Текст книги "Драгоценные камни в мифах и легендах"

Автор книги: Джордж Фредерик Кунц

Еврейское предание рассказывает о замечательном светящемся камне, который Ной взял в ковчег. Камень сиял с каждым днем все ярче и помогал отличить день от ночи, когда во время потопа не было видно ни солнца, ни луны. Согласно еще одной еврейской легенде, Авраам построил город для шести сыновей, которых ему родила Агарь. Стена, окружавшая город, была такой высокой, что заслоняла солнечный свет, и, чтобы возместить это, Авраам подарил сыновьям огромные драгоценные камни и жемчужины. Их яркость затмевала блеск солнца, и они применялись во времена Мессии.

Элиан рассказывает следующую историю о светящемся камне. Женщина из Тарента по имени Гераклея, образец семейных добродетелей, потеряла мужа и искренне его оплакивала. Горе научило ее состраданию, и, когда молодой аист, учившийся летать, обессилел и упал на землю прямо перед ней, Гераклея подобрала беспомощную птицу и заботливо ухаживала за ней до тех пор, пока она не выросла и не смогла улететь. Год спустя, греясь на ярком солнце возле своего дома, женщина увидела летящего к ней аиста. Пролетая у нее над головой, птица уронила ей на колени драгоценный камень. Гераклея отнесла камень в дом, безошибочным инстинктом почувствовав, что аист, уронивший его, был тем самым птенцом, о котором она заботилась в прошлом году. Ночью она проснулась и, к своему удивлению, увидела, что комната словно освещена многочисленным факелами, и свет исходит от камня, подаренного аистом в знак благодарности.

В немецком языке камень, называемый Donnerkeil (удар молнии), имеет несколько синонимов; среди них Storchstein (аистовый камень). Очевидно, камень Гераклеи был идентичен драгоценной и сверкающей разновидности ceraunia (громового камня), упоминаемой Плинием, «той, которая притягивает к себе сияние звезд». Сверкающий красноватый блеск рубина говорил об огненном происхождении и заставлял верить, что рубины произошли от огня с небес – иными словами, от вспышки молнии.

Аналогия между огнем лампы, сверканием угля и сиянием рубина подсказала некоторые названия этого камня или камней, напоминающих его по цвету, например греческое antrax (уголек) и латинские carbunculus и lychnis (уголь и свеча). Вероятно, представление, будто такие камни светятся в темноте, не более чем логический результат ложной идентификации их с огнем или одним из его проявлений. И все же хорошо известно, что некоторые камни обладают высокой способностью светиться. Это обстоятельство, может быть, кто-то случайно заметил, и оно, наверное, имеет какое-то отношение к легендам о светящихся камнях, хотя для рубина эта особенность не характерна.

Согласно Плинию, lychnis, возможно шпинель, была так называемым озаряющим светильником (от «светящий» или «свет лампы»). Автор поэмы «Литика» рассказывает, что алмаз (adamas) подобен кристаллу, положенному на алтарь и испускающему пламя без помощи огня. Если это не относится к использованию хрусталя как зажигательного стекла, мы можем увидеть в отрывке поэмы указание на то, что свечение алмаза было замечено уже во I или II веке н. э.

В лидийской реке Тмолус находили чудесные камни, которые, говорят, меняли цвет четыре раза в день. Это превосходит свойства «чудесного сапфира», меняющего окраску ночью. Только невинные юные девушки могли находить лидийский камень, и, пока они его носили, они были защищены от надругательства. Возможно, древний автор намекает на вошедшее в пословицы женское непостоянство, когда утверждает, что этот переменчивый камень могут найти только представительницы прекрасного пола?

В храме сирийской богини Астарты было ее изображение, увенчанное диадемой со светящимся камнем. Яркость света, излучаемого этим камнем, была настолько большой, что все святилище было освещено словно мириадами светильников. Да и сам камень назывался lychnos (лампа). Днем этот свет был слабее, но все же заметен, как горящие угли.

О двух мифических камнях писал Псевдо-Аристотель, и один из них, «снотворный камень», должно быть, обладал чудодейственной снотворной силой. Это был светящийся камень яркого красновато-коричневого цвета, излучающий в темноте яркий свет. Если небольшой кусочек этого камня подвешивали на шею человека, тот беспробудно спал три дня и три ночи, а проснувшись на четвертый день, все еще был сонным. Другой камень, зеленоватого цвета, обладал противоположным качеством и продлевал бодрствование: пока его носили, сон не наступал. Этот автор серьезно утверждает, что «некоторые люди, вынужденные бодрствовать ночью, потом очень серьезно страдают от бессонницы. Однако, если у них на шее висит „будящий камень“, они не испытывают никаких неудобств после вынужденного бодрствования». Очевидно, этот камень был бы драгоценным приобретением для ночных сторожей и более надежной гарантией для их работодателей, чем часы!

В своем комментарии к трудам Марбодия Алард Амстердамский рассказывает историю об удивительном светящемся камне «хризоламписе», который вместе с многими другими драгоценными камнями был вставлен в чудесную золотую табличку, посвященную святому Адельберту (VIII в.), защитнику фризов [68]68
  Фризы – древнегерманское племя, принимавшее участие в завоевании Британии. Такой народ до сих пор живет в Нидерландах и на Фризских островах в Северном море.


[Закрыть]и покровителю города Эгмонда, Хильдегардой, женой Теодорика, графа Голландского. Подарок был сделан аббатству Эгмонда, где покоилось тело святого. Алард рассказывает, что «хризолампис» сиял так ярко, что, когда монахов ночью вызывали в часовню, они без иного освещения могли читать часослов. Этот удивительный камень украл один из монахов, которого Алард называет «самой жадной тварью на земле». Боясь хранить у себя столь ценный камень, монах бросил его в море, и он исчез навсегда. [69]69
  Аббатство, которому Хильдегарда подарила табличку, вероятно, было построено Теодориком II и разрушено реформаторами в 1572 г. Первое здание было деревянным и построено Теодориком I в 923 или 924 г.; через несколько лет его уничтожили фризы.


[Закрыть]

Странные истории рассказывали о светящемся карбункуле на гробнице святой Елизаветы (ум. в 1231 г.) в Марбурге. Этот камень помещался над статуей Девы Марии и, говорили, ночью испускал светящиеся лучи. Однако Крейцер говорит, что это был всего лишь очень блестящий горный хрусталь желтовато-белого цвета. Гробница – причудливое произведение искусства из позолоченного серебра – была буквально усыпана драгоценными камнями, число которых доходило до 824, а кроме того, была украшена двумя большими жемчужинами и огромным количеством жемчужин поменьше. Все эти камни были вынуты из своих гнезд, когда в 1810 году гробницу перенесли из Марбурга в Кассель.

На Дюссельдорфской выставке в 1891 году автор увидел так называемое «кольцо святой Елизаветы», в которое, предположительно, был вставлен ее чудесно светящийся рубин. Однако этот камень оказался большим, почти плоским красным гранатом, не очень сверкающим и вставленным в узкое золотое колечко.

Комментируя рассказы средневековых путешественников об удивительных светящихся рубинах правителей Пегу, [70]70
  Пегу – современная Бирма.


[Закрыть]освещающих ночи великолепным сиянием, Клеандро Арнобио добавляет, что в его время не было обнаружено ни одного подобного рубина. Однако от одного священнослужителя он слышал о драгоценном камне, который ярко сверкал ночью. Но это был не рубин, а камень светло-лимонной окраски, поэтому Арнобио склонен полагать, что это был или топаз, или желтый алмаз. Вероятно, он и считался марбургским карбункулом.

Светящийся рубин короля Цейлона отмечен Чау Юкуа, китайским писателем примерно XIII века, следовательно, современником араба Тейфаши. Он говорит: «Властитель держал в руке драгоценный камень диаметром в пять дюймов, который не горел огнем, но сиял в ночи, как факел». Считалось также, будто этот светящийся камень обладал свойствами эликсира молодости, потому что говорили, что властитель ежедневно гладил им лицо, благодаря чему сохранил моложавый облик, хотя прожил больше девяноста лет.

Великолепие трона императора Мануэля (1120–1180) увековечено еврейским путешественником Беньямином из Туделы, посетившим Константинополь в 1161 году. Этот великолепный золотой трон, усыпанный драгоценными камнями, стоял под балдахином, к которому на золотых цепях была подвешена чудесная золотая корона, украшенная бесценными драгоценными камнями, такими яркими и сияющими, что ночью не требовалось никакого освещения.

Когда Генрих II Французский (1519–1559) торжественно вошел в город Булонь, незнакомец из Индии подарил государю светящийся камень. Он был довольно мягким, обладал огненным блеском, и к нему нельзя было прикоснуться безнаказанно. Согласно Де Ту, за достоверность этого события ручался Дж. Пипин, сам видевший камень и описавший его в письме к Антуану Мизо, хорошо известному в свое время писателю на оккультные темы.

Хотя Гарсиа аб Орта не верил ходившим в его время слухам относительно светящихся рубинов, он передает историю такого камня, рассказанную ему торговцем драгоценными камнями. Этот человек утверждал, что купил на Цейлоне несколько красивых, но мелких рубинов и высыпал их на стол. Когда он снова собрал их, один из камней закатился под складку скатерти. Ночью торговец заметил, что на столе что-то светится. Он с зажженной свечой подошел к столу и обнаружил небольшой рубин; когда он достал рубин и погасил свечу, свечение прекратилось. Гарсиа признает, что торговцы драгоценными камнями любят рассказывать любопытные байки о камнях, но заканчивает свой рассказ так: «Тем не менее мы должны им верить».

Не только рубин, но и изумруд имел репутацию светящегося камня. Кроме сверкающей «изумрудной» колонны в храме Мелькарта в Тире Плиний рассказывает о мраморном льве с глазами из сверкающего изумруда, украшающем могилу «мелкого царька по имени Гермиас». Эта могила находилась на побережье, и яркий свет изумрудных глаз отпугивал тунца, чем наносил огромный ущерб рыбакам. Нам не известно, были ли у великолепной статуи Афины из слоновой кости работы Фидия светящиеся глаза, но они были инкрустированы драгоценными камнями.

В собрании работ английских алхимиков, опубликованных Элиасом Эйшмулом, содержится рассказ о достойном священнике, жившем в городке близ Лондона, который захотел обессмертить себя и построить через Темзу мост, который был бы всегда освещен ночью. Перечислив несколько способов, пришедших священнику в голову, поэт продолжает:

 
Наконец он придумал осветить мост ночью
Камнями-карбункулами, чтобы люди удивлялись,
Видя двойное отражение вверху и внизу,
Но затем озаботила его новая мысль:
Как найти эти камни-карбункулы
 
 
И где найти храбрецов, которые,
Заинтересовавшись, отправились бы
Искать по всему свету
Большое количество карбункулов.
И он так много думал об этом,
Что очень сильно похудел.
 

Вряд ли есть необходимость добавить, что бедный священник так и не осуществил свою мечту, но эта история показывает, насколько распространена была вера в карбункулы или рубины, светящиеся собственным светом.

О светящемся, или фосфоресцирующем, камне, названном камнем из Болоньи, говорится в трактате, опубликованном врачом Менцелем в 1675 году. Автор описывает различные эксперименты, проводимые с целью проверить особенности этого минерала, который отчасти был светящимся, а частично зернистым сульфатом барита и фосфоресцировал при прокаливании. Иногда его называли лунным камнем (lapis lunaris), потому что, как и луна, он излучал в темноте свет, полученный от солнца. Менцель также рассказывает, что камень впервые обнаружил в 1604 году Винченцо Кассиороли, приверженец алхимии, который верил, что камень, в силу своих солнечных свойств, поможет ему превращать простые металлы в золото. Камень находили в расщелинах горы Монте-Патерно, близ Болоньи, после ливневых дождей.

Различные феномены свечения и фосфоресценции, несомненно, объясняют некоторые из легенд о светящихся камнях. В основе суеверий или фантазий здесь, как и в большинстве других случаев, лежит какой-нибудь реальный факт. Этот класс физических явлений стал предметом особого изучения автора. 13 000 образцов различных минералов подверглись самому тщательному изучению с целью определения их способности светиться. Его интерес в этой области исследования в значительной мере стимулировался одним случайным событием. В 1891 году его жена, вешая однажды вечером платье в шкаф, увидела, что от бриллианта в кольце, которое она носила, исходит тусклый луч света, хорошо заметный в темноте. Этот факт привел к длинной серии экспериментов на флуоресценцию, фосфоресценцию и триболюминесценцию бриллианта.

Более двух столетий назад Роберт Бойль провел подобную серию ночных экспериментов с бриллиантом, который, наверное, был индийским камнем и который он описывает как плоскогранный, примерно в четверть дюйма в длину и несколько меньше в ширину. Он замечает, что это был тусклый камень очень плохой воды, почти на треть покрытый пятном с беловатыми прожилками. [71]71
  Эксперименты были проведены 27 октября 1663 года, а на следующий день о результатах доложили в Королевском обществе и представили членам общества бриллиант, который использовался в ходе этих экспериментов. (Примеч. авт.)


[Закрыть]

В «Ученом журнале» за 1739 год приводятся некоторые тесты на свечение бриллианта, выполненные господином дю Фуа. Для большего успеха наблюдений он предлагает экспериментатору пятнадцать минут оставаться в затемненной комнате, закрыв один или оба глаза. Бриллиант следует менее чем на минуту выставить под солнечные лучи или яркий дневной свет, а потом перенести в темную комнату. Свечение, если оно вообще наблюдалось, длилось не более двенадцати – тринадцати минут. Не все бриллианты проявляют это свойство, и ни по форме, ни по внешнему виду нельзя определить, обладает им камень или нет. Однако господин дю Фуа заметил, что желтые бриллианты, которых он проверил значительное количество, были светящимися. Из двадцати проверенных изумрудов светящимся оказался лишь один.

Эксперименты Бойля привели к открытию, что некоторые бриллианты, когда их потереть о дерево или какой-нибудь другой твердый материал и даже о тряпку или шелк, излучают свет, который, кажется, следует за ними; это называется триболюминесценцией.

Только некоторые бриллианты обладают способностью поглощать солнечный или искусственный свет, а затем излучать его в темноте. Это бразильские камни слабомолочного оттенка или, как часто говорят, голубовато-белые. Способностью накапливать свет, а затем излучать его обладает не сам бриллиант, а включенные в него примеси. Виллемит, кунцит, сфалерит (сульфид цинка) и некоторые другие минералы обладают той же способностью. Может быть, своей особенностью они обязаны присутствию небольшого количества марганца или урановых солей. То, что этими бриллиантами поглощаются только ультрафиолетовые лучи, доказывается следующим фактом: свечения не наблюдается, если между алмазом и источником света поместить тонкую стеклянную пластинку, поскольку эти лучи не проходят сквозь стекло. Неизвестное вещество, присутствие которого в бриллиантах вызывает свечение, было названо автором тиффанитом в честь покойного сэра Чарльза Л. Тиффани (1812–1902), основателя фирмы «Тиффани и компания».

Однако, подвергаясь излучению радия, полония или актиния, светятся абсолютно все алмазы, даже если на пути лучей поставить стекло. Вот что говорит об аспектах фосфоресценции бриллиантов сэр Уильям Крукс:

«В вакууме, обладающем высокой электропроводностью, алмазы светятся разным светом. Большинство южноафриканских алмазов сверкает голубоватым светом. Алмазы из других мест излучают ярко-голубой, абрикосовый, светло-голубой, красный, желтовато-зеленый, оранжевый и светло-зеленый свет. Большинство светящихся алмазов люминесцируют на солнце. Один прекрасный зеленый бриллиант из моей коллекции, фосфоресцируя в хорошем вакууме, дает почти столько же света, сколько и свеча, и при его лучах легко можно читать. Но вряд ли пришло время использовать бриллианты для освещения жилища!

С разрешения миссис Кунц, жены хорошо известного нью-йоркского минералога, я покажу вам, вероятно, самый замечательный из всех фосфоресцирующих бриллиантов. Этот необыкновенный бриллиант будет светиться в темноте несколько минут после того, как он побывает под светом электрического фонарика, а если его потереть о кусок ткани, он светится очень долго».

Люминесценция от нагревания замечательно выражена в случае хлорофана, разновидности флюорита. Сибирский экземпляр светло-лилового цвета излучал белый свет просто от теплоты руки; помещенный в кипящую воду, он стал светиться зеленым светом, который настолько усиливался, когда экземпляр клали на горящий уголь, что свечение можно было различить на значительном расстоянии. Подобные феномены наблюдались в случае с хлорофаном из Амелия-Керт-Хаус в Вирджинии. Автор обнаружил, что экземпляры из этого месторождения проявляют сильную триболюминесценцию, имеющую причиной контакт или друг с другом, или с любым твердым веществом.

Термины «флюоресценция» и «фосфоресценция» применяются иногда довольно небрежно, поэтому следует заметить, что, хотя оба термина используются для того, чтобы обозначить свечение тела под действием некоторых внешних факторов, флюоресценция означает свечение, которое сохраняется до тех пор, пока действует возбуждающая его причина, а фосфоресценция означает свечение, длящееся некоторое время после непосредственного воздействия. Поэтому последний термин означает световую энергию, накопленную в еще недавно несветящемся теле и излучаемую им в течение некоторого времени, по истечении которого оно снова становится несветящимся. Термин «триболюминесценция» означает излучение света при трении, а «термолюминесценция» – излучение света, вызванное нагреванием, даже теплом руки.

Древний греческий трактат, происходящий, судя по названию, из «святилища храма» и содержащий материал частично египетского происхождения, может пролить свет на некоторые манипуляции жрецов, производимые ими, чтобы произвести впечатление на простых людей видом светящихся камней. Автор трактата заявляет, что для получения «карбункула, сияющего ночью», используются некоторые части (он говорит «желчь») морских животных, внутренности, чешуя и кости которых фосфоресцируют. Если их правильно обработать, драгоценные камни (предпочтительно карбункулы) будут сверкать ночью так ярко, что «любой обладатель такого камня сможет читать или писать при их свете так же, как и при свете дня».

В «Анналах химии и физики» великий французский химик М. Бертло обсуждает эту проблему и выражает следующее мнение по этому вопросу:

«Тексты не оставляют места для сомнения в использовании древними драгоценных камней, ставших фосфоресцирующими в результате покрытия их неизвестными нам растворами, содержащими фосфоресцирующие вещества. Хотя люминесценция в результате покрытия органическими окисляемыми материалами не может быть длительной, все же она может длиться несколько часов или дней и может возобновиться при повторном покрытии».

Использование светящихся в полумраке или в темноте драгоценных камней для украшения священных изображений усиливало эффект, оказываемый ими на зрителей, и возбуждало в них благоговейный трепет. Это засвидетельствовано ультрапротестантским путешественником Файнсом Морисоном, совершившим путешествие в Италию в 1594 году. При посещении Санта-Касы в Лорето ему и двум его спутникам-голландцам разрешили войти во внутреннюю часовню святилища, где, продолжает он, «мы увидели изображение Девы, украшенное драгоценными камнями; в часовне (чтобы усилить религиозный трепет) было темно, и все же драгоценные камни сверкали при свете восковых свечей». Хотя там речи не могло быть о естественным образом светящихся камнях, именно такое впечатление могло произвести это зрелище на более эмоционального путешественника.

Рассказывая о преданиях, касающихся светящихся камней, сэр Ричард Ф. Бертон [72]72
  Бертон Ричард Фрэнсис (1821–1890) – английский путешественник. Вместе с Дж. Спиком в 1854–1859 гг. исследовал Сомали, в 1858 г. открыл озеро Танганьика.


[Закрыть]говорит: «Должно быть, фантазии относительно повышенного влияния драгоценных камней на поддающихся гипнозу людей не лишены основания». После проведения опытов по психическому воздействию драгоценных камней на умы людей с высокочувствительной нервной системой вполне реально предположить, что некоторые легенды о светящихся камнях основаны на светопреломлении ограненных камней, благодаря чему слабый и отдаленный свет отражался от их поверхности и казался исходящим от них. Вполне возможно, в некоторых случаях для поддержания в верующих убеждения о чудесном свечении, источник света специально ставили так, чтобы скрытые лучи проходили через камень и казались исходящими от него.

Глава 6
ГАДАНИЕ НА ХРУСТАЛЬНЫХ ШАРАХ И МАГИЧЕСКИХ КРИСТАЛЛАХ

Имеются свидетельства использования в Средние века хрустальных шаров для предсказаний будущего, а пристальное разглядывание магических кристаллов отнюдь не было редкостью в греческий и римский периоды. Для осуществления подобного пророчества необходима какая-нибудь полированная поверхность, которую прорицатель внимательно разглядывал. Для этой цели использовались зеркала, шарики из свинца или ртути, полированная сталь, поверхность воды и даже лужицы чернил, причем с не менее удовлетворительным результатом, чем хрустальный шар. Точки света, отражающиеся от полированной поверхности, привлекали внимание созерцателя и приковывали его взгляд, пока постепенно зрительный нерв не уставал настолько, что переставал передавать зрительные образы извне и начинал отражать процессы, происходившие в мозгу созерцателя. Таким образом, впечатление, полученное изнутри, начинало казаться образом, пришедшим извне. Легко понять, что результаты очень зависели от чувствительности различных созерцателей, так как все гадание строилось на чувствительности зрительного нерва. Во многих случаях длительное разглядывание блестящей поверхности просто приводило к потере зрения, зрительный нерв временно парализовался и мало реагировал как на мысленные образы, так и на возбуждение извне. Однако иногда нерв лишь не реагировал на воздействие извне, но продолжал активно реагировать на сигналы, поступавшие из мозга. Все прорицатели почти неизменно утверждают, что перед тем, как появиться желанным видениям, кристалл, похоже, исчезал, и перед глазами поднималась дымка.

Ахейцы (греки), рассказывает Павзаний, [73]73
  Павзаний – греческий путешественник. Жил в I в. н. э.


[Закрыть]часто использовали зеркало, чтобы узнать, не грозит ли им болезнь или внезапная смерть. О храме Деметры, или Цереры, в Патрасе он пишет:

«Перед храмом Деметры находится колодец-бассейн. От храма его отделяет стена из каррарского мрамора, от которой широкой анфиладой к поверхности воды спускается мраморная лестница. Над колодцем сооружена изящная мраморная беседка. Здесь находится оракул, который отвечает не на все вопросы, но безошибочно определяет, умрет больной или выздоровеет. К верху беседки на тонких, ажурных цепях подвешивалось хрустальное зеркало, которое осторожно опускали в колодец, стараясь, чтобы вода не касалась его поверхности, а только ободка. На специальной площадке для молений и воскурения фимиама производился соответствующий ритуал, после чего оракул долго и напряженно вглядывался в зеркало и сообщал, умрет больной или выздоровеет. Такова сила правды, заключенная в святой воде храма Деметры».

Когда Лукиан, хитроумный и ироничный античный просветитель и атеист, описывал выдуманный им дворец короля Луны, он явно намекал на бассейн храма Деметры:

«И еще во дворце видел я настоящее чудо. Там над довольно мелким колодцем подвешено большое хрустальное зеркало. И любой, кто спускается к нему по ступеням храма, слышит каждое слово, сказанное на земле. И, поглядевши в зеркало, видит он каждый город и каждую нацию так ясно, как если бы смотрел с высоты. В то время, когда я там был, видел я родную страну и ее жителей. Не знаю лишь, видели ли они меня. Не уверен».

Лукиан не без иронии добавляет: «Любому, кто сомневается в этом утверждении, надо лишь поехать туда и самому убедиться, что я говорю правду». Поскольку никто еще не совершил путешествия на Луну, это утверждение так и осталось неоспоренным.

Из религиозных преданий древних мексиканцев известно, что у их бога Тецкатлипоки имелось волшебное зеркало, в котором он видел все, что происходило в мире. Его иногда называли Некокиатлем, «сеятелем раздоров», потому что он часто раздувал войны и ссоры между людьми. В то же время он также был властелином богатств и процветания, которые даровал и отбирал по собственной прихоти. Влиянию этого божества приписывали многие дурные предзнаменования и некоторые странные видения, о которых возвещал повторяющийся стук.

В орфической поэме «Литика» описан магический каменный шар. Он состоял из вещества, называемого «сидеритом» или «офитом», и, говорят, был черным, круглым и тяжелым. Вероятно, он был металлическим, а не каменным. Говорят, Хеленус, троянский прорицатель, с его помощью предсказал гибель родного города. Он постился двадцать один день, а потом завернул шар в мягкую ткань, как ребенка, и приносил ему жертвы, пока чудом его молитв «живая душа не согрела драгоценное вещество».

О странном способе предсказания будущего с помощью зеркал, поставленных на головы мальчиков, которые, с завязанными глазами, должны были различать формы или знаки каких-либо очертаний в зеркале, пишет римский историк Спартиан в «Жизни императора Дидия Юлиана» (133–193). Говорят, этот правитель прибег к такой форме прорицания, и мальчик, которому была доверена эта задача, сообщил о приближающемся восшествии на трон Септимия Севера (146–211) и свержении Дидия Юлиана.

У древних евреев существовало верование в предсказание будущего с помощью серебряного кубка, что описано в истории Иосифа и его братьев. В Книге Бытия написано, что Иосиф положил в мешок с зерном, выращенным Вениамином, серебряный кубок, собираясь просить за это возвращения своих братьев. Но, передумав, послал вдогонку гонцов и попросил вернуть кубок со словами: «Мой господин не пьет из него, но на чем же он будет гадать?»

Арабский писатель Али Абу Гефар рассказывает о золотом шаре, используемом «магами, последователями Зороастра» при их прорицаниях. Шар был инкрустирован небесными символами и украшен сапфирами, и один из этих магов, привязав его к ремню из бычьей кожи, вращал его, одновременно произнося всевозможные заклинания. Вероятно, маг, уставившись на блестящий крутящийся шар, постепенно впадал в гипнотический транс, во время которого ему являлись видения. Потом он их истолковывал тем, кто просил его предсказать будущее или хотел получить информацию относительно событий, происходящих где-то далеко.

Важные побочные сведения о верованиях Западной Европы V века в гадания с помощью магических кристаллов содержатся в одном из канонов собора, созванного примерно в 450 году святым Патриком и епископами Ауксилиусом и Изернанусом. В нем предписывается, чтобы любой христианин, которые верит в ламию (колдовство) в зеркале, подлежал анафеме и не мог вернуться в лоно церкви, если не откажется от своих верований и не понесет возложенное на него наказание. В этом случае, как и во многих других, считалось, что видение в хрустале или в зеркале является не каким-нибудь прошедшим или настоящим событием, а есть образ злого духа, который знаками или словами передает смотрящему сведения, которые тот хочет получить.

Говорят, способностью видеть образы злых духов обладали те, кого в IX веке называли гидромантами. Это подтверждается в работе, написанной примерно в 860 году Гинкмаром, архиепископом Реймса, который трактует предполагаемые видения как «образы или козни демонов». Эти прорицатели утверждали, что получали от духов звуковые сообщения, и, очевидно, верили, будто видения – это и есть реальность.

Хотя, как мы видели, для гадания использовались многие различные материалы, предпочтение часто отдавалось полированным шарам из берилла; позднее, однако, стали применять горный хрусталь.

В своем введении к книге Н.У. Томаса «Пристальное смотрение в кристалл» Эндрю Лэнг [74]74
  Эндрю Лэнг (1844–1912) – шотландский литератор и ученый, занимался изучением мифологии и религии.


[Закрыть]писал о том, что он называл гипнотическими иллюзиями, – об образах, которые появляются, когда глаза закрыты, а сон еще не наступил.

Лица, являвшиеся ему в таком состоянии, всегда были незнакомыми, за одним исключением: однажды он увидел свой собственный профиль. То же самое неизменно относилось к пейзажам и неодушевленным предметам. Эти фигуры, казалось, вырастали из ярких цветных точек, которые появлялись, когда глаза закрыты, и Лэнг предполагал, что такое же происхождение имели и видения, являвшиеся «прорицателям», – а именно возникающие изображения из темных или светлых точек в стекле.

По этому вопросу имеется интересный пассаж в работах Ибн Халдуна, персидского историка и философа, родившегося в 1332 году, дающего следующий, очень смелый анализ феномена, сопровождающего пристальное смотрение в кристалл:

«Некоторые полагают, что изображение, различаемое таким образом, принимает формы на поверхности зеркала, но они ошибаются. Прорицатель неотрывно смотрит на поверхность, пока она не исчезает, и между ними, как туман, встает завеса. На этой завесе появляются образы, которые он хочет увидеть, и они дают ему указания, как ответить на поставленный вопрос, утвердительно или отрицательно. Потом он описывает свои ощущения так, как их получил. Прорицатели, находящиеся в таком состоянии, не видят в зеркале ничего реального. Это еще один вид восприятия, рожденный и осуществляемый не зрением, а мозгом».

Что же касается характера и качества используемого хрусталя, аббат Тритхейм, учитель знаменитого Корнелия Агриппы, [75]75
  Генрих Корнелий Агриппа фон Неттесгейн (1486–1535) – натурфилософ, богослов, гуманист эпохи Возрождения. Молва несправедливо обвиняла его в занятиях чернокнижием, колдовством, дружбой с дьяволом. На самом деле он всегда отмежевывался от колдунов и шарлатанов.


[Закрыть]говорит:

«Достаньте хороший, чистый, прозрачный хрусталь размером с небольшой апельсин, то есть примерно полтора дюйма в диаметре; сделайте его шарообразным или округлите его так, чтобы получить красивый и чистый, без помутнений или пятен кристалл. Поместите кристалл наполовину в оправу из тонкой пластины чистого золота и укрепите его на подставку из слоновой кости или черного дерева. Обведите хрусталь окружностью, а потом выгравируйте имя-тетраграмму. На другой стороне пластины выгравируйте имена четырех ангелов, управляющих Солнцем, Луной, Венерой и Меркурием: Михаил, Гавриил, Уриэль и Рафаил».

Четыре буквы, составляющие тетраграмму, – это еврейские письмена «юд», «гей», «вав» и «гей». Так как это божественное имя считалось в позднем иудаизме слишком священным, чтобы его произносить всуе, оно при чтении Священного Писания заменялось словом «Господь» (adonai). По этой причине, когда в текст вставлялись гласные буквы, чтобы указать на традиционное произношение, согласные Yhwh дополнялись гласными слова «adonai», и поэтому христианские ученые читали это имя как «Иегова».

Персидский поэт Джами в поэме «Саламан и Абсаль» писал о волшебном зеркале:

 
Затем мудрый визирь своим тайным искусством
Сделал магическое зеркало, подобное
Лону премудрого рассудка,
Отражающее в своем таинственном круге
Все заключенное внутри семикратно
Сложенного объема мира,
И, глядя в поверхность зеркала,
Шах видел лицо своего желания.
 

Роджер Бэкон (1214–1292) был, вероятно, самым одаренным человеком XIII века, а его работы свидетельствуют о необыкновенно ясном понимании основных принципов научного исследования. Однако его истинное величие не было целиком понято при его жизни, и народная фантазия сплела вокруг его имени множество легенд, в которых он изображался могущественным волшебником и магом. В любопытной старинной работе под названием «Знаменитая история монаха Бэкона» приводится ряд странных рассказов, бытовавших в Англии, о замечательных качествах Бэкона.