Текст книги "Подмена"
Автор книги: Екатерина Азарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Я быстро оглянулась, увидела, что все мои вещи уже погрузили, часть отряда сидит в седлах, а Сарт стоит за спиной.
– Готова, – тихо ответила я, забираясь на лошадь.
И снова дорога, что никак не желала заканчиваться. Небо все так же хмурилось, но ветра почти не ощущалось. Совсем слабые порывы, которые больше освежали и наездников и лошадей. И если последние два дня отчетливо ощущалась нервозность, то сегодня все как-то успокоились, слышались негромкие разговоры, да и темп передвижения вновь походил на тот, что был в самом начале.
Краем уха я слушала болтовню Эйлерта, а мысли были заняты совершенно другим. У меня возникло нехорошее предположение, что он второй день подряд опаивает меня, причем по приказу лорда. Но мое тело, приученное строгими порядками в пансионе очень тонко реагировать на мельчайшие изменения в окружающей обстановке, сыграло свою роль. Каким-то образом я ощущала то, что происходит, и мне это не нравилось. Так что чем дольше я думала о происходящем, тем сильнее уверялась в мысли, что попробую найти способ не пить этот настой сегодня, если Эйлерт снова принесет его, и все выясню. Но как сделать так, чтобы никто не узнал? Ведь иначе… я даже боюсь подумать, что будет в этом случае. Лорд Асеро, надо признать, весьма терпелив со мной, но в голове нет-нет да и мелькнут воспоминания об избитом лице Сарта или кнуте, опускающемся на спину Кьелло. Нервно прикусила губу и нашла взглядом мужа. Он все так же ехал впереди и, казалось, был погружен в собственные мысли. Но я знала, он держит под контролем всех и всё. Как и меня, хотя и не вмешивается сам, но с каждым днем усиливает мой конвой.
Я вздохнула и посмотрела на лекаря. Байрат не был особо разговорчивым, а выражением лица напоминал Сарта. Такой же спокойный, серьезный и слишком часто хмурый. Русые волосы щедро тронуты сединой, лицо морщинистое и выдавало его истинный возраст, хотя тело жилистое и сильное, как у молодого мужчины. А еще я ему явно не нравилась, хотя он и не показывал этого. Что ж, его можно понять. Я и сама себя не особенно любила, если не сказать больше. Но он молчал, ибо распоряжения лорда не обсуждаются. Это правило я усвоила четко. Периодически я ловила на себе взгляд Байрата, но, убедившись, что все в порядке, он терял интерес.
Если так подумать, то было всего двое, от кого я не шарахалась и даже немного привязалась. Как ни странно, Хакан. Причем почти с самого знакомства с ним. Но после Толирна мы практически не разговаривали, ибо седой постоянно был замыкающим. И Эйлерт, который своей улыбкой, веселыми историями и заботой расположил к себе настолько, что я грустила, если он отъезжал по делам. Да и по возрасту он был ближе всех остальных. Молодой мужчина, скорее парень, с веселыми серыми глазами и смешной челкой, которую он так забавно откидывал в сторону, что я невольно улыбалась. Эйлерт в точности выполнял приказы лорда, как и все остальные, но порой делал мне поблажки. Например, мог разрешить не доедать ужин, да и по утрам будил в самую последнюю очередь, особенно когда убедился, что я способна собираться в кратчайшие сроки. И это его отношение давало шанс для выполнения моей задумки. Я попробую узнать, что означают мои сны…
Приняв решение, я неожиданно повеселела и улыбнулась Эйлерту. Он вернул мне улыбку и протянул фляжку с родниковой водой.
– Миледи, к вечеру будем у Ньялы, – сообщил он, когда я вернула ему фляжку, – переночуем, а завтра переправимся и окажемся дома.
– А ночевать будем прямо на берегу? – растерянно уточнила я.
– Миледи понравились походные условия? – развеселился Эйлерт. – Там же переправа, так что трактир имеется, и весьма неплохой.
Трактир… я сглотнула и прикусила губу. Это, значит, не только долгожданное купание, но и отдельная комната для лорда и меня. О боги…
– Миледи, вы побледнели, – неожиданно заметил Байрат. – Вы хорошо себя чувствуете?
– Не беспокойтесь. – На лицо моментально легла маска спокойствия и отстраненности, запрятав все эмоции глубоко внутрь. – Минутная слабость, но я уже в порядке.
– И все же вечером я осмотрю вас, – сообщил лекарь, пристально меня разглядывая.
– Если так будет угодно лорду Асеро, – тихо парировала я.
– Милорд как никто другой заинтересован в этом, поверьте, – усмехнулся Байрат и снова потерял ко мне интерес.
А мне вновь стало страшно, и хорошее настроение пропало напрочь.
Ньяла. Она была прекрасна. На водной поверхности с едва заметным течением отражалось закатное солнце, превращая реку в драгоценный шелк, яркий, как та радужная птичка в комнате Флоры. Низко летали птицы, возвращающиеся на ночлег, и роился мелкий гнус. От воды тянуло холодом и свежестью, отчего я невольно поежилась, но не могла заставить себя оторваться от зрелища.
Полноводная река лениво катила свои воды и казалась совершенно спокойной. Но если верить книгам по истории мира, прочитанным в пансионе, в сезон дождей она превращалась в неуправляемого монстра, затапливающего огромную территорию суши и безжалостно сметавшего хлипкие постройки. В этот период прекращалось любое водное сообщение между Халлеей и Дентарией, ибо смельчаков, рискнувших на подобное, ждала практически неминуемая смерть.
Словно завороженная, я спешилась с лошади и подошла к реке. Присела на корточки и коснулась рукой воды. Холодная и даже словно обжигающая льдом, хотя я понимала, у берега вода намного теплее, чем на глубине. Я выпрямилась и прищурилась. Где-то там далеко отчетливо были видны очертания Халлейских гор. И Хальдор… я знала, он тоже там, в самом центре хребта, хотя я и не видела его, ибо высочайший пик Железного Предела таинственно скрывался в плотных белесых облаках.
Я почувствовала раньше, чем увидела, как ко мне подошел лорд и остановился позади. Ощутила его усталость и силу, а когда руки мужа легли на мои плечи, привычно вернулось чувство робости и стыда.
– Халлея, – тихо сказал он, и я поразилась нежности, прозвучавшей в его голосе.
– А Хальдор? – спросила я тихо.
– Скоро увидишь. – Его пальцы чуть погладили мои плечи, переместились на талию и взяли в кольцо, а я снова застыла, не в силах ничего с собой поделать.
– Милорд…
Я запнулась, хотя в голове было множество вопросов про мой новый дом. Но с какого начать? Увы, лорд понял все по-своему. Он отпустил меня и равнодушно распорядился:
– Иди в трактир. Приведешь себя в порядок, поужинаешь, а потом Байрат тебя осмотрит. Он сообщил, что ты плохо себя чувствовала днем.
– Да, милорд. – Я привычно опустила голову и пошла в гору, где расположился невысокий длинный каменный дом. Наш последний приют на территории Дентарии.
Быстро поднялась по склону с неизменным Сартом позади. Подходя к трактиру, я увидела, что, пока спускалась к реке, лошадей уже расседлали, и теперь животные отдыхали и ждали, когда их накормят.
Некоторые из воинов, раздевшись по пояс, по другой тропе направлялись к реке, чтобы искупаться. Невольно я позавидовала им. Близость дома сотворила с мрачными мужчинами чудеса. Они дурачились, смеялись и в полный голос обсуждали, чем займутся в первую очередь, когда вернутся. Свободные, счастливые…
Оглянувшись, привычно обнаружила посты охраны и улыбающегося Эйлерта, спешащего мне навстречу.
– Миледи, пойдемте, – начал он. – Самую большую бочку, какую только нашли, уже установили в вашей комнате и почти наполнили горячей водой. Ужин тоже скоро будет готов.
Я кивнула и побрела за ним. Внутри дома меня радушно поприветствовала хозяйка и провела в комнату, где мне предстояло ночевать сегодня. Небольшая спальня с совсем маленьким окошком. Низкая кровать, застеленная чистым бельем, и несколько одеял. В углу комнаты была установлена бочка. От воды поднимался пар, и пахло травами, а рядом с бочкой стоял стул для одежды, на котором сейчас лежала стопка простыней и брусок мыла. Была и небольшая лесенка, чтобы забраться в воду. Я оглянулась. Рядом с кроватью находилось и несколько сумок. Остальной багаж, что было понятно, лорд приказал не распаковывать.
– Миледи, я понимаю, вы привыкли к другому… – начала хозяйка, а во мне неожиданно появилось раздражение.
Почему? Вот почему все считают, что моя жизнь была безоблачной и счастливой?
– Спасибо, – ровно ответила женщине, – меня все устраивает. Можете быть свободны.
Судя по облегчению, промелькнувшему на лице, напряжение несколько спало.
– Помощь мне не нужна, – сразу же уточнила я.
На лице женщины теперь появилось удивление, она быстро поклонилась и ушла. Я постояла еще пару минут, отослала взмахом руки Сарта и Эйлерта. Когда с той стороны закрылась дверь, подошла к бочке и попробовала воду. Она уже начинала потихоньку остывать, так что если я хочу немного понежиться, у меня не больше получаса. Быстро разделась, сложила вещи на стул и залезла в бочку. Присела на табуретку, погрузившись в воду по шею, и закрыла глаза.
Как ни странно, но только сейчас, сидя в деревянной бочке, я поняла, насколько сильно устала за прошедшую неделю. Очень тянуло кожу на спине, но привычно списав это на последствия верховой езды, я лишь потерлась ею о деревянные доски, прикрытые простыней. В голове метались совершенно разные мысли. Будущее страшило, теперь я отчетливо это осознала. В той жизни, что осталась позади, несмотря на ее кошмарность, все было просто и понятно. Меня отдадут тому, кого назовет отчим, всю свою жизнь я буду подчиняться, рожать детей и молчать. Меня отдали… но муж оказался не монстром, а можно сказать – спасителем. Вот убейте меня, я не могла понять, как себя с ним вести. Все пугало… Уже совсем близкая Халлея и Железный Предел, заботливость и суровость лорда, наша с ним дальнейшая жизнь. Да, я боялась. Боялась, что не смогу принять его правила, что не справлюсь, что никогда не смогу стать такой, как леди Железного Предела, что окончательно разочарую его и он оставит меня, уйдя к другой, более смелой и достойной… Возможно ли такое, что я действительно понравилась ему и он руководствовался именно этим, когда решил помочь? Про любовь не говорю. Любви с первого взгляда не бывает, но может…
Застонав, я погрузилась в остывающую воду с головой. Задержала дыхание и некоторое время просидела так. А когда в висках застучали молоточки от нехватки воздуха, вынырнула и открыла глаза. Что толку рассуждать? Все будет так, как скажет лорд, и точка. Протянула руку, вскользь полюбовавшись на браслет, и, взяв мыло, постаралась быстро вымыться и вылезти из бочки. Замоталась в простыню, достала из сумок смену чистого белья и быстро оделась. Привела в порядок волосы и вышла из комнаты. Грустно улыбнулась Сарту, который сидел на полу и поднялся, стоило мне появиться, и направилась туда, откуда доносились запахи еды.
При моем появлении разговоры немного утихли, а я старательно улыбнулась и села за стол к лорду и Хакану. Хозяйка почти сразу поставила передо мной огромную тарелку с запеченной рыбой и горкой жареного лука. Я потянулась, взяла из общей корзинки свежеиспеченную лепешку и с наслаждением понюхала ее. Аромат невероятный, причем настолько вкусный, что немного перебивал противный запах лука. Я отломила корочку и с удовольствием ее съела, как и первый кусочек вкуснейшей рыбы. Но все это застряло в горле. Запах проклятого лука, казалось, проник повсюду. И если рыбу я любила, то вот этот овощ на дух не переносила. Растерянно оглядевшись по сторонам, с удивлением обнаружила, что все без исключения наслаждаются тем же самым блюдом, я не выдержала и, зажав рот ладонью, выбежала на улицу.
Не успела я подняться с земли, как увидела, что вокруг собралась уже целая толпа из хмурых мужчин, и они как один смотрели на меня с таким беспокойством, что стало не по себе. Прибежала хозяйка и протянула мне чистое полотенце, чтобы я могла вытереть рот, и кружку с водой. Подняла слезившиеся глаза на хозяйку трактира, которая пребывала в полнейшем ужасе, и хрипло ее поблагодарила. И все… опустила голову и закрыла глаза, снова ощущая жуткий стыд и неловкость. Почувствовала, как меня подхватили на руки и понесли. И только когда сгрузили на кровать, я осмелилась открыть глаза, чтобы увидеть фиолетовый огонь в глазах мужа, хмурого Байрата и бледных как смерть Эйлерта и Сарта, топчущихся в дверях.
– Осмотри ее немедленно, – отрывисто приказал лорд лекарю, резко подошел к двери и захлопнул ее, оставив моих нянек по другую сторону.
Байрат сел на кровать и, совершенно не обращая внимания на мое смущение, принялся осматривать меня. А я смотрела на лорда, по бесстрастному лицу которого невозможно было что-либо понять, и сгорала от стыда. Я понимала причины столь тщательного осмотра и знала, какие мысли сейчас в голове у всех без исключения. Вот только как именно они об этом думают? Радуются, надеются или… нет? А я… на мгновение представила, что Байрат кивнет лорду, ибо это означало бы, что хоть в чем-то я не разочаровала, выполнив то, для чего и была рождена… А тот улыбнется…
– Увы, – Байрат встал, посмотрел на лорда и повторил: – Увы.
Мне показалось, что на лице лорда промелькнуло облегчение, и от этого стало еще горше. Увы… Вот и ответ на все вопросы. Если бы он и правда что-то испытывал ко мне, то на лице бы расцвела радостная улыбка, а тут… Я отвернулась к стене, обхватила подушку и обняла ее. Увы…
– Реймира. – Лорд сел на кровать и коснулся моей спины.
Стало неожиданно больно, словно по коже лезвием ножа провели. Я дернула плечом, но не повернулась.
– Я зайду потом, – тихо сказал он и вышел, закрыв за собой дверь. А я… не смогла себя сдержать и заплакала.
А позже пришел Эйлерт и снова напоил меня своим настоем. Я послушно выпила и закрыла глаза, погружаясь в сон. И снова слышала шелест огромных крыльев и видела фиолетовое небо. Но мне уже не хотелось на него смотреть. Мне вообще ничего не хотелось.
Утром, когда я вышла из комнаты, то не могла поднять взгляда. Лорд был молчалив, хотя и заботливо помог перейти мне на паром. Я прошла на самый край и села на деревянные доски. И почти сразу, подчиняясь не терпящей возражений просьбе Сарта, переместилась подальше от края и опустилась на тюк с вещами. Но развернуться в сторону водной глади лицом, чтобы не только любоваться Ньялой, но и не видеть всех остальных – никто запретить мне не мог.
Мы уже достигли середины реки, когда я поняла, что-то идет не так. Резко наступила оглушающая тишина, когда исчезли все звуки. Сначала я решила, что мне это показалось, и растерянно оглянулась. Но когда увидела, как трясется паром, как по нему перемещаются нервные мужчины, как перебирают ногами лошади, пытаясь оборвать поводья, чтобы освободиться, и все это при полном безмолвии, мне стало не по себе. Я открыла рот, но не смогла произнести и звука, испугалась и начала нервничать, сердце бешено забилось и резко перестало хватать воздуха. Руки сами потянулись к горлу и обхватили его, но легче не стало. Чувствуя, как стучит в висках, я обхватила голову руками и рухнула на колени. Глаза болели настолько, что, казалось, еще немного и они взорвутся изнутри. Я крепко зажмурилась и только судорожно открывала рот, но в грудь не попадало ничего. Мир потемнел, закружился и все пропало.
И снова фиолетовое небо, что появилось и становилось все ярче. А вместе с ним вернулась способность дышать. Я обнаружила себя на руках у Эйлерта, слабо улыбнулась ему, чувствуя, как в груди все горит, а воздух рваными толчками входит и выходит. Перевела взгляд и увидела лорда. И вот тут я испытала самый страшный кошмар в своей жизни. И это были не розги наставниц и даже не перспектива оказаться в роли постельной игрушки лорда Дигона… Было нечто, что пугало сильнее. Магия… И вот я смотрела на собственного мужа, что стоял посередине парома, а из его ладоней вырывался фиолетовый свет, ударял в небо и опадал широким куполом. Что творилось за этой гранью, я даже не стала приглядываться, все мое внимание сосредоточилось на лорде. Обладатель запретного дара, а возможно, и сам демон, как уверяли наставницы в пансионе… И именно с этим человеком я связана до конца своих дней. Перед глазами померк свет, и снова наступила благословенная тьма.
Очнулась я, лишь только когда паром пересек Ньялу и все высадились на берег. Я ничего не понимала, а объяснить никто и не подумал. Все были заняты своими делами, хотя мои няньки все так же были при мне. Ненадолго подошел Байрат, быстро осмотрел меня и поспешил прочь. Проследив за ним взглядом, я нахмурилась, обнаружив, что двух человек не хватает, а некоторые лежат на земле с окровавленными повязками. Это привело в чувство лучше всего. Резко оттолкнув руку Эйлерта, я вскочила на ноги. Голова еще немного кружилась, да и в горле саднило. К тому же вся одежда на мне была мокрая, из чего можно было сделать вывод, что я искупалась в Ньяле, а спина болела так, словно ее только что исполосовали в монастыре, но, право, это была такая ерунда по сравнению с остальным. Набравшись смелости, я решительно шагнула к лорду Асеро, который стоял на берегу и что-то резко выговаривал Хакану.
Уже приближаясь к мужу, на краю сознания я понимала, что совершаю ошибку, но в меня словно демон вселился. Видеть раненых и не понимать, что происходит, оказалось выше всех страхов, вместе взятых.
Но я не успела даже сказать и слова, муж увидел меня и рявкнул кому-то за мое плечо:
– Убери ее отсюда!
И повернулся ко мне спиной. Подошел Эйлерт и тут же увел меня в сторону. Протянул саквояж с одеждой, чтобы я переоделась, подождал, когда я сделаю это, заставил выпить очередную порцию пойла и сесть на землю. Ровно через минуту я снова уплыла на волнах сновидений. Где вновь было проклятое богами фиолетовое небо и шелест крыльев демонов.
Глава 6
Первые раны на спине я заметила в тот день, как только мы пересекли Ньялу. Просто посмотрела за плечо во время очередного привала, пытаясь выяснить причину резкой боли, и увидела длинный порез, да и рубашка успела пропитаться от выступившей крови. Я подумала, что, возможно, ударилась обо что-то на пароме, и во время очередного похода в кустики просто промыла рану спиртом, заранее выпрошенным у Эйлерта под благовидным предлогом, и промокнула чистым полотенцем. Было больно, но мне не привыкать терпеть, так что произошедшее осталось только моей тайной. Я не собиралась посвящать кого бы то ни было в мои проблемы, ибо боялась своих спутников и больше всего – мужа. Слава богам, лорд Асеро оставил меня в покое, хотя няньки неизменно были при мне. Хотя к Эйлерту я по-прежнему относилась хорошо, да и за время нашего совместного путешествия успела привязаться к доброму и забавному парню. Но и ему я не собиралась открывать свои тайны.
На следующий день я обнаружила еще один порез и снова подумала, что просто не заметила его вчера, быстро промыла, а поверх белой рубашки, на который следы были отчетливо видны, надела плотный плащ. И вновь мне повезло, на следующий день зарядили дожди, так что мой наряд не вызвал удивления.
Я изо всех сил скрывала этот факт, но тайное всегда становится явным. Хотя боги предоставили мне несколько дней спокойствия и отсутствие повышенного внимания со стороны мужа.
Горы приближались с каждым днем и казались еще красивее, величественнее и выше. Но мне было не до любования красотами Халлеи. Дожди лили не переставая уже четвертый или пятый день, и я окончательно продрогла. Байрат приходил каждый вечер, быстро осматривал меня и сразу же уходил, так что пережила непогоду я на настойке Эйлерта, благодаря которой каждое утро чувствовала себя так, будто заново родилась.
В тот день, когда боги в очередной раз отвернулись от меня, тоже лил дождь. Мы скакали во весь опор около часа, потому что разведчики, отправленные вперед, доложили о наличии трактира поблизости. Это известие придало сил, все воспрянули духом и двинулись в сторону постоялого двора, надеясь на нормальный ночлег впервые за последние дни.
Когда мы вошли на постоялый двор и я устало сняла плащ, то сначала ничего не поняла. Все присутствующие воины отряда резко стали серьезными, а на лицах некоторых из них появилась такая злость, что мне стало страшно. Но когда я поняла, что эта тихая ярость обращена на моего мужа, то почувствовала приближение приступа паники.
– Леди Асеро, – процедил мужчина, с которым теперь была связана моя судьба, – потрудитесь объяснить происходящее.
А я продолжала недоумевать, что произошло. Но ровно до тех пор, пока лорд Асеро грубо не развернул меня к себе спиной и провел ладонью по спине.
Стало больно и неприятно.
– Откуда это? – все тем же ледяным голосом повторил он.
Я повернула голову, насколько позволила шея, и с ужасом обнаружила, что на белоснежной, а сейчас и мокрой насквозь рубашке все сильнее расплываются кровавые полосы. Побледнела, схватила плащ, что успела бросить на лавку, постаралась натянуть его на себя.
– Повторяю в последний раз. – Голос лорда Асеро так походил на рык, что я испуганно отшатнулась, судорожно ища, где можно спрятаться. – Откуда раны? Кто это сделал с вами, миледи? И самое главное, когда?
Я оглядывалась по сторонам в поисках поддержки, но все воины нашего отряда с каменными лицами стояли и смотрели на нас, не двигаясь с места. И я поняла, никто не поможет, и мне придется сказать правду. А она была очень простой:
– Никто.
Опустила голову, бессильно упали руки, а дрожавшие пальцы уже не держали плащ, который свалился на пол.
Лорд Асеро схватил меня за руку и потащил в комнату. Я послушно шла за ним, но когда меня протолкнули вперед, дверь закрылась, а в замке провернулся ключ, снова почувствовала, как стало трудно дышать.
– Раздевайся, – приказал мне муж и отошел немного в сторону.
Я с ужасом взглянула на кровать, достаточно широкую, чтобы мы уместились там вдвоем, и поняла, что лорд Асеро решил выполнить данное им на том берегу обещание и сегодня потребует исполнения супружеского долга. Что же, я должна была быть готова и к такому повороту событий. Он мой муж и господин, и мой долг выполнять все его пожелания. Хочу я того или нет – не важно. Вот только никуда не делся ни страх, ни стыд.
Непослушными пальцами я неловко дернула шнуровку на рубашке, освобождая шею, и, вытащив низ из брюк, медленно потянула ткань вверх. Сняла и, не осмеливаясь поднять глаза, бросила ее на кровать. Коса окончательно расплелась, и волосы рассыпались по плечам. Я была благодарна судьбе за такой подарок, ведь благодаря прядям, упавшим на лицо, я не видела лорда Асеро, и они же скрывали мои пылающие щеки. Так же медленно дернула шнуровку на брюках и была неожиданно остановлена:
– Довольно!
Голос глухой и уже довольно спокойный, но я все равно не осмелилась смотреть на него.
– Повернись, – приказал мне муж, и я неловко повернулась, стараясь как можно скорее выполнить указание.
Прошло несколько долгих минут, прежде чем я почувствовала, как он подошел совсем близко и остановился. Мы стояли так еще какое-то время, когда я ощутила, как он осторожно отводит мои волосы в сторону, перекидывая их вперед. Лорд Асеро молчал, а меня всю трясло от страха и холода. Муж неожиданно коснулся жесткими пальцами моей спины и провел ими по коже. Я дернулась и снова замерла. Видно, почувствовав мою реакцию, лорд Асеро остановился.
– Кто это сделал? – в очередной раз спросил он, но гораздо спокойнее. – Раны совсем свежие.
– Я не знаю, – почти простонала я. – Они сами появились, и с каждым днем я нахожу все новые и новые.
– Ложись на кровать, – снова приказал он, а когда я подошла к ней и повернулась к мужу, все так же, не поднимая на него взгляда, добавил с бешенством в голосе: – На живот ложись!
Я послушно развернулась обратно и растянулась на одеяле. В очередной раз вздрогнула, когда матрас прогнулся под тяжестью лорда, и, кажется, я совсем перестала дышать.
– Неужели ты считаешь меня таким монстром? – неожиданно и с какой-то горечью спросил муж.
А я… у меня словно язык к горлу присох, и даже если бы захотела, я ничего не смогла бы ответить ему. Поэтому продолжала молча лежать, вдруг ощутив, как в глазах появились слезы. Такая реакция не осталась незамеченной и для лорда Асеро, ибо он коснулся пальцами моей щеки, резко выругался и встал с кровати, бросив уже от двери:
– Не двигайся, сейчас вернусь.
Знакомый приказ… И я лежала, ждала. Он вернулся, не заставив себя ждать. Но вернулся не один, а с Байратом. Когда я увидела лекаря, то непроизвольно дернулась. Лорд Асеро снова рявкнул, чтобы я не двигалась, и я затихла.
Кровать прогнулась под весом, и я почувствовала прикосновение пальцев к моей спине. Чужих пальцев. Пальцев Байрата. Он провел ими по ранам, и боль стала невыносимой.
– Что скажешь?
– Теперь понятно, почему им удалось нас обнаружить. Хакан оказался прав, – Байрат вздохнул и убрал руку. – Надо вытаскивать нити, но я один не справлюсь. Придется резать. Резать, вытаскивать и сразу же залечивать.
Я боялась пошевелиться. Ничего не понимала, но осознавала, что сейчас мне снова будет больно. Попробовала привычно отстраниться от происходящего, но у меня ничего не выходило. От бессилия и ожидания боли внутри все переворачивалось, но я не смела даже пошевелиться.
– Я не могу, – почему-то тихо произнес лорд Асеро.
– Тогда Эйлерт, – предложил лекарь. – Никто лучше него не обращается с ножами.
– Я же убью его своими руками после того, как увижу…
– Тогда не стоит смотреть. Можно подождать в коридоре, – предложил лекарь. – А ведь Хакан предупреждал…
– Пошел вон, – рявкнул лорд Асеро. – Мне надо поговорить с женой.
– Как прикажете, милорд, – с издевкой произнес Байрат, и в следующую секунду открылась и тут же закрылась дверь.
– Реймира, – тихо позвал меня муж, – перевернись и внимательно меня послушай.
Я приподнялась, одновременно стаскивая и прижимая покрывало к груди, и посмотрела на лорда.
– Сколько лет ты провела в пансионе леди Свеар? – спросил он.
– Чуть больше шести, а может, и семь…
– Когда тебя начали бить?
– Почти сразу. – Я привычно прикусила губу, ожидая новой боли, на этот раз от активировавшегося магического запрета о неразглашении, но промолчать у меня не получилось. Слова сами вылетали изо рта. – Наставницы говорили, что я поступила слишком поздно, а мое поведение просто отвратительно, и только порка сделает из меня человека.
– А оставалось тебе учиться еще около года? – уточнил муж.
Я кивнула и отвернулась. Вспоминать «обучение» отчаянно не хотелось. За то время, что я покинула стены пансиона, я уже не могла представить, что вернусь обратно.
– Ты ненавидишь меня? – неожиданно перевел тему разговора лорд Асеро.
– Жена почитает мужа, выполняет все его приказания и…
– Прекрати нести эту ересь! – взревел лорд в бешенстве. – Ответь мне на вопрос.
– Я боюсь вас, милорд. – Наверное, у меня волосы встали дыбом, когда я начала отвечать. – И просто в ужасе от того, что вела себя недопустимо бесстыдно.
– Почему?
– Та ночь и… вы владеете демонским даром… – Я закрыла рот ладонью, но слова уже были сказаны.
– С той ночью мы еще разберемся. Но, скажи, разве наставницы в пансионе не применяли магию? – вкрадчиво поинтересовался лорд.
– Это целительская или оберегающая магия, – от того, что я продолжала говорить правду, мне стало плохо, а глаза наполнились слезами. – Она разрешается богами. Вся остальная – от демонов.
– Все-таки они успели промыть тебе мозги, – покачал головой лорд. – Ты правда так думаешь?
– Не имеет значения, что я думаю. – Я кусала губы, не в силах сдержаться и промолчать. – Милорд, не надо меня мучить. Умоляю. Я не хочу говорить то, что произносят мои губы.
– Сейчас я жалею только об одном, что не применил к тебе заклинание правды раньше и я не могу прочитать твои мысли. Это позволило бы избежать многих проблем и непонимания. Увы, до того, как ты пересекла Ньялу, это было невозможно. Реймира, я не демон, я маг. Я не поднимаю мертвых, не убиваю детей и все в таком духе. Та магия, что ты видела, была направлена на защиту всех нас. В Халлее много тайн, и когда ты узнаешь их, то поймешь все. Последний вопрос, Реймира. Кто тогда сказал мне «да» той ночью, ты настоящая или копия сестры, которую запихнули в мою постель, чтобы скрыть позор Флоры?
– Милорд, прошу вас!
– Отвечай или я узнаю ответ сам!
– Я думала, это сон, самый чудесный сон в моей жизни… – Я спрятала лицо в ладонях и разрыдалась.
– Реймира, – лорд притянул меня к себе и обнял, – я виноват. А за то, что я хочу сделать сейчас, мне вообще не будет прощения. Но я должен, понимаешь?
– Что сделать? – прошептала я. – Вы накажете меня? Изобьете?
– Нет, Реймира, – мягко ответил лорд. – Я не стану тебя бить. Не сейчас и никогда. Я о другом. Те раны, на твоей спине, это незавершенное заклинание подчинения, что накладывают на всех воспитанниц вашего пансиона. Сеть покорности, послушания… Ее по-разному называют. Ты ведь знаешь, из его стен выходят самые послушные жены? – Я кивнула, продолжая плакать, хотя и внимательно слушала мужа. – И чем строптивее воспитанница, тем больше нитей закладывают в плетение. Эту же роль играют и брачные браслеты, надеваемые в Храме, или ошейники, которые носят наложницы. Туда тоже закладывается это заклинание. Но это совсем легкое подавление воли, а вот к воспитанницам пансиона только такой подход. Ведь вы станете женами или спутницами самых богатых, влиятельных и родовитых людей Дентарии. А Храму нужен за ними контроль и слежка. И за вами тоже… Нити эти тонкие, взглядом и магией практически не обнаруживаемые, но весьма действенные. Вот только нельзя накинуть на человека столь идеальную сеть послушания и преданности Храму просто так. Только с болью, чтобы хорошо запомнился урок. Судя по твоей спине, понадобилось сильнейшее плетение, чтобы заставить тебя подчиняться. Проблема в том, что я не могу отвести тебя в Железный Предел вместе с этой гадостью в теле. Я не знаю, что еще храмовники вложили в него. Это угроза, которая может принести много вреда моей родине. Так рисковать я не стану. Поэтому я попрошу тебя выбрать. Ты доверишься мне, и мы вытащим это из тебя, или я освобожу тебя от договора и клятв, обеспечу и отправлю туда, куда захочешь, но, естественно, ты все забудешь, словно меня никогда не было в твоей жизни. Ты понимаешь меня?
– Почему раны появились только сейчас? – тихо спросила я.
– Ньяла. Она таит в себе много секретов. Потом я все объясню… Пока в тебе эта сеть… не могу.
– И если вы знали, что всем воспитанницам это делают, зачем повезли меня с собой? – еще тише спросила я.
– Не знаю…
– Что даст мне свобода от этого… плетения? – Я подняла голову.
– Ты станешь сама собой, – улыбнулся лорд.
– А я перестану бояться вас? – Голос дрогнул, но я все так же говорила то, что думала на самом деле.
