![](/files/books/160/oblozhka-knigi-blagorodnyy-povesa-238441.jpg)
Текст книги "Благородный повеса"
Автор книги: Джулия Джастис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 9
Из гостиной леди Дэнби Макс направился в библиотеку. Внутри все бурлило от возмущения и бессильной злости. В коридоре ему встретился один из гостей. На его любопытный взгляд Макс ответил таким суровым взором, что молодой человек, ни слова не говоря, развернулся и зашагал в противоположном направлении.
Добравшись до своего убежища, Макс сразу схватился за графин с бренди, налил полный бокал и тут же выпил, затем наполнил бокал снова. Обжигающая жидкость приятно успокаивала.
Что за день!
Упав в кресло у камина, Макс погрузился в мрачные мысли. Угораздило же попасть в такую историю! Удивительно, что всего несколько часов назад он стоял на пороге оранжереи, вдыхал ароматы цветов и, полный оптимизма, думал, что скоро все наладится.
Но вместо этого произошла настоящая катастрофа.
Вспоминая сцену в оранжерее, Макс выругался сквозь зубы. Случай в Вене должен был научить его не вмешиваться в дела посторонних женщин. В отличие от мадам Лефевр у мисс Дэнби не было злого умысла, однако сути это не меняло.
Возможно, ему в конце концов придется взять в жены девушку, с которой, как она верно подметила, у него нет ничего общего.
Да, сегодня мисс Дэнби отклонила его предложение. Но кто знает, что будет дальше? Может быть, мачеха сумеет убедить Кэролайн, объяснив, какие неприятные последствия ее ожидают.
Для него все будет не так плохо, однако еще один скандал положения не улучшит. С мрачной иронией Макс вспомнил слова мисс Дэнби – раз он уже считается повесой, значит, терять ему нечего. Макс хотел объяснить, что определенные границы не должен переступать даже повеса. Например, соблазнять юных леди – преступление из категории непростительных.
Но поскольку угроза для собственной репутации не останавливала мисс Дэнби, Макс не захотел показаться слабаком и сетовать на собственные неприятности.
Возможно, из ситуации удастся извлечь некоторую пользу – если Макса Рэнсли будут считать бессердечным соблазнителем, девушки, желающие найти себе мужа, и их мамаши оставят его в покое. Однако для человека, нуждающегося в новой должности, скандал весьма некстати. Репутация человека, который ради хорошенькой женщины готов пренебречь любыми правилами, никак не поможет вернуть расположение Веллингтона… или отыскать нового покровителя.
Макс схватил пустой бокал и запустил его прямо в камин.
Он так и не решил, что предпринять, когда в библиотеку вошел Алистер.
– Черт возьми, Макс! Что тут произошло, пока меня не было? Даже мужчины сплетничают! Рассказывают какую-то чушь – будто бы ты заманил одну из девиц в оранжерею и пытался ее обесчестить.
Макс хотел было рассказать кузену правду, однако передумал. Алистер – горячая голова, чего доброго, отправится разыскивать Хеншоу и вызовет того на дуэль. Тогда Хеншоу придется либо принимать вызов, либо уехать из страны.
Вне всяких сомнений, как стрелок и фехтовальщик Алистер превосходит Хеншоу, а значит, вопрос, кто кого прикончит, даже не обсуждается. Но тогда уезжать из страны придется Алистеру.
Собственные проблемы – не повод осложнять жизнь кузену.
– Да, я немного… увлекся. А леди Мелросс и ее приятельница застали нас прежде, чем молодая леди успела привести себя в порядок.
Алистер внимательно посмотрел на него:
– Говорят, корсаж девушки был разорван, а пуговицы от мантильи рассыпаны по всему полу. Макс, ты меня совсем дураком считаешь? Ты ведешь себя с дамами намного обходительнее. К тому же, чтобы добиться женщины, тебе нет нужды насильно срывать с нее платье – да еще и в оранжерее!
Пожалев, что бросил бокал в огонь, Макс взял второй и налил себе еще бренди.
– Это все, что я могу тебе рассказать.
– Ты что, всерьез надеешься, что я поверю этой небылице? Стало быть, эта мисс Дэнби подстроила тебе ловушку? Вот чертовка! А ведь она мне нравилась. Но ты же не собираешься идти у нее на поводу?
– Если под этим ты подразумеваешь свадьбу с мисс Дэнби, то ты глубоко ошибаешься. Я сделал ей предложение, как и любой благородный джентльмен в подобной ситуации, однако мисс Дэнби отказала.
Алистер некоторое время молчал, затем тоже налил себе бренди.
– Да уж, – произнес он, сделав большой глоток, – странная история.
– Полностью согласен, – произнес Макс.
Внезапно Алистер запрокинул голову и расхохотался.
– Из-за сплетен старой карги Мелросс можешь не беспокоиться. Джейн первой тебя прикончит за то, что испортил ее праздник.
– Пожалуй, это будет к лучшему, – пробормотал Макс.
– За женщин! – провозгласил тост Алистер и опрокинул бокал. – Самых невозможных созданий на свете. Не знаю, что там у вас случилось в оранжерее. Если не хочешь, можешь не рассказывать, спрашивать не стану. Но я точно знаю одно – ты никогда не смог бы причинить вреда женщине, и я буду на твоей стороне, что бы ни болтала злобная Мелросс и ее подружки-сплетницы.
Внезапно на Макса накатила усталость… Совсем как после катастрофы в Вене, когда он вернулся к себе, еще не до конца осознавая, что произошло, и только удивлялся, как он мог попасть в такую ситуацию, когда не сделал ничего дурного.
– Спасибо, – произнес Макс, опустив бокал.
Алистер налил им обоим еще.
– За разбойников Рэнсли, – предложил он, чокаясь с Максом.
Не успел Макс отпить еще глоток, как вошел лакей и вручил ему записку на бумаге с монограммой Бартонского аббатства. У Макса возникло дурное предчувствие – вдруг мисс Дэнби уже передумала?
Но, сломав печать, он увидел, что записка от леди Дэнби.
Почтенная дама благодарила его за извинения и за то, что сделал предложение ее падчерице. Затем прибавила, что, поскольку мисс Дэнби настаивает на своем отказе, говорить больше не о чем. И мисс Дэнби, и ее родная дочь изъявили желание как можно скорее покинуть Бартонское аббатство, поэтому они отбывают в самое ближайшее время. Однако леди Дэнби намеревалась сохранить за собой право написать ему снова, если «ситуация переменится», ведь, будучи человеком чести, он, безусловно, не станет забирать свое слово назад.
У Макса от облегчения чуть голова не закружилась. Похоже, леди Дэнби не смогла уговорить падчерицу. Мисс Дэнби получила то, что хотела, а именно возможность вернуться в обожаемый Дэнби-Лодж и спокойно дожидаться возвращения Гарри из Индии. Макс был абсолютно уверен, что теперь ситуация не «переменится».
Он сможет оставаться свободным человеком.
Настроение сразу улучшилось. Но осталась еще одна проблема – как не допустить, чтобы скандал навредил карьере?
– Добрые вести? – уточнил Алистер.
Макс широко улыбнулся:
– Не то слово. Кажется, я избежал ярма. Представь себе, мисс Дэнби не поддалась на уговоры мачехи и категорически не желает идти со мной к алтарю.
Алистер присвистнул.
– И впрямь удивительно! Она, должно быть, с ума сошла – упускать такой случай и отказываться от завидного жениха! Но тем лучше для тебя.
– Она хочет выйти замуж за друга детства, который сейчас служит в армии.
– Какая разница, за кого, лишь бы не за тебя, – отмахнулся Алистер, снова наполняя бокалы. – За упорство мисс Дэнби!
– Если еще и должность получить сумею, считай меня самым счастливым человеком на свете.
Макс понимал, что худшее еще впереди. Слухи о происшествии в оранжерее распространятся по всему дому, словно лесной пожар в засушливую погоду. Рано или поздно тетушка Грейс вызовет его к себе и потребует объяснений. Леди Рэнсли непременно захочет узнать, почему он устроил такой переполох на ее празднике.
Оба кузена не покидали своего укрытия весь день. Из-за дверей библиотеки до них периодически доносился топот ног лакеев и стук чемоданов – гости постепенно разъезжались. Но когда наступил вечер, а тетушка Грейс так и не позвала его к себе, Макс предположил, что некоторые гости, видимо, решили остаться еще на один день, дабы за ужином расспросить, хозяйку обо всех деталях скандала, при этом вгоняя в краску Фелисити и заставляя Джейн кипеть от ярости и жаждать крови.
Преданный Алистер составил Максу компанию и сыграл с ним несколько партий в карты – от бильярда Макс отказался: боялся, что в таком состоянии брать в руки кий не следует – слишком велик соблазн сломать его о голову какого-нибудь досужего сплетника.
Или о свою собственную.
Было уже почти полночь, когда вошел лакей и с поклоном сообщил, что миссис Рэнсли желает видеть мистера Макса, и не угодно ли ему встретиться с ней в гостиной?
Макс судорожно сглотнул. Теперь он должен предстать перед единственной женщиной, которая выступила в его защиту, осудила поведение отца и заявила, что с ним обошлись несправедливо. И хотя, в точности как тогда, в Вене, он всего лишь хотел выручить даму из беды, но закончилось все намного хуже. Макс опозорил не только себя, но и тетушку.
Он не жаловался мисс Дэнби, что ее нежелание выходить за него замуж бросит тень на его репутацию, не станет унижаться и перед тетушкой Грейс. Готовясь к упрекам и обвинениям, Макс зашагал к двери.
Алистер, прекрасно понимавший, что предстоит кузену, ободряюще похлопал его по плечу.
Тетушка полулежала на софе, облаченная в халат, глаза ее были прикрыты. Когда лакей объявил о приходе Макса, она вздрогнула и поспешно села. Приблизившись к тетушке, Макс заметил, что в ее усталых глазах стоят слезы.
Сердце болезненно сжалось, так невыносимо горько ему стаю. Он скорее был готов пасть смертью храбрых при Гугомонс, чем причинить этой женщине такое огорчение.
– Тетушка Грейс, – прошептал он, целуя ее протянутую руку, – мне очень жаль…
Но ожидаемых упреков не последовало. Тетушка Грейс села прямо и порывисто прижала его к груди:
– Бедный Макс! Ну почему судьба так к тебе жестока? Тебя просто преследуют неудачи!
Обняв тетушку в ответ, Макс произнес:
– Кто знает? Родись я в Древней Греции, решил бы, что чем-то прогневил богиню любви Афродиту.
– Садись рядом со мной, – пригласила тетушка, похлопав по спинке софы.
Растроганный теплым приемом, Макс послушно сел.
– А я уж думал, что вы объявите меня последним негодяем и выставите за порог. Удивляюсь, почему вы этого не сделали – после такого-то скандала!
– Представляю, в какой восторг пришла Анита Мелросс, – сухо проговорила тетушка. – Истории про оранжерею ей хватит на несколько недель, не меньше. Ужасная женщина! Самое досадное, что у нее обширные связи, а значит, отказать ей от дома нельзя! Но хватит об Аните. Ах, Макс, что же нам теперь делать?
– Полагаю, сделать мы ничего не можем. Леди Мелросс и ее приспешники уже распустили сплетню и выставили меня в самом невыгодном свете. Я ожидал, что вы к ним присоединитесь.
– Признаюсь, у меня был такой соблазн, – ответила тетушка, – но перед отъездом мисс Дэнби все мне рассказала.
От удивления Макс на секунду потерял дар речи.
– Мисс Дэнби говорила с вами? – наконец спросил он.
– Я была так зла на вас обоих, что не желала выслушивать никаких оправданий, однако мисс Дэнби проявила удивительную настойчивость. – Тетушка рассмеялась. – Даже сказала Венделлу, что так и останется под дверями моих покоев, пока ее не впустят. Теперь я очень рада ее упорству. Мисс Дэнби все мне объяснила, чего ты, Макс, сделать не смог бы.
– Неужели… она рассказала все? – не верил Макс. Эта новость оказалась для него еще большей неожиданностью, чем сочувственное отношение тетушки.
Та кивнула:
– Да. Мисс Дэнби поведала, как мистер Хеншоу сделал ей предложение и, когда она ответила отказом, решил пустить в ход силу, лишь бы добиться своего! В жизни не слышала ничего возмутительнее! – Тетушка прижала ладонь к сердцу. – Неужели нельзя сделать так, чтобы Хеншоу получил по заслугам?
– Если мисс Дэнби и вправду рассказала все подробности, вы, должно быть, и сами поняли, что призвать его к ответу не получится.
– Бедная девочка! Сквозь землю провалиться готова, ведь это я пригласила негодяя в свой дом! Бедняжка слишком застенчива, да и воспитание хромает, так что выгодную партию ей бы все равно составить не удалось, но чтобы вовсе лишиться шансов выйти замуж… да еще по милости такого мерзавца… И мало того – теперь в злодеянии обвиняют тебя! Что за несчастливый поворот!
Макс откинулся на спинку софы. В душе боролись противоречивые чувства. Хотя он и не думал винить в произошедшем мисс Дэнби, однако в результате она получила все, что хотела, он же, напротив, оказался пострадавшей стороной.
Однако для Макса не все потеряно, он еще может надеяться на успешную карьеру. А мисс Дэнби погубленную репутацию восстановить не сможет, даже если захочет. Все-таки в смелости ей не откажешь – рискнула предстать перед разгневанной хозяйкой, чтобы оправдать его. Благодаря мисс Дэнби Макс заручился поддержкой женщины, к чьему мнению в свете прислушиваются.
В ущерб себе отказавшись идти на поводу у условностей и сохранив верность другу детства, Кэролайн продемонстрировала, что ей, так же как и Максу, не чуждо понятие благородства. Это невольно вызывало восхищение.
– Не ожидал от мисс Дэнби такого поступка… но рад, что она решилась, – наконец произнес Макс.
– А ты просто взвалил бы всю вину на себя, верно? – спросила тетушка, взяв его за руки.
Макс пожал плечами:
– Что еще мне оставалось? Ждать раскаяния от малодушного Хеншоу глупо. А доказательств его вины у меня нет.
– Ты уверен, что нет другого пути? Как печально, что вы оба должны страдать, а истинный виновник избежит наказания!
– Пока что придется с этим смириться. Я намерен поискать какой-нибудь способ обвинить Хеншоу, но не уверен, что преуспею. А пока не следует говорить Алистеру, как все было на самом деле. Ему и так уже кажется подозрительной история мисс Мелросс. Если Алистер все узнает, он непременно разыщет Хеншоу и…
– Разорвет негодяя на части или сделает что-нибудь столь же необдуманное, – закончила за него миссис Рэнсли. – Конечно, Алистеру не понравится, что у нас от него секреты, однако я с тобой согласна. С тех пор как… с ним жестоко обошлась та женщина, Алистер стал таким неосторожным. Даже сейчас, после стольких лет в армии, так и норовит ввязаться в драку, а о последствиях вовсе не думает.
– Пусть случившееся останется нашей тайной.
Тетушка вздохнула:
– Если я могу чем-то помочь, только скажи. На все готова, лишь бы поставить на место Аниту Мелросс с ее злыми сплетнями.
– Разумеется. Кстати… мисс Дэнби сказала, что я просил ее руки, а она ответила отказом?
– Да. Добрая девочка сказала, что после всего, что ты сделал – спас ее от Хеншоу, а после утешил, – считает черной неблагодарностью вынуждать тебя к нежеланному браку. Мисс Дэнби настаивала, что ты имеешь право сам выбрать себе супругу, достойную такого высокопоставленного человека, она же не обладает необходимыми качествами.
Макс улыбнулся. В первый раз с тех пор, как леди Мелросс ворвалась в оранжерею, ему захотелось искренне засмеяться.
– Трудно сетовать на отказ, когда тебя отвергают в столь лестных выражениях.
– И все это с таким пылом! Мисс Дэнби произнесла самую длинную речь, какую я от нее слышала с самого дня приезда. Пожалуй, я ошибалась на ее счет.
Макс едва удержался от желания заступиться за мисс Дэнби. Как умело она создала образ неуклюжей, косноязычной старой девы! Слышала бы тетушка, с каким пылом мисс Дэнби описывала свою жизнь в Дэнби-Лодж!
В тот момент она была великолепна. Даже если бы Макс в самом деле желал взять ее в жены, он был бы вынужден отступить и признать свое поражение.
– Должна сказать, меня порадовало, что у нее все же есть кавалер, который женится на ней, когда вернется из Индии, – продолжила миссис Рэнсли. – Пусть и невольно, однако я сыграла свою роль в ее позоре. Приятно знать, что бедняжка не останется на всю жизнь без мужчины.
Макс кивнул.
– Вот поэтому я и не настаивал, чтобы она вышла за меня замуж. Впрочем, я вообще не имею привычки принуждать женщин.
– Конечно же. А теперь пойду лягу. Все эти треволнения так утомляют! Но я не хотела ложиться, пока не скажу тебе, что все знаю. Боялась, что ты надумаешь сбежать под покровом ночи, опасаясь моего гнева.
– Счастлив, что вы не гневаетесь. И покидать вас в ближайшее время не намерен.
– Оставайся сколько захочешь, – ласково сказала тетушка, подставляя ему щеку для поцелуя. – Кстати, следует все рассказать Джейн. Она умеет хранить секреты. Кроме того, моя дочь пользуется большим влиянием в Лондоне и, возможно, сумеет что-то сделать.
– Мисс Дэнби уже говорила, что хочет привлечь вас и Джейн на свою сторону, дабы защитить ее сводную сестру. Буду очень благодарен, если вы сможете помочь и мисс Дэнби тоже. Из всех невольных участников этого происшествия она пострадала больше всего.
Миссис Рэнсли кивнула:
– Постараемся.
– В таком случае не смею вас задерживать. Благодарю, тетушка Грейс, за то, что вы до сих пор в меня верите.
– Не стоит благодарности, – с улыбкой ответила тетушка. – Если на то пошло, вам надо поблагодарить и мисс Дэнби – она тоже в вас верит.
Пожелав тетушке Грейс спокойной ночи, Макс удалился. Хотя он еще не придумал, как обойти новое препятствие на пути к политической карьере, его очень утешило, что тетушка не разочаровалась в нем и не оттолкнула от себя.
Этим счастливым поворотом дела он был обязан мисс Дэнби. Как смело она ринулась защищать его, как упорно отказывалась от брака по расчету.
Тетушка Грейс права. Он и правда должен выразить ей благодарность. Но, учитывая, что стоило этой девушке ворваться в его жизнь, как тут же начались неприятности. Макс сомневался, что осмелится снова встретиться с ней лицом к лицу.
Глава 10
Прошел месяц. В этот вечер Кэролайн Дэнби оставила меринов на попечение конюха и вышла из амбара. Вернувшись домой, она с головой погрузилась в работу – необходимо было подготовить лошадей к началу осенних торгов. Но, как она заранее подозревала, последствия скандала настигли ее даже здесь.
За последние две недели несколько джентльменов, которые до этого не проявляли к лошадям никакого интереса, нарочно приехали в Кент – якобы для того, чтобы осмотреть знаменитые конюшни. Однако смотрели «покупатели» в основном не на лошадей, а на нее, из чего Кэролайн заключила, что они просто захотели увидеть своими глазами героиню свежих сплетен леди Мелросс, ту самую разнузданную девицу, которую застали полураздетой с Максом Рэнсли.
Если они ожидали увидеть эффектную кокетку, то, несомненно, уехали разочарованные, со вздохом подумала Кэролайн.
По крайней мере, теперь о светском сезоне в Лондоне и речи не шло, а спустя неделю леди Дэнби отчаялась уговорить ее выйти замуж за Макса Рэнсли. И хотя Юджиния так и не простила ее окончательно, однако, когда по дороге домой Кэролайн рассказала, как все было, сводная сестра была шокирована, возмутилась, а потом расплакалась от жалости к бедной Кэро.
И теперь, с удовлетворением подумала Кэро, поднимаясь на крыльцо поместья и бросая перчатки и хлыст дворецкому, все получилось так, как она и хотела, – все оставили ее в покое, и можно без помех заняться конюшнями.
Кэролайн надеялась, что мечта Юджинии тоже исполнится, и ее ждет блестящий светский дебют. Пока Кэро уделяла все свое время лошадям, леди Дэнби наладила переписку с леди Гилфорд и миссис Рэнсли, а также написала своим многочисленным друзьям, чтобы скандал не отразился на будущем Юджинии.
Кэролайн была этому рада и ни капли не жалела о случившемся. Конечно, иногда она просыпалась посреди ночи, вспоминая, как прижималась к широкой груди Макса Рэнсли; а тот гладил ее по щеке и шептал утешительные слова. Однако со временем это пройдет.
Как обычно, одетая в бриджи и сапоги, Кэролайн собиралась на цыпочках прокрасться в свою комнату и перед ужином переодеться в более женственный наряд. Но когда она пыталась проскользнуть мимо гостиной, леди Дэнби окликнула ее.
– Кэролайн, это ты? Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное!
Гадая, чем на этот раз расстроила леди Дэнби, Кэролайн вернулась и зашла в комнату.
– Что случилось?
Леди Дэнби была так взволнована, что даже не обратила внимания на бриджи Кэролайн.
– Ах, дорогая моя, боюсь, что по случайности оказала тебе медвежью услугу!
Кэролайн тут же охватило дурное предчувствие.
– В каком смысле?
Леди Дэнби бросила на нее виноватый взгляд:
– Понимаешь, после злоключения в Бартонском аббатстве я написала доверительным собственникам имущества твоего отца, сообщила, что ты выходишь замуж, и велела делопроизводителям подготовить брачное соглашение. – Прежде чем Кэролайн успела возмутиться, мачеха торопливо прибавила: – Я была уверена, что ты в конце концов согласишься! Когда на прошлой неделе стало очевидно, что свадьбы не будет, я написала им об этом. А сегодня пришел ответ от лорда Вудбери.
– Вудбери? – Кэро презрительно фыркнула. – Представляю его реакцию! И зачем только папа назначил его главным опекуном?
– Но, милая, он был одним из лучших друзей твоего отца. Кроме того, его собственное имение Мендинхолл процветает, поэтому были основания предполагать, что и твоим имуществом он распорядится разумно.
– Не спорю, управляющий из него хороший, – ответила Кэро, – но Вудбери никогда не нравилось, что я работаю в конюшнях. В последний раз, когда они с папой виделись, Вудбери заявил, что мне давно пора носить женские платья и научиться вести себя, как подобает барышне моего положения, а не проводить целые дни в стойлах, среди грумов и кучеров.
Леди Дэнби тактично промолчала – видимо, поскольку была на стороне лорда Вудбери. Наконец Кэролайн спросила:
– Так что же он написал?
Мачеха вздохнула:
– Тебе это не понравится. Узнав о случившемся, он был возмущен. Лорд Вудбери считает, что твое поведение можно объяснить только последствиями шока – ни одна девушка в здравом уме не отказалась бы от предложения руки и сердца в подобной ситуации, пишет он. Лорд Вудбери убежден, что «противоестественный интерес» к конюшням не идет тебе на пользу, ты настолько замкнулась в своем мирке, что даже не в состоянии осознать, какой урон скандал наносит тебе и твоей семье. Поэтому, чтобы защитить тебя и всех нас, лорд Вудбери убедил других попечителей, что необходимо сделать то, на чем он давно уже настаивает, – продать конюшни.
От потрясения Кэролайн застыла, сердце будто остановилось, кровь отлила от лица. Голова закружилась так, что пришлось схватиться за спинку кресла.
– Продать конюшни? – с трудом повторила она. – Продать моих лошадей?
– Д-да, милая.
Но это невозможно! Они не могут так поступить, не имеют права. Не считая содержания, назначенного леди Дэнби, все остальное имущество отца, включая поместье, конюшни и денежные ресурсы, завещано Кэролайн. Папа обещал, что земля и дом будут принадлежать ей, а позже станут частью ее приданого.
Кэролайн покачала головой, пытаясь собраться с мыслями.
– Разве они могут продать конюшни против моей воли? – спросила она дрожащим голосом.
– Не знаю. Ах, детка, мне так жаль! Я же понимаю, как много для тебя значат твои лошади.
– Много… Это моя жизнь! – Внезапно Кэро охватила бурная ярость. – Все, над чем я трудилась десять лет! Конюшни уже проданы? Покажите письмо.
Мачеха молча протянула лист бумаги. Кэролайн выхватила его и мельком проглядела письмо.
– Судя по всему, они еще не успели это сделать, – произнесла она. – Должен быть какой-то способ помешать им! Конюшня принадлежит мне.
Однако Кэролайн вовсе не ощущала уверенности – она чувствовала только нерешительность и страх, вдруг мысленно сравнив себя с лошадью, в первый раз очутившейся перед десятифутовым барьером.
Обладает ли она правом распоряжаться конюшнями? Потрясенная внезапной смертью отца, Кэролайн толком не слушала, когда ей зачитывали завещание. Она смутно припомнила, что управлять всем имуществом будут доверительные собственники, но о том, какие конкретно полномочия на них возложены, ничего сказать не могла. Кэролайн была вне себя.
– Что ты собираешься делать? – спросила леди Дэнби.
– Завтра же на рассвете отправлюсь в Лондон и встречусь с папиным поверенным. Мистер Хендерсон знает, что делать.
Леди Дэнби покачала головой:
– Мне очень жаль, Кэролайн. Мне бы и в голову не пришло писать письмо, если бы знала, что лорд Вудбери так поступит.
Кэролайн рассеянно погладила ее по руке:
– Вы ни в чем не виноваты. В письме говорится, что Вудбери давно собирался продать конюшни.
Сердце болезненно сжалось, когда Кэролайн представила, что какие-то незнакомцы уводят Султана, которому она помогла появиться на свет. Она надела на него первую уздечку, первое седло. Отдать Султана, или Сокровище Шейха, или Арабскую Леди, или Надежду Кливленда, которых она воспитывала, когда те были еще жеребятами, – все равно что потерять родных братьев и сестер.
– Спасибо, что предупредили сразу, – произнесла Кэролайн. Не время печалиться, нужно действовать. – А теперь прошу меня извинить. Перед отъездом нужно отдать распоряжения Ньюману, чтобы продолжил работу без меня.
Кэролайн постаралась не думать о том, что, когда вернется, конюшни, возможно, уже будут принадлежать другому человеку.
– Пожалуйста, позовите Далси, пусть поможет мне собрать вещи.
– Не забудь сказать Джону, чтобы подготовил ландо к путешествию.
Кэролайн на ходу покачала головой:
– Нет, поеду в почтовой карете. Так будет быстрее.
– В почтовой карете? – ужаснулась леди Дэнби. – Но… приличные леди так не путешествуют! Не хочешь ехать в ландо, хотя бы возьми наемный экипаж!
– Извините, но у меня нет времени путешествовать с остановками и ждать, пока приведут новых лошадей. А чтобы показать, что я из хорошего общества, возьму с собой Далси, – ответила Кэролайн. Несмотря на всю тревогу, она улыбнулась, представив, в какой ужас придет Далси – еще бы, госпожа воспользуется средством передвижения для простых людей и будет трястись в битком набитой карете, которая останавливается у придорожных трактиров всего на несколько минут, чтобы сменить лошадей.
– А где ты поселишься?! – крикнула леди Дэнби, спеша за Кэролайн следом.
– У кузины Элизабет. А если не застану ее, то в гостинице. Мистер Хендерсон подскажет мне приличное место. А теперь надо идти. У меня еще тысяча дел перед отъездом.
На ходу сжав руку мачехи, Кэро поспешила к лестнице и, едва скрывшись с глаз леди Дэнби, опрометью кинулась в конюшни.
Когда Кэролайн закончила свой обход вместе с Ньюманом, уже давно стемнело. Но ей нужно было объяснить, как следует ухаживать за каждой из лошадей.
– Не тревожьтесь, мисс Кэролайн, – сказал тот на прощание. – Ваш отец, упокой Господи его душу, хорошо нас обучил. Все сделаем, как надо. Езжайте спокойно в Лондон. И еще вот что, мисс… – с грубоватым смущением прибавил он, неловко похлопав ее по руке. – Удачи.
Слабо улыбнувшись, Кэролайн смотрела ему вслед. Даже после стольких лет жизни в большом доме она каждый раз поражалась, как быстро распространяются новости среди слуг. Хотя она просто сказала Ньюману, что отправляется в Лондон по срочному делу, тот каким-то образом узнал истинную цель ее путешествия.
Перед тем как вернуться в дом, Кэролайн подошла к стойлу Султана.
– Нет, мой хороший, на этот раз я не могу взять тебя с собой, – проговорила она, гладя его бархатный нос. – Нельзя допустить, чтобы ты повредил ногу, наступив в темноте в какую-нибудь канаву. Хотя ты бы меня до Лондона домчал быстрее ветра.
Мерин потерся носом о ее руку и заржал, видимо выражая согласие.
Окружающая темнота словно бы усиливала ее страх и тревогу, которые ей до сих пор удавалось сдерживать. Почувствовав состояние хозяйки, Султан уткнулся носом в ее ладонь и потерся об нее шеей. Будто нарочно старался утешить.
Что будет, если она потеряет его и всех остальных? У Кэролайн не было ни братьев, ни сестер, ни близких друзей, если не считать Гарри, но тот сейчас в Индии. С детства ее товарищами по играм были лошади. Кэролайн жаловалась им, когда ее что-то огорчало, делилась своими секретами, а они слушали, тихим ржанием выражая сочувствие и поддержку.
Дэнби-Лодж – обширное поместье, свой доход оно получает от ферм, скота и полей, на которых выращивают пшеницу и другие культуры. Как и отец, Кэролайн особо не вдавалась в хозяйственные вопросы, которыми сначала занимался управляющий, а затем – попечители. Точно так же экономка отвечала за состояние дома и распоряжалась слугами. Кэролайн сосредоточилась исключительно на конюшнях.
Она не преувеличивала, когда сказала Хеншоу, что не обладает светскими талантами. Вышивать, рисовать, петь, играть на музыкальных инструментах она не умела. Что же она будет делать, если потеряет своих лошадей, если некого будет воспитывать и обучать?
Другой жизни Кэролайн не знала. Конюшни были для нее всем. И ничего иного она не желала. Чем можно заменить долгие часы, проведенные в тщательно убранных конюшнях с их длинными рядами стойл, где с каждым вдохом легкие наполняют знакомые запахи сена, отрубей, седельной кожи, полированной меди? Запахи лошадей? Разве может с чем-то сравниться ощущение, когда скачешь на могучем коне через луг, а тот реагирует на твое малейшее движение, и ты понимаешь, что упорные многочасовые тренировки не прошли даром.
После всего, что она сделала, невозможно допустить, чтобы какой-нибудь самодовольный индюк, решивший показать женщине, где ее место, все у нее отнял.
Что будет, если Вудбери добьется своего?
Измученная, напуганная и почти отчаявшаяся, Кэролайн обхватила шею Султана и разрыдалась.