Текст книги "Бунтарка"
Автор книги: Елена Бончева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
– Я не верну деньги.
– Еще как вернёшь. Сейчас мне стало ясно, почему ты ни разу не выпустила из рук свой рюкзак.
– Бэн. Послушай меня. – Ребекка снова подвинулась к нему, – Я хочу увидеть Орлеан, потратить немного денег на веселье и отдать остальное в фонд Св. Надежды. Ты должен мне помочь сделать благотворительный взнос инкогнито.
– Ты в своём уме?
– Мне плевать, какой срок мне дадут. Пожалуйста, верь мне. Я поеду с тобой в Мичиган и сдамся полиции сразу после приезда. Только съездим в Новый Орлеан. Это моя мечта.
– Я не могу так поступить, ты же знаешь. Если шериф узнает, что я допустил еще одну оплошность, упустив преступника у себя из-под носа, мне не быть больше капитаном.
– Капитан.
– Да. Капитан.
– Слушай, кэп, давай заключим пари. Ты везёшь меня в Орлеан, мы отрываемся там ровно сутки, и я еду прямиком в твой участок с протянутыми руками. Только не проси вернуть деньги.
– Я не могу пойти на это.
– Что тебе терять? Я не обману. Обещаю.
Бэн задумался, ведь терять ему действительно нечего. Поимка Ребекки О'Конал загладит его промах с Кроупом и даже выдуманную болезнь Вотерса, а о его путешествии в Орлеан знают только он и Бэкк.
– Ладно. Но только рюкзак я возьму себе, это будет гарантией того, что ты не убежишь.
– По рукам! – Ребэкка передала рюкзак Бэну, – только это лишнее. Я не убегу.
– Ты не боишься тюремного заключения?
– Не боюсь. Не этого нужно бояться, в жизни бывают вещи пострашнее тюрьмы.
Бэн открыл рюкзак, посмотрел на красную футболку, прикрывающую кучу наличных и присвистнул.
– Ну и славно. Сейчас уже темно, с наступлением утра, пойдем вдоль трассы, может кто-нибудь попадётся на пути. – Бэн пощелкал по экрану навигатора, – До города еще далековато, примерно 15-16 миль.
– Значит будем спать.
– Только без глупостей.
– Не волнуйся, кэп, я же слово дала.
Бэкк откинула спинку сидения и легла поудобней. Бэн проделал те же действия и убрал рюкзак под голову.
Утром Бэн открыл глаза и увидел пустое пассажирское сиденье:
– Чёрт возьми! Куда она...
Бэн посмотрел в лобовое стекло и увидел, как Бэкк, раскинув руки и глядя в небо, кружилась на месте. Бэн потёр шею и вышел на улицу. В небе кружила стая каких-то маленьких, но очень шумных птиц.
– Что ты делаешь?
– Я приветствую птиц! – не переводя глаз с неба, ответила Бэкк.
– Зачем ты это делаешь?
– Птицы – это наши предки. Я верю, что после смерти душа не просто летает по свету, гремя цепями, а превращается в птичку. Поэтому все говорят, что умершие видят нас с неба и всегда рядом. Сам посуди, люди всегда стремились быть похожими на птиц. Даже Да'Винчи пытался смастерить себе крылья.
– Ты сумасшедшая.
– Если я вижу то, чего не видишь ты, Вотерс, это ещё не делает меня сумасшедшей. Кстати, доброе утро. – девушка остановилась и улыбнулась Бэну.
– Доброе. – Бэн снова потёр шею, – Если это утро можно считать добрым. Давай не будем терять времени и пойдём, возможно сегодня нам повезёт, и мы даже сможем позавтракать.
Ребекка и Бенджамин зашагали в сторону города. Бэн положил коробочку с кольцом в рюкзак и закинул его за спину. Ребекка шла, пританцовывая, и напевала под нос какую-то чудаковатую мелодию.
– Что ты поёшь?
– Это песенка про очень мудрую птицу, у которой есть чему поучиться, особенно мне. Никогда не могла держать язык за зубами.
– Впервые о такой слышу.
– Ну ладно тебе! Её всем детям поют!
– Нет. Не всем.
– Я тебе спою! Песня называется «В дремучем лесу»4.
– Пожалуйста, не стоит. Я не готов к таким испытаниям на голодный желудок.
Но Бэкк его уже не слушала, а голосила во всё горло:
– В дремучем лесу то ли век, то ли два
Жила молчаливая птица – сова.
Чем больше она молчала,
Тем больше она замечала,
Чем больше она замечала,
Тем дольше она молчала.
Так может быть, стоит и нам поучиться
У этой неглупой и опытной птицы?
Девушка шла впереди Бэна, прискакивая и иногда оборачиваясь на него. Волосы Бэкк цвета белого золота почти касались лопаток, они колыхались из стороны в сторону, поблёскивая на солнце и открывая небольшие шрамы на шее и спине. В этой девушке было больше жизни и радости, чем во всём окружении Бэна. Она улыбалась ему, обнажая белые зубы, и на щеке вновь заиграла ямочка. Почему-то сейчас она кажется более привлекательной, чем несколько часов назад. Бэн смотрел на лёгкую походку Ребекки и сам поневоле начал пританцовывать. Слова и мотив этой нелепой песни впечатались в его память прекрасным воспоминанием. Ему хотелось идти так с Бэкк и её дурацкими песнями как можно дольше. Просто идти и не вспоминать о всём грузе, который навалился на плечи Бэна, о предательстве Оливии.
Бэкк закончила петь и присела на корточки, обхватив затылок.
– Что с тобой? – Бэн подбежал к ней и присел рядом.
– Всё нормально. Просто голова закружилась, – почти шепотом ответила девушка.
Бэн положил свою руку на её, Бэкк подняла голову и заглянула в глаза Бэна. Как он раньше не замечал, на сколько черные и бездонные эти глаза? В них может поместиться целая вселенная. Бэкк вздохнула и улыбнулась:
– Идём дальше?
– Ты точно в порядке?
– Да, просто нужно поесть. Предлагаю ускорить шаг.
– Как, еще? Тогда нам придется бежать, – сказал Бэн, продолжая обнимать девушку.
Бэкк встала и потянула за руку Бенджамина.
– Ради омлета и пары колбасок-гриль я могу пробежаться.
6.
Бэн поравнялся с Ребеккой, и они зашагали в сторону города. Через полчаса их пешей прогулки молодые люди услышали звук приближающейся машины. Бэкк выбежала на середину дороги и стала размахивать руками. Пикап притормозил и съехал на обочину, за рулём сидел пожилой мужчина с очень густыми усами до самого подбородка:
– Это ваш форд стоит в районе леса?
– Да, сэр, – ответил Бэн, – мы направлялись в Луизиану, а машина совсем не хочет ехать.
– В Луизиану?
– Да, мы хотим попасть в Новый Орлеан! – с воодушевлением сказала Бэкк и снова пожалела, что доверилась незнакомцу. В её положении стоит поучиться у совы из песенки.
– Прыгайте, ребятки, сюда, я довезу вас до города.
– Очень мило с вашей стороны! – Бэкк села первой, Бэн за ней.
– Я отвезу вас в автомастерскую Спенера, он знает своё дело и у него есть автоэвакуатор.
– То, что нужно. – ответил Бэн,
В машине на козырьке была прикреплена фотография маленькой девочки в окружении пионов. Мужчина заметил, как Бэкк разглядывает фото:
– Это моя внучка Гвен.
– Красивая.
– Да, она живёт со своей матерью на Аляске. Мы видимся с ней два раза в год.
– Как далеко, – с сочувствием сказала Бэкк, – как она туда забралась?
– Митч, так звали моего сына, женился на девушке из Уэнрайта, они переехали к ней, родилась Гвен и через два года моего сына не стало. Он работал пожарным, погиб при исполнении.
– Как ужасно, соболезную вам, мистер...
– Можно просто Джонни. Ну а вы, ребятки, детей планируете?
– Ох, – Бэкк покраснела, – мы не…
– Мы не вместе, – закончил за неё Бэн, – мы просто друзья.
– Друзья?
Бэкк посмотрела на Бэна и улыбнулась. Опять эта ямочка. Бэн отвернулся в окно и увидел табличку с надписью: «Добро пожаловать в Блумфилд. Население 414 человек».
Городок оказался посёлком, весьма небольшим посёлком. Всё здесь казалось маленьким: небольшие домики с маленькими садами ограждали такие же небольшие заборчики. Машина проехала две улицы, повернула направо и остановилась возле дома с надписью на гараже «Автомастерская Спенера». На террасу из дома вышла женщина невысокого роста в клетчатом фартуке, вытирая руки о полотенце.
Джонни высунулся в окно и крикнул:
– Доброе утро, Мэри, я привёз вам гостей! И для Гарри есть работёнка, он дома?
– Ох, Джонни, что же ты не предупредил? – женщина засуетилась и позвала мужа: – Гарри! Гарри, у нас гости!
Из гаража вышел абсолютно лысый мужчина с «весёлыми» морщинками вокруг глаз, он прищурился, закрыв ладонью глаза от солнца:
– Кто там у тебя?
– Эти ребята застряли на территории леса, машина не едет, нужен эвакуатор.
– Что ж, я помогу, но за ремонт я беру только наличными.
– Без проблем, сэр, – Бэкк перегнулась через Бэна, – Только подскажите, где у вас ближайшее кафе, мы умираем с голоду!
– Милая, ну что ты, – Мэри быстрым шагом подошла к машине и открыла пассажирскую дверь, – вы наши гости, пожалуйста, входите в дом, сейчас будем завтракать.
– Это не очень удобно, – сказал Бэн.
– Нет, это очень даже удобно, – перебила его Ребекка и пихнула бедром.
– Да, – сказал Гарри, – вы ешьте, а я пока притащу ваше авто, Джонни, прокатишься со мной?
– Без проблем, дружище.
– Спасибо, вы очень милы. – Бэкк улыбнулась Джонни и продолжала выпихивать из машины Бэна.
Молодые люди последовали за женщиной в дом, на первом этаже которого было всего две комнаты: кухня и гостиная. В центре гостиной стоял диван, прикрытый коричневым пледом, и два кресла вокруг журнального столика, на котором лежали папки с какими-то бумагами, сидя в этих креслах можно погреться у камина. Слева располагался круглый плетёный стол и стулья. На деревянных стенах, между окнами, красовались небольшие картины с пейзажами и сказочными птицами.
– Проходите, дорогие. Присаживайтесь. Меня зовут Мэри, мой муж Гарри, сейчас позову Адама, – женщина посмотрела вверх в направлении лестницы: – Адам! Сынок, спустись, у нас гости.
– Я Бэкк, а это мой друг капитан Бенджамин Вотерс. Как здорово, миссис Спенер, что вы нам помогли.
– Ну что вы, у нас в посёлке не часто бывают гости.
– Сегодня утром мы проделали немалый путь, да Бэн?
Бэн кивнул и присел за стол. С кухни доносился приятный запах поджаренного бекона.
– Ох, ну что же я. – Мэри опять закружила по комнате, суетясь возле шкафа у стены, – вам должно быть, нужна ванная? Она на втором этаже, вторая дверь направо. А где ваш багаж? В машине?
– Мы налегке, – Бэн посмотрел на рюкзак, – думаю, душ лишним не будет. Спасибо.
– Миссис Спенер, как далеко у вас магазин?
– Дорогая, ты можешь называть меня Мэри.
– Хорошо, Мэри.
– Магазин через дорогу, но сперва позавтракайте.
– Отлично! Бэн, мне нужны деньги.
Бэн посмотрел на Бэкк с осуждением. Неужели она не понимает всю серьёзность её положения.
– Бэкк, может расплатишься моей кредиткой?
– Отлично, кэп, твои сослуживцы заслуживают услышать занимательную историю о твоём путешествии в Луизиану.
– Обсудим это позже.
– Извините, что вмешиваюсь, – неловко сказала Мэри, – но сегодня воскресенье и магазин закрыт до обеда. А что вам нужно?
– Мэри, не найдется ли у вас в таком случае для нас пары полотенец? Я готова их купить.
– Что ты, детка, я дам вам полотенца совершенно бесплатно!
К завтраку приехали Гарри с Джонни и со второго этажа спустился Спенер младший.
– Адам, – парень протянул руку Бэну и кивнул Бэкк.
Это был высокий, не под стать родителям, худощавый молодой человек 18 лет. У него были длинные черные волосы, убранные в хвост, в пальцы его рук въелось что-то черное, толи краска, толи мазут.
– Очень приятно, Адам, меня зовут Бэн.
– Бэкк, – улыбнулась своей фирменной улыбкой девушка.
– У вас семейный бизнес, да? – Бэн кивнул на руки парня, и тот смущенно убрал их под стол.
– Нет, Адам не интересуется машинами. Он увлекается девчачьими занятиями. – Гарри посмотрел на сына, который исподлобья наблюдал за нарезанным хлебом в центре стола.
– Ничего подобного, Гарри, – Мэри неодобрительно взглянула на мужа, – Адам отлично рисует и музицирует. Все картины в доме нарисовал он.
– Я не музицирую, а просто играю на гитаре, достаточно любительски. – подал голос Адам.
– Это прекрасное увлечение! И вполне мужское, – Бэкк встала на защиту парня, – Адам, у тебя огромный талант, который нельзя зарывать в землю, а я кое-что смыслю в картинах, уж поверьте.
– Спасибо, – буркнул Адам и приступил к еде.
После завтрака Бэкк поднялась в ванную, а Гарри и Бэн отправились в гараж.
– Да тут работы на день, а то и два. – подытожил Гарри.
– Как на день? Что, всё на столько плохо?
– Здесь дело не в свечах, Бенджамин, надо перебирать коробку передач.
– Нам даже негде остановиться.
– Остановитесь у нас, Мэри постелет вам на диване.
– Мы не можем так злоупотреблять вашим гостеприимством.
– Злоупотреблять, это если утром вы уедете, прихватив с собой нашу мебель, Вотерс, но вы мне внушаете доверие, – рассмеялся мужчина.
Мужчины провозились в гараже до позднего вечера. Бенджамин даже не заметил, как быстро прошел день. Миссис Спенер дважды заходила и тихонько ставила на столик еду: сэндвичи и пирог с мясом. Закончив с ремонтом машины, мужчины выпили по бутылке пива, а после Гарри сел в кресло на террасе и закурил трубку.
– Ты куришь, сынок?
– Нет, сэр, спасибо за предложение.
Бэн вернулся в дом, принял душ и заглянул в комнату, откуда разносились звуки гитары. Адам сидел на своей кровати и играл на инструменте, а Бэкк, одетая в красную футболку устроилась на полу. Её волосы были убраны в пучок, её кожа и без того бледная, сейчас, при свете тусклой лампы, казалась совсем белой. Бэн постучал в дверь, музыка сразу прекратилась.
– Бэн, – улыбнулась Бэкк, – Входи, Адам отлично играет для самоучки!
Юноша потупил взгляд и покраснел:
– Очень любительски.
– А я в юношестве тоже играл на гитаре. – Сказал Бэн.
– Правда? – Бэкк ещё больше расширила без того огромные глаза, – Оказывается ты не такой уж зануда. Сыграй нам.
Адам передал гитару Бэну. Тот взял её в руки и погладил гриф.
– Это было так давно… Я боюсь, что пальцы уже не вспомнят, какого это бить по струнам.
– Просим, просим, – Ребекка запрыгала на месте и захлопала в ладошки.
– Только не судите строго.
Бэн присел на кресло у окна и положил гитару на левое колено. Руки Бэна трепетно держали гитару, как любимую женщину, а пальцы словно целовали струны. Он стал играть перебором и запел песню Элвиса «Where Do You Come From»5 (прим. автора «От куда ты такая»). Он пел эту песню и смотрел на Бэкк:
– Откуда ты такая?
Скажи мне, кто ты?
Ты что – из другого мира
Или с далёкой звезды?
Откуда ты такая?
Такая ли ты, какой кажешься?
Ты настоящая?
Ты и впрямь стоишь там
Или это лишь сон?
Бэкк посмотрела ему в глаза. Такие серые и грустные. Что спрятано в этих глазах? Она слушала голос Бэна, затаив дыхание, а Бэн продолжал петь:
– Расскажи мне побольше о себе.
Ты чувствуешь то, что чувствую я?
Ты всего лишь видение
Или ты в самом деле реальна?
Откуда ты такая?
Ангел, может, останешься?
Скажи мне всё, что мне следует знать,
Скажи мне, что ты останешься.
Он закончил петь, смотря в её чёрные глаза, в которых так много загадок. Бэн смотрел в них, понимая, что утопает в этом гипнотическом взгляде, но ему не хотелось сопротивляться, пусть он утонет в её глазах.
Бэкк проморгалась и вытерла слезу:
– Бэн. Это было… так прекрасно. Почему ты не поёшь на сцене?
– Это просто небольшое увлечение юности, ничего больше.
– Были бы у меня такие способности, я бы не мешкал. – Сказал Адам.
– Но и у тебя есть дар. – Бэкк посмотрела на юношу, – ты отличный художник, нужно развивать это.
– На самом деле, это тоже простое увлечение.
– Нет, Адам, Бэкк права, не зарывай свой талант.
– Тогда почему вы зарыли свой?
Бэн подошел к окну и сунул руки в карманы. Так он стоял какое-то время, потом вздохнул и сел рядом с Адамом:
– Понимаешь, друг, в жизни иногда бывает не всё, как мы того хотим. Порой судьба даёт нам пинка под зад, и мы делаем выбор между тем, что нам нравится и тем, что нам должно нравиться.
– Не понимаю.
– Когда обстоятельства вынуждают тебя выбрать «правильную профессию», то всё остальное уходит на второй план.
– Вот и мои «обстоятельства» вынуждают сидеть в гараже.
– Это неправильно. – Бэкк с воодушевлением поднялась с пола и села рядом с парнем. – Адам, ты должен рисовать, может, даже обучать местных детишек.
– Легко сказать. Для этого нужно помещение, а с помещениями в Блумфилде беда. Когда-нибудь я заработаю денег и выберусь от сюда. Перееду в Нью-Йорк и стану большим человеком.
– Ты потеряешь себя в большом городе. Начни с малого, а дальше судьба покажет.
Парнишка вздохнул и снова осунулся, кажется, что он даже стал меньше ростом.
– Ладно, уже поздно, нам утром рано вставать. – сказал Бэн.
– Спокойной ночи, Адам, – Бэкк, выходя из комнаты, подмигнула мальчишке, тот в ответ улыбнулся одним уголком рта.
7.
– Будешь чай? – Ребекка внесла с кухни две чашки с горячим напитком.
– Да, ты мои мысли прочла.
Бэкк улыбнулась и вручила ему чашку.
– Я буду спать на полу, а ты ложись на диване.
– Спасибо, Бэн.
– За что? Мне надули матрац, всё в порядке.
– Спасибо за всё.
Бэкк подошла к журнальному столику и открыла папку. Внутри было много набросков и законченных рисунков. Адам рисовал почти всё, что его окружало: деревья, портреты жителей посёлка, церковь, птицы…
– Бэн, мы должны ему помочь.
– Как?
– Послушай, если мне все равно мотать тюремный срок, я хочу получить свою долю денег.
– Ты в своём уме? О какой доле ты говоришь?
– 400 тысяч. Это ровно 50% акций.
– Но твои только 30%, не забывай.
– Я думаю, что заслужила еще 20% за то, что была так предательски обманута.
Бэн понимал её как никто дугой. Его тоже обманули, тоже предали и будущее, которое казалось таким предсказуемым, в один миг треснуло и разлетелось по кусочкам.
– Хорошо. Думаю, ты заслужила свои 50%.
– Мы оставим часть денег на мастерскую Адама.
– Ты с ума сошла? Ты знаешь его меньше суток. А если он пустит деньги на алкоголь и наркотики? Ему всего 18.
– Я верю, что он не обычный подросток. У него талант к искусству, Бэн, ты сам видел. – Бэкк протянула ему папку с рисунками.
Он взял у неё папку и присел рядом у горящего камина.
– Да, парнишка талантлив.
Бэкк прикоснулась плечом к плечу Бэна и по её телу словно прошёл электрический ток. Она отпрянула и заглянула в его глаза. Что-то произошло. Что-то необъяснимое и волшебное. Бэкк обняла Бэна и поцеловала его в горячие от чая губы. Бэн прижал Бэкк к себе. Как странно, вчера утром он горевал о разрыве с Оливией, а сегодня у него кружится голова от жаркого поцелуя этой женщины. Бэн обхватил ладонями её голову и целовал её губы, щёки, нос, глаза и вески. Ох, как пахнут её волосы.
Бэкк словно пришла в себя и отпрыгнула.
– Прости, Бэн. Прости.
– За что?
– Так нельзя. У тебя кольцо в рюкзаке, ты должно быть, почти помолвлен.
– Нет, это кольцо было для той, кто не заслуживает даже мысли о свадьбе. Я просто поздно понял это. Между нами всё кончено.
– Все равно, так нельзя. Извини. Давай спать.
Бэкк легла на диван и скрутилась калачиком.
8.
Рано утром Ребекка и Бенджамин, поблагодарив радушных хозяев, отправились в путь. Мэри упаковала им в дорогу несколько бутербродов и садовых яблок. Позже Адам нашёл в своей папке 20 тысяч долларов и записку «Пусть твои мечты исполнятся. Бэкк и Бэн.».
Молодые люди ехали молча, не проронив слова о вчерашнем вечере. Бэкк включила радио и подпевала Селене Гомес6, в то время, как Бэн пытался внимательно следить за дорогой, не обращая внимания на лодыжки Бэкк, которые она, скрестив ноги, положила на панель.
За окном одни пейзажи сменяли другие, поля переходили в леса, потом снова в поля и равнины. Они проезжали мимо озера Инид, когда Бэкк нарушила молчание:
– Какая красота. – она смотрела в окно, как завороженная.
Бэн выкрутил руль и повернул к озеру:
– Предлагаю сделать небольшую остановку.
Бэн подъехал к побережью по гравию и остановил машину.
Вдоль песчаного берега кое-где росли ели и сосны. Голубая гладь воды отделялась от неба небольшой полоской противоположного берега. Озеро раскинулось полотном, блещущим буйством красок. Зеркальная гладь воды отражала солнце, бывшее в зените, которое играло бликами на ветвях деревьев. Озеро жадно принимало краски, которые преподносило ему всё вокруг. Здесь была и насыщенная зелень островков прибрежных трав, и охристо-красные тона стволов сосен, и белизна проплывающих облаков, но ярче всех сиял цвет небесной лазури. Во всём этом природном очаровании казалось, будто время остановилось. Бэкк вышла из машины, подошла к озеру и сняла обувь. Она бегала по воде туда и обратно, вызывая при этом недовольство и громкий крик местных птиц. Бэн закатил штанины и присоединился к Ребекке. Как славно любить жизнь и всё, что с ней связано. Обычные мелочи для него превратились в необыкновенное чудо природы.
Вода была прохладной, но это не мешало Ребекке кружиться в каком-то причудливом танце, а Бэну брызгать в неё водой. Надурачившись, Бэкк присела у сосны, облокотившись на ствол дерева и потёрла свою шею. Бэн принес еду из машины и присел рядом. Над их головами запела какая-то птица, Бэн посмотрел наверх:
– Должно быть соловей. Так заливается.
– Нет, это странствующий дрозд, Бэн. Его пение часто путают с соловьиным. – Бэкк тоже посмотрела наверх и сразу опустила голову.
– Я не знал, что дрозды умеют так петь.
Птица взлетела с ветки и, сделав круг над головами Бэкк и Бэна, опустилась на землю неподалёку. Небольшая птичка с чёрной головкой, пёстро-серыми крыльями и оранжевой грудкой, что-то искала в траве.
– Это же Американский Робин7! – Бэн был рад, что узнал птицу, – Он символ нашего штата!
– Да, ты прав. – Бэкк улыбнулась и посмотрела на Бэна, – а ты знал, что самцы этого вида дроздов настоящие джентльмены? Они могут очаровать своих партнерш, готовя для них ужин из всяких жучков и червячков, тем самым доказывая, что являются отличными добытчиками и смогут прокормить свою вторую половину, пока та будет высиживать птенцов!
Дрозд ещё немного порылся в траве и взметнул обратно на ветку дерева.
– Ну, жучков и червячков я тебе не обещаю, а вот прекрасным бутербродом с нежнейшей ветчиной и сыром, пожалуй, угощу. – Бэн протянул ей пакет с едой.
– Спасибо.
Перекусив, они снова отправились в путь. Бэкк просила не делать больше длительных остановок, только если по великой нужде. Ей хотелось, как можно скорее добраться до заветной цели – Нового Орлеана. Пощёлкав по экрану навигатора, девушка сделала вывод:
– Ехать ещё примерно 5 часов.
– Ты проголодаешься за это время.
– У нас остались яблоки, и мы можем купить на заправке что-нибудь съедобное.
– Бэкк.
– Да?
– Почему именно Орлеан?
– Возможно, это мой последний шанс.
– Но почему не Уругвай или Лондон? Почему Новый Орлеан?
Ребекка снова поджала ноги под себя и мечтательно закрыла глаза:
– Когда я была совсем ребёнком, на рождество родители подарили мне книгу про города Соединённых Штатов, тогда я подумала, что это Санта делает мне намек, что я должна знать об Америке чуточку больше, чем население моего родного города. – Бэкк улыбнулась и замолчала на какое-то время, затем продолжила: – В той книжечке я обожала страничку про Новый Орлеан. Там были такие яркие иллюстрации: высокие дома, уютные ресторанчики прямо на улицах, кареты с лошадьми в упряжках, красивые дамы в элегантных платьях шли под руку со своими кавалерами – и всё в огнях. Это город – праздник. Я открывала эту страничку и представляла, как я в таком же красивом блестящем зелёном платье с перьями на голове иду, взяв под руку своего кавалера и кидаю монетку музыканту, который рядом волшебно играет на саксофоне.
– Почему ты не съездила раньше?
– Сначала я училась в школе и мне казалось, что я мала ещё для Орлеана, потом отец получил ранение в спину и перестал ходить. Маме пришлось оставить дела в галерее, продать почти все акции и заняться чем-то другим дома. Она стала преподавать. Трижды в неделю к ней приходили ученики играть на пианино. Ну а потом… их не стало. И я перестала мечтать.
– Наши родители всегда уходят, как бы это ужасно не звучало.
– Ну а ты? У тебя была в детстве мечта?
Бэн молча кивнул, и улыбаясь продолжил вести машину.
– Так не пойдёт! Я рассказала тебе о своей мечте, теперь ты должен рассказать мне о своей.
– Разве была такая договорённость?
– Это же не честно, Вотерс!
– Всё честно. Я не просил рассказывать мне свою мечту детства.
– Ты спросил: «Почему Орлеан», это то же самое.
– Нет, не то же.
Бэкк надула губы и отвернулась к окну.
– Почему ты обиделась?
– Я с тобой не разговариваю. Это всё твои «коповские» штучки, выудить из человека всю правду, а самому молчать.
Бэн рассмеялся:
– Ну хорошо, я скажу тебе о своей детской мечте. Только чур не смеяться. Договорились?
– Честно-причестно, смеяться не буду! – Бэкк запрыгала в кресле, как ребенок.
– Я мечтал стать рок-звездой.
– А почему я должна рассмеяться? Об этом мечтают многие дети. Только некоторые поют в расчёску, а у других действительно есть талант, и они его скрывают по какой-то не ведомой для меня причине.
– Я могу играть на гитаре, но не могу сочинять песни.
– Бэн, очень многие звёзды песни себе не пишут. Они исполняют то, что для них написали другие!
– Об этом в 14 лет я почему-то не подумал. В любом случае, я не смог бы просто так взять и уехать из дома и бросить мать, как это сделал мой отец.
– Ах, вот в чем дело. Ты не должен отвечать за поступки своих родителей.
– Я должен быть мужчиной.
– Ты и есть мужчина. – Бэкк посмотрела на Бэна взглядом, наполненным уважением, восхищением и грустью одновременно.
Оставшуюся часть пути они разговаривали, шутили и смеялись, не думая не о чём.
9.
Вскоре на горизонте появились огни большого города. Города-праздника, Нового Орлеана. Бэкк ёрзала на месте, волнуясь, будто там её ждет самый важный этап в жизни. Бэн иногда поглядывал на неё украдкой и ухмылялся переполненный чувством гордости за то, что он вот-вот исполнит её заветную мечту.
Они заехали на окраину города и направились в центр, где было больше шумных машин, больше высоких домов, больше ярких огней и больше жизни. Улицы становились уже от многочисленных антикварных магазинов, бутиков и ресторанов. Здесь не было шикарных дам в вечерних туалетах с длинным мундштуком в руках, как представляла себе Ребекка, многие люди ходили в обычных джинсах и майках и передвигались на велосипедах, но всё же это изобилие жизни и веселья создавало вокруг себя пышную праздную атмосферу. Город дышал музыкой и восторгом туристов.
Бэн проехал мимо французского квартала и повернул к отелю.
– Бэкк, думаю, нам нужно где-то становиться.
Ребекка вышла из машины и осмотрелась. На гостинице сверкала табличка с названием «Интерконтиненталь». Бэн взял рюкзак и подставил Бэкк свою руку. Девушка обхватила его за локоть, и они вместе вошли в фойе. Обстановка была великолепной: глянцевый, коричневый пол отражал огромную люстру и богатые портьеры на окнах. По бокам стояли небольшие столики с пышными букетами гортензий и уютные кожаные диванчики, в центре зала располагалась стойка ресепшена. На ресепшене стояла милая блондинка в строгой одежде, казалось, что улыбка – это тоже часть её униформы.
– Добрый вечер, вы бронировали у нас номер?
– Здравствуйте, эээ… Нет. Наше решение остановиться именно в вашем отеле было спонтанным.
– Большое спасибо, что сделали такой выбор. Пожалуйста, можно ваши документы, сейчас мы найдём для вас подходящее предложение.
Бэкк посмотрела на Бэна. Что же делать, ведь документов у неё нет.
– Милая, я оформлю на себя. – Бенджамин передал сотруднику свои документы.
– Хорошо, – девушка в форме улыбнулась и посмотрела на Бэкк, – Миссис Вотерс, сегодня у нас проходит выставка модной одежды от знаменитых дизайнеров, приглашаем вас посетить это мероприятие.
Девушка пощелкала по клавиатуре и обратилась к Бэну:
– Мы можем предложить вам номер люкс с балконом, в комнате большая кровать, камин, телевизор, ванная, диван и ещё одна комната – столовая. Стоимость 1800 долларов в сутки. Есть варианты дешевле. Стандартный номер на двоих, в комнате одна кровать, телевизор и душевая, так же есть балкон, стоимость такого номера будет 600 долларов в сутки. Иии…. К сожалению, это все предложения на данный момент.
– Думаю, нам подойдет комната с кроватью и диваном, – сказала Бэкк.
– Люкс. Гулять, так гулять, – Бэн улыбнулся и обнял Бэкк за плечи.
– Отлично, пожалуйста, ваш ключ. Портье доставит ваш багаж.
– Мы на легке.
– В таком случае, он проведет вас до номера. Хорошего отдыха, мистер и миссис Вотерс.
Номер оказался на четырнадцатом этаже, в нём царил идеальный порядок. По середине комнаты стоял большой прямоугольный стол, который больше подходит для деловых переговоров, чем для романтичного ужина. Справа устроился коричневый кожаный диван, перед ним лежал мягкий светлый ковер, который доходил почти до самой стены с камином. В соседней комнате стояла просто гигантских размеров кровать с высоким чёрным изголовьем, на стене висел телевизор, а под ним располагался небольшой столик с шампанским в ведре, комплимент от отеля. На балкончике, куда можно попасть из спальни, стоял маленький плетёный столик и два стульчика. Оттуда открывалось всё великолепие Нового Орлеана.
Бэн дал чаевых мальчику-портье и закрыл за ним дверь. Ребекка оббежала вприпрыжку вокруг стола и плюхнулась на большую кровать, раскинув руки и ноги.
– Я в нирване!
– Ну-с, чем займёмся? – Бэн прилёг рядом с ней.
– Для начала я схожу в ванную, а потом мы пойдем гулять. – Бекк подскочила и стала прыгать на кровати: – Гулять! Гулять! Гулять!
– У тебя есть ровно полчаса, потом в ванную займу я.
Бэкк скрылась за дверью ванной комнаты, а Бэн тихонько вышел из номера.
10.
Иногда мы способны на такие поступки, которые никогда не ожидали от себя. Например, потратить всю зарплату на то, чтобы слетать в другой город на концерт любимой группы или взять домой бездомного пса или уехать далеко от привычной жизни с незнакомой девушкой и влюбиться в неё.
Бэкк вышла из ванной и увидела большую золотую коробку на краю кровати. Бэн, улыбаясь, проскользнул в ванную комнату, выпалив на ходу:
– Я заказал нам столик в ресторане.
Ребекка открыла коробку и увидела потрясающее платье цвета молодой травы. Оно переливалось многочисленными пайетками по всей длине. Бэкк достала платье за тонкие лямки и прижала его к груди. Совершал ли для неё кто-либо такие поступки? Она села на пол у двери в ванную, тихо заплакала и прошептала:
– Спасибо.
Когда Бэн вышел из ванной, перед ним предстала потрясающая женщина в элегантном коктейльном платье. Волосы были приглажены на левый бок и иногда касались ямочки на её щеке.
– Ты такая…
– У нас свидание? – перебила его Бэкк.
– Если ты разрешишь пригласить тебя на свидание.
– Разрешу. Спасибо за платье. Думаю, к нему было бы не плохо приобрести туфли.
– Туфли! – Бэн ударил себя ладошкой в лоб.
– Бэн, я не знаю, как спросить.
– Спроси прямо.
– Это платье куплено на деньги в рюкзаке?
– Нет, Бэкк, ты плохо обо мне думаешь. Видишь ли, у меня была вещь, которая мне не скоро пригодится, а неподалёку есть ломбард.
– Ты заложил кольцо?
– Да. И не жалею об этом. Ты потрясающе выглядишь. И ты права, тебе нужны туфли.
– Это неправильно. Ты не должен был…
– Я сам решу, что я должен, а что нет. Дай мне десять минут, и мы поправим ситуацию с обувью.
