Текст книги "Охота на зверя (СИ)"

Автор книги: Екатерина Политова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Глава 6

– Итак, я…

– Стоп, – я не дала ему договорить. В душе появилось неприятное чувство. Что говорить вот так сейчас небезопасно. Не знаю, откуда оно исходило. Возможно, потому что Гишш нашел меня очень легко. Возможно, потому что монстр, с камнем Маркуса вместо сердца, был именно теневой.

Мы стояли посреди ещё не проснувшейся улицы. Нигде никого не было. Но вот тени от утреннего солнца – они были черные, резкие. Наверное, у меня развивается паранойя. Но тени…

– Всё нормально? Ты смотришь в одну точку, – усмехнулся Шака. Я одарила его недобрым взглядом. Идиот, если его секрет узнают тени – он никогда не соберешь денег, чтобы удалить эту информацию из «Глаза и уши».

– Значит, так. Ты отвезешь меня к парку, к моей машине. А по пути расскажешь.

– Желание прекрасной леди – закон! – театрально развел руками Шака.

Не стала намекать ему, что актер из него так себе. Поэтому дальше мы шли молча. Все мои мысли занимали тени.

По официальной информации – тене-люди раньше были просто людьми. Жителями небольшого шахтерского городка на юге Раттара – Магнитта. Что они выкопали – так и остается загадкой, но однажды Магнитт полностью поглотила тьма. И она всё ещё там, она осязаема и агрессивна. Город обнесли двумя рядами заборов и защитным периметром между ними в километр. Поначалу было много столкновений с теми, кто хотел прорваться в город. Столкновения происходят и по сей день – люди слишком любопытны.

Но дело в том, что защитные заборы были лишь на «этой» стороне. И они не помешали измененным жителям выбраться на свободу. Вскоре выяснилось, что они не заразны, это не передается от человека к человеку. А сами люди-тени предпочитают жить на своей стороне, во тьме. Правда, они всё ещё полностью зависят от светлой стороны. Еда, вода, медикаменты, вещи – у них ничего нет.

Кто-то считал, что тене-люди – это искаженные ангелы. Ведь все знают – ангелы отрастили себе крылья, чтобы подняться в небо и уничтожить живущих там демонов. Кто-то говорит, что люди-тени – как раз спустившиеся на землю черти. Если бы наша планета, Пелия, могла с нами общаться – наверняка она уже крутила бы у виска. Хотя со всеми этими изменениями и искажениями – не ровен час и она оживет.

Работать на свету люди-тени не могут, поэтому они нашли единственно работающий вариант, который понравился им, но не нравится нам – шпионство. Самая крупная контора по продаже информации «Глаза и уши» принадлежит тене-людям. И если сомневаешься – то лучше поверить в сомнения, иначе рискуешь быть подслушаным. Но было пару фишек, который позволяли обойти «прослушку». Разговаривать в машине на скорости и подняться повыше. Маркус рассказал мне и про другой способ, но очень просил его не афишировать, иначе сама семья Ньеро лишится информаторов.

– Ну и развалина, – скептически заметила я.

– Не развалина, а отличный автомобиль, который провез меня и мою семью через полконтинента! – гордо заявил Шака и открыл мне пассажирскую дверь. – Прошу.

Эх, в последний раз, когда я садилась в чужую машину – это закончилось плохо. Если снова появиться монстр – машина Шаки станет просто металлоломом. Пикап, с ржавыми крыльями и ободраным бампером, некогда был, наверное, ярко-красным, но сейчас краска порядком выцвела. Водительская дверь открылась с жутким скрежетом. А из салона потянуло чем-то тухлым…

– Чем пахнет? – скривилась я.

– А, это я забыл там половину бургера под сиденьем, – махнул рукой Шака так, будто это ничего особенного. – Забыл где-то на неделю, а вчера он наконец начал вонять.

Чем больше я с ним общалась – тем больше сходило на нет очарование нашей первой встречи в клубе. Мозг говорил мне, что и правильно, что тогда ничего не вышло. А сердце продолжало верить в чудеса, даже зажимая нос.

Пикап завелся с третьего раза, окатил прохожих черным дымом и с жутким скрежетом тронулся с места.

– Это просто кошмар, – прошептала я.

– А что ты хочешь от старой машины, детка? – хохотнул Шака.

Я вгляделась в его лицо. И правда пес. Улыбчивый и не обидчивый. Наверное, даже если я его оскорблю – он всё равно мне улыбнется. Коренные жители Пирамиды были не такими.

– Теперь ты можешь рассказать свою секретную историю, – сказала я, вцепившись в дверную ручку – ремней безопасности в пикапе не было.

– Я таким родился. Конец, – протараторил спутник.

– Ну уж нет, там наверняка что-то ещё! – бросила я.

– В моем ши-ире душа собаки, породы кане-корсо, как у моего отца. Просто он синий. Но… – Шака нахмурился. – Ты первая узнала о том, что он синий. В детстве я часто спрашивал у маман, а чего у меня цвет камня не как у всех – она стучала мне по лбу и говорила, что он совершенно такой же – желтый. Потом мои родители думали, что я дальтоник. Цвета вижу по-другому.

– А ты их видел как все – верно?

– Абсолютно. Просто то, что мой камень синий – видел только я, – он выразительно скосил на меня глаза и вновь уставился на дорогу.

Да, теперь ты не одинок в этом, дружище. И теперь задашь мне свой вопрос…

– Почему ты видишь его? – спросил Шака.

– Не знаю, – пожала я плечами. Пришел мой черед врать, потому что в то, что камень был просто синим, и ничего это не значило, я не поверю ни за что. – Но Когда я увидела твой камень тогда, ночью – я действительно испугалась.

Шака посмотрел на меня вдруг как-то странно и сказал:

– А я?! А я? Какая-то девчонка из клуба, которая вдруг видит что-то странное в моем ши-ире? – он стукнул по рулю. – А потом она вдруг удирает! А потом удирает ещё раз, когда я пытаюсь заговорить с ней в парке! Я считаю, тогда, в клубе, нас свела сама судьба! Поцелуешь меня?

Шака чмокнул воздух и игриво улыбнулся. А я вдруг вспомнила, что пыталась сделать с ним в парке и почему сбежала. Черт-черт-черт! Как это объяснить?! Я лишь понадеялась, что он не спросит…

– Кстати, почему ты убежала? Тебя было очень дорого и сложно опять найти. И я даже знаю, как ты можешь расплатиться, – Шака игриво дернул бровями. Я чуть не двинула ему гардой шпаги в челюсть.

– К слову о моих татуировках, которые, как ты говоришь, светятся, – продолжил Шака. – Это загадка того же уровня, как почему светятся твои глаза. И цвет ещё такой алый…

Он честно старался не отвлекаться от дороги и не ухмыляться, но это хитрое выражение лица!

– Не буду отвечать, – я отвернулась к окну, чтобы спрятать глаза. – Если скажу – ты выдашь меня Бюро.

– А ты выдашь меня! Так что мы квиты!

– Вот уж не квиты! – вскричала я. – Ты думаешь, я поверю в чушь, что просто цвет у тебя не такой как у всех? Ты лжешь!

Шака улыбнулся краем губ. А я вдруг вспомнила, как мы целовались.

– Ты знаешь, орать на того, кто за рулем – плохая идея.

– Я вооружена! А ты очень много болтаешь! Ты при первой же возможности проболтаешься теням, – мне стало просто невероятно тесно в этой старой машине. Хотелось открыть пассажирскую дверь и выпрыгнуть на ходу. Тут главное успеть сгруппироваться, потому что развалюха Шаки ехала едва ли быстрее шестидесяти.

– Каким теням? – спросил он. Я непонимающе на него воззрилась.

– Ты шутишь? – я действительно была поражена этой наивной неосведомленностью. – Это первое, что должен знать каждый, кто приезжает в Пирамиду. Что у нас живые тени и что всем правит Семья.

– Семья – это коты, я знаю. Но тени? А! Ты про таких черных худых человечков из «Глаза и уши»?

Видимо, моё выражение лица сказало все вместо меня.

– Ладно-ладно, я шучу, – быстро ответил он.

– Тебя не понять, – пробормотала я. – Где ты лжешь, а где шутишь.

– Я открыт тебе целиком и полностью! Могу задрать майку – я гол как сокол!

Я прикрыла глаза ладонью. Шут, просто шут. Или очень профессионально пускает пыль в глаза. Последнее более вероятно. И ещё спрашивает, почему я сбежала от него! Но теперь я уже на его крючке, как и он на моем. Врагов надо держать ближе, чем друзей. Друзей, Энид? Я рассмеялась этой мысли. Друзей у меня, пожалуй, никогда не было.

– Парк «Символы Искажений», как и заказывала прекрасная леди, – торжественно объявил Шака, и его пикап затормозил так резко, что я чуть не приложилась лицом о приборную панель.

– Всего доброго, – бросила я, открыла скрипучую пассажирскую дверь и выскользнула из машины.

– Эй, Энид! – Шака выпрыгнул с водительского места и пересек мне дорогу. – Ты же не собираешься опять сбежать? Мы так и не узнали друг друга получше.

Он наклонился ко мне, но я увернулась от этого наигранного поцелуя.

– Ну, хоть телефон оставь! – развел руками разочарованный до глубины души Шака.

Я продиктовала ему мой новый номер, а он мне свой. А потом Шака вдруг посерьезнел.

– Я слышал, что говорят в Красном Городе, ну, про монстра и что твой друг пострадал. Если нужна будет помощь – звони.

– Ох, детка, ты такой заботливый. Дай отгадаю, ты запудришь огромному монстру мозги своими содержательными разговорами? – ядовито отозвалась я, высматривая на другой стороне улицы свою машину. Малышка ночевала здесь без меня! Теперь они с моим ши-ире никогда не подружатся и она во веки вечные не заведется.

– Удачи, Энид, – Шака смаковал моё имя так, будто это был дорогущий трюфель.

Я перебежала дорогу и не разрешила себе обернуться. Слышала, как за спиной по улице вверх уехал тарахтящий пикап.

Моя машина была в порядке. Даже не нацарапали на ней ни единого ругательства. Я посмотрела на себя в отражение в стекле. Грустное зрелище. Я не решилась признаться себе, что на самом деле мне бы хотелось, чтобы Шака меня обнял своими большими руками. Неужели мне настолько одиноко?

Я села за руль и первым делом набрала Лору.

– Энид, прости, мне запрещено с тобой разговаривать… – вздохнула она.

– Да мне плевать. Я приеду через час, сделай так, чтобы у охраны внизу был выписан на меня пропуск. Сэре может грозить опасность, я уверена – ты не хочешь, чтобы она пострадала. А я хочу её защитить, тот человек, которого мы с Хугом пытались найти – ещё на свободе.

Но сделать это я хочу не из-за любви к ней, а для Маркуса.

– Нет, пропуска не будет. Но я могу случайно проговориться, – голос Лоры перешел на шепот, – что через два часа Сэра поедет проведать Хуга, в больницу Эда.

Она сказала это и сбросила звонок. Я зажмурилась. Мне надо было срочно добраться до него, узнать, в сознании ли он. А после умолять его не рассказывать Сэре о том, что я сделала…

По пути в больницу все мои мысли занимала лишь Сэра. Даже не Хуг, который, похоже, был неприятно удивлен тому, что вдруг узнал. Меня злило то, что Сэра теперь одна из глав Семьи. А я – никто. Мне просто вышвырнули!

На проспекте Мьеле опять скопилась мерзкая, раздражающая пробка. Такси, маленькие мобильные грузовички. Я выдохнула, кондиционер в машине работал на полную, мне стало холодно, но это хотя бы остужало мою злость.

«Мы с тобой изменим всё. Веришь мне? Веришь своей матери?» – эти слова неожиданно всплыли в памяти. – «Мы с тобой изменим этот мир… Они все будут нам подчиняться.»

Я мотнула головой, этого ещё не хватало! Откуда ты взялась, черт… Но если бы у Хуга был ши-ире, я и правда заставила бы его забыть. Стерла бы то, что он видел, сделала всё, чтобы он об этом не вспомнил. Потому что я правда боялась Бюро. Они искали таких как я, искали новые искажения. Потому что первым, кто получит оружие – должно быть государство.

Для матери я должна была стать той волшебной палочкой, что повелевает людьми.

Внезапно что-то вылетело перед машиной и взмыло вверх, я вздрогнула и ахнула. Успела разглядеть лишь бледно-розовое пятно, которое тут же упало мне на капот. Дельфин.

Розовое матовое тело длиной где-то метра два билось мне по лобовому стеклу, оставляя трещины. Никогда не видела их так близко! Клянусь, я действительно думала, что они – мираж! Плавники были действительно как у дельфинов, даже морда… Но сама кожа была покрыта чем-то очень похожим на крупные кружева.

– Эй, рыба, ты что, решил умереть у меня на капоте? – прошептала я в шоке. И тут… я не знаю, откуда они появились, крылья! Оно отрастило крылья! Такие же бледно-розовые, как и он сам. Дельфин поднялся, встал на машину лапами, отдаленно похожими на птичьи, взмахнул крыльями, оттолкнулся и взлетел.

Блин, этот чертов искаженный подпространственный дельфин отрастил крылья и взлетел! Я, пораженная, вывалилась из машины на дорогу, пытаясь отыскать его взглядом в небе. И увидела, как у него на лету отрастает птичий хвост. И вот он исчез. Нырнул в небе во что-то невидимое нам, словно в небесное море.

– Девушка! Вы в порядке?! – подбежал ко мне водитель стоящего позади автомобиля. – Нет! Вы видели?! Полетел!

Я смотрела в небо и думала, а что если скоро искажений станет так много, что Бюро с ними просто не справится? Никогда не видела этих существ вблизи! Даже и не думала, что они материальны!

А потом посмотрела на свою машину. Посередине лобового стекла красовалась целая паутина из трещин. Мда, мираж-дельфин оказался довольно тяжелой вполне себе материальной скотиной…

– Ваша страховка наверняка такое покрывает? – поинтересовался встревоженный водитель.

– Не знаю, – бросила я и залезла обратно на водительское. Дорогу видно, до больницы я доберусь. А дальше… видимо, придется вскрывать денежные запасы на черный день, если не удастся убедить сучку Сэру взять меня обратно на работу. Либо пора искать новую. Поиски убийцы начнут требовать денег, которых у меня может не найтись.

Дельфин… Летающий дельфин.

Я помотала головой, чтобы вытряхнуть это воспоминание, словно наваждение или мираж в жаркий день. Но этот розовый дельфин точно был не мираж.

Дельфины, синие ши-ире, теневые монстры без головы.

– Мир! Да что с тобой не так?!

***

– Мы коллеги, клянусь, – администратор на стойке ресепшена в очередной раз взглянула на меня с сомнением. Захотелось треснуть ей по спесивому лицу. Мне нужно было попасть к Хугу быстрее, чем девчонка Ньеро!

В итоге мерзкая администраторша дала мне всё-таки номер палаты. И, добравшись до неё, я поняла, что опоздала. Перед дверью уже стояла Сэра и общалась с Каго. Старик тоже явно был не в настроении. Я застыла у поворота и стояла до тех пор, пока Каго меня не заметил. Он махнул рукой и подозвал меня.

– Как ты успеваешь везде и всюду? – буркнула я, стараясь не глядеть на Сэру. Но она, видимо, решила обратить на себя моё внимание.

– Что ты здесь делаешь? – прошипела она. Вместо кошки с её ши-ире должна быть маленькая мерзкая змеюка!

– Пришла проведать дружка, с которым мы вместе попали в передрягу, где чуть не погибли! – рявкнула я в ответ.

Сэра наградила меня своей самой мерзкой улыбкой, разве что ядом не брызнула как истинная гадюка. Да, я была очень на неё зла!

– В честь чего ты здесь? Ты нас уволила, выперла из конторы! Уж не плевать ли тебе, жив ли вообще Хуг?

– На увольнение были причины, – Сэра вздернула подбородок.

– Какие же? Какие могут быть причины уволить человека, который столько лет защищал твоего отца? – я сложила руки на груди.

– Госпожа Ньеро, предлагаю продолжить наш разговор в вашем офисе, я приеду туда к пяти, – откланялся Каго и направился прочь. Он наверняка приехал, чтобы допросить Хуга. Внутри опять всё сжалось. Я схватила Каго за руку, он покосился на меня так, будто ждал этого: – Да, Энид? У вас ко мне есть вопросы? Или, может быть, ответы?

– Вы нашли блондина? Ты ведь даже не спросил, что мы делали в Красном Городе, – сказала я.

– Хорошо, – Каго тут же профессиональным движением достал из кармана свой блокнот.

– Нет-нет, не сейчас. Я расскажу тебе всё, но мне надо, чтобы ты поручился за меня перед Теневой Стороной.

Каго деловито снял мою руку со своего рукава и тяжело вздохнул.

– Ты хочешь участвовать в расследовании?

– Ха! Она не может, кто она ещё такая. Она подозреваемая! – прыснула Сэра. Я сдержалась, чтобы не дать ей подзатыльник. Каго строго на неё посмотрел – Сэра фыркнула и отвернулась. – Госпожа Ньеро, у вас есть обвинения против госпожи Сардо?

– Только очень много непроверенной информации, – бросила Сэра и поспешила прочь.

– Эй, мы не договорили! – крикнула я ей вслед. Но Сэра лишь показала мне средний палец своей тоненькой наманикюренной ручкой. Я хотела броситься за ней, но тут уже Каго остановил меня.

– Можешь зайти к своему другу, хотя я совершенно точно знаю, что вы, скорее, враги. А потом я жду тебя в машине, я припарковался слева от главного выхода. Обсудим твоё условие, – с этими словами Каго указал мне на дверь палаты.

Я сглотнула. Но потом собрала волю в кулак, открыла дверь и шагнула внутрь.

В палате отчетливо пахло синими водорослями. Едкий йодовый запах. Вот как Хуг выкарабкался. Кто-то (наверняка Сэра) выделил средств на эти вонючие водоросли. Стоили они не меньше тысячи крон за грамм. Грамм, исцеляющий плоть, заставляющий ткани регенерировать с удвоенной скоростью.

– Монстр промазал мимо сердца, хотя для тебя это было бы выходом, не так ли? – тихо сказал Хуг и посмотрел на меня. Этот взгляд словно тыкал меня палкой, чтобы спровоцировать. Лежал тут в теплой постельке, замотанный в водорослевые бинты, и пытался давить мне на совесть.

Хуг был бледен как мел, из его мощных рук торчали трубки капельниц, на лице у него была надета кислородная маска. Я осмотрелась, не проронив ни слова. Одноместная палата, уютная и светлая. С телевизором на стене, диванчиком в углу и собственной душевой. Я прогулялась к окну, Хуг недовольно за мной наблюдал. Да, гаденыш, я всё ещё могу тебя убить за то, что ты видел. Потому что до чертиков боюсь Бюро. Окно было прикрыто толстыми бежевыми жалюзи. Я отогнула одну так, что солнце зарядило точно Хугу в глаз.

– Сэра оплатила тебе полный пансион, да? – холодно поинтересовалась я.

– Энид, ты бессердечная стерва, – прорычал Хуг и заворочался на двух слоях подушек.

– От стервеца слышу, – я отпустила жалюзи. – Она же послала тебя за мной шпионить, да? Вот я дура. На секундочку решила, что мы заодно.

– Что ты несешь? Это я под медикаментами или ты? – вздохнул Хуг, но слишком уж наиграно получилось.

– Она меня подозревала, она подговорила тебя следить за мной. Готова поспорить, она никого не увольняла, верно? Документы мне так и не пришли, – я оперлась о подоконник спиной и сложила руки на груди. В носу свербило, до чего же эти проклятые искаженные водоросли воняют!

– В тебе совсем нет сочувствия к раненым? Я вообще-то… – Хуг сморщился от боли, – …жизнь тебе спас.

Я закатила глаза и поджала губы.

– Спасибо, – проговорила я. Говорить «спасибо» Хугу примерно как говорить сотруднику Бюро: «У меня особенный ши-ире и я могу управлять всеми, у кого есть камень». Признавать слабость, ненавижу признавать слабость перед Хугом! Но сложно смириться с тем, что он был прав.

Он вдруг произнес:

– Недостаточно искренне, госпожа «Замри», – у меня волосы на затылке зашевелились, но виду я не подала.

Хуг смотрел на меня воспаленным взглядом. Там, под веками, словно блестело черное стекло, а не настоящие глаза. Глаза куклы, а не человека.

– Об этом, – начала я, но Хуг остановил меня движением руки. Началось… сейчас он должен был начать торговаться.

– Я тебя не сдам.

– Но? – я дернула бровью.

– Но ты окажешь мне пару услуг, когда я попрошу.

Я тихо цыкнула, лучше бы он попросил денег.

– Ты знаешь, почему об этом никто не знал?

– Да мне насрать, Энид, – усмехнулся Хуг, потом поднял руку и стянул с себя кислородную маску. – Мне плевать. Ты мне должна.

В палате повисла давящая, опустошающая тишина.

– Хорошо, но только после того, как я найду убийцу Маркуса, – сказала я, и тишина поглотила мои слова словно вата.

– Кстати, ты действительно уволена, проверь почту, а вот я – нет, – усмехнулся Хуг, потом закашлялся и скривился от боли.

– Так тебе и надо… – буркнула я тихонько.

Хуг откашлялся и надел обратно кислородную маску. Я не понимала, чего я жду. Всё решено, пора было идти. Каго ждал меня внизу.

– Мне вот что интересно – ты можешь любого, кто имеет ши-ире, заставить сделать всё, что угодно? – спросил Хуг.

Вот на этом моменте я поняла, что пора проваливать. Я прошла через палату, и у двери Хуг опять окликнул меня:

– А ты можешь заставить их убить себя?

Я вышла и хлопнула дверью. Надо было повыдергать ему все капельницы! Меня разрывало от злости! Лежачих – бьют!

***

Каго ждал меня на парковке в своем старом «Оро» – универсале непонятно каких годов. И он дремал. Я аккуратно постучала по стеклу, старик встрепенулся и не сразу сфокусировал на мне свой взгляд.

– Это я, уволенная подозреваемая.

Каго потер сморщенными руками такое же сморщенное лицо и вышел на улицу.

– Энид, я, кажется, уснул, – начал он оправдываться и потянулся к карману пиджака. И как он не запарился в такой одежде по жаре?

– Может, кофе со льдом? – предложила я.

– Нет-нет, – махнул рукой Каго. – Мне нужны только твои показания.

Лежачих – бьют, а вот шлепнуть по щеке старика Каго мне совесть не позволила.

– А ты ничего не забыл? Теневая Сторона?

Солнце жарило не по-детски, мне действительно ужасно хотелось ледяного кофе. И я бы купила две кружки, одну выплеснула бы Хугу в лицо. Хорошо, три, Каго, похоже, тоже бы не помешало.

– Я не могу, Энид. Ты не представитель Семьи. Ты просто… – он развел руками.

– Никто? – процедила я сквозь зубы. Баорий в шпаге вдруг коснулся моего разума, будто уточняя, не собираюсь ли я уже подраться с кем-нибудь. Эх, нет, дружок…

Я вдруг опасливо огляделась. Вчера на нас напали именно в это время, когда тени особенно яркие. Я почувствовала, как быстро забилось сердце. Ох, вот уж паники мне не хватало. До меня вдруг ясно дошло, в какой я опасности! Все в опасности.

– Энид, я бы и рад тебе помочь, – начал кряхтеть Каго, но я его перебила.

– Это я рада тебе помочь. Ты не вытянешь это дело в одиночку. И прекрасно это понимаешь. А ещё ты прекрасно должен понимать, что чертовых монстров может быть несколько, и если мы не найдем того, кто это сделал – никто в Пирамиде не будет в безопасности!

Каго какое-то время смотрел на меня удивленно, а потом изрек:

– Да ты в ужасе.

Я сжала и разжала кулаки, затем посмотрела в высокое синее небо. Там летел не то самолет, не то странная огромная птица, с этими искажениями не поймешь.

– Да, – согласилась я. – Кто-то убил моего наставника, одного из глав Семьи. Его дочь тут же вышвыривает меня, делает из меня подозреваемую и отправляет мне под бок шпиона. Но хоть чем-то он пригодился, прикрыл меня… А когда? Когда на меня напал огромный черный безголовый монстр!

Каго даже бровью не повел. Зато я вдруг услышала, как зашипели мои волосы. Я дернулась и одним движением сбросила шпагу со спины, чертов баорий не на шутку разогрелся и подпалил мне кончик хвоста. Вот поэтому я не любила носить шпагу за спиной.

– Хорошо, – сказал Каго.

– Что?

– Хорошо, я принимаю твою помощь. Но вначале реши вопрос с госпожой Ньеро. – Каго понизил голос. – Всё-таки часть зарплаты я теперь получаю от неё.