355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джулия Кеннер » За час до рассвета. Время сорвать маски » Текст книги (страница 1)
За час до рассвета. Время сорвать маски
  • Текст добавлен: 31 августа 2017, 17:30

Текст книги "За час до рассвета. Время сорвать маски"


Автор книги: Джулия Кеннер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Джулия Кеннер
За час до рассвета. Время сорвать маски

J. Kenner

COMPLETE ME

Copyright © 2013 by J. Kenner

© Малышева А. А., перевод на русский язык, 2016

© ООО «Издательство «Эксмо», 2016

Глава 1

Я просыпаюсь от страха и резко сажусь на кровати. Светящиеся цифры на часах показывают, что сейчас чуть за полночь. Я тяжело дышу, мои глаза широко открыты, но такое ощущение, что я ничего не вижу. Кошмар, который мне приснился, постепенно исчезает.

Даже не знаю, что именно меня испугало. Будто я нахожусь одна в незнакомой комнате и мне страшно.

Одна?

Я быстро поворачиваюсь и протягиваю руку. Еще до того, как мои пальцы касаются холодной простыни, я понимаю, что Дэмиена рядом нет. Я заснула в его объятиях, но проснулась совершенно одна.

И я вспоминаю кошмар, который мне приснился. Этот все тот же кошмар, который я наблюдаю в реальности вот уже две недели. Я пытаюсь спрятать свои чувства за искусственной улыбкой и день за днем сижу рядом с Дэмиеном во время встреч с дотошными адвокатами, которые разбирают его по косточкам. Они объясняют особенности немецкого уголовного законодательства. Они умоляют его рассказать о своем детстве, потому что – как и я – знают, что тайны, которые скрывает Дэмиен Старк, это ключ к его спасению.

Но Дэмиен упорно молчит и ничего им не рассказывает. Я боюсь, что процесс повернет не в нашу пользу и я его потеряю. Очень боюсь. И еще меня убивает понимание, что в данной ситуации я ничего не могу сделать и никак не могу помочь Дэмиену. Мне остается только ждать и надеяться.

Но я ненавижу ждать, я никогда не верила в удачу и не могу сидеть на месте. Удача и надежда – двоюродные сестры судьбы, они слишком своенравны. Я предпочитаю действовать. Однако в этой ситуации действовать должен Дэмиен, а он наотрез отказывается.

Это ужасно.

Я понимаю, почему он молчит, но при этом не могу избавиться от эгоистичного ощущения, что он приносит в жертву не только себя, но и меня. Нас, черт возьми!

Наши дни вместе почти сочтены. Слушание по его делу состоится всего через несколько часов, и если он не изменит тактику защиты, я, скорее всего, его потеряю.

Я крепко зажмуриваю глаза, чтобы не заплакать. Я знаю, что мне не стоит злиться на Дэмиена. Но я очень, очень боюсь.

Когда Старку предъявили обвинение, он попытался отдалиться от меня, полагая, что таким образом сможет защитить. Но мне не нужна была защита, я хотела быть с ним. И я прилетела в Германию, чтобы сказать ему об этом. Я здесь уже три недели и ни на минуту не пожалела о своем решении. Я ни капли не сомневаюсь в искренности слов, которые он сказал мне тогда на пороге, – что он любит меня.

И все же меня не покидает дурное предчувствие, которое за эти дни только усилилось. Оно терзает меня по ночам, когда я просыпаюсь в холодной постели и знаю, что Дэмиен вновь пребывает в плену одиночества и виски. Да, он любит меня. Но я боюсь, что он вновь меня оттолкнет.

Я медленно и размеренно дышу, и через минуту мне становится лучше, я немного успокаиваюсь. Встаю и накидываю толстый гостиничный халат. Мягкая ткань согревает меня.

Прошлой ночью, после душа, Дэмиен сорвал его с моих плеч, и халат так и остался лежать на полу у кровати. Секс с Дэмиеном всегда был бурным, но с приближением слушания мой возлюбленный стал еще более безудержным и властным. Как будто, подчинив меня себе, он каким-то образом сможет повлиять на исход дела.

Я рассеянно потираю запястья. Следов на них нет – но это потому, что Дэмиен внимателен и осторожен. А вот о моих ягодицах этого не скажешь – кожу до сих пор жжет от его шлепков. Мне нравится это ощущение, нравится, что Дэмиену необходимо подчинить меня – как и мне необходимо отдаться его власти.

Я ищу пояс от халата и обнаруживаю его в ногах кровати. Прошлой ночью Дэмиен связывал им мои руки. Теперь же я крепко затягиваю его на своей талии, кутаясь в мягкий хлопок халата, чтобы успокоиться после столь резкого пробуждения.

Наша спальня вселяет в меня умиротворение, все в ней изысканно и совершенно. Каждый сантиметр дерева отполирован до блеска, каждая крошечная деталь на своем месте. Но теперь мне не до красот номера: все, что я хочу, это найти Дэмиена.

Спальня переходит в огромную гардеробную и невероятную ванную. Я быстро заглядываю в них – не ожидая, впрочем, увидеть там Дэмиена – и иду в гостиную. Это просторное помещение с круглым столом, который сейчас завален бумагами и папками. Часть из них связана с бизнесом Дэмиена. Хотя его вселенная может вот-вот рухнуть, он продолжает из номера отеля руководить своей огромной империей. Кроме рабочих бумаг, здесь много юридических документов от адвоката Чарльза Мейнарда, которые Дэмиену необходимо изучить.

В гостиной все так же, как мы оставили вчера вечером. На журнальном столике – два хрустальных бокала, из которых мы пили виски. Мы сидели на диване, я положила ноги Дэмиену на колени, и он их нежно гладил. Я вспоминаю прикосновение его пальцев, и по коже пробегают мурашки. Эта ночь была прекрасна – несмотря ни на что.

Последняя ночь перед началом судебных заседаний… Словно заключив безмолвное соглашение, на протяжении всего вечера мы ни разу не заговорили про суд.

Мы были наедине с пламенной страстью, которую испытываем друг к другу. Наша страсть, как огонь, медленно разгоралась во время ужина, а потом вспыхнула всеми цветами праздничного фейерверка, когда Дэмиен уложил меня в кровать.

Подумать только, неужели это было всего несколько часов назад? И неужели суд начнется всего через несколько часов? Мысль о суде заставляет мое сердце болезненно сжаться.

Хотя теперь ясно, что в номере Дэмиена нет, я еще раз проверяю все комнаты, словно моего желания достаточно, чтобы он появился.

Но увы.

Я хмурюсь и иду к бару в надежде, что он оставил мне записку. Но и записки я не вижу. Я снимаю телефонную трубку, набираю «ноль» и мгновенно слышу голос с немецким акцентом:

– Чем могу вам помочь, мисс Фэрчайлд?

– Он внизу? – с облегчением спрашиваю я. Ведь консьерж назвал мое имя, а не имя Дэмиена.

– Мистер Старк в баре. Передать ему трубку?

– Нет, не надо. Я сейчас сама спущусь.

– Могу я вам еще чем-нибудь помочь?

– Нет, спасибо, – отвечаю я.

Но тут у меня возникает одна мысль, и я говорю консьержу:

– Подождите секунду… – После чего прошу его кое-что сделать – мне кажется, я придумала, как отвлечь Дэмиена от его кошмаров.

Я быстро надеваю платье со сложным геометрическим узором, в котором была вчера вечером, обуваю туфли-лодочки и бегу к лифту. Лифт ползет как улитка, и когда его двери наконец открываются, я буквально врываюсь в бар, оформленный в стиле английского паба.

Хотя уже половина первого ночи, здесь много людей. Я иду вперед и не отвечаю на настойчивые предложения официанта усадить меня за столик. Я не вижу Дэмиена за стойкой бара и среди тех, кто слушает певицу, выступающую на небольшой сцене. Его нет и в глубоких кожаных креслах, расставленных вокруг столов.

Я начинаю думать, что он ушел и я его упустила, но тут вспоминаю, что в баре есть камин. В прошлый раз, когда мы тут были, мы пили виски около этого самого камина. И разговаривали о том, чем будем заниматься, когда вернемся в Лос-Анджелес. Я иду к камину и вижу два небольших кресла, стоящих перед ним. В одном из них сидит Дэмиен.

Он отвернулся от всех и смотрит на огонь. У него широкие и сильные плечи, которые выдержат любые невзгоды. Но я очень хочу, чтобы все невзгоды обошли его стороной.

Я подхожу к нему, кладу руку на плечо и целую в ухо.

– Это частная вечеринка или к вам можно присоединиться? – спрашиваю я.

Я не вижу, но чувствую, что Дэмиен улыбается.

– Все зависит от того, кто просится на вечеринку.

Я обхожу его так, чтобы оказаться перед ним. Я знаю каждую черточку на лице этого мужчины. Я знаю его нос, его брови, его губы. Закрыв глаза, я могу представить его в любом настроении – когда он весел, когда грустит или когда сгорает от страсти ко мне. Несмотря на то что я так досконально изучила его лицо и тело, каждый раз, когда я его вижу, словно порыв ветра сбивает меня с ног.

Дэмиен неотразим. Но меня поражает не только его мужественная красота. Я преклоняюсь перед силой, уверенностью и цельностью его характера.

Это совершенно исключительный человек. И он мой.

– Дэмиен, – шепчу я, потому что мне не терпится произнести его имя.

На его губах расцветает улыбка.

– Не хотел тебя будить. – Он тянет меня за руку и сажает к себе на колени.

– Как я могу спать без тебя? Особенно сегодня…

Я глажу его по щеке. Он брился позавчера, и его щетина колет мне ладонь. От прикосновения к нему по моему телу пробегает электрический разряд и пульс учащается. Настанет ли время, когда я смогу спокойно реагировать на Дэмиена и не жаждать его любви постоянно? Придет ли час, когда я не буду так страстно мечтать о его объятиях?

Сейчас я чувствую к нему не только сексуальное влечение. Я жажду Дэмиена, словно все мое существование зависит от него. Словно мы две половинки одного целого, которые не могут друг без друга.

Никогда в жизни я не была так счастлива, как в те минуты, когда я с ним. Но в то же время, когда его нет рядом, я чувствую себя просто ужасно. Теперь я знаю, что такое страх.

– Тебе не спалось? Думал о суде?

– Немного думал и о суде, – говорит Дэмиен, не отрывая от меня взгляда. – Но в основном о тебе.

– О! Что же ты обо мне думал?

– Я очень эгоистичный человек. Но мой самый эгоистичный поступок – то, что я влюбился в тебя.

– Перестань, Дэмиен. Я хочу быть здесь. Мне нужно быть рядом с тобой. Ты это прекрасно знаешь.

– Нет, – он качает головой. – Я имею в виду, что мне вообще не надо было за тобой ухаживать.

– Не смей так говорить! – Мысль, что Дэмиен мог не стать частью моей жизни, пугает меня так же, как и мысль, что мы можем расстаться.

– Ох, Ники… – Он ласково гладит мою щеку и горько улыбается. В нем столько нежности, что у меня перехватывает дыхание.

– Ты даже не представляешь, как я тебя люблю, – продолжает он.

– Представляю.

Дэмиен качает головой.

– Моя любовь к тебе сильная и бескрайняя, как океан. Она без начала и конца. Я не могу измерить ее глубину. У меня не хватает слов, чтобы ее выразить.

– Ты говоришь так, словно тебе больно от любви ко мне, – замечаю я.

– Мы с тобой прекрасно знаем, что боль и наслаждение неразрывно связаны. Страсть, Ники. Понимаешь? Когда я тебя вижу, страсть полностью охватывает меня. Я хочу тебя обнять. Я хочу целовать тебя так, чтобы ты забыла, где кончаешься ты и начинаюсь я. Я хочу связать тебя и трахать, чтобы ты знала, что принадлежишь только мне. Я хочу красиво тебя одеть и выйти с тобой в свет, чтобы весь мир увидел, какая прекрасная у меня женщина. Что значит империя, которую я построил? Какое значение имеют мои миллионы? По сравнению с тобой все это ничто.

Я собираюсь ему ответить, но он ласково прикладывает палец к моим губам.

– Поэтому, Ники, я не мог к тебе не подойти. Да, я эгоист. Но я хочу быть с тобой. Я жалею лишь о том, что связь со мной может причинить тебе страдания. – Его глаза становятся нестерпимо грустными. – Я боюсь, что все может плохо закончиться.

– Нет, все будет хорошо. – Я не знаю, кого я сейчас хочу больше убедить – себя или его. – Мне не страшен суд. Мне страшно, только что ты можешь оттолкнуть меня. Я видела, как ты работаешь, Дэмиен Старк. Ты – как вулкан, твое извержение невозможно остановить. Никто не в силах победить тебя. Может, твои враги этого не знают, но я знаю. Ты вернешься домой свободным человеком. Другого пути нет.

Дэмиен смеется. Такой реакции я от него не ожидала.

– Спасибо тебе, Ники. Твоя вера в меня придает мне сил. Но с их обвинениями будет непросто бороться. Прокуроры уже потирают руки.

– Но тебе ведь было всего четырнадцать!

– Потому они и не судят меня как взрослого.

Я хмурюсь: хотя Дэмиену было четырнадцать, сейчас ему светит лет десять.

– Но ведь ты не убивал Рихтера!

– Не убивал. Но правда порой весьма относительное понятие, а в зале суда правдой становится то, что решат присяжные.

– Тогда ты просто обязан рассказать им всю правду. Черт возьми, Дэмиен, ты ведь не убивал его! А хоть бы и так, у тебя были смягчающие обстоятельства!

Лишь недавно Дэмиен рассказал мне, как все было на самом деле. Они с Рихтером подрались на крыше, и когда тот сорвался, Дэмиен отступил. Он не протянул руку тренеру, который столько лет над ним издевался.

– Ники… – Дэмиен притягивает меня к себе, так крепко обнимая за талию, что у меня перехватывает дыхание. – Ты ведь знаешь, я не могу это сделать.

– А я ни о чем и не прошу, – отвечаю я, хотя это не так. Конечно же, я прошу. Нет, не так. Я умоляю! И Дэмиен прекрасно это знает – и все же отказывает мне, рискуя нашими отношениями.

Внутри меня поднимается волна гнева, но губы Дэмиена впиваются в мои прежде, чем она вырывается наружу. Его поцелуй – глубокий, грубый, всепоглощающий – пробуждает во мне жгучее желание. И на время успокаивает гнев и страх.

Я прижимаюсь плотнее к Дэмиену, и мне отчаянно хочется никогда не покидать его объятий. Поцелуй становится все более страстным, и мне очень хочется оказаться сейчас в нашем номере, а не у всех на виду.

Спустя мгновение я отстраняюсь, прерывисто дыша.

– Я люблю тебя, – говорю я Дэмиену.

– Знаю, – отвечает он. И хотя я жду, что он скажет то же самое, он молчит.

Сердце мое сжимается, и я натянуто улыбаюсь. Так я обычно улыбаюсь другим – но не Дэмиену.

Я говорю себе, что он просто устал, но сама в это не верю. Дэмиен Старк ничего не делает просто так. И хотя я не могу проникнуть в его мысли, все же я знаю его достаточно хорошо, чтобы представить мотивы. Мне хочется вскочить и закричать на него, умоляя не отталкивать меня. Ведь он опять пытается защитить меня, понимая, что может проиграть дело. Но знает ли он, черт бы его побрал, что так он делает мне еще больнее?

Поэтому я сдерживаю свой крик. Я не могу выиграть этот бой – но я могу играть по своим правилам. Я улыбаюсь еще энергичнее, встаю и протягиваю Дэмиену руку.

– Вам нужно быть в суде к десяти, мистер Старк. Думаю, вам лучше пойти со мной.

– Ты хочешь сказать, что мне надо поспать?

– Нет.

Дэмиен окидывает меня жадным взглядом и слегка улыбается.

– Вот и хорошо, – многозначительно говорит он, и одно это короткое слово как будто притупляет липкий страх, пронизавший меня насквозь.

– Опять не угадал. Во всяком случае – пока нет.

При виде его растерянности я невольно улыбаюсь, но он не успевает задать мне вопрос, как к нам подходит консьерж.

– Все готово, мисс Фэрчайлд.

Улыбка моя становится все шире.

– Спасибо. Вы как раз вовремя.

Я беру за руку совершенно сбитого с толку Дэмиена и веду через фойе, вслед за консьержем, к главному входу. У входа нас ждет вишневый «Ламборгини».

Дэмиен поворачивается ко мне.

– Что это?

– Взяла в аренду. Подумала, что тебе захочется сегодня ночью немного отвлечься. Всего в нескольких километрах отсюда – скоростная автомагистраль.

– Игрушки для мальчиков? – улыбается Дэмиен.

Мы идем к машине, и я открываю пассажирскую дверь.

– Она мгновенно реагирует на каждое движение, а я знаю, что тебе нравится все держать под контролем.

– Правда? – Он оглядывает меня с ног до головы, и я чувствую в его взгляде огонь. – Это действительно то, что мне нравится. Мгновенная реакция. Власть. Контроль.

Дэмиен садится за руль и заводит мощный двигатель, я залезаю на пассажирское кресло.

– Когда едешь на бешеной скорости, это почти как секс, – поддразниваю я своего возлюбленного, и, не удержавшись, добавляю: – Ну, или как минимум предварительные ласки.

– Что ж, мисс Фэрчайлд, тогда вам лучше пристегнуться, – отвечает он с мальчишеской улыбкой, и я понимаю: моя затея сработала!

Глава 2

В Мюнхене почти час ночи, но узкие улочки полны людей. Мотор «Ламборгини» ревет, будто выплескивая по чуть-чуть едва сдерживаемую ярость. Будто он в отчаянии от того, что не может вырваться на свободу и взлететь, – совсем как я от невозможности помочь Дэмиену.

Я сижу в мягком кресле, слегка повернувшись влево, чтобы видеть его. Несмотря на пробки, которые вывели бы меня из себя, Дэмиен спокоен и не теряет самообладания. Правая рука его лениво лежит на рычаге переключения передач, пальцы слегка сжимают его. Я медленно выдыхаю, представляя, как Дэмиен дотронется до моей обнаженной коленки. С тех пор как я познакомилась с ним, в моей голове то и дело возникают разные фантазии. И, честно говоря, мне это очень нравится.

Левой рукой Дэмиен крепко держит руль, и, несмотря на весь этот кавардак, в который превратилась наша жизнь, вид у него расслабленный и уверенный в себе.

Я разглядываю его профиль – волевую челюсть, сверкающие глаза. Из-за щетины и взъерошенных волос в тусклом свете салона он кажется опасным бунтарем. Наверное, так оно и есть. Дэмиен – воплощение непокорности, всю жизнь он живет по своим правилам. Это его качество я люблю больше всего – и мне еще больнее думать, что, если бы он просто играл роль послушного подзащитного, все было бы по-другому.

Машина замирает на перекрестке, потом загорается зеленый свет. Дэмиен стартует так резко, что мне приходится схватиться за ручку, чтобы удержать равновесие.

Он смотрит на меня, и в его глазах я вижу лишь мальчишескую радость. Как долго я ждала этой улыбки! Сейчас ничто не может разрушить это ощущение свободы и радости. Как бы мне хотелось, чтобы оно длилось вечно! Ехать вот так, вперед и вперед, без остановки, только мы вдвоем, навстречу вечности.

Я погружаюсь в эти спасительные мечты, но Дэмиен живет настоящим. Я вижу, как напряжены его мускулы, чувствую его силу, желание подчинить машину, проверить ее на прочность. Он разгоняет «Ламборгини» все быстрее и быстрее – скоро, совсем скоро мы вырвемся на автостраду, и тут уж он даст волю мотору!

Когда я говорила, что эта поездка будет как секс, я думала, Дэмиен воспримет мои слова как шутку. Похоже, я ошиблась.

– Улыбаешься, – констатирует он, не глядя на меня.

– Ага, – отвечаю я. – Потому что ты счастлив.

– Я ведь с тобой. С чего бы мне быть несчастным?

Мое сердце замирает от этих слов, и я тихонько вздыхаю.

Мы въезжаем на автобан, и Дэмиен разгоняется так, что меня вжимает в кресло.

– У тебя есть план? – спрашивает он, переключая передачи. Я бросаю быстрый взгляд на спидометр: стрелка вот-вот подберется к 175 километрам в час.

– План?

Брови его насмешливо изгибаются.

– Это ведь твоя идея, забыла? Я думал, ты придумала что-нибудь эдакое.

– Никакого плана, – признаюсь я, скидывая туфли и забираясь с ногами на сиденье. – Просто хотела немного расслабиться вместе с тобой.

– Такой план мне по душе. И я знаю, куда мы сейчас поедем. – Дэмиен смотрит на меня, и в глазах его пляшут восхитительные искорки.

– Маньяк! – смеюсь я.

– Только рядом с тобой, – парирует он.

Я обхватываю колени, а он протягивает руку и гладит платиновый браслет с изумрудами на моей щиколотке. Это его подарок. Напоминание, что я принадлежу ему. Как будто об этом можно забыть!

Пальцы Дэмиена движутся по моей ноге – от щиколотки к бедру. Такое нежное и чувственное прикосновение. Всего лишь прикосновение, но меня мгновенно захлестывает водоворот ощущений. Пламя вспыхивает у меня между ног, соски твердеют. Как просто вмиг окунуться в вихрь удовольствия, жажды и желания! Как будто я испытываю непреходящее чувство голода, а Дэмиен – сладчайший нектар.

Но вскоре он убирает руку, чтобы настроить радио, переключает каналы, и, наконец, салон машины наполняют звуки тяжелого техно-бита. Напряжение спадает.

Дэмиен вновь переключает передачу, мотор ревет, и машина легко несется по свободной дороге. Я откидываюсь назад, погружаясь в ритм, и смотрю на мужчину, который любит меня. И которого люблю я. Человека, который полностью принадлежит мне… Эта мысль сама собой возникает в голове, и я слегка хмурюсь, потому что это не так.

Будь Дэмиен моей собственностью – моим и только моим, – я могла бы увезти его отсюда. Убежать. Спрятать. Уберечь его. Но я не могу.

И эта неизбежная истина тяжелой волной прокатывается по моему телу, смывая радость, в которой я пребывала всего секунду назад, и погружая в дурные предчувствия.

Я поворачиваюсь и смотрю в окно. Мы летим по ночной дороге, вдоль которой пляшут странные тени от отблесков фар нашей машины. Я слегка поеживаюсь от их зловещего вида. Даже побег в параллельный мир не спасет нас от удручающей реальности.

Как мне хочется ехать и ехать, на восток, туда, где через пять часов взойдет солнце. Хочется разогнать машину до предела и не останавливаться. Мы словно в непроницаемом скафандре.

Но как только мы остановимся… Как только повернем назад…

Нет. Я делаю глубокий вдох. Нужно быть сильной. Не ради себя – ради Дэмиена.

– Пора возвращаться, – говорю я, но так тихо, что он вряд ли слышит меня сквозь громкую музыку, наполняющую салон «Ламборгини». Я дотягиваюсь до регулятора громкости, выключаю радио, и машина погружается в тишину.

Дэмиен смотрит на меня, и я вижу, как радость в его глазах сменяется беспокойством.

– Что такое?

– Пора возвращаться. – Я стараюсь говорить спокойно, но голос срывается. – Тебе нужно отдохнуть. Завтра нам предстоит соковыжималка.

– Тогда тем более нужно ехать, пока хватает сил.

Я сглатываю комок, подступивший к горлу.

– Дэмиен…

Я жду, что он скажет что-нибудь успокаивающее, пообещает, что все будет хорошо. Но вместо этого он лишь гладит меня по щеке, отчего к моим глазам вновь подступают слезы. Я сжимаю руки в кулаки, чтобы не разреветься.

Нет!

Не сейчас!

Если я потеряю Дэмиена – вот тогда буду плакать. А пока я знаю одно: каждую секунду я просто хочу быть рядом с ним, пусть даже и не делая ничего особенного.

Я заставляю себя улыбнуться – получается почти естественно – и поворачиваюсь к нему.

– Осталось совсем немного. – Он снова жмет на газ, и машина вырывается вперед.

– Куда мы едем?

– Хочу показать тебе одно место.

Должно быть, мое лицо выражает полнейшую растерянность, потому что Дэмиен тихо смеется.

– Не волнуйся. Это не побег.

Я тихонько вздыхаю – мне немножко жаль, что это не побег.

Левой рукой Дэмиен уверенно держит руль, а правую кладет на мое колено. Прикосновение скорее властное, чем чувственное, – как будто ему просто нужно знать, что я рядом. Слезы снова подкатывают к моим глазам. Мне хочется кричать, плакать, рыдать. Просить и умолять Дэмиена хоть как-то защищаться.

Дэмиен Старк – не тот человек, кто отступает и позволяет вытирать о себя ноги, не тот, кто мирится с поражением. Он не из тех мужчин, кто причиняет боль любимой женщине. И все же – именно это он и делает.

Эти мысли – жестокие и опасные – вихрем роятся в моей голове, а машина несется вперед, оставляя позади последние огни города. И вот уже по обеим сторонам шоссе только лес. Ровное гудение мотора убаюкивает, и я чувствую, что сил у меня совсем не осталось. Не только потому, что уже глубокая ночь, но и из-за всех выматывающих событий последних дней. Я закрываю глаза и расслабляюсь – а спустя всего несколько секунд вдруг понимаю, что машина не движется и мотор выключен.

– Что такое? – Голова моя кружится, мысли путаются. – Что случилось?

– Ты так сладко спала, – говорит Дэмиен.

Спала? Я хмурюсь.

– Долго?

– Почти полчаса.

От этих слов я мгновенно прихожу в себя, выпрямляюсь и оглядываюсь вокруг. Похоже, мы на парковке небольшого ресторанчика с террасой. Сейчас он закрыт, а пустые столики выглядят скорее зловеще, чем заманчиво.

– Где это мы?

– Ресторан «Кранцбергер», – отвечает Дэмиен.

Должно быть, мое лицо выражает полную растерянность, потому что он ухмыляется.

– Когда-то это было одно из моих любимых мест рядом с Мюнхеном. Мы с Элейном и Софией любили сюда приезжать, когда Элейн получил права и стал водить машину. А позже я приезжал сюда один. С этим местом связано столько воспоминаний! – В голосе его звучат странные нотки.

– Но ведь он закрыт, – недоуменно говорю я, видимо, не до конца еще проснувшись.

– А мы и не есть сюда приехали, – улыбается Дэмиен, затем выходит из машины, открывает мою дверь и протягивает руку, помогая мне выбраться.

– А зачем мы приехали?

– Пойдем со мной.

Я разглядываю его лицо, не в силах разгадать настроение. Он берет меня за руку и ведет по узкой тропинке, петляющей меж высоких деревьев, черно-серых в лунном свете.

Понятия не имею, куда мы идем, но когда заходим за поворот, у меня перехватывает дыхание. Перед нами – озеро, а вокруг – лишь дикая природа. Водная гладь поблескивает в лучах лунного света, и луна огромным шаром отражается в воде. Кажется, будто можно нырнуть и схватить ее.

– Как красиво! – выдыхаю я.

– Добро пожаловать на озеро Кранцбергер. Когда-то я проводил здесь многие часы. Сидел на берегу и слушал шум воды, пение птиц, шелест ветра в деревьях. Закрывал глаза и улетал в другой мир.

Дэмиен переводит взгляд с озера на меня.

– Хотел показать его тебе, – говорит он, но в голосе я слышу «прости».

Я молча киваю, сглатывая слезы.

– Спасибо.

Дэмиен подносит мою ладонь к губам и нежно целует. Этот жест – такой мягкий и щемяще-романтичный, и мне изо всех сил хочется остаться здесь, в неярком лунном свете, в этой иллюзии, что мы одни во всем мире.

По моему телу пробегают мурашки, и я отворачиваюсь. Я так сильно влюбилась в этого человека и теперь ужасно боюсь его потерять. Боюсь, все хорошее, что мы познали вместе, несмотря на наше ужасное прошлое, скоро канет в небытие.

Я сжимаю губы, чтобы сдержать крик отчаяния, потому что сейчас именно это мне хочется больше всего: кричать и рыдать, пока Дэмиен не сделает то, что должен сделать, чтобы все исправить и прогнать весь этот ужас. Но я стою молча, неподвижная, как камень, понимая, что любое движение – и я не выдержу. Самой себе я кажусь дикой, необузданной и опасной. А сейчас худшее из зол для нас обоих – такой вот взрыв.

– Ники…

Дэмиен ласково произносит мое имя, выпускает мою ладонь и заходит сзади. Его руки сжимают плечи, и от этого нежного прикосновения мне становится тепло. Я чувствую, как он легко целует меня в макушку, а пальцы поглаживают обнаженные руки.

– Помнишь, в ту самую первую ночь, у Эвелин, я тебя отшил? Надо было продолжать в том же духе. Надо было уйти без оглядки и никогда к тебе не приближаться.

Во рту у меня пересохло, в груди стало тесно. Я не хочу слышать этих слов, не хочу даже думать, что хоть какая-то, даже самая крошечная его часть жалеет, что мы вместе. Даже если причина – в желании защитить меня.

– Нет, – только и могу выговорить я.

Дэмиен мягко поворачивает меня к себе, гладит мою щеку.

– У меня сердце рвется на части, когда я вижу страх в твоих глазах.

В его словах нежность, но для меня это как удар под дых, и моя реакция неожиданна для нас обоих: я изо всех сил даю ему пощечину.

– Прекрати! – кричу я, давая волю эмоциям и наплевав на самоконтроль. – Прекрати, твою мать! По-твоему, это выход? По-твоему, лучше бы нам вообще не встречаться? Черт возьми, Дэмиен, я люблю тебя до боли, а ты хочешь от меня отделаться? Я не нуждаюсь в твоем утешении, я хочу, чтобы ты что-то сделал!

Я с силой бью его в грудь кулаками и задыхаюсь, когда он перехватывает мои руки и притягивает меня к себе так крепко, что мне больно.

– Ники.

Теперь из его голоса исчезли успокаивающие нотки: он холоден и опасен, и я знаю, что зашла слишком далеко. Но мне плевать. Я точно знаю, что «слишком далеко» быть не может – ведь все, что мне нужно, это достучаться до него. Прорваться через эту дурацкую стену упрямства и каким-то образом убедить Дэмиена в том, что единственный способ спастись – не только для него, но и для нас обоих – это защищаться, а не молчать.

– Тебя собираются упрятать за решетку, – говорю я резко и без обиняков. – Господи, Дэмиен, неужели тебе самому не страшно? Я так боюсь, что едва заставляю себя каждое утро встать с постели!

Он смотрит на меня так, будто бы я говорю по-китайски.

– Не страшно? – В его голосе слышится плохо скрываемая ярость. Не знаю, направлена она на меня или нет, но он весь трясется от напряжения. – Ты думаешь, мне не страшно?

Я невольно отступаю назад, но Дэмиен меня останавливает, его руки сжимают мои плечи, пальцы впиваются в мою плоть и не дают сдвинуться с места.

– Ты и в самом деле так думаешь? Черт подери, Ники, я безумно боюсь, что нас разлучат. Что я не смогу больше прикоснуться к тебе. Поцеловать тебя. Услышать твой смех, видеть тебя. Быть с тобой.

Я слушаю его как завороженная. И даже не замечаю, что он отпустил меня, и теперь я стою, прислонившись к дереву, ощущая сквозь тонкую ткань платья шершавую кору. Руки Дэмиена снова властно сжимают мои плечи, потом проводят по спине, тискают грудь. Я хватаю ртом воздух от захлестнувшей меня горячей и настойчивой волны желания. Дэмиен наклоняется ближе, его губы касаются моей щеки.

– Я могу справиться с чем угодно, только не с мыслью о том, что потеряю тебя, – жарко шепчет он мне в самое ухо.

Он гладит меня по бедрам, вверх и вниз, задирая платье. А потом его рука оказывается у меня между ног.

Трусиков на мне нет, и палец Дэмиена легко проникает внутрь меня. Я охаю и теряю равновесие. Все мое тело будто превращается в раскаленную лаву. Но Дэмиен поддерживает меня, не давая упасть.

– Сейчас мне страшнее, чем когда-либо в жизни, – говорит он и буквально запечатывает мне рот своими губами.

Он медленно двигает пальцем внутри меня в такт поцелую. На одно прекрасное и счастливое мгновение я растворяюсь в этих ласках. Я забываю, где мы и зачем мы здесь. Есть только Дэмиен и это чувственное, успокаивающее тепло его тела, слившегося с моим. Но затем что-то во мне щелкает, прорываясь сквозь горячее желание и отчаянную потребность сбежать в мир наслаждения и страсти. Я с силой упираюсь ладонями ему в грудь и отталкиваю его.

– Как ты смеешь бояться, Дэмиен! Черт возьми, как ты можешь говорить, что тебе страшно, когда в твоих силах это предотвратить! Ты можешь это остановить! Ты можешь сделать так, что все это закончится и мы вернемся домой!

Я кричу на него, как разъяренная фурия, и сама себя за это ненавижу. Ненавижу себя! Но черт возьми, в эту минуту я ненавижу и Дэмиена! По моему лицу текут слезы, ноги подкашиваются, я падаю, и Дэмиен подхватывает меня, мягко опуская на колени. От меня не ускользает ирония момента: Дэмиен всегда готов меня подхватить. Во всяком случае, я думала, что так всегда будет. Теперь же я и сама не знаю и впервые чувствую себя одиноко в его объятиях.

– Я думал об этом, – произносит он тихо и серьезно.

Я замираю. Никогда не предполагала, что надежда так холодна и безжизненна, – но так и есть.

– О чем? – спрашиваю я осторожно.

Дэмиен так долго молчит, что мне кажется, он никогда не ответит. Наконец он медленно говорит:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю