Текст книги "Подарок"
Автор книги: Джоанна Линдсей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 13
– Никогда еще не видела столько женатых мужчин в одном маленьком городе! – с отвращением объявила Анастасия, садясь у костра рядом с бабкой. Наступила ночь, и ноги девушки гудели от усталости. – Подумать только, в таком милом местечке совсем нет холостых парней! Либо слишком старые, либо совсем мальчишки, или уж очень неподходящие!
– Ни одного? – удивилась Мария.
– Ни единого.
Мария задумчиво свела брови, прежде чем спросить:
– Что значит неподходящие?
– Из тех, кто ни за что бы не поверил, что я способна влюбиться в них.
– Верно, – вздохнула Мария, – такие не годятся. Сегодня же скажу Ивану, что нужно двигаться дальше. Он не спросит почему. Может, повезет в следующем городе.
– А я-то думала, что ты не захочешь покинуть ту мирную полянку, которую нашла и где завещала себя похоронить.
– Значит, поищу такое же чудесное местечко у дороги. Не волнуйся за меня, дитя мое, я продержусь до твоей свадьбы – на это воли у меня хватит, разумеется, при условии, что ты выйдешь замуж на этой неделе.
Плечи Анастасии уныло поникли. Она обещала себе, что не станет плакать. Если бабушка действительно страдает от боли и бремени лет, со стороны внучки будет непростительным эгоизмом и себялюбием удерживать ее среди живых лишь потому, что без любви и поддержки Марии она останется совершенно одна на этой земле.
Время летело со сказочной быстротой. Ей так много хотелось сказать взрастившей ее женщине, за столько милостей поблагодарить! Но Анастасия не находила слов, чтобы выразить обуревавшие ее чувства, разве только…
– Я люблю тебя, бабушка.
Лицо Марии озарилось почти неземной улыбкой.
– О, дитя моего сердца, ты будешь счастлива, – пообещала она, стискивая ее руку. – Дар предвидения поможет тебе, чутье не обманет, это я предсказываю. Но если ты или кто-то из близких тебе людей попросит моей помощи, он это получит.
Странное заявление… неужели бабушка и за гробом будет ее опорой и наставницей?
Но Анастасия ничуть не удивилась, наоборот, ощутила безмерный покой и тихую радость. Поцеловав бабушку в щеку, она пошутила, чтобы смягчить напряженность момента:
– Тебе будет не до того. Придется палкой отгонять всех красавчиков ангелов, от которых отбоя не будет, вот увидишь.
– Вздор! К чему мне это, когда я ищу лишь покоя?!
– Совершенно верно, – поддакнул сэр Уильям, присоединяясь к ним. – И кроме того, Мария станет дожидаться меня, так что никаких ангелов, которые, вне всякого сомнения, будут немало разочарованы. Увы! Мы с Марией уже обо всем договорились. И не смущай ее, детка!
Поклонившись старухе, он бросил ей на колени охапку полевых цветов.
– Добрый вечер, дорогая.
Анастасия улыбнулась, заметив легкий румянец на щеках бабушки и обожающий взгляд, которым англичанин наградил ее. Вот и еще одна причина питать симпатию к сэру Уильяму – бабушка словно молодела в его присутствии. Он поистине скрасил ей последние дни, и за это она будет вечно ему благодарна.
Однако старик оставался с ними недолго. Видя, что Мария еще не успела приготовить ужин, он решил накормить лошадей, что считал своей непременной обязанностью. Но прежде чем он отошел, в табор примчались нежданные гости. Зрелище было поистине великолепным: три всадника на полном скаку ворвались в освещенный круг и резко натянули поводья. Один из коней, огромный гнедой жеребец, был явно недоволен тем, что ему не дали как следует разбежаться. Он фыркал, негодующе ржал, топал копытами и, наконец, взвился на задние ноги. Седок, однако, прекрасно справлялся с раздраженным животным и уже через несколько минут его успокоил. Анастасия с любопытством воззрилась на человека, способного так легко укротить столь могучего скакуна, и впервые в жизни не смогла отвести взгляда при виде мужчины.
Настоящий великан! Саженные плечи, широкая мускулистая грудь… а волосы! Светлые, ненапудренные, хотя здесь, в Англии, только крестьяне ходили с собственными космами. Но если эта густая золотистая грива, связанная сзади в косичку, и была париком, то превосходно сделанным и не имела привычных колбасок – буклей у висков, считавшихся здесь последней модой. Просто сказочный принц! Поразительно красив, по крайней мере в глазах Анастасии. Вот почему она так зачарованно смотрела на него, и вот почему Мария, заметившая это, прошептала:
– Значит, ты все-таки нашла, что искала.
– А вдруг он женат? – благоговейно пробормотала Анастасия, чувствуя, как сжимается сердце при этой ужасной мысли.
– Нет, – уверенно возразила Мария. – Тебе привалила удача, дитя мое. Не стой, не зевай, иди и бери судьбу в свои руки, прежде чем какая-нибудь женщина привлечет его внимание и тебе придется бороться с соперницей за желанную добычу. Они и так облепили бы его, если бы не это чудовище, на котором он сидит. Но ты окажись проворнее и не бойся зверя, твой мужчина не позволит причинить тебе зло.
Анастасия, как обычно, не подумала усомниться в словах бабки. Рассеянно кивнув, она направилась к тому месту, где остановились незнакомцы, – около самого большого костра, где сидел Иван. Баро поднялся и вышел вперед. Именно к нему и обратился светловолосый незнакомец.
– Ваши люди незаконно расположились на моей земле, – услышала приблизившаяся Анастасия. – Готов поверить, что вы об этом не знали, но теперь, когда я все сказал, вам придется покинуть…
– С нами умирающая старуха. Она не вынесет пути, – поспешно перебил Иван, не дожидаясь угроз. Этот предлог они обычно использовали, когда их просили убраться. К сожалению, Иван сам не знал, насколько он прав в этот раз. Но и хозяин поместья, тоже, по-видимому, не слишком убежденный доводами баро, раздраженно огляделся, готовый повторить требование.
Видя, что вожаку не удалась уловка, Анастасия выступила вперед и поспешила вмешаться:
– Моя бабушка и вправду больна, милорд. Очень сильно. Ей необходимо всего несколько дней, чтобы отдохнуть и снова двинуться в дорогу. Поверьте, мы не причиним вам вреда и не наделаем беспорядка. Оставим вашу собственность в таком же виде, в каком она была до нас. Умоляю, позвольте нам задержаться ненадолго, чтобы она смогла восстановить силы.
Сначала он было не потрудился даже обернуться, чтобы посмотреть на нее, но потом все же нехотя оторвал строгий взгляд от Ивана, и глаза его чуть расширились. Ненадолго. Всего на какую-то долю секунды, но и этого оказалось достаточно, чтобы понять: он так же сражен, как и Анастасия. Пристальный взор изумрудных очей смутил и потряс девушку. Никогда, никогда она не испытывала ничего подобного! И теперь просто не нашла в себе сил отвернуться, ощущая, как оба они медленно преисполняются тем самым чувством, для которого было лишь одно название.
Неистовый восторг охватил девушку. Вот он, тот, кого она искала! И в нем бурлит страсть, которую он и не думает скрывать! Теперь пора приниматься за дело!
Кристофер продолжал молча таращиться на девушку, и она, поняв, что, кажется, победила, поспешно добавила:
– Если пожелаете, я провожу вас к ней. Прошу вас разделить с нами бутылку прекрасной русской водки или французского вина. Не погнушайтесь нашим скромным гостеприимством. Сами увидите, что мы вполне безобидные люди, всегда готовые предложить вам свои услуги и изделия наших собственных рук. Возможно, нам удастся и вас заинтересовать нашими товарами. Не сердитесь, побудьте немного с нами и поймете, что мы совсем не опасны.
Девушка сознавала, что весьма откровенно флиртует и едва не вешается на шею незнакомому великану, прекрасно понимая, что под услугами гаджо подразумевает нечто весьма определенное, и именно поэтому он кивнул, спешился и молча последовал за ней. Но какое это имеет сейчас значение? Главное – успех ее замысла. Ей нужно увести его в сторонку от остальных, потолковать наедине, чтобы со стороны казалось, будто оба охвачены страстью. Чтобы цыгане поверили, будто это любовь с первого взгляда. Пожалуй, это самый простой способ. Да помогут ей цыганские боги! Вперед!
Она отвела Кристофера к своему костру. Завидев молодых людей, старуха поднялась и тяжело заковыляла прочь. Анастасия опасалась, что гаджо ни за что не посчитает бабку больной, но тут она ошибалась. Волноваться, что обман откроется, к сожалению, не было причин: просто девушка слишком часто видела Марию, чтобы заметить зловещие перемены и понять, как губителен ее недуг. Но всякому постороннему глазу были видны ужасающая дряхлость, худоба и бледность изможденного лица. И сейчас, впервые взглянув на нее со стороны, Анастасия ясно увидела, что бабушка устала жить. Увидела и ужаснулась. Сердце словно рвалось на части.
– Бабушка, смотри, кого я привела к тебе. Познакомься, это…
– Не сейчас, дитя мое. Мне нужно немного полежать.
Анастасия не ожидала такого ответа, тем более что Мария не слышала, о чем шла речь у костра Ивана. Неужели она настолько нелюбопытна?
Однако она тут же сообразила, что Мария попросту пытается дать им время поближе познакомиться и для этого решила оставить молодых людей наедине. Но девушке не терпелось узнать мнение старухи о человеке, которого она привела. Правда, для этого было необходимо, чтобы Мария перемолвилась с ним хотя бы словом. Но Кристофер не дал ей это сделать.
– Оставь ее, – резко бросил он. – Я и сам вижу, что она нездорова. Странно, кажется, цыгане впервые в жизни не лгут!
Анастасия кивнула и показала на мягкую холстинную подушку, валявшуюся на земле.
– Прошу вас, садитесь. Я принесу вам что-нибудь выпить. Что предпочитаете, вино или…
– Не стоит, – оборвал он, отводя лошадь на несколько шагов, но тут же возвращаясь. – И ты садись. Я пьян уже тем, что смотрю на тебя. Пьян и одурманен.
Лучшего и ждать не приходилось. Значит, все идет как надо!
Но девушка тем не менее покраснела. Честно говоря, она совсем не привыкла к старой, как мир, игре совращения, где женщина играет роль приманки, а мужчина – глупой жертвы, и не знала правил. Но так или иначе, нужно рискнуть, не то придется стать женой Николая, а это значит, что она недолго заживется на этом свете. При малейшем неповиновении она будет избита, и если не потерпит такого обращения, то Николай, не задумываясь, попросту ее прикончит.
Анастасия подчинилась приказу и грациозно опустилась на соседнюю подушку. Вблизи он оказался еще красивее, чем она вначале думала. Все в этом незнакомце радовало глаз. Коричневый сюртук, доходивший до колен, был украшен вышивкой только по клапанам карманов и широким манжетам, полы раскинулись по траве. Короткие панталоны ловко обтягивали мускулистые бедра. Чулки, как и рубашка, были из тонкого белого шелка, хотя из-под сюртука виднелось только жабо из дорогих кружев. Длинный жилет из бежевой парчи, застегнутый на золотые пуговицы, облегал мощный торс.
В те времена многие мужчины носили корсеты, чтобы без помех влезать в требуемые модой узкие жилеты, но Анастасии показалось, что гаджо в них не нуждался, он и без того был идеально сложен. Настоящий мужчина. Огромен, может, немного громоздок, но ни капли лишнего жира. И одежда сидит на нем как влитая.
Он снова пялился на нее. Но что могла поделать Анастасия, когда была повинна в том же и никак не могла себя сдержать. Под его неотступным взором она ежилась, ерзала, но то и дело украдкой вскидывала глаза на гиганта.
Его спутников уже успели осадить другие женщины. Музыканты ударили в смычки, и над лесом поплыли звуки музыки. Одна из цыганок принялась танцевать весьма откровенный танец, завлекая богатых гостей.
Но Анастасия ничего не замечала, кроме мужчины, смотревшего, казалось, прямо в ее душу. Она так далеко унеслась мыслями, что вздрогнула, услышав глубокий низкий голос:
– Ты упомянула об услугах. Интересно бы знать, что вы можете предложить, особенно ты, красотка? Не стесняйся, говори, я человек не бедный.
Анастасия хорошо представляла, чего именно он ожидал от нее, понимала, как он будет разочарован, узнав правду, но не собиралась лгать ему больше, чем было абсолютно необходимо. В конце концов она делает это не по своей воле! Да и такое ли уж преступление совершает?
В глубине души девушка надеялась, что обманывать его совсем не придется, что не такими она представляла их отношения, не так хотела начать свою жизнь с этим человеком. Ибо с отчетливостью, посланной ей даром предвидения, которым она была наделена с детства, Анастасия поняла, что перед ней – ее будущий супруг. Тот, с кем предстоит идти рука об руку, пока смерть их не разлучит. Она только еще не понимала, каким образом осуществить мечты.
В воздухе разнесся вкусный запах жаркого, которым славилась Мария. Анастасия помешала в котелке, обрадованная хоть каким-то занятием и гадая, что сказать англичанину. Всю истину или только частично?
Пусть не воображает, что она какая-то ведьма, чаровница, обладающая магическими способностями и свойством привораживать невинных мужчин. И без того о цыганах ходят самые невероятные слухи! Недаром простые люди так боялись вещей, кажущихся им волшебными. Но она вовсе не умеет ничего такого, если не считать способности видеть будущее, опасной тем, что Анастасия, как и ее бабка, редко ошибалась. Беда в том, что связно объяснить это ему она вряд ли сумеет.
Глава 14
Кристофер и раньше, бывало, видел цыган, но никогда не оказывался в их обществе. Они часто становились табором в лондонских предместьях, занимались мелочной торговлей и развлекали тех жителей столицы, кто осмеливался отправиться в их логово, музыкой, танцами и гаданием. Среди посетителей было немало аристократов, ищущих приключений, и скучающих светских дам, заглядывавшихся на молодых цыган, падких на золото и всегда готовых развлечь богатую покровительницу. Но Кристоферу все это было неинтересно, хотя он слышал немало всяких историй, в большинстве своем не слишком приглядных.
Почти все окружающие считали цыган ворами и шлюхами, хотя и признавали, что они неплохие медники, знатоки и торговцы лошадьми и, разумеется, музыканты и гадалки. Кроме того, каждому было известно, что это не стесненные никакими ограничениями люди, без роду и племени, кочующие по всему миру и нигде не задерживающиеся надолго. Легче черное сделать белым, чем заставить цыгана осесть.
Эти же пришельцы и в самом деле, похоже, достаточно безвредны. В таборе царят чистота и порядок. Музыка и смех не слишком громкие и никого не беспокоят. Все цыгане очень смуглые, почти чернокожие, самого экзотического вида. Женщины одеты в яркие цветастые юбки и шали и светлые блузы, увешаны дешевыми украшениями – длинными звенящими серьгами, кольцами, цепями и браслетами, а на мужчинах – красные и желтые кушаки.
Но девушка, которая приковала взгляд Кристофера, чем-то отличалась от остальных, хотя и на ней были серьги, кольца и браслеты. Да и одежда такая же красочная – широкая юбка в ярко-синих и желтых разводах, кремовая кофта. Вот шали на ней не было, ничем не стесненные волосы крупными волнами струились по плечам, ниспадая до пояса.
Глаза! Вот что выделяет ее из остальных! Не правдоподобно большие, раскосые, как у китаянки, но необыкновенно глубокого, кобальтово-синего цвета! Кожа гораздо светлее, чем у цыган, очень белая, гладкая, как слоновая кость.
И девушка при этом не слишком высока, голова, вероятно, едва доходит ему до плеч. Тоненькая, миниатюрная, при этом все на месте, и Кристофер успел заметить весьма соблазнительные выпуклости и изящные изгибы. Упругие грудки натягивали ситец кофточки. Он видывал женщин куда прекраснее, но никогда – столь привлекательнее. Он страстно возжелал ее с первого взгляда. С первой минуты. С первой встречи. Просто поразительно, ведь такого с ним еще не случалось.
Она так и не ответила на его вопрос. Глядя на нее, он совсем забыл, о чем хотел узнать, пока девушка не вернула его к действительности.
– Я целительница, знахарка и толковательница снов, – объявила она с усмешкой. – Но ты не выглядишь больным, англичанин.
Кристофер невольно усмехнулся.
– Разумеется, нет, красавица. Кроме того, я не так часто вижу сны, которые стоит запомнить, так что и толковать тут нечего. Что же касается будущего, крошка, я не из тех, кто бросает деньги на то, что невозможно доказать. К тому времени, когда настанет обещанный день, ты уже будешь далеко отсюда. Так что не старайся зря, все равно ничего не получишь. Все вы одинаковы.
Цыганка, по всей видимости, ничуть не оскорбленная, безмятежно улыбнулась:
– Но я вовсе не предсказываю будущее.
– Нет? – удивился Кристофер. – Неужели? Разве ты не провидица, если способна толковать сны?
– Просто вижу людей насквозь, какие они есть, и, возможно, помогаю им самим узреть вещи в истинном свете, с тем чтобы они умели исправить собственные недостатки и быть довольными своей участью.
Кристофер покачал головой, забавляясь столь, по его мнению, необоснованными претензиями.
– Я знаю себя достаточно хорошо. Слишком хорошо. Так что ты и тут мне не пригодишься.
– Правда?
Она сопроводила это единственное слово столь многозначительным взглядом, что Кристофер тут же осекся, но все же нашел в себе силы воздержаться от дальнейших расспросов. Его не одурачишь! Эти люди живут за счет доверчивости глупых, невежественных и суеверных людей. Кроме того, она ни словом не обмолвилась о том, чего он действительно от нее ожидал. Ну что же, он не гордый, сделает предложение первым.
– У меня немало денег, – деловито объявил он. – Ну, а у тебя, разумеется, есть что продать! Ты, конечно, понимаешь, за чем я пришел?
Он окинул ее откровенным раздевающим взглядом, не оставлявшим сомнений в том, чего в действительности хочет от нее. Подобный взгляд оскорбил бы леди. Леди. Но девчонке, кажется, все нипочем. Подумать только, улыбается, словно его грубое желание приводит ее в восторг. Он уже считал, что все улажено, но ее ответ окончательно сбил его с толку.
– Я не продаюсь.
Кристофер даже отшатнулся. Ему в голову не приходило получить отпор! Только не он, благородный маркиз Хаверстон! Да кто она такая?!
Гнев и недоумение владели им. Он не примет отказа от нее!
Кристофер был так потрясен, что на несколько минут потерял дар речи. И Анастасия воспользовалась паузой, чтобы добавить:
– Но это не означает, что ты не можешь меня получить…
– Превосходно! – воспрянул духом Кристофер, но Анастасия повелительно подняла руку, призывая его к молчанию.
– Однако условие тебе не понравится, так что не стоит и говорить об этом.
Для человека, чувства которого много лет были мертвы, Кристофер совершенно потерял голову и не совсем понимал, как себя вести. Она бросала его то в жар, то в холод, то возносила в небеса, то толкала в пропасть, и он окончательно растерялся.
Наконец, немного опомнившись, Кристофер грозно нахмурился и недовольно спросил:
– Какое еще условие, позволь узнать? Анастасия вздохнула.
– Зачем тебе, ведь все равно не согласишься! Она отвернулась от незнакомца и попыталась подняться, словно собираясь уйти. Однако Кристофер успел схватить ее за руку и притянул к себе. Он получит ее! Гнев захлестнул его с новой силой. Плутовка! Кокетничает, набивает себе цену, пытается побольше получить!
– Во сколько же ты мне обойдешься? – прошипел он.
Девушка ошеломленно заморгала, удивленная его резким тоном, и, не пытаясь умаслить его, тихо выдохнула:
– По-твоему, все должно иметь цену, милорд? Ты ошибаешься, считая, что я похожа на других цыганок. Лечь с любым гаджо для них – вещь обычная, и они не находят в этом ничего особенного. Всего лишь еще один способ добыть еду в котел.
– А что делает тебя такой особенной?
– Я лишь наполовину цыганка. Мой отец был такого же благородного рода, как твой, если не знатнее. В своей стране он занимал высокое положение и был очень богат. От него я унаследовала отвращение к распущенности и неразборчивости, которыми славятся мои соплеменники. Поверь, ни один мужчина не коснется меня, не надев мне прежде на палец обручальное кольцо. Только муж станет моим хозяином и повелителем. Теперь ты понимаешь, почему я не желала говорить на эту тему? Если действительно собираешься добиться меня, тебе придется не только жениться, но и убедить бабушку, что ты достоин ее внучки, а такому, разумеется, не бывать. Кто ты и кто я? Ну а теперь, прости, мне пора…
Но Кристофер не намеревался ее отпускать. Пусть только попробует уйти! Но женитьба на ней? Какая чушь! Вздор и чепуха! А знатный отец? Наглая ложь! Только последний дурак ей поверит!
И все же он по-прежнему желает ее! Желает и возьмет! Должен же быть какой-то способ заполучить девчонку! Просто нужно сообразить, как действовать, а для этого следует удержать ее здесь и попытаться разговорить.
Чуть усмехнувшись своим мыслям, Кристофер пробормотал:
– Расскажи мне побольше о своем видении.
– Зачем, – отрезала девушка, – ведь ты все равно мне не веришь! Иди к другим, они на все согласны!
Не зная, как утихомирить строптивицу, Кристофер тихо попросил:
– А ты попробуй убедить меня, красавица. Вдруг и удастся!
Девушка нерешительно прикусила губку, красную, словно лесная ягодка, и так же налитую спелым соком. Потом потянулась к котлу и снова помешала жаркое. И с каждым чувственным движением в нем поднимались волны сладострастия. Да она действительно волшебница! Волшебница, которая настолько ушла в себя, что ничего не видит и не слышит вокруг.
Она опять уселась и заглянула в его глаза. Пристально, настойчиво. Молчание тянулось бесконечно. На миг ему в голову пришла неслыханная мысль, что она действительно видит его насквозь, проникает взором в самые потаенные глубины души. Напряжение, предчувствие неведомого сжало его сердце так, что захотелось кричать.
Наконец она выпрямилась и негромко начала:
– Ну хорошо. Слушай же. Ты несчастен, хотя для этого вроде бы нет причин. Говоря по правде, в твоей жизни немало хорошего, просто это тебя не утешает и не удовлетворяет. Вопрос только, почему.
Ее проницательность ничуть его не удивила. Друзья часто твердили ему о том же, так что стоит ли восхищаться ее «даром»?
Раздраженный ее попытками выдать обыкновенную наблюдательность за нечто сверхъестественное, Кристофер попытался поставить девушку на место.
– Может, знаешь, в чем дело?
– Может, и знаю, – кивнула она, и на мгновение в ее огромных глазах мелькнуло сострадание, отчего Кристоферу стало ужасно неловко. – Все потому, что ты потерял интерес ко всему, занимавшему тебя раньше, и не нашел ничего нового на замену. Из-за этого ты… как это сказать… утратил иллюзии? Разочаровался в жизни? Пресытился? Не уверена точно, но тебе чего-то не хватает, и лишь недавно это стало тебя мучить. Возможно, дело в том, что ты так долго оставался одиноким, без семьи и родственников, и жаждешь тепла и участия, которого был лишен много лет. Или все потому, что ты просто не нашел цели в жизни.
Кристофер понимал, что это всего лишь догадки, но такие чертовски точные и попавшие в цель, что он даже испугался немного. Он хотел и не хотел слышать, что будет дальше, но не признавался даже себе, что пытается получить доказательство ее лживости, убедиться, что она обычная обманщица.
– Что же еще ты видишь? – язвительно бросил он.
Анастасия беспечно пожала плечами:
– Так, разные мелочи, не имеющие ничего общего с богатством и состоянием ума.
– А именно?
– Ну… скажем, ты мог быть безмерно богат, но вовсе не рвешься приумножить состояние.
– Прошу прощения, я не ослышался? Что заставляет тебя думать, будто я не богат?
– По сравнению со мной ты набоб. Но, по твоему мнению, ты всего-навсего человек состоятельный. Даже управляющий твоего поместья имеет куда больше, чем отдает тебе.
Кристофер от неожиданности застыл.
– Это гнусное оскорбление, девушка! Или клевета! Немедленно объяснись! Откуда тебе знать такие вещи? Кто тебе проговорился?!
Но цыганка, похоже, ничуть не встревожилась и не испугалась ярости великана.
– У меня есть уши, и я не могла не слышать, о чем толкуют здешние жители, пока я слонялась по улицам. Поскольку ты весьма редко здесь бываешь, в каждый приезд твое имя у всех на устах. Кроме того, твоего управляющего тоже то и дело упоминали и дивились тому, как легко ему удается дурачить тебя с самой первой минуты. По мнению некоторых, хозяин ничего лучшего не заслуживает, остальные, те, кто лично имел дело с управляющим, ненавидят и презирают его. Если это не правда, милорд, можешь высмеять меня. Но сейчас ты злишься потому, что я подтвердила твои подозрения относительно этого негодяя. Попробуй скажи, что я не права!
– Что-то еще? – сухо осведомился Кристофер. Анастасия расплылась в улыбке:
– О, еще много всего, но боюсь, я и так тебя достаточно рассердила. На сегодня хватит. Не желаешь разделить с нами скудный ужин?
– Спасибо, я не голоден. И предпочел бы выплеснуть весь свой гнев, чтобы дать место… другим чувствам. Так что продолжай расчленять мою душу, посмотрим, как у тебя это получится. Все равно я не слишком тебе верю.
Анастасия вспыхнула при напоминании о других чувствах, хорошо поняв не слишком тонкий намек. Ее смущение мгновенно обезоружило Кристофера, и он немного успокоился. Стоит ли бушевать, когда он изнемогает от желания и так и не нашел способа его удовлетворить ?!
– Ты не любишь привлекать к себе внимание, – продолжала она, – и не подражаешь щеголям и фатам. Не потому, что терпеть не можешь модную одежду, просто знаешь, что и без того красив и притягиваешь взоры женщин гораздо чаще, чем тебе этого хотелось бы.
Кристофер против воли рассмеялся. Ну что с ней поделаешь, с этой лисичкой?
– Как, черт побери, тебе удалось это определить?
– Что ты знаешь, как красив? Да любое зеркало скажет тебе это! Что ты мог бы одеваться куда роскошнее, но не делаешь этого? Я вижу на твоих спутниках дорогие украшения, яркие тона, высокие пудреные парики. Они похожи на павлинов, а ты одет куда скромнее. Никаких драгоценностей, даже бархатной ленты вокруг шеи. Надеешься, что глаза прекрасных дам не оторвутся от них, а ты останешься в тени? Напрасно! Слишком ты необычен, могуч и прекрасен!
Кристофер покраснел и польщенно улыбнулся. Дьявол, ее слова лишь подлили масла в огонь, и внизу у него все ныло, а панталоны вот-вот лопнут!
Его рука потянулась к ее щеке. Он должен, должен коснуться ее, даже если гром небесный разразит его потом!
А девушка и не пыталась его остановить. Просто смотрела на Кристофера, но в этих поразительно синих глазах бушевал такой вихрь эмоций, что он почти забыл, где находится, и порывисто притянул ее к себе.
– Поедем ко мне, цыганочка, – хрипло попросил он. – Ты не пожалеешь.
– Значит, у тебя живет священник-гаджо, готовый благословить нас?
Рука Кристофера опустилась. Он раздраженно поморщился.
– Хочешь сказать, что готова выйти за меня?
– Еще раз повторяю, англичанин, я тоже тебя хочу, но без свадьбы ничего не выйдет. Все очень просто – либо мы муж и жена, либо идем разными дорогами.
– Просто? – презрительно фыркнул он. – Ты должна понять, что такое невозможно! Люди моего богатства и положения не женятся на простолюдинках!
– Знаю, что аристократы во всем подчиняются мнению старших и не переступают законов своего общества. Бедняги! Они начисто лишены свободы поступать как хочется! Жаль, что ты не простолюдин, милорд, тебе жилось бы куда веселее!
– А ты? Разве ты вольна делать что пожелаешь? Сама твердишь, будто хочешь меня? Почему же просто не пойти за мной? – раздраженно отпарировал Кристофер.
– Я и не отрицаю этого. Но мнение остальных для меня не имеет значения. Распутство для меня неприемлемо. Я не могу заставить себя лечь с мужчиной, который мне не муж. Если хочешь знать, мои люди возмутились бы, узнай они, что я собираюсь уйти с чужаком. Ты не один из нас, и, как ни смешно, тебя посчитали бы неподходящим для меня мужем. Но думаешь, я покорилась бы? Бросила бы тебя? Ни за что! В таких делах повелевает только сердце! Но мое не позволит мне уйти к человеку, на которого я не имею никаких прав и кто может по первому же капризу и при любом удобном случае отделаться от меня. Я не ценю себя настолько дешево!
– Значит, нам нечего сказать друг другу. Кристофер встал и швырнул в ее подол несколько монет.
– За твои предсказания, – пренебрежительно бросил он. – Жаль, что ты заодно так и не увидела, что нам делать, чтобы никогда больше не разлучаться.
– Почему же? – печально возразила она. – Я все сказала. Жаль, что это ты, видно, не хочешь меня настолько, чтобы удержать и не дать уйти. Итак, мы расстаемся навеки. Прощай.
