
Бомж снял грязную куртку и облегченно встряхнул белыми крыльями. Ох, как слежались! Зачем люди носят одежду?! Она ж такая неудобная, все движения сковывает. Из– под старой шапки, показалась прядь белокурых волос. Ангел – Хранитель зажёг свечи и положил зеркало на грудь спящему человеку, из пакета вынул сухую траву. Часть травы засунул Тимофею в карман брюк – пригодится впоследствии, часть поджёг. Едкий и сладкий запах наполнил подвальное помещение. Проследив, чтобы не было пожара, Ангел вложил фонарик в руку своему подопечному. Перекрестил три раза…с чистой совестью и чувством выполненного долга, широко взмахнул крыльями, и растворился в Пространстве Слава Богу, командировка на Землю закончена…экзамен сдан…в Небесной Канцелярии им будут довольны…