Текст книги "Большая книга приключений. Мое лучшее лето (сборник)"

Автор книги: Елена Нестерина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Дорогие ребята! Все мы знаем, как тяжело и обидно быть несправедливо обвинёнными. Мы долго считали Балованцеву, Шибая, Мыльченко и Редькину воришками, находили этому доказательства. Мне, признаться, стыдно было за этих ребят. И что сделали они? Они нашли настоящего вора, смогли это доказать… Они спасли лагерь. Да, спасли нашу игру, нашли компьютер. Но самое главное – они сумели отстоять своё доброе имя! Я желаю всем вам, дорогие отдыхающие, чтобы во взрослой жизни вы всегда сохраняли незапятнанным своё доброе имя и поступали не как наш бывший завхоз, а как эти благородные и честные ребята. А сейчас я от имени всего лагеря прошу у них прощения и объявляю им самую большую благодарность!

Когда стихли аплодисменты, Братство Белой Руки, хитро перемигиваясь, вернулось к своему отряду. Боря с Галей бросились обнимать их всех по очереди.

– Как же мне повезло, ребятки мои славненькие, что вы именно в моём отряде оказались! – пищала Галя. – Моё, моё воспитание!

Никто не стал спорить, её ли это воспитание на самом деле. Арина задорно подмигнула президенту Анжеле, та отвела глаза и промолчала. Когда же линейку распустили и все бросились к Арине и её друзьям выяснять подробности их подвига, Братство Белой Руки постаралось убежать подальше. Федя Горобец был с ними.

– Ну, что, пан Теодор, – сказала Арина, – ты про нас теперь больше знаешь. Парень ты хороший.

– Ну уж…

– Не перебивай. Мы видели тебя в деле. Посовещались и решили принять тебя в наши ряды. Говори, хочешь ли ты вступить в наше тайное Братство Белой Руки?

Федя никак не ожидал, что сюрпризы на сегодняшний день ещё не закончились.

– Тайное? Братство? Конечно, хочу! Спрашиваешь, Арина!

– Это у нас не Арина, если хочешь знать, – заметил Костя Шибай.

– А кто?

– Дон Корлеоне, вот кто!

– Понятно. Классно придумано, – проговорил пан Теодор. – Тебе подходит!

– Тогда приступим к торжественному ритуалу посвящения тебя в братья. Не боишься?

– Спрашиваешь! – пан Теодор смотрел на Арину с нескрываемым восхищением.

Эпилог

Накануне закрытия первой лагерной смены правительство Финляндии не находило себе места. В суматохе последних дней, наполненных огромным количеством событий, все как-то забыли о расписке, по которой за день до Всемирной ярмарки Финляндия обязана была вернуть долг 4 тысячи «зорек» плюс проценты первому, индийскому, отряду. Оттуда явились послы с этой распиской и потребовали вернуть деньги немедленно. Вот тут-то беготня и началась. Национальный доход Финляндии был равен примерно этой сумме, а значит, к ярмарке пятый отряд придёт с дулей.

Анжела плакала и проклинала тот день, когда её избрали президентом, но упрекать героев лагеря Арину, Костю и остальных она теперь боялась. Галя заперлась в своей каморке и переживала о том, как это отразится на её характеристике, Боря спешно пытался придумать занятие своим финнам, чтобы те смогли заработать хоть что-нибудь. Для этого он даже обращался к Наталье Семёновне. Но та ничего посоветовать не могла. Мечта об археологической славе рухнула, и ходила Наталья Семёновна по лагерю грустная-грустная. Ничто её не радовало.

Наступал вечер, индийские послы сидели возле корпуса пятого отряда и ждали возвращения долга, а финское население горевало и нервничало. Страсти накалились до предела. И вот тут-то на политическую арену вышел местный тайный Орден. Братство Белой Руки в смысле.

– Спасём родную Финляндию, – сказала Арина, обращаясь к своим гордым братьям, – приятно всё-таки быть героями, спасителями страны. Вперёд! За территорию!

Но просто так взять и принести своему отряду определённую сумму «зорек» весёлое братство, конечно, не могло. Да и пусть финны пятого отряда знают, что всё это время в их стране действовала таинственная организация – нечто вроде мафии. Только очень благородная.

И вот воспитательница Галя, грустно сидя в своей комнатке, вдруг увидела, как в открытую форточку к ней влетел огромный ёж и упал на кровать всего в полуметре от неё.

«Не может быть! Воздействие ямы продолжается! – с визгом подпрыгивая, подумала Галя. – Может, это всё-таки галлюцинация?» Так подумала Галя потому, что это был не совсем обычный ёж. На его иголки был наткнут большой белый пакет. К тому же для верности ёж вместе с пакетом под самое пузо был обвязан скотчем и напоминал мутанта-броненосца. Было от чего Гале задрожать.

Ёж, колыхая пакетом, заметался в разные стороны, подбежал Гале под ноги, потом к краю кровати, попытался спрыгнуть. Галя протянула дрожащую ногу и большим пальцем чуть коснулась торчащих иголок. Они были острые, а значит, настоящие. Ёж вновь приблизился. Галя, не переставая визжать, увидела, что к пакету приклеена какая-то бумажка…

– Ну теперь-то ты что орёшь? – дверь открылась, и в неё просунулась голова Бори.

– Боря, Боря, ёжик… с запиской, – проговорила Галя.

– Так лови, чего стоишь! – крикнул Боря и бросился на пол, потому что ёж спрыгнул с кровати, увидел открытую дверь и рванул туда.

– Подожди, Боря! А вдруг там у него в пакете бомба!

Но Боря уже придавил ежа ногой к полу.

– Нет, там что-то мягкое!

– Боря, это мягкая пластиковая бомба! – тут же нашлась Галя и собралась даже развивать свою теорию, но тут её напарник отлепил от пакета бумажку.

– Смотри, это записка, – Боря ткнул в нос Гале бумажку, – а это… Мама дорогая! «Зорьки»! Так много «зорек», тысяча, две, пять, больше… Откуда?

– Инопланетяне, – сказала Галя и села на пол.

Ёж, получивший освобождение от своего груза, быстро юркнул в дверь и носился теперь где-то по коридору.

– Сама ты инопланетяне, – прочитав записку, еле-еле проговорил Боря. Очки его запотели и сидели наперекосяк, но Боря ничего этого не замечал. – Посмотри, что тут написано.

Галя заглянула в записку.

– Как хорошо, Боря, что завтра смена кончается. Это не смена была, а какой-то кошмар, – придерживая трясущуюся челюсть, сказала она. – Нам бы только до этого закрытия дожить, хоть как-нибудь продержаться.

– Давай, Галя, постараемся. – Боря решительно встал с пола, поднял Галю. – Сейчас посчитаем эти «зорьки», отдадим долг, а потом обдумаем всё это.

– Да, – согласилась Галя. И ещё раз заглянула в записку, где значилось:

«Прими, дорогой финский народ, эти «зорьки» в подарок. Всё будет хорошо, ведь мафия бессмертна».

Ниндзя с томагавком

– Но как же так? Как же так может быть-то? Были деньги – и нету! Тю-тю! Причем не мои деньги и даже не государственные, а общие… Мы же здесь все свои! Все люди проверенные, дружные. Верные люди! Ведь так?

– Конечно, все свои, но…

– Я всем доверяю, всем! Иначе мы не могли бы собираться вместе! А мы же столько лет… Мы же как братья…

– И тем не менее кто-то ведь взял эти деньги.

– Не просто взял – украл их! У нас впереди ещё неделя с лишним. На какие средства мы будем содержать такое количество людей?

– Не знаю. Но… вдруг деньги всё-таки найдутся? Давай подождём. Может быть, какое-нибудь чудо случится. Ты же веришь в чудеса?

– Уже нет.

– А в человеческую сознательность?

– Нет.

– Ну а в благородство?!

– Да. Только, к сожалению, сейчас не тот случай…

Глава I. Ветер в ушах

Арина Балованцева была большая соня. Жаркое летнее солнце пыталось пробиться за плотные шторы окна Арининой комнаты, но это ему не удавалось – несмотря на то что времени было уже одиннадцать часов утра, у этой девочки продолжалась тёмная сонная ночь.

– Ариночка, ну поднимайся же, дружок! – в дверь комнаты постучался дедушка. – Ты спишь, а друзья тебе уже обзвонились!

Услышав о друзьях, Арина зашевелилась и, сбив одеяло в комок, уселась на кровати.

– Будь здоров, дедушка! – приветственно вскидывая руку вверх, сонным голосом, но бодро воскликнула она. – А кто мне звонил?

– Да сейчас расскажу.

Дедушка удалился, но через минуту появился в Арининой комнате. В руках у него был листок бумаги. За время, пока внучки не было дома, дедушка добросовестно записывал, кто ей звонил, когда и что просил передать.

Три долгих недели провела Арина с родителями на острове Крит. Остров был замечательным, море тёплым, экскурсии интересными, а аттракционы чрезвычайно увеселительными. Арина целыми днями осматривала археологические достопримечательности, купалась, каталась на водном мотоцикле и плоской доске с одним веслом, похожим на индейское, в самый зной сидела за компьютером, делясь с друзьями впечатлениями, просто бродила по пляжу, загорала и объедалась сладостями и фруктами. Новых приятелей ей заводить не хотелось, а мама и отчим совершенно не замечали её и смотрели только друг на друга.

Вот Арина и тосковала по друзьям, которые остались на родине. И друзья скучали тоже, нетерпеливо ожидая, когда же она вернётся. Пунктуальный дедушка записал все их вчерашние и сегодняшние звонки и даже пронумеровал. Поэтому сейчас он просто не находил себе места, всё ждал, когда же Ариночка проснётся и он сообщит ей её деловые новости.

Арина с благодарностью взяла у дедушки список и быстренько пробежала его глазами. Сегодня с утра позвонили Федя Горобец и Витя Рындин. Последний звонок был буквально пять минут назад. Но Арина ничего не слышала, потому что забыла телефон где-то в гостиной.

– Ну, а ещё какие новости? – спросила Арина у дедушки. – Как вы тут без нас?

И дедушка охотно принялся за подробный рассказ. Этот дедушка был у Арины самым «новеньким», вместе с такой же «новенькой» бабушкой, которая в данный момент отправилась на рынок за продуктами.

Арина считала себя счастливой девочкой. У неё было сразу четыре дедушки и четыре бабушки. Нет, сначала-то у неё их было только по двое, как у всех, – два дедушки, две бабушки. Но мама и папа Арины развелись, а через некоторое время папа женился вновь. Его новая жена и её родители тут же полюбили Арину, которая иногда захаживала к папе в гости. Так появилась третья пара дедушки с бабушкой.

А не так давно Аринина мама вышла замуж за Константина Александровича, вместе с Ариной они переехали в его большой дом на окраине города. И стали жить все вместе – мама, отчим, Арина, «новенькие» бабушка с дедушкой и сын Константина Александровича Захар. В июне Захару исполнилось восемнадцать лет, так что теперь он не вылезал из-за руля своей любимой машины. И даже из московского аэропорта он привёз их сам. Поэтому тоже до сих пор спал в своей комнате под самой крышей дома, в мансарде.

Не успел дедушка дорассказать об активной заготовке на зиму плодоовощной продукции, как в его руке зазвонил телефон. Благодарно улыбаясь, Арина с нетерпением схватила у него телефон и крикнула «Алло!».

Звонил Федя Горобец – и звал Арину кататься на велосипеде. Конечно, Арина была только «за»! Договорившись встретиться с юным велосипедистом через два часа возле входа в городской парк, Арина набрала номер Вити Рындина. Витя очень обрадовался её звонку, но он был человеком сдержанным, и времени на выслушивание его криков «Ура!» и «Классно, что ты приехала!» тратить не пришлось. Арина предложила и Вите погонять на велосипеде, поэтому он тоже в указанное время должен был прибыть к парку со своим железным конём.

Тут дедушка и подоспевшая бабушка подхватили Арину и утащили завтракать. И только после этого она смогла разузнать, как обстоят дела у остальных её друзей. Зоя Редькина на всё лето была сослана в оздоровительный лагерь «Зорька», в котором Арина вместе с ней, Федей и ещё парой друзей так славно провела первую июньскую смену. Один из этих друзей, Костик Шибай, задира и непоседа, теперь гостил в деревне, а другой, вдохновенный Антоша Мыльченко, был в городе, но с утра мотался неизвестно где, о чём и сообщила Арине по телефону его мама.

Но это только со стороны могло казаться, что Антоша неизвестно где пропадает. На самом деле он был занят важным делом – с утра пораньше отправился за рифмами и образами в самую гущу народа, в жизнь, в люди, на просторы. Ведь Антон чувствовал себя поэтом.

Так что сегодня он толкался по овощному рынку, прогуливался по бульварам, смотрел на реку с моста, откуда его, правда, быстро прогнал полицейский, потому что мост ещё только начал строиться. Всюду были люди, всюду кипела жизнь, что-то происходило, а Антону было очень грустно – не хватало полёта, приключений, эмоций и впечатлений. Ведь только тогда, это Антоша хорошо знал, образы потянутся бодрой вереницей, рифмы одна к одной начнут складываться. А так, в однообразной летней жизни городского мальчишки, – ну никаких ни впечатлений, ни рифм!

После полудня Антон Мыльченко без поэтических озарений, ничем не вдохновлённый, направился домой. И вдруг у самого подъезда что-то заставило его оглянуться. И не зря! Потому что Антоша увидел Витю Рындина, который мчался куда-то на велосипеде. Два дня назад Антоша видел Витю – он был спокойный, молчаливый, как обычно. А сейчас всё обстояло по-другому – Витя явно думал о чём-то приятном и улыбался сам себе. Антоша считал, что хорошо разбирается в людях, так что он сразу понял: в жизни Вити явно происходят какие-то события. События!!!

– Витя, Витя! – крикнул Антоша и заспешил навстречу однокласснику. – Привет! Ты куда едешь?

Витя остановил свой велосипед.

– Здорово, фрукт, – сказал он.

Не рассказать о том, что наконец-то вернулась Арина, он не мог. И потому рассказал.

Антоша взбодрился. Балованцева Арина снова дома. Отлично! Ведь раз Арина – значит, приключения!

– Вот это да! – Антоша радостно подпрыгнул. – Я ей звонил. А её дедушка сказал…

Но что именно дедушка сказал, он не успел сообщить. Потому что Витя уселся на велосипед и собрался отчаливать.

– Эй, эй, Витя! Погоди… – взмахнул руками Антоша.

Витя тяжко вздохнул и остановился.

К Антоше Мыльченко, Арининому любимцу и подопечному, Витя Рындин относился хорошо. Но не дай бог он сейчас привяжется… А Вите так хотелось как следует покататься на велосипеде – с ветерком, на большой скорости. Без таких вот помех…

Но Антоша, конечно, тут же привязался. Потому что мысленно уже устремился навстречу приключениям.

– А ты не с Балованцевой ли собираешься кататься? – хитро прищурившись и склонив голову набок, поинтересовался он.

На свою беду, Витя плохо умел врать.

– Ну… – замялся он.

– Значит, с Балованцевой! – тут же сообразил маленький поэт. – Витечка, миленький, возьми меня с собой! Я с вами буду кататься! У меня, правда, велосипеда нет. Но я ничего, я и так не помешаю, я тут, на багажнике примощусь! Вот Арина бы мне не отказала, она бы меня обязательно взяла кататься, я её знаю…

Он долго тарахтел, хватал Витю за руки, тряс руль велосипеда. Витя смотрел на часы и видел, что время идёт, что он уже явно опаздывает…

– А, садись! – махнув рукой, решился Витя. – Только смотри у меня, без фокусов.

– Ты что, само собой! – глаза Антоши радостно блестели, он мигом взобрался на багажник и верещал уже оттуда: – Поехали! А ты меня даже и не заметишь! Знаешь же – я очень лёгкий. Давай, вперёд!

Витя усмехнулся, легонько щёлкнул по носу новоявленного командира. И велосипед с водителем и пассажиром помчался к городскому парку.

Еще издалека они увидели: загорелая Арина и какой-то незнакомый Вите мальчишка стояли у ворот парка с велосипедами. Витя подкатил к ним.

Антоша бодро соскочил с багажника и бросился к Арине и этому незнакомому мальчишке.

– О, Гуманоид, здорово! – радостно крикнул ему тот.

– Привет, пан Теодор! – живо откликнулся Антоша.

Арина положила велосипед на асфальт и подошла к Антоше и Вите. Она была очень рада им.

– Да, кстати, познакомьтесь, – сказала она, обращаясь к Вите. – Витя, это мой друг Федя Горобец, мы вместе были в «Зорьке» на первой смене. Федя, а это Витя, наш с Антошей одноклассник, тоже мой друг.

Ребята пожали друг другу руки.

– А почему пан Теодор? – спросил Витя, вспомнив восклицание Антоши. То, что Антоша – Гуманоид, было ему понятно, Антона Мыльченко с детских лет Гуманоидом дразнили, а пан Теодор…

– Да так, в «Зорьке» прицепилось, – смутился Федя. – Наш отряд назывался Польша, мы там все были паны, панночки и панята. А Теодор – значит, Федор.

– А у нас, у нас в отряде Финляндия была! – затараторил Антоша. – И мы все были…

– Да, помню, – кивнул Витя. – Рассказывал уже.

– Ну, что, тогда кататься? – улыбнулась Арина.

– Да! – воскликнул безлошадный Антоша, шустро подскакивая к Витиному багажнику.

В парке кататься не получилось. Оказывается, там всё перерыли, взломали весь асфальт – шёл ремонт. И ребята решили ехать в лес – с ветерком домчаться до него по трассе, купить сосисок и пожарить их в лесу на костре.

Лихо свистел ветер в ушах, встречные машины, проносившиеся по трассе, то и дело приветливо сигналили ребятам, мчащимся на велосипедах по обочине. Две упаковки сосисок ждали своего часа в рюкзачке у Феди на спине, бутылка вкусной газировки была их соседкой.

Арина Балованцева ехала второй, вслед за Витей, который вёз на багажнике Антошу. Так что Федя Горобец чуть не врезался в неё, когда Арина вдруг замедлила движение, повернула голову и стала всматриваться в колонну транспорта, который двигался по дороге.

– Ты чего? – крикнул ей Федя, едва успевший сбавить скорость.

– Ничего, всё нормально! – ответила Арина и нажала на педали. – Поехали дальше!

На самом деле она увидела, как по дороге в ту же сторону, куда ехали и они, на большой скорости пронёсся мотоцикл. И он показался Арине очень даже знакомым. Того, кто был в шлеме за рулём, она не узнала – лица-то не видно из-за шлема, но вот личность, сидевшая позади водителя, показалась ей очень даже известной…

Мотоцикл давно исчез из поля зрения. Арина подумала и решила успокоиться: да мало ли куда человек едет? Мало ли с кем? Она катается, и кто хочет, тот тоже катается – лето, в конце концов! Когда ещё так лихо можно промчать на большой скорости по трассе и уйти в точку всем на зависть?

Или, может, ей вообще показалось? Зрение у Арины было далеко не самое острое, так что вполне может быть, что она ошиблась… Арина больше не думала о встрече на дороге.

Невдалеке показался лес. Как она скучала на солнечных холмах Крита по простому лесу средней полосы России! Там так должно быть хорошо, в лесу, – прохлада, деревья, птички поют. Вдруг и белок удастся увидеть?

А костёр в лесу! Что может быть лучше? Его можно поднять до небес, если набросать туда побольше веток с засохшими на них листьями и рыжих еловых лап, или задымить им всё вокруг, если сверху свежих сучьев навалить, или совсем бездымным сделать, если в костре будут гореть только очень сухие берёзовые чурочки… Да сплошная радость!

С такими мыслями Арина вслед за Витей въехала в лес. И совершенно не догадывалась, что за события через некоторое время их ждут.

Глава II. Под флагом завоевателей

Место для стоянки нашли не сразу, но зато оно было очень удобным: небольшая поляна, окружённая со всех сторон высокими елями, берёзами и весёлым подлеском из ёлочек и кустов бересклета. Метрах в двадцати на запад в лесу за поляной начинался резкий обрыв. Там, по дну глубокого оврага, тёк холодный каменистый ручей. Журчала, пробегая по камням, вода, и ничего не росло по берегу у кромки воды – наверно, растениям было холодно мочить корни в ледяном потоке. Кое-где из-под больших камней били родники, стекали в ручей, над камнями настоящими шатрами нависали пышные лапы елей. Чуть дальше по течению ручья с одного берега на другой упала, вырвав из земли корни, тяжёлая ель, поодаль лежала поперёк оврага старая сухая берёза.

– Идите сюда, что покажу! – спустившись вниз, подозвал ребят Витя Рындин.

Побросав велосипеды на поляне, Арина, Федя и Антон побежали к нему. Но куда Витя делся, было непонятно. Кричал вроде из оврага, а спустились туда – и никого там нет.

– Да здесь я! – подал голос Витя и появился из-под зелёных ветвей недавно упавшей ели. – Идите ко мне.

Ребята подошли и вслед за Витей юркнули под еловые ветви.

Под вывернутыми из земли корнями была самая настоящая пещера, небольшая, но все четверо смогли удобно разместиться в ней. Еловые лапы надёжно скрывали её от посторонних глаз, но оставляли небольшие зазоры для наблюдения, так что сидевший в этой пещерке спокойно мог видеть, что происходит снаружи.

– Ух ты, вот это да! – в восхищении воскликнул Антоша.

– Ты сейчас эту пещеру обнаружил? – спросила у Вити Арина.

Витя улыбнулся и сообщил:

– У нас тут недавно соревнования были, ну, нашей секции пятиборья. Кросс. Я быстро дистанцию пробежал и просто гулял по лесу туда-сюда. Увидел, что ёлка на ручей упала. Вот под её корнями пещеру и нашёл… Потом прикатил сюда ещё раз, прорыл побольше, камни убрал. И никто про это место вроде не знает.

– Отлично! – радостно оглядывая тайную пещеру, сказала Арина. – И мы никому про неё не скажем.

Замаскировав вход свисающими еловыми ветками, ребята вернулись на поляну и занялись костром. Лес был давно не чищен, так что хвороста и сухих стволов деревьев на земле валялось предостаточно.

Антон Мыльченко мечтательно брёл по лесу. В руках у него было несколько тонких веточек – Антон пошёл собирать хворост, да позабыл об этом… Дело в том, что Антону очень хотелось найти гриб сыроежку, зажарить её над пламенем костра и съесть. Давно Антоша об этом мечтал, но так получалось, что в лесу он всё время бывал с родителями, а они никогда не разрешали ему есть жаренные на костре грибы. Но Антоша-то знал, что на то они и сыроежки – почти что сырыми их можно есть. Главное – плёночку со шляпки отодрать. Вмиг тогда грибок поджарится, и ешь его спокойненько, лесной житель, наслаждайся дарами природы!

Но сыроежек что-то не было видно. Да и вообще никакие грибы не попадались, разве что парочку поганок удалось Антоше приметить, мухомор и ещё какой-то неведомый гриб-тухлянку.

Голоса ребят давным-давно затихли, видимо, забрёл Антоша очень уж далеко. Пришлось остановиться и оглядеться вокруг: всё те же елки, берёзы, кусты и старые пеньки. Высоко в ветвях подавали голоса птицы, шумела листва. Всё, как и везде. Так что в какую сторону нужно идти, чтобы к поляне вернуться, Антоша не мог определить. А окликать друзей нельзя – что он, маленький, что ли, потерялся… Сам дорогу назад найдёт.

Так решил Антоша, развернулся и двинулся в направлении, откуда пришёл. Эх, плохо, что он примет никаких для себя не делал – особый пенёк там какой-нибудь, коряга, необычный кустик…

Да нет, недалеко он от ребят ушёл – вон за стволами мелькнула человеческая фигура. «Наверняка это кто-то из наших», – подумал Антоша и бросился навстречу тому, кто промелькнул невдалеке.

Человек снова показался в просвете между кустами, стал виден весь. А направлялся он прочь от Антоши.

Сухие ветки выпали у Антона из рук. Не веря своим глазам, он замер с открытым ртом. Потому что по лесу шёл… настоящий индеец! Антоша потряс головой, чтобы стряхнуть наваждение. Не замечая Антона, индеец удалялся в глубь леса. Антоша хотел броситься вслед за ним, но вовремя подумал: как метнёт в него сейчас индеец свой боевой топор-томагавк, и собирай тогда череп по частям. Антоша упал на землю и храбро пополз вслед за таинственным незнакомцем…

И тот сразу пропал из вида, потому что кусты тотчас скрыли его от взора Антоши, который с хрустом пробирался по покрывавшему землю валежнику. Тогда Антон вскочил на ноги. И увидел только, как индеец мелькнул вдали и пропал совсем.

И Антоша побежал! Не разбирая дороги, он понёсся к своим. Бежал он в сторону, противоположную той, куда направился лесной фантом. И через несколько минут действительно оказался возле «своей» поляны. Вот что значит – опасные обстоятельства, они сразу мобилизуют человеческие силы! Так думал Антоша, мчась вроде бы куда глаза глядят, но с радостью обнаруживая, что мчится он в совершенно правильную сторону. Это придало ему сил, так что Витю Рындина, который волок к костру здоровенную сухую корягу и на которого он неожиданно натолкнулся, Антоша едва не свалил с ног.

– Там, там… – задыхаясь от быстрого бега, забормотал Антон. – Знаешь, кого я там видел?

– Кого? – Витя бросил корягу и оглянулся вокруг.

– Всех, всех зови, сейчас расскажу! – командовал Антоша, призывно размахивая руками.

– Эй! – крикнул Витя.

Арина и Федя подбежали к ним.

– Там, в лесу! Индеец! – хлопая глазами, воскликнул Антоша. – В перьях, настоящий! Индеец, понимаете!

Витя сочувственно положил ладонь Антоше на лоб, вздохнул и проговорил:

– Гуманоид, что ж ты бредишь! Может, перегрелся?

– Да сам ты перегрелся! – сбрасывая руку Вити со своей головы, возмутился Антоша. – Да я его, как тебя, видел! Знаете, как долго я этого индейца тайно преследовал? Дал ему, конечно, уйти, но…

Федя Горобец усмехнулся:

– Ну что же ты так! Дал уйти… Надо было его в плен брать. Он рассказал бы нам, каким ветром его в наши края занесло из индейских прерий.

– Да чего ж вы не верите-то?! – с отчаянием воскликнул Антоша и посмотрел на Арину.

– Да верим, – спокойно сказала она. – Мало ли… Может, кто тут в лесу в индейцев играет.

– Какое «играет»! – Антоша нахмурился. – Говорю вам: индеец был НАСТОЯЩИЙ! Не верите? Тогда пойдёмте, я вам покажу, где он мне повстречался. Может, он все ещё там находится. Пойдёмте, пойдёмте!

И Антон по своей привычке принялся хватать всех за руки и тянуть за собой.

Ребята с усмешками переглянулись и, оставив на поляне велосипеды и пока ещё не сложенный костер, направились за Антошей.

Людям надо верить – таково было правило Арины. Поэтому она терпеливо плутала между деревьями, вместе с Витей и Федей следуя за Антошей, который метался по лесу, время от времени выкрикивая: «Туда!» или «Нет – туда!» Индейца видно нигде не было.

Много раз ребята предлагали вернуться обратно, но Антоша чуть не плача уверял, что нужно ещё поискать, что скоро индейский след обязательно появится. Нет, конечно, он всё-таки всплакнул, когда после получасовых поисков Витя, Арина и Федя повернули обратно.

И в тот самый миг, когда Антоша украдкой вытирал набежавшие на глаза слёзы обиды и разочарования, невдалеке раздался хруст веток.

– Тихо! – скомандовал Витя. – Кто-то идёт! Прячемся!

И он махнул рукой в сторону старого дуба. Ребята бросились туда и затаились у основания толстенного дерева.

И действительно – они увидели, как по лесу прогулочным шагом идут… два индейца. Было им лет по пятнадцать-шестнадцать, на голове у одного из них была кожаная повязка с двумя перьями, а другой заплёл свои волосы в две короткие косички и украсил их какими-то висюльками. Оба были в расписных штанах, щедро обвешанных по бокам штанин перьями, бахромой и бусинками. Никаких маек на них не было, голые тела индейцев были украшены разноцветной росписью. На груди каждого болталось по связке амулетов на верёвочках, на руках тоже было побрякушек не счесть.

– Неужели правда настоящие? – чуть слышно прошептала Арина, которая не могла оторвать от индейцев взгляда.

Антоша радостно закивал – чуть голова не оторвалась от усердия. Ещё бы, вот они, индейцы, – а ему верить не хотели!

– Проследим, – шепнула Арина своим друзьям, – куда они пойдут, что там у них…

Между тем индейцы принялись собирать хворост, не замечая, что за ними следят. Постепенно они продвигались, как определили ребята, на северо-восток. Они почти не переговаривались, так что понять, на каком языке они общаются, было пока невозможно.

Арина Балованцева была восхищена ещё больше Антоши. Она с детства очень любила индейцев, прочитала про них много книг и регулярно просматривала в Интернете сайт журнала «Первые американцы», где было всё про индейцев: описание различных племён, их история, обычаи, биографии выдающихся индейских деятелей, легенды, карты местности, фотографии… И вот вдруг здесь, в местном лесу, – индейцы! Как такое может быть?

– Может, кино про индейцев снимают? – предположил Федя Горобец.

– Может быть, – прошептала Арина ему в ответ.

Вслед за собирателями хвороста ребята приблизились… к большому индейскому лагерю. Да, сомнений не было – в лесу расположился самый настоящий лагерь.

Вокруг широкой площадки, центром которой был обложенный камнями костёр, сейчас едва тлеющий, стояли брезентовые палатки, расписанные и обильно обвешанные всевозможными украшениями. Палаток было много, и народу вокруг них сновало изрядное количество.

Всю жизнь Арина Балованцева хотела к индейцам! Жить с ними, охотиться, отстаивать их права как коренного населения континента, то есть даже двух континентов, да что там – целой части света под названием Америка! Много раз она представляла, как попадёт к индейцам, как попросится с ними жить, научится у них всему тому, что они сами умеют. И вдруг нате – сбылась мечта! Вот они, индейцы, целый лагерь. Нужно только подняться, сделать несколько шагов – и попроситься к ним.

Но Арина продолжала прятаться в кустах и лишь изредка выглядывала в проем между палатками. Вот она скосила глаза в сторону Антоши, затем посмотрела на Витю, и тот сразу всё понял. Он положил руку поэту на плечо, чуть прижал его к земле – чтобы Антоша вдруг не выскочил и не помчался к индейцам брататься. Ведь разведано ещё далеко не всё. А Федя Горобец на всякий случай отполз чуть подальше. Теперь ему плохо было видно то, что происходит в самом лагере. Зато он мог обнаружить тех, кто попытается зайти разведчикам со спины.

Тем временем забили гулкие барабаны. К месту костра тут же сбежалось человек пятнадцать индейцев. Они встали вокруг, дружно вскинули вверх руки и хором прокричали что-то. Затем быстро отбежали и выстроились в цепочку. Затем, снова что-то прокричав, упали на колени, бухнулись головами о землю и опять поднялись. Стоящий ближе всех к костру самый взрослый индеец оглядел колонну и подал какой-то знак. Индейцы, возраст которых был примерно от десяти до шестнадцати лет, живо принялись передавать по цепочке мелкий хворост от большой кучи, сваленной невдалеке. Их главный со знанием дела выкладывал хворост в костре. Через некоторое время он снова что-то крикнул – и к нему по цепочке стали поступать более увесистые поленья.

Костёр уже разгорелся, а дрова в него всё подкладывали и подкладывали. Вскоре он стал огромным, и уже просто здоровенные бревна помогали главарю выстраивать домиком сразу несколько человек индейцев. Дым ел им глаза, но они мужественно преодолевали эти трудности.

Скоро занялись гореть и бревна. Тогда главный индеец вновь что-то скомандовал, и индейцы расселись вокруг костра по-турецки.

Предводитель остался стоять около огня, но так, чтобы жар не донимал его. Он поднял руку, выждал паузу и заговорил. На обычном русском языке.

– Сегодня в нашем Отряде Молодых Волков радостное событие… – начал он.

Затаившиеся разведчики с удивлением переглянулись. А Антон Мыльченко даже рот забыл закрыть, так что туда сразу залетела муха. Бедный мальчишка чуть не проглотил её и закашлялся. Витя Рындин как можно тише хлопнул его по спине, и Антон выплюнул наглое насекомое. Витя показал рассеянному Антону кулак. Но, к счастью, кашля Антоши в лагере не услышали. Потому что уши всех присутствующих были настроены на волну, которую гнал сейчас тот, что стоял у костра.