Текст книги "Путешествие (СИ)"

Автор книги: Елена Алфеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

3 глава

Космический корабль «Белый Дух». 15 день экспедиции на планету Майда

С началом первой смены я сразу же направилась к начальнику медслужбы Мазуду. Выяснила состояние здоровья неизвестных гуманоидов и спросила, о том, что с ними будут делать. Их будущее не очень волновало Мазуда. Он равнодушно отнёсся к моему желанию пообщаться с ними, но разрешение дал.

У прозрачной перегородки бокса, где жили земляне, стояли вчерашний правовед и его собеседник. Они опять рассуждали о правовом статусе землян на этом корабле. Похоже, кое-кто решил наложить лапу на такой необычный трофей. Так же около бокса находились космобиологи. Они вели постоянные наблюдения за людьми. Они не считали, что вмешиваются в чьё-то личное пространство, просто проводили научные исследования.

Под удивлённые и даже возмущенные взгляды этих двоих зрителей, я вошла в бокс к землянам.

В боксе было три комнаты. В одной были спальные места женщин, и их санблок. В другом отсеке были спальные места мужчин. Третья комната была самой большой. В ней располагалось несколько удобных круговых диванов и большой стол. В неё выходили проходы в спальные отсеки.

На диване лежал крупный, бритый наголо мужчина. На противоположной стороне комнаты сидела, поджав под себя ноги, худенькая девчушка пятнадцати или шестнадцати лет. Это её вчера била судорога. Из бокса появилась женщина в возрасте около сорока лет и зашипела на девушку:

– Что, шлюха, хвостом перед этим бугаём мечешь, проститутка, лучше бы сделала что-нибудь полезное,– на меня она внимание не сразу обратила.

Судя по властным ноткам в голосе, две дамы давно знакомы и, возможно, родственники. Девчушка, молча сидела на диване, и с испугом смотрела на свою обвинительницу. Лысый мужик, до этого лежавший с закрытыми глазами, приподнялся и с интересом наблюдал за сценой.

– Господа… Или товарищи,– громко сказала я решив, что пора обратить на себя внимание. Я не знала, какой был политический строй в России на момент, когда они там жили.– Прошу внимания.

Все повернулись ко мне. Из боксов выглянули остальные жильцы бокса. На всех были одинаковые рабочие комбинезоны.

– Меня зовут Васанта Гори, я историк. Вы находитесь на борту космического корабля Митрана «Белый Дух». Вы попали сюда в результате военной операции. И сейчас являетесь военным трофеем.

– Вы инопланетяне?– раздался робкий вопрос молодой женщины стоявшей у входа в спальный отсек.

– Для вас да,– ответила я,– Я не могу открыть вам своего лица. Для женщин моей расы это неприемлемо. Там за перегородкой,– я указала на остийцев, с любопытством, наблюдающих за нами,– стоят мужчины моей расы.

– Зачем вы забрали нас из дома, что вам нужно от нас?– задала вопрос «скандальная баба».

– Я не знаю кто и зачем, забрал вас из дома. На этот корабль вы попали с корабля пергавов, в результате военных действий, как я уже сказала. Ни я, ни кто-либо из членов команды этого корабля, не виноват в том, что вы оказались в неудобном положении. И я не советую, в будущем, предъявлять какие либо претензии к нам. Сейчас я прошу всех вас представиться, вкратце рассказать о себе и дату вашего последнего воспоминания о родной планете.

– Меня зовут Света,– тихо сказала девушка, сидевшая на диване,– последнее, что я помню, мы с мамой шли с огорода, был вечер 25 июля 1985 года.

– Хорошо, Света,– кивнула я,– Где ты жила?

– Ставропольский край, посёлок городского типа Грушовка.

Другая девушка ахнула.

– Я из Рязани. Я студентка мединститута. Последний день, какой я помню тоже 25 июля 1985 года.

– Как тебя зовут?

– Ирина Васнецова.

– Иван Алексеевич Ерохин,– представился мужчина, взывавший вчера к Богу,– Слесарь ЖЭКа №25 в городе Воронеж. Я тоже помню 25 июля 1985 года. Послушайте, милая, у меня дома осталась жена и пятеро детишек. Я женился поздно, мне почти сорок лет было. Жена у меня домашняя девушка была, не работала никогда. Как она теперь с пятью детьми? Дорогая моя, милая, помогите мне вернуться. Век за вас Бога буду молить.

Он упал на колени и по его лицу катились слёзы.

– Это не в моей власти, Иван Алексеевич, я не могу распоряжаться какому кораблю и куда лететь,– честно ответила я, как бы ни было мне тяжело огорчать этого мужчину, водить его за нос и манипулировать его слабостями не собиралась,– Скорее всего, на Земле прошло уже немало времени. И если вы вернётесь, найдёте ваших детей уже взрослыми.

Все осмысливали услышанное.

– Костя Воронежский,– произнёс густым басом лысый,– тоже 25 июля 1985 года.

Похоже, мужчина был немногословен. Больше он ничего говорить не собирался. Я повернулась к сорокалетней женщине, она одна не представилась.

– Вера Георгиевна Лиманова, я работаю экономистом в нашем совхозе. Мы шли домой и я увидела на небе два солнца. У меня очень хорошее зрение,– зачем-то уточнила она,– потом одно солнце начало приближаться к нам. Оно летело так быстро! Я попробовала убежать с дороги, но не успела. Меня как будто машина сбила. Всё я больше ничего не помню, хотя я очень внимательна. Это всё случилось на дачной дороге около поселка городского типа Грушовка 25 июля 1985 года.

– Ну что же… Вы все взяты на неизвестный космический корабль в одно время. Из мест территориально не очень далеко расположенных друг от друга. Ваш возраст, пол и социальное положение, разные,– резюмировала я,– Не хочу внушать вам ложные надежды, скорее всего, вы, никогда не вернётесь к себе домой. Ваше положение на этом корабле довольно зыбкое. Всё зависит, от того как вы себя проявите. Самым лучшим для вас было бы стать членами экипажа, в противном случае велики шансы, что вас используют как биоматериал в научных целях. Или вас продадут, как военный трофей и вы будете чьей-то собственностью.

– Как продадут?– опешила Вера Георгиевна.

– Если вы не сможете заявить своих прав, то, скорее всего, вас будут считать животными. И вы можете стать чьим-то имуществом.

Послышался тонкий вой. Вера Георгиевна заливалась слезами.

– Какая же я несчастная,– запричитала она,– сколько же бед свалилось на меня. Как я теперь буду жить? Лучше умереть и отмучиться…

То, что те же самые беды свалились и на её дочь, она не заметила. Света равнодушно смотрела, истерику своей матери. Похоже, подобные сцены для неё были обычными.

– Умирать вам или нет, это ваше дело. Если хотите, вам вколят успокоительный препарат, и вы отдохнёте и успокоитесь. Только должна предупредить, что все медикаменты на корабле разработаны не для вашей расы.

– И что со мной будет?– забеспокоилась Любовь Георгиевна.

– Я не медик и даже не биолог, если вы желаете, то я позову специалистов.

Я подошла к переговорному устройству и сообщила ситуацию начальнику медотсека. Он согласился принять её. Один из биологов передал через шлюз защитный биологический костюм. И Вера Георгиевна, облачившись в костюм биологической защиты, отбыла в сопровождении одного из биологов в медотсек.

– Какое решение вы приняли?– спросила я, едва Вера Георгиевна удалилась.

– А почему я тебе должен верить, цыпа?– спросил Костя,– может это всё развод?

– Костя, не слишком ли крупный развод? Ты такая значимая персона в своём мире, что бы ради тебя организовывать похищение инопланетянами? В любом случае, я не собираюсь никого уговаривать. Помощь вам, для меня не простое дело. Если вы откажетесь, я не обижусь.

– Добренькая что ли?– оскалился Костя,– Видал я таких добреньких! Потом три шкуры сдерут.

– Ты, Костя, доживи сначала до этого «потом». О долгах после беспокоиться будешь.

– Я согласна,– сказала Ирина,– я верю вам.

– Я тоже,– тихо сказала Света,– мама, наверное, тоже, согласится принять вашу помощь.

– Ну что же, конечно лучше бы вернутся,– проскрипел Иван Алексеевич,– но раз так вышло, я не хочу на опыты. Лучше уж работать, самому себе кусок хлеба зарабатывать.

– Хорошо,– буркнул Костя,– я в деле.

– Я вам включу проектор интрасети. Вы языка пока не знаете, но всё равно смотрите всё подряд. Мотайте на ус. Мне понадобится время для сбора всего необходимого. Так что увидимся не скоро.

Я включила проектор во всю стену, показала, как управляться с пультом управления и ушла к себе.

4 глава

Космический корабль «Белый Дух». 17 день экспедиции на планету Майда

«Белый Дух» состыковался со шлюзами «Гаруды». Вчера весь день потратила на то, чтобы заполучить разрешение на выход на станцию. Пришлось подписывать разрешение у начальника научного блока, начальника службы безопасности и руководителя экспедиции.

Сразу после выхода на станцию, направилась пункт продажи информационных накопителей, предназначенных для передачи данных в мозг биологического существа. Конечно это большой риск, и мозг людей может пострадать от такого вмешательства, но я навела справки и совершенно точно была уверенна, что, ни кто на «Белом Духе» не рассматривает людей как ровню себе, и не собирается заниматься их адаптацией в новом для них мире. Скорее, на них смотрят, как на забавных зверушек. Их не обижают и даже кормят, но не видят необходимости помогать в преодолении их бедственного положения. Скорее все придерживались девиза, что спасение утопающего, дело рук самого утопающего. А если ты не умеешь плавать (не знаешь законов, языка, ты попал в незнакомый мир, у тебя психическое расстройство, нужное подчеркнуть), то это твой недостаток и ни кто не виноват.

Я попросила самые слабые накопители, для бесконтактной передачи данных. Продавец порылся в каталоге и обрадовал, что такие накопители есть на складе. На доставку требовалось время. Я согласилась подождать. Так же мне посчастливилось, и этот же продавец нашел для меня электронные отмычки и несколько хакерских программ по взлому электронных замков.

К такому меня жизнь не готовила. Готова ты, Васанта, рискнуть свободой и карьерой ради кучки, будем честны, не очень-то надежных людей? Не предадут ли тебя твои подопечные при первой же возможности?

После оплаты всех информационных накопителей, отмычек и хакерских программ, от моего гонорара остались лишь жалкие крохи. Вот не к лицу тебе богатство, Васанта, не к лицу! Кстати о лице. На оставшиеся деньги, я купила несколько омолаживающих косметических препаратов для бесконтактного воздействия. Забота о своей красоте, одна из моих маленьких слабостей.

Космический корабль «Белый Дух». 17 день экспедиции на планету Майда, 3 смена

Как же это неосмотрительно тратить все деньги на накопители! Я себя оправдываю только тем, что второй раз я на станцию попасть не могу, и все покупки надо делать либо сразу, либо оставить попытки помощи землянам.

Я люблю порядок. Все мои коллекции строго каталогизированы. Я пересчитала все свои приобретения. Взяла пять коробок, написала на них имена пяти землян. В каждую коробку положила один накопитель с устным остийским языком, один накопитель с устным языком вишенов. Следом пошли накопители с базовыми знаниями по грамматике, и предметам базовой образовательной программы. Потом по три накопителя по законодательству: остийскому, космическому и межцивилизационному. Накопители по профессиональным знаниям я не стала раскладывать по коробкам. Надо выяснить, кто из землян предпочитает, чем заниматься.

Накопителей я купила не то чтобы много. Сложность состоит в том, что земляне никогда не получали информацию из накопителей прямо в мозг. Я не знаю, как они это перенесут. Кроме того бесконтактный метод не используется уже несколько столетий. Сейчас используется контактный метод, он более современный быстрый и позволяет загрузить в память биологического носителя, то есть в мозг гуманоида больший объём данных. Ограничивается этот объём только ресурсами мозга. Да и то сейчас очень успешно ведутся исследования по внедрению в биологический организм параллельных нейросетей. Несколько сот лет назад уже предпринимались попытки внедрить искусственную нейросеть остийцам, но тогда всё закончилось не очень хорошо. Но идея осталась. И вот неустанные исследования по сращиванию биологических и электронных структур, похоже, принесли хорошие результаты. Без ложной скромности, должна сказать, что у меня внедрена одна из самых последних и дорогих искусственных нейросетей.

Я нашла на схеме корабля, где находится закрытый люк старого медицинского бокса. Он оказался расположен не очень далеко от места, где держат землян. Я прокралась в старый бокс по вентиляционной шахте и взломала электронный замок на люке изнутри бокса. Теперь люк открывался двумя поворотами маховика гермозатвора. Самым сложным остаётся то, что у прозрачной перегородки у бокса землян постоянно находятся не менее двух биологов. Они ведут наблюдение за поведением малоизученной гуманоидной расы.

Я пришла к боксу землян, но никого из биологов там не обнаружила. В боксе было темно. Очевидно, все спали. Я вошла в бокс и направилась в женскую комнату, подсвечивая себе тусклым фонариком. Комнатка была маленькой. Там стояли две двухъярусные кровати. На нижней кровати кто-то взвизгнул:

– Ой, кто здесь?

Я посветила на себя.

– Не бойтесь, Вера Георгиевна. Это я, Васанта.

– Фу, напугала. Аж, сердце колотится. Итак, еле уснула. Ты чего здесь крадёшься по ночам?

На шум пришли мужчины. Девушки тоже проснулись. Можно было начинать.

– Я не крадусь,– спокойно поправила я,– я собрала всё необходимое и сейчас мы с кем-либо из вас можем попробовать загрузить информацию.

– Что значит загрузить,– спросила Ирина.

– Вам необходимы знания. Срочно и много. Чтобы выучить всё естественным путём, вам потребуется много времени. У нас его нет. Я имею доступ к одной старой технологии загрузки данных в мозг через кристаллические информационные накопители. Кристалл, вставляется в ячейку, и под действием специальных крайне коротких волн определённой частоты, все данные содержащиеся в носителе переносятся на определённый участок коры мозга. При этом сам кристаллический носитель растворяется. Я купила носители с самыми минимальными объёмами данных, из возможных. Такие носители безвредны даже для детей. Не буду скрывать. Я не медик и не биолог. Эта методика адаптирована для мозга остийцев. Как всё это будет у вас, я не знаю.

– Вот умная какая, а если я дурочкой останусь после твоих лучей? Кто будет отвечать?– подала голос Вера Георгиевна.

– Такой вариант возможен. У вас есть выбор. Соглашаться или нет, ваше дело.

– Я пойду,– услышала я голос Светы.

– Вот дура!– послышался недовольный голос Веры Георгиевны,– Итак попали в ситуацию хуже некуда! Тебе сейчас последние мозги выжгут, будешь тогда знать!

Света, будто не слышала ругань матери, обулась и направилась в сторону выхода из бокса.

Я привела её к медкапсуле и уложила в неё. Пока проводила сканирование слоёв коры мозга, решилась задать вопрос.

– Она твоя родная мать?

– Насколько я знаю, да.

– Такую ненависть редко встретишь, особенно к собственной дочери,– я была в недоумении,– За что она так с тобой?

– А вы как думаете, за что можно так ненавидеть?– горько усмехнулась Света.

Я задумалась. Я чувствовала себя неловко и уже жалела, что завета этот разговор. Я занималась настройкой глубины проникновения лучей. Конечно, аппарат самонастроится при начале работы, но я постаралась, чтобы корректура была минимальной.

– Расслабься, – потихоньку сказала я, и погладила девушку по руке кончиками пальцев,– закрой глаза. Сейчас тебе приснится сон на чужом языке. Возможно, тебе приснятся чужие города и горы. Незнакомые остийцы будут спешить по своим делам, а ты будешь лететь по небу и смотреть на них…– я говорила тихим голосом, словно рассказывая ей сказку, пытаясь успокоить и придать чувство защищенности.

Света задышала ровно. Я не знала, уснула она или нет, но не стала приставать к ней с вопросами. Девушка расслабилась, все её показатели были стабильны. Медкапсула, не смотря на свой почтенный возраст, работала на удивление хорошо. Я всё думала, за что мать может ненавидеть свою дочь. При жизни своей Татьяной, я не задумывалась об отношениях с матерью. Меня учили уважению и почтению. Слово матери было непререкаемым, но я не помню подобной грубости с её стороны. Отношения с Аханой Гори тоже не были близки, я скорее была папина дочь. Но я была девочкой, и одно это уже делало меня фавориткой в семье. Меня любили и баловали.

Монитор медкапсулы подал сигнал о том, что сеанс переноса данных завершился.

– Как ощущения?– спросила я,– голова не болит? Слабость, тошнота, головокружение?

– Нет, всё в порядке. Не пойму, я как будто дезориентирована. Всё кружится...

– Тебе сейчас надо поспать. Пойдем, я доведу до кровати.

Я привела Свету в бокс и уложила спать. Следующей пошла Ирина. Потом мужчины. Вера Георгиевна отказалась от процедуры.

5 глава

Космический корабль «Белый Дух». 18 день экспедиции на планету Майда, 1 корабельная смена

Я проспала начало первой смены, но всё равно не выспалась. Я осталась без завтрака и была немного не в себе. Сходила к биологам. Разузнала, почему отменили круглосуточные дежурства у бокса землян. Оказывается, их идентифицировали. Сказали, что это хандийцы, их мир Семь Островов. С точки зрения энергетических возможностей очень интересная раса. Их мир в данное время находится в состоянии жесткого давления со стороны кемцев и пергавов. Очень лакомый кусочек, в борьбе за который не брезгуют никакими грязными методами. Многоуважаемые вишены не слишком препятствуют колонизации мира Семи Островов кемцами или пергавами. Биологи быстро потеряли интерес к хандийцам, едва поняли, что приближение к такой скользкой истории может, не очень благотворно отразится на карьере. Мне тоже посоветовали держаться подальше от проблемных гуманоидов. Лучше сделать вид, что их здесь нет. Тем более, что вишены из руководства нашей экспедиции ни разу ими не поинтересовалось.

Сходила, проверила состояние моих подопечных. Они только начали просыпаться. Включила для них проектор инрасети, предложила пытаться понять речь остийцев.

Космический корабль «Белый Дух». 18 день экспедиции на планету Майда, 3 корабельная смена

Состояние всех прошедших перенос данных с кристаллических накопителей было удовлетворительным. Кровотечений из носа или ушей, чего я так боялась, ни у кого не было. На головные боли ни кто не жаловался. Сегодня я попробовала перенос с двух накопителей. Сначала сделала перенос устной разговорной речи вишенов для четырёх человек. Потом в конце третьей смены грамматику для всех четверых. Два переноса подряд все перенесли хорошо. Состояние пациентов удовлетворительное, на головные боли, тошноту, потерю памяти, бессоницу ни кто не жаловался. Вера Георгиевна проявляет подозрительность, на перенос данных по-прежнему не соглашается. Завтра будет расстыковка «Белого Духа» от космической станции «Гаруда». Через три дня должны подойти ко второму пространственно-временному туннелю.

Космический корабль «Белый Дух». 21 день экспедиции на планету Майда, 3 корабельная смена

Осталось загрузить по два накопителя. Завтра переход по пространственно-временному туннелю. Загрузку делать не буду. У Светы и Ирины очень активировалась деятельность мозга. Образовательная программа по методу Васанты Гори начала приносить свои плоды. Все четверо хорошо понимают остийскую и вишенскую речь, которую слышат в инранете. Пытаются говорить на новом языке. Освоение загруженных данных идет с задержкой 3-4 корабельных суток.

Космический корабль «Белый Дух». 24 день экспедиции на планету Майда

Загрузка базовых данных полностью завершена. Весь полученный объём информации осваивается людьми без осложнений. Провожу много времени в их боксе. Разговариваем на остийском и вишенском. Настало время выбрать профессиональную деятельность. Накопители, содержащие информацию по специальности, были самыми дорогими. Я взяла один комплект информационных накопителей медицинской образовательной программы для среднего медицинского персонала. Я была уверенна, что Ирина захочет продолжить карьеру медика.

Так же я приобрела два комплекта образовательных программ по техническому обеспечению космических станций, космобиологии, источники получения пищи, диетология и приготовление пищи для трех рас (остийцев, вишенов и ламанийцев). Несмотря на то, что цивилизация ламайнов погибла, но мы летели на их родную планету Майду, и знания о возможных источниках пропитания могли пригодиться.

К моему удивлению Костя сразу и без раздумий захотел быть диетологом и специалистом по приготовлению пищи. Ирина согласилась освоить программу медика. Светлана захотела стать техником. Иван Алексеевич, как я и предполагала, тоже выбрал техническую специализацию.

Вера Георгиевна проявляла всё большее беспокойство. Теперь почти всё время мы разговариваем на остийском или вишенском языке. Она чувствовала одиночество и пыталась обратить на себя внимание маленькими, но неприятными истериками. В конце концов, она изъявила желание тоже пройти все процедуры и стать, как и прежде, значимой, в её понимании, в нашей маленькой общине.

– Не соглашайтесь, уважаемая Васанта,– услышала я слова Ивана Алексеевича.

– Почему?– удивилась я.

Иван Алексеевич, чувствовал себя неловко. Он мялся на месте и, похоже, уже жалел о своих словах. Наконец, он собрался с духом и произнёс:

– Прости меня, Света,– и уже обращаясь ко мне,– Уважаемая Васанта, я думаю, что Вера Георгиевна безумна.

Все с удивлением смотрели на него. Конечно, характер у Веры Георгиевны не подарок, но чтобы прямо «безумна»?

– Я поясню. Мы все видим, что Вера очень груба со своей дочерью. Да что там груба! Не каждому человеку врагов иметь Бог попустит таких как она. Я тут подумал… А за что так можно ненавидеть свою дочь? Родную дочь, заметьте. Я себе ответ дал. За грехи! За свои грехи. Она виновата в чем-то перед Светой. В чем-то страшном, таком, что даже самому себе признаться нельзя. Вот она и нашла выход. Она исключила из своей жизни эти события. Забыла. Ёе хоть режь сейчас, она не скажет. А душу свою не обманешь… Она стенает, покоя не даёт. Каждый день лишает её мира. Она грешница и нашла на ком зло срывать. Ты, Светочка, не подумай, я не обхаять её хочу. Я понимаю, что какая ни есть, мать всё же. Я по другому поводу хочу сказать. У неё мозги и так набекрень, а если что не так пойдёт с переносом, она же совсем «того» станет…

Разговор шел на остийском языке и Вера Георгиевна его не понимала. Но какое-то внутренней чутьё ей подсказало, что разговор о ней.

– Что такое? Чего вы все смотрите?– на повышенных тонах начала Вера Георгиевна,– Я вам, что? Враг? Это она вам наговорила про меня?– она указала пальцем на дочь,– Всю жизнь на моей шеей просидела дармоедка, кормила тебя, поила, а теперь получила благодарность! Урода проклятая, чтоб ты сдохла! Когда уже глаза мои закроются, чтобы не видеть всего этого!

Она залилась горькими слезами с подвыванием и ушла в женскую часть бокса. Оттуда долго слышен был плач, потом она запела какую-то протяжную народную песню.

Такое представление я увидела впервые. Все стояли в неловком молчании.

– Извините,– тихо произнесла Света, как будто это она только что устроила истерику.

– Тётя реально с катушек съехала,– сказал Костя.

– Помолчи!– рявкнула на него Ирина,– Света, она всегда такая или на неё так повлияло, то, что мы оказались здесь?

– Всегда,– еще тише ответила Света.

– Я не могу сделать перенос,– сказала я,– Я за вас переживала, что будут осложнения, а здесь я даже начинать не стану. Я не психиатр. И на всём корабле, вряд ли найдется специалист по психике землян. Одно я знаю точно. Вам вместе не ужиться. Извини, Света. Как думаешь, если она тебя не будет видеть, то успокоится?

– Я не знаю. Я ни когда не видела, как она себя ведёт без меня.– Свете очень не нравился этот разговор.

Я начала перенос данных по профессиям. Что мне делать в Верой Георгиевной я не знаю.