Текст книги "Антисказка. Вы нас не ждали, а мы приперлись.... (СИ)"
Автор книги: Елена Артемова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)
Глава 38
Лазарет.
– Что значит – ничем не помочь? – схватила Варюша несчастного доктора за грудки, – А почему ты вчера молчал? Доктор ты или где?!
– Я и сегодня ей не скажу, – сопротивлялся Гафур, – И вам не советую.
Варя задумчиво перевела взгляд на Машу, словно советуясь, и подруга чуть заметно кивнула. Руки разжались, выпуская лекаря на свободу. Он оправил халат и отступил на пару шагов назад. Маша же, наоборот, подошла ближе и, взяв под локоть Варюшу, положила голову ей на плечо. Воцарилась тишина, нарушаемая только доносящимися из помещения тихими стонами раненых.
Лекарь ушёл, подруги уселись на ступени крыльца.
– Что же теперь будет-то?– растерянно пробормотала Маша, – Неужели и правда...
– Брось, – резко перебила Варя, – Даже мысли такой не допускай! Нормально всё будет. Если нужно чудо, значит, сделаем чудо! Только Милке не говори. Слышишь?
– И у вас от меня секреты, – выскочила из лазарета взлохмаченная Мила, её глаза были полны слёз, – Что? Думаете я не понимаю, да? – кричала она, – Хватит меня оберегать! Я хочу знать правду! – она выжидательно уставилась на подруг, но те упрямо молчали, – Так я и думала! – горько усмехнулась она, сбежала по ступеням и помчалась прочь.
– Может, стоило ей сказать? – неуверенно предположила Маша.
– Что? Что мы ей скажем? Что Добрыня умирает? – устало вздохнула Варя, – Нет, пока у нас не будет плана по его спасению, ничего мы не скажем. Идём-ка, посоветуемся с остальными. Скоро Васька придёт, у неё голова умная, соображает хорошо.
***
На входе из гарема на нас буквально налетела заплаканная Мила.
– Мила? – я попыталась её остановить и обнять, – Что с Добрыней, почему ты плачешь? – беспокойство нарастало – неужели?.. Думать о плохом не хотелось, – Что ты молчишь? – подруга вывернулась из моих рук.
– Почему у всех от меня секреты?! Вы думаете, что, скрывая правду, делаете мне легче? Да провалитесь вы со своими тайнами! Слышите?! Я сама! Сама всё...
– Мил, – я шагнула ей навстречу, – Всё будет хорошо, – банально, да, знаю, но ничего другого просто не приходило на ум.
– Хорошо?! Что ты знаешь? – укорила меня Мила, – Хорошо, когда твой Кощей бессмертный, да?– словно в укор выкрикнула она мне в лицо, – Не надо за его жизнь беспокоиться! – она развернулась и со всей силы врезалась в Шахрият, которая вышла на шум.
– А ну-ка идём со мной, милая, – приобняла она её ласково за плечи, – Тебе надо успокоиться, а то наговоришь лишнего, жалеть будешь. Вооот, так, – придерживая, она повела её в свою комнату, продолжая говорить, – Всё мне расскажешь, поплачем вместе.
– Это что сейчас было? – раскрыв от удивления глаза, поинтересовалась Катя.
– На истерику похоже, – слова о бессмертии глубоко засели в голове. Это что получается, лет этак через тридцать я буду морщинистой бабкой, а он по-прежнему молодым и красивым? И?
– Алён, эй, погоди, – я и не заметила, как задумавшись, пошла дальше, а Катя осталась на месте, – Нам в другую сторону, – оказавшись рядом, Катя ухватила меня под локоть и повела в нужном направлении.
Всю дорогу до Амира я прокручивала в голове слова Милы о бессмертии Кощея. Она тысячу раз права. Но что с этим делать? Я точно не бессмертна и никогда такой не стану. Как жить с мыслью о том, что в один непрекрасный момент я стану для него старой? Найдёт мне замену? Или будет из жалости и благородства рядом? Я помотала головой, представляя себе эту картину.
– Что-то ты совсем сникла, – Катя шагала рядом, и казалось, что от ссоры с Милой она ничуть не расстроена, – Про бессмертие загрузилась? Может, тогда ну его, Кощея. Вон смотри, и альтернатива у тебя имеется, – лукаво прищурилась подруга.
Отвечать я не стала, да что тут ответишь-то? Я на минуточку представила себе такой вариант развития событий: остаюсь здесь, выбираю султана, а Кощей возвращается обратно... И такая тоска поселилась в сердце. «Нет, я без него не смогу. Если не он, то лучше одной».
Перед дверями покоев я немного притормозила, почему-то мысли идти внутрь вдвоём не возникло.
– Ты меня дождёшься? – поинтересовалась у Кати.
– Не-а, я с тобой пойду, – беспечно отозвалась та, – Чего под дверями топтаться?
Я не была уверена в том, что так можно, но пока раздумывала над ответом, подруга потянула ручку двери и вошла. Пришлось идти следом. В гостиной никого не было, и Катя с интересом осматривалась.
– Симпатично, – она провела рукой по спинке дивана, прошлась по комнате, взглянула в окно. В общем, вела себя легко и непринуждённо, – А там что? – указала она на дверь спальни.
– Кать, я сама, туда точно не надо, ладно? – попросила я.
Неправильно это. Я не была уверена, что Амир не разозлится на присутствие постороннего человека в его покоях, а уж про спальню вообще молчу.
– Как хочешь, – пожала подруга плечами, – Ну иди уже, чего стоишь?
Я тихонечко постучала, но ответа не последовало. Тогда приоткрыла двери и просунула голову. Странно, нет никого.
– Иди уже, – подтолкнула меня Катя и закрыла дверь, когда я ввалилась в спальню целиком.
Огромная кровать была не заправлена, одеяло на краю свисало вниз почти до самого пола. А из ванной доносился шум воды. Значит, нужно немного подождать. От нечего делать я застелила постель, походила по комнате кругами, а потом уселась на кресло у окна. Наконец, Амир вышел и застыл на пороге.
– Вот уж воистину доброе утро, – улыбнулся он, глядя на меня.
Кроме полотенца, обмотанного вокруг бёдер, на нем не было ровным счетом ничего. Ну, если не считать за одежду повязку, которую я вчера лично ему наложила. Крупные капли воды стекали по крепкой груди. Я проследила их путь от ключицы до самого края полотенца, поспешно подняла глаза и увидела самодовольную ухмылку на лице Амира. Хорош, подлец. Знает, какое впечатление производит и беззастенчиво этим пользуется.
– Я пришла просить о встрече.
– Тебе не нужно просить, – удивлённо вскинул брови султан, – У меня всегда есть время для встречи с тобой, вдоволь покрасовавшись, он подошёл ближе и присел передо мной, – Я буду счастлив, если ты... – но договорить он не успел, распахнулась дверь, и на пороге появилась Катерина. Она притворно всплеснула руками.
– Ой. Я не помешала? – наивно захлопала ресницами подруга.
– Прости. Не предупредила, – в душе я разозлилась – какого чёрта?! Просила же ждать в гостиной. Но и перед султаном подставлять подругу не хотелось.
– Ааа, моя несостоявшаяся наложница, – как-то хищно улыбнулся мужчина, – Чем обязан? Передумала?
– Я за компанию. Страсть как интересно посмотреть на покои великого султана, – продолжала она строить глазки.
«Стоп, чего? – я удивлённо уставилась на Катю, – Ну ведь так и есть, стоит и глазками хлоп-хлоп... Нет, я, конечно, не ревную. Но, чёрт возьми, это пока ещё мой султан. Да и вообще».
– Кать, – моё терпение лопнуло, – Дай ещё пять минут, я скоро.
Подруга кивнула и исчезла за дверью.
– Прости, – принялась я извиняться, – Не думала, что она войдёт.
Амир лишь отмахнулся. Всё это время он так и продолжал сидеть передо мной в одном полотенце.
– Я не сержусь, – его огромные ладони обхватили мои руки, скользнули выше, заставляя занервничать. Того и гляди до поцелуев недалеко. И я, чёрт возьми, не уверена, что... Или. Нет, надо срочно прекращать это безобразие. Я дёрнулась, и Амир, словно заметив мою неловкость, тут же остановился.
– Раз теперь ты всё знаешь про меня и моих друзей, – начала я, собственно, говорить то, зачем пришла, – Когда мы сможем все вместе поговорить?
– Чем раньше, тем лучше. Вечером. Сегодня за ужином, идёт? – продолжая держать меня, принял решение Амир.
– Хорошо, – как раз успею всех предупредить.
Я поднялась, собираясь уйти, и Амир с неохотой разжал руки, освобождая.
Огромных усилий стоило Амиру это решение. Больше всего сейчас хотелось прижать к себе, впиться в губы поцелуем, да и кровать тут рядом. Но он боялся своим напором спугнуть то хрупкое доверие, возникшее между ними. Султан позволил себе лишь легкое касание губами руки на прощание, с удовлетворением отмечая, как покрылись румянцем щёки наложницы. Он ей небезразличен.
– Иди уже, а то передумаю, – усмехнулся он.
Дважды просить было не нужно, я поспешила к Кате.
***
В гостиной я застала Катю за интересным занятием: её пятая точка торчала из-под дивана, а сама она явно что-то искала под ним.
– Кааать, – позвал я подругу, и та, приложившись затылком, дала задний ход, – А что ты там делаешь?
– Серёжку уронила, – протянула мне на ладони находку она.
Я же с сомнением наклонила набок голову:
– Так тебя же уши не проколоты.
– Да? – искренне удивилась девушка, – Ну, значит, кулон.
Она на мгновение сжала пальцы, а когда раскрыла обратно – на ладони лежал кулон. Я удивлённо моргнула. Какого?.. Только что своими глазами видела на её ладони серьгу с голубым камнем, и вот на её месте действительно кулон.
– Это фокус какой-то? – потёрла я глаза руками, – Только что же... серьга... – я подняла глаза на подругу в замешательстве, но та улыбалась так искренне.
– Устала ты, вот и мерещится. Идём, – она отряхнула с колен невидимую пыль, – Договорилась?
«Наверное, подруга права, это всё от усталости. Интересно, что искала под диваном Катя? И даже если предположить, что кулон, то я такого у неё не припомню. Подарок? Но чей? Алекса последние дни не было рядом. Вопросов становится только больше. И вообще, мы пришли помогать девчонкам, а одну так и не нашли, где её искать? Да ещё и Вельма девой золотой оказалась, придётся мир спасать. А может, ну его – это всё? Вернёмся домой», – смалодушничала я. Домой. Перед глазами сразу возник замок Кощея. «А там ли мой дом-то? Как быть с бессмертием некоторых?» – я опять погрузилась в эти невесёлые мысли.
Глава 39.
Мила.
Джалия удивлённо смотрела, как горько плачет Мила в объятиях Шахрият. Как вздрагивают её хрупкие плечи, как что-то шепчет ей на ухо матушка, поглаживает по спине, успокаивая. Полгода назад она сама точно так же ревела, а Шахрият старалась ей помочь. И если бы не матушка, то кто его знает, что стало бы с ней сейчас? Наконец, последний раз всхлипнув, Мила отодвинулась от старухи:
– Ты права, права во всём. Спасибо, что не дала наговорить мне ещё больше глупостей.
– Милая, – покачала Шахрият головой, – Ты и так достаточно наговорила. Я не думаю, что твои подруги со зла скрывают от тебя что-то. Скорее, просто не хотят тебя расстраивать.
В душе Мила всё понимала. Будь она на их месте, то поступила бы так же. Зря она нагрубила, Алёну расстроила зря. «Кто меня за язык тянул, – ругала она себя, – Надо попросить прощения».
– Я пойду и извинюсь, – вскочила Мила с места.
Извиниться – что может быть проще и сложнее одновременно? Признать, что был неправ. Именно этого не сделал никто из трёх подруг – ни Вероника, ни Кристина, ни Анфиса. Джалия смотрела на Милу, на её переживания, а думала о своих девчонках. Наверное, это и есть настоящая дружба – суметь вовремя признать свои ошибки, найти силы сказать «прости». Всегда быть рядом, прийти на помощь в трудный момент. Она поднялась одновременно с Милой.
– Матушка, я тоже хочу извиниться перед Анфисой, – ей вдруг показалось, что их дружбу можно вернуть, воскресить, стоит только поговорить, объяснить и извиниться.
– Поговорить вам точно не помешает, – одобрила Шахрият, – Я пойду с тобой, – она уже накинула платок на голову и собралась идти, как её остановила Мила.
– Нет, дай им поговорить наедине, – Шахрият вопросительно посмотрела на свою названую дочь, и та кивнула.
– Я сама. Всё будет хорошо, не волнуйся. Идём? – позвала она Милу.
– Идём, – ответила та.
В полнейшем молчании они шли вперёд. Каждая думала о своём. Вероника была удивлена – как так можно дружить? После ссоры с Кристиной и Анфисой она вообще сомневалась в том, что женская дружба существует. Но глядя на Милу с подругами всё больше убеждалась, что она неправа. А ещё она осознала, как сильно скучала по своим подругам, что ей их очень не хватает. «Нам надо помириться! – эта мысль прочно засела в голове, – И надо отыскать Кристинку. А вдруг с ней случилась беда? – испугалась Вероника, – Целых полгода потеряно. Какая я дура!» – ругала она себя.
Нафиса сидела в окружении двух молоденьких чернооких красоток. Они играли в карты и, судя по довольной физиономии Фисы, она выигрывала.
– Анфиса, давай поговорим... – начала вошедшая Вероника.
Но та даже не повернулась в её сторону, будто нет никого. Наложницы мельком взглянули на вошедшую и тут же вернулись к игре.
– Я хочу извиниться.
– Аааа, – тут же проявила интерес Анфиса, – Долго до тебя доходило! А ну брысь, – прикрикнула на своих подружек она, и те испуганно повскакивали со своих мест, – Быстрее, – топнула ногой девица.
– Ну что ж, давай, – развернулась Нафиса всем корпусом к подруге и уставилась на неё.
– Что давать? – не поняла Вероника.
– Как чего?! Извиняйся давай, – взвизгнула Нафиска, – Ты же за этим пришла.
Девушка опустила глаза на пол, рассматривая узор на ковре. Зная вздорный характер подруги, она понимала, что будет сложно, но что настолько – не предполагала.
– Прости, – тихо произнесла она, – Мы все были неправы.
– Чего? Кто так извиняется? – принялась нападать на неё Анфиса.
***
Мы с Катей уже почти дошли до нашей комнаты, как вдруг услышали крики.
– Что происходит? – приостановилась подруга, – Откуда визг?
Прислушавшись, я поняла – Нафиска кричит. Причём, на таком ультразвуке. Нет, надо спасать её жертву. Так ведь и до драки недалеко, если уже не...
– Идём, – развернулась я в обратном направлении, – Анфиска там разошлась.
В комнате напротив друг друга стояли раскрасневшиеся Анфиса и Вероника. Они так бурно выясняли отношения, что даже не заметили, как мы с Катей вошли.
– Чего орёшь? – поинтересовалась Катя, глядя на нервно сжимающую и разжимающую кулаки Анфису. Того и гляди вцепится в волосы своей оппонентке.
– Аааа, – рассмеялась она, заметив нас, – Это ты во всём виновата! – она начала грозно надвигаться на меня, – Тыыы! Заняла моё место! Хочешь отнять всё! Ну ничего, сейчас я с тобой поквитаюсь...
В одно мгновение она кинулась на меня, намереваясь схватить за волосы. Но Катя успела оттолкнуть её в сторону. Новый бросок стал более удачным для Анфисы: ей удалось меня повалить на пол и усесться сверху. Одной рукой она крепко удерживала меня, а второй вцепилась мне в волосы. К такому я была не готова, да и вообще, драка не по моей части.
– Чего застыла? – крикнула Катя, выводя Джалию из ступора, – Помогай, – вдвоём они пытались стянуть нахалку с меня, но та упорно сопротивлялась.
– А ну замерли все! – рявкнул с порога мужской голос, и мы послушно выполнили команду.
С огромным интересом нашу маленькую потасовку рассматривал начальник городской стражи.
– Нафиса, значит, – как-то недобро сверкнул он глазами, – Можешь начинать собирать вещи.
Поняв, что сейчас, возможно, решается её судьба, девушка принялась изображать из себя жертву. Губы задрожали, глаза моментально наполнились слезами.
– Господин, помогите мне. Это всё она, – указала она на меня пальцем, – Накинулась прямо с порога с подружками своими, – мотнула на девчонок, державших её за руки, – Втроём на меня одну...
Она начала всхлипывать, да так жалобно. «Вот ведь актриса погорелого театра, – восхитилась я, – Да, такому ангелу сложно не поверить». Но Икрам нас удивил. Он пересёк комнату и резким движением поставил Нафису на ноги.
– Хватит, вытрись, – кинул он ей свой платок, – И следуй за мной.
– Да, – вдруг резко остановился он, – Алиби, ты передай Ху... Вареньке моей. Позже зайду. Я же вообще к ней шёл. А ты мне все планы сбила, – поморщился мужчина, глядя на блондинку
Когда поникшая Анфиска скрылась за дверями, я, наконец, поднялась с пола и подошла к огромному зеркалу, висевшему на стене. Волосы растрепались, одежда местами порвалась.
– Ну и видок, – рассматривала я себя.
Приглаживая волосы руками, я вдруг замерла, заметив позади себя незнакомку. «Кто это? Готова поклясться, что минуту назад там стояла Катерина». Но в зеркале отражалась совершенно незнакомая девушка: медово-карие глаза, узкий лоб, маленький, чуть вздёрнутый нос, пухлые губы и длинные, почти до пояса, чёрные как смоль волосы.
Я резко обернулась и уткнулась взглядом подругу. Та ласково улыбнулась в ответ:
– Идём, надо привести тебя в порядок.
У меня от удивления открылся рот в прямом смысле слова.
– Идём-идём, – потянула меня за руку Катя. Или не Катя?
Я попыталась повернуться к зеркалу, но подруга была так настойчива, что пришлось сдаться. Джалия вышла вслед за нами.
– А вы что не поделили-то? – поинтересовалась я по дороге.
– Я извиниться пришла. Слово за слово. В общем, не получилось, – расстроенно поведала она нам, – Надо ещё раз попытаться. И Тину найти, вы же поможете? – получив наши заверения, что куда ж мы денемся, она убежала к матушке, а мы направились к себе.
В комнате нас ждали Варя, Маша и Мила, они сидели с ногами на кровати и пили чай. Баюн, мирно лежащий на подушках, при нашем появлении вскочил и подлетел ко мне.
– Ягушечка моя, кто посмел? Я ему сейчас! Имя!
– Имя, сестра, имя, – улыбнулась Маша, – Алён, что случилось?
– Она с Анфиской подралась, – поспешила ответить за меня Катя, – Икрам твой передать просил, что позже зайдёт.
Варя нахмурила носик, соображая, как могут быть связаны Икрам и драка. И вообще, она там совсем страх потеряла что ли?
– Он нас разнимал, – пояснила я, – Сейчас всё расскажу.
– Подожди, – остановила меня Мила, – Алён, я извиниться хочу, прости, я не...
– Обнимашки? – распахнула я объятия, – Мил, ничего не говори. Всё понимаю. Ты тоже прости, мы хотим как лучше.
– Я знаю, – шмыгнула носом Мила и обняла меня крепко-крепко.
Маша и Варя присоединились, а вот Катя замешкалась, и Варя позвала её.
– Кааать? – только тогда она неуверенно обхватила нас руками.
– Ну всё, хватит телячьих нежностей, – отстранилась Варя, – Желаю подробностей, из-за чего подрались, причём тут женишок мой, рассказывай.
Пока я делилась, как прошло наше утро с самого начала, Маша расстелила самобранку и наколдовала для нас небольшой завтрак. Вообще, она просила совсем другое, но самобранка упорно выдавала только кофе с печеньем. Точно, в стирку пора. Баюн, несмотря на мои возражения, уселся ко мне на колени и, свернувшись калачиком, мурлыкал.
– Какая всё-таки эта Анфиска противная, – поморщилась Маша, когда мой рассказ был закончен.
Умолчала я только о странностях с Катериной, пожалуй, при ней не стану говорить об этом. Она точно выкрутится, спихнув на мою усталость. Надо улучить момент поговорить без неё.
– Как думаете, что теперь с ней будет? – отпивая из чашки горячий кофе, поинтересовалась Варя, – А если и правда взашей выгонят?
О таком варианте я не подумала.
– Нет, допустить этого нельзя категорически. Мало нам поисков Кристины, так ещё и эта исчезнет в неизвестном направлении. Надо идти к Амиру, просить за Анфиску.
– С тобой пойду, – словно прочитала мои мысли Варя,– Ты же к султану намылилась? – я кивнула в ответ, – Ну, а я Икрама проведаю, спрошу, что хотел. Нечего ему тут по гарему разгуливать, – поднялась Варя.
– Отлично, – даже обрадовалась я, заодно про странности поговорим. Я было направилась к двери, но Маша остановила меня.
– Алён, переоденься, да причешись, а то Султан точно Фиску выгонит, даже слушать не станет.
– Чёрт, точно, – вспомнила свой видок я, – Ты права.
***
– Варь, я там в комнате не всё сказала, – начала я, как только мы с ней оказались наедине, – Ты только выслушай меня сперва.
Было немного страшно, что Варя тоже всё спишет на усталость и нервы. Но, тем не менее, я рассказала всё: и про серёжку, превратившуюся в кулон, и про незнакомку в зеркале. Варя слушала с серьёзным лицом, не перебивая.
– Только не говори, что это всё нервное, – попросила я.
– Если это не наша Катя, то кто? – задала очень правильный вопрос Варя, – И где наша подруга?
– Не знаю, – даже растерялась. Я была слишком сосредоточена на своих переживаниях, что не подумала про это.
– Вот и я не знаю. Ладно, давай сперва проверим твои подозрения, – предложила подруга.
– Что ты предлагаешь?
– Подсунем ей зеркало. Или нет, провернём все так, чтобы она ничего не заподозрила, – передумала Варя, – Надо увидеть её отражение ещё раз. Сейчас вернёмся и займёмся этим вопросом. Есть у меня мыслишка.
– А потом?
– А потом суп с котом, – усмехнулась Варя, – Будем решать проблемы по мере их поступления.
За разговором мы пришли к покоям сутана, из-за дверей которых раздавался разговор на повышенных тонах. Прислушавшись, мы узнали голос Икрама, тот рассказывал об увиденном. Я тихонечко постучала, и мы вошли. Амир сидел на диванчике, у его ног с поникшей головой сидела Анфиса. Она плакала, понимая, что уже ничто не способно ей помочь. Сейчас Икрам закончит рассказ, и ей конец.
– Алиби? – удивился моему приходу Амир, – Зачем ты здесь?
Икрам же при виде своей возлюбленной расплылся в улыбке.
– Моя дорогая, – он вмиг оказался рядом и ухватил её за руку, поднося к губам.
Варя, не ожидавшая такого манёвра, пропустила поцелуй, но затем выдернула руку и спрятала её за спиной. Она гневно сверкнула глазами, от чего начальник городской стражи заулыбался ещё шире:
– Ты обворожительна.
– Икрам, – прервал его Амир, – Давай потом, не отвлекайся. Алиби, это даже хорошо, что ты здесь. Садись, – он похлопал рядом с собой, и мне не оставалось ничего другого, как подчиниться, – Продолжай.
Оставшаяся стоять Варя оперлась о подлокотник дивана рядом со мной и затихла, слушая рассказ Икрама. Анфиска перестала всхлипывать, понимая, что перевес симпатий теперь точно не на её стороне. Она то и дело посматривала на меня. Если бы взглядом можно было убить, то... В общем, Икрам поведал то, что я знала и без него, только не со стороны свидетеля, а со стороны участника.
– Я принял решение. Даю тебе час на сборы, а потом не желаю ничего больше слышать про тебя.
Нафиса вздрогнула от жёстких слов правителя, подняла на него заплаканные глаза, в которых читалась бесконечная любовь, тоска, покорность... Но он лишь отвернулся от неё.
– Гоподин, прошу... – сделала последнюю попытку девушка.
– Почему она ещё здесь? – обратился Амир к Икраму, и тот, подхватив Анфиску под руку, потащил её к дверям.
– Амир, подожди, – я коснулась его руки, привлекая внимание, – Не гони её.
Султан удивлённо вскинул бровь. Непонятно, что больше удивило его: моя просьба или прикосновение.
– Ты хочешь другого наказания для неё? Что ж, говори, я прикажу. Хочешь, её высекут на главной площади, хочешь, протащат за косы по всему городу.
– Нет, – удивилась я, – Я хочу не это.
– Предлагаешь отрубить ей голову? – удивился Амир, – Это слишком суровое наказание.
Анфиска, ожидавшая нового приговора, побледнела и сникла в руках Икрама. Стоявшая рядом Варя легонько пнула меня локтем, придавая ускорение моему мыслительному процессу.
– Что? Нет! – наконец, отмерла я, – Какая порка, какая голова, ты что?! – я даже вскочила со своего места, – Я предлагаю её простить.
– Простить? – удивлённо воскликнули оба мужчины.
– Ну да, – развела я руками, – Ну повздорили немного, с кем не бывает? – Нафиса была удивлена моим словам не меньше всех остальных. Будь она на моём месте, точно бы не стала заступаться.
Султан ошарашенно молчал, размышляя, как поступить. Алиби не переставала его удивлять. Любая другая поспешила бы убрать конкурентку вон, кто-то даже наверняка пожелал бы голову с плеч. И он был к такому готов, но простить...
– Пожалуйста, – продолжала я, видя, что он уже почти готов уступить, – Пусть она остаётся. Мы больше так не будем.
– Мирись, мирись, мирись и больше не дерись, – пробормотала стоящая рядом Варя.
– Хорошо, – сдался Амир, – Пусть она остаётся. В ближайшее время я сам подберу достойного мужчину и выдам тебя замуж. Тебе нужна крепкая рука, – продемонстрировал он свой кулак Анфиске, от чего та вздрогнула, видимо, понимая, чем ей это грозит, – Уводи.
И Икрам скрылся с Анфисой за дверями.
– Спасибо, Амир, ты лучший, – от избытка эмоций я обняла его за шею и чмокнула в щёку, – Ой, – тут же сообразила, что творю.
– Надо было сразу так просить, – усмехнулся султан, – Это весомый аргумент.
Варя же недовольно что-то заворчала и ущипнула меня за плечо. Я уже и сама поняла, что слишком активно радуюсь. Но то, что нам удалось отстоять Анфиску, было чудесно, правда её замужество не входило в наши планы. Надеюсь, мы успеем найти Кристину раньше, чем Амир мужа для Нафисы.
– Возможно, у тебя есть ещё просьбы? – хитро прищурился Амир, подставляя щёку.
К чёрту вашу мораль, у меня сегодня слишком хорошее настроение.
– Нет, – я быстро чмокнула его ещё раз и поспешила отскочить на пару шагов, потому что он уж потянул ко мне свои ручищи.
– Нам пора. До вечера.
– У нас вся ночь впереди, – довольно улыбнулся султан, когда за нами закрылась дверь.
***
– Ты с ума сошла?! – шипела на меня Варя, – Что ты творишь?
– Не знаю, – отмахнулась я.
«Я просто очень устала», – призналась сама себе.
У дверей нас поджидал Икрам, он сиял как начищенный самовар.
– Варюша, собирайся, мы едем в город!
– Зачем? – подбоченилась подруга.
– Мы едем выбирать нам дом.
