Текст книги "Тайна надгробия (ЛП)"
Автор книги: Джена Шоуолтер
Соавторы: Джилл Монро
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Глава 10
Сью-Энн Пикенс
Нет, вы не получите рецепт моего орехового пирога!
Участок № 422, «Сад Памяти»
Дождь сопровождал Джейн всю пятнадцатиминутную поездку в продуктовый магазин, где она купила продукты, чтобы приготовить потрясающий ужин для Конрада. Что-нибудь простое, как она готовила раньше с бабушкой Лили: стейк, как отбивная, с домашним соусом, черноглазый горох, всякая зелень, картофельное пюре, домашние булочки, кукурузный хлеб с кукурузой и сладким картофелем.
Поскольку она не знала, каким пироги предпочитает Конрад, ей, вероятно, стоило испечь несколько разных: чизкейк, ореховый, с персиками, вишнёвый коблер, если хватит времени. Да, времени должно хватить.
Нескончаемый дождь закончился ровно через пять секунд после того, как Джейн, снова промокнув до нитки, вбежала в дом. Ролекс встретил её тихим мяуканьем и уселся на диван, чтобы она могла выразить ему своё обожание. После положенной порции ласки он неспешно удалился, а Джейн побрела на кухню. Сделав себе бутерброд с арахисовым маслом и джемом, она решила не звонить в клинику и не записываться на приём к Кэролайн и Эмме.
Зачем предупреждать Эмму? Вместо этого Джейн могла бы заявиться без записи, неожиданно. Находясь там, она постаралась бы не испытывать тошноту каждый раз, когда ей будет приходить в голову мысль о том, скольких пациенток доктор Хотчкинс разложил на своём столе.
Разобрав продукты и надев фартук, она загрузила сегодняшние фотографии на свой ноутбук, затем взяла свой блокнот для расследований и ручку, чтобы записать свои мысли.
Зная наизусть, как готовить каждое блюдо, Джейн изучала изображения, отмечая каракули, которые могла и не могла расшифровать, имена и даты, символы, карты и координаты. Она писала в процессе готовки, чередуя взбивание, обмакивание и очистку продуктов. В её снимках с выставки содержалось объяснение убеждённости доктора Хотчкинса в том, что некоторые из гробов на её участке были наполнены золотом.
Но что-то не давало ей покоя. Она скользнула взглядом по всему, что сочла достойным записи в своём блокноте, надеясь, что какая-нибудь идея зацепит её – и вот оно! Символ геральдической лилии по-прежнему привлекал её внимание: нечто, напоминающее острие меча, и две изогнутые линии, образующие рукоять.
Неужели она что-то упускала? По словам Конрада, это изображение было связано с золотом. Но как? Каким образом?
Джейн поставила последний пирог в духовку, установила таймер, затем проверила записи с камер наблюдения – ничего необычного. Отлично. Час до готовности пирога и два часа до прибытия Конрада – достаточно времени для бумажной работы, лёгкой уборки и душа.
В ожидании она собрала свои неоплаченные счета и сверила баланс, сокрушаясь из-за нехватки дополнительных средств. Немного золота сейчас было бы совсем не лишним. О, сколько всего она могла бы обновить на кладбище. И в коттедже. Даже позволила бы себе платить зарплату Бо!
Зазвенел таймер духовки. Джейн поспешила вынуть пирог, а после навела порядок на кухне.
Наконец, расставив посуду и сервировав стол, она приняла душ. Обсохнув, надела майку, шорты и теннисные туфли – свою лучшую спортивную одежду.
Волосы собрать или распустить? Что бы предпочёл Конрад? Нет. Его мнение не имело значения. Собрать.
Ох! Она совсем забыла сварить свежую порцию сладкого чая. Куда подевались её манеры?
Джейн вернулась на кухню, повязала фартук на талию. Ролекс наблюдал с подоконника, как она кипятила воду, заваривала чайные пакетики и ложку за ложкой добавляла сахар. Она как раз закончила размешивать, когда раздался дверной звонок.
В душе боролись волнение и предвкушение.
Волнение казалось ей чистой глупостью. Это не было свиданием. Конрад ясно дал это понять. Да, он испытывал к ней чувства. Да, она размышляла о том, стоило ли рисковать гневом проклятия Лэдлингов. Да, она уже забыла, к чему вела мысль.
Он пришёл!
Джейн разгладила оборку на фартуке и направилась к двери, Ролекс следовал за ней по пятам. Повернув ручку, она услышала скрип петель, и её волнение усилилось, когда она увидела нечто неожиданное: Конрад стоял рядом с Бо – темноволосый громила и белокурый викинг.
Ролекс зашипел на одного, потом на другого.
«Хороший котик».
Конрад выглядел потрясающе в потёртых джинсах и облегающей футболке, демонстрирующей его татуированные предплечья. Джейн хотелось изучить каждое изображение в мельчайших деталях, но она заставила себя поднять глаза. Пока не было причин заставлять его чувствовать себя куском мяса.
Бо был одет в футболку и шорты, словно только что вышел из спортзала. Мышцы изобиловали.
– Не обращайте на меня внимания. Я буду устанавливать сигнализацию от стены до стены, от пола до потолка, – заявил Бо. Затем кивнул и вошёл, его восхитительный аромат сосны и мыла идеально дополнял запах, доносившийся из кухни. В руке у него висела спортивная сумка.
– Только после того, как я получу счёт, – крикнула Джейн, – который ты можешь дать мне за ужином, который разделишь с нами, так что даже не думай отказываться. – Она жестом пригласила Конрада войти. – Значит, ты рассказал ему о докторе Гарсии?
– Нет, не рассказал. Только сообщил ему о золоте. Поскольку он твой охранник, я посчитал, что ему следует быть в курсе. Решил действовать по ситуации. На самом деле, вопрос в том, почему ты ему не сказала?
Поскольку Джейн уже и так была многим обязана Бо, их дружба была неравной: он делал всё, а она – ничего. Она не привыкла иметь рядом близкого союзника и боялась, что может его оттолкнуть. Фиона не считалась, потому что Фиона – семья. Большую часть своих двадцати шести лет Джейн провела больше времени с мёртвыми, чем с живыми.
– Я не буду злоупотреблять нашими отношениями.
– Когда речь идёт о безопасности, соревнования «кто больше» перестают иметь значение. Почему вообще существуют соревнования между тобой и Бо? – спросил Конрад, входя в дом. Он удержал её взгляд, пока затворял и запирал дверь. – Пока я не поймаю убийцу, пусть Бо помогает тебе всем, чем сможет. Договорились?
Он отступил, прислонившись к дверному проёму, предоставив ей выбор: остаться на месте или подойти ближе. Она выбрала второе, едва заметно сократив расстояние. Просто чтобы вдохнуть аромат кедра и специй.
Затем до неё дошли его слова.
– Теперь я понимаю, почему ты приглянулся Бо, – проворчала Джейн. – Что заставило тебя сменить законы джунглей на кодекс братства?
Он пожал своими широкими плечами.
– Ты действительно хочешь это обсудить? – Его взгляд скользнул по её губам, прежде чем подняться к глазам. – Или тебе интереснее услышать мои мысли о тебе?
Их взгляды встретились – и заискрило. У неё перехватило дыхание.
– Не нужно мне говорить. Я и сама могу догадаться, – просипела она. – Слишком любопытная. Слишком суеверная насчёт проклятий. И забавная. – Ей иногда удавалось заставить его улыбнуться. – Я права? Я же права, верно?
– Прости, но я считаю свои впечатления о тебе информацией «под грифом секретно» до закрытия дела. – Почудилась ли ей нотка нежности в его голосе? С игривым блеском в тёмных глазах он протянул руку за её спину, чтобы развязать фартук, и она вдруг почувствовала себя беззащитной, словно лишилась своего щита. – Еда пахнет восхитительно! Давай поедим.
«Серьёзно?»
– Ты вот так закончишь разговор?
Конрад подмигнул и прошёл вглубь дома. Проклятье. Джейн метнулась вперёд, ведя его в столовую, где Бо уже устроился на жёлтой ламинированной столешнице, разделявшей кухню и столовую.
Почему Ролекс не следил за ним, шипя от недовольства?
Куда же подевался её любимый, самый ценный компаньон? После того инцидента Джейн больше не собиралась рисковать. Готовая запаниковать, она огляделась – о, слава богу! Воздух вырвался из её лёгких, напряжённые мышцы расслабились – Ролекс опять сидел на столе. Он сверлил обоих мужчин таким взглядом, будто уже придумал восемнадцать способов их убийства. Как это было неожиданно мило с его стороны. Видимо, кот привыкал к гостям.
– Присаживайтесь, садитесь, – пригласила Джейн парней, указав на стулья. Она поспешила к серванту за ещё одной тарелкой, а затем вынесла первое блюдо. Потом следующее. И ещё одно. Точно так же, как бабушка Лили подавала угощения, когда они принимали гостей.
«Хорошие манеры всегда в моде, моя дорогая», – говорила она.
– Я никогда не видел ничего подобного, – прохрипел Конрад, широко раскрыв глаза, разглядывая разнообразие блюд.
Ох. Это «ничего подобного» было хорошим или плохим знаком? У Бо было похожее удивлённое выражение лица.
– Ты ждёшь ещё гостей? – спросил её друг, нахмурив брови.
– Нет. Только мы. А что? – Она заняла стул между двумя мужчинами и с удовольствием наблюдала, как они оба наполняли свои тарелки. – О, не забудьте оставить место для десерта. Я испекла ваш любимый пирог.
Конрад наклонил голову, приняв свою «детективную» позу. Он, видимо, решил, что тут кроется загадка, которую нужно разгадать.
– Мне вот интересно, а какой у меня любимый пирог?
– Понятия не имею, – парировала она. – Выясним вместе.
Его лицо озарилось сияющей улыбкой, словно включили лампочку мощностью в мегаватт[22]22
Мегаватт (МВт) – единица мощности, равная одному миллиону ватт. В мегаваттах измеряют мощность электроподстанций, двигателей, крупных заводских установок.
[Закрыть]. Джейн почувствовала, как её щёки заливает румянец, а сердце забилось быстрее.
Бо откашлялся и поправил воротник.
– Я понимаю, что у вас тут своя атмосфера, но я умираю с голоду. Не возражаете, если я приступлю? – Он потёр руки.
Джейн рассмеялась и кивнула на еду:
– Конечно.
Когда она наполняла свою тарелку, Конрад заметил синяки на её руке и напрягся. Он протянул руку, подхватил её ладонь снизу и поднял её разбитые костяшки, чтобы рассмотреть их при свете. Его лицо помрачнело. Она прикусила нижнюю губу, ожидая выговора. Вместо этого он поднял взгляд и одарил её гордой улыбкой.
– Ты подкрасила ему оба глаза. Отличная работа! – Легко проведя подушечкой большого пальца по её костяшкам, он отпустил её руку.
Она сдержала всхлип.
– Это лучше или хуже, чем сломать ему нос, с точки зрения закона?
– Ты сделала и то, и другое. Сломанный нос стал причиной синяков под глазами. И это равнозначно.
Ну, век живи – век учись.
– Мой первый удар, и сразу в яблочко!
– Если кто-нибудь снова схватит тебя, целься в горло и убегай, крича, – посоветовал Бо, кивнув. – Ты же убежишь, крича, правда, Джейн?
– Так быстро, как только смогут унести твои ноги, – добавил Конрад, отпив чаю. – Кричи «Пожар!», если придётся.
Еда в её желудке превратилась в свинец.
– Вы, ребята, ожидаете ещё неприятностей, не так ли?
Конрад отложил вилку и помассировал затылок.
– У меня есть агент, отслеживающий публикации в «Хедлайнере», и на сегодняшний день одиннадцать человек упомянули о вероятности найти золото на твоём кладбище. Эти одиннадцать поделятся с другими. Те, в свою очередь, распространят новость дальше. В какой-то момент кто-нибудь попытается проникнуть на твою территорию, чтобы узнать, правда ли это.
– В любое время суток, в любой день звони мне при малейшем подозрении на вторжение, – твёрдо сказал Бо. Его зелёные глаза были полны решимости. – Я серьёзно.
Джейн кивнула, погрузившись в свои мысли. Было ли на её кладбище золото или нет?
Они закончили трапезу, и оба мужчины предложили помочь с уборкой. Несмотря на её отказ – бабушка Лили никогда не пускала гостей на кухню, – парни настояли на своём.
– У Бо много дел, а мне нужно многому тебя научить, – сообщил Конрад, когда последняя тарелка была вымыта и убрана. – Нам пора начинать.
Пока Бо устанавливал сигнализацию по всему дому, агент тренировал Джейн на заднем дворе при свете фонаря на веранде. Двор представлял собой широкое пространство с сочной травой и изящными ивами. Мерцали светлячки, аромат магнолий чувствовался сильнее обычного. Звёзды в небе сверкали, словно бриллианты, рассыпанные по чёрному бархату. Знойный вечер с сильным мужчиной.
Конрад был практичным инструктором, немного грубым и не знавшим пощады, но ей нравилась каждая минута, проведённая с ним. Он учил её драться так грязно и подло, как только возможно. Лучшим приёмом стало «выкручивание яичек».
Агент держался строго по-деловому, и его серьёзное выражение лица не менялось ни на секунду, пока она не спародировала его, и он не рассмеялся во весь голос. Хриплый звук одновременно разбил и порадовал её сердце.
– У тебя талант, – заметил он, и его похвала вскружила ей голову.
Бо закончил вскоре после этого и уехал. Конрад задержался ещё ненадолго. Он провёл подушечками пальцев по линии её подбородка и, подмигнув и улыбнувшись, направился к своей машине.
– Постарайся не скучать по мне слишком сильно.
Невыносимый!
– Не умри по дороге домой! – крикнула она, помахав рукой, и он снова от души рассмеялся.
Готовясь ко сну, Джейн продолжала улыбаться, вспоминая чудесный вечер.
Как только её голова коснулась подушки, знакомый образ вновь возник в её сознании, заставив её ахнуть и резко сесть. Наконец-то она поняла, что именно беспокоило её в изображении лилии. Стоило добавить круг снизу и круг с точкой посередине, и получился бы символ (предполагаемого) Ордена Семи – давнего тайного общества, поклонявшегося золоту. Тот же символ её предки вырезали на гробах, содержащих золото. Тот же символ был отмечен в одном из журналов, выставленных в музее.
Вот оно – связующее звено. Но что это было – ловушка или настоящая находка? Отыщет ли она золото в одной из могил? Было ли что-то в помеченных гробах?
После того как захоронения были разграблены, её предки тщательно задокументировали подробные описания каждого участка и каждого гроба. Джейн знала, что в некоторых их старых записях упоминался символ Ордена Семи.
Она вскочила с постели, мысли неслись одна за другой. Она видела этот узор на гробу раскопанной могилы, а также на фотографии в музее. Той самой фотографии, которую изучала Эбигейл, – могиле Сайласа Лэдлинга.
«Я на верном пути! Я уверена в этом!»
Джейн нуждалась в напарнике, и был только один человек, которому она могла доверить эту работу и который не арестовал бы её. Она схватила свой мобильный и набрала его номер. Он ответил с первого гудка, в его голосе сквозило напряжение:
– Что случилось?
– Ничего. Не хочешь раскопать могилу?
Глава 11
Адам Дэниелс
В этом деле я в безвыходном положении.
Участок № 681, «Сад Памяти»
– Напомни, зачем мы это делаем? – спросил Бо, отбрасывая лопатой ком земли из ямы.
Джейн развесила бумажные фонарики по всей территории, их мягкий золотистый свет озарял её спутника.
Полночь уже миновала, и хор насекомых убаюкивал их нежной песней, а тёплый ветерок, благоухающий магнолиями, ласкал обнажённые участки её кожи.
– Потому что можем, – ответила Джейн, усевшись на надгробный камень, с которого идеально просматривалась яма. На ней была майка, джинсы и самые прочные рабочие ботинки. – Зачем ты согласился?
– Я знал, что ты придёшь сюда одна, если я откажусь.
– Умно.
Земля размазалась по его блестящей от пота коже повсюду: от лба до начала дорожки золотистых волос, видневшейся над поясом джинсов.
Бо снял рубашку час назад, и она не могла не заметить, насколько он красив. А ещё добр, как никто другой, заботлив, немного – а может, и очень сильно – травмирован призраками прошлого. Ему до сих пор с трудом давались улыбки, но, по крайней мере, он стал больше расслабляться.
«На заметку: позвонить Юнис и/или Ане насчёт двойного свидания!»
– Позволь перефразировать. Зачем я вообще это делаю? – проворчал Бо, поднимая очередную порцию земли из ямы, напрягая свои хорошо очерченные бицепсы. – Это ведь твоя идея. Тебе и следовало тут пыхтеть и отдуваться.
Джейн одарила его тем же выражением, которое часто предназначалось ей – добродушным снисхождением, словно поглаживанием по голове.
– Но, Бо, – протянула она с нарочито надутыми губами, – вся моя копательная техника давным-давно вышла из строя. Поскольку новых захоронений больше не будет, я решила не тратить деньги на её починку. Теперь я полагаюсь на свою верную лопату. У меня только одна лопата.
Он фыркнул в ответ:
– Да, но мне прекрасно известно, что у тебя есть ещё три. Ты их спрятала, что ли? – и, напрягая мускулы, снова вонзил лопату в землю.
Тук!
Бо замер. Их взгляды встретились.
Затаив дыхание от волнения, она спросила:
– Это то, о чём я думаю?
– О да! – С удвоенной энергией он принялся отбрасывать землю, обнажая верхнюю часть очень старого гроба. – Мы наткнулись на клад.
Джейн спрыгнула с камня и присела на корточки, подсвечивая фонарём вглубь ямы. Прямо в центре крышки был вырезан символ Ордена Семи, о котором упоминал её предок.
По её венам хлынул адреналин.
– Я спускаюсь в яму. Это произойдёт, так что не пытайся меня остановить!
Джейн закрепила лестницу, которую подготовила заранее, и спустилась, взяв с собой фонарь. Стёрла остатки земли с поверхности гроба.
Бо продолжал копать по краям, чтобы было за что ухватиться пальцами.
– И снова я должен спросить. Ты уверена, что это законно?
Присев на колени и уперев руки в бока, она ответила:
– Посмотри на себя, так беспокоишься о законе. Я имею в виду, это настолько законно, насколько может быть, без судебного приказа. Эта могила принадлежит Сайласу Лэдлингу, первому захороненному в «Саду Памяти». Как его наследница, я даю разрешение на эту эксгумацию. Как смотритель, я не возражаю против этого разрешения. Видишь? Вполне законно.
Бо окинул её недоверчивым взглядом, но всё же потянулся за ломом – бесценным компаньоном. Дряхлая древесина заскрипела, когда он вскрыл печать. Лицо Бо внезапно приобрело зеленоватый оттенок, и дело было не в освещении.
– Этот запах, – прохрипел он.
– Не глупи. Тело слишком старое, чтобы иметь запах. Нет, то, что ты чувствуешь, – это аромат нового проклятия, обрушивающегося на ничего не подозревающий мир. Шучу, шучу.
Бо прищурился.
– Ты всегда была такой? – Его нос сморщился, когда последний гвоздь поддался, и они с треском ворвались откинули крышку. – Клянусь, я вдыхаю саму смерть. – Он содрогнулся, сдерживая тошноту.
На лице Джейн расплылась улыбка.
Порой она забывала, как брезгливы бывают другие люди рядом с могилами, гробами и мёртвыми телами. Она нежно сжала мускулистую руку своего большого и сильного друга.
– Будь честен. Ты веришь, что выпустил на волю мстительного духа, который теперь будет преследовать тебя вечно?
– Не верил. Но теперь – да, – проворчал он.
– Не беспокойся. Я защищу тебя от, скорее всего, несуществующих сущностей. А пока просто дыши ртом. Вдох-выдох. Отлично, вот так.
У неё перехватило дыхание от предвкушения, когда она снова перевела взгляд на гроб. Возможно, это было самое захватывающее приключение с момента начала расследования Джейн. Настоящие ответы о причине смерти «горячего» доктора, легенды, тайные символы и зарытые сокровища могли предстать перед ней уже через несколько секунд.
Её пальцы дрожали, когда она приподняла крышку. Более столетия этот гроб покоился в земле, не потревоженный ничем, кроме времени, стихии и однажды – тех мародёров. Была ли Эбигейл права? Неужели кто-то припрятал ещё золота перед повторным захоронением? Дерево протестующе застонало, когда верхняя часть отделилась от нижней.
Бо продолжал изучать усыпанное звёздами небо над ними, без сомнения, обдумывая свой план побега.
С последним скорбным скрипом погребальный ящик неохотно открыл свои тайны.
– Вот оно, – прошептала Джейн, и мурашки пробежали по рукам, когда она поправила фонарь. Никогда прежде она не испытывала такого волнения.
Свет вытеснил тени из старого нутра гроба.
– Ну и ну, – её плечи опустились. – Пусто.
– Кто-то украл тело? – Бо опустил взгляд, но тут же снова устремил его в небо. Он прикрыл рот ладонью, сдерживая рвотные порывы, а Джейн невольно хихикнула. Испепеляя её взглядом, он рявкнул: – Ты сказала, что эта штука пуста, но она полна костей.
– Я имела в виду, что там нет золота.
Что это означало? Что она была права, и новые слухи о золоте оказались всего лишь домыслами? Что ей следует сосредоточиться на романтической линии? А именно, на Эмме Миллер?
– Уходим отсюда, – приказал Бо, захлопывая крышку. – Мне нужно принять душ с кипятком и стальной мочалкой. Кажется, запах гнили въелся в мою кожу.
– Тц-тц. Какой глупый кролик, – поддразнила его Джейн, не двигаясь с места. – Мой предок едва ли был целым телом.
– Именно! – воскликнул друг, пригрозив ей пальцем. – У тебя с детства был такой скверный характер?
– Да. А теперь будь хорошим мальчиком и снова отвернись. Я ещё не закончила собирать свои доказательства. – Она открыла крышку, и петли заскрипели громче прежнего.
Бо подавил кашель, и она рассмеялась. – Я быстро, обещаю, – заверила она его. – Мне просто нужно сделать несколько снимков для публикации в «Хедлайнере». Не волнуйся. Я не покажу ничего лишнего.
– Всё это – то, чего показывать не следует. Несмотря на твои заверения в обратном, мы нарушили несколько законов, и ты вот-вот признаешься в этом всему миру. Ты это понимаешь, да?
Джейн продолжала делать снимок за снимком, поворачивая камеру то так, то эдак.
– Как я не замечала, что ты такой паникёр?
Бо отшатнулся.
– Я не паникёр.
– Ещё какой!
Теперь он поджал губы.
– Раз уж ты заставляешь меня ждать, то лучше напомни о золотой лихорадке в Аврелиан-Хиллз. Я прожил здесь совсем немного и мало что помню об истории этих мест. Как золото оказалось в этих гробах? В самый первый раз.
Ему нужно было отвлечься? Продолжая фотографировать, она ответила:
– Судя по тому, что я читала, в то время в городе был вор. Кто-то, готовый украсть золото, найденное другими. Чтобы сохранить свои самородки, мой предок закопал их вместе с новыми покойниками, надеясь переждать, пока страсти не улягутся. Но потом он умер.
– Разумеется, умер, – заметил Бо и подозвал Джейн, указывая на лестницу: – Ладно, с меня хватит. Завтра утром я помогу тебе засыпать яму, но на сегодня всё. Уже поздно, и я устал.
А ему ещё предстояла дальняя дорога.
– Где именно ты сейчас живёшь?
– В мотеле на окраине города.
Что?! Он жил в мотеле, когда у Джейн имелась замечательная гостевая комната? Как стыдно!
– Почему бы тебе не остаться здесь сегодня? В гостевой спальне есть отдельная ванная. Я даже дам тебе чистую одежду. Бабушка Лили сохранила некоторые вещи моего дедушки после его смерти. Они старые и, наверное, немного маловаты для тебя, но я компенсирую это шикарным завтраком.
Бо проделал такой путь и так много сделал, чтобы помочь ей. Она хотела сделать что-то приятное для него в ответ.
– Мне приглянулся этот мотель, – ответил друг, – но я останусь на ночь, потому что мне не нравится то, что ты останешься здесь одна, учитывая эти слухи о золоте. Не нужно доставать одежду твоего дедушки. У меня с собой сумка с вещами в машине. Там есть всё, что мне нужно.
Запасной комплект для случайных встреч или чтобы быстро убраться из города? Мысль о том, что она может потерять его, душила её.
Не говоря ни слова, Джейн поднялась по лестнице и сделала несколько снимков ямы и надгробия с разных ракурсов.
Бо не возражал против её работы наверху, но сам переминался с ноги на ногу, желая поскорее уйти. Её большой и сильный друг боялся мертвецов – ха, прелесть!
В доме она, Бо и Ролекс перепроверили замки, окна и периметр. Джейн приняла душ, смыв грязь, надела закрытую пижаму и направилась на кухню, тихо болтая с Ролексом, который был слишком взвинчен, чтобы спать.
Дверь гостевой комнаты была прикрыта, свет не горел. Неужели Бо уже уснул? Её осенила идея.
Джейн быстро составила подробный список всего, что он для неё сделал, и суммы, которые она была ему должна, а затем просунула записку под дверь. Поскольку он не выставлял ей счёт, она выписала ему расписку.
Приготовив чашку чая, Джейн устроилась в любимом кресле-качалке бабушки Лили и достала телефон из кармана. Ролекс, сладко мурлыча, устроился на подлокотнике кресла и задремал. Она перевела телефон в беззвучный режим, затем отредактировала сделанные фотографии, размыв изображение тела, и загрузила лучшие снимки в «Хедлайнер». К её удивлению, весь процесс занял меньше получаса.
«Видите? Никакого золота в «Саду Памяти». Покойся с миром, Сайлас Лэдлинг».
Джейн отложила телефон и откинулась на спинку кресла, держа в руках чашку с чаем. Тёплый пар с ароматом ромашки окутал её лицо. Сколько времени пройдёт, прежде чем Конрад узнает, что она сделала? Он упоминал, что держит «Хедлайнер» под наблюдением. Неужели у людей, ведущих наблюдение, не бывает ночных перерывов? Она быстро взглянула на часы: 4:03 утра. Или утренних перерывов…
Она была уверена, что утром Конрад первым делом свяжется с ней. В восемь, может быть. Или даже в семь. Лёгкая дрожь возбуждения пробежала по спине. Без сомнения, он…
Её телефон завибрировал, и она ахнула. Меньше пяти минут?! Да ладно?
– Ты что, раскопала труп? – без предисловий поинтересовался он. – Уверен, не без помощи кое-кого.
– Почему твоя первая мысль не о мародёрах, учитывая, что все в городе слышали слухи о золоте? – тихо спросила Джейн, проявляя уважение к присутствию и причастности Бо. – Может, я запечатлела их злодеяние на камеру? Более того, возможно, прямо сейчас я звоню одному особому агенту, чтобы сообщить об этом преступлении. Но как бы там ни было, думаю, мы оба согласимся, что это мой родственник, которому миллиард лет, и это моё решение.
В трубке раздался тихий рык.
– Мы хотели потушить интерес к кладбищу, а не раздувать его, – хриплый голос щекотал её уши.
– В гробу не было золота. Считай, что пламя потушено. Кстати, не стоит благодарности. Можешь отплатить мне, открыв моё кладбище и убрав полицейскую ленту. – Раньше её это не беспокоило, но сейчас по какой-то причине волновало.
– Во-первых, я планировал позвонить тебе утром и сообщить, что кладбище открыто для посетителей. Во-вторых, проверь свои сообщения. Я отправил тебе несколько скриншотов. Комментарии к твоему посту.
Ой-ой. Он процедил эти слова с большей силой, чем раньше.
Джейн посмотрела на экран и открыла новые сообщения от Конрада. Хотя большинство горожан спали, два полуночника уже откликнулись.
«Верите инсценированной фотографии кладбищенской девчонки? Не смешите», – написал Джон Лэнгстон, парень, с которым она училась в старшей школе, настоящий сторонник теории заговора, так что ничего особенного.
«Очевидно, золото убрали перед тем, как делать эти фотографии», – опубликовал мэр.
Ладно, это задело. Она сжала телефон и снова поднесла его к уху:
– Значит, всё пошло не совсем по плану. Как мне доказать, что здесь нет золота?
Тяжёлый вздох прозвучал в трубке, прежде чем Конрад проворчал:
– Узнаю этот тон. Значит, ты уже что-то затеваешь. Прекрати! Прекрати немедленно!
Слишком поздно – идеи роились у неё в голове.
– Думаю, нужно провести операцию «Ловля на живца».
– Нет, – отрезал он, – никаких операций, Джейн!
– Я проведу экскурсию, как делала бесчисленное количество раз раньше. Ничего нового. Только цена будет вдвое выше. Втрое! Заоблачные цены отсеют просто любопытствующих. Заплатят только те, кто заинтересован в деле или в золоте. И ты не можешь мне это запретить, потому что кладбище по-прежнему открыто для посещений, верно? Скорбящие должны скорбеть, Конрад.
– Да, ты по-прежнему можешь вести свой бизнес. – Тон его голоса от требовательного перешёл к шипящему: – Чего ты надеешься этим добиться?
«О, это просто».
– Узнаю, кому интересно золото или убийство, как я уже говорила. Кому вообще интересно это золото? Попытается ли кто-то завладеть орудием убийства. Положу конец городской легенде о золоте, тем самым обезопасив себя и своего кота. Получу шанс взглянуть в глаза тому, кто проник в мой дом. Отомщу. Выясню, найдётся ли параноик, который перепроверит, не осталось ли улик. Мне продолжать?
– Как ты себе это представляешь? – Конрад снова тяжело вздохнул. – Не могу поверить, что иду на это. Прежде всего, приходи ко мне в офис завтра утром. Ровно в восемь. Если я не смогу отменить твою экскурсию, то помогу тебе, чем смогу.
Он действительно поможет? Правда?
– Спасибо, Конрад. Спасибо тебе, спасибо, спасибо.
– Спокойной ночи, Джейн. – Но он не положил трубку. Пока нет.
– Что-то ещё хочешь сказать, Конрад? – спросила она, кусая нижнюю губу. Прозвучал ли её голос так же отчаянно для него, как для неё самой? В этот момент проклятие Лэдлингов ничего не значило. Джейн хотела только большего от этого мужчины.
Очередной вздох в трубке:
– Я очень рад, что встретил тебя, лапушка.
Снова «лапушка». Сердце болезненно сжалось, сильнее, чем когда-либо. Завтра проклятие снова могло обрести значение, а сегодня ночью?
– Я тоже рада, что встретила тебя.
Они попрощались, и она забралась в постель вместе с Ролексом. Попыталась уснуть, но мысли не давали покоя, анализируя информацию и сопоставляя разные улики. К шести утра она сдалась и побрела на кухню, готовая приготовить завтрак для Бо.
На столе, рядом с разорванными остатками её долговой расписки, лежала записка:
«Мы друзья. Ты мне ничего не должна. Загляну позже, и ты расскажешь мне о своей встрече с Конрадом. Б.»
Значит, они уже поболтали? Мужчины – сущее зло. Они так сильно раздражали. И при этом были такими… такими красивыми. Но всё же больше раздражали. Теперь у неё не будет шикарного завтрака. Придётся довольствоваться цельнозерновыми.
«Забей!»
Ей нужно было как-то убить время до часовой поездки в город, почему бы не сделать блинчики? Вот только это будут не блины Фионы.
И пришлось вернуться к цельным зёрнам.
