Текст книги "Последняя жизнь нечисти"
Автор книги: Елена Малиновская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Часть вторая
В БЕГАХ
Я продрогла до костей под нескончаемым дождем, лившим вторую неделю подряд. В желудке урчало от голода. Я так торопилась уйти из эльфийских лесов, что почти не останавливалась на охоту. На бегу перехватила пару мышек – и опять в путь, пока впереди не замаячила благословенная Пустошь. Никогда не думала, что буду настолько рада видеть эту безрадостную серую равнину, едва не убившую меня в прошлый раз.
Осталась самая малость – миновать приграничные патрули, наверняка многократно усиленные после убийства Владыки. Эльфы знали, что я обязательно проследую этой дорогой, поэтому основательно подготовились к моему визиту. Неудивительно – с их-то способностью к телепортации и системе мгновенного оповещения.
Впрочем, я почти не сомневалась, что у меня получится незаметно проскользнуть через границу. Браслет набирал все большую и большую силу. С каждым днем я чувствовала, как растет мое могущество, как тело переполняется энергией. Признаюсь честно, это пугало. Но у меня не было другого выхода. Без браслета я тотчас же погибну. Поэтому приходится мириться с меньшим из зол.
В моем положении были и приятные стороны. Теперь я не боялась застрять в зверином облике. Хотя оставалась в нем все это время, при всем желании не имея возможности перекинуться в человека. Не голышом же, право слово, мне бежать под проливным дождем и пронизывающим ветром.
Как и предполагалось, я без малейшего труда миновала все засады и конные эльфийские дозоры. Окутала себя настолько плотной пеленой зеркальных чар, что любому магу пришлось бы очень постараться, чтобы увидеть меня, даже глядя в упор. Браслет пульсировал, щедро делясь энергией. Я бежала, шустро перебирая лапами. И не заметила, как пересекла невидимую грань с запретными землями. Как и обычно, повеяло холодом и смертью. Сердце замерло в груди, затем забилось чаще. Но я уже не боялась Пустоши. Можно сказать, она стала мне родной. Теперь я ощущала ее не как нечто чуждое, а как хорошо изведанное и безопасное место. Будто вернулась в Мейчар, где мне знаком весь каменный лабиринт узких улочек.
Я довольно мотнула хвостом. Сбавила скорость и дальше потрусила уже неспешно, настороженно принюхиваясь и присматриваясь. Во-первых, не стоит забывать про тварей, которые живут здесь. Один неверный шаг – и мною отужинают, наплевав на всю избранность. А во-вторых, патрули эльфов тут тоже могут встречаться. Иногда они забираются достаточно далеко от границы, стремясь потешить самолюбие в охоте на здешних обитателей. Полагаю, они вряд ли расстроятся, если им повезет наткнуться на меня.
Была и еще одна причина, по которой я пока не торопилась ускорить шаг, чтобы как можно быстрее пересечь Пустошь. Мбрий. Храмовник наверняка где-то рядом. Выжидает на границе с эльфийскими лесами, понимая, что я – его единственный шанс на вызов из небытия бога-отступника. Ну что же, заодно проверю свой нюх.
«Есть способ куда проще и надежнее, – забормотал привязчивый внутренний голос. – Воспользуйся браслетом. Он приведет тебя прямиком в объятия Мария».
Я зло тряхнула головой, отгоняя надоедливый шепоток. За время, прошедшее с убийства Виррейна, он буквально поселился у меня в голове, комментируя каждое действие или намерение. Если честно, это неимоверно раздражало. Никогда не думала, что избранникам богов приходится настолько тяжко.
Невидимый собеседник хмыкнул, вряд ли довольный моими мыслями. Но, хвала небу, воздержался от дальнейших советов. И правильно. Чем больше он лез ко мне, тем чаще мне хотелось стянуть браслет зубами и кинуть куда подальше. Интересно, чего добивается бог-сын, пытаясь таким образом приблизить неминуемую развязку? Ему-то с чего добиваться возрождения своего давнего соперника и неприятеля?
«Ты знаешь ответ, – шепнул голос. – Так зачем прикидываешься глупышкой? Поверь, меня тебе точно не провести».
Я села под ближайшим кустом. Задумчиво почесалась задней лапой. Да, действительно, я знаю ответ. Поэтому не будем зря терять время. Чем раньше круг мертвых будет открыт, тем скорее я избавлюсь от надоедливого внимания небес.
Браслет на лапе чуть нагрелся, требуя от меня действий. Я устало вздохнула. Ну ладно, пусть будет так, как хочет мой божественный покровитель.
Вокруг меня замерцала пелена поискового заклинания. Я закрыла глаза, как можно точнее представляя себе предводителя храмовников. Впрочем, это не составило особого груда. Его внешность врезалась мне в память еще в прошлом году, а после недавних приключений, боюсь, Марий до конца жизни продолжит являться мне в кошмарах.
Высокий седовласый мужчина вдруг ожил перед моим мысленным взором. Ощерился в неприятной усмешке, словно говоря: что, птичка, попалась? Я со свистом втянула в себя воздух. Да, моя жизнь полна самых неожиданных сюрпризов. То клянусь, что никогда больше на Пустошь и лапу не поставлю, то бегу сюда сломя голову и считаю это место последним шансом выжить. То молю судьбу, чтобы наши дороги с Марием никогда не пересеклись. А теперь сама ищу с ним встречи. Интересно, что дальше?
Отвлекшись от невеселых мыслей, я вновь сосредоточилась на заклинании. Дымка поднялась надо мной, некоторое время повисела плотным облачком, словно раздумывая, куда податься. Затем вытянулась длинным рукавом, показывая на юго-запад. Забавно. Если бы я хотела попасть в Мейчар, то пошла бы этой дорогой. Но, насколько я помню, круг мертвых находится где-то на севере, ближе к Рейтису. Ладно, сначала пообщаемся с храмовниками.
Я отправилась вслед за чарами, опасливо рыская глазами по равнине. Еще не хватало на какую-нибудь жабозмею с разбега выскочить. Даже с моими новыми способностями будет весьма непросто с ней справиться.
Заклинание медленно, но верно набирало свечение, показывая, что я приближаюсь к конечной точке поиска. Когда зеленое марево стало слишком заметным на фоне пасмурного неба, я решительно оборвала нить. Теперь сама справлюсь. Наверняка Марий уже насторожился и ожидает визита. Надеюсь, он не примется кидаться направо и налево смертельными заклинаниями, а сначала попытается переговорить со мной.
Наступала ночь. Пустошь медленно погружалась в чернильный мрак, не освещенный ни единой звездой. По самым осторожным прикидкам выходило, что между мной и предводителем храмовников никак не меньше десяти миль. Пожалуй, стоит отложить долгожданную встречу на следующее утро. В темноте он точно не поймет, кто именно спешит к нему на свидание.
Решив так, я легким прыжком забралась на вершину небольшого холма, выглядевшего чуть более симпатично, чем остальные. Тут даже росло хиленькое деревце, пусть и не способное дать укрытие от дождя, но все же.
Я когтями прочертила защитный круг. Немного подумав, обежала холм, оставляя сигнальные ловушки. Ну, надеюсь, теперь-то ко мне точно никто не подберется незаметно. После долго лежала без сна, вновь и вновь вспоминая все то, что со мной случилось за последний год. Да, не думала, не гадала я, что мои руки окажутся замаранными в крови. А ведь это только начало. Жаль, но теперь мне уже не повернуть назад.
Наконец я задремала. И спала на удивление крепко и спокойно. Вскочила, отдохнувшая и посвежевшая, на рассвете, шустро набила мышей на завтрак и чуть ли не вприпрыжку отправилась на поиски своей судьбы. Не знаю, то ли я окончательно смирилась со своей ролью, то ли на меня благотворно подействовал воздух Пустоши, только теперь малейшие сомнения оставили меня. Пусть все будет так, как должно.
Наверное, при долгожданной встрече я кинусь на шею Марию. Он так долго жаждал заполучить меня, что заслужил немного объятий с моей стороны.
Браслет дремал, показывая, что никакая опасность мне не грозит. Поэтому я радостно трусила по равнине, ведомая своим нюхом, который говорил – до Мария остались считанные мили. И сама не заметила, как с размаху угодила в ловушку. Тонкие нити обездвиживающего заклинания висели совсем низко, цепляясь за сухие верхушки араки-травы и маскируясь под паутину. Я отчаянно рванула, когда по шкуре пробежала первая еще робкая судорога. Успела сделать прыжок и окончательно замерла. Было такое чувство, будто я угодила в расплавленный янтарь. Лапы отказались мне служить. Да что там, я даже усом могла дернуть с величайшим трудом.
– Марий, – прошипела я, роняя на грудь белые клоки пены бешенства. – Покажись!
– Извини, но должен тебя огорчить, – раздался до боли знакомый голос, от которого мне захотелось заскулить во все горло. Шерьян! Святые отступники, что он тут забыл? – Тефна, – храмовник появился, словно из ниоткуда, сбросив с себя маскирующее заклинание, – удивлена?
Я со свистом втянула в себя воздух, заметив рядом с супругом его сына, в свою очередь, словно соткавшегося из полумрака.
– Ты обещал, – выплюнула я, обращаясь к юноше. – Рикки, у нас был уговор!
– И я полностью его выполнил. – Рикки сочувственно улыбнулся. – Мы договаривались, что я помогу тебе спасти Гвория и вывести Владыку на чистую воду. Про путешествие на Пустошь речи не шло.
Я зло зашипела. Напрягла все свои силы, пытаясь освободиться. Несколько нитей заклинания лопнули, но тотчас же с десяток новых зазмеилось вокруг меня.
– Ты искала Мария? – Шерьян предпочел сделать вид, будто не заметил моих ухищрений. – Ты его нашла. Посмотри направо. Видишь холм, на вершине которого растет одинокий дайхам? Это погребальный курган для нашего общего знакомого. Для него и всех его людей.
– Когда?… – Слова с трудом выходили из моментально пересохшего горла. – Когда он погиб?
– Сразу после того, как мы воспользовались эльфийской магией и перенеслись в Кленовый Град, Гворий организовал настоящую охоту за нашими бывшими преследователями. – Шерьян пожал плечами. – Храмовники защищались до последнего, но ничего не могли сделать против такого количества противников.
– Почему мне не сказали? – выкрикнула я, не в силах поверить, что мой план по вызову бога-отступника в этот мир пошел прахом.
– А зачем? – Шерьян жестокосердно улыбнулся. – Знание того, что Марий с его гончими псами ожидают тебя у эльфийской границы, служило определенным сдерживающим фактором. Кошки знамениты своей любовью к перемене мест. Определенные гарантии не помешали бы.
Я презрительно фыркнула. Старая история! Опять мне указали мое истинное место. Мол, сиди тихо, кошка, и не рыпайся. Тебе совершенно необязательно знать всю правду.
– На самом деле отец несколько преувеличивает, – поспешил вмешаться Рикки, несомненно, ощутив мою ярость. – Посмотри на холм, и ты заметишь, что земля еще рыхлая. Мария выследили и убили совсем недавно. Мы просто не успели тебе рассказать.
– Зачем вы здесь? – задала я самый главный вопрос, немного успокоившись.
– Забавно, но я собирался спросить тебя о том же. – Шерьян сделал шаг мне навстречу. Предупреждающе поднял руки, заметив, как я напряглась. – Тефна, давай без глупостей, прошу! Сейчас я сниму чары, и мы поговорим. Поговорим как взрослые, уравновешенные люди. Договорились?
– А если нет? – Я оскалила клыки. – Если после этого я убью вас и продолжу свой путь?
– Тогда ты сделаешь величайшую глупость, – вновь заговорил Рикки, несколько виновато улыбнувшись. – Тефна, ты искала Мария, значит, тебе нужен круг мертвых с пятью лучами. Теперь, когда храмовник мертв, тебе вряд ли удастся найти этот круг. Если только… Если только ты не убедишь нас, что в твоих поисках есть определенный смысл. Не забывай, что мой отец тоже знает, где расположен круг. И может провести тебя к нему.
Шерьян кивнул, соглашаясь с сыном. Выжидательно посмотрел на меня.
– Ладно, – настороженно протянула я. – Попробуем. Но учтите: если мы не придем к общему согласию, я сделаю все, чтобы продолжить свой путь. Даже не пытайтесь тогда меня остановить, иначе на моих лапах окажется еще одна кровь.
– Ну-ну, – буркнул себе под нос Шерьян, явно не впечатленный моей угрозой, но в спор поостерегся вступать. Вместо этого он прищелкнул пальцами – и чары вокруг меня засеребрились, медленно истончаясь.
Я довольно рыкнула, сделала небольшой круг, убеждаясь, что свобода перемещения полностью вернулась ко мне. Затем медленно подошла к приятелям и уселась рядом, обернув хвост вокруг лап.
– Спрашивайте, – милостиво разрешила я, настороженно косясь одним глазом на равнину. В принципе если дело пойдет совсем туго, ничто не мешает мне убежать. Теперь я буду более готова к нападению, а значит, Шерьяну и его сыну придется сильно постараться, чтобы меня остановить.
– Тефна, – после краткой заминки заговорил Рикки, обменявшись прежде взглядами с отцом, – если честно, мы не понимаем, что ты задумала. То, что ты сорвала покушение на Гвория, доказывает, что браслет еще не полностью поработил твое сознание. Ты способна ему сопротивляться. Но тогда становится совершенно непонятно, почему ты так стремишься вызвать бога-отступника. Ты ведь прекрасно понимаешь, что после этого наш мир погибнет. Почему, Тефна? Один простой вопрос. Только ответь на него честно!
– А что, если я действительно собираюсь погубить мир? – поинтересовалась я, криво ухмыльнувшись. – Что тогда? Убьете меня?
– Нет. – Рикки покачал головой. – Это будет означать, что ты более не в силах противиться влиянию браслета. Если его снять, пусть даже насильно, все обязательно придет в норму.
Я промолчала. Задрала морду к небесам, ловя шершавым языком первые крупные капли дождя.
– Тефна, – негромко проговорил Шерьян, – ну почему ты так? Мы просто хотим помочь. Честное слово, я лучше отрублю себе руку, чем позволю причинить тебе вред. Мои былые грехи… Я полностью в них раскаялся, и ты об этом знаешь. Я бы отдал жизнь, лишь бы вымолить твое прощение. И я… Я готов отдать ее. Если ты пошла на сделку с богом-отступником, чтобы победить меня в предстоящем поединке, то не стоит. Право слово, не стоит. Схватки между нами не избежать, но с твоей головы во время нее не упадет и волоса. Клянусь!
– Отец! – запоздало вскинулся Рикки.
– Молчи, – резко одернул его Шерьян. – Это мой выбор, и ты подчинишься ему. За все в жизни надо платить. И иногда – самой жизнью.
Рикки потупился, успев напоследок несогласно сверкнуть глазами. Ох, юнец явно не принял решение отца. И сделает все, лишь бы помешать нам в финальном сведении счетов.
– Ты ошибаешься, – наконец нехотя обронила я. – Браслет принадлежит не богу-отступнику.
– Вот как? – Шерьян с любопытством вскинул брови. – А кому же тогда?
– Ты должен был прочитать об этом в книге, – ответила я. – Вспомни. Магия крови и огня. Голоса в голове, вынуждающие открыть двери между мирами. Вечное соперничество богов. Ну? Кто является вечным и заклятым противником бога-отступника?
– Бог-сын? – чуть слышно выдохнул Шерьян, невольно потянувшись к груди, где под надежной защитой камзола висел его серебряный медальон. Я не видела его, но ощущала жадное биение силы, постоянно подпитывающей храмовника.
– Да. – Я кивнула. – Бог-сын. Именно он хочет, чтобы врата оказались распахнуты. Он мой покровитель, впрочем, как и твой. И его желанию я не смею противиться. Он сделал ставку на меня еще в прошлом году, когда я пыталась помешать намерению Мария пробудить демона. Прав был твой сын, такие вещи, как мой браслет, невозможно случайно отыскать или потерять.
– Но я не понимаю. – Шерьян как-то жалобно сморщился. – К чему ему это? Когда бог-отступник вселится в твое тело, то…
– То он станет уязвимым, – завершила за него я. – Если убить носителя – то бог, конечно, выживет. Вернется в свое обиталище, но лишенный изрядной доли своей силы. И на много веков в нашем мире воцарится мир и спокойствие. Оглянись по сторонам, Шерьян. Зло набирает силы. Пустошь растет, грозясь поглотить весь мир. Даже среди твоих собратьев пустила ростки ересь. Пожалуй, только огнем можно выкорчевать всю эту мерзость.
– Но ты погибнешь! – взревел Шерьян.
– Я кошка. – Голос, как никогда, прозвучал сухо и отстраненно. – У меня девять жизней. Правда, сейчас куда меньше, но мне хватит. Наверное, именно поэтому на меня пал выбор бога-сына. И в любом случае, даже если я умру – не все ли равно? Полагаю, я получу заслуженную награду и на землях мертвых.
– Нет, Тефна, нет! – Шерьян отчаянно замотал головой. – Я не допущу этого!
– У тебя нет выбора. – Я жестоко улыбнулась. – Прислушайся к пульсу мира, Шерьян. Если сам не способен, то пусть тебе поможет сын. Что-то заканчивается, что-то начинается. Щель между мирами увеличивается с каждым мигом. Еще немного – и бог-отступник сам войдет в наш мир. Правда, тогда его будет уже невозможно уничтожить. Готов принести такую жертву?
Шерьян долго молчал. Молчал и Рикки, что-то вычерчивая на влажной от дождя земле.
– Но я рада, что вы нашли меня, – продолжила я, так и не дождавшись ответа. – Когда я открою круг мертвых, рядом должен быть человек, который убьет меня. Вы для этой цели подходите наилучшим образом.
– Нет, – прошептал Шерьян. – Нет, Тефна, не проси. Я не могу…
– Тебе придется, – грубо оборвала его я. – И ты сможешь. В тот момент это буду уже не я. А тебе… Тебе не привыкать уничтожать нечисть.
– Я смогу, – неожиданно проговорил Рикки. Поднял голову и посмотрел на меня. – Не беспокойся, Тефна, все будет сделано в лучшем виде.
– Я и не сомневалась в тебе, – с чуть уловимым сарказмом произнесла я. Не теряя больше времени зря на бесполезные разговоры, развернулась и неспешно потрусила на юго-запад, в сторону Тририона. Мои спутники догонят меня, в этом я не сомневалась. А пока пусть выяснят отношения в одиночестве. Им это сейчас необходимо.
Однако я не особо торопилась. Отбежала примерно на полмили и уселась ждать. Надеюсь, мои товарищи не будут уж очень долго спорить.
Я чувствовала дрожь силы в той стороне, где остались Шерьян и Рикки. Похоже, разговор шел на повышенных тонах. Храмовник с трудом сдерживался, но против сына ему было нечего противопоставить. Мальчик давно вырос и сейчас по мощи, бесспорно, намного превосходит своего родителя.
Наконец я заметила две фигуры на фоне серого неба. Они шли неспешно, точно зная, что я их ожидаю.
– Ну вот, – довольно проговорила я, когда приятели поравнялись со мной. – Совсем как в старые добрые времена. Опять перед нами лежит Пустошь, и опять нам надо ее преодолеть. Разве не замечательно?
Как и следовало ожидать, ответом мне послужила тишина. Лишь Шерьян буркнул себе под нос что-то ругательное. Ну что же, у него будет достаточно времени, чтобы смириться с моим выбором. Иначе убеждать его примется уже бог-сын, а у него, как я успела прочувствовать на собственной шкуре, методы ведения разговора бывают весьма жестокими.
* * *
Потянулось длинное скучное путешествие, так напоминающее наш недавний переход на земли эльфов. Правда, теперь я чувствовала себя куда увереннее. Уже не пугалась каждой тени, а, напротив, изредка отводила душу, гоняя ригонов по равнине и забавляясь их тонким писком. А однажды напала на целое стадо телепней, распугала их по разным сторонам, прокатилась на спине одного из них, вцепившись когтями в толстую серую шкуру.
Шерьян и Рикки не вмешивались в мои забавы. Нет, иногда они пытались возражать и даже запрещать, но хватало одного взгляда исподлобья, и на этом увещевания заканчивались. В конечном итоге мне до смерти осталось чуть больше месяца. Могу я немного отвести душу?
Я знала, что рано или поздно Шерьян вновь заведет разговор на эту тему. Он был не согласен с моим выбором и только и ждал удобного момента, чтобы опять сцепиться со мной в яростном споре. И этот миг пришел. Я с самого утра знала, что именно сегодня терпение Шерьяна лопнет. Черная дымка гнева и затаенного недовольства над его головой сгустилась до опасного предела. Казалось, щелкни пальцами – и произойдет что-нибудь страшное.
Вечером, когда мы по обыкновению устроились на ночлег, и Рикки разжег небольшой костерок, подпитываемый более магическими силами, чем скудными дровами, Шерьян наконец-то не выдержал. Я лежала на брюхе, неспешно и с нескрываемым наслаждением глодая кость телепня, добытого под вечер совместно с Рикки. Храмовник подсел ко мне, что-то негромко сказав сыну. Рикки засомневался на миг, но потом отсел подальше, чтобы не мешать нашему разговору.
– Тефна, – начал Шерьян, глядя куда-то поверх моей головы, – я могу с тобой поговорить?
– Говори, – добродушно разрешила я, понимая, что иначе от него все равно не отделаться. С сочным хрустом раздробила кость, заурчала, вылизывая языком костный мозг.
– Почему ты согласилась с планом бога-сына? – Шерьян кинул на меня беглый взгляд и снова отвернулся, словно зрелище моего пиршества было ему отвратительно. – Неужели ты так стремишься умереть?
– Отнюдь. – Я облизнула нос, испачканный в крови. – Напротив. Хочу жить долго и счастливо, о чем тебе уже не раз сообщала.
– Но тогда почему?! – воскликнул Шерьян.
Рикки, сидящий поодаль, встревожено вскинул голову. Посмотрел на нас, убеждаясь, что мы еще не вцепились друг другу в глотки, и вернулся к полировке меча.
– Почему, Тефна? – уже тише продолжил храмовник. – Раньше ты никогда не отличалась особой покорностью и послушанием. Часто шла наперекор приказам и даже вопреки здравому смыслу. Лишь бы напроказничать, как говорится. А теперь сама идешь на заклание, не делая ни малейшей попытки к сопротивлению.
Я уткнулась в кость, ожидая, что еще он мне скажет.
– Одно лишь твое слово, да что там – просто кивок головы, и мы сбежим, – произнес Шерьян, поняв, что пока я не настроена отвечать. – Брось ты этот браслет. Без него тебя не достанет никакой бог. Им запрещено напрямую вмешиваться в планы смертных. Поверь, Тефна, если ты только пожелаешь – я пойду с тобой до конца. Пусть против нас выступят хоть все боги этого мира!
– И тебе плевать, что мир при этом погибнет? – насмешливо поинтересовалась я.
– Миру постоянно грозит гибель, – после краткой паузы отозвался храмовник. – На наш век хватит. Уверен, бог-сын найдет другого избранника.
– Шерьян, – серьезно проговорила я, оставив наконец-таки в покое кость. Все равно выгрызла ее досуха. – Я еще раз повторяю: я не самоубийца. Все закончится хорошо, обещаю тебе. Мы победим зло, и для меня начнется новая счастливая жизнь.
– Не понимаю, – растерянно протянул храмовник, не заметив иронии в моем голосе. – Тогда к чему все это? К чему поход к кругу мертвых? Почему ты согласилась, зная, что это принесет тебе лишь боль и смерть? Или считаешь, что запас твоих жизней безграничен?
– Ты спрашиваешь меня об этом здесь, на Пустоши. – Я выразительно фыркнула. – В исконных владениях бога-отступника? Где, как говорят, каждая травинка служит своему господину? Потерпи немного. Ты будешь первым, кто поймет мой замысел.
– Но прежде я должен буду нанести тебе смертельный удар, – с горечью протянул Шерьян. – Так?
– Не ты, – поправила я. Кивнула на Рикки. – Он. Твой сын сам вызвался. Полагаю, у него это лучше получится.
Юноша посмотрел на меня и отсалютовал поднятым клинком, словно говоря – уж не сомневайся, Тефна, справлюсь безо всяких проблем и смущения.
– Вы оба безумцы, – тихо обронил Шерьян. – Подумать только, в какую компанию я попал. Он – полудемон. Ты, уж не обижайся, нечисть, готовая впустить в наш мир бога-отступника. Почему я должен вам верить? Вдруг вы все спланировали заранее и заманили меня в ловушку, вынуждая показать дорогу к кругу мертвых?
– Правильный вопрос. – Я потянулась лапами к весело трещавшему костру, от которого шло пусть и несильное, но тепло. – Думай сам, Шерьян, можешь ли ты нам верить. Но я советую тебе забыть о разуме и послушаться сердца. Оно точно подскажет верное решение.
– Сердце мне говорит, что я обязан схватить тебя, хорошенько отшлепать и до конца жизни посадить под замок, чтобы не смела совать свой нос в такие опасные игры, – после долгой паузы негромко заметил Шерьян.
– Однажды мы это уже проходили. – Я показала в оскале клыки. – Мой милый, ты, конечно, можешь меня запереть. Но тогда потеряешь меня навсегда. Поверь, принуждением от кошки ничего не добьешься. А вот лаской и верой – вполне.
– Я надеюсь, я очень надеюсь, вы оба знаете, что делаете, – совсем тихо сказал храмовник.
– Я не знаю, – впервые с начала разговора отозвался Рикки. С лязгом вогнал меч в ножны и обезоруживающе улыбнулся отцу. – Но я верю Тефне. Если она хочет, чтобы я ее убил, – моя рука не дрогнет. Хотя не сказал бы, что подобная перспектива приводит меня в восторг.
– Меня тем более, – почти не разжимая губ, обронил Шерьян. И больше к этой теме мы не возвращались.
Когда путешествие через Пустошь было почти завершено, я рискнула наконец-то спросить о том, что волновало меня больше всего. Через пару дней мы должны были пересечь границу с Тририоном, и я несколько расслабилась, осознав, что погоня со стороны эльфов мне больше не грозит. Хотя на самом деле слабое утешение. Теперь мне не будет покоя до самого окончания жизни. Для многих, если не для всех эльфов, мое уничтожение отныне стало вопросом родовой чести. Хотя с другой стороны – сколько у меня осталось этой самой жизни?
– Шерьян? – спросила я, когда мы в очередной раз грелись около костра, созданного неутомимым Рикки.
Дождь наконец-то прекратился. Ощутимо похолодало. Трава под звездным светом блестела инеем. Не сговариваясь, каждый из нас постарался расположиться как можно ближе к огню. Наверное, я меньше остальных страдала от холода, будучи в неизменном облике кошки. Рикки тоже вряд ли сильно переживал из-за мороза, лишь накинул на плечи плащ. А вот Шерьян завернулся, наверное, во все теплые вещи, которые мои приятели захватили с собой, да и то ощутимо постукивал зубами.
– Да? – сонно отозвался тот, выпростав из вороха одеял руку. Храмовник лежал так близко от костра, что всполохи пламени почти касались его.
– Гворий… – начала я, но тут же запнулась. Нерешительно почесалась, наморщила нос, когда очередная искра из смолистого полена чуть не попала мне на шерсть, но через неполную минуту все же осмелилась на продолжение. – С Гворием все в порядке?
– В полном, – вместо отца ответил Рикки. – Он не получил и царапины в результате покушения Виррейна.
– А… – Я зачесалась еще сильнее, смущаясь выразить ту мысль, которая неуклонно грызла меня все это время.
– Тефна, у тебя блохи? – с серьезной обеспокоенностью полюбопытствовал Шерьян. Перехватил мой гневный взгляд и слабо улыбнулся. – Не злись. Просто ты сейчас такая забавная. Ну что тебя интересует на самом деле? Говори, не стесняйся. Какие могут быть секреты между друзьями?
– Он ненавидит меня? – чуть слышно спросила я, благодаря небеса, что кошки не умеют краснеть. – Сильно?
– За то, что ты спасла ему жизнь? – Шерьян приглушенно фыркнул от едва сдерживаемого смеха. – Не думаю. Но он очень, очень беспокоится за тебя. То представление, что ты устроила под стенами его дворца…
– Прости, Тефна, но ты должна понимать, что отныне превратилась в наиважнейшую цель для любого эльфа.
– На это плевать. – Я с облегчением перевела дыхание. – Главное, что с ним все в порядке. Надеюсь, никто не обвинил его в организации покушения на дядю?
Шерьян ощутимо помрачнел после моего невольного признания. Скривился, будто от сильной боли, но все же выдавил:
– Нет, за это можешь быть абсолютно спокойной. Там присутствовало достаточно свидетелей, чтобы истинная подоплека произошедшего быстро стала достоянием общественности.
– Понятно, – шепнула я, сворачиваясь клубком около жаркого костра.
– День зимнего солнцеворота не за горами, – не унимался Шерьян. – Ты должна понимать, что когда Гвория объявят новым эльфийским повелителем, между вами разверзнется пропасть.
– Хватит! – решительно оборвала его я, сорвавшись в конце на хриплый рык. Помолчала немного и добавила чуть мягче: – Хватит, Шерьян. Меня это нисколько не интересует. А, говоря о дне зимнего солнцестояния, ты заставляешь меня лишний раз вспомнить, сколько времени осталось до…
Я жестокосердно не стала заканчивать фразу. Да это и не требовалось. Храмовник пристыжено замолчал, поняв, что я хотела сказать на самом деле. Мол, дорогой мой, ты только что напомнил, что мне осталось жить не больше месяца.
Меня вполне устраивал такой эффект. Я перевернулась на другой бок и сладко задремала. Удивительно, но когда я сделала свой выбор, кошмары перестали тревожить меня. Пусть крохотная, но все же приятная мелочь.
* * *
Был ясный полдень, когда мы пересекли границу с Тририоном. Теперь опять приходилось соблюдать определенные предосторожности. По эту сторону Пустоши тоже не наблюдалось недостатка в конных патрулях. Пусть они состояли из людей, а не из эльфов, но никому из нас не улыбалось долго и мучительно объяснять, что мы забыли в здешних опасных краях.
Однако мое возросшее чутье и дар Рикки помогли и на этот раз. Мы достаточно быстро миновали опасные территории и углубились в привычные леса. Теперь наш путь пролегал по знакомым землям, и я с трудом сдерживала нетерпение. Скоро! Совсем скоро я увижу Мейчар. Мы не планировали заезжать в сам город, да я и не хотела этого. Еще, не приведи небо, столкнусь со старыми приятелями. Или, что гораздо страшнее, с родителями. И как их тогда приветствовать? Мол, простите, мама и папа, но ваша дочь намеревается в ближайшее время умереть за мир во всем мире? Глупо и пафосно до предела. Поэтому по негласному уговору мы решили обогнуть город по широкой дуге. Однако вдруг заартачился Шерьян, твердо вознамерившись навестить своего названого брата. Того самого, который не так давно выдал нас с потрохами Марию. Мы с Рикки долго пытались отговорить упрямого храмовника от этого плана. Зачем? Что за неведомая блажь – взглянуть в глаза предателю? Неужели Шерьян рассчитывает увидеть в них запоздалое раскаяние и услышать слова извинений? Скорее, нам придется убегать от разъяренных сельчан, которых тот крикнет на подмогу, выставив нас отъявленными злодеями. Но Шерьян был на удивление тверд в своих намерениях. Мол, и слышать ничего не желаю, но названого брата навещу. Пришлось нам с Рикки смириться. Правда, прежде договорились, в случае чего, огреть несговорчивого храмовника по голове, закинуть мне на спину и бежать со всей мочи.
Наверное, это прозвучит достаточно странно, но в последнее время мы с Рикки сдружились пуще прежнего. Не знаю, простил он меня или нет за ту шутку с мнимым изнасилованием, но никаких упреков я от него по этому поводу не слышала. В свою очередь, я достаточно спокойно отнеслась к тому, что Рикки вызвался убить меня после вызова бога-отступника. И впрямь, не Шерьяна же заставлять. А так я была уверена, что дело будет сделано в лучшем виде и наименее болезненно для меня.
Окрестности Мейчара, по которым сейчас пролегала наша дорога, находились к югу от эльфийских земель. Это особенно чувствовалось по погоде. Если во владениях Гвория давным-давно царила поздняя осень с затяжными дождями и холодным ветром, то тут о скорой неминуемой зиме напоминали лишь слегка пожелтевшие листья деревьев и отцветающая дымьян-трава. Даже пачкульник еще радовал глаз крупными белыми соцветиями, пыльца которых оставляла на одежде и моей шерсти разноцветные пятна.
