Текст книги "Возвращение"

Автор книги: Дженнифер Л. Арментроут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 14

Мы молча залезли в машину. Ехать оставалось четыре часа. Говорить было не о чем. Я облажалась и чуть не погибла. Я втянула в это Сета. Мы выехали с парковки, и я обрадовалась, когда здание мотеля скрылось из виду. Мне хотелось забыть о случившемся.

Совсем измотанная и все еще напуганная случившимся, я быстро отключилась. А еще я была ужасно разочарована. Разочарована в самой себе. Сет предупреждал меня, что этот мир опасен. Я верила ему, но повела себя безрассудно. Мой разум застрял в том мире, где ни демонов, ни богов, ни титанов не существовало. В мире, где я могла спокойно ходить по улице, не опасаясь, что меня проглотят, как кусок пирога. Какой же я была дурой.

Жизнь преподала мне хороший урок.

Разглядывая шею и запястье, я ужаснулась еще больше. Кожа сморщилась и порозовела, виднелись полукруглые следы от укусов. Касаться их все еще было больно. Голова и колени ныли. Но хуже всего была не боль и не горький привкус ужаса после нападения, но то, что я ничего не смогла сделать, чтобы себя защитить.

Абсолютно ничего.

Демоны мгновенно схватили меня, и я практически не сопротивлялась. Не думаю, что когда откроются мои силы, это что-то кардинально изменит во мне. К тому же Титаны, если верить Сету, явно были могущественнее демонов и Теней.

Если так, то я, считай, уже мертва.

Не в силах противиться усталости, я задремала. И мне приснился сон. Я почувствовала теплое, мягкое прикосновение к своей щеке. Волосы осторожно убрали мне за ухо, стараясь не задеть больное место. Я грезила о призрачном прикосновении. Иначе и быть не могло – откуда ему взяться, такому легкому, нежному, в реальной жизни. Мое тело мечтало о ласке. Я нежилась в ней, пока меня не позвали по имени. Кто-то провел по моей нижней губе и остановился возле пореза. Мне это понравилось – еще как. Мне стало тепло и уютно. Сон был прекрасен. Я готова была смотреть его вечно.

Тут голос раздался снова, на этот раз уже громче:

– Джо. Просыпайся.

Туман в голове рассеялся, я заставила себя поднять веки – и меня встретили глаза цвета меда. Вот черт, это был не сон.

Сет все еще держал меня рукой за подбородок. Его большой палец лежал чуть ниже моей нижней губы. Затаив дыхание, я посмотрела на парня. От удивления мысли путались.

– Проснулась? – спросил Сет и снова провел большим пальцем по моей нижней губе, отчего у меня в животе вспорхнул целый рой гиперактивных бабочек. – Если хочешь еще подремать, я могу поездить по улице туда-сюда.

– А?

Сет улыбнулся, и армия бабочек ворвалась мне в грудь.

– Мы доехали до твоего дома, но ты спала, поэтому я немного покатался по городу, – объяснил он, и у меня округлились глаза. Мы уже были в Осборне? Я всю дорогу проспала? – Сейчас мы где-то в паре километров от твоего дома. Я решил, что тебе нужно время, чтобы привести себя в порядок.

Как странно: Сет был сама чуткость, и это было так приятно. Мои губы расплылись в улыбке.

– Теперь я проснулась.

– Как себя чувствуешь?

– Нормально, – ответила я и сглотнула. – Я похожа на того, кого только что вытащили из фильма «Челюсти»? Не хочу пугать близких.

Сет внимательно осмотрел меня.

– Нет. Оставь волосы распущенными – они закроют укус на шее, а свитер – все остальное. Порез на губе… в глаза не бросается.

Его взгляд опустился на мой рот – ух! бабочки превратились в огромных птеродактилей. Как это было глупо. Ужасно глупо. Но я прекрасно помнила, как Сет смотрел на меня, когда я вышла из ванной в его футболке, что он сказал при этом и как заснул, держа меня за руку… В общем, все, что случилось до того, как я едва не погибла.

– Ты снова стонала, – предупредил он. – Тихонько, едва слышно.

О боже, правда?

– Как же я тебя ненавижу! – бросила я, но и сама не поверила своим словам.

Сет улыбнулся.

– Врать ты совсем не умеешь, – сказал он и легонько нажал на кончик моего носа.

Я моргнула.

Парень отстранился, включил передачу и, вывернув с обочины, выехал на дорогу. Я продолжала смотреть на него: волосы снова были распущены, смягчая резкие черты лица, и кончики прядей касались широких плеч.

Сет был просто невероятным, но мне следовало сосредоточиться на важном. Через несколько минут я должна была встретиться с мамой – впервые, после того как мне открылась правда, – и мне нужно было привести мысли в порядок.

Мы ехали по знакомой дороге, и я чувствовала, как в нервы в животе сворачиваются клубком. Солнце пробивалось сквозь ветви, бросая тени на капот и лобовое стекло. Что мне сказать маме? Да и что говорят в таких случаях?

– Волнуешься? – спросил Сет.

– Как ты догадался?

– Ты вертишься как уж на сковородке.

Ох. Ладно. Я попыталась сесть ровно.

– Я не знаю, что сказать маме. Я даже не знаю, поймет ли она.

Длинные пальцы Сета сжались на руле. Он прищурился.

– А нужно ли вообще что-то говорить? – наконец спросил парень.

Сначала я даже не поняла, что он имел в виду, но потом догадалась. Машина замедлила ход, и я выглянула в боковое окно. Не нужно было произносить речь или рассказывать подробности того, что случилось. Я просто могла сказать маме, что знаю, или обнять ее и таким образом показать, что теперь все стало ясным для меня.

– Ты умная девочка, – проговорил Сет, сворачивая на боковую дорожку, которая вела прямо к дому. Я вцепилась в ремень и затаила дыхание. – Разберешься по ситуации.

Когда показался мой дом, сердце заколотилось в груди, как жестяной барабан. Двухэтажному строению, когда-то красивому, было больше сотни лет. Дом и сейчас не разваливался, но белая краска фасада облупилась, а крыша давно требовала замены, особенно козырек над крыльцом. И все же это был дом моего детства – прекрасный особой, стареющей красотой.

Стареющей? Как только под колесами зашуршал гравий, меня вдруг ударило: а буду ли я стареть, когда получу доступ к своим суперсилам. Я уставилась на Сета.

– А полубоги стареют?

Нахмурившись, парень припарковал внедорожник рядом со старом дедушкиным пикапом «Форд».

– Ого. Неожиданно. Нет, не стареют. Давным давно, чтобы стать полноправными полубогами, нужно было обязательно пройти испытание. И некоторые… кому это удавалось, переставали стареть.

Ничего себе. Я откинулась на спинку сиденья и перевела глаза на висевшие на крыльце качели, которые наверяка теперь оборвались бы под моим весом. Я скорее всего перестану стареть. Вот это да. Я вполне могла навеки застрять между двадцатью и двадцатью одним. Навеки.

– А ты стареешь?

Последовала пауза.

– Да, я старею, но проблем это не создаст.

Мне не понравилось, как это прозвучало, и я искоса взглянула на него.

– Почему?

Сет заглушил двигатель. Играя желваками, он стянул с запястья кожаный шнурок и собрал волосы в короткий хвост.

– Джо, сейчас нужно волноваться не об этом. Иди в дом. Не хочу тебя расстраивать, но у нас мало времени. Нам нужно двигаться дальше – мы и так рискуем, заехав сюда. Мне нужно отвезти тебя в Южную Дакоту.

– Чтобы бросить меня там одну? – Вопрос вырвался сам собой, и Сет строго на меня посмотрел. Я прикусила язык, недоумевая, зачем вообще об этом спросила. – И перестань называть меня Джо. – Я отстегнула ремень. Парень был прав, как всегда, но сдаваться я не собиралась. – Когда у тебя день рождения? Тебе же двадцать один?

Сет взглянул на меня, и уголки его губ чуть приподнялись, словно он не знал, улыбнуться мне или рассердиться.

– Мой день рождения – второго мая. Мне будет двадцать два.

– А мой – тринадцатого октября. Иногда он выпадает на пятницу, и это довольно жутко. Словно я выгуливаю черную кошку или таскаю с собой лестницу, под которой никто не хочет проходить.

Вздохнув, Сет покачал головой.

– Мне подождать тебя в машине?

Похоже, мне действительно было пора. Я взялась за ручку и уже собиралась ответить «да», но не это слово сорвалось с моих глупых губ.

– Нет. Почему бы тебе не зайти? Бабушка с дедушкой, наверное, решат, что ты мой парень, но я скажу, что ты просто друг. Они обрадуются. Кажется, в свое время они были хиппи.

Его губы снова растянулись в улыбке.

– Почему же не «парень»?

Я недоуменно уставилась на Сета.

– Потому что ты не мой парень, – озвучила я очевидное.

– Но твой друг?

В его голосе звучало искреннее любопытство. Кажется, у него еще большие проблемы с общением, чем даже у меня самой. И это мне нравилось.

– Да, ты мой друг, – решила я, и Сет изогнул идеальную золотистую бровь. – Не знаю почему. Ты мрачный, но можешь быть забавным. Хотя в голове у тебя только пошлости. Порой ты довольно милый. Знаю, мы всего пару дней знакомы, но ты уже спас мне жизнь, и мне кажется, что я знаю тебя… не хуже Эрин. Так что да, мы друзья.

Сет секунду смотрел на меня, а затем расхохотался, содрогаясь всем телом.

– Вылезай из машины, Джо.

– Хорошо, Сети, – протянула я, распахивая дверцу.

С довольным видом парень тоже вылез наружу. Я посмотрела на входную дверь, и сердце подскочило прямо в горло. Я глубоко вздохнула.

– Я точно нормально выгляжу?

– Да, – кивнул Сет.

Не обращая внимания на ноющую боль в ободранных коленях, я взбежала по деревянным ступенькам, которые заскрипели у меня под ногами. Дверь не была заперта, но я этому ничуть не удивилась. В этих краях воровали только коров. Оказавшись в узкой прихожей, я крикнула:

– Мама? Бабушка?

Сет проскользнул вслед за мной, прямо как чертов ниндзя, и даже умудрился закрыть дверь без жуткого скрипа, который она издала, открываясь.

Из кухни вышла бабушка. Как только я увидела ее, утренняя встреча с демонами оказалась почти забыта. Моя бабушка была нестарой – ей еще даже шестидесяти не исполнилось. Немного полная, энергичная, она смотрела на мир ясными карими глазами, которые блестели на ее обветренном лице.

– Милая, что ты здесь делаешь?! – Вытерев руки о джинсы, она бросилась вперед и обняла меня, не дожидаясь ответа. Ее объятия всегда были крепкими, и на этот раз мне даже стало немного больно, но я не расстроилась. Я скучала по ее объятиям. Бабушка отстранилась и широко улыбнулась. – Какой приятный сюрприз! – Обернувшись, она крикнула: – Джимми! Джози приехала!

Я успела отвыкнуть от ее оглушительного голоса и потому моргнула – так зазвенело в ушах.

Продолжая держать меня за руки, бабушка сделала шаг назад и заглянула мне за спину. У нее округлились глаза.

– Милая, а это кто?

Вспыхнув, я повернулась к Сету.

– Это, э-э, это Сет… – А фамилии его я даже не знала. – Мой друг.

– Друг? – Бабушка взглянула на меня, всем своим видом давая понять, что я явно что-то натворила, и мне захотелось забиться под столик, стоящий в углу. Но когда она подмигнула, причем не мне, я с трудом сдержала стон. – Что ж, проходите. Оба. Я налью вам сладкого чая. Свежезаваренный, прямо как ты любишь, милая. Джимми на кухне, поедает пирог. Из-за диабета врач велел ему есть больше овощей и меньше сладостей и мяса, но ты его знаешь. Клянусь, я только вчера испекла прекрасный яблочный пирог, но твой дедушка уже уничтожил половину. Если хотите, чтобы вам досталось по кусочку, советую найти дробовик и хорошенько ему пригрозить. Да, и кофе тоже еще не остыл.

Бабушка развернулась и исчезла на кухне. Я поджала губы, а Сет легонько толкнул меня плечом и подмигнул.

– Рискну предположить, что ты пошла в бабушку, – прошептал он мне на ухо.

– Мы больше не друзья, – проворчала я.

Парень усмехнулся, и я прошла в просторную кухню. В центре дубового стола стояла ваза с тюльпанами, любимыми цветами мамы. За мной вошел Сет. Как и предупреждала бабушка, дед сидел за столом: в одной руке – газета, а в другой – вилка. Перед ним стояла тарелка с огромным куском пирога. Роскошные волосы дедушки все еще оставались каштановыми, без единой седой нити, – наверное, гены. Впрочем, я допускала, что он тайно их подкрашивал.

Взглянув на меня поверх очков в темной оправе, дедушка отложил газету и посмотрел на Сета.

– А это кто?

– Сет. Фамилии у него, похоже, нет, потому что мне ее не назвали, – ответила бабушка, вытаскивая две кружки, которые она поставила на стол рядом со стаканами. – Он друг Джози.

Я открыла было рот, но дедушка меня опередил.

– Любишь пироги, сынок?

Ого, неужели он назвал Сета «сынком» и спросил его о пирогах? Не так я представляла себе этот разговор.

Сзади раздался сдавленный смешок.

– Я обожаю пироги.

Внимательно посмотрев на нас, дедушка откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Кажется, эту фланелевую рубашку он носил с самого моего детства.

– Хорошо. Я не пускаю в дом людей, которые пироги не любят.

Прежде чем этот странный разговор продолжился, я решила вмешаться.

– Я приехала ненадолго – мне нужно увидеться с мамой. Она у себя в комнате?

Бабушка положила в кружку деду как минимум десятую ложку сахара, поставила прямо перед ним. Я нахмурилась – разве можно так вылечить диабет!

– Милая, Хилари здесь нет.

– Нет? – Такого я не ожидала. Мама без бабушки или дедушки из дома не выходила. – Но где она?

Улыбнувшись, бабушка повернулась к холодильнику, вынимая гигантский кувшин с чаем.

– Она с другом.

Мой желудок снова скрутило от волнения. Я покачала головой. У мамы не было друзей.

– С каким другом?

– Он очень хороший. Они поехали в отпуск. – Бабушка переглянулась с дедом, наливая чай. – Или что-то вроде того.

Сет подошел ко мне ближе, и атмосфера на маленькой кухне наполнилась тревогой. Я попыталась сделать несколько вдохов, но облегчения это не принесло.

– Так, я поняла. Вы просто меня разыгрываете. Она наверху?

– Она уехала, – повторил дедушка, снова раскрывая газету. – Когда они собирались вернуться? Тот парень тоже любил пироги… – Он нахмурил брови. – Не могу припомнить.

Пожав плечами, бабушка села за стол.

– Не стоит об этом переживать. Вы чай-то пить собираетесь?

Я недоуменно смотрела на бабушку и деда. Не могло быть такого, чтобы они позволили маме уехать с кем-то – особенно с «ним», – словно это было в порядке вещей и совершенно их не беспокоило. Потом они рассказали мне местные новости. Дедушка продолжал есть пирог. Бабушка переставляла стаканы. Это выглядело странно, очень-очень странно. Сделав шаг назад, я наткнулась на Сета.

– Джози, – тихо позвал он.

Я развернулась, выскочила из кухни и ринулась обратно в прихожую. Свернув налево, я побежала наверх, перепрыгивая по две ступеньки за раз.

– Мама?! – крикнула я, оказавшись в коридоре, где едва заметно пахло нафталином и корицей. Промчавшись мимо фотографий в рамках, мимо своей бывшей комнаты и спальни бабушки и дедушки, я добралась до последней двери.

Она была открыта.

Глубоко дыша, я ворвалась в комнату и осмотрелась. Кровать аккуратно застелена. На тумбочке ни одного флакона с лекарствами. Мамины тапочки стояли на полу у кровати.

Я подошла к комоду и дрожащими руками выташила ящик. Пусто. Дернула следующий, затем еще один. Ничего. Развернувшись, я провела руками по волосам, откидывая назад свою тяжелую гриву.

Мамы действительно не было.

Подскочив к тумбочке, я дернула ручку маленького ящика. Он поддался не сразу, но в конце концов открылся. Любимая мамина книга – исторический любовный роман Джоанны Линдсей, который мама так зачитала, что стали выпадать страницы, – лежала на месте, рядом с коробкой бумажных салфеток. От таблеток у нее слезились глаза.

Я попятилась, глядя на книжку. Что же произошло?

– Джози?

Я обернулась на голос Сета, который застыл на пороге.

– Где она? – Парень молчал, а я, охваченная паникой, сразу утратила способность мыслить логично. – Где она, Сет?

– Я не знаю, но…

Я бросилась к шкафу и распахнула дверцы. Одежды у мамы было немного, в основном что-то удобное вроде спортивных штанов и потертых джинсов, но были и несколько платьев.

Теперь они тоже пропали.

Сет снова позвал меня.

– Она должна быть где-то поблизости Может, она на озере. – Это не объясняло отсутствия одежды и таблеток, но я цеплялась за эту мысль, как за спасательный круг. – Мама иногда там гуляет. И погода сегодня хорошая.

– Вряд ли она там, – покачав головой, ответил Сет.

– Нет.

Я устремилась к двери, но парень успел схватить меня за талию и прижать к груди.

– Джози, остановись на секунду. На озере ее…

Неожиданный прилив сил, о существовании которых я и не догадывалась, позволил мне вырваться из рук Сета. Он кричал мне вслед, но я мчалась по коридору, чувствуя, как страх за маму вонзает в мою плоть свои острые когти. Поддавшись ему, я бросилась бежать.

* * *

– Черт.

Ситуация была дерьмовее не придумаешь. Здесь что-то явно произошло, и в свете этого разговор о пирогах казался не таким уж странным.

Я бросился вслед за Джози. Проклятье, эта девчонка умела бегать, да, вырвавшись из моего захвата, она продемонстрировала невероятную силу, особенно учитывая события этого утра. Она уже успела сбежать по лестнице и устремилась к двери. Выругавшись, я перемахнул через перила и оказался на первом этаже.

– Господи Иисусе! – ахнул дедушка Джози, отлетев к стене и прижав руку к груди.

Вот дерьмо.

– Забудьте, что это видели, – бросил я, посылая еще одно внушение. – И… не знаю… съешьте еще пирога.

В следующее мгновение я выскочил на улицу и в один прыжок спустился с крыльца. Приземлившись на гравий, я заметил Джози уже на опушке леса. Я бросился за ней, петляя среди высоких дубов, но тут девушка исчезла за поворотом. Разогнавшись, я вынырнул из леса и оказался на галечном пляже. Мелкие камешки полетели из-под моих ног.

Джози напряженно застыла в нескольких шагах от меня у кучи плавника[10]10
  Дерево, которое сплавляют по реке.


[Закрыть], уставившись на спокойную гладь громадного озера.

Боги, не хватало еще, чтобы она вот так от меня убегала, но, черт возьми, я почти физически ощущал ее боль.

– Она уехала, – проговорила Джози, повернувшись ко мне. Ее синие глаза блестели, в них читалась мольба, и мне стало тревожно, потому что я ничем не мог ей помочь. Джози зажмурилась, потом снова открыла глаза и пошла мимо меня, обратно к лесу. Я проследил за ней взглядом и обрадовался, когда она остановилась. – С бабушкой и дедом что-то не так. Они бы ни за что не позволили маме уехать… И не позволили бы никому ее забрать.

Я двинулся к ней, но потом решил этого не делать.

– Мне кажется, твои бабушка с дедушкой под внушением.

– Под внушением? – прошептала девушка, и внезапный порыв ветра подхватил ее слова и унес в сторону. – То есть здесь был кто-то вроде тебя? Кто-то забрал мою маму и залез в голову к бабушке и деду?

Вряд ли эта правда ей понравится, но врать я не мог.

– Это мог быть чистокровный, или бог, или…

– Или кто? – Она попятилась и сжала кулаки. – Или кто?! – прокричала она.

Это мог быть Титан. Но в чем был смысл похищать маму Джози и что-то внушать ее родным? Если Титаны знали, где живет девушка, если им было известно о ее матери, вряд ли кого-то оставили в живых. Однако из Титанов я встречал только Перса, и он был достаточно двинутым. Так что его собратья, по моему мнению, были способны на все.

– Но мама не сделала ничего плохого.

– Я знаю, – как можно мягче сказал я. – Я понимаю.

– Понимаешь? – Джози рассмеялась. – Какого черта ты понимаешь, Сет? У тебя хоть раз весь мир переворачивался вверх тормашками? Тебе хотя бы раз говорили, что все то, что ты считал невероятным, на самом деле правда? Твою маму похищала какая-нибудь мифическая тварь?

– Нет. – А потом я сказал то, чего сам от себя не ждал: – Но я знаю человека, с которым все это произошло. Я знал человека, у которого весь мир перевернулся вверх тормашками, который потерял свою маму и много кого еще. – Я поверить не мог, что заговорил о ней – об Алекс, – но все равно продолжал. – Так что мне это знакомо. Я знаю, каково тебе, но ты должна держаться. С твоими бабушкой и дедом все в порядке, значит, тот, кто увез твою маму, навредить им не хотел. И это хороший знак.

Джози сглотнула. Ее паника немного улеглась, но мускулы напряглись, словно она опять собиралась рвануть от меня куда подальше. Кто мог ее за это винить – Джози уже через многое пришлось пройти. Наверняка ей нужно было время, чтобы все осознать, а возможно, и дружеское плечо, но я не мог гоняться с ней по городам и весям, а поддерживать друзей не умел.

И времени у нас практически не осталось.

Джози закричала, и этот звук разрывал мои внутренности, как острые когти фурии. Потом она пригнулась, готовая умчаться обратно в лес. Я уже приготовился, чтобы броситься к ней и повалить землю. Однако никто из нас не успел пошевелиться, когда земля под нами содрогнулась и раздался оглушительный гул – словно в горах разлетелась сразу тысяча криков.

По спине у меня пробежали мурашки, а на коже проступили глифы. Они закружились быстрым вихрем, и я понял, что грядет что-то очень и очень плохое.