Текст книги "Антисказка. Вы нас не ждали, а мы приперлись.... (СИ)"
Автор книги: Елена Артемова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)
***
Шахрият нервно шагала по комнате, она уже оббежала весь гарем, но не смогла найти Джалию. Заглянуть к арестованной Нафисе ей не пришло в голову. И сейчас она не находила себе места от беспокойства. Как только дверь распахнулась, старуха окинула нас всех взглядом, уверенно подошла к блондинке и прижала к себе.
– Девочка моя! Где ты была! – она пыталась унять слёзы, но те предательски катились по её морщинистому лицу.
– Как ты её узнала? – недоумевали мы.
– Разве мать может не узнать своё дитя? – с удивлением посмотрела на нас Шахрият.
Она взяла себя в руки, стёрла слёзы и крикнула в коридор пробегающей мимо служанке:
– Софият, принеси сюда чаю, – затем строго посмотрела на нас, – А теперь я хочу знать, как вам это удалось.
Мы с Катей попытались было улизнуть, мол, пусть Вероника сама объясняется, но ничего не получилось. Пришлось до самого ужина просидеть в её комнате, рассказывая по порядку всё, что происходило.
Глава 47
Горыныч и Лёля.
Когда все разбежались по своим делам, Горыныч вдруг понял, что кормить его никто не собирается.
– А ещё дворец...
– Да...
– Я им живого дракона привёл...
– Да...
– Подругу спас.
– Да!
– Не ценят.
– Да.
– Полетели к Рахиму?
Говорил средний, а две другие поддакивали своему брату, согласно кивая.
– Точняк! – обрадовался левый, – Шоколаду поедим.
– А вредную позовём? – мотнул в сторону Лёли средний, советуясь.
Правый и левый задумчиво повернулись к драконице, которая усиленно делала вид, что ей ни капельки не интересно, о чём беседует Горыныч сам с собой. Вредина сидела хвостом к Горынычу и занималась тем, что нюхала цветы на клумбе. Её мощные ноздри буквально втягивали цветок целиком, а когда он появлялся обратно, то от него оставалась лишь середина. Лепестки, застревая внутри, щекотали, заставляя её чихать.
– Апчхи.
– Будь здорова!
– Чхи.
– Будь здорова! – по очереди желали друг другу головы.
Огромный дракон задумчиво посмотрел на всё это, а затем загадочно улыбнулся и сказал:
– Неее, чихоточная она какая-то.
Он вдруг вспомнил тактику Дамира по покорению неприступной Русалки и решил попробовать действовать точно таким же образом.
– Больная что ли?
– А если заразная?
– Не будем звать, – пришли к единодушному мнению все трое и, оттолкнувшись мощными лапами, Змей взял курс на замок Джафара.
– Э-э-э! Куда! – прочихавшись, завопила Лёля, – А мы?
– Что значит – заразная?! Сам ты заразный! Гад чешуйчатый!
– Я тоже хочу шоколадку, – обиженно надулась правая.
Она уже было оттопырила губу, намереваясь разреветься, но её приструнила средняя:
– Ша! Догоним! – и, взяв короткий разбег по дорожке парка, рванула в погоню.
Баюн.
Баюн был практически счастлив. Самобранка починилась и накормила обжору любимым мискасом с креветками в сливочном соусе. Все шумные девицы разбежались и оставили его в блаженной тишине. Жизнь, как говорится, удалась. Он разлёгся посреди огромной кровати и мурлыкал себе под нос, предвкушая послеобеденный сон.
– Э-э-э! Куда! – разорался кто-то за окном, заставляя котейку открыть глаза и лишая долгожданного покоя.
А затем пол и стены затряслись, от чего Баюн вскочил и помчался к окну посмотреть, что происходит. По дорожке бежала огромная туша дракона, противно-розового цвета, заставляя стены замка дрожать, а статуи, стоящие вдоль этой дорожки, вообще подпрыгивали, заваливаясь на бок.
– Мда...
Кот уселся на широком подоконнике, обнял себя хвостом и задумчиво проводил взглядом это недоразумение, которое, махнув крыльями, стало набирать высоту.
– Похудеть ей не помешает, – глядя вслед, ворчал он, – Если так каждый раз всё дрожать будет... Что это будет-то?
Василиса.
Василиса неслась по аллее, миновав калитку, ведущую к казармам, и, выйдя на финишную прямую, замедлилась. Сейчас ей предстоял непростой разговор с Ником. «Неплохо бы всё обдумать, отрепетировать. С чего начать? Может быть, с рассказа о том, как прошли поиски Кати? Или сперва о том, почему в их спальне, в замке Джафара такой погром? Или как провела почти всю ночь в компании Заира? Чёрт, так много всего...» Но всё, что она делала было лишь на благо друзей, не согласись она на свидание – не было бы помощи от Заира и не узнала бы она о тех волшебных вещицах, которые прихватила у Рахима. Илья бы по-прежнему валялся в постели, как минимум, пару месяцев, а сейчас он способен вставать и ходить, путь опираясь на трость, но ходить. Хотя, он предпочитает изображать тяжело больного, чтобы Асият проводила у его постели всё своё время. «Убежала из лазарета, не посоветовавшись с ним? Ну так только время бы потеряли. А сейчас артефакт заряжен и Машка его принесёт, Мила с Добрыней смогут вернуться в тридевятое. В общем, оправдываются виноватые, – рассудила девушка, – А я-то не виноватая. Так что, мы просто поговорим».
Ник нашёлся на краю полигона. Пока его Василиса пропадала, спасая мир, подруг, всех вокруг, его одолевали сомнения и терзания. В своих чувствах он не сомневался – люблю. А она? Любит ли? Или это был просто душевный порыв? Страсть, желание? А теперь всё прошло. Он хотел и боялся услышать ответ. Чтобы как-то отвлечься, ушёл на полигон. Тяжёлый меч в руках, полоса препятствий... Тело двигалось машинально, а мысли словно невидимый противник, так и продолжали атаковать, нанося душевные раны. Мужчина раздражённо откинул меч в сторону и улёгся на траву, заложив руки за голову. Нежные лучи заходящего солнца ласкали лицо, тёплый ветер ерошил волосы. Ник задержал дыхание, пытаясь успокоиться. Лязг металла от тренирующихся поблизости постепенно стал стихать, веки потяжелели, и он сам не заметил, как задремал. Из блаженной неги его вывели чьи-то ладони, беспардонно шарившие по всему телу. Ник ухватил нападавшего за руки, резким движением подмял его под себя, нависая сверху, и лишь затем уставился на противника. Под ним, широко раскрыв глаза от удивления, лежала Василиса. Первый шок прошёл быстро, страх сменился улыбкой, а затем уступил место... желанию? Девушка потянулась к любимому, прикоснулась губами, даря такой нужный поцелуй, полный нежности и любви, что у Ника закружилась голова от счастья. «Какой я дурак! – мысленно укорил он себя, – Любит, конечно, любит». Его руки заскользили вдоль девичьего тела, лаская каждый сантиметр. Поцелуй стал более напористым, вызывая отклик Василисы. Коленом раздвинув её ноги, Ник устроился поудобнее и замер, прислушиваясь. Что-то вокруг было не так. Звон мечей стих. Тишина. Он поднял голову и увидел, что все сражающиеся друг с другом воины стояли, опустив мечи, и с интересом наблюдали за парочкой.
– Твою мать, – выругался в сердцах Ник.
– Что? Почему мы остановились? – недовольно заворчала Василиса. Она приподняла голову и увидела толпу зрителей, которые не сводили с них глаз, – И что вылупились? – прикрикнула она на любопытных, заставляя тех обалдеть.
Они ожидали визга, слёз, покрасневших щёк. Но девица выползла из-под Ника, поднялась и, уперев руки в боки, умудрилась с высоты своего маленького роста смотреть на всех сверху вниз.
– Кино закончилось, приступаем к тренировке, давай-давай, – для пущего эффекта она помахала руками, изображая бой мечом.
Раздосадованные воины медленно начали поднимать оружие, продолжая прерванное занятие. Они то и дело поворачивались на парочку в надежде продолжения, но Ник, ухватив девушку за руку, уводил её в сторону лазарета.
– Ну мы с тобой прям порнозвёзды местного масштаба, – рассмеялась Вася, когда они отошли на приличное расстояние.
Ник улыбнулся. После поцелуя все тревоги прошли, сомнения развеялись, на душе царил покой и счастье.
– Я люблю тебя! – произнёс он, глядя в глаза.
– И что, даже ругаться не будешь? – не поверила своему счастью Василиса.
После произошедшего на поляне она так и не решила, надо ли начинать говорить или они уже помирились?
– А есть за что? – на всякий случай уточнил любимый.
– Не-а, – довольная улыбка не сходила с лица Василисы, заставляя Ника улыбаться в ответ, – Я тоже тебя очень люблю, – призналась она, – О, смотри, Машка с Вельмой! Мы ж артефакт зарядили, сейчас будем Добрыню спасать, идём скорее!
Маша и Вельма.
Маша и Вельма практически бежали в лазарет, торопясь поскорее отдать заветную брошь Миле. По дороге Вельма поинтересовалась, как им воспользоваться, но Маша сама терзалась подобными мыслями.
– На месте разберёмся, – поспешно ответила подруга.
Перед входом она заметила, как со стороны полигона, обнимаясь, приближаются Ник с Василисой. Порадовавшись, что эта парочка, наконец, помирилась, Маша распахнула двери и вошла внутрь. Без труда она отыскала Милу. Стоящие у кровати наши друзья расступились, пропуская её вперёд.
– Держи, – положила на тумбочку брошь Маша, – Она должна помочь.
– Машка! – принялась её обнимать Мила, – Ты, ты... Я теперь... – пытаясь сдержать слёзы, бормотала подруга.
– Милка! Потом наобнимаемся, давай! – строго поторопила Маша.
– А как? – она взяла её в руки и принялась крутить перед носом, рассматривая, – Как она работает?
– Ну не знаю, – Маша с надеждой перевела взгляд с подруги на стоящих рядом мужчин.
– Может быть, нужно слова волшебные знать? – предположил Дамир.
– Так, – единственный, кто не растерялся в этой ситуации, был Алекс, – Попробуй взять его за руку, сожми брошь покрепче и мысленно представь место, куда тебе нужно попасть.
Мила честно пыталась. Закрыв глаза, она представляла себе замок Гвидона, точнее, уже Варюшин, ну и Хорта, конечно же. Ту самую комнату, в которой она весь свой дар отдала за спасение подруг. Но ничего не происходило.
– Может, надо в слух попросить? – предположила Вельма.
Мила старалась, меняла формулировки, места, представляла разные места тридевятого королевства, а затем откинула украшение на кровать и горько разрыдалась.
– Странно, но ведь эта фигня полностью заряжена, – подошедшие Вася с Ником молча смотрели на мучения девушки, – Ну Заир-то сказал. Обманул? Ну я ему устрою! Армагедец ему!
Она развернулась на 180 градусов, намереваясь затеять очередные разборки, как вдруг дверь казармы распахнулась, и на пороге показался Рахим. Выглядел он весьма странно: взъерошенные волосы, помятая и даже местами порванная одежда. Его безумный взгляд метался по находящимся перед ним друзьям и остановился на Вельме. Гад быстро затараторил, было сложно уловить, потому что часть слов были на незнакомом языке, но рыжая кивала, подтверждая, что понимает его.
– Ты уверен? – когда словесный поток иссяк, уточнила кикимора.
– Обижаешь! – усмехнулся он, – Готов поклясться собственной жизнью.
– А вы чего тут? – наконец, он словно увидел, что кроме них здесь ещё куча народу.
– Не твоё... – Вася хотела выпроводить этого противного гида подальше, но Вельма не дала этого сделать.
– Помоги, – попросила она Рахима, – Мы не знаем, как это работает.
«Раз он обладает даром, то, может быть, он сможет перенести ребят», – теплилась надежда в груди у Вельмы. Она шагнула в сторону, и Рахим смог разглядеть свою брошь, так бессовестно похищенную у него из сундука. Она горела ярко-алым цветом, давая понять, что её резерв полон до краёв.
– Оооо, – только и смог произнести он, – Как?
– Ты знаешь как это работает? – спросил Кощей и, получив кивок, подтолкнул его ближе к больному, – Приступай.
Со священным трепетом Рахим взял в руки брошь, погладил пальцами, еле касаясь. Словно тоненькие нити, сотканные из огня потянулись к нему.
– Кто? – по-деловому уточнил он, глядя исключительно на рыжеволосую Вельму.
– Мила и Добрыня. Верни их в мой мир, – попросила она.
Мужчина наклонился к цветку на ладони и что-то зашептал на своём языке.
– Возьми его за руку, – велел он Миле, и та послушно подошла к Добрыне и выполнила приказ.
С каждым произнесённым словом цветок загорался всё ярче, словно языки пламени его свечение окружало держащихся за руки Милу и Добрыню, скрывая их фигуры от взора друзей. В какой-то момент пришлось закрыть глаза от яркого света. Тихий хлопок, словно лопнул мыльный пузырь, заставил Василису открыть глаза – на кровати было пусто, брошь потускнела, волшебный свет исчез.
– Ты уверен, что всё получилось? – на всякий случай уточнила Маша, – Что они там, куда и хотели попасть?
– Конечно, – удивлённо вскинул брови Рахим, – У вас все? Тогда мы пошли? – и он было хотел утянуть Вельму к выходу, но она вдруг спряталась за спину Лешего, – Я хочу всё рассказать друзьям. Не бойся, твою тайну я сохраню. Важна общая информация.
Рахим задумался. С одной стороны, она права, и бороться с джиннами лучше всем вместе. Но с другой стороны, сдержит ли она своё слово?
– Обещаю, – словно поняв его сомнения, повторила кикимора.
– Хорошо, – разрешил он, наконец, – Говори.
Приободрённая разрешением, она вышла в центр и, глядя на друзей, произнесла:
– Дело в том, что Рахим самый лучший... Что за чёрт? – растерялась она тут же, – Ты же разрешил.
– Эээ, – принялся мямлить Рахим, – Видишь ли, дело в том, что магическая клятва так не снимается.
– А как? Снимай давай! – злилась рыжая.
– Чего вы нам голову морочите! А ну, ты, давай сам говори! – ткнула пальцем в недомага Василиса.
– Кхм-кхм, – прокашлялся он, – Мы в Вельмой решили поже... – он тут же захлопнул рот, понимая, что сейчас ляпнет. Леший как-то нехорошо нахмурился и шагнул в его сторону, потирая кулаки и заставляя попятиться назад.
– Да блин! Снимай давай это всё! – в конец разозлилась рыжая.
– Да не могу я! Требовать клятву умею, снимать, – развёл руками, – Прости, пока нет.
– Значит так, господа хорошие, – пришла Маша на выручку, – Времени в обрез, нас султан вообще-то ждёт. Поэтому сегодня после разговора нас ждёт увлекательная игра в «Крокодила».
– Отлично, – обрадовалась Вася, понимая, куда она клонит.
– Что за игра? – поинтересовался Владыка у любимой.
– По дороге расскажу, – шепнула она, – Идёмте уже. Пора.
– А я бы его с собой взяла на ужин, – мстительно улыбнулась Вася, видя, как побледнел Рахим.
– Отличная мысль, – поддержал Дамир, – Пошевеливайся, – подтолкнул он мага в спину.
И под его ворчания, мол, помог на свою голову, вся компания отправилась во дворец.
Глава 48
Илья.
Мази Заира за сутки поставили Илью на ноги. Он уже вполне сносно передвигался по замку, опираясь на трость, но всё же предпочитал, валяясь в кровати, слушать, как Асият читает ему книгу. А ещё ему нравилась её забота, внимание, ласка. Как девушка смущается, если взять её за руку. Её нежные губы, которые шепчут милые глупости. Конечно, друзья навещали его, беспокоясь о самочувствии друга, заходила и Василиса. В один из таких визитов Илья вдруг отметил, что смотрит на неё совсем иначе. Нет, она по-прежнему нравилась ему, но, скорее, как друг, как любимая девушка друга. Он больше не смотрел на неё глазами влюблённого мужчины. Всё его внимание переключилось на черноволосую красавицу Асият. Вот и сейчас она принесла ему ужин и заботливо расставляла его на низеньком столике у изголовья кровати. Со стороны улицы послышался грохот, и стены замка затряслись.
– Ой, – испуганно прижалась к Илье служанка, – Что там?
– Сейчас разберёмся, – нахмурился блондин.
Опираясь на трость, он подошёл к окну и застал интересную картину. Приземлившийся Горыныч отдыхал в тени, а по дорожке парка, растопырив лапы, тормозила огромная розовая туша драконицы. Периодически она подпрыгивала, заставляя стены замка дрожать. За её спиной словно гигантский парашют развевались крылья, она изо всех сил тормозила лапами, оставляя на песке глубокие отметины.
– Подойди, не бойся, – подозвал Илья Асият, – Теперь у вас два дракона.
Девушка с опаской подошла и взглянула в окно, эффектное приземление драконицы вызвало у неё улыбку.
– Идём, – потянул её мужчина, – Будем знакомиться.
– А как же ужин?
– Мы недолго, – пообещал Илья, глядя на аппетитные куски мяса, лежащие на огромной тарелке в окружении нарезанных овощей.
Появление дракона не осталось незамеченным для всех обитателей замка. Дружной толпой они высыпали на улицу приветствовать спасённую Драконицу. Довольная Лёля свысока посматривала на Горыныча, типа, смотри какая я звезда.
– Ну да, спас я, а кланяются ей, – недовольно ворчал правый.
– Знал бы – не спасал.
– Да, – пришли к единодушному мнению две другие головы
То, что при этом была спасена ещё и Катя, у него начисто вылетело из всех трёх голов.
Стоящий рядом поваренок услышал его слова и тут же шепнул своему соседу, тот другому, и через минуту о героическом подвиге Горыныча гудела вся толпа. Теперь Горын купался в лучах славы, а Лёля обиженно поджала губы.
– А почему у вас герой до сих пор не кормленый? – громко поинтересовался Илья, и, охнув, слуги унеслись на кухню, чтобы накормить спасителя.
Мгновенно на площадке перед дворцом стало пусто.
– Так и быть. Розовую тоже покормите, – любезно разрешил змей.
– Надо же, два Горыныча, – удивлённо рассматривал вторую рептилию Илья.
– Баба это, – вздохнул змей, – Красивая, но вредная.
– Так всегда, брат, привыкай, – усмехнулся Илья, – Чем красивее, тем характер вреднее.
– Да я уже понял.
– А где все? – заволновался Илья, его друзья должны были вернуться на Горыныче, но вместо этого он вернулся с Лёлей.
– Так они во дворце султана остались. Ужин там, разговор какой-то важный, я не понял толком. Все так разбежались, меня не покормили... – не упустил возможности пожаловаться змей.
– Ужин? Важный разговор? – встревожился блондин, – Мне надо туда. Горыныч, будь другом, подкинь, а?
– А ты не офигел? – прищурился дракон.
– Совсем людишки обнаглели, – заворчал правый.
– Давай его сожрём? – предложил левый.
От услышанного Асият вздрогнула и посильнее прижалась к Илье, словно хотела его защитить от огромного монстра. Мужчина с нежностью посмотрел на храбрую защитницу.
– Не бойся, он шутит, – но, судя по нахмуренному выражению её лица, она не сильно верила его словам, продолжая обнимать.
– В принципеее...
– Я могу...
– Подвезти.
Подала голос Лёля. Ей всеми силами хотелось привлечь к себе внимание. А то чего это только Горыныча просят? Илья вспомнил приземление этой драконицы. Меньше всего ему хотелось бы в этот момент оказаться на её спине.
– Эээ, нет, – встрепенулся средний.
– Да! – поддержал правый.
– Я ему не разрешаю с незнакомыми драконами летать, – словно заботливая мамочка заворчал средний, – Тем более, если те сами ещё летать не умеют.
– Садись, – он подставил крыло, словно трап самолета.
Илья ловко вскарабкался наверх и заметил, что вслед за ним залезла и Асият. Было видно, что девушке страшно, но она упрямо лезла на ящера. Мужчина хотел было сперва возразить, что ей нечего там делать, но потом вдруг понял, что не хочет надолго расставаться с ней. За последние дни так привык, что она всегда рядом, и покрепче прижал её к себе, готовясь взлететь. Горыныч уже набирал высоту, когда внизу раздался топот – Лёля готовилась ко взлёту.
– Смотри, как работает метод, – довольно оскалился средний.
– Ага. Дрессируется, – закивал левый.
Мила и Добрыня.
Когда пламя полностью окутало Милу, она зажмурилась от страха. Но вопреки её ожиданиям огонь не обжигал, а лишь ослеплял своим ярким светом. Свет погас, и Мила решилась открыть глаза. Проморгавшись, она увидела, что всё получилось, и они смогли попасть в сказку! Сейчас Добрыня лежал на той самой огромной кровати, на которой лежали Василиса и Варя, а Мила, ещё будучи жар-птицей, смогла вернуть им жизнь.
– Добрыня. Получилось! Потерпи чуть-чуть, миленький, я сейчас!
Она принялась расстёгивать браслет, подаренный царевной. Пальцы предательски дрожали от волнения, кое-как справившись с застёжкой, Мила со всей силы кинула браслет на пол. Тот отскочил от пола и ударился о стену напротив кровати.
– Царевна, помоги, ты моя последняя надежда, – для пущего эффекта произнесла девушка.
Несколько долгих секунд ничего не происходило, сердце ушло в пятки. Обманула? Но вдруг стена, о которую ударился браслет, пошла рябью и словно исчезла. Напротив проступили очертания огромной спальни, посередине которой на постаменте возвышалась кровать, а на кровати под одеялом происходила какая-то возня, сопровождаемая томными вздохами.
– Царевна? – неуверенно позвала Мила.
«Точно! На дворе ж ночь почти!» – щёки покраснели от мысли, что она отвлекла их от такого интимного занятия.
– Царевна! – уже громче позвала девушка.
Звуки стихли, и из-под одеяла вынырнула лохматая рыжая макушка царевны. Она удивлённо уставилась на Милу, но поскольку видела ту только в птичьем обличии, то, конечно, сразу узнать её не смогла.
– Это что за баба?! – она со всей силы скинула одеяло и гневно уставилась на мужчину под ним, – Я тебя спрашиваю!
Он рассматривал Милу с любопытством, но далёким от мужского. Скорее, желая разобраться, что происходит.
– Царевна, я Мила, жар-птица. Помоги, Добрыня мой, он умирает, – из глаз Милы потекли крупные слёзы, она старалась сдержаться, но сил больше не осталось.
– Мила? – мелькнуло узнавание в глазах рыжеволосой, – Что за чёрт, сейчас.
Она попыталась подняться с кровати, но, запутавшись в одеяле ногами, чуть не свалилась. Если бы не хорошая реакция её чародея, то полетела бы вниз головой. Накинув широкополый и явно мужской халат, царевна, не мешкая, направилась к Добрыне. Она прошлась цепким взглядом по его бледному, словно мел, лицу, синим губам и, задрав рубаху, прижала свои ладони к груди. Как и в прошлый раз она что-то шептала, слов было не разобрать, но на глазах с лица мужчины исчезала бледность, уступая место румянцу на щеках, губы его приобрели естественный оттенок, дыхание выровнялось.
Пока царевна занималась спасением, её чародей замотался в простынь на манер римской тоги, завязал её на плече и следил за ней, не отрывая глаз. Стоило только закончить, как он недовольно опустил рубаху на груди Добрыни и, сложив руки на груди, выжидательно уставился на любимую.
– И вот так каждый раз, – притворно вздохнув, пожаловалась целительница Миле, – Давай, рассказывай, что с вами приключилось. Да спит твой Добрыня, до утра точно продрыхнет, – видя обеспокоенный взгляд Милы, царевна поспешила её успокоить.
– Спит, – с облегчением выдохнула наша подруга.
Как-то разом навалилась вся усталость, скопившаяся за это время, дало о себе знать и то, что ела она в последний раз ну очень давно. Голова закружилась, и девушка чуть не упала в голодный обморок. Её тут же подхватили крепкие руки чародея и заботливо уложили на кровать рядом с любимым.
– Так, ей надо поесть, – решительным шагом Лебедь направилась на выход из комнаты.
***
Иван со своей любимой женой Марьей вернулись с вечерней прогулки и направлялись переодеться к ужину. На них с другого конца коридора, со стороны их спальни, бодрым шагом надвигалась девица в мужском халате. Марья остановилась, как вкопанная, и уставилась на супруга с немым вопросом в глазах, мол, что происходит, любимый?
– Это не то, что ты думаешь! Сейчас разберёмся, – он решительно задвинул жену за спину, мало ли кто это.
– Ты кто?– ошарашила его вопросом незнакомка.
Сзади с облегчением выдохнула жена, что не могло не порадовать Ивана.
– Временно исполняющий обязанности царя, Иван я.
– Отлично, – обрадовалась незнакомка, – Вань, организуй нам ужин. А то у нас там Мила в голодном обмороке и Добрыня раненый.
– Где?!
Иван каждый день вспоминал про своих друзей, волновался, как у них дела. Марье своей рассказал раз десять про их приключения. Так что она тоже заочно знала всех и волновалась вместе с супругом. Поэтому, услышав знакомые имена, быстрее Ивана понеслась в спальню, раскрыла двери и с интересом рассматривала лежащую на их, между прочим, супружеском ложе. А рядом застыл огромный бородатый мужчина в одной простыне.
– Здрасьте, – пролепетала Марья и, покраснев, закрыла дверь, – Ванечка, там ещё мужик голый. Почти.
– Это мой, – отмахнулась Лебедь.
Ужин принесли прямо в спальню, Мила, смущаясь такого внимания, ела по чуть-чуть, пока четыре пары любопытных глаз рассматривали её. А затем почти всю ночь рассказывала о наших приключениях в пустыне.
– Обратно я иду с вами! – заявил Иван.
– Я с тобой, – пискнула Марья.
– Пожалуй, и моя помощь будет не лишней. Мы с вами, – за двоих ответила Лебедь.
– Только вот, как нам попасть туда? – призадумались все вместе, – Порталы у нас строить ещё не научились...
