355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джеральд Старк » Крепость мрака » Текст книги (страница 1)
Крепость мрака
  • Текст добавлен: 16 октября 2016, 20:54

Текст книги "Крепость мрака"


Автор книги: Джеральд Старк



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)


Джеральд Старк
Крепость Мрака

Глава первая
Время подняться на стены

20 день месяца Тагорн

Год Падения Цитадели

(Дата по счету людей неизвестна)

Наполовину ослепший от внезапно затопившего маленький зал охотничьего домика пронзительного золотистого сияния, оглохший от испуганных криков и нарастающего завывания чудовищного урагана, умудрившись потерять единственную связующую нить – судорожно цеплявшуюся за его руку ладонь Айлэ Монброн – наследник трона Аквилонии, словно подталкиваемый в спину, сделал шаг. Единственный шаг в сумятице, возникшей после того, как магик Эллар открыл колдовские врата и исчез в их зловеще мерцающей глубине.

… Много позже, пытаясь восстановить в памяти подробности затянувшихся мгновений, Кони вспоминал только стылый, мертвенно-холодный ветер да хаотическое мельтешение сонмища ослепительно белых искр. Он даже испугаться толком не успел, настолько стремительно все произошло. Его затянуло в портал, словно щепку в водоворот, вышвырнув неведомо где, но уж точно не в тихих, дремотных Рабирийских холмах.

Боги дали человеку пять чувств, дабы познавать окружающий мир – и вот теперь все пять чувств Коннахара, сына Конана были оскорблены одновременно.

В глаза ударил яркий солнечный свет, со всех сторон навалилась оглушающая мешанина звуков – воинственные вопли, стоны раненых, лязг железа о камень, грохот, треск, скрежет, частые щелчки арбалетов. Каменная плита под ногами ощутимо содрогалась, ноздри разъедал едкий бурый дым, и от кислого медного привкуса на языке оскоминой сводило скулы. За спиной возвышалась серая громада крепостной башни с наполовину обрушенным балконом и десятком бойниц, прямо – открывался вид на узкую, длинную долину с редкими купами темнолиственных деревьев, стиснутую отрогами скалистых гор. Вдаль уходила единственная дорога, на ней у самого горизонта вздымалось большое пыльное облако.

По всему выходило, что находится он на крепостной стене, и крепость эта только что подверглась атаке. На возвышении слева кренилась набок гигантская катапульта, бессильно свесив изломанные рычаги. Вдоль края площадки тянулись массивные зубцы высотой в рост человека, в их ровном ряду скалилась гранитными изломами широкая брешь. По закраинам пролома, трескуче шипя, ползали лиловые змеистые огоньки – след магического удара огромной силы, сокрушившего камень. Один, извиваясь, устремился прямо под ноги Коннахару.

Моргая, кашляя и отплевываясь, Конни отскочил и споткнулся о труп в легком кожаном доспехе, до пояса заваленный щебенкой. Неподвижные тела, одетые в одинаковые доспехи темно-зеленой кожи с алым тиснением, усеяли весь доступный для обозрения участок стены. Кем бы ни были защитники неведомой цитадели, похоже, ни один из них не уцелел.

Рядом, разминувшись с головой принца едва на пядь, свистнула случайная стрела и раскололась о камень.

Над разрушенным гребнем возникло навершие лестницы с парой зазубренных крючьев на концах. Блестящие лапы крюков раздвинулись сами собой, надежно вцепившись в камень. Между ними вынырнула жуткая медно блестящая харя с решеткой длинных клыков и узкими щелками вместо глаз. Принц оторопело попятился, шаря на поясе кинжал. Самое время было орать в голос, но язык намертво присох к Пересохшей глотке – лишь когда за кошмарной рожей появились широченные плечи и руки в латных рукавицах, сжимающие древко секиры, юноша сообразил, что принял за демонскую личину причудливый бронзовый шлем.

Захватчик грузно перевалился на стену – Конни услышал даже гневное неразборчивое бурчание из-под звериного шлема. С головы до ног покрытый тяжелой броней, помятой и тусклой, хранившей следы множества ударов, он выглядел почти квадратным – ростом принцу по грудь, но втрое кряжистее, с длинными руками и грудью, что твой бочонок. Едва диковинный воин спрыгнул с лестницы, следом высунулся шлем еще похлеще, в виде драконьей головы, и столь же бодро полез наверх.

Ну и толстяк, пронеслось в голове у принца. Да он, должно быть, неповоротливее буйвола!

В следующее мгновение наследник аквилонской короны скакал не хуже ярмарочного гимнаста, увертываясь от свистящих взмахов вражеской секиры, вертевшейся легким перышком в руках неуклюжего на вид противника.

Воин в драконьем шлеме перешагнул последнюю ступеньку штурмовой лестницы, уступая дорогу следующему, столь же коренастому й низкорослому.

Дверги, подумал Коннахар. Провалиться мне на месте, если это не подгорные жители. Но, во имя Митры Милосердного, почему? Откуда?! Что за дикая кончина – быть зарубленным каким-то двергом, которому ты даже ничего плохого не сделал… Впрочем, если я успею добраться вон до той рухнувшей балки…

Прыжок в сторону, и широкое лезвие с подвесками в виде маленьких бронзовых черепов раскалывает пополам булыжник. Схватив намеченную добычу, круглый стальной щит необычного светло-фиолетового цвета с алым узором, Коннахар успел подставить его под очередной сокрушительный удар. Рука мгновенно онемела, а поперек щита протянулась глубокая вмятина. Низкорослый заревел – Коннахар не разобрал ни единого слова – и, крест-накрест полосуя воздух, попер на принца, а на того, что поднялся следом, вихрем налетела чья-то смутно знакомая фигура с длинным блестящим мечом.

«Драконий шлем», крякнув, отбил удар окованным железными кольцами топорищем. Клинок с яростным визгом проехался по железу, но дальнейшей схватки между защитником цитадели и солдатом армии завоевателей Конни не видел. Его слишком занимали попытки увернуться от проворно мелькающей секиры, оказывавшейся то слева, то справа, норовившей ударить по ногам или хлестнуть поверху спасительного щита, удивительно легкого и прочного. Вот когда сполна пригодилась наука незабвенного месьора Борса Тегвира из Атрены, придворного наставника воинских искусств. Однако никогда доселе Коннахару не доводилось выходить против столь опытного соперника, к тому же ничуть не обремененного сдерживающими правилами учебного поединка.

«Мне конец. Поскачу еще немного, и он меня достанет. Непременно достанет. Что я могу против этого жуткого топора с одним щитом? Ровным счетом ничего…»

– Коннахар! Эй, Конни! Падай! Да упади же!..

В реве и грохоте битвы и нестройном хоре воинственных кличей два знакомых голоса прозвучали совсем слабо, и Конни, оглушенный, растерянный и испуганный, их не услышал. Однако он упал и без чужой подсказки – обломок гранита не вовремя подвернулся под ногу – потеряв равновесие, грохнулся спиной вперед, безнадежно вскидывая над собой покореженный щит. Отчетливо представилось, как опускающееся лезвие с легкостью разваливает на две половинки сперва металл, а затем наследника аквилонской династии…

Воздух хищно и пронзительно свистнул, и дверг, замахнувшийся для финального удара, рухнул навзничь, загремев навьюченной на него сталью. Громыхнула выпавшая из рук владельца и отлетевшая в сторону секира, звякнули спутавшиеся цепочки со зловещими украшениями.

Пару ударов сердца Конни просто лежал, уставясь в поразительно спокойное небо с белоснежными хлопьями легких перистых облаков. Проклятье, мелькнула мысль, если бы вся эта груда железа обрушилась на меня, вышло б не хуже, чем топором…

– Коннахар, поднимайся! – рядом возникли ноги в потрепанных остроносых сапожках. Сапоги выглядели незнакомыми, зато напряженный голос с привычкой растягивать гласные Коннахар признал без труда. Среди окружавших его людей так разговаривал только уроженец Темрийской провинции Лиессин Майлдаф, он же Льоу. – Нашел время вздремнуть! Конни, очнись, мы в беде!

Последняя фраза звучала уж совсем обеспокоено.

– А то я сам не понял, – огрызнулся наследник Аквилонии, отбрасывая в сторону верно послуживший щит и со второй попытки поднимаясь на ноги. В глубине души мелькнуло и, устыдившись, пропало виноватое облегчение. Выходит, в ловушку магических врат он угодил не в одиночестве.

Былой противник Конни обнаружился поблизости – бездыханная горка металла и плоти, вяло подергивающая ногами. Воинственного коротышку прошило тяжелым копьем, меж звеньев кольчуги просачивались густые черные ручейки. Торопливо отведя взгляд, Коннахар проследил возможное направление полета копья и наткнулся на полуобрушенный балкон, лепившийся ярусом выше.

На балконе метались два человека, коим также выпала участь невольных спутников наследника трона Аквилонии. Там же на треноге громоздился невиданный счетверенный арбалет, заряжавшийся множеством стрел и похожий на чудовище с несколькими растянутыми в ухмылке зубастыми пастями.

Несмотря на панику и страх перед незнакомой местностью, у Эвье Коррента или Ротана Юсдаля достало сообразительности схватить подвернувшееся копье и метнуть его в существо, едва не прикончившее Конни. Бросал наверняка Эвье, имевший прирожденный талант к этой военной забаве. У Ротана правая рука до сих пор болталась на перевязи после удара гульскими когтями.

– Оставайтесь там! – требовательно крикнул Льоу. Юсдаль-младший, начавший спускаться по шаткой приставной лесенке, застыл на месте, растерянно оглядываясь через плечо. – Вернись назад, говорю! Эвье, пошарь там где-нибудь припасы к этому жуткому арбалету! Если есть – зарядите и направьте на стену, и стреляйте, стреляйте, они сейчас полезут снова! Коннахар, а мы с тобой…

Он повернулся к принцу – серебряные волосы растрепаны, ссадина на лбу запеклась кровью – и Коннахар заметил широкую алую полосу, расплывающуюся по лезвию длинного меча Лиессина Майлдафа. Однако что именно хотел сказать темриец, так и осталось неизвестным. Со скрежетом, от которого у Конни заныли зубы, в порушенную стену вцепились острые крючья еще трех штурмовых лестниц.

Дверги завыли и пошли на приступ.


* * *

Пробираясь между обломками, Конни вспомнил об обладателе шлема в виде драконьей морды. Должно быть, Льоу прикончил врага или сбросил его вниз. Совершенно непривычно было видеть Лиессина Майлдафа, сладкоголосого скальда, завсегдатая кабаков и покорителя девичьих сердец, в роли умелого воителя. Знать бы еще – как, собственно, здесь очутился сам Лиессин и двое других приятелей аквилонского принца? Но самый главный вопрос – где оно, это таинственное «здесь»? Далеко ли от Тарантии или от Рабирийских гор? Мельком Конни углядел зубчатый гребень огромного бастиона, крытые деревянные галереи, лестницы и движущиеся по ним вдалеке фигурки. Истинные хозяева цитадели должны заметить брешь в своей обороне и прислать отряд в подвергшуюся нападению башню. Хорошо бы они сделали это поскорее.

Не давало покоя и другое соображение. Последний раз хирд, гномье воинство, выходил на поверхность и принимал участие в сражении людей по меньшей мере лет сто или двести тому. Почему же тогда дверги штурмуют стены неведомой крепости? Как она называется? И кто, в конце концов, ее защищает?

… Одну из лестниц Конни и Льоу на удивление ловко – будто всю жизнь этим занимались – отпихнули от стены, воспользовавшись трофейной секирой и подобранным багром с хитроумным тройным зацепом на конце. Крючья, намертво впившиеся в черный с алыми прожилками гранит, никак не желали отцепляться. Тогда Лиессин попросту обрубил их. Уткнув багор и секиру в верхнюю перекладину, молодые люди поднажали, преодолевая сопротивление лестницы и тяжесть повисших на ней двергов. Металл пронзительно заскрипел по каменным зубцам; лестница грузно поехала в сторону, а спустя пару ударов сердца снизу донесся хрусткий удар и нестройный яростный вопль, вырвавшийся из десятков глоток. На другую, напрягая все силы, скатили обломок стены весом стоунов в двадцать – каменная глыба вдребезги раздробила деревянные перекладины, похоронив под собой всех, кто находился на них.

В азарте от успеха Льоу, подтянувшись, сунулся в проем между зубцами – глянуть, много ли ущерба причинено врагам. Конни едва успел втащить приятеля обратно, когда над вершиной башни взмыло мерцающее черной рябью облако пущенных снизу стрел, смертоносным градом застучавших по камню.

Не сговариваясь, оба защитника поневоле метнулись, пригибаясь, в единственное подходящее укрытие под самой стеной – стрелы туда пока не достигали. В миг краткой передышки, пока лучники внизу перезаряжали свое оружие, Коннахар дотянулся до валявшейся поблизости оторванной крышки какого-то ящика. Та выглядела достаточно толстой, чтобы временно заменить щит-павизу.

– Ты не представляешь, сколько их топчется внизу, – ошарашенно бормотал Лиессин, привалившись к стене и косясь на цокающие поблизости стрелы. – Не меньше тысячи или двух, и на подходах еще больше… Еще я заметил какую-то здоровенную сверкающую дрянь навроде передвижного тарана. Она пока далеко, но ползет прямо сюда. Башня, кстати, довольно высокая – локтей под тридцать-сорок, точнее сказать не берусь.

– Лучше скажи, как будем выкручиваться, когда к зубцам приставят еще несколько лестниц? – предложил Конни, осторожно высовываясь из-за укрытия. Торчавшие на балконе Ротан и Эвье сообразили затаиться, ожидая завершения атаки. – И вообще, как вас угораздило свалиться в портал? Может, Хасти тоже околачивается неподалеку? Он ведь первым сунулся в эти треклятые врата!

– Одноглазый или кто другой из лагеря на Рунеле на глаза пока не попадался. Как сюда занесло эту безумную парочку – мне неведомо. Лично я прыгнул следом за тобой, потому что… – Льоу замялся, подбирая слова: – Ты вроде как вошел в дверь, из которой лился золотистый свет, и начал исчезать. Мне стало позарез любопытно: что там, с другой стороны? Упустить такой случай – да ни за что на свете! Так что я сгреб ножны с мечом и кинулся очертя голову вперед, надеясь, что повезет. Слыхал я байки про магические ворота: заходишь в них целеньким, потом твою голову находят в Нордхейме, туловище в Стигии, а ногами закусывают рыбы в Полуденном Океане. Но я ведь парень не промах – сложил пальцы в охранительном жесте и ринулся вперед с именем Морригейн на устах… и вот я здесь, целый и невредимый!

– Пока невредимый, только очутился демон знает где, – подвел итог Конни. – Меч прихватил, а анриз не успел? Как же ты без него?

– Справлюсь как-нибудь, – легкомысленно отмахнулся Майлдаф-младший, хотя напоминание о маленькой арфе, с которой он почти не расставался, наверняка было болезненным. – Перестали стрелять? Ну, раз-два!..


* * *

Очередной град стрел, пущенных по очень крутой дуге и сыплющихся почти отвесно, они вновь переждали под импровизированным щитом из досок, положенных на выступы стены. В нескольких местах изнутри щита торчали черные наконечники стрел, пробивших толстенное дерево насквозь.

– … Первого, кто сунется, цепляем и скидываем на головы остальным или незамысловато сносим башку, – Коннахар согласно кивнул, подвигая ближе позаимствованную секиру, едва не подведшую черту под его краткой жизнью. Оружие оказалось ему не по руке – тяжеленное, с неудобной центровкой – зато им было удобно орудовать, не слишком высовываясь из-под прикрытия. Также среди оружия, в изобилии раскиданного среди куч щебенки и мертвых тел, он подобрал себе небольшой арбалет со связкой стрел, а Льоу разжился дюжиной метательных ножей. Единственно правильный выбор – в ближнем бою против воинов в тяжелом доспехе у юношей не имелось ни единого шанса. – Пока они сыплют проклятьями и собирают уцелевших, бежим к следующей лестнице и проделываем то же самое. Хорошо бы еще разок швырнуть в них пару камней потяжелее, благо этого добра тут хватает. Или окатить горячей смолой, но где разжиться таким богатством? Если и стоял здесь смоляной котел, то его унесло с обрушившимся куском стены… Готов?

– Нет, – честно признался наследник аквилонского королевства, прикидывая, как бы половчее выкарабкаться из-под верно послуживших досок. На свое счастье, он не успел этого сделать, остановленный предостерегающим окриком и басовитым скрипом натягиваемой тетивы – вчетверо громче против обычного.

На балконе, вместо правого края коего остались только сиротливо торчащие балки, обозначилось некое шевеление. Чьи-то руки закрутили изогнутый ворот, торчащий cбоку диковинного стреломета, и все четыре мощных лука начали плавно выгибаться назад.

Выглянувший из-за подпорки человек – судя по взъерошенной каштановой шевелюре, отпрыск семейства Коррент – бодро помахал рукой, указывая на участок стены, где почти вплотную друг к другу теснились три лестницы, по каждой из которых споро карабкались воинственные карлики.

Словно его жест послужил сигналом, над стеной появились захватные крючья еще пары лестниц. После второго приступа, отбитого столь же доблестно, как и первый, разъяренные дверги навалились всем скопом. Конни усердно гнал прочь от себя явственное ощущение того, что этот штурм может оказаться для четверых мальчишек последним.

– Они, в самом деле, взводят это чудовище! – не поверил своим глазам Конни. – И собираются палить по двергам!

– О вечно юная Морригейн, ниспошли им удачу, а нам отвагу! Если еще и попадут, я сочиню о них скелу, достойную героев древности! – проорал в ответ Лиессин, перекрывая шум битвы.

Доски укрытия внезапно хрустнули и прогнулись под немалым весом спрыгнувшего со стены нападающего. В паре шагов поодаль Конни заметил сразу с полдюжины одетых в железо карликов с уже знакомыми топорами на длинных рукоятях, сбившихся в плотную группу. Их сотоварищи торопливо карабкались по перекладинам, набрасывая на стенные зубцы длинные петли веревок. Дверги орали наперебой, поторапливая отставших – и оттого не расслышали сухого и четкого щелчка спускаемой тетивы.

Десяток уложенных веером стрел сорвался в полет, шипя и оставляя за собой отчетливо видимый след пронзительно-голубого огня. Стрелки взяли прицел чуть выше, чем следовало: часть болтов бесполезно канула за стену, не причинив никому вреда, но некоторые поразили цель. Пара приземистых созданий рухнула на месте. Один, получив толстый короткий дротик в живот, согнулся пополам, закружился волчком, выронив оружие, подвывая и расталкивая собратьев.

При втором и последующем выстрелах Эвье и Ротан учли ошибки, слегка наклонив арбалет вниз. Боги ведают, как того добились творцы стреляющего чудовища, но смертоносные залпы следовали один за другим с невероятной быстротой, будто из колчана лучника – чемпиона. Двергов за считанные мгновения точно ураганом снесло. Уцелевшие коротышки сиганули прямиком через стену, не прибегая к помощи лестниц и цепляясь за сеть болтающихся веревок. Подгорный житель, топтавшийся над головами Конни и Льоу, продырявленным мешком ухнул вниз.

Парочка на балконе улюлюкала и вопила едва ли не громче празднующей победу армии, пока Льоу не велел им заткнуться и готовиться к встрече следующей волны нападающих.

Таковая не заставила себя долго ждать. Наученные горьким опытом, дверги сперва взгромоздили наверх несколько массивных треугольных щитов, размалеванных синей и желтой краской. Арбалетные стрелы отскакивали от слоя металла и дерева. Устрашающий рокочущий гул внизу приблизился, став гораздо громче.

– Ну, все. Теперь нам крышка. А я-то думал, будет интересно, – с неподдельной тоской бормотал Лиессин. – Говорили мне матушка с отцом – сиди дома, порти девок, так ведь нет… Надо было слушаться родителей, носа не высовывать за порог… Пора сматываться, мой принц, геройство хорошо до определенных пределов…

– Как?! Куда? – воскликнул Коннахар. На самом деле путей отступления виделось достаточно, но ни одним из них воспользоваться они бы не смогли. Припустить вдоль стены, плавными извивами простирающейся в обе стороны, до следующей башни? Самое малое две сотни шагов по открытому месту – стрела догонит. В толще башни, нависшей над их головами, имелись узкие бойницы над балконом и несколько дверей, ведущих со стены внутрь. Но, увы, бойницы располагались чересчур высоко, под самой плоской смотровой площадкой, а створки Льоу проверил в первую очередь, едва выдалась передышка. Все они оказались заперты изнутри.

– А, пр-роклятье… За мной!

С этими словами Льоу, а следом за ним и Коннахар выскочили из убежища, лицом к лицу столкнувшись с троицей противников, под прикрытием щитов только что спрыгнувших на площадку. Отпрыск Бриана Майлдафа немедля позабыл о благоразумном намерении искать спасения. Издав воинственный клич, он схватился с первым из троих, оставив двух других на долю приятеля.

По ближайшему Конни в упор разрядил арбалет, вогнав стрелу в глазницу шлема. На второго, отбросив бесполезный самострел, замахнулся трофейной секирой. Топорище, стянутое стальными кольцами, неловко провернулось в руке, тяжесть оружия вкупе с силой молодецкого замаха отбросила юношу в сторону, и дверг без труда отвел удар.

Дальнейшие события запомнились Конни чередой странных рваных впечатлений и отвратительным вкусом каменной пыли, смешанной с кровью, на губах.

Вот он скорчился в тени под основанием разбитой гигантской катапульты, а мимо грохочут сапоги бегущих по стене двергов. Каким-то чудом он жив и даже не ранен, и вместо секиры рядом валяется чужой, непривычно изогнутый ятаган синей узорчатой стали. В боку пульсирует боль – тот удар древком, сбивший его с ног, был хорош – но сам враг куда-то пропал. Побрезговал добивать поверженного мальчишку, а может, валяется неподалеку с дротиком в ребрах.

Вот Льоу карабкается по приставной лесенкна балкон, задерживается на самом верху, и в его пальцах искрами взблескивают метательные ножи – один, другой, третий… Неточно пущенный короткий топорик осыпает его горячей гранитной крошкой. Темриец орет что-то оскорбительное, неслышное за грохотом боя, и ничком валится на балкончик, пинком сбрасывая лестницу вниз.

У Эвье и Ротана кончились припасы к их скорострельному чудищу, и смертоносный дождь иссякает. Оставшись без оружия, они укрываются за перилами балкона, пытаются вжаться в гранит, в отчаянии закрывая головы руками, а со штурмовых лестниц на стену течет и течет закованный в броню поток. Несколько окованных железом переносных таранов бьют в толстые створки дверей, ведущих внутрь башни, дверги, раскачивающие их, утробно ухают при каждом ударе. Вот одна из створок не выдерживает, и в открывшийся темный проем немедленно вваливается торжествующе орущая толпа.

Очередной спешащий мимо дверг, царапнув взглядом по сжавшемуся в комок принцу, вдруг замедляет бег и присматривается повнимательней. Шлем он потерял, и Коннахар, подняв глаза, видит над собой маленькие яростные глазки под низким лбом и злорадную желтозубую усмешку, блеснувшую в густой пегой бороде. Секира с рокочущими бубенцами на обушке взлетает в воздух…

… Обитателю подземелий не удалось завершить размашистого движения. Промеж ключиц у него внезапно выросла стрела – длинная, тонкая, крашеная в сизый цвет, с желто-алым, оперением. Подгорный воитель всхрапнул и повалился ничком, намертво придавив Коннахару ноги. Рядом на бегу рухнул его собрат, срезанный столь же метким выстрелом. За первым залпом последовал второй, потом еще и еще – победные кличи нападающих сменились воплями боли и ужаса. По всей стене то один, то другой карлик падал на залитые кровью плиты, сипя пробитым горлом, хватаясь за простреленную руку или пытаясь выдернуть стрелу из прошитого насквозь бедра. Смертоносные гостинцы летели, однако, не с порушенного балкончика, послужившего укрытием Ротану, Эвье, Лиессину и Майлдафу, да и ничуть не походили на толстые, уродливые арбалетные болты.

Долгожданная помощь пришла с иной стороны.

Крепость, наконец, прислала своим гибнущим защитникам подкрепление.


* * *

На верхнем ярусе башни, на смотровой галерее, появились два десятка стройных фигур в просторных темно-фиолетовых одеяниях. Взгляду Коннахара они предстали четкими черными силуэтами на фоне безмятежного синего неба, и каждый сжимал в руках длинный мощный лук с двойным изгибом. Лиц, скрытых под капюшонами, снизу было не разглядеть, зато неведомые стрелки со своей удобной позиции все происходящее на стене видели как на ладони, а их умению обращаться с оружием позавидовали бы прославленные ветераны аквилонской гвардии. Опомнившиеся дверги схватились за арбалеты. Однако сделать ответный выстрел успевали немногие – воины на башне опустошали колчаны куда быстрее. Большинство двергских арбалетчиков полегло прежде, чем успело как следует прицелиться.

Оставшиеся в живых ринулись внутрь башни или пытались укрыться за желто-синими щитами, а с лестниц валили новые на смену погибшим. Что-то огромное ревело и лязгало за стеной, сотрясая основание башни.

На какой-то миг чаши весов в почти удавшемся штурме уравнялись, не предоставляя решающего преимущества ни одной из сторон. И тут на расстоянии ладони от носа лежащего ничком в своем укрытии Ротана упала веревка, змеей скользнувшая с одной из бойниц.

Камешек, перетянувший весы на сторону осажденных, возник на зубцах верхнего яруса, рявкнул что-то стрелкам и кубарем скатился по веревке на стену, усеянную лежащими вперемешку трупами защитников крепости и нападающих.

Нового пришельца Коннахар разглядел во всех подробностях, даже из того весьма неудобного положения, в коем находился. При иных обстоятельствах увиденное, пожалуй, повергло бы его в ужас. Такой твари ни Коннахару, ни его спутникам видеть прежде не доводилось. Нечто похожее описывалось в историях, повествующих о смертельно опасных демонах, стерегущих заброшенные храмы в дебрях Черных Королевств…

Коренастый и невероятно длиннорукий незнакомец двигался с быстротой и легкостью атакующего барса. На широком, землистом и грубо слепленном лице под низким лбом яростно горели оранжевые, с вертикальным кошачьим зрачком глаза. Облачением существу служили вороненая кольчуга, перехваченная наискосок полосой широкой изумрудной ткани, легкий кожаный шлем с зеленым же плюмажем на макушке, короткие кожаные штаны, сапоги и стальные наручни. Мощное тело в местах, открытых для обозрения, покрывала жесткая седая шерсть. Тварь сжимала короткое, в пару локтей длиной, древко, завершавшееся на обоих концах длинными, слегка изогнутыми лезвиями. Заточенные до небывалой остроты края клинков, похожих на узкие ятаганы, полыхали тусклой синевой. У их оснований топорщились шипы и болтались пучки кудлатых волос, стянутых алыми нитями. В руках диковинного воина, стоило ему отпустить веревку, оружие немедленно закрутилось жужжащим, мерцающим, смертоносным кругом.

Еще с дюжину канатов, разворачиваясь, упало с края башни. По ним заскользили вниз прочие собратья странного воителя.

Тварей в одинаковых кольчугах, с вызывающе торчащими зелеными перьями на шлемах, насчитывалось около двух десятков. Различались они разве что по окрасу шерсти – кто-то светлее, кто-то темнее, один вовсе соловый, навроде лошади породы саглави. Необычных двулезвийных копий явившиеся существа не носили, обходясь тесаками, сдвоенными цепами и жутковатыми булавами. Едва коснувшись каменных плит площадки, создания немедля кидались в общую свалку, превратившуюся в жуткое побоище, где каждый сражался со всеми и все – с каждым; однако вскоре стало очевидно, что обороняющиеся побеждают, не неся притом ощутимых потерь.

Попытка двергов сбиться в некое подобие хирда и раздавить проворных врагов по одному быстро провалилась, вдобавок пепельные стрелы вновь принялись язвить карликов в приоткрывающиеся щели доспехов. Вскоре пал последний из захватчиков – кто вовремя не бежал, остался лежать с пропоротым брюхом, раздробленной головой или стрелой в глазнице – а новые силы подходить не торопились, и лишь неясные крики и звон металла, доносящийся из темного нутра башни, напоминали о том, что там все еще продолжается бой.

Даже теперь положение защитников крепости виделось не слишком благоприятным – на стороне двергов оставалось подавляющее превосходство в численности, из-за стены могло подоспеть почти любое подкрепление. Но тут произошло непонятное. Металлически лязгнув, открылись стальные челюсти захватных крюков, и одна за другой все пять штурмовых лестниц освободили брешь. Одно из звероподобных существ прыжком забросило себя на стенной зубец, проревело вниз короткую фразу, сопроводив ее выразительным непристойным жестом, и скатилось обратно под одобрительные выкрики с галереи и рыканье сотоварищей.

Тварь приметной темно-рыжей масти вынырнула из лишившегося створок дверного проема башни и, махнув длинной лапой, окликнула носителя зеленой ленты. Вопль извещал о выигранной схватке во внутренних помещениях, потому что следом наружу повалили остальные звероподобные воины. Нескольких двергов выволокли на стену еще живыми и упирающимся изо всех сил – и без лишних церемоний столкнули в пролом, на копья их же соплеменников.


* * *

Серая зверюга (Коннахар счел ее, вернее, его, предводителем отряда диковинных созданий, обличьем смахивающих на крупных дарфарских обезьян, а повадками – на воинов Дикой Сотни королевской гвардии Тарантийского замка) расхаживала по площадке, сильно горбясь и ворча себе под нос. Порой, обнаружив, что какое-либо из двергских тел все еще пытается шевелиться, существо задерживалось на мгновение – взмах двулезвийного копья приносил раненому быстрое избавление от дальнейших страданий. Воин подбирался все ближе к разбитой катапульте, и вид его окровавленного оружия вызывал у Конни неприятное нытье под ложечкой.

«Позвать на помощь? Или лучше промолчать? – старания принца выбраться из-под неподъемной туши убитого дверга закончились ничем. – Кто знает, что взбредет в голову этим тварям… А, все едино! Не лежать же тут пластом до скончания века!»

– Аргх! Вот ты где! – массивная башка резко повернулась, уловив судорожные трепыхания придавленного человека. Голосина у зверообразного создания оказалась под стать внешности – словно рашпилем провели по сильно заржавленному куску железа, но слова звучали достаточно разборчиво и внятно. Тварь заковыляла по направлению к наследнику аквилонского престола, ловко пробираясь между обломками. – Харр! Что я вижу? Кажется, тут что-то живое! Эй, парень, вылезай из-под своей бородатой подружки – видишь, она тебя больше не хочет!

Покрытые шерстью воины встретили возглас своего командира дружным хохотом. Какого демона, подумал Коннахар, коему в этот миг было вовсе не до шуток. Тоже мне, весельчак сыскался!

– С радостью уступлю ее тебе! Вы с ней поладите! – огрызнулся он, пытаясь хотя бы усесться. Твари заржали еще громче, а пуще всех, как ни странно, веселился воин с зеленой перевязью. Добравшись через завалы мертвых тел до принца, он протянул тому мускулистую руку – или, что правильнее, лапу – и легко, как морковку из земли, выдернул из-под мертвого дверга, восклицая:

– Ба! Да этот любитель дохлых грязекопов знает Наречие! Забавный парень! Пожалуй, я не убью его – пусть веселит наших баб на постирушках! Ладно, шутки в сторону – эй, олухи, славьте героя! Четверть терции он почти в одиночку удерживал стену, пока мы неслись сюда сломя голову! Зачем нас вообще звали, аргх? Ребята сами прекрасно справлялись!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю