332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Эбби Глайнс » Предопределенность (ЛП) » Текст книги (страница 1)
Предопределенность (ЛП)
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:18

Текст книги "Предопределенность (ЛП)"


Автор книги: Эбби Глайнс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Эбби Глайнз
Предопределенность

Посвящается моей дочери, Аннабель. У тебя “взрослая душа”, моя любимая девочка. Мудрость твоих решений и доброта твоих поступков никогда не перестают восхищать меня. Я невероятно горжусь тобой.

На узкой сырой улице было безлюдно. Звуки джаза доносились издалека приглушенной мелодией. Чем дальше я уходил от уличных огней в темноту, тем тише становились отголоски смеха, шум машин и звуки традиционной живой музыки, которую можно было услышать только в ресторанах “Big Easy”. Я бывал здесь раньше, бесчиленное количество раз. Смерть часто встречают на таких темных улицах. Но не сегодня. Я пришел сюда не для того, чтобы забрать душу. Я был здесь по другим причинам. По тем причинам, которые я только сейчас собрал воедино. Ярость, нарастающая внутри меня с трудом поддавалась контролю. Я поступал безрассудно. Я! Ужасающее всемогущее Божество позволил чему-то опасному проскользнуть незамеченным через мое поле зрения. Как я мог это допустить? Я знал ответ. Пэган. Она овладела мной. Моими мыслями. Моими желаниями. Моими целями. Я не замечал ничего, кроме сияния Пэган, затмевающего все вокруг. Сейчас, я должен понять почему, а затем все уладить. Потому что Пэган Мур была моей. Ее жизнь, ее душа, ее сердце, все это принадлежало мне. Ничто не могло встать на моем пути. Никакое древнее проклятие. Никакой мальчишка, не имеющий души. И тем более никакой Повелитель духов вуду.

Глава первая

Пэган

Я повернулась и посмотрела на милые воздушные шары. Больше всего мне нравились розовые. Они напоминали мне жевательную резинку. Надо будет придумать, что можно пообещать маме, чтобы она мне ее купила. Может быть убраться под кроватью или расставить туфли в ее гардеробе. Но не прошло и секунды, как все эти мысли улетучились. Сейчас моя мама ушла. Слезы затуманили мои глаза и я всхлипнула. Она предупреждала меня, что я могу потеряться в толпе, если не буду держаться ее. Обычно я держала ее за руку, когда мы были в людном месте, но сегодня она несла в руках огромную стопку своих книг. Вся ответственность, не потерять ее из виду, ложилась на меня. Но я ее потреля. Где я буду ночевать? Я в панике оглядывалась на людей, снующих по оживленным улицам. Фестиваль Искусств и Развлечений собрал людей со всего мира в нашем маленьком городке. Потянувшись руками к глазам, чтобы вытереть слезы и найти полицейского, который смог бы мне помочь, я хлюпнула носом и на секунду позабыла о своей беде, когда я почувствовала запах свежей выпечки.

“Не плачь, я помогу тебе.”

Нахмурившись, я начала разглядывать мальчика, который стоял передо мной. У него были светлые коротко стриженные волосы и большие дружелюбные глаза, которые выглядели взволновано. Я никогда не видела его прежде. Он не ходил со мной в одну школу. Кем бы он ни был, я знала, он не может мне помочь. Он просто, как и я, был ребенком.

“Я потеряла свою маму,” пробормотала я, смущаясь от того, что он видел, как я плачу.

Он кивнул головой и протянул мне руку. “Я знаю. Я собираюсь отвести тебя к ней. Все будет хорошо. Я обещаю.”

Проглотив ком, застрявший в моем горле, я начала обдумывать его предложение. Мог ли он мне помочь? Я подумала, что две пары глаз, ищущих полицейского все-таки лучше, чем одна. “Хм, если только ты поможешь мне найти полицейского, чтобы он помог найти ее, то это было бы здорово.”

Он улыбнулся мне, будто подумал, что я смешная. Я не шутила и в этом не было ничего такого, что могло вызвать улыбку.

“Я на самом деле знаю, где она. Поверь мне,” его рука до сих пор была протянута ко мне. Нахмурившись, я обдумала все причины, которые могли указывать, что это была плохая идея. Вряд ли он был намного старше меня. Может быть ему максимум семь лет. Но он выглядел таким уверенным в себе. Кроме того, он не был взрослым незнакомцем. Он не украдет меня.

“Хорошо,” в итоге ответила я, беря его за руку. Казалось, его лицо расслабилось. Я очень надеялась, что он не даст нам обоим заблудиться.

“Где твои родители?” спросила я, внезапно осознав, что может быть они смогут нам помочь.

“Где-то здесь,” ответил он, немного нахмурив лоб. “Пойдем со мной,” его голос был мягким, но настойчивым. Он напомнил мне взрослого человека.

Я следовала за ним, пока мы прокладывали себе путь среди людей, встречающихся на нашем пути. Я пыталась вглядываться в лица прохожих, пока мы спешили вперед, чтобы увидеть хоть кого-нибудь знакомого, но мои попытки были тщетны.

“Вон она,” сказал мальчик, остановив нашу погоню и указав пальцем в сторону тротуара впереди.

Я была вполне уверена, что это была моя мама и она была очень растроена. На ее лице застыл испуганный взгляд и она хваталась за проходящих мимо людей, неистово спрашивая их о чем-то. Я поняла, что она ищет меня. Мне необходимо было ее успокоить, и я выхватила свою руку из руки мальчика и побежала к ней.

Ее большие круглые испуганные глаза обнаружили меня и она начала плакать и звать меня по имени, “Пэган, Пэган, Пэган!”

Мои глаза открылись и перед моим взором возник вентилятор на потолке, лучи солнца, врывающиеся через мое окно и моя недовольная мама, которая с шумом закрыла мою дверь.

“Ты опоздаешь в школу. Немедленно вставай.”

“Я уже проснулась. Не злись,” крикнула я охрипшим ото сна голосом и заставила себя подняться.

“В итоге, я уверяю тебя, девочка, ты все труднее и труднее просыпаешься. А теперь поторопись. Я приготовила блинчики на завтрак.”

“Хорошо, хорошо,” пробормотала я и потерла свои заспанные глаза. Я вновь видела один из тех снов. Почему мне снились обрывки из моего детства и почему, я только сейчас поняла, что один и тот же мальчик помогал мне во всех моих бедственных ситуациях? Я забыла про тот день на фестивале, когда я потерялась. Но это было на самом деле. Я сейчас вспомнила об этом. И тот мальчик…он был там. Почему он казался мне таким знакомым?

Дверь моей спальни тихонько приоткрылась, и все мои тревоги исчезли при виде Данка, входящего ко мне комнату. Он начал пользоваться дверью вместо того, чтобы просто являться из ниоткуда и до чёртиков меня пугать. Это была моя маленькая просьба, которую он всегда старался выполнять.

“Она готовит блинчики… как думаешь, она позволит мне сесть несколько, когда я приеду, чтобы забрать тебя в школу?”

У него был глубокий, гипнотический голос. Даже сейчас, мне хотелось вздохнуть и греться в тепле, которым он пронизывал меня. Я встала и сократила и без того малое расстояние между нами. Остановившись прямо перед ним, я положила обе руки ему на грудь и улыбнулась, глядя в его изумительно голубые глаза.

“До тех пор пока Лейф не появится, ты точно не её любимчик. Ты же знаешь.”

Он нахмурился, и я возненавидела то, что с моей матерью было настолько сложно. Мне не нравится заставлять его хмуриться. Но, к сожалению, когда мой бывший парень вдруг пропал, моя мать обвинила меня в том, что я рассталась с ним из-за другого парня. Но я не могу сказать ей правду. Она решит, что на сей раз я реально свихнулась, и запрёт меня в психушке до конца моих дней.

“Эй,” сказал Данк, протягивая руку к моему лицу, “перестань. В этом нет твоей вины. Кроме того, мы оба знаем, что мне не нужна еда. Просто у её блинчиков невероятный аромат.”

Его способность читать мои эмоции бывает очень полезна. Но иногда меня это ужасно раздражало.

“Ну, возможно, если бы ты объяснил мне, что именно имел в виду, сказав “Лейф не человек”, то я бы не чувствовала себя такой виноватой.”

Данк вздохнул и присел на мою кровать, притянув меня к себе на колени. В его голубых глазах по-прежнему был тот блеск, который вспыхивает в них, когда он забирает душу из умершего тела. Я обхватила его шею руками, усердно стараясь сохранить серьезное выражение лица. Когда он был так близко, мне было нелегко собраться с мыслями.

“Я же сказал тебе, что не совсем уверен в том, чем именно является Лейф. Я знаю лишь то, что у него нет души. Это единственное, что я знаю наверняка.”

Я заправила прядь его темных волос за ухо и решила попробовать выпытать у него побольше информации состроив недовольную гримасу.

“Ну, как ты думаешь, что он такое?”

Данк поднял брови и ухмыльнулся, от чего на его лице появилась сексуальная ямочка. “Надутые губки, Пэган? Серьёзно? Я ожидал от тебя большего. И когда же это моя девушка стала использовать всё своё коварство против меня…хм-м-м?

Я толкнула его в грудь и высунула язык, “Это не коварство.”

От его весёлого смеха у меня по спине побежали приятные мурашки. “Да, Пэган, оно самое. Я не люблю, когда ты дуешься. И ты об этом знаешь.”

“ПЭГАН, ИДИ СЮДА И ПОЕШЬ! ТЫ ОПОЗДАЕШЬ,” громкий голос моей матери пролетел вверх по лестнице.

“Иди поешь. Я подойду к дому через 20 минут, чтобы подбросить тебя,” прошептал он мне на ухо, после чего поцеловал меня у виска и поставил на ноги. Я уперла руки в бока, чтобы запротестовать, но он испарился, прежде чем я успела сказать хоть слово.

“Только потому что ты Смерть, тебе позволено уходить так невежливо,” прошипела я в пустой комнате на тот случай, если он был еще близко и мог услышать.

Недовольно вздохнув, я направилась в ванную собираться.

“У тебя не останется времени сесть за стол и позавтракать, если ты намереваешься приехать в школу до звонка,” сказала недовольно моя мама, в то время как я входила в кухню.

“Я знаю, я просто возьму блинчик с собой,” я потянулась за одним из блинчиков, которые она сложила на тарелку и поставила по центру стола, и тут же почувствовала вину за то, что так долго собиралась. Очевидно она изо всех сил старалась, чтобы приготовить мне вкусную горячую еду, с которой я начну свой день и все, на что у меня хватало времени, так это схватить блинчик и съесть его на ходу, по пути к машине Данка.

“Прости меня, мама. Я проспала. Спасибо тебе за это,” сказала я, наклонившись к ней, чтобы поцеловать, прежде чем взять свой рюкзак с кухонного стола.

“Мне нужно подарить тебе будильник,” пробормотала она, отодвигая для меня стул.

“Я обещаю, что завтра встану на полчаса раньше. Положи оставшийся завтрак в холодильник и мы разогреем его завтра утром в микроволновой печи и насладимся им вместе.”

Она не улыбнулась, а просто обратила свой хмурый взгляд на свою кружку с кофе. Черт, она знала, как заставить меня чувствовать себя паршиво.

Отодвинув стул, я присела, зная, что менее, чем через три минуты я выскачу из-за стола, но я хотела порадовать ее и желала расспросить о своем сне.

“Ты помнишь, когда я была маленькой, я потерялась на ярмарке Искусств и Развлечений?”

Она поставила свою кружку на стол и задумалась. На ее лбу появились морщинки. Я надеюсь, что у меня на лбу не появятся такие морщины с возрастом. Но если не брать во внимание эти морщины, то я бы вполне не возражала выглядеть, как моя мама в ее года. Благодаря короткой стрижке паж, ее темные волосы выглядели блестящими, а ее ноги были очень сексуальными для женщины в возрасте.

“Хм…думаю да. О! Да, тогда мои руки были заняты книгами и ты должна была держаться за мою юбку. Господи, это было ужасно. Я помню тот момент, когда обнаружила, что ты уже не даржишься за меня и я обернулась, а тебя нигде не было. У меня замерло сердце. Вполне вероятно, что в тот день ты сократила мою жизнь на пять лет.”

Так это было на самом деле. Мамины темно-карие глаза мельком взглянули на край ее кружки с кофе и она сделала глоток. Я хотела задать больше вопросов, но ее хмурый взгляд меня остановил. Ее внимание было сосредоточено на окне за моей спиной. Данк был здесь. Я терпеть не могла, что она думает, якобы мои отношения с ним как-то повлияли на исчезновение Лейфа. Факт был в том, что мне не выпал шанс порвать с Лейфом. Он исчез, прежде чем я успела это сделать. Но рассказав ей об этом, я только сделаю хуже. Если бы я не знала, что Лейф не был человеком, я бы тоже волновалась за него, но я знала правду.

“Мне нужно идти, мам. Люблю тебя,” прокричала я, направляясь к двери. Я не хотела слушать ее лекцию о том, что мне стоит быть более взволнованной из-за бегства Лейфа.

“Время почти пришло.”

Я остановилась и замерла на месте на ступеньках парадного входа дома. Я протянула руку и ухватилась за холодные железные перила. Я знала этот голос.

“Пэган.” Данк тут же возник передо мной. Поднимая свои глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, я начала трясти головой, проясняя мысли.

“Ты…ты видел кого-нибудь или…что-нибудь?” Я с трудом подбирала слова, до сих пор не в состоянии оттойти от того голоса, который прозвучал прямо у моего уха.

Искрящаяся голубизна глаз Данка сменилась мерцающими сферами.

“Пэган, твои глаза,” он потянулся ко мне и обхватил мое лицо ладонями, изучая меня. Я думала, что смерть ничего не боится, пока не увидела страх в каждой складочке его хмурого лица. То, что его глаза выглядели, словно синее пламя, должно что-то значить.

“Что с моими глазами?” встревоженно спросила я шепотом.

Данк крепко прижал меня к себе, “Пошли, мы уходим.”

Я позволила ему донести меня до джипа, посадить внутрь и пристегнуть ремнем безопасности.

“Данк, скажи мне, что не так,” умоляла я, когда он нежно поцеловал меня в губы.

“Ничего. Ничего такого, что я не смог бы уладить,” уверял он меня и прижался головой к моему лбу. “Послушай меня, Пэган, у тебя нет причин для беспокойства. Я все улажу. Вспомни, что я говорил тебе. Тому, что защищает Смерть нельзя навредить, и малышка,” он ласково провел большим пальцем по моей щеке, “ты единственное, что я оберегаю.”

Волна мурашек, которые, казалось, я никогда не смогу контролировать, возникающие при звуке его пониженного тона голоса, звучащего столь спокойно и сексуально, делала его счастливым. Он всегда одаривал меня своей сексульной ухмылкой, когда меня пробирала дрожь.

“Хорошо, но я слышала голос. Прямо у своего уха. Это походило на то, как ты говоришь со мной, когда ты далеко.”

Данк напрягся и сделал глубокий вдох. “Ты слышала?”

Я кивнула и увидела, как он закрыл свои глаза и яростное рычание вырвалось из его груди.

“Никто не подберется к тебе близко. Ничто не подберется к тебе близко.” Он поцеловал меня в кончик носа, а затем захлопнул дверь, прежде чем оказаться на водительском сидении около меня. Я очень надеялась, что он не был столь озабочен и уделял внимание тому, чем в данный момент была занята моя мама. Если она наблюдает за нами в окно прямо сейчас, в таком случае все может стать гораздо сложнее.

“Она уже работает в своем кабинете,” произнес Данк, в то время как завел свой джип и выехал на дорогу. Я не стала спрашивать, как он узнал, о чем я думаю. Я уже привыкла к этому. Я не могла беспокоиться о чем-либо, чтобы он об этом не знал. Он был помешан на устранении всех моих проблем. Обычно меня это огорчало, но сейчас, с новоявленно вырисовывающимися проблемами, я нуждалась в нем.

“Что сказал тебе тот голос?” его голос был напряженным и я могла бы сказать, что он пытался контролировать свой гнев, который забавлял меня в тот момент, когда возникал на почве ревности. Но сейчас он не был забавным. Совсем.

“Время почти пришло,” ответила я, изучая его реакцию. Его левая рука крепче сжала руль, в то время как он потянулся ко мне и положил свою руку мне на бедро.

“Мне необходимо уладить это немедленно. Я ничего не видел, но я почувствовал это. В тот момент, когда ты застыла, я почувствовал это. Это не душа. Это не божество. Это ничто из того, с чем я знаком, но остается мало вариантов, что это могло быть. И я обещаю тебе, Пэган, что ни одна из этих вещей не справится со мной. Поэтому перестань волноваться. Я Смерть, малышка. Помни об этом.”

Я вздохнула и накрыла его руку своей.

“Я знаю,” ответила я и начала выводить очертания сердечек на его руке кончиком своего пальца.

“Я скучал по тебе прошлой ночью,” прошептал он хриплым голосом.

Я улыбнулась, глядя на его руки, когда он перевернул свою ладонь и взял меня за руку. Мне было приятно знать о том, что он скучал по мне.

“Хорошо.”

В ответ он мило ухмыльнулся.

Глава Вторая

Когда Данк въехал на стоянку у школы, я, как и каждый день до этого, осмотрелась в поисках грузовика Лейфа. И также, как и прежде его парковочное место пустовало. Вместо того, чтобы занять желанную парковку самого популярного парня в школе, она оставалась свободной. Складывалось впечатление, что они все ждут, полные сомнений.

В последний раз я видела Лейфа в тот день, когда думала, что потеряла Данка навсегда. Джи, сопроводитель, которая пыталась убить мое тело и противостояла Смерти, а теперь еще и странным образом стала моим другом, смогла вынуть мою душу из моего тела без помощи Смерти. Проблема заключалась в том, что было уже поздно. Смерть уже нарушила правила и ему пришлось заплатить за это. А я осталась перед выбором, либо стать странствующей душой, либо вернуться в свое тело и жить дальше. Даже если единственный парень, которого я любила горел в Аду, как падший ангел, за то, что не выполнил свою работу, когда пришло время забрать мою жизнь. Джи объяснила, что Данк подвергнется еще большим страданиям в преисподнии, если узнает, что я стала странствующей душой. Он хотел бы знать, что я жива. Что его жертва послужила во имя чего-то. Я бы сделала что угодно, лишь бы унять его боль. Я вернулась в свое тело в то утро и выбрала жизнь. Ради него.

А после, тем же утром он был в школе и у меня не было возможности поговорить с Лейфом и объяснить ему все. Я просто бросилась к Данку. После того, как Данк объяснил мне все и затем обрушил на меня новость о том, что Лейф не был человеком, мы отправились на его поиски. Но Лейф Монтгомери исчез. Это случилось месяц назад.

“Не хмурься,” ворвался голос Данка в мои мысли, в то время как его руки обрамили мое лицо и он пристально изучал меня. Он мог чувствовать мои страхи. Не было причины объяснять ему внезапные перемены моего настроения.

“Он вернется когда-нибудь?”

Данк вздохнул, бросив взгляд через мое плечо, “Боюсь, что да.”

“Почему это беспокоит тебя? Я знаю, ты сказал, что у Лейфа нет души, но я знаю Лейфа. Я проводила с ним время. Он не зло. Он невероятно милый.”

Эти голубые глаза, в которые я была влюблена, вдруг вспыхнули и мерцание, к которому я уже почти привыкла, предупредило о том, что я сказала что-то неправильное. Данк не лучшим образом справлялся с ревностными эмоциями. Это было абсолютно ново для него и ему не приходилось сталкиваться с этим чувством ранее.

“Лейф тот, кем он должен быть. Он был создан, Пэган. Он делал свою работу. Он не милый. У него нет души.”

Я потянулась к нему и поцеловала его подбородок, а затем прошептала, “Тише, парень. Мы оба знаем кому принадлежит моя душа.”

“Это верно,” ответил Данк и прикусил мочку моего уха, “но не забыла ли ты об этом.”

По мне пробежали мурашки от его теплого дыхания у моей кожи.

Стук в окно напугал меня и я отсранилась от своего сексуального парня и, обернувшись, увидела Миранду, свою лучшую подругу, которая пристально смотрела на меня в окно с веселой ухмылкой на лице.

“Спасена своей лучшей подругой,” прошептал Данк, оставив последний поцелуй на моей шее, прежде чем взять мой рюкзак и открыть свою дверь. Он ступил на свет утреннего солнца и выглядел словно греческий бог. Джинсы, которые превосходно держались на его бедрах аппетитно обтягивали его зад. Данк мог сразить наповал будучи одетым в обычную футболку, что и делал ежедневно. Сегодня его футболка, подчеркивающая его грудь, была темно-синего цвета. Он всегда ходил в своих черных ботинках и мне они нравились. Они смотрелись сексуально. Он выглядел чертовски привлекательно даже с моим красным рюкзаком, перекинутым через левое плечо. Я зачарованно наблюдала за ним, пока он обходил свой джип спереди, чтобы открыть мне дверь. Я еле сдерживала себя, чтобы не открыть дверь самой. Он не любил этого. Я чувствовала взгляд Миранды на себе, но меня это не беспокоило. Она могла наблюдать за тем, как я пожираю своего парня глазами. Кроме того, она все прекрасно понимала. Миранда считала, как и все в этом мире, что Данк Уолкер – вокалист рок группы Колд Соул (Холодная Душа). Иронично, я знаю. Данк выступал со своей группой, но он не был с ними постоянно. Миранда была их фанаткой.

Данк открыл мою дверь и я выбралась из машины, наконец оторвав свой взгляд от него и посмотрев на свою подругу.

“И тебе доброе утро,” подразнила меня Миранда, взяв меня под руку. “Я гадала, сколько времени еще пройдет, прежде чем ты перестанешь пялиться на своего рок парня словно боготворящий щенок, и обратишь хоть чуточку своего внимания на меня.”

Я толкнула ее локтем, “Заткнись.”

Она хихикнула, “девочка моя, только не говори мне, что ты пытаешься скрыть свои похотливые взгляды, иначе тебе это не удалось. Парень знает, что ты желаешь его тело.”

“Прекрати,” прошипела я.

Данк подошел ко мне сзади и заставил мое тело погрузиться в обволакивающую теплоту и трепетать. “Она не может желать мое тело больше, чем я желаю ее.”

Миранда начала обмахивать свое лицо рукой. “Боже мой, сжалься, я думаю, я вот-вот упаду в обморок.”

Рука Данка накрыла мою и он сжал ее. “Встретимся внутри. Я отнесу это в твой шкафчик.”

Он всегда был таким внимательным, давая нам с Мирандой время побыть вдвоем. Я кивнула, не обращая внимание на глупую улыбку на моем лице.

Миранда приподняла свои солнцезащитные очки и надела их на голову. Ее кудряшки были идеально уложены, что, как я знала, заняло у нее уйма времени. Девушка спала в бигудях, как это делали в 80е. Она захлопала глазами, когда обратила свой взгляд на зад моего парня, пока тот входил в школу.

“Это чертовски потрясный…”

“Миранда!” я улыбнулась ей, так как она, конечно же. была права. Но ей не стоило говорить об этом вслух.

“Ревнуешь?” дразнила она.

Я только закатила глаза.

Взгляд Мирнды скользнул в сторону пустующего парковочного места Лейфа. Я не могла объяснить Миранде ситуацию с Лейфом. Она даже не знала, что я вижу мертвых людей, или, как любит говорить Данк, “странствующих душ”. До появления Данка, мне приходилось жить наедине с этим секретом.

“Интересно, где он?”

Когда Лейф исчез, мы с Данком решили повременить с нашими отношениями. Мы стали появляться на людях только на прошлой недели. Когда полиция и родители Лейфа задавали мне вопросы, я просто сказала им, что мы с Лейфом расстались. Это было его решение. Что не было абсолютной ложью; он исчез без следа. А это своего рода разрыв отношений. Поначалу его родители звонили мне каждый день, интересуясь, нет ли от него каких-либо вестей. Они перестали звонить после того, как Лейф связался с ними и заверил их, что с ним все хорошо. Вероятно он сказал, что ему необходимо время, чтобы преодолеть кое-какие трудности. Странно, но после этого звонка его родители, казалось, были абсолютно спокойны по поводу его исчезновения. Они больше не задавали вопросов. Я даже как-то встретила его маму в магазине на прошлой неделе и она улыбнулась мне, словно у нее нет никаких забот. Ученики школы постепенно начинали вести себя также. Никто не говорил о нем. Это было…странно.

“Так ты подготовилась к тесту по тригонометрии?” спросила Миранда, улыбаясь так, словно она только что не была озабочена мыслями о Лейфе. И снова…странно.

“Да. Учила до поздней ночи.”

Миранда простонала и смахнула волосы со своего плеча. Это была одна из ее ярких привычек, которая вызывала смех.

“Если я не напишу тест, мои родители запрут меня на чердаке до конца жизни. Тебе придется передавать мне еду под дверью.”

“Я не думаю, что все будет так плохо. Тем более, ты учила, ведь так?”

Она закатила глаза и посмотрела на меня, “Немного. Да.”

“Ты смотрела Маленьких Обманщиц прошлой ночью, не так ли?”

Она ответила, настолько глубоко вздохнув, что поднялись плечи, “Да. Шоу прошлой и этой недели. Я ничего не могла поделать. Я питаю слабость к Калебу.”

Схватив ее за руку, я потащила ее внутрь. “Идем. В библиотеку. У нас тридцать минут и тебя не запрут на чердаке до конца твоих дней.”

Миранда улыбнулась мне, “Я люблю тебя.”

“И я тебя.”

Будем надеяться, что призрак библиотеки будет сегодня где-нибудь в другом месте. Душа, постоянно странствующая вокруг, будет очень отвлекать.

Данк

Я смотрел на то, как Пэган ведет Миранду в библиотеку. Она будет занята некоторое время и мне необходимо отправиться туда, где я должен быть. Я не хотел заставлять душу ждать меня. Мне необходимо быть там из-за случившейся смерти. Как только Пэган зашла в библиотеку и я знал, что она будет в безопасности некоторое время, я ушел.

До появления Пэган я не понимал что такое любовь. До Пэган забирать души было просто. Теперь, я познал эмоции. Я знал что такое боль и чувство утраты и это осложняло мою задачу. Особенно когда дело касалось юных созданий. Но несмотря на это я осознавал, что у них скоро будет новая жизнь, не успев воспринять боль их семьи о том, что они потеряли кого-то очень дорого. Потому что даже если душа ребенка вернется, она уже не будет прежней. Они не узнают, что ребенок, которого они любили, снова рядом с ними, после того, как душа вернулась в новую жизнь.

“Время пришло, не так ли?” маленький мальчик взглянул вверх на меня, когда я вошел в больничную палату. Я уже говорил с ним ранее. Даже несколько раз. Я хотел, чтобы он понял, что он скоро умрет, но если он последует моим указаниям, то ему даруют другую жизнь. Его душа продолжит жить. Эта жизнь просто закончится. Его нижняя губа задрожала, когда он пристально смотрел на меня.

“Да, время пришло.”

“Будет больно?”

Я покачал головой, “Я обещал тебе, что не будет, ведь так?”

Он кивнул и прижал темно-зеленого динозавра сильнее к груди, подпирая им подбородок. Прошла неделя с тех пор как я был здесь в последний раз. Его лицо стало более вытянутым, а курги под глазами стали еще темнее. Болезнь настигла его.

“Мама считает, что мне станет лучше. Я пытался сказать ей, что она ошибается.”

У меня сдавило в груди. Раньше это было так просто.

“Те, кто любят тебя не хотят смириться с тем, что твое тело в этой жизни стало очень больным, чтобы продолжать в нем жизнь. Но помни, ты вернешься. Ты возродишься в новом теле и ты вернешься в эту семью. Может быть не завтра или не на следующий день, но однажды ты вернешься.”

Он шмыгнул носом и потер его о мягкую игрушку, которую он очевидно любил.

“Да, но ведь ты сказал, что я не будут помнить об этой жизни. Я забуду, кем я когда-то был. Я не хочу забывать своих маму и папу. Я не хочу забывать Джесси, даже если она иногда бывает противной, она моя старшая сестра.”

Вот почему Смерти не полагается испытывать эмоции. Я бы хотел обнять этого ребенка и дать ему ложные обещания. Все, что угодно, только лишь унять его страх, но это была его судьба. Он скоро вернется. Я уже узнавал про его душу после нашей первой втречи. Его сестре было шестнадцать. Через шесть лет она родит ребенка, которого назовет в честь своего брата и его душа вернется.

“Я знаю, но ты должен верить мне. Так устроена жизнь. Ты можешь не помнить эту жизнь, но твоя душа всегда будет привязана к тем, кого ты любишь. Твоя душа будет счастлива и даже несмотря на то, что ты не будешь ничего помнить, твоя душа почувствует, что вернулась домой.”

Маленький мальчик кивнул и положил динозавра. “Мама вышла, чтобы принести немного льда. Мы можешь подождать когда она вернется? Я хочу попрощаться с ней,” на последнем слове он запнулся от нехватки воздуха.

Я кивнул и отошел в сторону, когда дверь его палаты открылась. Вошла его мама. Она тоже стала еще худее с момента моего последнего визита, а печаль и страх, поселившийся в ней, ошеломлял при первом же взгляде. Темные круги под глазами выглядели так, словно это ей суждено было сегодня умереть.

“Извини, что так долго, малыш. Мне пришлось подняться на другой этаж, чтобы найти лед,” она поспешила к нему. Мятая одежда свисала на ее теле. Она уже была охвачена горем. Она знала. Она могла сказать своему сыну, что он поправится, но она знала.

“Мама,” его слабый голос прозвучал более уверенно, чем я ожидал. Я наблюдал, как малыш тянется к руке своей мамы. Он собирался утешить ее. Его тело может быть и было молодым, но не его душа. У него была древняя душа. Та, которая прожила много жизней. При наступлении смерти его душа брала контроль над его телом. Даже несмотря на то, что его разуму было не больше пяти лет, его душа знала, что сейчас его матери необходимо видеть его сильным.

“Я люблю тебя,” сказал он и рыдания сотрясли ее тело. Я хотел приобнять ее, чтобы помочь унять боль, но я не мог. Смерти не положено утешать.

“Я тоже тебя люблю, мой мальчик,” прошептала она, сжимая его маленькую ручку в своей.

“Я никогда по-настоящему не уйду. Не расстраивайся.”

Как и многие другие, он пытался объяснить тем, кто остается здесь, что он еще вернется. Но как и все люди, она начала плакать и мотать головой, все отрицая. Столкнуться с потерей своего маленького мальчика было слишком для ее понимания.

“Не говори так, малыш. Мы будем бороться с этим,” произнесла она с такой свирепостью, которую может испытывать только лишь отчаянная мать, находящаяся в такой ситуации.

“Нет, мамочка. Сейчас мне нужно идти, но я обещаю, я всегда буду рядом.”

Я подошел к нему, когда его мама накрыла его тело своим. Его маленькая ручонка потянулась к моей и я сжал ее. Он кивнул и я забрал его душу.

“Ты всегда вызываешь меня на такие тяжелые случаи. Почему? Хм? Из-за того, что я нравлюсь твоей девушке, ты отрываешься теперь на мне?” проворчала Джи, важно входя в палату.

“Ты здесь ни при чем, Джи. Это ради ребенка. Забери его душу. Ему не нужно видеть остальное. Его необходимо отправить наверх.”

Джи посмотрела вниз на мать, которая плакала, склонившись над телом, когда-то ютившим в себе душу. Ее рыдания становились все громче и мед.сестры начали вбегать с криками в палату. Джи тут же взяла душу за руку и исчезла, не сказав ни слова. Может быть она и была занозой в заднице, но она не была бессердечной. Именно поэтому я всегда вызывал ее, когда наступала смерть, как эта. Взглянув последний раз на охваченную горем мать, я покинул палату. Однажды она полюбит своего внука и, будет прижимать его к себе, рассказывая ему о его дяде. Душа может не помнить своей прошлой жизни, но малыш будет знать, каким борцом был его дядя и та жизнь, которую он не так долго прожил, никогда не позабудется. В своей следующей жизни он будет жить долго и у него будут свои внуки, которым он тоже будет рассказывать истории.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю