Текст книги "Ошибка Ведьмака"

Автор книги: Джозеф Дилейни

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 13. Отшельник из Картмела

На следующее утро на рассвете мы в сопровождении собак отправились в сторону Картмела. Самый короткий путь туда пролегал через песчаное дно Морекабского залива. День снова выдался ясным и солнечным, и я был рад хотя бы ненадолго уйти из дома Аркрайта. Мне очень хотелось посмотреть территорию Графства к северу от залива, где было много красивых гор и озер.

Если бы я путешествовал сейчас с Ведьмаком, я бы нес и его мешок тоже, но, похоже, Аркрайт предпочитал носить свой мешок сам.

Мы не так уж много прошли и уже оказались в Хэст-Бэнке – начальной точке нашего путешествия через подвижные и опасные пески залива. Мы увидели два дилижанса, трех наездников и множество пеших людей. Казалось, голые после отлива пески зазывали путников пойти по ним, да и море было очень далеко. Я никак не мог понять, чего они все ждали, и спросил об этом Аркрайта.

– Да, внешне все выглядит нормально, но эти пески очень опасны, – ответил он. – Впереди пойдет опытный местный проводник – он знает все о приливах, отливах и песках. Нам придется пересечь два естественных канала, и второй – Кентский – бывает очень опасным, особенно после проливных дождей. Он буквально превращается в зыбучие пески. Сейчас все ждут, пока отлив достигнет максимальной точки, и тогда дилижансы смогут безопасно ехать по песку. – Он помолчал. – Никогда не пытайся самостоятельно, без проводника, перейти залив по пескам, мастер Уорд. Я здесь прожил почти всю жизнь, но все равно не рискнул бы пройти здесь в одиночку. Ты только-только научился плавать, а здесь не выживет и опытный пловец. Вода при приливе заполняет каналы так быстро, что мгновенно отрезает от суши, и человек тонет.

Вскоре к нам подошел высокий мужчина в широкополой шляпе, он был босиком и держал в руках шест.

– Это мистер Дженнингс, проводник, он следит за заливом и песками уже больше двадцати лет, – представил его Аркрайт.

– Прекрасный денек! – громогласно произнес Дженнингс. – Кто это с тобой, Билл? – Он вопросительно взглянул на меня.

– Здравствуй, Сэм! – ответил ему Аркрайт. – Это мой новый ученик, Том Уорд.

На смуглом от загара лице проводника появилась улыбка, когда он пожимал мне руку:

– Я уверен, Билл, что ты рассказал ему, как опасны эти пески.

– Разумеется, Сэм. Будем надеяться, что он все понял.

– Да, будем надеяться. Ведь есть и такие, которые не понимают. Мы выходим примерно через полчаса.

Сказав это, он пошел дальше, чтобы поздороваться и поговорить с остальными.

Вскоре мы отправились в путь – впереди шел Сэм Дженнингс, за ним ехали дилижансы, замыкали колонну люди, шедшие пешком.

На песчаном дне залива образовался сложный узор, оставленный бесконечными приливами и отливами. С утра не было никакого ветра, но сейчас нам в лицо дул легкий северо-западный бриз, а вдалеке сверкало солнце, отражаясь от поверхности моря.

Дилижансы двигались медленно, и мы догнали их уже на подходе к первому естественному каналу. Сэм вошел в воду канала, внимательно вглядываясь в обмелевшее русло. Шагов через двести на восток он свистнул и помахал шестом, показывая, где именно надо переходить.

Аркрайт пошел к первому дилижансу и сказал:

– Дальше мы поедем.

И вдруг он быстро побежал и запрыгнул на задок дилижанса. Я последовал за ним и вскоре понял, почему он побежал так неожиданно. Буквально через несколько шагов вода канала доставала уже до брюха лошадей. Забравшись на задок, мы сохранили одежду сухой. Наши собаки не обращали на воду никакого внимания, они уверенно плыли впереди и добрались до противоположного берега канала гораздо быстрее лошадей.

Спрыгнув с дилижанса, мы снова пошли пешком, пока не достигли Кентского канала. Глубина воды в нем была такая же, как и в первом канале.

– Не хотелось бы мне оказаться здесь во время прилива, – заметил я.

– Тут ты прав, мастер Уорд. Во время весеннего прилива глубина бывает втрое больше твоего роста. Глянь вот туда, – Аркрайт показал жестом в сторону суши. – Видишь, что там?

Я пригляделся и увидел покрытые лесом склоны и фиолетовые вершины гор.

– Это холмы позади Картмела, мы как раз туда и направляемся. Скоро уже доберемся.

Длина маршрута по руслу Кентского канала превышала девять миль, но Аркрайт заметил, что так бывает не всегда. Русло постоянно смещается, поэтому маршрут перехода и его длина постоянно меняются. Да, переход через канал таил в себе опасности, но все равно он был намного короче, чем дорога по суше вдоль побережья залива.

Мы добрались до места под названием Кентский Берег, где рассчитались с проводником, поблагодарили его и, оставив пески, начали подниматься к Картмелу. Это заняло у нас почти час.

Мы прошли большой монастырь, две-три таверны и несколько десятков жилых домов. Все это напомнило мне Чипенден, где из дверных проемов смотрят голодные дети, а в окрестных полях уже почти не видно скота. Война отзывалась эхом по всей стране, и ее ужасные последствия будут сказываться все больше. Я думал, мы заночуем в Картмеле, но, похоже, наши дела требовали иного, и мы продолжали двигаться дальше в горы.

– Мы направляемся к Джаду Аткинсу, – сказал Аркрайт. – Он отшельник, живет в этих холмах, – добавил он, даже не повернув головы в мою сторону. Взгляд Аркрайта не отрывался от крутого склона прямо перед нами.

Я знал, что отшельники живут в одиночестве, вдали от людей, поэтому понимал, что наш визит его не обрадует. Но меня очень интересовало, каким образом отшельник сумеет при помощи пальца Морвены отыскать логово ведьмы.

Я уже собирался спросить об этом Аркрайта, но в этот момент из последнего дома, мимо которого мы проходили, появилась старуха и, шаркая ногами, двинулась по тропинке в нашу сторону.

– Мистер Аркрайт! Мистер Аркрайт! Слаба богу, вы наконец пришли! – воскликнула она, крепко схватив Аркрайта за рукав.

– Нет-нет, мне сейчас некогда! – резко ответил Аркрайт с раздражением. – У меня срочное дело!

На мгновение мне показалось, что он оттолкнет старуху и пойдет дальше, но он остановился и теперь смотрел на женщину горящими глазами.

– Нам страшно! – запричитала старуха. – Они отбирают у нас все что хотят! Приходят и днем и ночью! Мы скоро помрем с голоду. Помогите! Спасите нас, мистер Аркрайт!

– Что ты бормочешь, старая? Кто отбирает у вас все что захочет?

– Прессовщики! Они не солдаты, а настоящие воры и бандиты! Забирают у нас не только наших ребят, но и все, что у нас есть. Они поселились на на ферме Солткомб. Мы не знаем, что нам теперь делать, как жить!

Может, это были те же прессовщики, что захватили меня у мельницы? Они собирались идти на север и побежали в ту сторону, когда Алиса их напугала. Мне совершенно не хотелось встречаться с ними опять.

– Этим должен заниматься констебль, а не я, – проворчал Аркрайт, сердито хмурясь.

– Они избили нашего констебля до полусмерти три недели назад! Он все еще не встает с постели и не может ничем нам помочь. Пожалуйста, помогите! У нас и так почти не осталось продуктов. Если они будут отнимать у нас последнее, мы просто все умрем с голода, когда наступит зима! Они ведь отнимают все подряд!

Аркрайт освободил рукав и покачал головой:

– Не сейчас. Посмотрим, может, на обратном пути. Сейчас мне некогда. У меня очень срочное дело, нельзя терять ни минуты.

Аркрайт зашагал дальше в гору; собаки побежали вперед, а опечаленная старуха тяжелой шаркающей походкой вернулась в свою лачугу. Конечно, мне было жаль старуху, но я удивился, что она обратилась за помощью к Аркрайту. В конце концов, ведьмаки не занимались такими делами. Неужели она думала, что Аркрайт выступит против вооруженной банды? О таком надо сообщать главному шерифу в Кастере. Он обязательно пришлет нового констебля. А что же сами жители – неужели они не могли объединиться и прогнать этих бандитов?

Целый час мы шли вверх по склону, пока не увидели впереди дымок. Казалось, он поднимался из ямы в земле, и я догадался, что скалистый берег, по которому мы шли, служил отшельнику крышей. Мы спустились по нескольким изрядно истоптанным каменным ступеням и оказались у входа в довольно просторную пещеру.

Аркрайт дал команду собакам сидеть и ждать на почтительном расстоянии, а сам направился в темноту пещеры. Внутри был сильный запах дыма костра, от которого у меня заслезились глаза, но все же я сумел разглядеть фигуру человека, сидящего на корточках у костра, подперев голову руками.

– Привет, старина! – громко сказал Аркрайт. – По-прежнему занимаешься самобичеванием за грехи?

Отшельник не ответил, но Аркрайта это ничуть не смутило – он уселся слева от него и произнес:

– Послушай, я понимаю, что ты любишь одиночество, так что давай быстро покончим с нашим делом, и мы оставим тебя в покое. На вот, взгляни на это и скажи, как нам побыстрее отыскать хозяйку.

Аркрайт открыл сумку, достал свернутую тряпку, развернул, чтобы было видно содержимое, и положил ее на земляной пол прямо перед отшельником.

Теперь мои глаза привыкли к полумраку, и я разглядел его. У Джада Аткинса была белая борода и копна непокорных седых волос. Целую минуту он сидел абсолютно неподвижно, мне показалось, даже не дышал. Потом он протянул руку, взял палец и поднес его совсем близко к глазам – было видно, что он заинтересовался.

– Сможешь? – требовательно спросил его Аркрайт.

– Ягнята рождаются по весне. Собаки воют на луну. Я долгие годы занимаюсь поиском подземных вод. А уж если я что-то ищу, то обязательно нахожу. Все идет своим чередом. Почему сейчас что-то должно измениться?

– Рад это слышать! – воскликнул Аркрайт.

– Я сделаю то, о чем ты просишь, Уильям, – продолжал отшельник, – но ты должен заплатить.

– Заплатить? О чем это ты, старина? – удивленно спросил Аркрайт. – Ты же обходишься малым! Сам выбрал такую жизнь. Чем же я могу тебе заплатить?

– Я прошу не для себя, – ответил отшельник – голос его креп с каждым произнесенным словом. – Помощь нужна другим людям. Там внизу, в деревне, они голодают и живут в страхе. Помоги им, и я выполню то, о чем ты просишь.

Аркрайт раздраженно плюнул в огонь, и я заметил, как напряглись мышцы его лица.

– Ты говоришь о жителях фермы Солткомб? Об этой пресс-банде? Хочешь, чтобы я с ними разобрался?

– Сейчас время беззакония. А когда мир рассыпается на части, кто-то должен его снова собирать. Иногда плотнику приходится подковывать лошадей, а кузнецу строгать доски. Кто им поможет, Уильям? Кто, кроме тебя?

– Сколько их там? – спросил Аркрайт. – Что ты о них знаешь?

– Их пять человек. Сержант, капрал и три солдата. Они отбирают у людей последнее и ни за что не платят.

– Около Чипендена пресс-банда тоже забирала людей, – сказал я, нахмурившись. – Они и меня поймали, я с трудом смог сбежать. Их тоже было пятеро. Думаю, это они и есть. Не хотел бы я снова с ними повстречаться. Один из них совсем молодой, чуть старше меня, но вот сержант – отъявленный бандит. У них есть дубинки и ножи. Мне кажется, вы с ними не справитесь, мистер Аркрайт.

Аркрайт внимательно посмотрел на меня, а затем кивнул:

– Да, пожалуй, шансы не в мою пользу. – Он снова повернулся к отшельнику: – Их пятеро, а нас только трое с половиной – я, две собаки и мальчишка. У меня есть свои дела. Я ведь не констебль…

– Но ты когда-то был воином, Уильям, – перебил его отшельник. – Всем известно, что ты до сих пор не прочь помахать кулаками, особенно когда приложишься к бутылке. Уверен, эта работенка придется тебе по душе.

Аркрайт встал на ноги – лицо его пылало от гнева – и посмотрел на отшельника:

– Радуйся, старик, что я не машу кулаками здесь. Ладно, я вернусь засветло. А ты пока займись моим делом. Я и так уже потерял много времени! У тебя есть карта Приозерья?

Джад Аткинс отрицательно покачал головой. Аркрайт пошарил в мешке, извлек оттуда свернутую карту и положил ее перед отшельником.

– Вот, возьми мою! – прорычал он. – Ее логово должно быть где-то здесь, я уверен. Около одного из южных озер.

Сказав это, Аркрайт покинул пещеру и решительно зашагал прочь.

Глава 14. Ты труп!

Мы отошли совсем недалеко от пещеры, когда Аркрайт остановился, уселся на покрытый травой берег и открыл свой вещевой мешок. Через мгновение в его руках уже была бутылка красного вина. Он ловко вытащил зубами пробку и сделал несколько больших глотков. Сначала я расстроился: это был не лучший способ подготовки к схватке с опасными бандитами. Но потом я вспомнил слова отшельника. А ведь он был прав – Аркрайт действительно становится очень злым и агрессивным, когда выпьет. Должно быть, он заметил выражение моего лица, потому что нахмурился и жестом велел мне сесть.

– Дай отдохнуть своим ногам, мастер Уорд. И сотри эту кислую мину с лица! – почти крикнул он.

Чувствуя, как его настроение портится на глазах, я тут же подчинился. Солнце уже начало клониться к горизонту. Я подумал, Аркрайт будет ждать темноты, чтобы разобраться с бандой, – мне казалось, это было самым разумным решением. Или он нападет на них на рассвете, когда они еще будут спать. Но Аркрайт был нетерпеливым человеком и зачастую прибегал к самым жестким и решительным способам.

И действительно, Аркрайт допил бутылку, встал, и мы продолжили путь. Минут через десять я поравнялся с ним – мне хотелось узнать, есть ли у него какой-то план действий.

– Мистер Аркрайт… – начал я нерешительно.

– Молчать! – рявкнул он. – Будешь говорить, когда я тебя спрошу.

Я снова приотстал, чувствуя обиду и злость. Мне казалось, что наши отношения начали налаживаться, но, похоже, ничего особо не изменилось. В Чипендене Ведьмак иногда останавливал меня, говоря, что вопросы я буду задавать потом, но он никогда не делал это так грубо и агрессивно, как Аркрайт. Наверняка причиной такого поведения было вино.

Вскоре мы поднялись на гребень горы, Аркрайт остановился и, приложив к глазам ладонь козырьком, стал смотреть вниз. Я тоже увидел дом, из его трубы почти вертикально поднимался дым. Находился дом у входа в длинную узкую долину. Скорее всего, эта ферма занималась овцеводством, но сейчас на склонах не было видно ни одного пасущегося животного.

– Вот она! – сказал Аркрайт. – Это ферма Солткомб. Давай спустимся и побыстрее покончим с этим делом.

Он быстро двинулся вниз по склону, не пытаясь подкрасться или быть незаметным.

Спустившись в долину, он сразу же направился к двери дома. Я напрягся, ожидая, что дверь в любой момент откроется и банда бросится на нас. Шагах в двадцати от дома Аркрайт остановился, повернулся ко мне и приказал, кивнув на собак:

– Держи их покрепче за ошейники и не отпускай. Отпустишь, только когда я скажу «Давай!», не раньше. Понял?

Я нерешительно кивнул и схватил собак за ошейники, а они уже нетерпеливо топтались на месте, желая следовать за своим хозяином. Я понимал, что ни за что не удержу псов, если они рванут вперед по-настоящему.

– А если что-то пойдет не так? – спросил я его. Все-таки там было пять солдат с дубинками и ножами. Мне припомнились слова старухи о том, что эти бандиты избили констебля до полусмерти.

– Вот что я тебе скажу, мастер Уорд, – проговорил Аркрайт с презрением. – Если есть на свете что-то, чего я не терплю, так это пессимизм. Надо верить в собственные силы, и тогда ты уже наполовину победил. Сейчас я разберусь с этими негодяями, а потом займусь серьезным делом. Пригляди-ка за моим мешком.

Он бросил свой огромный мешок мне под ноги и повернул посох лезвием вниз. Я понял, что он не хотел наносить солдатам серьезных ран. Потом он быстрым шагом направился прямо к двери дома и одним мощным ударом левой ноги, обутой в тяжелый сапог, вышиб ее. Он вошел внутрь, оттуда тут же послышались проклятья, ругань, потом крики боли.

В следующее мгновение из дома выскочил огромный мужчина в рваной военной форме и бросился в мою сторону, выплевывая из рта выбитые зубы; по его лицу текла кровь. Обе собаки тут же зарычали. Мужчина остановился и несколько мгновений смотрел прямо на меня. Это был сержант из пресс-банды. И он меня узнал. Я понял это по его глазам – в них вспыхнула злоба. Мне показалось, что сейчас он бросится на меня, несмотря на собак, но он повернул направо и помчался вверх по склону горы.

Я услышал, как Аркрайт крикнул «Давай!», и не успел я отреагировать на его слова, как собаки сами вырвались из моих рук и, злобно лая, бросились к открытой двери. Едва Стрела и Клык скрылись в дверном проеме, как из дома выбежали четверо остальных дезертиров – трое сбежали через дверь и последовали за своим сержантом, а четвертый выпрыгнул в окно и побежал в мою сторону – в руках у него был нож. Это был капрал. Собаки от меня убежали, поэтому я встал в оборонительную стойку, подняв посох и держа его перед собой под углом сорок пять градусов.

Когда он приблизился, на его лице появилась безжалостная улыбка. Он приостановился, держа нож в правой руке:

– Зря ты, парень, сбежал от нас. Вот увидишь, сейчас я выпущу из тебя кишки!

Он бросился на меня, замахнувшись ножом, но я действовал быстрее – тренировки с Аркрайтом не прошли даром. Свой первый удар я нанес по его запястью, выбив из руки нож. Он вскрикнул от боли, и я тут же нанес ему второй удар – по голове, от чего он упал на колени. Теперь ему уже был не до смеха – в его глазах появился страх. Он медленно поднялся на ноги. Я бы мог нанести ему еще несколько ударов, но не стал этого делать.

Он повернулся, выругался и побежал вслед за своими дружками. Теперь все пятеро дезертиров бежали вверх по склону горы с такой скоростью, будто за ними гнались черти.

Я решил, что все закончилось, и направился к дому. Однако там мне пришлось с изумлением наблюдать, как Аркрайт с яростным ревом крушил все подряд – посуду, мебель, уцелевшее окно. Покончив с погромом, он позвал собак на улицу, а сам вернулся и поджег дом. Когда мы снова направились вверх по склону, густой темный дым поднимался над долиной и скрывал заходящее солнце.

– Теперь они уже не вернутся, – процедил Аркрайт с усмешкой.

И тут откуда-то сверху кто-то закричал нам:

– Тебе конец, ведьмак! Ты труп! Запомни, мы тебя найдем. Вы оба – покойники! Ты и твой пацан! Мы вас достанем. Мы на службе у короля! Вас повесят!

– Не беспокойся, мастер Уорд! – Аркрайт криво усмехнулся. – Это все болтовня! Если бы они были мужчинами, а не трусами, они бы дрались сейчас, а не тряслись бы от страха там наверху.

– А если они сообщат про нас и сюда пришлют много солдат? Вы же напали на солдат короля и уничтожил их собственность.

– Сейчас идет война. Положение тяжелое. Никто не будет посылать сюда солдат ради таких, как мы. Да и не солдаты они вовсе, а дезертиры. Это по ним как раз виселица плачет. Посмотри, что они творят. Разве они похожи на настоящих прессовщиков? Когда я служил, мы не избивали констеблей.

– А когда вы служили?

– Очень давно. Когда я закончил учиться у мистера Грегори, я вернулся на мельницу и попробовал освободить души своих умерших родителей. Но мне это не удалось. Я был очень расстроен, даже бросил работать ведьмаком, и меня забрали в армию. Там я стал канониром, но тогда никто ни с кем не воевал и стрелять было не в кого. Я откупился от службы и снова стал работать ведьмаком. Странно все происходит. Но скажу тебе одно – я никогда не покидал поля боя, как эти трусливые зайцы.

– Значит, вы служили канониром? Стреляли из пушек?

– Именно так, мастер Уорд. Я был главным канониром самой большой пушки в Графстве. Ее использовали для разных целей.

– А я видел эту пушку! Солдаты привезли ее из Колна, они стреляли из нее по башне Малкин.

– И сколько они по ней стреляли? – спросил Аркрайт.

– С полудня до заката, а закончили на следующий день утром.

– Вот, значит, как они теперь стреляют. Теперь понятно, почему война так затянулась. Я видел эту башню. Думаю, мы бы разрушили ее часа за два, не больше. Все зависит от техники стрельбы и тренировки, мастер Уорд, – проговорил Аркрайт с улыбкой.

Меня удивило, что он вдруг стал таким бодрым и веселым. Похоже, драка с солдатами подняла ему настроение.

Мы вернулись в пещеру. Когда Аркрайт обнаружил, что отшельник не смог найти логово Морвены, его настроение снова испортилось.

– Я выполнил свою часть сделки, теперь ты должен выполнить свою! – возмутился он.

– Наберись терпения, Уильям, – спокойно ответил Джад. – Разве урожай поспевает зимой? Конечно нет, потому что для всякой вещи есть свое время. Я просто сказал, что пока не могу найти ее логово, но это не значит, что я его не найду. Но я уже понял, что ты оказался прав, – оно в районе южных озер. Ведьм всегда нелегко отыскать. Ваша ведьма наверняка использовала свои волшебные силы, чтобы ее было трудно найти. Видимо, она очень сильная?

– Еще бы! Сильнее не бывает. Ее имя Морвена, но многие зовут ее Кровоглазой ведьмой. Уверен, ты о ней слыхал.

– Да, я слышал эти имена, – ответил отшельник. – По-моему, о ней все слыхали. Любая мать в Графстве содрогается при одном упоминании об этой ведьме. За последние двадцать лет пропали десятки и десятки детей. Я обязательно помогу тебе отыскать ее, но сейчас я устал. В таких делах нельзя торопиться. Я попробую еще раз завтра утром, когда голова будет ясной. Как там погода?

– Теплеет и начинает моросить, – ответил Аркрайт все еще недовольным голосом.

– Вам же не хочется идти в такую погоду? Почему бы вам не переночевать у меня? Вы давно ели?

– Только завтракали. Я-то ничего, а вот мастер Уорд всегда голодный.

– Тогда я согрею бульон.

Но до ужина Аркрайт повел меня на склон холма, где мы снова практиковались в борьбе на посохах. Похоже, он решил использовать любую возможность, чтобы постоянно меня обучать. Мелкий дождь не прекращался, и мы пытались удержать равновесие на скользком склоне холма. В этот раз Аркрайт не наносил мне удары, а старался наступать на меня, проверяя мои оборонительные навыки и приемы.

– Что ж, мастер Уорд, на сегодня хватит, – сказал он наконец. – У тебя явно появляются первые проблески некоторого улучшения. Я видел, как ты обработал того капрала. Молодец! Можешь гордиться собой. Если будешь стараться и дальше, то через полгода вполне сможешь постоять за себя.

Его слова взбодрили меня, и теперь я с нетерпением ожидал ужина. Однако он меня разочаровал. Бульон оказался горьким, и после первого же глотка я скривил физиономию. Я не мог понять, откуда такой странный вкус.

Аркрайт только усмехнулся, глядя на мою недовольную гримасу:

– Пей, не кривись, мастер Уорд. Это самый лучший травяной отвар на всем побережье к северу от Кастера. Джад у нас вегетарианец. У собак и то ужин нынче будет получше нашего.

Отшельник никак не отреагировал на ехидное замечание Аркрайта, а я, из уважения к хозяину, заставил себя выпить бульон до конца и поблагодарил отшельника за угощение.

Не знаю, что было в этом бульоне, но в эту ночь я впервые со дня приезда из Чипенедена спал как младенец.