Текст книги "Телепатический удар (СИ)"
Автор книги: Элин Таш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Вот и прекрасно, что мы с вами придерживаемся похожего мнения, – улыбнулась я, поднимаясь: к сожалению, пора было заканчивать это приятное, но несколько затянувшееся... свидание?
– Мне льстит быть одного мнения с королевой, – усмехнулся он, и горячие огоньки вновь загорелись в глубине внимательных красивых глаз. «...не способен составить мнение даже по элементарным вопросам... Как же, помню...» – Прикажете проводить вас, мэм?
«Надеюсь, тебе этого хочется так же, как мне!»
– Нет, продолжайте вашу экскурсию, – улыбнулась я, подумав, не забыть ли книгу, но решила, что это слишком банально. Забрала её, увидев – надеюсь, не придуманную моим желанием – тень сожаления, промелькнувшую по лицу Дмитрия.
Я чувствовала, что он смотрит вслед; чувствовала, когда повернулся и пошёл в первоначальном направлении; даже знала, когда мы перестали быть видимы друг другу.
Боги! Этому разговору я придавала большее значение, чем подавленному восстанию! Вдруг стала обычной влюблённой девчонкой. Вернее, не обычной, потому что тащила на себе ещё и судьбу ста созвездий, и не имела права на слабости. Не имела.
Однако ничто не в силах было заглушить сияние моей улыбки, даже когда губы изгибались холодной надменной ленточкой при встрече с некоторыми подданными.
Из рекреации не выходила, а переместилась к себе, дабы не вызывать лишние толки.
Следующий день для меня начался с криков брата.
– Луэли, Луэли, проснись! Луэли!
Открыла глаза. Телепорт высвечивал его изображение – домашний гиперком настроен так, что Барел может соединиться со мной при необходимости в любое время. Правда, обычно он тактично дожидается ответа.
– В чём дело, Барел? – испугалась я.
– Убили! Её убили!
– Кого?
– Пэттэн, Луэли! Пэттэн! – брат вцепился руками в волосы, опустив голову. Потом вновь с отчаянием посмотрел на меня.
– Что ты делал вечером? – без переходов спросила я, вставая и наскоро одеваясь.
– Мы с Игом и Кэролом слетали в Киль, к Конопусу, там сейчас новый Косморэй, ты знаешь?
– Конечно, Барел. А потом?
– Немного побыл с Дили и пошёл домой. А наутро отправился к ней...
– Сейчас буду, – кивнула я, на ходу отдавая несколько распоряжений. Переместилась к ангарам и срочно вылетела на Дэкси.
...Маленькая и беленькая девочка лежала на постели, через её беленькое платье проступало пятно крови на груди. Это выглядело так странно, неестественно... и очень уж тоскливо...
Барел был растрёпан, в глазах стояли слёзы, а дыхание иногда срывалось.
Я сглотнула комок в горле и с холодным рассудком подумала: «нож». Вот уж правда, в наш век супертехнологий все давно уже забыли, что простой нож тоже может послужить оружием.
Какой-то человек еле сдерживал рыдания, и мой приученный наблюдать ум отметил «Глен Ди». Больше, кажется, некому... Его пропустили сюда, вероятно, как давнего друга Пэттэн. Почему-то никто из её близких так и не объявился.
Потом мелькали беспокойные лица жён, и среди них беспокойное лицо Дили Хэк, но что-то в глазах её выражало победу. «Дили», – возникло в голове. Возмущение и гнев поднялись во мне, но я спокойно подошла к брату и вывела в соседнюю комнату:
– Знаешь, кто?
– Кто? – сверкнул глазами Бареллоу, готовый, кажется, прямо тут, самолично, свершить суд.
– Дили.
– Это не правда! – растерянно и в то же время возмущённо воскликнул он.
– Возможно. Но ты поинтересуйся её алиби.
– Убью!
– Остынь и не делай глупостей.
– Ну почему, Луэли? – он снова схватил руками волосы. – Ведь я же старался, чтоб каждой из них было хорошо... – снова бросил на меня отчаянный взгляд. – Почему ты уверена, что это она?
– Почти уверена, Барел. Сам посмотри в её глаза... – я взяла его руки. – И... есть ещё один момент... о котором я не сказала вчера. Вчера ко мне тоже приходил человек, сообщить, что у твоей Пэттэн имеется поклонник. Неприятный тип такой, я приказала установить личность – очень уж не понравился. Воспользовался тем самым Разрешением Мелен.
– Наверное, тот же, что и на записи, пересланной мне... – пробормотал Барел.
– Думаю, да. Потом было несколько не до того, и лишь вечером я просмотрела рапорт. Как только на него надавили, он сразу же признался, что ему хорошо заплатили за то, чтоб он отправил запись тебе и пришёл ко мне.
– Дили заплатила?
– Не лично. Кто-то из работающих у неё в доме. И передал ему Разрешение.
Барел обнял меня и зарыдал, как ребёнок.
В дверях появилась Элиш, с тревогой глядя на него. Я кивнула ей, тоже обнимая брата и пытаясь вернуть в норму – тяжело было видеть его таким. Ещё вчера он казался настолько счастливым... а тут вдруг подобное дикое событие... в самом сердце его планеты... Представляю, каким шоком это стало для него!
– Не плачь, Барел. Ты должен быть сильным. И у тебя есть Элиш.
– Да, Луэли, – пробормотал он и подошёл к ней. – Элиш, прости меня...
– Что ты?
– Элиш, я не должен был на ней жениться, она любила Глена Ди, а я любил тебя. Я разбил наши судьбы, ты меня сможешь после этого уважать, Элиш? – Барела пробило на целый поток, но Элиш откликнулась тихо и покорно:
– Ты меня спас, Барел, и я всегда буду твоя. Я тебя люблю, я выдержу всё...
Она, может, и выдержит, но я не выдержала, так как стояла рядом и всё слышала. Поэтому довольно прохладно сказала:
– Барел, прекрати обвинять во всём себя. А ты, Элиш, не говори тоном ни на что не надеющегося человека. Ты знаешь, что он любит одну тебя.
– Вы правы, Луэлин.
Мой тон произвёл на Барела именно то впечатление, на которое я рассчитывала.
– Луэли, это ты приказала подавить восстание? – вдруг спросил он, на этот раз будто решая политический вопрос. Бури и эмоции больше не изливались из него на всю планету. Я уловила некоторое смущение за предыдущий всплеск, невольными свидетелями которого стали сестричка и охрана, но не подала вида.
– Они мне порядком надоели, – беззаботно ответила я, хотя какое-то тягостное чувство шелохнулось в сердце. – Я, конечно, разрешила тебе не присутствовать на заседании Совета, но думала, ты в курсе всех событий...
– Просто интересно, от кого исходила инициатива. И почему-то сомневаюсь, что от Дэльвика, – Барел даже слегка улыбнулся. – Правильно, сестрёна! Молодец!
– Одобряешь?
– Конечно! Не верю я в их благие побуждения.
– Спасибо! – я подошла и поцеловала его в щёку. – Вот только не нравится, что мы не контролируем их... Может, созвать повторное голосование? И всё-таки настоять на размещении войск на Дреме? Пока не стихнет волна возмущения.
Барел немного задумался, после ответил:
– Не уверен, Луэли. Возможно, это только усугубит конфликт.
– Ладно, братик, мы с тобой обсудим это после, – он пришёл в себя, и теперь я могла спокойно оставить его. – Я вас покидаю... К сожалению... На похоронах, разумеется, буду...
Я ощутила, какой взгляд кинула мне вслед Элиш. Она, конечно, отчасти обрадовалась, что я привела Барела в норму. Но решать политические вопросы, когда в соседней комнате лежит бездыханная Пэттэн...
Мне было всё равно. В конце концов, только наруку моему образу.
Буквально вчера отстроенный дом Пэттэн напоминал муравейник. Даже Гридар Гринг прилетел, ибо хоть на Дэкси и имелся галактоид, ответственный за все охранные мероприятия, но личная стража Илбера и его жён подчинялась Гридару с адмиралом.
Глава охраны разговаривал с Овелием Пимоном и Маратом Карибом, далеко не молодыми уже телохранителями Барела, до того работавшими ещё на нашего отца в его бытность Илбером Совета Короля Элиота.
Помню, как непросто было отказать им, когда они подали прошения о переводе ко мне. Я только-только стала королевой и не один час потратила на раздумья, что предпочтительнее: заручиться поддержкой уже зарекомендовавших себя охранников с немалым опытом, несмотря на то, что их срок службы подходит к концу, да и физическая форма уступает более молодым конкурентам. Или всё-таки ориентироваться на новых перспективных галактоидов, придерживаясь личного выбора.
В итоге посоветовала им переквалифицироваться в Помощников. Однако, похоже, после моего отказа они подали прошение Барелу, и он не проявил такую же суровость. Сказал, что готов подарить им эти несколько лет, в память об отце.
Всё было бы хорошо, однако сын Овелия Роберт оказался замешан в деле соновиков и остался одним из тех, кого до сих пор не поймали.
Овелий был шокирован выходкой своего чада, провёл немало времени в частных беседах с адмиралом и главой охраны, даже согласился пойти на сложное сканирование, чтобы доказать, что не имеет отношения к соновикам и не представляет, где скрывается сын, а если выяснит, то непременно отдаст Роберта в руки правосудия. Насколько я знаю, Дэльвик с Гридаром решили не применять сложное сканирование, а ограничились мнемосканером, при условии, что Овелий не станет блокироваться, и сочли его показания искренними.
Гридар развернулся ко мне, все трое отдали честь. В чёрных глазах Марата присутствовала обычная слегка отеческая теплота, у Овелия же преобладал мрачный настрой. Стальной взгляд главы охраны, как обычно, всё скрывал.
Уж не знаю, имели ли они какое-нибудь отношение к происшедшему (что бы им делать в доме Пэттэн?), или Гридар просто счёл их наиболее подозрительными, или же лишь вызывал на допрос всех подряд. Может, они прилетели в страже Барела, согласно своей смене дежурства. Но я по-прежнему не сомневалась в вине Дили.
Впрочем, не стану говорить о предположениях никому, кроме брата.
– Надеюсь, вы не подозреваете наших самых давних и самых проверенных стражей? – улыбнулась я Гридару, вызвав ответные улыбки и на лицах обоих охранников.
– Обычная процедура, мэм, – серьёзно отозвался Гридар.
– Чтож, продолжайте, – ответила я, направляясь к выходу. Моя охрана следовала за мной сконцентрированными тенями, не оставляя ни на секунду.
Дили нигде не было видно, и я подумала о том, что Дмитрий собирался к ней. Возможно, он уже на планете, возможно, совсем недалеко – в её замке... Возможно, она отправилась к нему...
С трудом удержавшись от глупейшего желания броситься к ним, помешать встрече, высказать всё, что так хочется высказать... я продолжила путь к космолёту, как обычно не выказывая никаких чувств.
Вечером я узнала, что как я и предполагала, Дмитрий ездил к Дили. Вечером же её арестовали за убийство и отправили в вечную ссылку на Землю. Отныне она должна жить одна в доме, без права контакта с внешним миром, и лишь еда будет систематически доставляться.
Дили рыдала, но Бареллоу был непреклонен, и я знала: ничто ей уже не поможет. Вероятно, достойного алиби у неё не оказалось. А также Барел сообщил, что нашёл того, кто заплатил доносчику. И выяснил, что первоначальный приказ, действительно, исходил от Дили.
Только благодаря тому, что она являлась женой одного из илберов Королевского Совета и, если уж на то пошло, брата королевы, она была удостоена чести не сидеть в нашей тюрьме, а отбывать наказание в частном доме на Земле...
...На следующий день с утра при входе в мой кабинет дежурил Дмитрий. Возможно, именно это стало причиной того, что я явилась туда на полчаса раньше. Во всяком случае, прилетевший первым Барел не застал меня в апартаментах и вынужден был заглянуть в кабинет. Но я не повторила предыдущей ошибки.
Барел ещё не окончательно пришёл в себя. Похоже, даже Элиш, дома не отходившей от него ни на миг, не удалось вернуть брата в норму. Мы немного поговорили, но меня ждала работа, и он тактично удалился – тоже решил позаниматься делами, хотя эту неделю и собирался отдыхать.
В удручённом состоянии Барел неописуем – он начинает работать идеально, как машина, не допуская ни единой погрешности, полностью уходя в то, на чём сосредоточился.
Не успел братец выйти, как позывной авто-пульта высветил просьбу дежурного войти.
Разрешив, я снова испытала сумасшедшее, совершенно не свойственное волнение при мысли о том, что сейчас наконец-то увижу Дмитрия!
Вчера во время его дежурства меня здесь не было – я летала на похороны, потом побыла с братом... А когда возвратилась, занялась срочными скопившимися делами. И за целый день мы так и не увиделись.
– Илбер Бареллоу попросил передать, – произнёс Дмитрий, остановившись недалеко от входа с кристаллом в руках и ожидая разрешения. – Сказал, забыл оставить, – добавил он.
Я кивнула: Барел действительно обещал передать запись расследования смерти Пэттэн. Даже не знаю, почему решил не пересылать её, а сохранить на самом надежном кристалле, на каких содержится наиболее важная информация.
За секунду меня посетила масса сменяющих друг друга пожеланий, начиная с того, чтобы связаться с Барелом и выяснить причину, и заканчивая тем, чтобы усадить Дмитрия за стол и заставить всё это просмотреть.
Одно я знала точно: не желаю более превращать кабинет в плацдарм для словесных перепалок. Однако при взгляде на охранника вдруг показалось, что в нем появилась некоторая растерянность. Возможно, это было нечто более глубокое, просто слишком тщательно скрываемое даже от моего проницательного ока. Но я поняла, что опять не выдерживаю...
Королева, которая никогда не позволяла себе не то, что лишнего слова – жеста! – тут вдруг вновь не смогла удержать себя, и, полностью перекрыв чувствам доступы к поверхности, спросила:
– Вы всё-таки летали на Дэкси?
Руки охранника на мгновение застыли, а глаза пристально взглянули на меня.
Показалось, Дмитрий хочет что-то объяснить, но вместо этого, положив кристалл на стол, он будто занял оборонительную позицию:
– За мной следили?
– Разве вам не известно, что все новые галактоиды в моём замке подвергаются пристальному вниманию? – ответила я, опять со смешанным чувством возмущения и уважения обращая внимание на то, как смело, почти на равных, отвечает мне.
– Зачем же спрашиваете? – кажется, он ожидал саркастических комментариев в свете всего случившегося.
– Я вас там не видела, – отозвалась я, заметив ещё один пристальный взгляд: похоже, пытался определить, что хочу этим сказать.
– Я... прибыл позже. И не сразу узнал о случившемся, – всё же ответил.
– Надеюсь, вы успели завершить все дела, – едва уловимо усмехнулась я.
– Пожалуй, завершил, – отозвался он. И я снова обнаружила, что не могу до конца понять, какое значение он вкладывает в слова. – Или вас интересует что-то конкретно? – спросил Дмитрий, не отводя взгляда. Осознавая, что захожу дальше, чем следовало бы, я не смогла заставить себя остановиться.
– Хочу удостовериться, что случившееся не отразится на вашей службе.
– Меня уже расспрашивали Помощники Илбера Бареллоу и Гридар Гринг, – сообщил он.
– Знаю, – откликнулась я. Естественно, его расспрашивали, как и всех пребывающих в доме Дили: не замечал ли чего странного, не предполагает ли, что послужило причиной. И естественно, это всё фигурировало в пересланных отчётах.
– Тогда почему... интересуетесь?
Он будто отгородился стеной, намереваясь защищаться. Но я не стала идти на очередную конфронтацию:
– Королеву о причинах не спрашивают.
– А о чём королеву спрашивать можно? – неожиданно поинтересовался. Я вдруг подумала, он не просто поражён тем, что сотворила Дили, но и разговор с ней оказался совсем не таким, как рассчитывал...
Время начинать работу неумолимо приближалось, Дмитрий пробыл в моём кабинете дольше, чем все остальные охранники вместе взятые, королева устала повторять, насколько эти разговоры неразумны, нелогичны, неуместны, ни к чему не могут привести и вообще не соответствуют статусу!
Бесполезно. Леди Луэлин, всегда полагавшая, что уж с ней-то ничего подобного никогда не случится, вдруг обнаружила, насколько тяжело бывает справляться с эмоциями и желаниями, когда они просто накрывают с головой. Будто все годы учебы владеть собой и подчиняться логике исчезли из прошлого. Нет, собой-то я владела, но не своими внутренними устремлениями...
– А о чём вы хотели бы её спросить? – произнесла я и даже повела рукой в сторону кресла для посетителей, разрешая охраннику сесть.
Дмитрий несколько удивлённо поблагодарил кивком, но приглашение принял. Если бы я видела, что эти разговоры ему неприятны или неинтересны, нашла бы в себе силы прекратить их! Но не могла разобраться ни в чём, и не могла остановиться...
Невыносимо хотелось подойти, обнять, предложить забыть все глупые слова, которыми обменялись за последние дни... В конце концов, я всегда доверяла не словам, а сердцу!
Некоторые так красиво изъясняются, делая гадости исподтишка, а другие наоборот, косноязыки и говорят невпопад, зато на их верность и надёжность всегда можно положиться...
Однако вопрос Дмитрия оказался для меня неожиданным:
– ...например, это правда, что вы отказались от руки Кентилио Пегалио Дэлизи?
– От руки... или от копыта... или от хвоста... От чего-то да отказалась, – усмехнулась я. – Только он пока не знает, но, вполне возможно, скоро поймёт. А почему это вас волнует?
– Просто... интересны ваши мотивы. Как и многим... – я заметила, что он вполне искренне улыбнулся шутке, но почти сразу улыбка покинула лицо.
– Дили?
Дмитрий промолчал.
– Откуда, интересно, она могла узнать? – поинтересовалась я.
– Она... спрашивала, что мне об этом известно. Сказала, он покинул ООСС. И весь Космонет заполнен предположениями, сделает ли вам предложение, или уже сделал, – и что вы ответите.
«Да уж, – усмехнулась я про себя. – Дмитрий прилетел к ней объясниться, сообщить, что уходом пытался защитить её – а тут вдруг вынужден был участвовать в обсуждении загадки, почему это леди Луэлин не согласилась на столь умопомрачительный союз! А в итоге ещё и узнать, кто же убил Пэттэн...»
– И что? Неужели она пожалела, что находится не на моём месте? – я снова улыбнулась, но внезапно осознала, что приблизительно так и обстояло дело. – Неужели она хотела бы принимать такое решение сама?
– Многим польстило бы подобное предложение, и у многих решение не вызвало бы колебаний, – Дмитрий даже слегка повёл плечом, отвечая. – Ведь это «Повелитель соседней галактики, единственного объединения, имеющего хоть какой-то шанс равняться с ООССом»...
Последние слова прозвучали как цитата, по лицу его промелькнуло выражение отвращения – впрочем, настолько мимолётно, что можно было и усомниться в увиденном. Однако я всегда обращала внимание именно на такие вот неуловимые проявления. Похоже, он искренне не мог постичь, как женщина способна опуститься до того, чтобы ублажать прихоти полуконя... будь он хоть повелитель всего мира.
Тут я окончательно всё поняла, буквально картина разговора возникла у меня в голове. Значит, она вчера сказала ему... Примерно так: «А я бы вышла за него... – Вот так вот, без... просто за какого-то кентавропегаса?! – Зато какая карьера и власть! Не верю, что леди Луэлин смогла бы отказаться от этого! Уж не она-то точно! Вы только представьте! Стать правительницей двух грандиозных межгалактических объединений! Почти Вселенной! – Мне казалось... – Вам? Да ну! Неужто вы решили, будто я к вам неравнодушна? Вы такой же олух, как этот Бареллоу...»
У меня на языке вертелся комментарий о «любимой женщине», одновременно с желанием успокоить и предложить не забивать голову глупостями. Но, прекрасно понимая, насколько эта ситуация неприятна для него, я всё же не удержалась:
– Для некоторых возможность выйти замуж за наиболее известного и влиятельного галактоида – единственный шанс достичь хоть чего-то... – я не насмехалась, но и не щадила его в высказываниях: мы оба прекрасно знали, о ком речь. Хотел ответа? Пожалуйста. – Однако леди Луэлин сама добилась всего, чего только можно пожелать, и ей не нужно выходить для этого замуж ни за кентавропегасов, ни даже за илберов Совета.
«А теперь она сидит и переживает за то, чтобы понравиться обыкновенному солдату!» – фыркнула я сама себе.
Весь разговор как-то незаметно перешёл нормальную грань, но почему-то ни у кого из нас не возникало желания прекратить.
– Интересы же ООССа для меня всегда стояли превыше личных амбиций, – добавила я.
Мой тон был ровный, однако Дмитрия, вероятно, слишком задело всё, что я сказала. Может быть, он почувствовал, что поняла больше, чем он ожидал, а может, воспринял слова за скрытое издевательство. Возможно, ему интересно было проверить какие-то свои предположения, но он ответил не так, как мне хотелось бы:
– Если бы ради интересов ООССа вам потребовалось выйти замуж за кентавропегаса, вы сделали бы это, ваше величество? Следовательно, вами тоже руководит расчёт – просто несколько иной.
«Знал бы, что окончательно убедило меня в решении отказаться!» – всполохнула задетая женская струна, и я всё же усмехнулась:
– Я не могу в поступках руководствоваться лишь желаниями и эмоциями. Ваша собственная любовь разошлась по швам, ваша «любимая» не оправдала ваших ожиданий – и вы теперь намерены упрекать в цинизме всех подряд?
Он вспыхнул глазами и ответил:
– У меня и мысли не было упрекать вас в чём-то, мэм. Извините, если мои слова так прозвучали... – чуть помолчал, но всё же добавил: – И молите богов, чтобы никогда не оказаться в подобном положении.
Эта фраза прямо резанула мою душу, а внутренний голос как будто поддакнул Дмитрию:
«Да, что ты скажешь о своей любви? Она у тебя не то, что расходится по швам... Её вообще не должно быть!»
Плохо справившись с эмоциями, я посмотрела ему в глаза:
– Я не могу оказаться в подобном положении, потому что королева не имеет права на чувства, которые могут сделать её уязвимой – а следовательно, и её государство.
После чего отослала его, дав понять, что тема закрыта.
Заставила себя окунуться в работу, и сейчас это удалось гораздо лучше.
Глава 8. Военный корабль тассов
Для начала просмотрела кристалл, оставленный Барелом. Ничего нового в нём не обнаружилось, брат собрал всё, что успел узнать, включил записи допросов Дили и её окружения, где несколько минут отводилось и Дмитрию.
Со смешанным чувством смотрела я, как охранник отвечает на суровые и зачастую не слишком приятные вопросы Гридара Гринга. Он превосходно владел собой, учитывая всё случившееся. Не подумала бы, что незадолго до этого он имел не самый простой и приятный разговор с Дили. Впрочем, поскольку ни во время преступления, ни накануне, Дмитрия на Дэкси не было, надолго его не задержали.
Ощутив, что не в состоянии больше думать на эту тему, отложила кристалл и заставила себя сосредоточиться на чём-нибудь другом.
Наш разговор с Дмитрием натолкнул на мысли о последнем женишке и его владениях. Чуть поколебавшись, я сделала запрос. Как ни странно, ответ пришёл почти сразу – учёные пока мало узнали о Галактике Бэтазийской Культуры, так что долго собирать информацию не потребовалось.
Поднявшись, я прошлась по кабинету. Связаться ли с Кентилио? Быть может, заключить с ним какое-нибудь соглашение, чтобы учёные могли беспрепятственно заниматься интересующими их вопросами... Или лучше не напоминать ему о себе, покуда он не вспомнил о своих пожеланиях?
Решив не будить лихо пока оно тихо, я вернулась за стол, намереваясь просмотреть собранные сведения. ООСС никогда прежде не сталкивался с Галактикой Бэтазийской Культуры, даже в те времена, когда Земля ещё не входила в него. А самих кентавропегасов вовсе не удивляло, что в собственной галактике они находили лишь себе подобных. Скорее, их удивили все мы.
Запустила информацию. На меня обрушилась масса данных по поводу компонентов атмосферы, сил притяжения, полного набора бактерий и вирусов всех двадцати девяти обитаемых планет Кентилио – и прочее в том же духе. В настоящий момент это мало волновало меня, посему я быстренько пробежала их.
Увы, ничего более интересного не обнаружилось. Лишь в одном отчете имелся странный момент.
Один из учёных случайно стал свидетелем праздника на Пеге. Он видел, как огромная толпа – чтобы не сказать табун – кентавропегасов ввалилась в огромный же дом. А после будто исчезла в нём...
Он даже сумел заснять это. Съемка была не особенно качественной, ученый использовал какие-то подручные средства.
На стереоэкране высветилось здание – рука снимавшего явно дрожала. Мимо процокали копытами несколько кентавропегасов и, возбуждённо размахивая хвостами, скрылись внутри. Следом за ними ещё парочка, потом ещё... Веселье, прихрапывающий смех, противные писклявые перекрикивания...
Некоторые пикировали откуда-то сверху. Зрелище, нужно сказать, предстало внушительное: размах крыльев оказался больше, чем можно было предположить, глядя на сложенные, а окрасы и вовсе переливались самыми разными цветами.
Интересно, мелькнула мысль, что им помогает подняться в воздух? Неужели одни только крылья, или природа предусмотрела какой-нибудь естественный аналог антигравитатора?
Действительно, после того, как последние гости исчезли за огромной дверью, всё вокруг стихло. Никто не появлялся ни на открытых галереях, ни в проёмах окон, никто больше не выходил на улицу, не шумел, не играла музыка, даже свет не загорался.
Когда случайный свидетель попытался спросить у кого-то из местных жителей о том, что увидел – то натолкнулся лишь на взрыв негодования и совет не лезть в чужую жизнь.
Учёный был озадачен. А с другой стороны, праздник мог переместиться в какое-нибудь соседнее здание и продолжаться там. Поэтому он решил на всякий случай включить этот фрагмент в отчёт, но вернуться к непосредственным обязанностям. Что и сообщил напоследок.
Странно... Я снова поднялась, прошлась. В который уже раз испытала желание загримироваться, переодеться и броситься на поиски приключений. Столько интересного проходит через мои руки, а я никогда не могу заняться им лично!
Королева во мне холодно напомнила о себе и работе. Ещё раз вздохнув, я снова вернулась на место. Пару минут продолжала раздумывать о Пеге...
После чего наконец-то приступила к текущим делам.
Экран разделился на две части: с одной стороны всё, что требовало моей подписи, с другой – ответы на подаваемые мною запросы. Сегодня приема у меня не было, и к лучшему. Я оставалась в настолько взбудораженном состоянии, что даже решила не браться пока за подписи, прежде чем как следует не успокоюсь.
Не так давно один рорадар (это наиболее высокий, не считая адмиральского, чин в нашем флоте), к тому же какое-то время назад входивший в Королевский Совет, подал жалобу на моё имя, которую я не стала отклонять. Ныне он наслаждался заслуженной пенсией на планете Лиал, и, честно говоря, вполне мог обратиться в любую менее высокую инстанцию, начиная с местного планетарного суда и заканчивая Верховным судом сектора.
Однако бывшие Илберы пользовались определенными привилегиями, так что дело было поручено Королевской Вспомогательной Службе и буквально через несколько дней решилось.
Просматривая, я увлеклась, оценивая две стороны, обвинявшие друг друга, а также махинации обеих, собранные моими Помощниками в этой сфере.
Дело даже рассмешило, особенно когда оказалось, что ссора произошла вследствие того, что обе небольшие фирмочки совершили по денежной авантюре с противоположной и ещё каким-то третьим предприятием, соответственно не зная о деятельности другой. Но самое весёлое было то, что независимо друг от друга в качестве третьей стороны каждая выбрала одно и то же гигантское предприятие. Принадлежавшее бывшему Илберу.
Помощники, с моей точки зрения, приняли наиболее разумное решение – предложили обеим фирмам-авантюристкам выплатить бывшему илберу компенсацию, а также штраф в галактическую казну. И вынесли им предупреждение о том, что дальнейшие пренебрежения законами в подобном ракурсе могут на них очень плохо отразиться...
Кстати, о пренебрежении законами. Помощники, как всегда, поработали превосходно – кроме того, что информацию, собранную ими за несколько дней, другие службы могли бы отыскивать месяцами, ещё и выделили не слишком приятную тенденцию. Множество разрозненных сведений, сопоставленных воедино, позволяло предположить, что речь идёт не о единичных нарушениях, а о неправомерном использовании высокого положения кого-либо из правительства Лиала...
Неожиданно телепорт высветил Барела – он звонил из своего кабинета:
– Луэли, ты не занята? Освободись на некоторое время, важное дело. Сейчас зайду.
– Хорошо.
Брат казался встревоженным, и я перенесла всё, что было запланировано – а он почти сразу пришёл.
– Вот; кажется, это серьёзно, – сказал, протягивая компактный кристалл, какие используются для содержания военной информации. Я вынула носитель из футляра и вставила в гиперком, однако Барел остановил:
– Подожди, я позвал и адмирала.
– Настолько серьёзно? – удивилась я, но брат лишь кивнул.
– Кстати, – вспомнила я, – а почему ты и расследование сбросил на такой же?
Барел пожал плечами:
– Не мог поверить, что всё будет так просто. Думал, это может оказаться нечто государственной важности. Но Дили призналась, в том числе и что прикарманила удачно подвернувшееся Разрешение, её слова подтвердили исполнители...
– Надеюсь, ты не разочарован, – произнесла я. Барел нерадостно усмехнулся:
– Не знаю. Оказался бы это заговор, на душе было бы не столь мерзко. А так...
– Понимаю... – я провела рукой по его руке и бросила взгляд на пульт в ожидании доклада об адмирале.
Действительно, вскоре к нам присоединился восьминогий восьмирукий Дэльвик Кельни.
Барел предложил включить изображение, и без дальнейших переходов начал:
– Несколько месяцев назад я подписал разрешение тассам на строительство военного корабля. Нужные документы у них были в порядке, и всё это не вызвало у меня удивления, поскольку они мотивировали дело тем, что, не являясь воинственной расой, имеют слишком малое количество военных космолётов; и я рассудил, что ещё один никакой угрозы представлять не будет.
Тассы, цейноидная – однополая – раса планеты Тасс, сектор Ориона, Бетельгейзе, действительно весьма добродушный народец.
Они гермафродиты уникального вида: средством передвижения им служит большая плоская почти круглая ступня с пятью симметрично расходящимися в разные стороны пальцами, однако каждый этот подвижный и довольно крупный «палец» переводится на наш язык как «нога» и имеет множество интересных свойств.
Далее следует ствол, переводящийся «шеей» и изменяющий размеры от нескольких сантиметров до чуть выше человеческого роста, но при этом остающийся одинаковой толщины. Поначалу это просто-таки обескураживало космобиологов.
В отличие от розовой «ступни» – светло-зелёный.
А венчает сие творение жёлтая «голова» около полуметра диаметром, переводящаяся «туловищем», с бессчётным количеством отверстий, которые могут возникать, по-моему, в любом её месте. С их помощью Тассы и орудуют всевозможными инструментами.
В процессе эволюции и технического развития они приобрели умение подпитываться электрическим током, а также присоединять к себе всевозможные электроприборы для различных манипуляций, посредством всё тех же отверстий.
