Текст книги "Назад уже не вернешься"

Автор книги: Эбби Глайнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Блэр

Если в первые дни после нашего приезда атмосфера в доме была напряженной, то в последующие стала гнетущей, а потом и вовсе кошмарной. Нэн и Киро постоянно скандалили, и она продолжала убегать. А Раш мчался за ней.

Я понимала, что мы и приехали, чтобы Раш разобрался с сестрой, но такого точно не ожидала. Нэн действительно, хоть уже и была женщиной, оставалась капризным ребенком. А Киро был настоящей задницей. Харлоу знала, каков он, но мирилась с этим. Она не носилась по дому с криками о том, что ее никто не любит, просто большую часть времени проводила в своей комнате за чтением. Иногда, когда было тепло, она выходила со мной подышать свежим воздухом.

Я скучала по Рашу. Скучала по его улыбке. В последнее время он улыбался нечасто. Вчера вечером я сказала, что, возможно, ему не стоит постоянно сдерживать сестру. Пусть бы она закатила очередную истерику и поняла, что Раш за ней не побежит. Тогда можно было бы посмотреть, как она с этим справится.

Раш разозлился:

– Блэр, она угрожает убить себя. Я не могу на это не реагировать. Я тоже не верю, что она способна на такое, но все равно не могу оставаться в стороне. Хоть кого-то это должно волновать. И этот кто-то – я. Всем остальным плевать.

После этого я больше ничего ему не говорила. Раш не желал меня слушать, а я не хотела, чтобы он огрызался. Это меня изматывало. Вообще вся эта ситуация.

Я начала понимать, почему Харлоу предпочитает отсиживаться в своей комнате. Я уже дважды натыкалась на Киро, когда он трахал девиц примерно моего возраста. Воспоминания об этих картинках не доставляли мне удовольствия. Киро занимался сексом там, где ему хотелось. Я быстро усвоила, что лучше держаться подальше от комнаты отдыха. Бильярдный стол там использовался не по назначению.

Стук в дверь сбил меня с мысли, но я даже обрадовалась. В тот момент мне совсем не хотелось думать о том, что Раш от меня отдаляется. Это на меня давило.

В комнату заглянула Харлоу.

– Хочешь пойти со мной к бассейну? – предложила она и добавила с застенчивой улыбкой: – Папы дома нет, так что никаких секс-эскапад мы не увидим.

Как-то мы с Харлоу пошли к бассейну и застали там Киро с двумя девицами. Неловкая была ситуация. Киро так громко хохотал, что соседи могли услышать. Но его это совсем не смущало, наоборот, казалось, он считает, что это очень весело.

– Звучит неплохо. Только надену купальник. Встретимся у бассейна, – согласилась я.

В этом доме меня радовала одна Харлоу. Я бы с радостью в любой момент уехала обратно в Розмари-Бич. Я хотела, чтобы вернулся мой Раш, а сердитый и вечно напряженный парень, который занял его место, исчез. Но я, конечно, скучала бы по Харлоу.

Я быстро надела купальник, накинула парео и спустилась к бассейну. Фонтан с водопадами в центре бассейна был словно из глазури. Дизайнер задумал это место так, что оно было похоже на экзотический уголок в тропическом лесу. Один только вид уже дарил покой.

Когда я спустилась, Харлоу сидела в шезлонге и читала одну из своих электронных книжек. Я заняла место рядом и вытянула ноги. Это был самый теплый день за все время, что мы здесь гостили, – градусов двадцать семь по Цельсию. Невероятно, если учесть, что до декабря оставалось всего два дня.

Я начала расспрашивать Харлоу о том, как они проводят праздники, но что-то меня остановило.

Я снова почувствовала спазм, подтянула колени, обхватила руками живот и постаралась сдержать слезы. В прошлый раз, когда со мной такое случилось, я хотела рассказать об этом Рашу, но не успела – он в очередной раз побежал за Нэн.

– Блэр? Ты в порядке? – спросила Харлоу.

– Не уверена, – честно призналась я.

Слезы навернулись на глаза. Было неудобно, что Харлоу видит меня такой. Хотелось уйти к себе.

Харлоу пересела на край моего шезлонга и внимательно на меня посмотрела.

– Тебе больно? – спросила она.

Я молча кивнула. Харлоу нахмурилась и огляделась по сторонам.

– А где Раш?

– Поехал проведать Нэн.

Тут случился еще один спазм, и я поморщилась от боли.

Харлоу встала:

– Не думаю, что беременная женщина должна плакать и морщиться. Надо, чтобы тебя осмотрели. Я могу отвезти тебя к моему доктору. Он большой фанат Дина, так что примет тебя без предварительной записи. Позвоню ему по дороге.

Я не хотела, чтобы на меня смотрели как на паникершу, но Харлоу решила за меня, и это все упрощало. Я кивнула и позволила ей помочь мне встать.

– Но сначала надо переодеться.

– Да, и мне тоже. Я подгоню машину к парадному входу.

– Спасибо, – поблагодарила я и пошла наверх.

Сначала я хотела позвонить, но потом передумала. У него уже висела на шее одна женщина. Возможно, меня просто пучило и ничего страшного в этом не было. Я решила, что позвоню, если доктор посчитает, что в этом есть необходимость. Ни к чему было беспокоить его лишний раз.

Но внутренний голос нашептывал мне то, в чем я не хотела себе признаться: «Ты боишься, что ты и малыш окажетесь на втором месте. Ты не хочешь, чтобы ему пришлось выбирать».

Я прогнала из головы эти мысли. Поменяв бикини на трусики, я надела летнее платье и пошла вниз. Доктор скажет, что со мной все в порядке, и мне сразу станет легче. Так я думала, пока спускалась по лестнице, но на последней ступеньке меня снова скрутило от боли, я даже застонала и, чтобы устоять, схватилась за перила.

– Ты в порядке? – Обеспокоенный голос Дина застал меня врасплох.

Я заставила себя улыбнуться и кивнула:

– Да. Хочу съездить на осмотр к гинекологу Харлоу. Скоро вернусь. Скажите Рашу, что, если понадобится, я ему позвоню.

– А Раш чем занят? – крикнул мне в спину Дин, когда я пошла к выходу.

– Он с Нэн, – ответила я, потом открыла дверь и направилась к «ауди кабриолет» Харлоу.

* * *

Харлоу не ошиблась, когда сказала, что ее доктор примет меня без задержек. Как только мы приехали, медсестра отвела меня в кабинет, даже не попросив заполнить какие-нибудь бумаги или что-нибудь подписать.

– Я подожду здесь, – сказала мне Харлоу.

Я обрадовалась, что она не собирается идти вместе со мной. Мне она нравилась, но все-таки мы не были настолько близкими подругами, чтобы вместе находиться в смотровой.

– Снимите трусики. Верх можете не снимать. Забирайтесь на стол и накройтесь одеялом. Доктор подойдет через минуту, – проинструктировала меня медсестра.

Я кивнула и поблагодарила. Как только дверь за медсестрой закрылась, я зашла в раздевалку и сняла трусики.

Красная полоска на их ткани заставила меня замереть на месте. Я сделала глубокий вдох. От страха у меня начали путаться мысли, стало трудно дышать. Я стояла, смотрела на кровь и думала, нормально ли это. Могло ли такое быть нормальным. Мне следовало позвонить Рашу. Я быстро помолилась про себя. Я редко это делаю, но в тот момент мне нужен был кто-то, кто защитит моего малыша.

Закончив, я вышла из раздевалки, забралась на смотровой стол и укрыла нижнюю часть тела одеялом. В дверь несколько раз быстро постучали, затем последовала короткая пауза, и мне стало немножко легче. Мне помогут. Доктор знает, что делать. В кабинет вместе с медсестрой вошел мужчина. Он оказался гораздо моложе, чем я ожидала.

– Мисс Винн, я доктор Шеридан. Харлоу сказала, что у вас спазмы, а ваш врач далеко, во Флориде.

Я кивнула:

– Да, сэр. Еще у меня чуть кровит. – И, сама того не ожидая, я всхлипнула.

– Ну, причина может быть самой обычной. Например, обезвоживание. Вы не волнуйтесь, это дела не улучшит.

Доктор занял свое место и попросил меня положить ноги на подколенники.

– Что вы делаете так далеко от дома? – спросил он и начал осмотр.

Я решила опустить подробности и просто ответила:

– Мы с женихом приехали в гости к его отцу.

– А Харлоу вы откуда знаете?

– Отец моего жениха – Дин Финли, – объяснила я.

Мне показалось, что фанат Киро легко мог бы сложить два и два.

Доктор немного помолчал, а потом уточнил:

– Неужели? Так, значит, этот малыш – внук Дина Финли?

Я кивнула. Мне хотелось, чтобы он перестал задавать все эти вопросы и занялся осмотром. Мне необходимо было знать, что с моим ребенком все в порядке. Врач, как мне показалось, стал серьезнее.

– Не хочу вас пугать, мисс Винн, но мы должны сделать УЗИ. А потом я бы хотел понаблюдать за вами с малышом в течение двух часов. Здесь, в кабинете. Такое часто бывает. Я просто принимаю меры предосторожности, надо убедиться, что у вас действительно все хорошо. И еще я хочу, чтобы вы пили больше жидкости. Как только сделаем УЗИ, Мелани вам что-нибудь принесет. У нас есть специальная комната с удобной кроватью. Вы там отдохнете. Мелани приглушит свет и поставит для вас расслабляющую музыку.

Доктор не собирался отправлять меня в больницу. Это хороший знак. Ведь хороший? Я смогла кивнуть еще раз.

– Я попрошу Мелани рассказать Харлоу о том, чем мы тут заняты, на случай если ей захочется в это время пойти по своим делам. А вы, как освободитесь, сможете ей позвонить. Вы не против?

Я совсем забыла о Харлоу.

– Да, конечно. Скажите, пусть едет, куда ей нужно. Я позвоню, когда меня надо будет забрать. Не хочу, чтобы она тратила тут свое время.

Доктор кивнул и пошел к выходу. Медсестра, которую, как я поняла, звали Мелани, помогла мне встать.

– Идите оденьтесь, а потом я отведу вас на УЗИ.

Раш

К тому времени, как я добрался до номера сестры, я был зол как черт. Блэр расстроилась, что я уезжаю, и в этом виновата проклятая Нэн. Если бы она не была такой эгоисткой, я бы вообще сюда не приехал. Мне следовало вдолбить в ее голову, что пора повзрослеть и научиться общаться с людьми. Мне все ее выкрутасы до смерти надоели. Я не мог и дальше так продолжать. Нэн должна это понять и научиться обходиться без меня.

Я постучал в дверь номера и подождал. Швейцар сказал мне, что Нэн вернулась примерно пятнадцать минут назад, так что я был уверен в том, что она в номере. Я подождал с минуту и постучал снова. Ничего. Опять эти проклятые игры. Я начал барабанить кулаком.

– Нанетта, открой эту чертову дверь!

Увидев, как я колочу по двери, проходящий мимо рассыльный остановился.

– В номере моя сестра. Она не открывает. Я за нее беспокоюсь, – соврал я. – Вы можете открыть дверь?

Мужчина все еще сомневался, можно ли мне верить. Судя по выражению его лица, он был близок к вызову охраны. Нэн бы это понравилось. Я достал из заднего кармана бумажник.

– Вот мои права. Я Раш Финли. Моя сестра Нанетта находится в этом номере. Выставить меня отсюда – плохая идея.

– Да, сэр, – понял рассыльный.

Он узнал мою фамилию. В Лос-Анджелесе это случалось гораздо чаще, чем во Флориде.

Посыльный открыл дверь, и я вошел в номер. Я уже приготовился наорать на Нэн за то, что она ведет себя как ребенок, но тут увидел на диване ее безвольное тело. Сестра лежала в какой-то неестественной позе. Я подбежал к ней и нащупал пульс. Очень слабый. Я чуть не разрыдался от облегчения.

– Вызывай «скорую». Немедленно! – рявкнул я на рассыльного, который стоял в дверях и с открытым ртом пялился на Нэн.

– Да, сэр. – Он достал из жилета телефон и начал рассказывать о происходящем человеку на другом конце линии.

– Что ты наделала, Нэн? – спрашивал я, а сердце болезненно колотилось в груди.

У меня так сжалось горло, что я не мог сделать глубокий вдох. Я ей не верил. Я думал, что она просто пытается привлечь к себе внимание. Я стал таким же, как все другие в ее жизни. Я игнорировал ее. Я стал плохим братом. Я прижал Нэн к груди, и тут у меня в кармане завибрировал телефон. Я достал трубку и, увидев на дисплее имя Харлоу, отбросил ее в сторону. У меня не было никакого желания с ней говорить. Харлоу была одной из тех, кто принес боль в жизнь моей сестры. В тот момент мне нечего было ей сказать.

Я осторожно укачивал Нэн и думал о Киро. Это он во всем виноват. Если с Нэн случится что-нибудь плохое, он за это заплатит.

– Я с тобой, Нэн. Я не брошу тебя, только и ты не бросай меня, – шепотом говорил я, пока ждал «скорую».

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышал звук шагов в коридоре, а потом голос рассыльного:

– Это здесь.

Три парамедика быстро вошли в номер, и я передал им сестру. Они проверяли состояние Нэн, а я стоял и смотрел, не в силах хоть как-то помочь. На полу, там, куда я его бросил, зазвонил мой телефон. Мне следовало ответить.

– Она что-то приняла. Вы не знаете, что именно? – спросил один из парамедиков.

– Нет, я только что приехал, – тупо ответил я.

Передозировка. Вот дерьмо. Я побежал в ванную комнату и нашел в раковине два пустых пузырька из-под таблеток. Слишком много обезболивающего.

– Вот черт! – зарычал я.

Следом зашел парамедик и взял у меня пузырьки.

– Необходимо сделать промывание желудка. Вы родственник? – поинтересовался он.

– Брат, – с трудом выдавил я.

– Тогда вы можете поехать с нами. Давайте увезем ее отсюда.

Как в тумане, я смотрел, как перекладывают безвольное тело Нэн на носилки и выносят ее из номера. Затем пошел следом. Уходя, я слышал, как в номере снова зазвонил мой телефон, но не стал возвращаться. В тот момент главным для меня было спасение сестры.

* * *

Шесть часов спустя я сидел у больничной койки, на которой лежала Нэн. Она еще была без сознания, но доктора сказали, что, по их мнению, с ней все будет хорошо. Очевидно, я вовремя ее нашел. Когда я приехал, она только-только отключилась после принятых таблеток.

Телефон я оставил в номере Нэн, а мне необходимо было срочно позвонить Блэр. Она наверняка уже начала волноваться. Ее вины в случившемся не было, просто я еще слишком остро все воспринимал, чтобы с кем-то разговаривать. Сначала следовало дождаться, чтобы доктора подтвердили, что Нэн выживет, и только после этого я мог бы думать о ком-то или чем-то еще. А когда они наконец сообщили, что с сестрой все в порядке, меня начала мучить совесть, что я не позвонил Блэр.

Не стоило оставлять телефон в номере сестры. Но я тогда был в шоковом состоянии и не мог действовать разумно. Я думал только о том, как помочь Нэн, а потом увезти Блэр из Лос-Анджелеса в Розмари-Бич. Еще надо было позвонить матери. Это ей следовало разбираться с Нэн, а не мне.

Киро не стал бы этим заниматься. Сестра хотела получить то, чего не могло быть в ее жизни. Для нее пришло время признать правду. Дверь в палату открылась, вошла медсестра. Я посмотрел на нее и решил, что пора мне перестать быть всем для Нэн. Хотя бы потому, что у меня ни черта не получалось.

– Мне необходимо поговорить с доктором. Когда сестра будет готова, я хочу, чтобы ее поместили в клинику, где ей помогут справиться с проблемами. Она нуждается в помощи, которую я не могу оказать.

Впервые в жизни я произнес это вслух. Я признался в том, что потерпел поражение как старший брат. Но вместо чувства вины почувствовал невероятную легкость, как будто с моих плеч сняли тяжелейшую ношу.

– Доктор Джонс скоро подойдет. Он бы тоже хотел определить ее под наблюдение. Ваша сестра действительно нуждается в помощи. Я рада, что вы с этим согласны. Взаимопонимание всегда облегчает процесс лечения.

Вряд ли что-то тут могло облегчить процесс лечения, но так и правда было лучше для всех.

Блэр

Раш все не возвращался. Он не отвечал ни на мои звонки, ни на сообщения. Я пробыла у доктора четыре часа, а Раш ни разу не позвонил, чтобы узнать, как у меня дела. С ребенком все было хорошо, но доктор сказал, что мне нужен отдых, а еще нужно пить больше жидкости и избегать стрессов. Ситуация в доме Дина и общение с Нэн не шли мне на пользу. Я должна была уехать.

Я посмотрела на телефон, чтобы убедиться в том, что не пропустила звонок за те три минуты, которые прошли после того, как я проверяла его в последний раз. Я очень старалась не волноваться за Раша. Мне нельзя нервничать. Я нужна моему малышу.

Харлоу, пока мы ехали в машине, вела себя очень тихо. Я понимала: она не знает, что сказать. Раш не давал о себе знать. Харлоу тоже пыталась с ним связаться. Я была рада, что она молчит. Я ни с кем не хотела говорить о своих проблемах.

Возвращение в Розмари-Бич не казалось мне лучшим вариантом. В тот момент я хотела быть подальше от всех, в том числе и от Раша. А в Розмари-Бич я бы тосковала и постоянно о нем думала.

В дверь постучали. Я открыла и увидела на пороге Дина. Вид у него был усталый.

– Раш звонил Киро и сказал, что вызвал сюда Джорджину. Скоро она приедет. Не знаю, как скоро и с чего она намерена начать. Просто подумал, что тебе стоит знать: злая королева уже в пути.

Раш звонил Киро – это все, что я тогда услышала. Остальное не имело значения.

– Когда это было?

– Думаю, где-то час назад или около того. Киро только что мне об этом сказал.

С Рашем ничего не случилось. Телефон у него был. Он просто не отвечал на мои звонки. Я в очередной раз должна была признать жестокую правду: Нэн для Раша была важнее меня. Я кивнула Дину и закрыла дверь.

Прокрутив в телефоне список контактов, я нашла номер отца и позвонила. Он ответил на втором гудке.

– Блэр? – удивленно спросил папа, и только тогда я осознала, как редко ему звоню.

Я слышала звук ветра – отец, наверное, был на своей лодке.

– Папа. Мне надо уехать отсюда. Можно, я к тебе приеду? – Я с трудом сдерживала слезы.

Как-то я уже звонила отцу, когда мне было тяжело. Он тогда меня подвел, но в итоге я все же нашла свое счастье. Хотя теперь уже не была в этом так уверена.

– Да, конечно. А что случилось?

– Просто я так больше не могу. Мне надо куда-нибудь уехать и подумать.

– Прилетай в аэропорт Ки-Уэст, я буду тебя там ждать. Только позвони, когда твой самолет пойдет на посадку.

– Хорошо. Как только все решу с рейсом, сразу свяжусь с тобой. Спасибо.

– Не надо меня благодарить. Я твой отец, можешь приезжать, когда захочешь, я всегда тебе рад.

Я крепко зажмурилась и прервала звонок. Мне действительно надо было уехать от Раша. От этих мыслей у меня разрывалось сердце. Я нашла в телефоне приложение «Дельты» и выбрала первый рейс из аэропорта Лос-Анджелеса на Атланту. Уже там я должна была сделать пересадку на самолет до Ки-Уэста. Заказав билет, я быстро упаковала вещи и вызвала такси.

Я понимала, что уехать и не оставить Рашу записку – это по-детски, но в тот момент очень на него злилась. Решила, что позже отправлю ему эсэмэску. Может, тогда он поймет, что отвечать на мои звонки тоже важно.

Никто не видел, как я вышла из дома и села в машину. К счастью. Я не хотела ничего никому объяснять. Да я и не обязана была это делать.

Раш

Джорджина ехала в Лос-Анджелес. Она должна была заняться устройством Нэн в клинику, которую порекомендовали доктора. Наша мать наверняка первым делом захочет убедиться, что это будет самая модная клиника. Я же успел позаботиться, чтобы клиника была лучшей по уровню медицинской помощи. Джорджину всегда больше интересовала внешняя сторона дела, вряд ли она бы сильно волновалась из-за психического состояния Нэн. С Нэн было что-то не так, и о ней должен был кто-то позаботиться. А я должен позаботиться о своей семье. Я не мог постоянно думать только о своей сестре.

Когда Нэн очнулась и смогла поговорить со мной, я сказал, что наша мать уже в пути. А когда она снова уснула, я поехал в отель за своим телефоном. Блэр звонила мне несколько раз, и Харлоу тоже. Я очень волновался за Блэр, и мне надо было много наверстать.

Я открыл первое сообщение от Блэр.

Харлоу отвезла меня к доктору. У меня были спазмы.

Мне сделали УЗИ, сейчас наблюдают в кабинете.

У меня сердце оборвалось. Ребенок. О боже, нет! Я побежал к лифтам и на ходу прочитал еще одно сообщение.

Ты где?

НЕТ! Мне надо было знать, что с ней все нормально.

Ты в порядке?

Черт! Все ли в порядке с ней самой? И все. Больше ни одного сообщения от Блэр. Я открыл первое сообщение от Харлоу.

У Блэр спазмы и кровотечение. Я отвезла ее к моему доктору. Они оставили ее там на несколько часов, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Позвони мне, я скажу, где мы.

Восемь часов назад. Вот дьявол! И это было единственное сообщение от Харлоу. Больше ни одного! Ни одного гребаного сообщения! Я решил, что в тот же вечер отвезу Блэр домой.

Последнее сообщение от Блэр пришло пять часов назад. Где же она? Я набрал ее номер и сразу попал на голосовую почту. Ее положили в больницу? Нет, нет, нет, она не может быть в больнице. С ней все должно было быть хорошо. С нашим ребенком все должно было быть хорошо. Я набрал номер Харлоу.

– Алло.

– Это Раш. Как Блэр? Где она? У меня не было с собой телефона. Господи, да скажи же: с ней все в порядке? Пожалуйста, – сбивчиво просил я, пока бежал от дверей отеля к своей машине.

– С ней все в порядке. Думаю, она переволновалась из-за тебя и, может, обиделась, – ответила Харлоу.

У меня комок подступил к горлу, стало трудно глотать.

– Я уже еду. Пожалуйста, передай ей, что я еду. Нэн выпила до хрена обезболивающих таблеток, и я был с ней в больнице. Ей делали промывание, – объяснил я.

Я не хотел, чтобы Блэр на меня злилась, но еще меньше хотел, чтобы она обижалась.

– О, мне очень жаль, – просто сказала Харлоу.

– Пожалуйста, скажи Блэр, что я уже еду, – повторил я.

– Она не спускалась к ужину. Я стучалась к ней, но она не ответила. Не хочу заходить в комнату, вдруг она спит. У нее был тяжелый день.

Блэр ничего не ела. Не отвечала на стук. Мне стало страшно, что с ней что-нибудь случилось и я найду ее в таком же состоянии, как Нэн.

– Пожалуйста, сходи открой ее комнату и проверь, как она, – умоляющим голосом попросил я.

– Хорошо, – немного помолчав, согласилась Харлоу.

Я прервал разговор, бросил телефон на пассажирское сиденье и на полной скорости помчался по Сансет-драйв.

* * *

Открыв парадную дверь, я увидел в холле Харлоу и отца и оцепенел.

– Что? – спросил я, а сам даже пошевелиться боялся.

– Она уехала. Ее вещей нет. В другой комнате я тоже смотрела, – ответила Харлоу.

Я затряс головой и вошел в дом:

– Уехала? Она не может никуда уехать! Куда ей ехать?

– Наверное, куда-нибудь, где ей не надо будет иметь дело с дерьмом Нэн и где ее хренов жених не будет постоянно убегать и не отвечать на ее звонки. Это я так думаю. Ты, сынок, – тупой кобель, весь в меня, – с презрением в голосе сказал Дин и ушел.

– Он застал меня, когда я бегала из комнаты в комнату. Я должна была все ему объяснить, – шепотом сказала Харлоу.

– Она не оставила записки? – спросил я, одновременно набирая номер Блэр.

И снова – голосовая почта.

Харлоу отрицательно покачала головой.

Я прошел мимо нее, поднялся, перешагивая через ступеньку, и снова сорвался на бег. Этот день начался хреново, а закончился полной катастрофой. Я рывком распахнул дверь в спальню – там стояла такая убийственная тишина, что у меня даже колени подогнулись. Но покрывало кровати еще было смято в том месте, где днем лежала Блэр. Харлоу сказала правду. Блэр уехала. Не осталось никаких следов. Она нуждалась во мне. Наш ребенок нуждался во мне. А я опять был с Нэн. Она меня бросила. И правильно, я это заслужил.

Я закрыл за собой дверь, прислонился спиной к стене и сполз на пол. Мне хотелось выть. Страшно было даже подумать, что я могу потерять Нэн, но мысль, что я могу потерять Блэр, была просто невыносимой. Я недостоин Блэр. Я обещал ей, что всегда буду рядом, а родня все время перетягивала меня на свою сторону. Надо было покончить с этим. Но что, если уже слишком поздно?

Я тряхнул головой и вытер слезы. Я найду Блэр и вымолю у нее прощение. Я готов ползать перед ней на коленях, лишь бы она меня простила. Я бы все сделал ради этого. А потом я бы ни на миг ее не оставил. Никто больше не смог бы нас разлучить.