Текст книги "Обратный отсчет (СИ)"

Автор книги: Джеймс Прескотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 21

Калькутта

– Надо уходить. Немедленно! – кричала Янссон, обращаясь к сотрудникам лаборатории, в ее голосе были испуг и смятение. Несколько лаборантов залезли под столы, другие прятались за шкафами и оборудованием. Никто не знал, что делать и куда бежать.

Миа в комнате с проектором грузила на USB-флэшку информацию о гене HISR и связи Зальцбурга с ГМО. Индикатор исполнения убийственно медленно полз по экрану. В конце коридора уже раздавались крики и звон стекла. Индикатор показывал семьдесят пять процентов, когда Миа услышала тяжелые шаги людей, вошедших в лабораторию.

– Доктор Миа Вард? – раздался мужской голос с индийским акцентом.

– Нет, – послышался ответ Янссон, за которым последовал удар и крик голландки. Судя по звуку, она упала на пол.

Волна страха пробежала по телу Мии. Из лаборатории доносилиcь вопли испуганных людей, ощущавших себя на краю смерти. Она глянула на экран – восемьдесят шесть процентов. Миа достала пистолет и вошла в лабораторию.

– Кто тут доктора Вард спрашивал? – в голосе Мии звучали злость и агрессия, как у человека, которому нечего терять. Она еще надеялась, что сейчас в лабораторию ворвутся фэбээровцы с оружием в руках, но их не было.

Два человека, вытаскивавшие прятавшихся из-под столов и из-за шкафов, обернулись. Смуглый, с волосами, стянутыми сзади в пучок, стоял у двери. Второй, худощавый, с глазами убийцы, двинулся к ней. В этот момент кто-то влетел в дверь и опрокинул смуглого головореза. Рамирес? Миа выставила вперед пистолет и кинулась вслед за худощавым, который, в свою очередь, бросился на помощь приятелю.

Если бы была еще одна дверь, они все могли бы убежать, но единственный выход был загорожен тремя яростно дерущимися людьми. Худощавый вытащил пистолет, но тот, кто на них напал, тут же выбил оружие из его рук. Горячий обмен ударами и пинками продолжался.

Тут она услышала голос нападавшего, который кричал что-то вроде получи, гондон, подарок! – и застыла в недоумении: Олли?

В этот момент смуглый ударил Олли в печень, отчего тот согнулся и был опрокинут на пол. Олли быстро перевернулся на спину, но противники уже сидели на нем верхом, беспрерывно нанося удары.

В один прыжок Миа пересекла лабораторию и не раздумывая прострелила голову худощавому убийце. Смуглый успел развернуться в ее сторону, как раз чтобы увидеть вспышку выстрела. Через мгновение два тела лежали на полу, но Миа смотрела не на них.

Она опустила пистолет, направив ствол в распухшее от ударов лицо Олли. Левый глаз его был почти неразличим, из носа и рта текла кровь. Указательный палец Мии осторожно погладил спусковой крючок.

– Давай, детка, жми, – сказал Олли, глядя в упор. – Я заслужил. Скажу только: ты неплохо освоила пистолет с тех пор, как мы не виделись.

В нескольких футах от них Янссон сидела на полу, держась за голову. Ее окружили лаборанты. Вопли, доносившиеся из глубины коридора, напоминали о том, что опасность не миновала.

Олли подобрал пистолеты застреленных и рукавом вытер кровь с лица.

– Где Рамирес и Чок? – спросила Миа, не обращаясь ни к кому в отдельности.

– Если ты про парней из ФБР, – заметил Олли, – думаю, с ними – все.

Миу охватила тоска. Она знала, что скоро придет еще и чувство вины. Но сейчас нужно было бежать.

Она сунула пистолет в карман и, протянув Олли руку, процитировала его любимый фильм: Если хочешь жить, иди за мной.

Глава 22

Вашингтон

Кей вздрогнула и проснулась. Во сне она отплясывала сальсу в каком-то душном клубе в Майами с женихом Дереком. Даже проснувшись и протирая глаза, она продолжала слышать навязчивый латинский мотивчик. Но это не был сон, пробившийся в реальность, – это был рингтон ее телефона с латинской мелодией. Реальность вторглась в ее сон.

Звонок прекратился прежде, чем она успела ответить. Пока она вводила пароль, чтобы разблокировать телефон, две мысли поразили ее.

Во-первых, время. Было десять утра. Это как раз нормально, учитывая, что она всю ночь писала статью про заговор в Белом Доме. Когда она выпила последнюю чашку кофе и дописала последнюю фразу, солнце уже поднялось над горизонтом. Текст, снимки заговорщиков крупным планом и кадры из видео – все сразу же было отправлено Рону Льюису для публикации на вебсайте газеты. Все новостные агентства мира должны немедленно подхватить и распространить эту новость. Президент будет спасен, она станет знаменитой – все в выигрыше.

По правде сказать, предыдущая информация от Бабника про летящий к Земле корабль убила в Кей всякое желание карабкаться вверх по скользкой карьерной лестнице главной национальной газеты. Что проку, если через две недели на Земле не будет ни газет, ни их читателей?

В телефоне обнаружилось штук сорок голосовых и вдвое больше текстовых сообщений. В основном с вопросами: где она и в курсе ли она? С тревожным чувством она набрала номер офиса Рона Льюиса.

– Черт! Я все утро тебе звоню.

– Рон, ну я же всю ночь статью писала.

– Публикация не состоялась.

– Что?! – Кей подпрыгнула в кровати.

– Не в первоначальном виде.

– Почему?

– Ты вообще ничего не знаешь? На президента совершено покушение. Сегодня рано утром Морпех-1 был сбит на пути к Объединенной базе Эндрюс.

– Боже! Публикация должна была его спасти…

– Мы ее вывесили в 8 утра, за полчаса до нападения, – сказал Рон. – Потом пришлось снять и переписать. Не беспокойся: твое имя и почти весь твой текст остались.

– Наплевать на это, – Кей перешла на крик. – Мы просто опоздали. Если бы я быстрее написала, и статья вышла бы на несколько часов раньше, мы могли бы остановить заговорщиков.

– Не вини себя, – Рон пытался ее утешить.

Шок и растерянность смешались в голове Кей. Она не могла отогнать от себя мысль, что слишком много времени было потеряно: сначала – чтобы уговорить Рона на публикацию, потом – на написание самого текста. Если бы… если бы… Президент мог бы остаться в живых.

– А где теперь тело? – Кей одновременно пыталась влезть в джинсы.

– Он жив, но в коме. Но дерьмо уже попало на вентилятор. Объявлено чрезвычайное положение. В больших городах развернуты части Национальной гвардии на случай смуты. Давай уже быстрей сюда.

Кей тупо смотрела на погасший телефон. Казалось бы, ситуация и так была хуже некуда, но оказалось, что хуже было куда и еще, вероятно, будет.

Глава 23

Гренландия

В биокостюмах и шлемах, с сумками через плечо капитан Муллинз, Джек и вся команда направлялись к лифту. После обсуждения Тамуре все-таки было предложено остаться на Северной Звезде, но она отказалась, попросив только свежую перевязку и запас ибупрофена. Желание отомстить за товарищей по оружию было, очевидно, сильнее боли от раны.

Когда все разместились в металлической клети лифта, Муллинз кивнул Анне, которая теперь могла дистанционно управлять всеми системами базы. Клеть дрогнула и пришла в движение. Даже сквозь шлемы было слышно, как вращаются колеса и поскрипывают кабели. Все были вооружены пистолетами с запасными магазинами; кроме того, Муллинз, члены экипажа самолета, Джек и Даг несли винтовки M4 и патроны к ним.

После обнаружения и нейтрализации глушилок Центральный командный пункт был проинформирован о ситуации на базе. Однако настроения это не повысило: прибытия подмоги следовало ожидать от двенадцати до двадцати четырех часов. С теми, кто находился внизу, группе предстояло встретиться самостоятельно.

Была еще одна тревожная новость. Глава Объединенного комитета начальников штабов вышел с ними на связь и сообщил о покушении на президента, который в тот момент находился в госпитале и был подключен к системе жизнеобеспечения. Совершенно невероятным казалось то, что, по заявлению министерства юстиции, в заговоре участвовали ведущие члены кабинета. В стране начались беспорядки такого масштаба, что силы полиции с трудом справлялись. В сорока восьми штатах (за исключением Гавайев и Аляски) было введено военное положение. В Индии, где, как было известно Джеку, находилась сейчас Миа, волнения вылились в бунты, уже унесшие сотни жизней. Если все так пойдет дальше, думал Джек, к моменту прилета инопланетного корабля разрушать на Земле уже будет особо нечего.

Перебирая мрачные мысли, Джек глядел вверх, на небо, еще видневшееся в горловине шахты. Голубой кружок становился все меньше, превратился в светлую точку и наконец совсем погас. Казалось, они спускаются в ствол самой длинной в мире пушки. Смотреть вниз было неприятно: под ногами, сквозь металлическую решетку, им навстречу двигалась непроглядная тьма.

Механические пальцы Анны сжали его руку. Ее улыбка была теплой, и он подумал, что, вероятно, она по выражению его лица заключила, что он нуждается в утешении. Ничего необычного нет в том, что тебя утешают, думал Джек, но, когда тебя утешает робот, ты понимаешь, что живешь уже совсем не в том мире, в котором родился.

– Всем погасить фонари, – скомандовал Муллинз по кодированному каналу. – Если нас ждут, мы не должны быть легкими мишенями.

Свечение лица и торса Анны стало едва заметным.

В наступившей темноте Джеку показалось, что он различает слабый источник света на расстоянии мили или двух от них, примерно на полпути между шахтой лифта и гигантской пирамидой, абрис которой они видели на сейсмических снимках.

– Мы можем их не догнать, – сказал Джек.

Остальные проследили за его пальцем, еле видным в потемках, и поняли, о чем речь.

– Они не могли не понимать, что их будут преследовать, – Юджин держал руку на кобуре пистолета, прямо как Барни Файф, неустрашимый помощник шерифа городишки Мэйберри.

– Возможно, они на это даже рассчитывают, – слова Тамуры повисли в воздухе.

Несмотря на азиатское происхождение, по ее акценту было слышно, что она не относится к первому или даже второму поколению иммигрантов.

– Я бы на их месте сломал лифт, – сказал Муллинз.

– Сломал? – повторил в ужасе Юджин

Клеть продолжала спуск во тьме, постанывая и кряхтя, словно передразнивая те звуки, которые доносились из горла Юджина.

– Сломать – значит остаться внизу, как в могиле. Вероятно, они не самоубийцы и планируют вернуться на поверхность. Надо это учитывать.

•••

Наконец клеть, громко звякнув, остановилась – они прибыли. Джек включил фонарь на шлеме и осмотрелся. Вокруг площадки возвышались голубоватые глыбы льда высотой футов пятнадцать или больше. Они находились в каверне, образованной миллионнолетними наслоениями льда и снега.

Муллинз открыл дверцу и выпустил всех наружу. Лед и гравий захрустели под шипованными подошвами, и Джек подумал, что они находятся под одним из величайших ледников планеты и что над их головами висят многие миллионы тонн спрессованного снега, выпавшего за многие же миллионы лет.

По лицам остальных было видно, что им на ум приходят похожие мысли. Если затерянный мир и существовал, то это было здесь. Что-то прямо у него под ногами привлекло внимание Джека.

– Я тут кое-что обнаружил.

– Следы, – Муллинз встал на колени, чтобы лучше видеть. – Дюжина, может, больше, – он показал на необычные отпечатки в снегу. – У них с собой какой-то тяжелый предмет или устройство.

– Транспорт? – Гэби тоже склонилась над следами.

– Трудно сказать, – Муллинз задумался. – Отпечатки невелики и круглые впереди, как подковы лошади.

– Или осла, – предположил Юджин. – Они незаменимы в горах и вообще в труднопроходимой местности.

Ясно было одно: наличие тяжелого оборудования должно было замедлить продвижение противника.

– Идем по следам. Будьте настороже и держите оружие наизготовку, – Джек посмотрел на Гранта. – Могу забрать у вас эти чемоданчики.

– Это барахлишко? – биолог повертел в воздухе тяжелым оборудованием, словно пуховыми подушками. Переносной масс-спектрометр являл собой уменьшенную копию спектрометра, установленного на марсоходе. А секвенатор ДНК был хорошо известен антропологам, изучающим перемещения Homo sapiens по планете со времен их появления на свет.

Грант засмеялся, простодушно радуясь своим вновь обретенным здоровью и силе. Джек тоже засмеялся, но ему трудно было совместить образ Гранта – едва ползущего по пандусу атинского корабля человека, который потом еще сломал себе бедро, – со стоящим перед ним крепким весельчаком. Тем более что между этими двумя Грантами прошли вовсе не месяцы, а считанные дни.

Анна воткнула в лед колышек с огоньком на конце.

– Что это?

– Усилитель сигнала, – буднично пояснила она, пряча устройство под слоем ледяной крошки. – Нам понадобятся еще несколько, чтобы поддерживать связь с Северной Звездой.

– Ну, хоть не еще одна любимая игрушка, – заметил Джек.

– Ничего вы не понимаете, доктор Грир.

Они прошли тридцать ярдов, огибая высокие ледяные препятствия. В свете фонарей лед вспыхивал завораживающей подвижной иллюминацией.

– Когда дойдем до строений… – начал было Юджин и осекся, пораженный открывшимся видом. Сквозь тьму проступила величественная стена не менее пятидесяти футов высотой, посередине нее находилась арка шириной и высотой в двадцать футов. Стена, частично разрушенная временем, но местами хорошо сохранившаяся под защитой льда и холода, шла вправо и влево.

– Вот это стена! – восхитился Даг.

Гэби провела лучом света снизу вверх.

– Как думаете, зачем она?

– Древний Рим простоял без стен несколько сот лет, пока его не разграбили галлы в четвертом веке до нашей эры, – просветил их Джек. – Но и потом стены там были вполовину ниже. Мы видим что-то совершенно невероятное.

– Да и место это сильно подревнее будет, – вставил Грант.

– Эй, ты куда? – Ражеш окликнул Анну, которая отделилась от группы и направилась к основанию стены.

– Я обнаружила аномалию и хочу ее осмотреть.

Джек, Гэби и Ражеш последовали за ней, остальные продолжали рассматривать стену. Особенно впечатлена была Тамура, инженер по образованию.

Анна сметала снег с небольшого возвышения странной формы. Хотя какой снег мог быть здесь в каверне? Джек не сразу сообразил, что это мелкие ледяные чешуйки, падающие год за годом с того, что можно было бы назвать потолком огромной пещеры. Они принялись помогать Анне. Гэби направила свет фонаря внутрь ледяного образования и ахнула. Перед ними была громадная бедренная кость.

– Устанавливаю соответствие со всеми известными зоологическими образцами, – сообщила Анна.

Джек помахал рукой Дагу-палеонтологу.

– Что тут? – преодолевая одышку, спросил прибежавший на зов Даг. – Мать честная – динозавр!

– Доктор Густавсон прав, – вступила Анна. – Похоже, это прежде не известный родственник Tyrannosaurusrex’а.”

Джек поднял взгляд на внушительную конструкцию перед ними.

– Если бы я жил по соседству с хищными динозаврами, я бы тоже стену построил.

Гэби похлопала рукой в перчатке по грубой поверхности стены.

– Кто бы это ни был, они жили здесь за миллионы лет до нас.

•••

Внутри стены все было странным и в то же время смутно знакомым. Пройдя арку, они оказались на широкой улице, по обеим сторонам которой стояли полуразрушенные призраки домов. Некоторые насчитывали несколько этажей. Под их ногами лежала булыжная мостовая, вылощенная многолетним, неведомым им трафиком и покрытая странной смесью снежной крошки и пыли. Джек набрал в горсть немного этого вещества, чтобы рассмотреть его поближе. Затем он подошел к зданию справа. Вход для людей был фута на три выше и на два шире обычного. В каменном дверном косяке еще виднелись следы петель, державших некогда то, что было дверью.

– Люди, жившие здесь, не походили на хоббитов.

– Люди? – интонация Анны выражала сомнение.

– Фигурально выражаясь, – улыбнулся Джек.

Внутри пол был усеян какими-то обломками. За внутренней аркой виднелись еще одна комната и лестница, ведущая на второй этаж. Дверей и петель не было нигде. Похоже, все, что было подвержено распаду, – распалось. Груда пыли у дальней стены наводила на мысль, что когда-то здесь, может быть, был стол. Слева – возможно, камин. Тут готовили еду? Джек пытался представить себе, кем были эти существа и как они выглядели. Не подлежало сомнению, что они были много крупнее, чем современные люди.

Даг вошел следом, тщетно пытаясь дотянуться до притолоки.

– Вот бы этих ребят в NBA. Целыми днями бегать от Т-Рексов – отличная подготовка. Был бы звездный состав.

– Если еще добавить сложение, как у футбольных полузащитников, можно себе вообразить, как они выглядели.

– А это что? – Даг поднял нечто черное, напоминавшее десятидюймовую соломинку для коктейлей. Половина предмета тотчас рассыпалась в его руках, осевши пылью на каменном полу.

– Эти штуки я видел на улице, только там они больше размером.

– Раз они везде, значит, это что-то существенное, – заметил Джек, разглядывая остатки соломинки в руках Дага.

– Хэй, Джек, – раздался голос Гэби в наушниках. – Ты тут?

– Ты что-то нашла?

– Иди сюда – ты не поверишь!

Глава 24

Вашингтон

Езда из квартала Адамс Морган в центр была сплошным мучением. Какой-то ад на колесах. Автомобили, практически упираясь бампером в бампер, ползли медленнее пешеходов. Чтобы добраться до редакции WashingtonPost, Кей потратила два часа. На каждом крупном перекрестке стояли части Национальной гвардии. Чем дальше в центр – тем больше всяческих охранников.

Приехав, Кей сразу направилась в подвальные помещения, где царил Лукас де Сильва и его подручные айтишники. Лукас был бразильцем с кожей, как оливковое масло, и с характером, как порох. Кроме того, он был красавчиком и мог бы работать моделью, а не компьютерным гиком.

– За что мне такая радость? – Лукас вскочил и поцеловал Кей руку.

– Хочу попросить об одолжении.

– Ты знаешь, как я тебя люблю, родная моя, но сейчас мы тонем в работе так, как в дерьме не тонут, – Лукас даже отказывал весело.

Кей поставила сумку с компьютером на его стол и ласково спросила:

– Помнишь, на прошлой рождественской гулянке наш людоедский главный редактор – Сэнди Йейтс – рвала и метала, пытаясь выяснить, кто наблевал в корзину для бумаг под ее столом?

– Не помню, честно, – Лукас чуть было не перекрестился.

– Еще бы ты помнил. А я вот помню отлично, и, если ты не найдешь сейчас же для меня времени, Сэнди, наконец, узнает, как все было.

– Ты что, не видишь: у меня совсем нет людей. С этим синдромом Чарльсбурга и концом света из пятнадцати сотрудников здесь осталось двое. И я – второй.

Кей не стала поправлять Чарльсбурга на Зальцбурга и препираться: она знала Лукаса и его штучки.

– Тут видео и снимки – посмотри на них. Скоро явятся фэбээровцы с вопросами, и я хочу знать, что можно вытащить из этих файлов про заговорщиков.

– Не копии? – Лукас посмотрел на компьютер с отвращением.

– Нет. Но копии у меня тоже есть. Посмотри, пожалуйста, и позвони, если что найдешь, – она повернулась, чтобы уйти, но остановилась и протянула руку: – где поцелуй?

•••

Новостной отдел гудел, как скопище шершней; Кей прошла прямо к кабинету Рона Льюиса. За стеклом было видно, что он разговаривает с Сэнди Йейтс и парочкой в темных костюмах. Похоже, ФБР уже здесь. Рон увидел ее и поманил внутрь.

– Агент Смит и агент Грэнджер, – представил он этих двоих. – Агент Смит – ФБР, агент Грэнджер – Охрана президента.

Смит и Грэнджер помахали бейджиками.

– Я передал им копии видео и снимков… – начал Рон.

– Кто ваш источник? – сократил дорогу Смит.

– Если бы я знала… – Кей невольно сделала шаг назад. – Мне кажется, он работает в Восточном крыле.

– Он? – спросила Грэнджер.

– В переписке он называл себя Бабник. Хотя это ничего не исключает.

– Помимо публикации, этот Бабник вам еще что-то передавал?

– Космический снимок инопланетного корабля, летящего к Земле. Он попросил не писать об этом, а сам, если это был он, отдал информацию другим новостным агентствам.

– Почему не писать? – поинтересовалась Грэнджер.

– Проверка, я думаю. С такой информацией он имел все основания опасаться за свою жизнь и жизнь семьи.

– Семьи? – тут же отреагировал Смит.

– Всего лишь предположение. Что с президентом?

Агенты только головами покачали.

– Конгресс, вероятно, применит Двадцать пятую поправку и назначит вице-президента исполняющим обязанности президента, хотя бы временно. Она для того и появилась после убийства Кеннеди в 63-м, – вставила свое слово Сэнди.

– Да, – согласилась Кей. – Для того все и затевалось: убрать президента Тейлора, чтобы посадить на его место Милларда.

– Мы просмотрели видео, – сказал Смит. – Но мы только собираем свидетельства для министерства юстиции, а они будут выносить вердикт.

– А если они тоже в заговоре? – закричала Кей. – Как только Миллард принесет присягу, будет поздно. Мы начнем ядерную войну с пришельцами. Ради этого и покушение.

– Мэм, – Смит поднял обе руки, – успокойтесь. Сейчас важно выяснить, кто ваш источник.

– Конечно, – вспылила Кей. – Убейте гонца! Люди с чрезвычайной информацией пытаются остановить чудовищный заговор, а вас больше всего интересует, кто они такие. Миллард с компанией, наверное, на такой подход и рассчитывали. Хотя что теперь? По плану президента мы могли бы пересидеть катастрофу под землей, а теперь – всем в радиоактивную пыль…

– Кей, выйди вон и остынь! – прикрикнул на нее Рон.

Кей последовала указанию и вылетела вон из кабинета. Последнее, что она услышала, были слова Рона о том, что она девушка горячая, но честная.

Репортеры в некотором остолбенении следили за происходящим. Кей на ходу вытащила мобильник. Пусть даже у заговорщиков своя правота – убивать президента недопустимо. Наверху наверняка есть кто-то получше этих головорезов, кто мог бы заменить президента. Надо только найти тех, кто готов слушать. Она набрала номер Рамиреса, включился автоответчик.

– Хай. Это спецагент Рамирес, ФБР. Оставьте сообщение, и я вам перезвоню при первой возможности.

– Хэй, это Кей. Ты уже, вероятно, в курсе того, что тут происходит. Я знаю, ты в Индии, но фэбээровцы здесь даже не пытаются помешать назначению Милларда. Ты не можешь связаться с кем-то наверху, пока еще не поздно?

Кей просмотрела текстовые сообщения, пять из них были от отца. Ее мать лежала с тяжелой формой синдрома Зальцбурга, и отец звал Кей приехать домой.

Домой. Звучало так же нереально, как выйти на пенсию или отправить ее несуществующих детей в школу. Но за несколько дней до всемирной катастрофы это было единственное место, где ей хотелось бы оказаться.