Текст книги "Масштабная катастрофа для отца-одиночки (СИ)"
Автор книги: Элина Витина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Масштабная катастрофа для отца-одиночки
Элина Витина
Глава 1
Глава 1
– Здравствуйте, – придирчиво осматривает меня девушка в форме горничной.
Я не шучу, на ней реально черно-белая униформа как в голливудских фильмах. Ну или как из магазина для взрослых. – Тамара Всеволодовна примет вас через пять минут.
– Тамара Всеволодовна? – хмурюсь. – Вообще-то, у меня встреча с…
Лезу в сумку, пытаясь найти визитку, которую мне вручила Светка. На имена у меня память всегда была никудышная. Зато с цифрами я на “ты” и поэтому хорошо помню сумму, которую заказчик согласился отвалить за организацию дня рождения своей дочурки.
Вообще-то, я не очень люблю работать с избалованными мажорами, которые прожигают деньги своих родителей. Запросы у них покруче, чем у Газпрома, а гонору и того больше. Но как-то так получилось, что пару роликов с наших праздников завирусились в интернете и теперь золотая молодежь выстроилась к нам в очередь, чтобы успеть забронировать самые зажигательные вечеринки.
Точнее, их родители выстроились. Потому что платят за все, конечно, они. Поэтому и встречи я предпочитаю проводить в присутствии взрослых. А то были уже прецеденты, когда детки заказывали целую толпу селебрити, а их родители потом бесцеремонно вычеркивали именитые псевдонимы из списка потому что не рассчитывали, что празднование юбилея любимой кровинушки обойдется им в сумму годового бюджета какой-нибудь африканской страны.
Девушка ведет меня вглубь дома, а я с любопытством рассматриваю дорогущий, но какой-то безликий интерьер и пытаюсь угадать чем меня смогут удивить эти заказчики.
Судя по отсутствию хоть какой-то индивидуальности, меня ждет заказ в стиле “хочу как у того-то”....
Нет, серьезно, тут ни одной рамочки с фото, ни какой-нибудь милой безделушки, ни статуэтки… ни-че-го. Я будто попала на страницу интерьерного журнала. В котором мое платье с красными маками смотрится просто нелепо. Неудивительно, что горничная трижды спотыкается пока ведет меня по всему этому великолепию.
Что ж, я привыкла выделяться и “не вписываться”. Ни в стерильные интерьеры, ни в целом в жизнь. И если в детстве я жутко комплексовала по этому поводу, то к своим двадцати пяти годам я не только смирилась со своими метр восемьдесят пять и размером ХXL, но и искренне полюбила их.
Поэтому дамочка в костюмчике из фильма для взрослых меня точно не смутит. А вот насчет остальных обитателей дома я бы не была так уверена…
– Тамара Всеволодовна! – торжественно объявляют. – К вам пришли из агентства этого праздничного.
Ответа хозяйки я не слышу, но домоправительница хоть и одаривает меня очередным недовольным взглядом, все-таки пропускает вперед.
Вот только в шикарном просторном кабинете никого нет.
Недоуменно оборачиваюсь, но горничной и след простыл, а значит даже не у кого поинтересоваться что за шутки они тут вздумали шутить.
В очередной раз мысленно представляю в уме сумму, которую получу за этот заказ и только поэтому не ухожу, послав подальше эту семейку богачей. Но чувствовать себя холопом, ожидающем барина в предбаннике, крайне неприятно скажу я вам…
Однако еще до того как я мысленно успеваю израсходовать все запасы обсценной лексики, тишину пустого кабинета нарушает тоненькое и совсем уж неожиданное “Здрасти”.
– Твою ж мать! – подскакиваю на месте и словно последний воришка, пугливо оглядываюсь по сторонам.
Только после этого замечаю что в пустом на первый взгляд кабинете я не одна. В огромном кожаном кресле за массивным столом сидит маленькая девочка.
Две косички, платье с белым воротничком и круглые очки в стиле Гарри Поттера. Девчушке от силы лет семь, неудивительно что я ее сразу не заметила.
– Привет, – киваю ей с улыбкой. – Ты меня напугала. А где твоя мама?
– У меня нет мамы, – округляет глаза и грустно вздыхает.
“Поздравляю, Фаина Валерьевна, мысленно ругаю себя, ты едва успела познакомиться с девочкой, а уже мысленно нанесла ей психологическую травму”.
– Прости, пожалуйста, – неловко извиняюсь. – Просто мне сказали, что меня ждет Тамара Всеволодовна и я почему-то предположила, что это твоя мама.
– Взрослые зачастую склонны к ложным предположениям, – философски изрекает она и тут же добавляет: – Это я.
– Я вижу, что это ты, – отвечаю осторожно.
С каждой секундой этот заказ все больше становится похожим на розыгрыш. Вот только нет в моем окружении людей, которые бы рискнули меня разыгрывать. Разве что Дэн, муж моей лучшей подруги. Но даже этот сорвиголова, а в прошлом еще и криминальный босс, вряд бы осмелился так шутить со мной. Денис в курсе, что ко всему что касается работы я отношусь крайне серьезно.
– Вы не поняли, – авторитетно произносит девочка. – Тамара Всеволодовна Бойнич это я. И встреча у вас со мной.
– Нет, это ты не поняла, девочка, – хмурюсь. – Я взрослая серьезная тетя и на глупые шуточки времени у меня нет.
– У меня тоже, – деловито соглашается она. – Вам паспорт показать?
– Ну-ну, покажи, – закатываю глаза. – Если мне не изменяет память, паспорт в нашей стране выдается с четырнадцати лет.
– Память вам не изменяет, – сухо тянет девочка, – А вот интеллект… Я, конечно же, имела в виду заграничный паспорт. Этот документ выдается с рождения. В моем как раз недавно сменили фото, так что вам не составит труда сравнить его с тем, что вы видите перед собой.
Клянусь, если сейчас откуда-то из-за моей спины внезапно выпрыгнет оператор и скажет, что меня все это время снимала скрытая камера, я не удивлюсь. Ну не может это быть реальностью! Дети так не выражаются! Девочка явно выучила сценарий и поэтому звучит как старая бабка…
Однако вместо оператора из-за моей спины выскакивает (ну ладно, вальяжно выходит) огромный мужик. На оператора он что-то совсем не похож. Да и на обычного ведущего тоже не тянет. Точнее, ни один ведущий не дотягивается до него. Ему если и играть какую-то роль, то лесоруба, что ли…
– Вижу, вы уже познакомились с моей дочерью, – лесоруб придирчиво осматривает меня и я с удовольствием отмечаю про себя, что ему для этого даже не приходится задирать голову. Наоборот – происходит довольно редкое и оттого невероятно приятное явление: он смотрит на меня сверху вниз.
– Познакомились, – обескураженно парирую, но тут же прихожу в себя и уже тверже отрезаю: – Но здесь какая-то ошибка. Мое агентство не занимается праздниками для маляв… малышей. В общем, дошкольники не наш формат, извините. Мы специализируемся на корпоративных заказах и иногда, в качестве исключения, берем подростков. Но это…, – неопределенно машу рукой в сторону притихшей девочки, – Снимите просто детскую комнату и дело с концом. Зачем вам организатор?
– Не хочу детскую комнату! – хмурится девочка. – Что там делать?
– Веселиться? – предлагаю с сомнением.
У меня в окружении не так-то много детей, но вот Ритку, мою крестницу, хлебом не корми, дай поскакать на батутах и поваляться в этих мягких шариках.
– Скучно, – мотает головой Тамара… Всеволодовна.
– Тамара не хочет ни игровую комнату, ни других организаторов. Она выбрала вас. А значит вам придется сделать исключение.
Глава 2
Глава 2
– Что значит вы меня не выпустите? – возмущаюсь и для пущей убедительности упираю руки в бока.
Обычно такая поза сразу усмиряет всех недовольных. Метод, отработанный на сотне клиентов. Однако на этой парочке он абсолютно не работает.
Девочка, которую у меня язык так и не поворачивается называть по имени-отчеству, поправляет очки и демонстративно скрещивает руки на груди, а ее отец… скажем так, он просто смотрит.
Руками не шевелит, положение не меняет. Безобидно, казалось бы, стоит. Однако все в его позе говорит о том, что стоит мне рыпнуться и он тут же перехватит меня как какой-нибудь гепард беззащитную лань.
Вот только я не беззащитная. И уж точно не лань. Поэтому несмотря на то, что чувство самосохранения сейчас не просто аккуратно нашептывает, а благим матом орет мне не связываться, я все равно гордо задираю голову и надменно напоминаю:
– Рабство отменили полтора века назад!
– Причем здесь рабство? – нахально задирает брови лесоруб в костюме стоимостью в парочку моих зарплат.
– Она наверное имеет в виду крепостное право и реформу Александра второго, пап, – подает голос Тамара.
– И все равно не вижу связи, – невозмутимо парирует ее отец, пока я в полете ловлю свою челюсть. Вот это познания у малышки…
– Ладно, – медленно выдыхаю и поняв, что с непробивным папашей толку разговаривать нет, обращаюсь к девочке: – Произошло небольшой недоразумение. Признаюсь, мне льстит, что слава о моем агентстве праздников разнеслась так далеко, но дело в том, что я не занимаюсь организацией детских дней рождений. Вот подрастешь, Тамара… Всеволодовна и тогда приходи. Договорились?
– Пап? – игнорируя меня, девочка обращается к своему отцу: – Зачем она врет? Ей что, деньги не нужны? Или я так плохо себя вела, что не заслужила праздник?
– О господи! – закатываю глаза от такого драматизма. – Дело вовсе не в этом, просто…
Но ее папаша не дает мне закончить мысль и бесцеремонно подносит свою лапищу к моим губам, заставляя заткнуться на полуслове.
– Мы на минутку, милая, – ласково бросает в сторону дочери и… тащит меня за дверь.
Тело, не привыкшее к такому варварскому отношению, тут же обмякает и даже не пытается сопротивляться. Видимо, понимает, что если не сейчас, то “прокатиться на руках” у мужика ему больше не светит.
Нет, мужчины меня, конечно, вниманием никогда не обделяли ( особенно после того как я открыла для себя баскетболистов), однако на руках меня никто не носил примерно с младенчества…
И пусть нынешнее “перемещение тела в пространстве” даже с натяжкой нельзя назвать романтичным, организм все равно немного обалдевает и транслирует в мозг глупую детскую дразнилку про жениха и невесту.
– Значит так, – сурово начинает он, мигом вытравив из голоса те ласковые интонации, с которыми обращался к дочери. – Или ты соглашаешься, или я твое агентство с лица земли сотру. Будешь утренники в колонии организовывать!
– Ты меня, дядя, не пугай! – мигом отхожу от странного ступора в который меня повергли его крепкие руки. – Надо будет, я и Мисс Зэчка две тыщи двадцать шесть организую. Я свой бизнес не в наследство от богатого папочки получила, а создала с нуля. Так что можешь засунуть свои угрозы знаешь куда?
Обильно снабжаю свою речь испепеляющим взглядом, однако этот лесоруб-переросток отказывается тушеваться и вместо этого лишь ехидно уточняет:
– И куда же?
– Поглубже! – парирую не мигая.
– Да без проблем, – роняет невозмутимо. – С “поглубже” у меня проблем никогда не было.
И несмотря на то, что к сказанному он не добавляет никаких комментариев, по его взгляду сразу понятно, что имеем мы в виду абсолютно разные “глубины”.
– Вот и славненько, – громко сглатываю, не позволяя своим мыслям уплыть не в ту сторону. – С такими талантами вам не составит труда самому организовать праздник для своей дочери. Потому что еще раз повторяю: я детскими праздниками не занимаюсь.
– Занимаетесь! – выплевывает грозно. – Полгода назад Тамара была на дне рождения у девочки с танцев, Маргариты. И ее праздник организовывало ваше агентство.
– У Ритки? – таращу глаза, пытаясь понять каким образом эта семейка относится к празднику моей крестницы.
Почему-то мне кажется, что я бы их запомнила если бы мы встречались раньше. Мужиков такого размера в Москве по пальцам пересчитать можно, я бы точно не пропустила такой экземпляр.
Но ведь его дочь могла привести на праздник няня… И вот тут, надо признать, на память надежды мало. Ритка там миллион гостей пригласила и кроме имени в Тамаре Всеволодовне, боюсь, ничего примечательного нет. Девочка как девочка…. Неужели и правда она там была и поэтому хочет такой же праздник?
– Маргарита – моя крестница, – пожимаю плечами, мгновенно теряя запал. – Ее день рождения это исключение.
Я даже специально заказала ростовую куклу гориллы потому что Ритка хотела праздник в стиле Джуманджи. Думала, Геннадий, а именно так мы почему-то нарекли гориллу, покроется пылью в нашей подсобке, однако неожиданно этот двухметровый шерстяной герой обрел неимоверную популярность среди женской аудитории. Сначала мы его “выгуливали” на корпоративы, а затем он стал незаменимым атрибутом всех девичников и даже юбилеев дам постарше. А вот на детских утренниках Геннадию больше бывать не доводилось. Потому что не было этих самых утренников…
– Значит, сделаешь еще одно исключение, – мужчина разводит руками будто до сих пор не может понять в чем может быть проблема. – У моей дочери должен быть самый лучший праздник. И если уж она вбила себе в голову, что именно ты должна его организовать, значит придется тебе смириться.
Ну, положим, с девочкой я еще хоть как-то могу смириться, что ж я, зверь что ли? А вот с ее папашей… Каковы шансы, что все организационные вопросы будет решать няня или на худой конец та девица в порно-костюме, а этот амбал будет присутствовать чисто номинально? В идеале – на моменте оплаты счета.
Потому что интуиция довольно навязчиво подсказывает, что наше с ним сотрудничество ни к чему хорошему не приведет. А я, знаете ли, привыкла доверять этой капризной даме…
Глава 3
Глава 3
– Ты тоже хочешь праздник в стиле Джуманджи? – угрюмо уточняю, после того как папаша девочки под локоток заводит меня обратно в кабинет.
Нет, я конечно, стараюсь ей улыбаться, напоминая себе, что родителей не выбирают и Тамара не виновата, что родилась от такого хама. Но улыбка, признаться, выходит натянутой. Рука до сих пор горит огнем в том месте, где он схватил меня своими лапищами. Лесоруб поганый!
Пока девочка бросает вопросительный взгляд на своего отца, я делаю себе мысленную пометку сдать Геннадия в химчистку. Нельзя его к детишкам после того, что с ним вытворяли дамочки на девичниках, ох нельзя…
– Нет, – задирает подбородок до потолка. – Я не хочу гориллу.
– Уэнсдей? Майнкрафт? – начинаю бодро перечислять современные хиты и после двух неловко затыкаюсь. Потому что я не организовываю, черт возьми, детские праздники, и понятия не имею чем нынче дети увлекаются.
– Капибара? – это уже с сомнением. Понятия не имею где буду доставать костюм этого животного в случае чего. Но не детсадовский сладкий стол же мне устраивать! Коллеги засмеют!
– Капибара незаслуженно пользуется популярностью, – обиженно пыхтит девочка. – В этих животных, на самом деле, нет ничего примечательного. Тапиры, например, куда более интересные. Они жили одновременно с динозаврами и пережили несколько периодов массовых вымираний. А на голове у них милые ирокезики.
Последнее слово она выдает с таким умилением, что я даже неосознанно начинаю улыбаться.
Ровно до того момента, как девочка победно хлопает в ладоши и торжественно заявляет:
– Да, темой моего праздника будет тапир!
– Может лучше динозавры? – нервно сглатываю.
– Они и так достаточно распиарены, – возмущается девочка. – Нет, мы будем популяризировать тапиров. Они этого заслуживают.
“А я? Я-то чем это все заслуживаю? – произношу мысленно молитву. – За что мне это, Боже? Я же была хорошей…”. Дальше фразу, даже мысленно, продолжить язык не поворачивается. И вот, судя по всему, судьба решила, что мне должно воздасться за все грехи тяжкие и послала на мою голову эту семейку.
Потому что Всеволод, вместо того чтобы образумить свою дочь, согласно кивает и не менее торжественно предлагает подписать договор.
Скрупулезно перечитываю пункты документа, который сама же и составляла. И боюсь даже не того, что эта семейка кинет меня на деньги, а что не замечу мелкий шрифт и случайно продам этому лесорубу свою душу. Грешную да, но другой у меня, знаете ли, нет.
– Я вас провожу, – цедит он, едва я убираю ручку с бумаги.
– Но нам нужно обсудить детали! – настаиваю, с надеждой глядя на его дочь. Ну же, спасай меня, любительница всех кривых, косых и обездоленных. Неужели я хуже дурацкого тапира?
– У Тамары фано по расписанию, – угрюмо бросает ее отец и снова подхватывает меня под локоток.
– Я только панно знаю – невинно хлопаю ресницами. – Это картинки такие на стенах.
Нет, даже такая темень необразованная как я в курсе, что фано это сокращенно от фортепиано, но я не теряю надежду, что эта славная семейка сочтет меня недостойной организовывать их праздник. Лучше минута позора, чем выстригать “милый ирокезик” на костюме гориллы и пришивать хвост вместо хобота…
– Я надеюсь, мы друг друга поняли, – сверлит меня взглядом.
– Конечно, конечно, – отмахиваюсь, спеша поскорее смыться из этого замка Синей Бороды. Шутки шутками, но по словам девочки мамы у нее нет, а вот папа, похожий на серийного убийцу, имеется.
Однако еще до того как я успеваю добежать до конца коридора, мужчина резко дергает меня на себя и я по инерции влетаю ему в грудь.
– Все должно пройти идеально! – каждое слово, словно удар молотом. По крышке моего гроба.
– Если так сомневаетесь в моей компетенции, – упрямо цежу и распрямляю грудь, еще больше впечатываясь в него, – то найдите кого-то другого.
– Я бы с радостью, – скрипит пренебрежительно и усилием воли пытается собрать в пучок глаза, которые предательски съезжают ниже моего лица. – Но Тамара выбрала вас. Будь моя воля…
Уверена, он собирался выдать что-то жутко пафосное, но в этот момент та самая “воля” покидает его окончательно и Всеволод проигрывает битву со своими глазными мышцами. Потому что они отказываются ему подчиняться и довольно дерзко упираются в ту часть меня, которая, простите за каламбур, упирается в их хозяина.
Я уже говорила, что люблю это платье с маками? И вовсе не за яркий дизайн, а за то как выгодно оно подчеркивает мои формы. Не прячет, как большинство моделей плюс сайз, а наоборот, акцентирует самые «важные» моменты. И судя по поплывшему мужскому взгляду, заказчик оценил все по достоинству.
Что ж, теперь мой черед показать этому снобу, что он мне не ровня! Позволяю бюсту трепетно колыхнуться ещё разок, а затем резко отстраняюсь и холодно бросаю:
– Все будет идеально, не переживайте.
– Не сомневаюсь, – хрипло роняет он.
И мне бы радоваться, но что-то мне подсказывает, что мы с ним сейчас снова говорим о совершенно разных вещах…
Пренебрежительно веду плечом и разворачиваюсь на каблуках, чтобы как можно скорее оказаться подальше от этого мужлана, но вместо двери мои пальцы хватаются за что-то мягкое и теплое.
– Вот ты где! – удивленно восклицает смазливая блондинка, глядя, естественно на Всеволода, а не на меня. Не просто глядя. Влюбленными глазами, в которых разве что мультяшных сердечек не хватает.
На девушке изящное желтое платье, перетянутое на осиной талии черным кожаным ремешком, от чего она еще больше похожа на это полосатое насекомое. Тонкая, изящная, породистая…. В общем, прямая противоположность мне. Идеально подходит этому снобу-лесорубу. У которого, кстати, хватает совести делать вид, что не глазел какую-то минуту назад на мой бюст!
Только спустя пару мгновений блондинка замечает меня. А меня, знаете ли, довольно сложно не заметить…
– Это кто? – ревниво таращится в мою сторону. Аккурат в то место, на котором остались ожоги от взгляда ее Всеволода.
– Это Фаина, – сухо цедит он. – И она уже уходит.
Глава 4
Глава 4
– Нет, ты можешь себе это представить? – в сотый раз за вечер обращаюсь к Денису. – Тапир, млин!
– Да ладно, – ржет он, – по-хозяйски оглядывая свои владения со второго этажа ночного клуба. – Прикольный такой зверек. Надо Ритке показать, она наверняка о таком и не знает.
– Чтобы она следующую днюху тоже в таком стиле заказала? – с ужасом восклицаю.
– Ну а что, все равно у тебя атрибутика останется с праздника этой твоей Тамары Всеволодовны.
– То есть ты просто хочешь сэкономить? – подкалываю его.
– Сэкономишь с тобой! – театрально возмущается. – Ты мне всегда тариф “для своих” подсовываешь, с наценкой шестьдесят процентов.
– Это компенсация за наше первое знакомство, – напоминаю с улыбкой.
– А нефиг было в тот дурацкий костюм наряжаться! – закатывает глаза. – Я принял тебя за мужика и приревновал к Светке.
– Ой, вы тогда и знакомы толком не были, – отмахиваюсь от него. – Отелло недоделанный.
– Знакомы не были, а ребенок у нас общий уже был, – хмыкает он. – Санта-Барбара, млин!
– Ну согласись, лучше Санта-Барбара, чем сплошные деловые встречи и фано по расписанию, – бурчу беззлобно. – Жуть, а не жизнь!
– Ниче, ниче, – успокаивает друг. – Ты внесешь в их жизнь яркие краски, я в тебе не сомневаюсь!
– А вот я уже сомневаюсь… в своей адекватности, – протягиваю растерянно, когда замечаю знакомую фигуру у барной стойки.
Да нет, бред какой-то. Я хоть и говорила, что мужиков такого размера на всю Москву раз, два и обчелся, но все-таки Бойнич не единственный богатырь на столицу. Он уже, небось, давно видит десятый сон. Не удивлюсь, если у этой скучной семейки и отбой по расписанию.
Но следом мой взгляд выхватывает “осиную талию” все в том же желтом платье и я устало протираю глаза. Серьезно? Она бы еще в бальном платье сюда приперлась!
Парочка забирает напитки у бармена и словно два ледокола в открытом море шествует к столику в углу.
Ну ладно, один ледокол и байдарка… Потому что пока Всеволод прорезает массивной грудью толпу в зале, его блондиночка мелко семенит позади, словно кучерявая болонка за хозяином.
– Тебя подвести? – спрашивает Дэн.
– Нет, я задержусь еще немного, – бросаю не глядя. – Попробую накидать сценарий праздника. Почитаю об этих тапирах, мать их…
– Ладно, я скажу ребятам, чтобы отвезли тебя домой потом.
– Ой, знаю я твоих ребят, – закатываю глаза. – Они только к себе домой могут отвезти, обойдусь как-нибудь.
– Ты девушка свободная, пользуйся, – ржет он.
– Я ж если попользуюсь, то тебе потом новых охранников искать придется, – бросаю с издевкой. – Пущай живут, так и быть. Тетя Фаина сегодня не в настроении.
– Злой дядя Всеволод испортил ей настроение? – интересуется со смешком.
– Злой дядя Всеволод и его вобла, то есть оса, – отвечаю и машу рукой в его сторону, дескать, ступай, холоп, надоел ты уже барыне.
Дэн уезжает домой к своим девчонкам, а я открываю на телефоне статью об этих дурацких тапирах. Нет, сами животные вовсе не дурацкие, тут девочка права. Но сама идея… Ох и намучаюсь я с этой семейкой!
От этих мыслей взгляд непроизвольно возвращается к танцполу внизу и цепляется за знакомую фигуру. Оса сидит ко мне спиной, а Бойнич вместе с тремя другими мужиками – лицом. Вот только меня он, естественно, не видит и я этим бесстыдно пользуюсь, с интересом рассматривая его.
Даже здесь, в ночном клубе, он умудряется выглядеть так, будто находится в конференц зале среди подчиненных. Впрочем, может так и есть… Компания за столом не веселится, не улюлюкает при виде красоток в мини и даже не пьет толком. И выглядят они не как друзья, а как деловые партнеры.
Нашли место…
Так проходят следующие сорок минут. Я читаю статьи о тапирах и время от времени поглядываю на скучную компашку внизу, демонстративно зевая от этого тоскливого зрелища. Ей-богу, в доме престарелых за ужином и то больше веселья, чем за их столом.
В какой-то момент Всеволод со своей блондинкой поднимаются, мужчины пожимают руки и как-то даже оживляются. Видимо, не только меня напрягает эта излишняя серьезность Бойнича. Другим тоже весьма некомфортно находиться в его компании. И лишь блондинка наслаждается его обществом на сто процентов. Постоянно касается, заглядывает в глаза, внимает каждому его слову и в целом выглядит так, будто выиграла в лотерею. Причем, выигрыш измеряется не в денежном эквиваленте, а в минутах рядом с таким шикарным мужиком.
– Скукота, – цежу сквозь зубы и возвращаюсь к своим баранам, в смысле, тапирам. Теперь, когда парочка исчезла из виду, работать становится гораздо легче и я быстро накидываю план вечеринки для Тамары.
Будем следовать завету Макиавелли: если не можешь остановить хаос, возглавь его.
Хочет девочка выпендриться праздником с редкими животными, значит мы ей всю красную книгу там организуем.
Едва сдерживаюсь, чтобы не отправить сценарий Бойничу прямо сейчас и тем самым разбудить его от сладких скучных снов, но захлопываю ноутбук и подзываю официанта, чтобы расплатиться. Однако тот лишь испуганно мотает головой и заверяет меня, что все уже оплачено.
Эх, хорошо все-таки водить дружбу с хозяином ночного клуба. Надо Дэну внушить еще парочку ресторанов открыть, чтобы и днем питаться на халяву. Так, глядишь, и ипотеку быстрее выплачу.
Вбиваю адрес клуба в приложении такси и спускаюсь по лестнице глядя как бездушный робот безуспешно пытается подобрать ближайшую ко мне машину. Ну же, ребята, мы в почти центре города находимся, куда все успели разъехаться?
Навязываться к охранникам не хочется, поэтому я продолжаю гипнотизировать красную точку на карте и… неожиданно влетаю в кого-то. Точнее, это кто-то влетает в меня. Потому что меня, знаете ли, сложно не заметить! Я привыкла, что все неосознанно расступаются передо мной и уступают дорогу. Телефон вылетает из рук и отскакивает на несколько ступенек вниз.
