Текст книги "Босиком до небес"

Автор книги: Эд Раджкович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Рассказ матери

Хасан многое узнал от матери произошедшего за эти годы, которые он находился вне родного дома. Отец твёрдо отстаивал перед всеми справедливость поступков сына. Единственное, что он не мог перенести – это то, что Хасан находился в клетке как «зверь какой-то», и отказался видеть его в таком положении, опасаясь, что не выдержит сердце. Вызволить его он не мог в одиночку, никто не проявлял желания вмешиваться в судьбу его сына. Салих прекратил всякое общение с когда-то дружественной семьёй, и сильно постарел после утраты своего Керима. Дочь свою Салих быстро выдал замуж. А ведь по договору родителей – это была невеста Хасана. Много невзгод пришлось перенести отцу Хасана. То, что был всего один наследник, он воспринимал как волю Аллаха. Когда всё случилось, он замкнулся в себе. Даже жене не открывал, что у него на сердце творится. От переживаний за Хасана отец потерял былую стойкость, и силы его угасли. Оставил он этот мир с молитвами за сына с просьбами, чтобы доля Хасана была менее тяжкой. Сильное влияние утраты наследника делало своё дело год за годом. Мечты отца нянчить внуков стали представляться ему несбыточными. Утратив интерес к своей судьбе, он слабел и ушёл на небеса с последними словами: «Помилуй, Аллах, сына и дай ему долю радостей на этом свете!».

Оставшись одна, мать Хасана, всё время ждала возвращение сына. Глаза высохли от слёз. Больше она не могла плакать втихомолку и перестала видеть свет. Пришлось продать бычка. Корова перестала доиться, и её пустили на мясо. Барашков забрал сосед с договорённостью помогать пожилой вдове. Несколько лет обеспечивал мать Хасана мукой и маслом. Сыр приносила по выходным троюродная племянница. С ней они готовили пироги в этот день. Вместе молились за Хасана. В мечтах мать представляла, что он вернётся, и эта девушка с добрым сердцем станет её невесткой.

– Теперь всё есть, как есть! Ты приехал домой, и моё сердце, наполненное надеждами, успокоилось. Привёз жену с собой и внучку мне. Радуюсь тому, что дождалась тебя. Сердцем чувствовала, что вернёшься, и терпеливо ждала. Но нам с тобой нужно поговорить вот о чём. Несколько дней пусть пребывают как гости, сама буду всё делать и ухаживать за вами, а потом надо начать самостоятельно вести хозяйство твоей жене. В глаза тебе никто не скажет ничего, но она русская и языка не знает. Нужно это исправлять.

– Она образованная, умеет читать и писать, привезла с собой необходимые книги. Научи её всему. Первое время буду объяснять ей с русского на наш язык значение слов, а затем ты, мать, помоги ей.

– Я бы никогда не приняла её в нашем доме. Считала бы чужой нам. Когда ты вернулся, сердце моё возрадовалось и от того, что ты жив, есть и её заслуга. Она отважная, поехала с тобою сюда, не побоялась. Помогу ей. Твой выбор я принимаю по-матерински.

– Какие люди у нас, я знаю. Постепенно всё встанет на свои места. Сашу будем звать Марьям теперь. Я сделал ей соответствующие документы, и местным женщинам будет легче общаться с ней, если у нее будет такое имя. Верочку будем называть Захра.

– Хорошо, сын. Наш разговор останется нашим. Прежние имена пусть забудут. Скажи им, новая жизнь для них – обычна для нас.

Хасан объяснился с женой и назвал её Марьям.

– Захру сама приучай к имени. Начинай ходить к роднику за водой, наблюдай, как себя ведут женщины здесь, и не снимай на людях платок – нельзя. Ты замужняя женщина.

Повседневная жизнь в горах

Александра – Марьям, Вера – Захра. Хасан просил Марьям во всём слушаться маму. Шли месяцы, и Марьям стала говорить на родном языке Хасана. Этот язык стал ей тоже родным. Захра подрастала, девочка очень умная и смышлёная, научилась тоже языку. Говорить Захра стала чисто, без акцента. С соседской девочкой ровесницей Захра подружилась и научила её писать и читать. В дом Хасана стали приходить люди, чтобы пообщаться с ним и узнать про Россию все подробности. Марьям очень заботилась о маме. Научилась готовить искусно хинкали, печь лаваш и всем прочим премудростям. В один из дней, после пробуждения, Хасан не смог найти свою мать, и все начали искать её. Оказалось, что она ушла за водой к роднику. Когда она зашла во двор Хасан, Марьям и Захра обнаружили необычную резвость в её походке. Всё семейство увидели блеск её глаз. Она плакала с улыбкой.

– Что с тобой, мать? – воскликнул Хасан. – Зачем одна ходишь? Тебе нельзя без поддержки далеко уходить.

– Можно, – ответила мать, – я снова вижу тебя.

– В каком смысле?

– Вижу и всё тут.

Марьям и Захра расплакались от великой радости. Хасан был в недоумении. Мать как будто помолодела.

– Рано меня списывать, я ещё не один год буду вам помощницей в доме.

От таких слов матери Хасан возликовал. Сердце его наполнилось огромной волной радости. Мать светилась тёплыми лучами света.

– Слава Аллаху, он не оставил нас, – говорила она.

За долгие годы эта семья испытала счастье.

– Знаешь, Хасан, – тихонечко говорила ему мать вечером, – твоя жена мне стала по душе. Думала никогда не приму её в своём сердце. Её забота о тебе и как она долгие месяцы вела хозяйство, ежеминутно помня и обо мне – всё это делает её родной, и сейчас, во многом от заботы Марьям, я снова вижу и хочу жить с вами, радовать вас. Вижу внучку Захру и всему её научу. А ещё есть один хороший секрет, который Марьям тебе сама скажет перед сном.

Хасан был счастлив, годы лишений и бедствий закончились. На душе у него стало легко и спокойно. Он отправился спать с женой. Сегодня желание обнять эту женщину было неудержимым. Новая волна чувств, которые он умело скрывал, накрыла всего Хасана.

– Ты сегодня ночью необузданно любвеобилен, – сказала Марьям мужу, обессиленная от его объятий, и застенчиво улыбаясь, сообщила, – у нас будет ребёнок, уже совсем скоро.

Она была много лет с этим человеком, но оставалась застенчивой при нём и безмерно уважала его.

– Два чуда за один день, – улыбнувшись, подумал Хасан, – благодать Всевышнего посетила наш дом, – предавался благодарным мыслям он. Мама видит, приняла невестку, занимается воспитанием внучки – об этом и мечтать не смел Хасан, но верил всем сердцем, что жизнь подарила ему радостные мгновения за все страдания, которые он прежде перенёс.

Хозяин проснулся немного позднее обычного. Весь дом преобразился. Мать с Марьям наготовили вкусный обед. Все ходили с радостью в сердце. Хасан отправился на базар в районный центр.

– Пора корову покупать и баранов, – сказал он своим домочадцам.

Марьям ликовала. Муж стал добрее и приветливее к ней.

Советская власть пришла в район

В районе было оживление. Хасан увидел скопление народа на площади. Все энергично общались. Люди говорили о новой власти с воодушевлением. Составлялись списки. Читал документы и постановления грамотный человек из города. Хасан понял, что движение «красной машины» дошло и до этих мест.

– Никогда бы не подумал, что эта затея получит такое продолжение, – подумал он.

Народ сам решил управлять своей жизнью, и в это время любой мог стать кем захочет. Необходимо только учиться и знать, к чему стремиться. Хасан был доволен своей жизнью. Дом полон, новая семья прижилась в селении. Марьям и Захру воспринимают и лишнего не позволяют в разговорах. За глаза, конечно, односельчане говорили, что жена Хасана русская и никогда не поймёт их жизнь. Однако после того как распространился слух, что Марьям заботится о матери Хасана лучше, чем о своей дочке Захре, все постепенно признавали, что это сильная и добросердечная женщина. А то, что Хасан с ней живёт – это его проблемы. Есть тут ещё один нюанс, который необычное появление Марьям в селении делал закономерным. Народ повсеместно говорил о новой власти в стране. Все стали равны. Рабочий и крестьянин наделены законной властью на землю и орудие труда. Образовались коллективы, где всё делили поровну. Люди получали зерном, мясом, мукой и прочим продовольствием поддержку от новой власти. Помещиков и зажиточных торгашей лишили имущества. А главное, новая власть провозгласила: «Все народы – братья!». Рассказывали случаи, что тех, кто разжигал межнациональную неприязнь, расстреливали комиссары. Жёсткими мерами устанавливала свои права новая идея, идущая из России.

Марьям была единственной грамотной женщиной в селении. Через Хасана спрашивали разрешения на совет и помощь. Приносили документы люди, интересовались, как с этим обращаться и в чём суть новых законов. Получилось так, что вчера чужая женщина для людей, живущих по традициям и древним обычаям, стала своей на пороге новой жизни.

Порядок Советской России принимал форму государства. Люди стали трудиться в колхозах, выезжая из селений к побережью. Многие родители отдавали своих детей на обучение в школы. В нашем селении, по сути, Марьям и Захра стали учителями для местного населения. Марьям родила ещё дочь Хасану, назвали её Галима. Хасан в колхоз не вступал. Купил себе корову, овец и стал самостоятельно вести своё хозяйство. Его жена и повзрослевшая дочь Захра приносили много пользы другим, обучая их грамоте.

– Я был единственным сыном у родителей. У меня родились две дочки, вырастут, и выдам их замуж, а где наследник? – Хасан мечтал о сыне и успокаивал себя. – Делай что любишь, люби что делаешь.

Свобода и независимость возможна в таком райском месте как наше, в горах.

Время шло. На висках и в бороде Хасана появилась седина. Захра стала взрослой, продолжала заботиться о родителях.

– Совсем готовая невеста, – говорил Хасан.

– Никто не хочет меня брать в жёны, – сказала в сердцах Захра, – считают русской, даже к Галиме без упрёков относятся, потому что она здесь родилась. Маму и меня считают чужими, как бы мы не старались помогать этим людям. Учим их грамоте, а они остаются с прежними взглядами.

– Так заведено. Селение столетиями отстаивало свою безопасность только своими силами. Отнесись к людям с пониманием. Ты, девушка, много говоришь, рассуждать – не твоя забота. Я постараюсь решить твою судьбу наилучшим образом, а теперь иди в комнату и готовься к замужеству всеми своими мыслями.

Девушка старше 15-ти лет, готовая невеста, ей с родителями засиживаться нельзя. Захра думала о своём положении и рыдала. Она была умная и больше других знала о современной жизни в стране. Быть безмолвной служанкой в доме мужа – этого дочь русской женщины не желала. Она доверялась судьбе всеми своими мечтами, чтобы её участь сложилась хорошо. Время шло, Захра совсем расцвела и стала привлекательной и взрослой девушкой. Но из местных мужчин она никого не могла представить своим мужем. Это были её личные страдания. Она считала себя именно Верой, а не Захрой. Хасан был проницательным человеком. Понимал сложность восприятия окружающих в жизни дочери. Судьбу её решать отцу, он это знал и решил действовать по обстоятельствам.

Захра часто убегала после домашней работы на луга горного селения, где чувство одиночества переносилось легче. Пьянящий воздух в этих горах наполнял жизненной силой. Деревья ореха, яблони и многочисленная растительность показывали торжество природы. Луговые цветы благоухали. Вера вдыхала ароматы трав и цветов. Но чувство неискоренимого одиночества довлело над ней. Всем сердцем она мечтала вырваться из этого замкнутого круга, созданного природой и живущими здесь людьми.

Мужчины селения всё чаще стали собираться решать вопросы обучения детей. Стройки в селении начали объединять народ в коллективные хозяйства. Построили ферму, здание школы. Решили выбрать старосту и проводить электричество в селение. В районе и нижнем селении всё это уже было. Только Хасан жил особняком. Но понимая влияние времени, и он стал всё чаще приходить на сход. Старейшие жители по-прежнему пользовались непререкаемым авторитетом. В один из осенних дней, сосед сказал Хасану, что будет сбор всех мужчин. Хасан пришёл в назначенное время. Поднимали много разных вопросов. Совместно решили запасать сено и собирать урожай с засеянных окрестных полей. Был в этот день и дядя Салих. Хасан старался не встречаться с этим человеком, но есть слова: гора с горой не сходится, а человек с человеком встретится.

– Зачем ты привёз сюда русскую, она изменила нашу жизнь. Учит писать и читать детей – это хорошо. Только очень отличается от наших женщин. Мы всегда старались оберегать нашу самобытность, а ты привёз Марьям, и много вольных мыслей появилось среди наших женщин, – неожиданно для всех Салих обратился к Хасану.

– Если бы я знал, что вернусь домой, то никогда бы не женился на ней, – ответил Хасан, готовый к провокациям.

Все с пониманием отнеслись к его словам.

– Сложилось так, что судьба оказалась милостивой ко мне, и я вернулся. Эта женщина родила мне дочь, а дети у нас по отцовской крови идут, поэтому я их взял с собой в селение. Чтобы ни происходило теперь, они под моей защитой.

Салих недовольно скривил лицо. Он хотел настроить всех против Хасана, чтобы жизнь его стала невыносимой в селении, а получилось, что находчивость и умение выражать свою волю были исключительными у Хасана.

– А как же твоя дочь Захра? Будет дома сидеть до старости что ли? – был неумолим Салих.

– Девушка выросла. Характер хороший, сердце доброе. Полюбит её кто-нибудь и позовёт в жёны. Я помогу, чем смогу их благополучию.

– Никто не возьмёт её, у нас свои невесты, а её судьба в твоих руках. Сам и думай что и как.

Хасан удержался, возразить авторитету Салиха он не мог. Все являлись коренными жителями и по сути вещей, только Марьям и Захра могли быть подвергнуты неприятию остальных. Игра была открыта. Салих победил. Было видно, как все остальные мужчины одобряют его высказывания.

– Злопамятный человек этот дядя Салих. Ему безразлично, что я пострадал серьёзно, потеряв друга, надёжного Керима, и свободу на долгие годы. Ничего не учитывает, только мстит мне за то, в чём я не повинен.

После этой встречи Хасан шёл домой в одиночестве. Размышления были неутешительными.

– Против возраста и уважения Салиха мне не потянуть. Сам буду в его годах когда-то. То, что он прямо показал мне слабые места у меня, это хорошо. Я совсем успокоил себя ровным течением жизни, а этот человек показал мне действительность.

Хасан как на шахматной доске просчитывал все возможные ходы и не находил выгодных позиций для своей дочери Захры

– Когда-то Салих был другом моего отца, и наши семьи дружны были столетиями. Злой рок развёл близких людей в разные стороны. Но и в этот день Салих прямо показал мне отношение всех к моей семье. Русская жена и дочь всегда будут мишенью для осуждений, и такой расклад вещей останется и поныне. На самом деле, он мне даже помог. Это действие, хитро спрятанное против моих успехов, послужит мне сигналом для действия. Никто никогда ничего не высказывал. А ведь моя семья и вправду живёт особняком, не имея настоящих друзей. Мало что меняется здесь. Воля старейших непоколебима. Нужно развиваться, иначе «засушат всю семью», – прозрел Хасан.

Он подходил к дому. Чувство благодарности к Марьям смешалось с чувством неприязни, рождённой безысходностью.

Захра

Спокойная, умеренная жизнь продолжалась. В доме Хасана всё шло своим чередом, и единственное, что подверглось изменению, – это взаимоотношения Хасана с Марьям. Захра была помощницей во всём. Галима научилась грамоте от старшей сестры. Она отличалась характером от своей сестры. Своенравие и способности добиваться своего не по годам отличали Галиму от сверстниц. Девочка была красавицей со скверным характером. Хасан любил её, она была младшенькой и оттого пользовалась особым снисхождением отца. С женой Хасан стал холоден, и разговаривали они между собой очень мало из-за воздействия Салиха, так как его мнение – как гвозди вбивались в мозг. Высказывания этого недоброжелательного человека имели свои последствия. Хасан немного растерялся, постоянно размышляя, что делать и как жить в селении дальше. Но сила воли и терпение были всегда на высоте у этого гордого человека. Именно ущемить его гордость, принизить в глазах других – это и есть цель мудрого Салиха, чтобы он, Хасан, погряз в трудностях и покинул это селение…. Всё, что удалось посредством интриг Салиха – это то, что взаимоотношения Хасана с Марьям стали из благодарных переходить в натянуто неприязненные. Хасан стал вести себя с женой как хозяин, ничего не слушал от неё и всячески принижал.

Чувствуя изменения в самом близком человеке, Марьям осунулась, потускнела, ночи стали бессонными. Спала с недавних пор в комнате с Галимой, и каждая ночь превращалась в мучительные переживания. Сомнения одолевали её:

– Правильно ли она поступила и поехала за любимым мужем в чужие края со своими устоями и обычаями. Может, не нужно было? Прокормились бы и в её родном городе.

Вспоминала слова мамы, Надежды Андреевны. Слёзы наворачивались на глаза. Беспокойные мысли к ней возвращались снова и снова, как бы она их не отгоняла.

– Но ведь здесь, на чужбине, он очень изменился, – думала она, вспоминая все мелочи, события. На её родине, в Коломне, он поступал бы иначе. Здесь же он мог резко прервать её, сделать что-то по-своему, даже не слушая её мнения, что не случалось раньше, до приезда сюда, когда он с вниманием прислушивался к тому, что говорила она, и к словам Надежды Андреевны. Любимый Хасан теперь не говорил нежных слов, которые она готова была слушать от него всегда. Кругом эти дикие люди. Похоже, он здесь становится таким же, как и местные жители, – слёзы катились по щекам, их было не остановить, да и зачем? – Почему именно так распорядилась она со своею жизнью и с жизнью Захры, которая не складывалась счастливо на чужбине со своими устоями, где её не хотели принимать.

С этими мыслями она уснула. Во сне к ней пришло понимание того, в чём её предназначение. Почему она сбросила вторую чашу с весов и выбрала эту жизнь. Проснувшись, знала ответ. Марьям чётко понимала, что пошла по этой дороге жизни с Хасаном неспроста. Она должна была своей поддержкой и любовью помочь своему мужчине вернуться в родное селение, соединить его с семьёй, которую он очень долго не видел, ведь он был единственным ребёнком и наследником у своих родителей. И подтверждением тому, что она поступает правильно, является прозрение матери Хасана. Щёки давно высохли от слёз, волосы оставались аккуратно заплетёнными в косу, так как она проспала всё это время, съёжившись на боку, чтобы не разбудить Галиму. Сев на кровать, она провела ладонями по лицу, спокойная улыбка мудрой женщины уже тепло и привлекательно сияла на её лице. Она любит Хасана.

Мать Хасана оказала неоценимую поддержку своей невестке.

– Кому какое дело до наших радостей и наших бед? Мы не должны привыкать к невзгодам. Всё у нас есть. Девочки красивые, а этим гордым и непросвещённым людям ты ещё покажешь, что даже в одиночку можно устроить свою жизнь и жизнь своих детей. Если ты сломаешься, Хасан обозлится на весь мир. Он сам, того не ведая, только от тебя и черпает уверенность в завтрашнем дне. Будь сильной. Не перечь мужу. Поговорите о Захре вместе, порешайте её судьбу. Девочка совсем большая, пора вам задуматься.

Марьям была благодарна пониманию этой женщины, терпеливо день за днём она боролась за сердце и расположение Хасана. Отношения постепенно вновь наладились. И Марьям заговорила о Захре.

– Здесь ничего не решить, не ценят её, нашу умницу.

– Поедем в район к побережью с тобою вместе. Возьмём с собой Захру, как будто на прогулку в отпуск, а сами будем искать ей судьбу на равнине у моря.

Тёплой волной прошли слова за дочь по всему телу Марьям. Она была уверена: Хасан решил, как создать счастье для Захры.

На самом деле, Хасан верил в силу чистого намерения во благо близкого человека. Это и было его убеждением – интуитивно предчувствовать благоприятное для своей дочери.

– Все ведут в селении оседлый образ жизни, всё предсказуемо. Если не хотят достойно принять мою дочь здесь – мы откроем ей путь в будущее. Она умная и со сложностями умеет справляться.

Матери Хасан сказал, что едут за покупками и приданым для Галимы, младшенькой дочери. У Захры всё необходимое для замужества уже было.

Сначала остановились в районе. Жизнь здесь оживилась с поразительной динамикой: много новых строений появилось в центре, вдали виднелся новый мост через реку и несколько новых домов.

– Действительно время преобразований, – сказал Хасан Марьям.

Здание суда обновили. Появился райсовет. Везде были протянуты электропровода. Несколько лет прошло, а изменения глобальные. На улицах слышалась и русская речь.

– Всё правильно делаем, жена. Нельзя детей зацикливать в ограниченном мире, пусть даже и с райскими красотами, как в нашем селении. Всё от людей идёт, и пусть Захра участвует в этом новом мире своим присутствием.

То, что видели в окружающем изменяющемся мире Хасан и Марьям, ещё больше сближало их. Они знали многое, и как начались эти перемены в том числе.

Проехали по новому мосту, внизу виднелся шлюз, сдерживающий поток и распределяющий воду по полям. Дорога на много километров сокращалась с помощью моста.

– Цивилизация пробирается тихонечко и сюда, – сказала Марьям.

– В сравнении с тем, какая жизнь текла здесь тысячелетиями, цивилизация врывается в этот ритм жизни, – со знанием дела сообщил Хасан.

Ехали на машине. Директор райсовета имел машину, экспроприированную у буржуазного класса. Увидев эту интеллигентную женщину Марьям и дочь Захру, спросил у Хасана позволения подвезти их всех к побережью.

– Я наслышан, что из вашего селения родители нескольких семей отправили своих детей на учёбу к нам в райцентр. Это неоценимое дело вклада в достижения нашей великой страны. Именно Ваша супруга и дочь научили грамоте этих людей и пробудили тягу к новым знаниям. Нам такие люди очень дороги.

В машине были сиденья из натуральной кожи. Хасан находился рядом с водителем. За рулём был сам директор райсовета.

– Я бывший фронтовик и всё умею сам. Намеренно отправил водителя на отдых домой, так как хотел с Вашей семьёй пообщаться лично. То, что Вы совершили, подобно настоящему подвигу, интеллигентную русскую женщину привезти в горы и противостоять обывательским настроениям – это по силам только настоящему мужчине. Я сам русский, но родился на Кавказе, поэтому меня направили в ваш район. Про твою семью, Хасан, я наслышан. Много трудностей выпало на Ваши плечи. Будут много назначений в район по линии власти, и все будут других национальностей. Это гибкая политика становления СССР братским государствам. Такое явление уже не остановить. Я получил письмо от Министра образования с просьбой открыть школу в Вашем селении и назначить директором Вашу жену Марьям. Она справится. Дрова, керосин, мебель и саму школу – всё построим и доставлять будем за счёт районного бюджета.

– А с какой стати Министру заботиться о моей жене, – с раздражительностью сказал Хасан.

– Министра зовут Любовь Ивановна Петрова, и, по её словам, она давно знакома с Вашей супругой.

– Мы с одного города и вместе добирались когда-то в эти края, – заговорила Марьям.

Хасан, успокоившись, вспомнил самоотверженно устремлённую учительницу из той экспедиции, которая была попутчицей им.

– Вот, кстати, её адрес в Республиканском Совете ДАССР. Я буду очень рад, если Вы согласитесь приступить к работе уже в этом году.

На автомобиле быстро добрались до прибрежного городка, где жили дальние родственники Хасана. Вновь чувствовал этот человек удивительное действие присутствия в его жизни Марьям и Захры на успешные события во всём происходящем. Хасан был радостно встречен после стольких лет родственниками. Город ожил и разросся. Железная дорога с вокзалом располагались прямо в центре городка. Ночью везде горели фонарные столбы. Марьям накупила газет и журналов, которые с упоением читала. Позвонила по телеграфу Любови Ивановне. Договорились встретиться в центральном городе республики.

– На поезде несколько часов езды с комфортом, – сообщила Любовь Ивановна, – и я вас встречу.

Хасан запретил Марьям ехать одной и решил сопровождать жену с дочерью.

– Сходим в театр, как когда-то, помнишь?

– Конечно, дорогой!

Глаза их блеснули молодецким огоньком от ярких воспоминаний. Захру одели в платье, купили костюм гимназистки, туфельки и шляпку – всё, что удалось найти. Современная мода СССР была многосложной. Времена НЭПа отличались от иных пестротой набора разных перемешанных модных направлений.

– Жизнь всё интересней и интересней, – заключил Хасан.