355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джон Марко » Великий план » Текст книги (страница 8)
Великий план
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 11:09

Текст книги "Великий план"


Автор книги: Джон Марко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 48 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

6
Герцоги-близнецы

Лорла не знала своей фамилии.

Она не знала, были ли у нее братья и сестры, не знала, кто были ее родители и почему они отдали ее в лаборатории. Она сохранила о них только смутные воспоминания, и это было все. Ее мать, которую она вспоминала туманно, словно во сне, была женщиной невысокой и не слишком привлекательной. Ее отец был толстый, с темными волосами. Большего она просто не могла вспомнить, и порой это ее тревожило – обычно тогда, когда она чувствовала себя одинокой, а в последнее время такое случалось все чаще и чаще. По пути на Драконий Клюв ей порой начинало казаться, что те отрывочные воспоминания – это единственное, что у нее есть.

Много дней подряд в темном небе не видно было просветов. Дэвн, ее немногословный проводник, ехал быстро, чтобы опередить бурю, но они все равно попадали под холодный дождь, и Лорла часто начинала дышать на руки, чтобы не дать им замерзнуть. Она бежала из Гота в шерстяном плаще и толстых перчатках, но они направлялись на север, и приближалась зима. Вскоре похолодает настолько, что продолжать путь станет невозможно. Лорла мечтала о горячей еде и теплом ночлеге. Ни в одной из попадавшихся на пути деревень они не останавливались. Лорла решила, что ее дело настолько важно, что она не может рисковать встречей с кем бы то ни было, и пряталась в лесу, пока Дэвн покупал провизию. Каждую ночь они устраивали лагерь под беззвездным небом, разводя очень маленький костер, чтобы не привлечь ничьего внимания. Лорле надоели маленькие костерки. Ей хотелось посидеть у жаркого пламени.

Стараясь спрятать лицо от ветра, Лорла опустила капюшон плаща на рот и нос. Она ненавидела холод. Ее учителя предупреждали ее, что у нее хрупкое тело и что зима для нее особенно опасна. Она гадала, ощущает ли Дэвн холод: может быть, это ее странное тело создало мороз в ее собственном воображении?

Пони, которому она дала имя Фантом, был теплый, и Лорла приникала к нему, как можно ниже наклоняясь к его холке. Фантом оказался хорошим спутником, и Лорла надеялась, что сможет оставить себе это животное, когда они доберутся до Драконьего Клюва. В лабораториях у нее практически ничего не было, а вот Локкен обращался с ней хорошо, как с собственной дочерью. Но сейчас герцог уже наверняка погиб. И герцогиня Карина тоже. Известий из Гота не было – даже в тех деревнях, куда заезжал Дэвн. По крайней мере так он ей говорил. Лорла сощурила глаза, глядя на Дэвна. После посещения очередной деревни Дэвн странно затих. Лорла хотела было начать его расспрашивать, но потом удержала себя. Дэвн получил приказ сопровождать ее – и больше ничего, так что он не делал попыток утешать ее или хотя бы с ней разговаривать. Лорла решила, что для ее дела так даже лучше.

В чем бы ни заключалось ее дело.

«Я доберусь до Драконьего Клюва, и там буду жить в тепле, – пообещала себе она. – И там будет герцог, который обо мне позаботится. Локкен сказал, что так будет».

Она гадала, окажется ли герцог Энли таким, как Локкен, будет ли Драконий Клюв похож на Гот. Она обожала Гот. Город-крепость был чудесным местом, где она прожила целый год – это было как праздник. Как это было непохоже на военные лаборатории и ужасных женщин, которые ее растили! Однако Лорла знала, что у всего этого была цель. Она была кем-то очень особым. В лабораториях очень любили слово «предназначение». Лорле говорили, что у нее есть предназначение, и при мысли об этом девочка выпрямлялась в седле. Какие бы планы ни предназначил для нее господин, она его не подведет.

Однако ее мысли вскоре отвлеклись на другое. В Готе были другие дети, с которыми она могла общаться, и хотя разумом она была намного старше их, ей их не хватало. Она гадала, есть ли дети в Драконьем Клюве. Может, мальчик ее возраста…

Лорла оборвала свои грезы и резко выговорила себе за мечтательность. Ее возраста! Что это, в сущности, должно означать? Она легко могла подсчитать годы, но этот подсчет терял смысл, как только она смотрела на свое остановившееся в росте тело.

«Прекрати!» – приказала она себе. Ей нужно собраться – так, как ее научили. Она реагирует на холод. Ее предупреждали, что так может получиться. Она заставила себя отбросить фантазии и начала отогревать пальцы дыханием. Ей хотелось остановиться и разжечь костер, но был еще день, и впереди их ждал долгий путь. Дэвн сказал, что они могут к сумеркам добраться до Драконьего Клюва.

– Горячий чай, – пробормотала она. – Горячий, с медом. И хлеб.

Она рассмеялась. Можно придумать еду и получше. Она представила себе накрытый пиршественный стол в зале из теплого дерева с пылающим жарким очагом. Лорла тихо вздохнула, радуясь этой игре. Несмотря на возраст, она сохранила детское воображение, хотя и ощущала пробуждение ума и тела: в этом возрасте у большинства девочек уже наступает созревание. Тело Лорлы было слишком неразвито, чтобы вступить в женский цикл, но кое-какие любопытные особенности у него были. Ей снова вспомнилось, что говорили в лаборатории: она – особенная.

К великому огорчению Лорлы, той ночью они не добрались до Драконьего Клюва. Солнце скрылось за густыми облаками, ускорив наступление сумерек, так что пришлось найти место для ночлега у дороги. Дэвн тесаком расчистил место среди кустарника, а потом заставил лошадей затоптать высокую сухую траву. Он разжег костер – на этот раз большой, Лорла настояла на этом – и приготовил ужин из хлеба и сухой колбасы, деликатеса, который он купил в последней деревне. Поскольку Драконий Клюв был уже рядом, они не экономили, а поели досыта, и Лорла крепко проспала до утра.

Когда они снова тронулись в путь, с севера дул ужасный ветер. Солнце светило, не давая тепла, превратившись в бледное пятно на сером горизонте. Лорла прижималась к шее Фантома, ища уюта. Дорога быстро стала унылой. Здесь, на севере, зима уже оголила деревья, и они казались обугленными и безжизненными. Страх Лорлы становился все сильнее. Никто не рассказывал ей о Драконьем Клюве, но это мистическое название породило в ее воображении совсем иной образ, так что реальность ей совсем не понравилась. Локкен сказал только, что Драконий Клюв находится очень далеко на севере, что там часто бывает много снега и что он имеет форму длинной драконьей морды, протянувшейся далеко в море. Это было единое королевство, которым управляли два герцога, близнецы Энли и Энеас. У каждого из герцогов был свой собственный замок. Замок герцога Энли находился на нижней челюсти дракона. Замок его брата – на верхней. Лорла представила себе сказочные башни и витражи, но унылые окрестности скорее наводили на мысль о паутине и запустении.

Они ехали еще примерно час, пока наконец Лорла не ощутила запах моря. Дорога раздвоилась. Дэвн остановил коня. Дорога поросла деревьями, и оба ее ответвления выглядели одинаково непривлекательно. Он оглянулся через плечо на Лорлу.

– Драконий Клюв, – объявил он. Лорла скривилась.

– В которую сторону?

– В обе. Мы поедем по южной дороге, к Энли. Северное ответвление ведет к Энеасу. У Лорлы была тысяча вопросов.

– Ты знаешь Энли, Дэвн? Какой он? Как всегда, Дэвн ничем ей не помог.

– Я никогда не видел герцога, – ответил он. – Я никогда не бывал на Драконьем Клюве.

– Здесь тихо, – заметила Лорла. Она посмотрела впег ред, но увидела только полог мертвых ветвей, сомкнувшихся над дорогой. – А где люди?

– Им хватает ума укрываться от холода. А теперь кончай говорить, чтобы мы тоже смогли это сделать.

Не дожидаясь ее, Дэвн погнал коня по дороге. Фантом постарался не отстать, и вскоре они уже ехали к Энли. Деревья стали выше, уходя вершинами к небу: непролазный дом для большеглазых зверьков и огромных граклов с черным оперением. Лорла смотрела вверх, изумляясь переплетению ветвей у себя над головой. Ветер слегка стих – его гасили густые деревья. Сверху летели коричневые листья, сухие и мертвые, подхваченные дыханием ветра. Он был солоноватый, пропитанный морской водой. Лорла облизала губы и ощутила вкус соли. Когда полог ветвей немного поредел и показалось небо, она увидела ожидавшее их одеяло грозовой тучи.

– Дэвн! – испуганно спросила она. – Сколько осталось до замка?

Дэвн пожал плечами:

– Не знаю.

– Будет дождь. Сильный.

В следующую секунду хлынул ливень. Вода быстро залила дорогу, превратив ее в густую грязь. Лорла пыталась разглядеть Дэвна сквозь водяную завесу.

– Едем! – крикнул он. – Наверное, уже близко!

Лорла дрожала под промокшей насквозь одеждой. Пальцы в перчатках превратились в сосульки. Фантом уверенно шел сквозь ливень, следуя за конем Дэвна. Небо расколола вспышка молнии, и загремел гром. Лорла закрыла глаза, изо всех сил желая прогнать грозу, – но за свои труды была вознаграждена еще одним ударом молнии. Она заставила Фантома догнать Дэвна.

– Может, нам остановиться? – спросила она.

Великан помотал головой.

– Это ненадолго. – Он посмотрел на нее сквозь дождь и улыбнулся. – Не бойся. Это всего лишь гром.

– Я не боюсь, – соврала она, не желая, чтобы он счел ее трусихой. – Просто я промокла. И замерзла, и устала ехать. Найди замок, Дэвн.

Дэвн иронически ей поклонился.

– О да, миледи. А что я, по-вашему, пытаюсь сделать?

Они поехали по узкой дороге молча. Под копытами лошадей хлюпала грязь. Наконец дождь немного ослабел.

– Вот! – объявил Дэвн. – Смотри.

Лорла посмотрела туда, куда показывал Дэвн. На холме, окутанный туманом, стоял замок из красного камня. Лорла всмотрелась в даль. Замок оказался высоким и темным, и он пугал. По охватившей ее грусти она поняла, что это унылое зрелище – дом Энли. Герцог Драконьего Клюва жил не в сказочном дворце, который она себе вообразила, а в безнадежном кошмаре из холодного кирпича и темных окон – в одной монолитной башне, выраставшей из земли. Даже на прекрасном фоне моря это было неприятное зрелище: будто башня передразнивала океан своей уродливой огромностью. Лорла закусила губу – и тут заметила на вершине башни флаг.

– Дэвн, смотри! Он поднял Свет Бога! Видишь?

Дэвн был сдержан.

– Я его вижу, – ответил он. Чувствовалось, что он рассчитывал увидеть на Драконьем Клюве Черный флаг прежней империи. – Но я все равно доверяю Локкену, девочка. Раз он захотел, чтобы ты оказалась здесь, значит, ошибки нет.

– Но…

– Верь ему, Лорла, – сказал он, а потом со смехом добавил: – Ты скоро снова сможешь согреться! А я сегодня смогу спать с настоящей женщиной!

Это оскорбление ударило ее словно ледяная пощечина. «С настоящей женщиной»! Что это должно означать? Она возмущенно посмотрела на солдата, но он, похоже, ее не понял. Дэвн повернулся и пустил своего коня рысью к стоящему на холме замку. Когда он заметил, что Лорла за ним не последовала, он повернулся и помахал ей рукой:

– Едешь? Или предпочтешь утонуть здесь?

– Утонуть, – пробормотала она. Внезапно все, что угодно, показалось ей предпочтительнее этого замка. Но она замерзла и измучилась, и это заставило ее тряхнуть поводьями. Получив команду, Фантом рванулся вперед. Казалось, маленькому пони не меньше Дэвна хочется выбраться из-под дождя. Ближе к замку дорога стала немного шире, и показались какие-то домишки, лавки. У всех были закрыты ставни, и людей нигде не видно было. Кое-где в окнах тускло горели свечи. Лорла чувствовала на себе взгляды невидимых глаз, но всякий раз, когда она поворачивалась, наблюдатели исчезали.

Добравшись до холма, она обратила внимание на растущие вдоль дороги сосны: огромные стражи, которые возвышались над головой и отбрасывали в слабом свете кривые тени. Серый гравий дороги хрустел под копытами лошадей. Холодный дождь шел не переставая. Сквозь струи воды Лорла увидела ворота замка. Они уже поднялись высоко на холм, и раздраженный океан плескался далеко внизу. У входа стояли два стражника. Они были закованы в уродливые черные доспехи, лица скрывались под забралами ящероподобных шлемов. В руках они сжимали острые алебарды. Лорла подняла голову к башне замка. Она заметно наклонялась, словно собиралась рухнуть. На карнизах сидели химеры, из которых били струи дождевой воды, цементные швы щетинились упругим лишайником, превращавшим красный кирпич в желтый. Деревянные ворота на петлях были плотно закрыты. Оба стражника устремили на приезжих строгие взгляды. Дэвн выехал вперед и поднял руку в знак мирных намерений.

– Мы из Гота! – крикнул он стражникам. – Я – Дэвн из города-крепости и прибыл, чтобы повидать вашего герцога. Стражники кивнули.

– Спешьтесь, – приказал один из них.

Он шагнул вперед, пока его товарищ открывал ворота. Дэвн слез с коня, велев Лорле сделать то же. Стражник взял у него поводья и посмотрел на Лорлу, которая не решила, доверяет ли она ему.

– Ну же, Лорла, – поторопил ее Дэвн. – Слезай, чтобы нас пропустили.

Лорла слезла со спины Фантома, отдала поводья латнику, глядевшему на нее вопрошающим взглядом, и поспешно подошла к Дэвну. Тем временем второй стражник открыл ворота, из которых пролился поток оранжевого света от факелов. Большего приглашения Лорле не понадобилось.Она вошла – и оказалась в большом помещении из серого камня, где расхаживали вооруженные мужчины. Они разговаривали между собой и смеялись. В дальнем конце зала двигались несколько женщин. Заметив Лорлу, они приостановились, чтобы посмотреть на нее: появление ребенка их явно изумило.

– Подожди здесь, – приказал охранник. – Я скажу герцогу Энли о вашем приезде.

– Думаю, он нас ждет, – сказал Дэвн. Оглядевшись, он добавил: – Нам бы сесть и отдохнуть.

– Я уверен, что герцог быстро спустится, – ответил солдат. – Он сам позаботится о том, что вам нужно. Подождите пока.

Дэвн и Лорла проводили солдата взглядами. Они были обижены его неприветливостью, но все равно были рады укрыться от дождя. Лорла подошла к огромному факелу в стене и поднялась на цыпочки, чтобы погреть руки. Стянув с них намокшие перчатки, она стала растирать пальцы. Они плохо двигались и посинели от холода. С волос стекала холодная вода, попадая за шиворот, и Лорла с надеждой подумала, что у герцога найдется для нее одежда. Она сбросила с плеч грязный плащ и почувствовала его неожиданную тяжесть: он был насквозь пропитан водой. Поблизости Дэвн разговаривал с солдатами. Лорла решила, что они выглядят довольно странно, но их причудливые шлемы ей понравились. Кованые забрала напоминали головы драконов, на каждом были выгравированы чешуйки, а глаза изображали два полированных обсидиана. Латы у них были зазубренными и черными – как у легионеров Нара, но массивнее и стучали громче. Лорла смотрела, как солдаты расхаживают, лязгая железом, и звук ей нравился.

– Лорла?

Услышав свое имя, она вздрогнула. К ней приближался высокий худой мужчина с грязными волосами и широкой улыбкой. Он был одет не как солдат: на плечах у него был теплый плащ из волчьего меха. Он направлялся прямо к ней, протягивая руку. Дэвн встал между ними.

– Вы герцог? – непочтительно спросил он. Мужчина ухмыльнулся Дэвну, но не ответил. Он вытянул шею и посмотрел через его плечо на Лорлу.

– Лорла, да? – спросил он. – Как ты, дитя?

– Хорошо, сэр, – ответила Лорла.

Она осмотрела незнакомца с ног до головы. У него оказалось славное лицо. Дэвн гулко кашлянул. Мужчина посмотрел на него.

– Да, ты ее телохранитель. Добро пожаловать вам обоим.

– Меня звать Дэвн, – холодно сказал Дэвн. – Из Гота. Вы – герцог Энли?

– Нет, я не герцог, – ответил мужчина. – Меня зовут Фарен. Я слуга герцога и пришел за вами. Герцог очень доволен, что вы приехали. Он хочет видеть вас сейчас же.

– Нам можно чего-нибудь выпить? – встревоженно спросила Лорла. – Горячего чаю?

– К чему все эти солдаты? – спросил Дэвн. – Что-то происходит?

Фарен прошел мимо Дэвна, не обращая на него внимания, и опустился на одно колено, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с головой Лорлы.

– Чаю у нас сколько угодно, милая Лорла. И свежего молока тоже. Если хочешь, я прикажу горничным его принести.

Лорла постаралась не поморщиться. Молоко – это для младенцев.

– Просто чаю, пожалуйста, – сказала она. – Если вы не возражаете.

– Все, что пожелаешь, – заявил Фарен. Он невообразимо широко улыбался. – Пойдем. Давай снимем с тебя эти мокрые вещи и наденем что-нибудь сухое.

Он протянул Лорле руку. Когда она не приняла ее, его улыбка погасла.

– Где герцог? – спросил Дэвн.

– Я проведу вас к нему. Сюда, пожалуйста.

Лорла бросила на Дэвна вопросительный взгляд, но гигант только пожал плечами. Они вышли вслед за Фареном из большого зала и проследовали мимо кухонь, полных чудесными ароматами. Их ждал еще один огромный холл – в этом оказалось множество дверей из тусклого дуба. Одна из них была открыта. В проеме Лорла увидела пляшущие тени от огня. Запах потрескивающей ольхи позвал ее вперед. Фарен остановился на пороге, приглашая Лорлу войти.

– Это гостиная герцога. Входи, пожалуйста. Герцог очень скоро выйдет.

Лорла прошла в комнату: ее, как мотылька, тянуло к пылающему в камине огню. Такой уютной комнаты она еще никогда в жизни не видела: с книжными шкафами, полными рукописей, и большими мягкими креслами из потертой кожи. В комнате пахло стариной и дорогим табаком. На одном из столиков лежала трубка, полная золы. Но самым заметным был портрет над камином: огромное изображение двух молодых людей, каждый из которых был зеркальным отражением другого. Они сидели верхом на конях, и оба были в великолепных доспехах. Головы у них были обнажены, на перевязях висели мечи. Это была великолепная картина.

– Пожалуйста, подожди здесь, Лорла, – сказал Фарен. – Герцог очень скоро сюда придет. А пока я скажу горничной, что нужно принести чаю и печенья, да?

– Спасибо, – сказала Лорла.

– Мне бы тоже хотелось чаю, – кисло заявил Дэвн. – Если это вас не слишком затруднит. Фарен ответил:

– По правде говоря, сэр Дэвн, герцог хотел бы сначала переговорить с вами наедине. Не пройдете ли за мной?

– Дэвн? – встревоженно спросила Лорла.

– Все в порядке, девочка, – сказал Дэвн. – Оставайся здесь. Я вернусь с герцогом. Пей свой чай с печеньем. – Тут он посмотрел на Фарена. – У вас найдется для девочки одежда? Она промокла до нитки.

– Конечно, – ответил Фарен. – Лорла, будь как дома. Я найду для тебя сухую одежду.

Лорла тихо попрощалась, а потом стала рассматривать великолепную комнату. На столе лежали безделушки – старинные кольца с помутневшими камнями, десятки пыльных книг… Их хватило бы на сотню лет. Лорла обожала читать. Она проглотила все книги и манускрипты в лабораториях – по крайней мере те, которые ей позволялось читать, – и проглотила всю библиотеку Локкена. Ей хотелось надеяться, что герцог Энли разрешит ей читать его книги, а не будет жадничать и оставлять их только для себя. В одном из больших кресел лежал алый плед. Когда она прикоснулась к нему, ткань запела ей о тепле. Она оказалась мягкой, как кожа кресел, и Лорла поднесла ее к лицу, уткнулась в нее носом и принюхалась. Плед пропитался запахами комнаты. Дрожа, Лорла сбросила с себя промокшую одежду, бросая ее на пол. Она быстро прыгнула в кресло, и ее крошечное тело утонуло в его объятиях. Кожаная подушка заскрипела и обняла девочку. Лорла укрылась пледом и рассмотрела комнату с новой позиции, Ее внимание снова привлекла картина над камином. Лорла долго на нее глядела. Ей понравились кони, а вот относительно людей она не была уверена.

Вошла горничная и поставила на столик рядом с Лорлой чайник с чаем. Заметив на полу груду мокрой одежды, горничная пообещала Лорле принести что-нибудь сухое. Она приветливо налила Лорле чашку чаю и вложила ее в ее крошечные руки, а потом подставила ей под нос тарелку со сладко пахнущим печеньем. Лорла выбрала самое большое и положила себе в рот. Удерживая печенье зубами, она грела руки о чашку. Горничная с улыбкой ушла, предоставив Лорле снова думать о картине. Она быстро согревалась, и это было приятно. Ее охватила сонливость, и глаза у нее начали слипаться. Она смотрела на портрет, и веки ее смыкались…

– Тебе нравится эта картина? – прогудел чей-то голос.

Вздрогнув, Лорла проснулась – и из чашки, которая осталась у нее в руках, выплеснулся чай. Она виновато посмотрела на расплывающееся по пледу пятно, а потом перевела взгляд на стоящего на пороге человека. Это был не Фа-рен, а гораздо более внушительный мужчина – широкоплечий, с черными волосами и блестящей черной бородой. У него было суровое лицо, а когда его взгляд на чем-то сосредоточивался, глаза у него горели. Сейчас его взгляд был сосредоточен на Лорле.

– Извините, – проговорила Лорла виновато. Она поставила чашку на столик и вскочила с кресла, успев обернуть плед вокруг своего обнаженного тела. Неожиданно она почувствовала смущение. – Я испортила плед.

– Ну, это всего лишь плед, – ответил мужчина.

Войдя в комнату, он закрыл за собой дверь. Их сразу же обволокла странная тишина. Лорла внимательно рассматривала незнакомца.

– Кто вы? – спросила она.

– Я – герцог Энли, господин Красной башни. – Он попытался улыбнуться, но у него получилась только ц, кривая усмешка. – Ты моя гостья. Пока.

Герцог Энли подошел ближе, пристально разглядывая Лорлу. В оранжевом свете камина его черная борода поблескивала, а камни в перстнях переливались. Как и Фарен, он был одет в плащ, защищавший от холода, – длинное одеяние густо-красного цвета, застегнутое у горла золотой пряжкой, сверкающей клыкастой головой дракона. У герцога оказались большие руки, которые он протянул Лорле в приветственном жесте.

– Маленькая Лорла! – проговорил он. – Я рад, что ты благополучно до нас добралась. Я тебя ждал. И погода заставила меня тревожиться.

Лорла кивнула:

– Было холодно.

– Холодно? – рассмеялся герцог. – Это не холод, девочка. Для меня это как лето. Но – да, ты выглядишь плохо. Фарен приказал найти тебе одежду, и тебе приготовили теплую постель.

– Спасибо, сэр.

Герцог смотрел на нее сверху вниз, и в глазах его горело любопытство.

– Сколько тебе лет? – спросил он. – Семь? Восемь?

– Почти шестнадцать! – возмущенно ответила Лорла. Глаза герцога широко раскрылись.

– Шестнадцать? Боже всемогущий, тебе не дашь больше восьми! Клянусь, ни на день больше!

Он присел, чтобы осмотреть ее более внимательно, и провел пальцем по щеке, словно гладил прирученного зверька.

– Поразительно! – тихо засмеялся он. – Поистине поразительно!

– Герцог Энли, где Дэвн? – спросила Лорла.

– А, ну… – Герцог убрал от ее лица палец и снова попытался улыбнуться. – Дэвн уже отдыхает, Лорла. По правде говоря, я хотел поговорить с тобой наедине.

– Наедине? Но Фарен сказал…

– Знаю, – прервал ее герцог. Он махнул рукой в сторону кресла. – Сядь, Лорла.

Лорла послушалась, опасливо наблюдая за герцогом. Он долго молчал и о чем-то думал, а потом со вздохом взял со столика трубку. Взяв ее в зубы, он уселся на соседнее кресло. Покусывая мундштук, он наблюдал за Лорлой, как завороженный. Лорла видела его изумление.

«Я особенная», – мысленно напомнила она себе.

– Я хочу, чтобы ты не тревожилась о Дэвне, – сказал наконец герцог. – Он привез тебя сюда, и я ему за это благодарен. Но его дело сделано. Я отправлю его отсюда.

Лорла поморщилась:

– Герцог Энли, я не уверена, что я вам доверяю. Энли расхохотался:

– Боже правый, ты разговариваешь не как восьмилетняя девочка, а? Ты подозрительна, как твой господин. – Он вынул трубку изо рта и ткнул в ее сторону мундштуком. – Теперь я вижу, почему ты нужна Бьяджио. Ты красотка, правда? И умненькая.

– Спасибо, – сухо ответила Лорла.

Она не была уверена в том, что получила комплимент.

– А что с глазами? Почему они у тебя не синие?

– Не знаю, – сказала Лорла. – А они должны были быть синими?

– Что именно ты о себе знаешь, девочка? Что именно они тебе сказали?

Его вопрос раздосадовал Лорлу. У нее не было настоящих воспоминаний – только какие-то бессвязные обрывки. Большей частью тени и ощущения.

– Мне шестнадцать, а выгляжу я на восемь, – ответила она. – Я замерзаю, даже когда тепло. Я прекрасно помню герцога Локкена. Мне понравилось в Готе. А больше я ни о чем не могу говорить. Лаборатории – это место тайное.

Улыбка Энли стала злобной.

– О да. Я слышал про военные лаборатории Бовейдина. А твои родители? Какие они были?

– Не знаю. Не помню. Это важно?

– Нет, наверное, – сказал Энли. – Важно то, что мы с тобой собираемся сделать, маленькая Лорла. То, что мы вскоре сделаем, навсегда определит судьбу империи. – Он подался вперед, не вставая с кресла, и его голос перешел в заговорщический шепот. – Как ты себя чувствуешь, зная это?

– Нормально, – ответила Лорла. Она ничего не чувствовала и пыталась понять почему. Ей хотелось угодить господину. И это было все. – Я здесь для того, чтобы выполнить пожелания господина, – сказала она. – Мне обещали, что вы мне поможете. Вы мне все объясните, да?

– О да! – сказал герцог. – Скажи мне вот что, Лорла. Ты когда-нибудь видела Бьяджио?

– Нет, сэр.

– И все-таки он – твой господин? Ты в этом не сомневаешься?

– Нет, сэр, – ответила Лорла, удивленная его вопросом. – Он же Господин!

– Да, – вздохнул Энли, – конечно. – Казалось, он замкнулся в себе. – Ты великолепна, – пробормотал он. – Просто безупречна…

– Герцог Энли, я смогу прочесть эти книги? Я хотела сказать – можно мне их читать?

– Если хочешь, – ответил Энли. – Ты немного здесь поживешь. Чувствуй себя как дома. Мне нужно кое-что здесь сделать, прежде чем везти тебя в Нар.

– В Нар? Я поеду в Нар?

– Не сразу. Я сначала должен кое с чем разобраться. Через месяц-другой… Но – да, ты поедешь со мной в Нар.

Лорла откинулась на спинку кресла. Это известие ее потрясло. Она не видела Черный город уже больше года – с тех пор как переехала из военных лабораторий к герцогу Локке-ну. И она никогда толком не знала Нара. В лабораториях почти не было окон. Окна существовали для старших – для работников. Мысли Лорлы неслись вихрем. Какие великие дела нужны от нее господину?

– Я давно не была в Наре, – мечтательно проговорила она. – С тех пор как уехала в Гот. Я рада, что вернусь туда. Герцог Энли нахмурился:

– Это будет трудно, Лорла. То, что нужно от тебя Бьяджио, – это не пустяк. Ты должна быть абсолютно предана делу. Тебе это понятно?

– Конечно! – бросила в ответ Лорла. – Я знаю, кто я такая, герцог Энли. Я совсем особенная.

– Это определенно так, – согласился Энли. – Я видел: когда я вошел, ты смотрела на картину. Ты знаешь, кто эти два человека?

– Да, – ответила Лорла. Она снова посмотрела на портрет, выискивая сходство. – Который из них вы?

– Слева. Не то чтобы это имело значение. Мой брат до сих пор мой полный близнец, даже сегодня. – Губы Энли скривились от отвращения, когда он посмотрел на портрет. – У Энеаса на щеке шрам. Присмотрись внимательно – и ты его увидишь. Это единственное отличие между нами. Это и Ренессанс.

– Ваш брат тоже живет в замке: так мне сказал герцог Локкен. Он тоже красный, как этот?

– Нет, – сказал Энли. – Энеас живет в Серой башне напротив через залив. Из некоторых окон ее можно увидеть. Мы правим половинами Драконьего Клюва порознь. Так было всегда, даже когда был жив Аркус. – Герцог пристально посмотрел на Лорлу. – Ты знаешь, кто такой Аркус?

Это был глупый вопрос. Лорла демонстративно откашлялась.

– Аркус Нарский, Аркус Великий. Аркус, основатель Черного Ренессанса. Зверь Госса, Чума Криисы. Победитель…

– Хорошо-хорошо! – рявкнул Энли, прижимая ладони к ушам. – Я не хотел тебя обидеть, девочка. Просто пытался понять, с кем… или с чем я имею дело. Но с тобой это, наверное, часто бывает, да? Люди тебя недооценивают?

– Наверное, – ответила Лорла. – Я с виду не такая, как на самом деле. – Она снова посмотрела на картину. – Сколько вам здесь лет, вам и вашему брату?

– Двадцать, – ответил Энли. – Я это помню, потому что мать заказала этот портрет себе на день рождения. Ей хотелось получить что-то от нас вместе. – Герцог вздохнул. – Тогда мы не питали друг к другу ненависти.

– Вы ненавидите своего брата? – спросила Лорла. – По-настоящему?

– Дьявол побери, да! – подтвердил Энли. – Для столь знающей девочки ты удивительно невежественна. Все в Наре знают о герцогах-близнецах с Драконьего Клюва.

Лорла нахмурилась:

– А я нет.

– Ну, я не намерен ничего тебе объяснять. Это дело личное и не имеет никакого отношения к твоему заданию. Оно касается только Эррита. – Энли резко оборвал себя. – Эррит, епископ. Ты о нем знаешь, надеюсь?

Лорла кивнула.

– Господин отправил меня в Гот из-за епископа, – ответила она. – Когда император Аркус умер, мне надо было бежать из лабораторий. Господин отправил меня к герцогу Локкену, чтобы меня защитить. Но он поднял флаг старого Нара, и его убили. – Лорла пристально посмотрела на Энли. – Он не стал поднимать Свет Бога. Как это сделали вы.

– Свет Бога – это мерзость, – заявил герцог. – И я поднял его не в знак верности, а выполняя далеко рассчитанный план, Лорла.

– Какой?

– Я тебе расскажу. И очень скоро. И ты сможешь отомстить епископу за то, что тебе пришлось бежать из Нара. Ты сыграешь самую большую роль в падении Эррита. Верь всему, что я тебе буду говорить, и делай то, что я велю, и твой господин будет очень тобой гордиться. Но ты должна быть терпеливой, хорошо? Сначала у меня дела с братом.

– С вашим братом? – недоуменно переспросила Лорла. – Но герцог Локкен сказал, что вы мне поможете. Ваши дела с братом – они не помешают планам господина?

– Нисколечко, – заверил ее герцог. – Видишь ли, на самом деле это один и тот же план. – Энли встал с кресла и направился к Л орле. Опустившись рядом с ней на колени, он взял ее за руку и заглянул ей в глаза. – Лорла, ты должна мне доверять. То, что мы с тобой сделаем, изумит всю империю. И когда твой господин вернется в Нар, нас обоих наградят. Может быть, господин сделает тебя королевой! Тебе этого хотелось бы, Лорла?

Он разговаривал с ней как с маленькой, и это ее раздражало. Однако она обдумала то, что он ей сказал. Стать королевой было бы чудесно. Возможно, это даже сделает ее желанной для мужчин. И может быть, у нее появится собственная семья.

– Королевой, – вздохнула она. – Да, если мой господин позволит, я бы хотела стать королевой. Энли сжал ей пальцы и улыбнулся:

– Тогда ты ею будешь, маленькая Лорла. Мы с тобой вернем Бьяджио империю. Мы с тобой возродим Черный Ренессанс, и даже гадкий бог Эррита нам не помешает.

Дэвн почти час ждал в библиотеке замка: Фарен уверял его, что герцог «уже идет». Он отдыхал в мягком кресле, с yдовольствием ел горячий суп и свежеиспеченный хлеб, флиртуя с горничной, которая принесла ему поесть.

Его просьба о сухой одежде осталась невыполненной, хотя Фарен сказал, что горничные пытаются подыскать для него что-нибудь подходящее. Для Дэвна подходящей была бы любая сухая одежда. Она даже не обязательно должна быть чистой. Однако для него в библиотеке разожгли камин, и это было приятно. Он набивал себе желудок супом с хлебом и ждал Энли.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю