![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dva-plyus-odin-si-319987.jpg)
Текст книги "Два плюс один (СИ)"
Автор книги: Елена Неиванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)
– Береги себя.
Глава 15
Глава 15
Молча наблюдая за тем, как Макар быстрым шагом удаляется в сторону машины, Ксюша ощутила что кровь медленно застывает в венах. Она становится тягучей и густой, как липкий сироп. Зажимая со всей силы ключи в ладони, кончики пальцев моментально побелели. Досада. Хотела столько всего сказать, поблагодарить от души, не вышло, не успела… ведь он так быстро развернулся и ушел, что даже не смогла в последний раз посмотреть в глаза. Запомнить каждый перелив бирюзовых оттенков. Напиться их свежей морской прохлады, согреться в темно – изумрудной волне теплоты. Сколько противоречивых эмоции вызвал этот парень.
Под ногами захрустело битое стекло. Макар остановился и посмотрел вниз, затылком ощутил – не ушла. "Может быть потому что не к кому идти"? В глубоком закоулке души, почти не освещённом сознанием, жалобно кто-то шаркал мягкой лапкой. Макар обернулся и задержал взгляд на женском силуэте. Словно тоже хотел запечатлеть в памяти девочку– катастрофу: худенькую, полупрозрачную, с пепельными волосами и смешным вздернутым носом." Почему не уходит"? Промелькнула мысль и он вопросительно посмотрел вдаль, подняв брови. Ксюша осознала, что Макар обратил на нее пристальное внимание, от того суетливо помахала рукой, зажатой в кулак. Ключ больно впился в кожу ладони. "Черт! Дура!"
В ответ он также поднял открытую ладонь и лениво улыбнулся. К сожалению, Ксюша не могла рассмотреть издалека тусклый огонек сожаления, загоревшийся в зелёных глазах. Быстрым шагом вошла по ступенькам старого крыльца. История закрыта.
***
… А сейчас прозвучит композиция специально для одной очень хорошей девушки..– звучал мелодичный мужской голос из динамиков. Макар сделал потише и нащупал сигареты возле коробки передач.
Пепельно – серые облака на горизонте превратились в дымчато– синие. Окончательно потемнело буквально за несколько минут. Частный сектор, что мелькал за окном, навевал тоску. Покосившиеся заборы, большие промежутки между домами, поросшими бурьяном. Хотел уже свернуть направо, на главную трассу, но внезапно зазвонил телефон. Притормозил резко, съехав на обочину. Хорошо, что сзади никого не было.
– Мам, ну что случилось, уже сутки прощаемся, – усмехнулся и выкрутил руль.
– Сынок, где же ты был, я тебе обзвонилась целый час! – тревожно прозвучал голос в трубке.
– Что случилось? Я с друзьями посидел часик, попрощался, и, наверное, забыл снять с бесшумного. Выехал недавно, – зелёные глаза взволнованно пробежали по приборной панели.
– Я в больнице, с Катей.
– Ну не тяни, что произошло? – нетерпеливо зарычал.
– Ой, Макарчик, совсем ее переломал этот скотина, – сдавленно ответила, сдерживая рыдания. – Позвонили мне из полиции, сказали, что отвезли в реанимацию. Он голову ей пробил.
В ответ сын сжал пачку рукой до такой степени, что пальцы онемели.
– Сейчас приеду, – процедил сквозь яркую кроваво – красную пелену ярости. Вот сердцем предчувствовал, что – то должно было произойти. Катька у матери неделю не появлялась, хотя до этого обещала навестить.
Анна Андреевна заметно занервничала и мутным взглядом посмотрела на белую дверь. Она всегда надеялась на сына.
***
Удушливое солнечное пекло сменилось порывистым ветром. Небо заволокло низкими тучами. Казалось, проползая над крышей соседнего здания, они распорят свое серое брюхо и прольются дождем.
Закрывая форточку, Ксюша мельком посмотрела вниз. Первые крупные капли застучали по железным откосам. "Полинка должна прийти, но что – то опаздывает, хотя.." Пригляделась. Действительно, ее яркая жёлтая куртка мелькала под окнами.
– Сейчас! – крикнула громко в открытое окно и от радости выбежала из палаты со скоростью ветра.
– Макарова, поспокойнее, пожалуйста, вы не одна по коридорам ходите, – прозвучал голос врача, державшего с руках стопку медицинских карточек. Обернувшись, девушка широко улыбнулась. Почти родной человек пришел! Какое уж тут поспокойнее.
На улицу не пошли, поскольку дождь заметно усилился. Полинка вошла в общий холл и предложила присесть на узкую лавочку возле окна. Обменявшись горячими объятиями, подруги искренне улыбались. Чистые, незамутненные эмоции, переполнили душу.
– Вот тебе, смотри сколько принесла, – раскрыла пакет, – Сыр, как ты любишь, и рыбку соленую и даже. чипсы (шепотом).
– Полька, как я рада, спасибо большое, не стоило столько набирать, у меня все есть, мне Макар на днях привез пакет.
– Я что – то пропустила? Он не уехал?
– Нет, он уехал, но перед этим привез мне лекарства и продукты.
– Ничего себе парень, повезло кому-то, – поджала нижнюю губу в изумлении.
Подробным рассказом Ксюша подтвердила догадки подруги. Повествование получилось сбивчивым и очень эмоциональным. Периодически девушка покрывалась красными пятнами и вытирала о коленки потные ладони.
– Ксения, да ты никак влюбилась? – с подозрительным прищуром посмотрела подруга.
– Прекрати, я просто ему благодарна. Ну, конечно, он симпатичный мужчина, и в него можно влюбиться. Просто смешно сейчас об этом думать, в моем положении..
– А любовь она не спрашивает, в каком ты положении. Хлоп и готов! – комично развела руки в стороны.
– Хорош подкалывать, закрыли тему! – сердито нахмурила брови.
– Во-во, – скептически цокнула языком, – Макар то, Макар сё, все таки не он отец ребенка, уж лучше бы Тимуру позвонила, сообщила, что лежишь. Авось приедет.
– Не смеши меня, приедет он, – махнула рукой девушка и посмотрела на свои ноги в резиновых тапочках. Полина задумчиво посмотрела в окно. Дождь шёл стеной, бил косыми струями по стеклу, словно просился внутрь.
– Макарова, кто знает, как жизнь повернется. Может подрастет, одумается.
– Ну да, как в фильмах, приедет отец, когда сыну уже пять лет. Мне сейчас поддержка нужна, а не потом..
– Я настаиваю на том, чтобы ты ему позвонила.
– У меня другие планы: надо сначала работать выйти и маме рассказать о беременности.
– Похвально, но сложно.
– Я что – то не поняла, ты приехала поддержать? – на выдохе пошутила и ткнула пальцем подругу под ребро.
– Все будет, конечно, просто нужно обдумать. – Квартиру – то дальше сдавать будем? – на полном серьезе спросила.
– А ты сама как думаешь? – скептически скривила губы девушка.
– Значит, Игорь..
– Полинка, я тебя сейчас покусаю.
– А я думала, от чего тебе столько уколов колят..
Дружный хохот залил все пространство холла. Даже охранник бросил пялиться в газету и посмотрел сурово на девушек сквозь роговую оправу очков.
***
Врач в белом халате выглядел утомленным и несвежим. Заметив знакомую фигуру возле палаты, он скептически поднял бровь.
– Послушайте, я Вам говорю, ее сейчас нельзя транспортировать в Москву, если только частным самолётом.
– Почему никак не стабилизируется состояние? – усталым голосом спросил, потирая воспалённые глаза.
– Я Вам что, Бог, вы же видели в каком состоянии поступила. Аневризму тоже видели. Операция прошла успешно, но девушка поступила тяжёлая..
Макар понимал умом, что положение сестры критическое, но ничем не мог помочь. Дежурил практически каждый день, поддерживал мать, как мог. Сейчас бы перевезти ее в Москву, в Бурденко, но риски были очень велики.
Вышел на улицу покурить. На крыльце стояли три молодых врача в белых халатах и весело обсуждали последние новости. Дождь лупил с такой силой, что два раза срабатывал датчик движения на автомобиле. Макар весь промок, пока сбегал на соседнюю улицу за сигаретами. Наступив в огромную лужу, внезапно вспомнил о Ксюше. В этой всей суете совсем забыл о том, что девушка находится совсем недалеко. Возле центральной площади.
***
Час назад ушла Полинка и стало совсем тяжко. Ксюша не могла больше находиться в палате.
– Вера Борисовна, отпустите, пожалуйста, я больше не могу лежать, Вы же сами сказали, что все хорошо.
– Ксения, понимаете, существует протокол лечения, Вы должны полежать определенное время, понимаете? Не я это придумала. Да и потом, уколы колоть нужно дальше. После перерыва анализы.
– Я сделаю анализы, а уколы может и подруга, она умеет. немного, – искренне выдала Ксюша и мило улыбнулась, обнажив ряд белых ровных зубов.
– Ксения, я понимаю, лежать здесь никому не хочется, но поймите, это не в моей компетенции, что – то случится, кто отвечать будет?
– Я напишу расписку, – упёрлась рогом.
– Хорошо, пишите и собирайте вещи, но второй раз не ждите хорошего отношения к Вам. Занимаетесь Бог знает чем..
Согласившись, Ксюша спустя десять минут уже собирала пакет. Ася выписалась накануне, а Людмила лежала пластом после перенесенной операции.
– Все будет хорошо, передавайте привет дочке, пусть будет самой красивой первоклассницей и приносит только хорошие оценки, – положила на столик женщине два крупных апельсина.
– Спасибо, Ксюшенька, и ты не болей больше, лёгкой беременности тебе и счастья женского!
– Спасибо, кивнула и прикрыла за собой дверь
Глава 16
Глава 16
***
Ксюша проснулась утром слишком рано, едва первый солнечный лучик выполз из под пушистого облачного одеяла. Потянулась и поняла, что ощущает себя необычайно хорошо, что – то странное произошло за ночь. Появилась лёгкость во всем теле. Встала, подошла к зеркалу. Никаких изменений, все тоже заспанное лицо, поправившееся в скулах, опухшие глаза, кулон на шее, полная грудь, небольшой животик, выкатившийся буквально на прошлой неделе. Только за завтраком осознала приятную новость– токсикоз полностью исчез. Смогла съесть два бутерброда с паштетом и небольшой кусок сливочного сыра. Сама не поверив накатившему счастью, Ксюша запрыгала от радости. Наконец ушло это ощущение разбитости, подавленности, постоянного головокружения и слабости. Посмотрела в окно, где мягкими лапами шелестела макушка вишни. Надо же, две недели дома пролетели, как один день. Лето скоро уйдет за горизонт, а дальше осень. Вспомнила разговор с матерью и улыбнулась. Если бы знала, что она так спокойно воспримет эту новость, рассказала бы сразу и не мучилась. Сколько дров наломала. Положив ладони на подоконник, вспомнила Макара. Уткнувшись лбом в стекло – закрыла глаза. Что он делает сейчас? Спит, а может заканчивает ночное дежурство? Не успела загрустить, как услышала телефонный звонок. Опять Тимур. Последние дни зачастил." Будь Полька неладна, накапала ему на мозги, уж не знаю, чего наговорила".
– Да, Тим, – хриплым голосом произнесла, наливая кипяток в чашку.
– Привет, спишь?
– Нет, рано проснулась, у меня сегодня много дел.
– Деньги получила, все норм?
– Да, не стоит так часто переводить, мне мама помогать будет, и я на работу выхожу сегодня, – гордостью сообщила.
– Реально, Ксю, ты не шутила? Зафиг тебе это, вредно же..
– Я не буду таскать ящики, просто подработаю до сентября, а там видно будет, брать академ или дальше учиться.
– Бери академку, все равно учиться нормально не сможешь, а там и рожать, – буднично сообщил.
– Легко сказать, – вздохнула, добавив в чашку горсть ароматной смородины.
– Блин, Ксю, я чего – то соскучился, – неожиданно выдал, – пришли фотку.
– Приезжай, посмотри, – шутливо бросила девушка и замолчала.
– А если приеду, то что, – после паузы произнес, закрывая дверь квартиры.
– Тимур, хватит мне мозги компостировать, сиди в своей золотой столице, – выпалила с некоторым раздражением.
– Не толкается ещё? – нажал кнопку широкого блестящего лифта.
– Нет, тишина. А что, должен?
– Я вчера читал, что некоторые ощущают на этом сроке.
– Значит я исключение. Ладно, я побежала, извини, – смутилась и бросила трубку. С какой стати Тимур начал что – то там читать. Что там за игру ведёт подруга? "Это ее рук дело сто процентов". Конечно, в душе ей было любопытно, отчего Тимур вдруг так переменился, а с другой стороны, перестала доверять мужчинам с недавних пор. И обнадеживаться не собиралась.
На улице сиял утренний август. Теплый, ласковый, напитанный солнцем и яркими цветами. Порхая, словно бабочка, девушка шла не спеша и смотрела по сторонам. Как поговорила с мамой, сразу камень с души. И дела пошли в гору. На работу устроилась сама, в сеть кофеен, что открыли неподалеку от фонтана. Заработная плата здесь была самая высокая, но и требования не уступали. К счастью, Ксюша понравилась главному менеджеру и ее с лёгкостью приняли на должность официантки. О беременности предупредила сразу, но оказалось, это не проблема в компаниях с такой " текучкой".
Вот показалось небольшое одноэтажное здание, с круглой светло – коричневой эмблемой над стеклянной дверью. Рядом свежеиспечённый банк и детский развивающий центр. Выдохнула, приспустив с талии задравшееся лёгкое платье в мелкий горошек. Поправила объемный колосок. С Богом!
– Здравствуйте, в подсобке одежда и все необходимое, – обратилась женщина в шоколадной блузке с бейджиком на груди.
– Здравствуйте, Амина, – кивнула Ксюша и поспешила переодеться.
В начале дня посетителей практически не было. Познакомившись с коллегами по смене, Ксения быстро погрузилась в работу. Через час появился первый поток страждущих кофеманов, среди них девушка отметила знакомое лицо.
– Здравствуйте, готовы сделать заказ? – любезно улыбнулась, вспоминая, где могла видеть этого невысокого крепкого парня.
– О, Ксения, кажется, я Никита, помните в караоке?
– А, приятель Макара, вспомнила, – ответила тихо, стараясь не привлекать внимание старшей по залу.
– Да, вы теперь здесь работаете? Круто, скажу Макару, может зайдет поболтать, – оживился.
– Он приехал снова? – Голос стал обрывистым, будто дыхание перехватило.
– Он и не уезжал, проблемы семейные, – покачал головой и сделался серьезным.
– Молодой человек, у вас проблемы с заказом? – обратилась коллега, явно неодобрительно глядя на Ксюшу.
– Нет, просто интересуюсь, какой кофе лучше заказать, – нашелся Никита и подмигнул удивленной Ксении.
– Так Вы готовы сделать заказ? – улыбнулась Ксюша и приготовила ручку.
– Да, пожалуйста, штрудель и латте, – деловито выдал парень и посмотрел в окно.
Ксюша отошла от столика на ватных ногах. Все это время, что она с грустью вспоминала о Макаре, он, оказывается, был в городе. Ходил по одним улицам с ней, быть может, недалеко отсюда. Сердце покалывало иголочками нервного возбуждения.
***
Задвинул большой диван в угол и с удовлетворением посмотрел на проделанную работу. Наконец в квартире матери стало возможно находиться. Купил новую мебель, починил шкаф и выбросил часть старых вещей, с которыми Анна Андреевна никак не желала расставаться.
– Макар, что бы я делала без тебя, – ласково положила голову на плечо сыну.
– Да прекрати, мам, я тебе сто лет назад говорил так сделать.
– Я боялась, что ты купишь, а этот бесстыдник опять все вынесет, сколько раз такое было.
– Пока его не найдут, я не смогу спать спокойно, – накрыл большой ладонью руку матери.
– Никто его искать не станет, ты же знаешь, наркоман проклятый, может сдох где под забором, и ты не ищи, Макар, я тебя умоляю.
Молча застегнув пластиковый браслет часов, Макар плотно сжал губы.
– Я знаю, что ты ездил к его родителям, сынок, опомнись, он конченный человек, муха, ты его тряхнешь и он скончается, а посадят тебя.
– Мам, я поеду, посижу на речку, – сурово отрезал и взял телефон с тумбочки.
– Кстати, твоя Юля звонила утром, наверное, скучает там одна. Ты бы съездил, проведал, да и квартиру посмотрел.
– Мам, я жду разрешения от реабилитолога, перевезем вас в Москву и выйду на работу. Не волнуйся, дело времени.
– Не хочу я, Макарушка, отсюда ехать. Сколько лет прожила здесь, все соседи, все родное.
– Поживешь, пока Катьку на ноги не поставим, а там решайте сами, я насильно никого удерживать не буду.
– Уволят, Макар, тебя, я так переживаю, что ты здесь застрял.
– Прекрати, я договорился. Да в конце концов, я без работы не останусь, уверен.
– Как знаешь, сын, я пока щи наварю, а ты езжай, конечно, – устало улыбнулась и подперла щеку ладонью.
Вышел из подъезда и ощутил вибрацию в заднем кармане джинсов. Проигнорировал звонок и открыл багажник, перекладывая удочку и небольшое пластиковое ведро. Настойчиво оттягивая карман, телефон не умолкал. Макар ни с кем не хотел разговаривать, до того в последнее время опустошенным себя ощущал. Как бы ни складывались отношения с Катькой, а видеть с каким трудом она выходит из вегетативного состояния было необычайно болезненно.
– Да, Никит, – сел в машину.
– Привет, чего делаешь, в больнице?
– Нет, вечером поеду, сейчас на речку хочу съездить, чего – то подзапарился в последнее время.
– Немудрено. Такие проблемы у вас. Я тут знаешь кого видел, угадай?
– Семёна?
– Нет, холодно.
– Серегу, Витьку – носорога? – завел двигатель.
– Вообще не туда, – усмехнулся друг, и сделал лукавое лицо.
– Сдаюсь, – равнодушно ответил Макар и посмотрел в зеркало.
– Девочку, помнишь с тобой была в баре-караоке?
Услышав о Ксюше, Макар набрал скорость. Сердце само по себе радостно подскочило к кадыку.
– Где? Я ездил к ней в больницу на прошлой неделе, она, оказывается выписалась, – утопил педаль в пол на пустой дороге. Мимо мелькали однотипные четырехэтажные дома.
– Официанткой работает в кафешке у фонтана. Ну там еще рядом " Сбер", понял?
– А когда видел? – после некоторой паузы спросил.
– Да вот утром, она с животом оказывается, беременная вроде. А может поправилась, хрен этих баб поймёшь.
Макар улыбнулся, представив перед собой знакомую курносую девушку. Ни секунды не раздумывая, повернул обратно.
Глава 17
« Глава 17
Постепенно кафе наполнилось привычным щебетанием женских голосов, стука керамических чашек о каменную поверхность столиков, запахами свежей выпечки и ароматного кофе. Ксюша поймала себя на мысли, что время в работе пролетело просто молниеносно. Лишь немного, после обеда, она ощутила подкравшуюся усталость.
– Ксения, на улице два столика, подойди, – пристально наблюдая за подопечной, деликатно скомандовала женщина.
– Да, конечно, кивнула и взяла поднос.
За одним сидел зрелый мужчина, уткнувшийся в ноутбук, за другим мама с маленьким ребенком. По очереди обслужив столики, Ксюша вернулась к одному из них с подносом.
– Я просил зеленый, а не черный, девушка, и блинчики с творогом, а не мясные, – снова не отрывая головы от монитора, процедил недовольно, разрезав длинную трубочку.
Глядя на янтарный цвет жидкости, девушка сконфуженно посмотрела в блокнот.
– Вот Ваш заказ, смотрите внизу, черный чай.
– Это Ваши проблемы, что Вы плохо записываете, а не мои, – процедил, глядя в стол.
– Ну не могла же я два раза ошибиться, – проложила препираться, с недоумением глядя в блокнот.
– Девушка, Вас не учили не спорить с клиентом, не знаете, что он всегда прав? – наконец поднял голову вверх и удостоил Ксению своим вниманием.
Только спустя несколько секунд Ксюшу окатил ушат ледяной воды.
– Илья Андреевич, здравствуйте.
Он с недоверием посмотрел на девушку и приоткрыл рот.
– Ксения, какая встреча, – улыбнулся натянуто и не слишком правдоподобно.
– Работать вот вышла, – пожала плечами и сунула блокнот в передний карман фартука. Глаза цвета мокрого асфальта впились в выступающий бугорок на плотной ткани.
– В твоём положении работать не стоит, здесь люди разные, подносы тяжёлые, – поднял темную густую бровь.
– Так жизнь заставит, знаете ли, в нашем городе сами знаете, студентке больше некуда особо, – выдала с мягкой иронией.
В его взгляде промелькнуло что – то похожее на уважение. И в уголках тонких губ заиграла неприкрытая улыбка.
– Люблю боевых, раньше не пришлось узнать тебя поближе. Ты же помнишь нашу встречу на дне рождения Тимура?
– Да уж, помню… Вы извините, но мне нельзя разговаривать с клиентами на посторонние темы, переделать заказ?
– Оставь так, – снисходительно махнул ладонью и кивнул в сторону.
Ксюша сконфуженно отправились обратно в помещение. Надо же, стоило выбраться из раковины и сразу такие встречи. А может потому, что каждый раз, как только в городе открывалось новое заведение, будь то торговый центр или стоматологическая клиника, весь народ устремлялся туда. Закон небольших городов.
– Сядь, передохни, никого нет, – заботливо предложил Стасик. Этот улыбчивый молодой парнишка сразу понравился Ксюше своей открытостью и чувством юмора.
– Спасибо, можно перекушу пока в подсобке, живот урчит, – прошептала Ксюша. В ответ парень кивнул и посмотрел на полупустой зал.
Булочка с изюмом зашла просто на ура. Мягкая, пористая, в тоже время слегка маслянистая, она таяла во рту. Словно запасливый Феня, Ксюша заранее набила рот, вдруг вот вот войдёт старшая и выпишет штраф. Накаркала. Стас тихонько окликнул в приоткрытую дверь.
– Бегу! – утерла рот наспех тыльной стороной ладони. Сердце забилось неровно, теперь точно не избежать неприятного разговора с начальством. За поворотом, в который едва не вписалась, ждал сюрприз. Неожиданный. Аж дыхание перехватило и часть хлебных крошек попросилась назад. Поперхнулась. Уже и забыла за эти дни, какое у него красивое лицо. Словно ребенок, беззастенчиво, не моргая, несколько секунд разглядывала черную щетину на круглом подбородке.
– Привет, красавица, – улыбнулся, растянув плотно сжатые губы и посмотрел на нее сверху вниз. Не верилось, что перед ней стоял сам Макар.
В его присутствии воздух наполнился смыслом. Словно все никчемные события последних дней, сложности – нитями переплелись и привели обоих сюда.
Ксюша бегло пробежалась взглядом: мятая футболка, небритое исхудавшее лицо с явным отсутствием загара. Стало сразу ясно – у человека какие– то проблемы.
– Привет, Макар, – выделила знакомое имя. Серые глаза наполнились многочисленными искорками теплоты. Казалось, они выстреливали, путаясь в пушистых ресницах, и наполняли взгляд особенным светом.
– Мне Никита рассказал, что ты здесь, – выдал так спокойно, словно и не расставались на несколько недель и вообще были, как минимум, близкими друзьями. Он, конечно, заметил ее откровенную радость в голосе. Значит, не зря поддался порыву. Не зря переборол здравый смысл и приехал к совершенно чужой девушке на другой конец города.
– Я только вышла, – подняла вверх одно плечо и кокетливо взмахнула ресницами.
– А ты все хулиганишь? – посмотрел гипнотизирующе своим спокойным и уверенным взглядом.
– В смысле? – округлила глаза и посмотрела за спину Макара.
– Макарова, личные разговоры после работы, – подошла старшая и
с нескрываемым интересом посмотрела в сосредоточенный профиль Макара. Совершенно не обратив внимание на девушку, Макар впился глазами в растерянную Ксению.
– Извините, – виновато произнесла Ксюша и взглядом указала Макару на прекращение разговора.
– Во сколько заканчиваешь? – словно танк продолжал стоять на месте. Казалось, сейчас его не волнует абсолютно ничего, кроме получения этой информации.
– В 8 вечера, – бегло бросила, развернувшись на сто восемьдесят градусов.
– По двенадцать часов? – изумлённо посмотрел в спину убегающей девушке. Разозлился на Ксюшу, едва заметно раздувая ноздри.
" Какая глупая, из больницы ушла, устроилась на такую дурацкую работу. Здесь шумно и душно. Подносы роняются, кипяток выплескивается"– вспомнил пару летних месяцев подработки в самом центре Москвы.
"И девушка эта с коричневым хвостом на макушке ее явно будет доводить"– окончил мысль, заметив на себе женский взгляд. Вышел. Не собирался доставлять девушке еще больше проблем.
Сложно описать, что творилось в душе Ксении после ухода Макара. Она на несколько сантиметров оторвалась от земли и парила в таком состоянии до конца рабочего дня. Как фея с сияющим взглядом и развевающимся хвостиком – порхала, порхала. Капкейки казались сказочными шапочками гномиков, а пенка, усыпанная корицей – зефирными облаками. Фоновая музыка стала исключительно романтической, а посетители – милыми и приятными людьми. Считала минуты до окончания, постоянно глядя на большие часы около выдачи заказов. Сорок пять минут. Двадцать. Пять. Еле успела переодеться, накинув джинсовку на плечи. Выскочила на улицу в надежде встретить его у входа. Буквально врезалась щеками в реальность.
Никого.
С недоверием огляделась по сторонам, и улыбка постепенно сползла с лица. Лишь парочка прохожих медленно проплыла мимо, держась за руки.
" Как так, он же спросил не просто так?" Сделала несколько шагов в сторону крайнего столика и скрестила ноги.
На плечи постепенно ложилась ночная прохлада, забираясь за шиворот тонкого летнего платья. На горизонте становилось темнее и с каждой новой секундой надежда таяла, словно пенка на любимом капучино. Несколько минут все же простояла, придумывая многочисленные предлоги, почему не пришел, но после того, как Стас вышел из – за стеклянной двери, поняла – бесполезно.
– Меня ждёшь? – пошутил, подмигнув.
– Конечно тебя, ты же тоже на 28? – поникшим голосом ответила и посмотрела в сторону остановки.
***
Сжал кулаки и вошёл в кабинет главного врача. Хотелось набить его равнодушное, обрюзгшее лицо, как минимум, до состояния бифштекса.
– Как ее могли уронить? – прозвенело грозным мужским рыком по кабинету.
– В вашей практике такого не случалось? – явно оборонительным тоном произнес.
– Нет, – безапелляционно отрезал и присел за стол, рядом с врачом.
– Конечно, не случалось, у вас новые каталки, не ломается МРТ аппаратура, дотации, все у вас, в одной кормушке, – произносил ненавистно– завистливо.
– А вы знаете, сколько у нас зарабатывает врач в обычной городской больнице? Ты вот, если не ошибаюсь, на Ауди ездишь, а на какие средства? Подскажи, я может к вам переведусь, – не выдержал и перешёл на другой тон. Зелёные глаза сияли нездоровым, злым блеском.
– Соблюдайте дистанцию, пожалуйста, я понимаю, все устали и мы и вы, – отшатнулся от надвигающегося лица. Ещё немного, и Макар был готов перелезть через стол.
– Я бы соблюдал, если бы Вы выполняли свои обязанности, закупали оборудование на выделенные средства, персоналом занимались, отправляли на учебу к нам, в кормушку, например.
– Вы намекаете или обвиняете меня? Вы знаете сколько сейчас дают за клевету? – поправил съехавший бейджик. Сальный лоб покрылся испариной.
– Все вы знаете лучше меня, и если сестра не выйдет из комы, я так перетрясу всю вашу больницу, что сядете всей компанией. Ясно? – прокричал ему в ухо, все же облокотившись на широкий стол.
– Взаимосвязь между падением и ухудшением состояния пока не установлена.
– Если ты не прекратишь этот спектакль, я переломаю тебе все ребра по одному, – процедил, потеряв контроль, – Я привез с трудом своего реабилетолога сюда, золотого специалиста, у нас были улучшения, что теперь?
– Только ждать, вы же врач, сами знаете о критических периодах.
Развернулся и хлопнул дверью так, что плохо закреплённая табличка с расписанием слетела и упала возле раковины. По коридору шёл, ничего не видя. Матери еще не сообщил, не знал, как найти слова. Присел на потёртый ряд стульев, возле кабинета рентгенографии. Хотелось плакать. Все здесь разнести, разогнать этих " недоврачей", лишить их возможности калечить чужие жизни. Чуть было не закурил, забыв о том, где находится.
– Макар, простите, я не виновата, – чуть не плача, обратилась молоденькая медсестра в белом коротком халате. – Соловьев настоял, чтобы мы её спустили через второй вход, а там проход не предусмотрен, лестница, понимаете?
– Я Вас не обвиняю, – отложил сигареты и обхватил голову руками, – за идиотизм других не должны расплачиваться хорошие люди, я видел я как вы все эти дни ухаживали за Катей.
– Спасибо, я не могу успокоиться уже второй час, – присела рядом, – у нас такое было, когда лампа упала на пенсионерку.
Ничего не ответив, Макар тяжело вздохнул и взял пачку с сиденья. Вышел на улицу. Темно, хоть глаз коли. Такое ощущение, что фонари работали также " спустя рукава". Вертел в руках телефон, хотел набрать матери, потом вспомнил профессиональное правило и отложил трубку в задний карман. Затянулся и в памяти возник образ маленькой девчушки с растрёпанными русыми волосами. Катька боялась темноты, особенно ходить в туалет, и ночами всегда будила его. Никогда не отказывал. "Обаятельно просила всегда, засранка" – прищурил взгляд и непроизвольно улыбнулся. На душе стало муторно и тошно. Как человеку, хотелось надеяться на лучшее, а как врачу было прекрасно понятно, что ничего хорошего не ждёт их семью в ближайшее время. Бросил окурок в урну и посмотрел на небо. За высокими кронами старых, ветвистых тополей проглядывали первые звёзды. Хотелось вырубиться дня на два и чтобы никто не будил.
***
Запах подгорелой картошки распространился на всю квартиру. Ксюша ничего не могла с собой поделать, все валилось из рук. Даже Феня отказался есть, что было совершенно вопиющей наглостью. Крутилась, вертелась, ходила взад и вперёд, весь спектр эмоций испытала за этот вечер. Сначала оправдывала Макара всеми возможными способами, потом ругала, злилась, не понимая, для чего тот вообще явился в кафе. И, наконец, навалилась тоска. Въедливая, как чернила, пролитые на белый ковер. Ничего ведь не требовала, сейчас бы просто посидеть рядом, как когда – то на кухне за поеданием макаронов. Даже помолчать.
Подперла рукой подбородок и посмотрела на часы. Не спалось ни капли. От желания заткнуть в душе дыру безнадежной тоски набрала Тимуру. Глупость. И она прекрасно это понимала.
– Ничего себе, какие люди, – шутливый голос в трубке заставил улыбнуться. – Или что – то опять случилось?
– Нет, все хорошо, просто. тоскливо так, Тим, – произнесла тихо, в надежде быть услышанной.
– А я слышал у беременных такая фигня постоянно, перепады настроения, ты же утром была на позитиве, – откручивая бутылку минералки зубами, произнес парень.
– Была, ну вот сейчас не могу одна.
– Хочешь рассмешу, я спустился в метро сегодня первый раз, там столько фриков это пипец! Одна бабка ехала, у нее из сумки торчала курица живая.
– Я отца твоего видела, – вспомнив, выдала неожиданно.
Тимур перестал улыбаться.
– И?
– Да ничего, просто поговорили три минуты, он кофе попить зашёл.
– Не доводил тебя? Что обо мне сказал? – ,насторожился парень.
– Да ничего, пару минут, говорю же, почему ты так напрягся, это всего лишь твой отец, не президент!
– Он авторитет для меня, Ксюх, ты же знаешь, – плюхнулся на просторный светлый диван возле длинного, вытянутого окна.
– Ну он авторитетно заявил, что любит боевых женщин, – усмехнулась и погладила пальцем пушистую спину Феньки.
– Так и сказал?
– Ну да, Тим, хватит уже о нем расскажи, ты нашел работу?
В ответ Тимур рассказал животрепещущую историю в трёх актах о том, как он " устраивался, да не устроился " на работу. Ксюша расхохоталась и махнула рукой.
– Хватит, живот болит от смеха.
– Спокойной ночи, принцесса, – улыбнулся Тимур и повесил трубку.
Ещё полчаса Ксюша не спала, постоянно прокручивая в голове разговор с Макаром. Сердце согревала робкая надежда на завтрашний день.