Текст книги "Бойтесь ангалларийцев, дары приносящих (СИ)"

Автор книги: Елена Земляника

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

  – А папа скоро вернётся? – поинтересовалась я.

  – Да, сейчас с сумками придёт, мы в продмаркет заезжали после работы, – проговорила мама уже из кухни.

  Пока я убирала фоник в сумку, зашёл папа с пакетами продуктов в руках.

  – Крошка, ты когда приехала? А почему не предупредила? Ладно, мама сейчас что-нибудь вкусненькое приготовит, – проговорил отец, сгружая сумки и разуваясь.

  – Папка, какая же классная была идея, приехать к вам! – воскликнула я и обняла его. Отец засмущался, пробормотав что-то про 'телячьи нежности', но я всё равно была счастлива. Уже и забыла, как родители говорят в унисон и всегда заботятся обо мне больше, чем о себе.

  Пока мама на кухне мыла овощи, а потом готовила, я рассказала свои новости в подправленном варианте. Дар у меня исчез так же, как и появился – непонятно почему и я наконец-то могу вернуться в турагентство. Передала привет от Сашки. Мама тут же стала придумывать, что даст мне на обратную дорогу для него. Я рассмеялась, что до этого ещё несколько дней. Папа предложил открыть игристое вино в честь новостей. Когда праздничный ужин был готов, мы так и сделали. Хороший получился вечер. Позже я ушла в свою комнату, а родители, развеселившиеся и раскрасневшиеся от вина, ещё остались на кухне.

  В комнате я достала фоник – несколько пропущенных вызовов от уже ставшего известным номера ангалларийца и один звонок от Сашки. Посмотрела сообщения. Прямое и чёткое 'Почему ты так поступаешь?' – от Дмитрия, и 'Да он псих! Перезвони!' – от Саньки.

  Позвонила другу.

  – Слушай, да он у тебя псих! – начал Сашка. – Приехал ко мне домой и стучал в дверь до тех пор, пока я не открыл. А у меня всё с Людкой только завертелось! Этот придурок почему-то решил, что это я тебя прячу. Отодвинул меня с дороги, как пушинку. По его виду даже не скажешь, что у него такая силища. Людка заверещала, когда его увидела. Он, само собой, извинения принёс, да толку. Такой романтический вечер испортил! Хорошо, хоть шампанское не успел открыть, – в следующий раз пригодится. Ну, так вот, о чём я. А, об ангалларийце! Я ему, конечно, не сказал, где ты, но, булочка, поговори с ним, объясни. Ладно? – закончил рассказ напарник.

  Я кивнула и он продолжил:

  – Вот и хорошо. Теперь расскажи, как там тётя Лена? Привет от меня передала?

  Я заверила Саньку, что привет передала, что мама уже вся в мыслях, чем его побаловать.

  – Это она правильно делает! – одобрил Сашка, – Ну, спокойной ночи! Пойду убирать последствия урагана от василиска великолепного. Ты это, всё-таки позвони ему, не мучай мужика!

  Когда друг отключился, я задумчиво посмотрела на фоник. Легко напарнику говорить. А как я объясню любимому мужчине, что не встречаюсь с ним, так как это бесперспективно?! Замуж за него выйти точно нельзя, да я и не уверена, что мне стопроцентно этого хочется. Хотя, можно попробовать объяснить своё видение ситуации. Выглянула из комнаты в коридор – родители ещё о чём-то шептались на кухне. Вернулась и набрала тот самый 'неизвестный' номер. Включила режим видео и утонула в синих глазах. Стоп, что-то любви в них не заметно, скорее видна ярость, с трудом сдерживаемая. Как-то мне совсем расхотелось обрисовывать свою точку зрения – меня явно уже изначально раскритиковали. Прежде, чем он успел что-либо сказать, быстро выпалила:

  – Я у родителей дома и я в вас влюбилась, но я замуж хочу!

  У Дмитрия вытянулось лицо от удивления, глаза посветлели, но говорить он передумал. Улыбнулся, взъерошил волосы, хотел что-то говорить, но тут же замолчал.

  Вот, позлорадствовала, он и потерял дар речи. Я посмотрела на него с нежностью, и так хотелось быть с ним сейчас рядом, но нельзя. Надо разобраться, что со мной, ведь я его почти не знаю. Конечно, внешность у него превосходная, да способности имеются. 'Он обалденный!' – вопило моё тело, а разум был более осторожным в своих высказываниях.

  – Настя, ты это серьёзно? – наконец спросил меня Дмитрий. А я уже и привыкла, что любимый человек молчит.

  Хотелось ответить: 'Нет, шучу, юмор у меня такой плоский!', но в итоге выдала короткое 'да'.

  – Я это... Мне очень приятно... В общем, даа... А где дом твоих родителей? Я сейчас прилечу за тобой! – сказал ангаллариец.

  А мне хоть плачь. Ни тебе 'Я тоже тебя люблю!', ни 'выходи за меня замуж!'

  – А зачем ты за мной прилетишь? – поинтересовалась я.

  – Замуж брать буду! – рассмеялся Дмитрий.

  – Ангалларцы не женятся на земных девушках, – решила напомнить я.

  – Это кто такое сказал? – начал прикалываться надо мной руководитель. – Женятся, ещё и как женятся, как только влюбятся!

  И уже серьезно продолжил:

  – Настя, говори адрес! И предупреди родителей, что скоро приеду просить твоей руки!

  Я ошарашено смотрела на него и никак не могла поверить, что это всё происходит на самом деле. Едва успела продиктовать адрес, как уставилась в тёмный экран, потому что ангаллариец сразу отключился.

  Прошла на кухню и застала целующихся родителей. 'Нет, ну совсем бесстыдники!' – возмутилась я про себя. – 'Абсолютно не считаются, что ребёнок в доме!'

  Заметив меня, они отсели друг от друга, мама покраснела, а папа смущённо хмыкнул.

  – Мам-пап, мой бывший руководитель должен заехать, так что вы пока не ложитесь спать, ладно? – попросила я.

  – Зачем это начальство приедет к тебе на ночь глядя, а, малышка? – сурово спросил папа.

  – Не знаю, – нагло соврала я, – просто он позвонил и предупредил, что заедет.

  В ожидании своего 'принца на белом коне' ходила по комнате туда-сюда по проторенным с детства бороздкам в ковре. Это моя вредная привычка – когда волнуюсь, всё время двигаюсь.

  Примерно через час раздался звонок по домовизору, и я увидела Дмитрия в костюме и с цветами. Впустила в подъезд и сразу открыла дверь, чтобы встретить у лифта. Мама с папой смотрели на меня с тревогой. Когда лифт пришёл, я вдруг засмущалась и ушла в свою комнату. Уже оттуда слушала, как ангаллариец здоровался и знакомился. Потом в комнату зашла мама и спросила:

  – Настя, ты нам с папой ничего сказать не хочешь? Твой руководитель мне цветы подарил, а отцу – бутылку коньяка...

  – А он ничего не сказал? – полюбопытствовала я. – Мама, он, кажется, собирается просить моей руки.

  – Малышка, он же ангаллариец, – мягко намекнула мама, – Ты же сама прекрасно знаешь, что это значит.

  Тут в комнату вошёл папа и серьёзно посмотрел на меня:

  – Это что за шутки, Настя? Там на кухне сейчас этот ангаллариец попросил у меня твоей руки!

  Мама ахнула, прикрыла рот рукой и тоже посмотрела на меня.

  А я безостановочно улыбалась и ничего не могла с этим поделать. Меня до краёв заполнило счастьем, казалось, руки раскину и полететь могу. Родителям надоело ждать ответа, и мама первая махнула на меня рукой, сказав отцу:

  – Не видишь, она влюбилась. С ней теперь нормально не поговоришь! – и, повернувшись ко мне, добавила, – ты к нему сама выйдешь? Или его сюда отправить?

  – Да выйду я сейчас! – воскликнула, – только немного успокоюсь.

  Родители вышли, и вскоре я услышала голоса на кухне. Посмотрела на себя в зеркало – да я на идиотку похожа! Улыбка на пол-лица и щёки пунцовые, ужас! Попробовала успокоиться, расчесалась, и решила в зеркало больше не смотреть – себя не смущать ещё больше.

  Продолжила ходить по комнате, пока не услышала за дверью:

  – Настя, мне ещё долго ждать? Родители у тебя приятные люди, ужин великолепный предложили, но я за тобой приехал, солнышко! – от голоса Дмитрия у меня сердце таяло.

  Открыла дверь и посмотрела на ангалларийца. Моего ангалларийца. Он облокотился на стену и ответил мне долгим взглядом. Мы, наверно, так бы и вечность стояли, если бы папа не позвал праздновать 'новое событие'. Мы улыбнулись друг другу, и пошли на кухню.

  Папа и мама поочерёдно поздравляли нас. Я чувствовала себя немного глупо, а Дмитрий вполне серьёзно благодарил. Когда все тосты были провозглашены, а игристое вино допито, он сказал моим родителям:

  – Вы не против, если я заберу свою невесту. Нам уже пора – у меня завтра прямо с утра деловая встреча.

  Я вынесла сумку с вещами в коридор, хорошо, что ещё разобрать не успела, попрощалась с родителями, пообещав позвонить. Руководитель подхватил мою сумку одной рукой, второй – крепко взял меня за руку и мы пошли к лифту.

  А вот в лифте моя сумка сразу полетела на пол, а меня сгребли в крепкие объятия с поцелуем.

  – Моя! Только моя! – прошептал Дмитрий.

  'Да я совсем не против!' – подумалось мне, но вслух не сказала.

  Когда летели на неомобиле, ангаллариец поинтересовался:

  – Пила сегодня корей?

  Пришлось сознаться, что да. Он довольно хмыкнул.

  – Что? – спросила я.

  – Да так... Раз пила, значит, предполагала, что понадобится! – уже не сдерживая самодовольной улыбки, ответил руководитель.

  – Ничего я не предполагала! – моему возмущению не было предела. – Просто так пила, на всякий случай, от вчерашних последствий активных упражнений.

  – Активных упражнений?! – его правая бровь приподнялась, придав лицу ироничное выражение.

  – Ну да... – уже пунцовая от его намёков, прошептала я.

  А он продолжал измываться:

  – Для достижения наилучшего результата надо упражняться каждый день! Это тебе любой инструктор по физподготовке скажет! И я, так уж и быть, согласен выделить всё своё свободное время для интенсивной тренировки!

  Вот что на такое ответить?! Я только промолчала.

  – Вам же завтра на работу. Вы что-то говорили про деловую встречу с утра, – вспомнила его слова за столом.

  – Нет у меня никакой встречи с утра. Я просто хотел скорее уехать с тобой. Думаешь, легко там было сидеть, когда ты такая нежная и смущённая рядом? – Дмитрий провёл рукой по моей щеке на этой фразе.

  – Сейчас заезжаем к тебе, заберёшь всё необходимое. Шортики, те, что на тебе были вчера захвати, пожалуйста, напоминают о приятном. Потом ко мне, – уже деловито сообщил он.

  Вся в воспоминаниях, связанных с теми самыми шортиками, я рассеянно кивнула.

  За окном была ночь, и мы летели уже над побережьем. Огоньки городов внизу складывались в причудливые узоры. Когда приземлились, то ночь обдала тёплой волной морского климата. Обожаю здесь жить. В городе моего детства слишком прохладная для меня погода.

  В своей квартире я снова включила чайник и заварила корей под смеющимся взглядом ангалларца. А потом пошла собирать вещи. Управившись с этим, вернулась на кухню пить настой.

  – Молодец, девочка! Упражнения тебе обеспечены! – с улыбкой произнёс руководитель. А я чуть не поперхнулась на этих словах, но заставила себя допить до конца, несмотря на некоторых нахалов.

  – Пойдём, ответственная моя! – продолжал подкалывать Дмитрий, явно наслаждаясь моим смущением.

  Когда прилетели к нему домой, то сначала он выделил место для моих вещей, а потом мы пошли на кухню.

  – Сначала нам надо поговорить, – вздохнул он.

  – Ну вот, а обещали упражнения! – я не удержалась от высказывания.

  Дмитрий захохотал, притянул к себе и посадил на колени.

  – Всё будет, как обещал! – заверил он меня, – нужно только кое-что прояснить. Ты знаешь, что это такое, быть женой ангалларийца? Дело в том, что у нас жёны не работают.

  – А чем же я буду заниматься? – удивилась.

  – Заботиться обо мне, детей воспитывать...– начал перечислять руководитель.

  – Каких детей? – опешила я.

  – Которых ты мне нарожаешь, – едва сдерживая смех, ответил он.

  – Знаете, я как-то уже и замуж не хочу! – заявила, – может, вы отвезёте меня обратно домой?

  – Да уж, поговорили! – мрачно резюмировал ангаллариец. – Нет, моя милая, останешься здесь. И почему ты не хочешь заботиться обо мне?

  – А почему нельзя при этом работать? – удивилась я.

  – Потому что будет некогда. Пока ты удовлетворишь все мои потребности, времени совсем не останется, – с очень серьёзным лицом ответил он, а рукой как бы между прочим залез мне под футболку. – И некоторые из них требуют удовлетворения прямо сейчас, – закончил Дмитрий, целуя меня.

  А я уже хорошо пригрелась у него на коленях, от поцелуя почему-то сомлела и попыталась заснуть у него на плече.

  – Эх, никакого почтения к моим желаниям! – вздохнул руководитель и понёс меня, сонную, в спальню, где я благополучно заснула прямо в одежде.

  Утром проснулась без одежды под тонким покрывалом. Прямо-таки день сурка. Не поняла, я ведь точно была одета, когда засыпала. Намотала на себя покрывало и пошла на кухню. Руководитель уже был одет для работы, только пиджак лежал рядом на стуле. Он пил кофе и читал информацию на лайне. Улыбнулся, увидев мой импровизированный наряд:

  – Привет! Хорошо спалось?

  – Доброе утро! Великолепно! – решила быть вежливой, – а где моя одежда?

  – Мм, мне показалось, что тебе было жарко ночью, – давясь смехом, сообщил Дмитрий, – во всяком случае, мне точно было жарко.

  Никак не прокомментировав, я стала заваривать корей. Такое впечатление, что я на одном только этом чае и сижу в последние дни.

  Ангаллариец проследил за моими действиями и печально вздохнул:

  – Многообещающе, но мне пора на работу. Любимая, завтра летим на Ангалларию. Тебе нужно помочь со сборами?

  Вздрогнула на слове 'любимая', он меня так впервые назвал. Понравилось! Очень!

  – Да, мне очень нужна помощь, Дмитрий! – тоже решила использовать более личное обращение, чем раньше. – Я же совсем не знаю, как у вас там. Что мне взять? Я вообще боюсь лететь туда и не понимаю зачем?

  – Настя, милая! – руководитель встал, подошёл ко мне и обнял за плечи, – я же с тобой! Бояться совсем нечего. Тебе всё равно придётся увидеться с моими родственниками. И к свадьбе подготовиться с моей мамой и сестрой.

  'Угораздило же влюбиться с такими сложностями!' – тоскливо подумала я, уткнувшись ему в плечо.

  – Солнышко, мне нужно на работу, – неохотно, но решительно отодвинулся от меня руководитель, – если что-нибудь понадобится, звони!

  После его ухода я приняла душ, одела сарафан и вышла во двор. Сев на скамейку в тени черешневого дерева, позвонила маме. Спросила её, как она поняла, что папа тот, единственный.

  – Знаешь, малышка, я кроме него больше никого не видела, и ни о ком другом не думала. К тому же он всеми своими поступками доказывал, что он самый лучший! – мама счастливо улыбалась своим воспоминаниям, – Настя, ты сомневаешься в своём женихе?

  Заверила маму, что нет, просто ещё очень мало его знаю.

  Потом почитала книгу, сидя всё там же во дворе. Затем позвонил Сашка, сообщила ему последние новости.

  – Ничего себе! – прокомментировал он. – Я, конечно, знал, что ты необыкновенная, но ты, оказывается, феноменальная! Это же первый случай, когда ангаллариец женится на иноземке! Слушай, а тогда чего ты такая грустная?

  – Сань, у них жёны не работают! – пожаловалась я.

  – Не понял, а в чём проблема? У меня жена тоже не будет работать! – недоумевал друг.

  – А чем я тогда буду заниматься? – возмутилась я.

  – Жрать готовить и детей растить! А ты чем замужем собралась заниматься? – искренне не понимал меня Сашка.

  – А ещё мы завтра летим с его родственниками знакомиться. А вдруг я им не понравлюсь? – опять заныла я.

  – Вот ты даёшь! Тебя сам ангаллариец замуж позвал, и не какая-то там сошка, заметь, а кто-то из королевской семьи! Так что нос кверху, ты – одна на миллион! Короче, я побежал, надо ещё кое-какие договора доделать до выходных. А тебе желаю хорошо отдохнуть и произвести неизгладимое впечатление на его родственников. Смотри, не позорь меня, булочка! – и Сашка отключился.

  А я решила выяснить, кем руководитель приходится королевской династии. Вбила его имя в поиск на компе и вздохнула с облегчением – он троюродный племянник кузины жены короля. Как у нас говорят – седьмая вода на киселе. Официальный титул – лорд манора при Океании.

  Фотографии Дмитрия тоже имелись в большом количестве, и все со светских мероприятий, где он заснят то с одной, то с другой красоткой-ангалларийкой. Я с ужасом представила, что и нас могут фотографировать, а потом сравнивать. Моя самооценка стремительно падала вниз.

  Раздел о карьерном росте очень заинтересовал. Уже в восемнадцать лет Дмитрий курировал сеть сбыта продукции с манора Океании. В двадцать – его выбрали в руководство компании. В двадцать пять лет он уже представлял манор Океании в палате лордов. В тридцать – начал кампанию по выборам на пост министра и через два года резко всё остановил и переехал на Актинию, став руководителем в Приморске, моём любимом городке.

  В заметках делались различные предположения, но никакой достоверной информации не было, что послужило причиной 'опрометчивого застоя в блестящей карьере'.

  Чем больше я читала, тем больше меня наполняла гордость, что я полюбила такого достойного мужчину. Но также всё сильнее росло непонимание, что он нашёл во мне.

  Да уж, я явно невысокого мнения о себе. Но, вспомнив, что выбрал он меня, а не какую-нибудь из тех красивых ангаллариек, я распрямила плечи и вообразила себя супер-пупер-обалденной.

  Фоник дилинькнул. Дмитрий сообщил, что задержится на работе.

  Решила сходить к себе домой и подобрать наряд для завтрашней поездки. Прогулялась по пути по улочкам городка – давно я уже так много не бездельничала, как в последнюю неделю.

  На набережной перекусила в кафе, позавидовала отдыхающим на пляже и решила тоже попозже вернуться к морю.

  Дома, в своей маленькой квартирке, быстро выбрала обычное платье для офиса. Всё равно не переплюну нарядом ангаллариек, так что нет смысла напрягаться. Прихватила купальник, крем от загара и пешком отправилась в обратный путь.

  По пути позвонила Сашке, предложила после его работы сходить на пляж и получила согласие.

  Вернувшись в дом любимого, задумалась о своих обязанностях 'заботы о муже' и стала готовить для моего ангалларийца. Нашла мясо в морозилке, помидоры в холодильнике и спагетти в кухонном шкафу. Состряпала из этих продуктов моё фирменное блюдо, и пошла паковать вещи на завтра. Я уже в этом вопросе профи стала, столько раз за последние дни собирала сумки. Когда управилась со всеми делами, то была очень горда собой.

  Потом одела купальник и сарафан, лёгкие босоножки и отправилась по направлению к пляжу.

  Ещё издалека увидела ожидающего Сашку, одетого по последней курортной моде. Шла к нему, пародируя походку моделей, освещённая со спины послеполуденным солнцем, и, казалось, я была наполнена счастьем до краёв.

  – Слушай, да ты красоткой стала! – поприветствовал меня друг.– Вся светишься от счастья! Я даже завидую уже твоему василиску! – продолжил он и забрал у меня пляжную сумку.

  Отдыхающих уже было мало на нашем любимом месте. Я сняла сарафан и поймала удивлённый взгляд Сашки.

  – Булочка, ты на какой диете сидела? – воскликнул он. – Прямо-таки сухой галетой тебя уже можно называть!

  Я, конечно, тоже заметила, что похудела, но не думала, что это видно со стороны.

  – Сашка, не смущай меня! Пойдём лучше поплаваем!

  Наш обычный заплыв до буйка и обратно, и вот мы уже довольные растянулись на покрывале.

  – Ну как, подготовилась к завтрашней поездке? – лениво поинтересовался друг, – я глянул несколько статей про твоего красавчика. Родная моя, ты попала – выбрала самого активного карьериста. Ему же даже дома бывать будет некогда – всё дела великие будет творить.

  – Ага, я тоже почитала. Завтра день главное пережить – всё равно опозорюсь – больше или меньше, – меня совсем разморило от солнечного тепла и морского воздуха, поэтому я едва закончила фразу и закрыла глаза.

  Сквозь дрёму слышала звонок своего фоника, но ответил Сашка – значит, я ошиблась, звонили не мне. Потом почувствовала, что Сашка сел рядом и стал гладить мои волосы, потом провёл по спине. Возмущённо вскочила и увидела, что это не напарник, а Дмитрий делал.

  – А где Санька? – спросила я, оглядевшись вокруг. Солнце уже касалось морского горизонта и на пляже мы остались одни.

  – Ушёл. А мне ты ничего не хочешь сказать? – он почему-то был в ярости.

  Решила быть пай-девочкой.

  – Конечно, хочу! Любимый, ты уже поужинал, я дома для тебя приготовила мясо! – вот так легко перешла на 'ты'. Что только не сделаешь с перепугу.

  Ангаллариец сразу смягчился:

  – Да, спасибо, любимая! Было очень вкусно.

  – Не за что! – в ответ улыбнулась я.

  – Милая, а почему тебя не было дома, когда я вернулся? – продолжал гнуть свою линию Дмитрий.

  А, так он из-за этого сердится.

  – А я здесь отдыхала от тяжёлого труда на кухне, – отчиталась по-хитрому, – ты же не против, что я немного вздремнула после заботы о тебе, повелитель мой? – не удержалась я от сарказма.

  – Ладно, на тебя невозможно сердиться! – рассмеялся ангаллариец и, сев на моё полотенце, начал раздеваться.

  Я с интересом смотрела на это действо, а то обычно мне некогда было разглядывать его мускулистое тело. Дмитрий заметил мой взгляд и поинтересовался: – Нравится?

  – Очень! – честно ответила я.

  – Пойду окунусь. И мне тоже очень понравилось твоё неприкрытое любопытство! – усмехнулся он и направился к морю.

  Плавал ангаллариец так долго, что солнце успело 'потонуть', и в сумерках повеяло лёгкой прохладой.

  Тем временем я одела сарафан. Купальник на мне уже высох, я только верх от него сняла и положила в пляжную сумку.

  Вернулся мой любимый мужчина мокрым и довольным. Протянула ему полотенце, он присел со мной рядом на покрывало и стал вытираться.

  – Милая, у тебя такая большая сумка, – непонятно зачем начал Дмитрий, – а там случаем запасных плавок для меня не найдётся?

  – Не знаю, сейчас посмотрю – решила пошутить я, – есть розовые, но только моего размера, – предложила с невинным видом.

  – Розовые, – задумчиво потянул он, рассеянно играя с бретелькой моего сарафана, – не, розовый цвет мне не идёт.

  – Но ничего другого нет! – сообщила я и с интересом ждала продолжения разговора.

  – Ну ладно, тогда пойдём, прогуляемся по пляжу – и так высохну, – предложил Дмитрий, подавая мне руку.

  Покрывало, полотенце и его вещи мы сложили в сумку.

  На город уже опустилась ночь, на небе ярко засияли звёзды, а отражение луны поблескивало на воде. Рядом со мной шёл почти обнажённый красивый мужчина, и мне казалось, что я попала на страницы любовного романа. Всю романтику, правда, портила моя ярко-розовая сумка у него на плече.

  Некоторое время мы шли молча.

  – Дмитрий, а почему вы стали руководителем в этой компании? – я опять перешла на официальный тон и задала вопрос, который возник после того, как я прочла о карьере ангалларца.

  Он почему-то смутился, ответил как-то скованно:

  – Продажа облицовочного камня очень перспективна на вашей планете, и я заинтересовался проектом по расширению сети.

  Прозвучало это неискренне, да и верилось с трудом, что пост министра – менее интересная цель, чем руководить компанией, хоть и с перспективой. Размышляя об этом, я шла по ещё тёплому песку, периодически зарываясь босыми ногами в него.

  Дмитрий достал брюки и рубашку, одел, и мы повернули обратно. На стоянке рядом с набережной сели в неомобиль и полетели домой.

  – А мы надолго на Ангалларию? – спросила я, останавливаясь около черешни, когда мы были в освещённом дворе около его дома. Я ещё днём заметила, что некоторые ягоды уже созрели, и почему-то сейчас мне очень захотелось спелой черешни.

  – На выходные, – с удивлением наблюдая за моими попытками добыть ягоды, ответил руководитель.

  Я как раз подпрыгивала до одной ветки. Не достала, поэтому скинула босоножки и полезла на скамейку. Оттуда уже легче было достигнуть цели, и вот я уже ела сочную упругую черешню.

  – Милая, тебе так хочется черешни? – ласково произнёс лорд манора.

  – Угу, – невнятно ответила, так как ещё доедала.

  – Тогда подержи сумку, я сейчас тебе насобираю!

  Прижимая к себе сумку, я наблюдала, как он легко достал до нужных веток, сразу в темноте определив, какие ягоды уже созрели. 'Мой супермен!' – восхищённо вздохнула я.

  – Всё, держи, а теперь домой и мыть, – скомандовал ангаллариец.

  При свете лампы на кухне стало заметно, что я преувеличила таланты своего любимого – половина ягод была явно недозревшей.

  Дмитрий пошёл в душ, а я помыла черешню и, выбирая наиболее спелые ягоды, начала поедать. Затем решила выпить корей, пока жених не вернулся и не начал прикалываться. Быстро сделав задуманное, пошла в комнату и достала шорты и футболку.

  – О, те самые шортики! – воскликнул Дмитрий, возникнув у меня за спиной в одном полотенце на бёдрах.

  Стараясь не глазеть на его пресс (ладно, взгляд-другой украдкой не считается), я прошмыгнула в ванную. Приняла душ, смывая солёную воду моря. Одевшись в 'те самые' шорты и футболку, направилась в спальню.

  Лорд манора сидел на кровати, накрывшись по пояс покрывалом, и читал что-то на лайне.

  Улыбнулся, увидев меня. Смущённо улыбнувшись в ответ, я забралась под покрывало и легла.

  – Я ещё немного почитаю, – предупредил ангаллариец, – и буду ложиться тоже.

  Кивнула, сказала: 'Спокойной ночи!' и попыталась заснуть. Но стоило прикрыть глаза, как память тут же показывала Дмитрия в капельках воды у моря. Я вздохнула и подумала про себя: 'Уснёшь тут, как же!'

  Руководитель выключил свет и лёг рядом.

  – Ты спишь? – спросил он, обнимая.

  – Нет.

  – Завтра ты увидишь, как красива моя родина! – сказал Дмитрий, сильнее прижимаясь ко мне, – сейчас там сезон цветущей маливии. Это бело-розовый цветок, что распускается раз в два года на невысоких деревьях. Милая, как же я рад, что мы поедем именно в это время.

  Мне было хорошо в его объятиях, и я с удовольствием слушала его рассказ. Он продолжал:

  – Сейчас в усадьбе живёт мама, и гостят сестра с мужем и племянниками. Надеюсь, сможет приехать и брат. Тебе там понравится!

  Внимательно слушая, я не сразу заметила, как его объятия перешли в поглаживания. Он залез под футболку и легко касался груди. Я бы и хотела сделать вид, что не реагирую, но тело меня выдало.

  – Маленькая моя, ты такая чувственная! – прошептал Дмитрий, уже не скрывая своих намерений.

  Я повернулась к нему и обнаружила, что он голый, так как показывать своё желание ему ничто не мешало.

  Ангаллариец не спешил и, нежно целуя меня, помог освободиться от футболки, шортов и трусиков.

  – А теперь скажи, пожалуйста, что-нибудь такое, чтобы немного охладить меня и я смог бы подольше продержаться! – попросил он хрипло.

  – Я боюсь летать на межпланетном корабле! – выпалила я первое, что пришло в голову.

  – Что?! – рассмеялся он, целуя меня в волосы. – Ну вот, ты мне весь настрой сбила! – продолжил руководитель укоризненно.

  Я недоверчиво потрогала этот самый 'настрой', по-моему, он, как был повышенным, так и остался.

  – Настя! – изумлённо выдохнул Дмитрий.

  Мне хотелось возмутиться – ему, значит, везде можно трогать, а мне почему нельзя? Но он поцеловал меня и все мои вредные мысли разом улетучились.

  – Настя, Настя, что же ты со мной делаешь! – прошептал он, оставляя дорожку поцелуев на моём теле и возвращаясь к моим губам.

  – Ты так сладко пахнешь! – признался лорд манора, раздвигая мне колени и осторожно входя.

  Я ничего не могла ответить, полностью поглощённая чувствами. Когда ощущения переполнили, то судорожно всхлипнула от взрыва эмоций. Благодарно посмотрела на Дмитрия. Я и не знала до его появления в моей жизни, что можно такое испытывать. Когда он обессиленно лёг рядом, взяла его руку и поцеловала. В ответ он нежно поцеловал меня. Я попыталась уютно устроиться у него на груди и поспать, но он легко отстранился со словами:

  – Сладкая, я только быстро в душ, и потом можешь устраиваться на мне, как хочешь.

  Сквозь сон я недоумевала: 'Какой он чистоплотный! Постоянно моется'. И это последняя мысль, что запомнилась.

  Утром меня разбудили, бесцеремонно стащив покрывало.

  – Ты очень аппетитно выглядишь, нежная моя, но нужно одеться – нам пора на корабль, – надо мной стоял уже полностью одетый лорд манора.

  Я залилась краской и попыталась отобрать покрывало.

  – Нет, нет, милая, я хочу посмотреть, как ты будешь одеваться. Я для этого встал пораньше и уже собрался, чтобы ничто не отвлекало от зрелища.

  Ладно, я тоже могу заставить его смутиться. Встала, потянулась с удовольствием, спросила у Дмитрия:

  – Любимый, ты не видел тут мою заколку? Я её где-то обронила.

  И стала делать вид, что ищу пропавшую вещь, наклоняясь и прогибаясь, заглядывая под кровать, под стул, за тумбочку.

  Странно дыша, и наблюдая за мной остекленевшим взглядом, ангаллариец проговорил:

  – Сладкая моя, ну её, эту заколку – я тебе новую куплю. И возьми покрывало, прикрой красоту, а то сверкает так, что глазам больно!

  Сочувственно покачала головой и забрала одеяло. Хотел шоу, он его получил.

  Благополучно оделась в соседней комнате, сходила в ванную и пошла на кухню. Уже традиционно выпила настой корея и съела заботливо оставленные мне Дмитрием поджаренные тосты. Всё, теперь я готова к путешествиям!

  – Ты не шутила, что боишься летать? – уточнил лорд манора, когда мы устроились в салоне межпланетного корабля, принадлежащего семье ангалларийца.

  – Точно не уверена, так как лечу впервые, – ответила я, откинувшись на удобную спинку сиденья.

  – Если что-то понадобится, нажми кнопку рядом с правым подлокотником. А я пока поработаю, – добавил он и погрузился в какую-то информацию на лайне.

  Спустя 2 кофе с лимоном, один полноценный обед и пакетик орешков, а также ещё одну прочитанную книгу с моей стороны, мы наконец-то начали снижаться на Ангалларию.

  Я с интересом смотрела в иллюминатор. Планета стремительно приближалась.

  – Настя, планета по параметрам похожа на Актинию, так что ты легко привыкнешь, – успокоил меня руководитель.

  Когда мы спустились по трапу, нас уже встречали.

  – Это Каритос, водитель, – пояснил мне тихо Дмитрий, пока нам навстречу подходил мужчина, – а там, за ним – круизмобиль, аналог вашего неомобиля.

  – Добрый день, лорд манора! – приветствовал нас водитель. – Как прошла поездка?

  – Добрый день, Каритос! Представляю тебе мою невесту, гаятэ Миронову! – ответил Дмитрий. – Благодарю, поездка была хорошей.

  Мы пошли к транспорту. Я немного отстала, пока руководитель у водителя о последних новостях в усадьбе. Мне показалась странной фраза:

  – У вас получилось, лорд манора, вы её привезли. Поздравляю!

  Решила, что послышалось.

  С высоты полёта круизмобиля, земля казалась бело-розовым морем. Красота!

  – Каритос, останови здесь, – попросил Дмитрий, – мы немного прогуляемся.

  А потом, повернувшись ко мне:

  – Любимая, закрой глаза, хочу сделать тебе приятный сюрприз!

  Послушалась, закрыла глаза, почувствовала, что круизмобиль снизился. Потом меня подняли на руки и поставили на землю. Воздух был наполнен каким-то пьяняще-сладким ароматом.