Текст книги "Жестяной самолетик (сборник)"

Автор книги: Елена Яворская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

«А как ваши дети к ней относятся? У вас дети-то есть?» – встряла Мелисса.

«Сын и дочка, – испуганно соврала Лютик, выдавая – наверное, от растерянности – отдаленную мечту за реальность. – Хорошо относятся».

«Значит, они еще маленькие и ничего не понимают!» – категорично заверила собеседница.

«А спраси у мужа, што она ему про тибя гаворит заглаза!» – посоветовала Катя.

«Все свекрови – стервы!» – авторитетно подытожила Vasilissa.

Пока встревоженная Ладушка придумывала ответ, способный расположить к ней форумчанок (а какой она иначе будущий психолог, а?), пришел некий Миха: «Ну че вы всё – свекровь да свекровь! Анекдоты-то почему-то про тещу рассказывают».

На его голову незамедлительно обрушился гнев всей Дамской Комнаты. Он был поименован хамом и троллем и с позором изгнан. Ладушка-Лютик под шумок тоже ретировалась – в безобидную тему, озаглавленную «Чем накормить ребенка?»

«Девочки, я слышала, что ребенка до определенного возраста вредно кормить манной кашей, потому что в манке – глютин, а он ужасно, ну просто ужасно вредный!» – жаловалась все та же Мелисса.

«Не глютин, а глютен, – строго поправляла Glikeria. – Но от этого не легче». И пририсовала грустный смайлик.

И пошло-поехало.

«Я тоже где-то читала, что глютен почему-то очень вредный. Лучше не рисковать», – осторожно замечала Vasilissa.

«Миня мамка манкой кармила – и ниче», – возражала Катя.

«Ваша мать – ретроградка, – не оставалась в долгу Glikeria. – И явно ни у нее, ни у вас нет медицинского образования!»

«Да корми ты ребенка гречкой и не парься!» – посоветовала Муррочка – но ее опять никто не услышал.

«Манная каша – это мелочи. А вот морковный сок – это полный кошмар! – заявила Medichka65. – Его детям ни в коем случае давать нельзя! Ни в коем! Поверьте мне как специалисту!»

«А мая дочка ево любит», – озадачилась Катя.

«Что значит любит?! А вы в курсе, что современные ученые думают о бета-каротине?!»

Катя была не в курсе. Ладушка тоже. Сама-то она с детства любила и манную кашу, и морковный сок, но вступиться за них не осмелилась.

«Все соки надо давать детям с осторожностью, иначе может пострадать слизистая желудка. И это только одно из возможных последствий! – не унималась пронумерованная Medichka, – Подобное мы уже рассматривали ранее вот в этой теме, жаль, что вы невнимательно отсматриваете самые важные темы нашего форума».

Без особой охоты Ладушка перешла по ссылке. Настуся многословно и бестолково жаловалась на то, что у сынишки аллергия на бананы, перемежая слова втиснутыми прямо в предложение смайликами.

«А вы уверены, что именно на бананы?» – спросила Отличница.

«А вы уверены, что аллергия? – эхом отозвалась Муха Цеце. – Судя по описываемой вами симптоматике, это дерматит».

«Какой дерматит! Типичнейшая аллергическая реакция! – возразила Medichka65. – Я всегда говорила, что каши, фрукты, овощи, а также фруктовые и овощные соки надо давать детям с большой осторожностью. И это уже обсуждалось в нескольких темах. Вот ссылки…»

«Коллега! – не сдавалась Муха. – А, как я понимаю, мы с вами коллеги. Я не позволю себе усомниться в вашем профессионализме, т.к. это неэтично, однако же повторю: учитывая описанное, нельзя исключать как дерматит, так и стригущий лишай, он же дерматофития, так и многое другое. А вам, Настуся, надо немедленно, просто немедленно показать ребенка специалисту!»

«Ой, неужели все так плохо!» – ужаснулась Настуся – и пририсовала смайлик, страдающий базедовой болезнью.

«Ну, вы так уж не пугайтесь, но похоже, что…»

«Настуся, желаю тебе найти хорошего врача, потому что сейчас это ой как непросто! Вот у меня был случай…»

«Настусенька, зайчик мой, как мне тебя жалко!..»

И так далее, и тому подобное. На восемнадцати страницах.

Совсем закручинившись, Ладушка щелкнула по оптимистическому заголовку «Как всегда чувствовать себя молодой и привлекательной».

«Девочки! – прочувствованно восклицала Бело4ка. – Пришла весна, а следом за ней будет лето! Все, для кого важно, как они будут выглядеть в купальниках, – делитесь диетами! Не жадничайте! Вот моя: в течение трех недель – только мюсли и молоко с кукурузными хлопьями. Реально можно сбросить 5–6 кило».

«Что вы, что вы! Никакого молока! Никаких хлопьев! – испуганно заверещала Тростинка. – Только вода и черный хлеб! Никакого белого! За четыре недели сгорает полтора десятка килограммов! На себе проверено! Хотите мою фотку в купальнике?»

Девочки хотели. И других посмотреть, и себя показать. И началось виртуальное дефиле в купальниках. Ладушка пошарила по компу в поисках своих фотографий с отдыха (а что, у нее тоже фигурка неплохая, а бикини – ваще улет!), но не нашла. Видать, мама, как и грозилась, стерла «это безобразие». Обидно! Между тем набежали немногочисленные форумные мужички… наверняка кто-то и со стороны затесался. «Девчонки, жжОте!» – выразил общее мнение недобиток Миха.

И тут же какая-то Лапочка-В-Тапочках от всей души плюхнула в бочку меда ложку дегтя: «Тростинка, дорогая, купальник просто замечательный! Как раз себе такой хотела купить. Два маленьких замечаньица: во-первых, бирюзовый тебе не к лицу, твой цвет – ультрамариновый, а во-вторых, как ты борешься с целлюлитом, если вообще борешься?»

«Какой целлюлит?! – возмутилась Тростинка. – Это тень так легла».

«Ну, вполне допускаю, что просто фотка не очень удачная».

«А ты свои покажи!»

«Вот новый купальник куплю и обязательно сфотаюсь».

«Лапочка, да тут все свои, давай без купальника!» – бросил призыв в массы неугомонный Миха, которому, похоже, напрочь отбили инстинкт самосохранения, – и снова был нещадно бит.

«Между прочим, мы о диетах говорили! – напомнила, едва поулеглись страсти, Бело4ка. – Ну не жадничайте, девочки, ну делитесь!»

«Да никаких проблем! – решила продемонстрировать щедрость Mamma mia. – Капустная диета – лучшая в мире!»

«Пабольше пить, паменьше есть, так мая мамка говорит!» – объявилась принципиальная Катя.

И тут же прибежала неразлучная с ней Glikeria: «Глупость несусветная! Бабкины сказки! Надежно помогает только психологическое кодирование, а еще лучше – усилия экстрасенсов. Моя знакомая похудела на тридцать кило за два месяца, а заодно сняла венец безбрачия и порчу, которую восемь лет назад навела на нее директриса.

«Мракобесие! – сурово возразила Medichka65. – Только регулярная очистительная клизма спасет ваши фигуры! А все эти диеты – самоистязание и самообман!»

Ладушка тоскливо припомнила: а ведь она с самого утра ничего, кроме жалкого бутербродика с сыром, не ела. Желудок уже постанывал, но мозг с ним категорически не соглашался. В ожидании победы одного из двоих. Ладушка щелкнула по заголовочку: «Помогите придумать имя!»

Вообще-то, тема была не из приятных. Лично для Лады. Она терпеть не могла свое имя. Мама твердила, что Лада – это славянская богиня весны и любви. Папа неизменно ухмылялся и помалкивал. В конце концов, Лада начала подозревать, что имя придумал именно он, одержимый несбыточной мечтой о личном автомобиле. Несбыточной – потому что мама упрямо твердила: есть более дешевые способы самоубийства. И спускала папины накопления в единый миг. Папа вздыхал и принимался копить вновь. В квартире наводила тарарам маленькая Ладушка. В гараже не было ничего, кроме хлама и запасов картошки.

«Девочки! Помогите придумать имя моему сыну! Ему уже две недели, а он до сих пор безымянный! Просто ничего в голову не лезет, муж предлагает распространенные имена, а мне хочется чего-то особенного! Но чтобы еще и модно было», – написала Сне*анка.

«Тут уж одно из двух – либо модное, либо особенное. Уточните, что для вас важнее», – попыталась выяснить Муррочка. Но ее, конечно же, никто не услышал.

«Надо называть славянским именем! И модно, и оригинально! – безапелляционно заявила Glikeria. – Хорошо звучит Ярополк, а еще… Впрочем, лично я остановилась бы на Ярополке!»

«Ага, славянские мне то же нравяца! – неожиданно согласилась Катя. – Я бы Иваном назвала».

«Иван, да будет вам известно, – имя еврейского происхождения», – тут же осадила Катю Glikeria.

«И вообще, Иваном звали мою вторую любовь, бросил меня и с подружкой моей закрутил, так что не хочу тяжелых воспоминаний!» – сказала свое веское слово Сне*анка.

«А отчество-то, отчество какое? – встряла Medichka65. – Давно известно, что имя надо подбирать к отчеству, чтобы звучало!»

«А еще у каждого имени есть своя энергетика, и специалисты могут по имени описать будущую судьбу! – подхватила Glikeria. – Для мальчиков, рожденных весной, хороши имена на эф: Федор, Филипп, Феликс…»

«Отчество – Витальевич. Я думаю, к нему любое имя подойдет. Мне нравится – Филипп Витальевич. Феликс Витальевич – тоже ничего».

«Федя, Филипп! Имена прямо для дразнилок в рифму! Снежаночка, солнышко, пожалей своего сыночка!» – воззвала Отличница.

«А имя Феликс и вовсе вызывает некоторые ассоциации…» – туманно высказалась Ирина Петровна.

«Ага, правда, мультик такой был, про кота Феликса! – обрадовалась собственной догадливости Сне*анка. – Девочки, а как вам Василий? Ласковое такое имя, хорошее, правда?»

«Не, Снежан, что-то не очень. Так зовут мальчишку, который мою дочку в садике обижает. А как тебе Николай?»

«Никак. Николаем звали мою пятую любовь. И он оказался полным ничтожеством! А еще Николаем дирика моего зовут, тот еще фрукт!»

«А что ваш муж думает по поводу Василия и Николая?» – поинтересовалась Муха Цеце.

«Мужу не нравится. И ни одно из тех имен, что я предлагаю, – тоже, – пожаловалась Сне*анка. – Он сам говорит – только Максим. А я не хочу, потому что так звали нашего соседа по коммуналке, а сосед этот бухал шесть дней в неделю!»

«Тем не менее, именно вы, а не муж, должны дать имя ребенку. Вот если бы у вас была дочь, имянаречение было бы его обязанностью. Это напрямую связано с кармой младенца», – проконсультировала Glikeria.

«А может, Борис? – вяло трепыхнулась Сне*анка. – Правда, мужу, наверно, не понравится».

«Да что ты уперлась в эти славянские! Вот на Западе очень удобно – присоединяй имя к имени, получится и оригинально, и красиво, и с выбором мучиться не надо! И родителям ссориться не из-за чего! – снова подключилась к обсуждению Отличница. – О! У меня идея! Назови сына Жан-Кристофом! Обожаю Ромен Роллана!»

«Сложно! Почему не просто Кристианом? Красиво и звучно!» – прожужжала Муха Цеце.

«А почему, собственно, вы берете европейские имена? Чем азиатские-то хуже? – удивилась Настуся. – Вот у меня сына Русланом зовут, а второй будет Рустам, а третий – Рашид. И это притом, что я русская, а муж украинец и фамилия наша Иванько».

«Энвер – тоже хорошо, – глубокомысленно изрекла Ирина Петровна. – Хотя тоже вызывает вполне определенные исторические ассоциации».

Девочки дружно отмолчались. Ладушка тоже ничего не поняла, а погуглить поленилась.

«А мне нравится имя Дмитрий. У меня будущего мужа так зовут. А сына будут звать…» – начала Ладушка. И тут же сообразила, что внимательные форумчанки поймают ее на лжи. Стерла – и продолжила вдохновенно врать: «..мужа так зовут. А сына – Алексеем».

Она не успела добавить свой комментарий, и хорошо, потому как Тростинка управилась раньше: «Только пожалуйста, никаких Дим, Саш и Леш! У вас на каждое из них полдвора отзываться будет! Я вот сына назвала Дариэлем. Не Данилой и не Даниэлем, а Дариэлем, в честь героя моей любимой фэнтезюшки. Правда, замечательное имя? И редкое!»

У Ладушки закружилась голова. От голода, наверное. А еще она впервые в жизни почувствовала, какое это счастье, что родители остановились на имени Лада, а не на какой-нибудь Амалии, или Зейнаб, или – ой-ой-ой – Элионорелле.

Снова звонок мобилки.

– Лад, ну ты где?

– Тут, – задумчиво ответила Ладушка.

– Где тут? Я тебя уже четверть часа жду в «Теремке»!

– Ой… Совсем забыла… Сейчас, уже собираюсь, – выпав из виртуала, она засуетилась, занервничала.

– Ты даже еще не собрана? Что я тебя, час тут ждать буду?! – психанул Димка. – Все, я ухожу!

– Дим… – начала Ладушка – но ее прервали короткие гудки.

Стало грустно до слез и голодно до рези в желудке.

И темы попадались на глаза соответствующие.

«Во всем виноваты мужики!» – пожаловалась Матильда. Ей очень не повезло с мужем: на девятый год семейной жизни выяснилось, что он – жмот и ничего не понимает в жизни. То есть не понимает простейших вещей: если шубе три года… ну, то есть два, но почти три, это значит – она никуда не годится. И отказать в покупке новой может только бессердечный эгоист, которому, видите ли, как нарочно, для машины какую-то хрень прикупить надо. Посетительницы «Дамской комнаты» наперебой принялись жаловаться на мужей и сожителей. Даже рассудительная Муррочка попечалилась, что муж оставляет грязные носки где попало.

Откуда не возьмись, снова выполз недобиток-рецидивист Миха: «Дамочки, а вам без нас скучно не будет, а?» Все дружно сошлись на том, что уж без него-то точно скучно не будет и, не откладывая в долгий ящик, составили петицию к модераторам, чтобы Миху забанили немедля и окончательно.

И снова: да-да-да, во всем виноваты мужики. Начиная с того, что прическа не удалась (так считала Тростинка), и заканчивая неизбежным концом света нынче зимой (в этом была убеждена Glikeria).

Ладушка совсем закручинилась. И позвонила Димке. Просто для того, чтобы убедиться – он-то уж точно не такой, как эти мерзавцы, портящие жизнь подругам-форумчанкам.

– Алло, – холодно отозвался Димкиным голосом телефон.

– Димуль, я вот что подумала, – примирительно начала Ладушка, – а давай завтра сходим в «Теремок»…

– Спасибо, сегодня уже сходили, – не меняя тона, ответил Димка. И добавил: – Ну нельзя же быть такой безответственной! Если хочешь извиниться – извиняйся. Если нет – завтра поговорим, мне некогда.

– Некогда? Ну и не надо! – обиделась Ладушка и первой сбросила вызов.

Запустила телефон через весь стол и нервозно отстучала: «Мой тоже не лучше! Обижается по всякой ерунде, да еще и извинений требует!»

«Сочуйствую. Мой то же, – проявила единомыслие Катя. – Его свекруха подзуживает».

Едва Ладушка дочитала сообщение, как телефон заиграл бодренькую попсовую мелодию и на нем высветился незнакомый номер.

– Да, – отозвалась Ладушка почему-то с замиранием сердца.

– Лада, это Зоя Михайловна. Что у вас произошло?

– То есть? – растерялась Ладушка.

– Дима очень расстроен.

– Он вам нажаловался, да?

– Не нажаловался, – поправила будущая свекровь – не строго, а с эдакой профессиональной доброжелательностью. – Просто у моего сына нет от меня тайн. Ни одной. И то, что сегодня случилось, – не такой пустяк, как может показаться. Диме некогда, у него дипломная, он выкраивает часок-другой, чтобы с тобой повидаться, а ты поступаешь, я бы сказала, несколько безответственно…

«Так вот с чьего голоса Димка поет!» – осенило Ладушку.

– У меня тоже дипломная, – напомнила она, надеясь, что интонация вполне вежливая. От сердца к голове поднялась клокочущая злость, и Ладушка еле-еле себя слышала. – Между прочим, я именно ею и занималась.

– В том-то и беда, что межу прочим. Надеюсь, у тебя хватит такта, чтобы сгладить ваши противоречия. Ты ведь будущий психолог, – почти задушевно пропела Зоя Михайловна. – Подумай, пожалуйста. И всего тебе доброго.

Зашвырнув телефон в угол комнаты, Ладушка с силой щелкнула мышью по заголовку «Моя свекровь – стерва», зловеще-красному на трогательно-розовом в сердечках, рывком придвинула клавиатуру и отстучала: «Да, вы были правы, моя свекровь оказалась энергетическим вампиром…» За окном становилось все темнее, на душе делалось все беспросветней.

Ночь напролет Ладушке Первухиной снилась Зоя Михайловна с аллергически красным лицом, отблескивающими клыками и в бирюзовом купальнике. Она размахивала, как мечом, огромной морковкой и с профессиональной сердечностью увещевала Ладушку: сына надо назвать Акакием – и никак иначе.

Ладушка проснулась с тяжестью в сердце и единственной мыслью в голове: а может ну его, это замужество?!

4

Полуночной лампы отчаянный свет

пытается выхватить важное что-то.

Прибывший в ночи тараканий квартет

совсем заблудился в тетрадях и нотах.

Сквозь дрему течет мутноватый верлибр,

пятная неряшливо стол и ладони.

И точит тоска, и сомненье сверлит,

и тени пластичны – сомнамбулы-стрип,

издал домовой подозрительный всхлип,

а горе-злосчастье без умолку стонет.

Мерцает-заманивает монитор –

убогая дверца в реальность иную.

И там все не этак, и там все не то,

в стране оцифрованных смайлов-котов

(ни блохи, ни бобики их не волнуют).

Один вон зафыркал в ответ на «кис-кис»

(а кабы ему присобачили бантик?).

К зверью недостаточно я толерантен,

а тут еще – смайла и кошки метис!

Отправлюсь бродить, неприкаянный дух,

теряя часы и остатки рассудка…

Квадратное время, но круглые сутки!..

Раз-два – заплутал. Но упрямо иду.

Игральные карты бродягу спасут ли?

О, нет! Но зато напророчат беду.

А смайлик чеширский, злодей-доброхот,

Фальшиво кручинясь: «Ну что ж ты, болезный!»,

Подскажет с готовностью выход и вход…

…Везде поджидает голодная бездна.

Вот так вот – в мужском роде – сочинилось около полуночи. И не просто так сочинилось, а знаменовало собою мое приобщение к сетевой среде… оп, уже четвергу!

Проще говоря, решила я поучаствовать в сетевом литературном конкурсе под названием «Интернет-зависимость». Чем он меня привлек? Да каламбуром, который, как искру, высекает название из ситуации. Да и сюжетец нарисовался: на днях Оксанка, сменщица моя, слезно жаловалась на меньшого брата: ему бы уже вовсю на свидания бегать, а он с девушками по сети знакомится-общается, и такая ситуация, по ходу, его ну ничуточки не напрягает.

Вот я и набила, не покидая рабочего места, прямо в комп, маленький рассказец. Да так во вкус вошла, что вечером-ночью еще два изваяла. Крыша едет не спеша…

Герой

(в тетрадь вклеена распечатка)

В Сети он был известен под ником Бизон. Он вошел в легенды, его приглашали в опаснейшие рейды. В гильдии он считался лучшим лекарем. Самые очаровательные друидессы-таурены в привате объяснялись ему в любви. Он уверенно ездил верхом, и не только на лошадях – ему под силу было совладать с любым монстром. Он снайперски стрелял, успешно охотился и лихо торговал на рынке шкурами убитых демонов. Он прокачал интеллект и силу.

От родителей ему досталась фамилия Коровкин. О нем рассказывали анекдоты, младший брат привычно отказывался брать его на рыбалку. Он завалил экзамены в медицинский и поступил в педагогический. Подруга Юлька устроила ему публичный скандал и ушла жить к его корешу Саньку. Он угробил отцовские «Жигули» на выезде из гаража, вопрос о получении прав снялся сам собою. Он стрелял сигареты у сокурсников и клянчил деньги на оплату Интернета у родителей. Он завалил зимнюю сессию. …И когда он обнаружил в почтовом ящике повестку из военкомата, то решил: в виртуале уютней. И резво потрусил к компу – проверять электронную почту.

Герой-2

(в тетрадь вклеена распечатка, на полях намалевано что-то вроде «Веселого Роджера»)

Раз он вышел из виртуала –

Закончилась вкусная кола.

И пирожные тоже.

В окно выглянул – солнышко, зелень… красотища! Колька Никодимов и Ксюха со второго этажа палки таскают, куски фанеры. Шалаш строят, в школу не торопятся…

…А, каникулы! Вот здорово-то! Можно спокойно за компом посидеть, пару-тройку уровней пройти. И бабушка над ухом зудеть не будет, что уроки не учены, портфель не собран.

…На зеленой лужайке под ласковым солнышком пасутся овечки. Ограда уже достроена. Теперь нужно соорудить собачью будку. И собаку прикупить, чтобы волков отгоняла. И пастуха нанять, но это потом, когда шерсть будет продана…

И попросить бабушку купить чипсов…

Он в другой раз вышел из виртуала –

Закончились чипсы и пиво.

В воздухе, смешиваясь с сигаретным дымом, витало смутное воспоминание о каком-то неприятном происшествии.

Выглянул в окно – слякотно, дождь моросит. И двое придурков мокнут. Блин, это ж Ксюха! А с ней кто? Колька Никодимов, сволочь! Надо ему позвонить, сказать, что девчонок у друзей отбивают только полные… только…

…только сначала насчет дракона подсуетиться и новые доспехи прикупить. И тогда можно будет смело назначать свидание в Солнечном Саду симпотной ночной эльфиечке Ксанте. О ней в чате давно ходят сплетни, что она – это он, и зовут его Лехой. Но великий мастер Наэрроддарианн Ясноликий выше сплетен…

…да где же этот проклятый богами дракон?!

Рука машинально потянулась к пачке сигарет.

В третий раз он вышел из виртуала –

Закончились и сигареты.

Правда, в наличии хлеб и соль. Их когда-то, задолго до его рождения, припасла бабка «на случай третьей мировой». Нет, ну не дурость, а?.. Тем не менее, запасы пришлись кстати. Вдруг выяснилось, что ломоть хлеба с солью ничем не хуже чипсов. А вот курево…

Рефлекторно повернул голову к окну. Темно-серое – изъеденный дождями асфальт. Серое – стена многоэтажной новостройки. Светло-серое – небо, совсем маленький кусочек…

Минуту-другую вглядывался в этот не вызывающий энтузиазма пейзажик, как будто бы надеясь кого-то увидеть. Кого?..

…Надо бы сбегать за сигаретами.

Только не сегодня. Сегодня судьбоносный день. Необходимо развиться до термояда и, когда придет время, жахнуть так, чтобы небо с овчинку.

Не глядя нашарил кружку с водой, отхлебнул.

В четвертый раз…

…или – не вышел?

Холодно.

И темно. Даже в том месте, где всегда светился прямоугольник монитора, – чернота.

Вслепую нашарил кружку. На язык упала льдинка.

Подобрался к окну.

Пустой оконный переплет. Отблеск далекого пожара высветил развалины соседней многоэтажки.

Что-то случилось. Еще вчера. Или позавчера…

Но что?..

Травы, травы, травы не успели… (синяя ручка, поля поросли легкомысленными цветочками)

Середина XXI века.

Где-то в русской провинции

На днях Никиту Максимовича Ромахина торжественно проводили на пенсию.

Было застолье. Были речи. Анатольевна, расчувствовавшись, даже всплакнула, еще чуть-чуть и заголосила бы вечное «и на кого ж ты нас остави-и-ил!», а ведь за двадцать пять лет совместных столько крови у него попила, «Почетного донора» можно давать. Был поздравительный адрес, яркий, как вышедшая в тираж проститутка. Были цветы и памятные подарки. И один из подарков был сделан действительно от чистого сердца. Молоденькая цыганистая Лилечка, трогательно смущаясь, преподнесла свежеиспеченному пенсионеру объемистую плетеную корзину:

– Вы говорили, за грибами любите…

А то как же! Поездки за грибами были любимым досугом всех Ромахиных, начиная еще с прадеда. А деду в смутные девяностые прошлого века грибы-грибочки даже выжить помогли: он собирал, бабка по наследственному рецепту консервировала и всю зиму торговала на рынке. Невелики рубли, но на хлеб и молоко хватало.

– Вот спасибо! Теперь как за грибами поеду, тебя вспомню. Анатольевна отчетливо всхлипнула.

Вечером Никиту Максимовича, как не заработавшего на личный автомобиль, отправили домой на такси. Лилечка отбыла на авто шефа с самим шефом за рулем.

А назавтра, когда усталость и хмель рассеялись, как утренний туман, задумался Никита Максимович о своем дальнейшем житье-бытье. Чем там обычно люди на пенсии занимаются? Внуками? Не подходит, на нет ведь и суда нет. Дачей? Дача при разводе досталась супруге, да и вообще – дела давно минувших дней. В Сеть ходить, как на работу? Ну так для этого надо решить, с кем и о чем ты будешь общаться… Стало быть, в любом случае надо хобби себе приду… А зачем, собственно, придумывать? Оно и так есть. То самое, наследственное. Ох, умница, все-таки, Лилечка!

Пробить по Сети расписание пригородных электричек – дело пяти минут. Куда ехать, решилось сразу. Конечно, в Рябцево. Вроде бы и от города недалеко, но случая не было, чтобы оттуда опытный грибник без грибов возвратился.

Да и время подходящее, август. В эту пору, бывало, дед вез малолетнего Никитку в деревню, к родственникам. Сенокос, ночевки в стогу, медвяный аромат и пьяный матерок… Ностальгический месяц август!

Трудился Никита Максимович не спеша, абы какой гриб не брал. Красивая корзиночка Лилечки наполнялась отборными грибами. Вечером, по возвращении домой, Никита Максимович сфотографирует натюрморт на цифровик и пошлет Лилечке по электронке…

В радостном предвкушении, как разахается восхищенная Лилечка… непременно распечатает… непременно побежит показывать и девочкам из бухгалтерии, и Анатольевне, и, может быть, даже шефу, Никита Максимович уверенно шел по лесу, перекусывая на ходу чипсами со вкусом грибов. А руки сыровато-свежо пахли самыми настоящими грибами, только что срезанными и аккуратно водворенными в Лилечкину корзину. И жизнь была полна и прекрасна, как эта вот корзина. «А на Новый год, – мечтал Никита Максимович, – я коллегам к столу доставлю пару баночек грибков, законсервированных по бабкиному рецепту…»

Домой возвращался уже затемно. Поторапливался: район у него неспокойный, окраинный, дворовая вольница распоясалась, а машины ППС если и заезжают в какую-нибудь темную подворотню, так только чтобы ребята-патрульные исхитрились урвать час-другой на крепкий здоровый сон, свойственный, как полагала бабушка Никиты Максимовича, молодым людям с чистой совестью. Еще и желудок подгонял: все-таки две пачки чипсов за целый день – маловато. Припозднившаяся привокзальная торговка пирожками охотно втюхала Никите Максимовичу четыре остывших пирожка (надо же, с грибами!) по цене пяти, с жаром уверяя, что отравиться просто невозможно.

– У меня поставщики надежные! Приятного аппетита.

И, слегка понизив голос, добавила доверительно:

– Грибы грибами, а чего поинтересней не надо, а?

Никита Максимович оторопел. Немолодая тетка, наверное, даже в юности не соответствовавшая стандартам дюймовочки, а теперь и вовсе… эдакий титаник, дымящий единственной трубой-сигаретой, – и тут…

– У меня есть. Хорошая травка. Никто не жаловался. Говорю же: меня поставщики надежные.

– Какая травка?

– Что значит «какая»?! Хорошая, разрешенная…

Никита Максимович смутно припомнил: да, кажется, на днях он читал в новостях… Читал, да не вчитывался, на работе была запарка, дела передавал и все такое… Что же там было? Ну, типа, привели законодательство в соответствие с международными нормами, реализация легких препаратов легализована и…

– Ну так берем? – поторопила торговка.

– Не, я натощак как-то не очень… – растерянно обронил грибник и, не оглядываясь, двинулся к остановке.

«Наверное, в моем возрасте очень трудно перестраиваться…» – грустно думал Никита Максимович, вышагивая по выщербленной привокзальной плитке.

Маршрутка, предупредил водитель, идет только до детского садика. А оттуда до дома, печально вздохнул Никита Максимович, – добрых четверть часа… нет, с поправкой на отсутствие нормального освещения, карманный фонарик не в счет, там зарядки аккумулятора от силы минут на пять осталось… и глухие дворы престарелому пенсионеру лучше обходить стороной… ну да, все полчаса, если не поболе.

Пирожки оказались вполне съедобными, но на удивление несытными – улеглись в желудке невесомо. А голод напоминал о себе все настойчивее. И Никита Максимович заглянул в круглосуточный магазинчик, похожий на будку для гигантской собаки.

– Мне, пожалуйста, хлебушка полбуханки и… и ливерной колбаски грамм триста-четыреста.

Расплатился. Золотозубая продавщица с шевелюрой цвета перезрелого каштана придержала его за рукав.

– Что-то не так? – устало удивился Никита Максимович, каким-то шестым чувством угадывая дальнейшее.

– Все так. Купить ничего не забыл?.. Точно?

На выходе его поджидали пятеро подростков в мешковатой одежде.

– Дед, угости травкой! Ну не… как там в ваше время говорили?.. Не жмотись, да!

– Нету у меня никакой травки, грибы вот есть, хотите – угощайтесь! – вместо того, чтобы испугаться, Никита Максимович, неожиданно для себя, обозлился.

– Хорошие грибы? – уточнил один из подростков.

– Конечно, хорошие. Ни одного червивого.

– Не, дед, ну ты реально не того… Как там у вас говорили? Вставляет с них, спрашиваю, хорошо?

– Это не те грибы… – начал было Никита Максимович.

Как вдруг невидимая рука перещелкнула в его сознании тумблер. А почему, собственно говоря, нет? Он ведь знает, как они выглядят, эти правильные грибы, знает места, где за пару часов можно набрать столько – Лилечкина корзинка с верхом наполнится. Вот и к пенсии прибавка выйдет. Надо только почитать, что там по этому поводу закон говорит… А для начала – добраться до дома, до компьютера…

– Ребята, ну давайте по-хорошему, а? А-а-а!..

5

Сижу на лавочке возле типовой блочной пятиэтажки, в которой живет моя коллега и уже почти подруга.

Жду, когда Иришка вынесет мне книжку… ну и стишки выдумываю от нечего делать, созерцая неровно покрашенную дверь подъезда.

Иришка не торопится. К чему ей торопиться? Сижу, а скука копится. Чего ей не копиться? Трям-пам-пам-пам-пам-пам-пам-пам…

Фантазия цепляет новый ритм, балладный такой. Заветная тетрадочка у меня при себе, варварски вырываю из середины двойной лист…

Думала, сделаю набросок на отдаленное будущее. Но успела даже начисто переписать все в ту же многострадальную тетрадочку. Обычной синей ручкой, за неимением ничего более неординарного. Но, умей я рисовать по-настоящему, а не как дошколенок, иллюстрацию сделала бы именно в таких тонах.

Ну где же Иришка?! И сотовый не берет. А только уйдешь – явится и потом будет долго, нудно пенять.

Благо – уже совсем-пресовсем весна, то есть и замерзнуть не замерзнешь, и стишки о любви удаются… в Любкином духе, конечно.

Служанку звали Региной,

а королеву – Жанной.

Регина любила бисквиты,

и трюфели, и кортиньяк.

А Жанна любила жамки,

зеленый лук, баклажаны…

Эй, трубадур, не лги нам,

мы знаем, все было так!

Случалось, удрав от свиты,

любила бродить в пижамке

и в тапках с помпонами Жанна…

эх, счастье – не по балам!

А следом за ней бежали

задорные призраки замка,

бросали ей вслед насмешки

и всякий домашний хлам.

Простушка попала в дамки,

прошла в королевы пешка!

Регина носила рюши

так важно и так легко.

Зачем ей ходить в дерюжке,

зачем ей ходить босиком?

Служанку звали Региной,

а королеву – Жанной.

И жили они в каком-то

забытом Богом году.

Регина была желанна,

а Жанна была невинна,

но обе любили виконта…

Ты снова соврал, трубадур!

Ведь обе, по воле Венеры,

любили слезливо и нервно,

любили восторженно, верно

не короля, не слугу,

а – ежели сказки не лгут –

бесстыжего юного графа,

повесу веселого нрава,

бретера (чуть что – и за шпагу),

картежника, мота, гуляку

по прозвищу Коновал

(его всякий стражник знавал).

«Король мой!» – шептала Регина,

и грезила Жанна: «Слуга мой!»

О, звуки любовного гимна!

Как водится, не нова

сердечная вечная гамма,

В основе огромных трагедий

лежит, как всегда, мелодрама.

А мы-то… мы верим, как дети:

Удастся беды миновать.

Топор, между тем, наготове,

виновный, конечно же, сгинет,

друг друга угробят врагини,

в легенды уйдет Коновал…

Нет-нет, обойдется без крови,

ведь обе печалятся втуне:

другую короновал.

Женился вчера на колдунье

Наш граф, наша боль и услада.

А нынче в родные пенаты

с женою он радостно мчит.

Но ты, трубадур, помолчи,

не надо об этом, не надо,

ведь это – другая баллада.

Дверь открывается, ее скрип, как ни странно, довольно музыкален. Но выходит не Иришка. На порожках артистически появляется интеллигентного вида бабушка: светлый плащ, очки в коричневой пластиковой оправе, клетчатая хозяйственная сумка. Тоскливо провожаю бабушку взглядом.