Текст книги "Стремительный (ЛП)"

Автор книги: Джемма Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

– Я дам тебе одежду, – пока Джакс не понял, что я делаю с ней, я не собирался искушать себя ее обнаженным телом. Я поднялся по ступенькам и двинулся к комоду, где спрятал пару ее вещей, вытащил футболку, джинсы и бросил их ей.

– Райф… пожалуйста, – ее голос сорвался на плач. – Не отталкивай меня. Ты нужен мне.

– Я последний человек, в котором ты нуждаешься, – я направился в ванную, даже не смотря на нее, мое сердце билось где-то в горле, и приготовился к долгой, холодной ванне и сексу с собственной рукой.

Девятнадцатая глава

Агония

Алекс

– Что ты с ним сделала? – спросил Джакс. Он сидел за столом напротив меня, распивая вторую банку пива, его тарелка, оставшаяся после ужина, была пуста. Райф с жадностью съел его еду, прежде чем снова ушел на улицу заниматься какими-то делами. Он находил «дела» на протяжении всего дня, что-то типа повседневных задач, которые держали его подальше от меня.

– Ничего, – сказала я, с тяжестью опуская плечи.

– Что ж, ты, сидящая здесь, полностью одетая, в то время как он атакует кустарники, это нормальное явление? Я не буду даже говорить о том, что он молчал на протяжении всего ужина. Я знаю его, и знаю, когда что-то происходит.

Мой взгляд прошелся по тренировочным штанам и футболке, в которых я спала. Райф занял место на диване, отдавая кровать мне. Я выглянула в окно. Позднее вечернее солнце палило его кожу, и весь его торс блестел от пота. Вытерла испарину со лба. Сегодня он был горячей штучкой. Я проследовала по линиям его тату, и он поймал меня на этом. Один его взгляд делал мои трусики влажными. Я довела себя до оргазма прошлой ночью, окруженная его простынями и запахом, но ощущение пустоты и неудовлетворения, только заставили меня хотеть большего. Я до боли хотела ощущать его тело рядом со своим, неразличимо близко, внутри меня. Я хотела, чтобы он заставил меня кончить, жаждала этого, потому что чем дольше он отказывал мне в этом, тем дольше он отказывал мне в прощении.

Джакс со вздохом поднялся. Он вышел через заднюю дверь, оставив ее открытой, и сбежал по ступенькам вниз во внутренний дворик, где Райф, в самом деле, мучил кустарники. Он откинул ножницы, когда Джакс подошел, и хотя я не слышала, о чем они говорили, я была уверена, что они спорили. Джакс указал на меня, плотно сжав губы, а Райф помотал головой. Они обменялись парой фраз, после чего Джакс направился обратно, а Райф следом за ним.

– Это подорвет наши задницы, и ты знаешь это, – сказал Джакс. – Она побежит прямо к копам, мужик. Никогда не доверяй женщинам, особенно этой. Я думал, что ты это уже понял, или она схватила тебя за яйца?

– Ты думаешь, я хочу вернуть его обратно в тюрьму? – перебила я его, сжав зубы и гневно смотря на него.

– А почему бы и нет? Ты отправила его туда однажды, не так ли? Что мешает сделать это снова?

– Блядь, – вмешался Райф. – Я просто поступаю правильно. Она не должна быть здесь.

Я выпрямилась, открыла рот и уже готова была спорить, когда Джакс заговорил.

– А что поменялось-то? Она оказалась испорченной?

Кулак Райфа рассек воздух и пришелся прямо по носу Джакса.

– Следи, блядь, за своим языком.

– Что, черт возьми, происходит, мужик? Мы действительно делаем это из-за какой-то цыпочки? – он схватил бумажное полотенце с тумбочки, чтобы остановить кровь.

– Мы делаем это, потому что ты отказываешься слушать. Все поменялось. И она уходит.

– Я никуда не уйду, – сказала я, заставив их остановиться и уставиться на меня. Я собрала посуду после ужина и проследовала к раковине, сохраняя подобие спокойствия. – Я никуда не пойду, Райф, – хорошо, что я не сказала, что лучше съем стекло, чем оставлю его.

Джакс тяжело вздохнул и стряхнул лохматую челку с глаз.

– Я не собираюсь оставаться здесь и дискутировать по этому поводу. Если это взорвется, значит, взорвется все. Я не собираюсь находиться в центре взрыва, – он указал пальцем на Райфа. – Просто подумай об этом. Если ты отпустишь ее, мы можем сказать нашей свободе пока-пока. Я не очень-то верю в то, что она говорит, – он выбросил грязное полотенце в ведро, сплюнул кровь, и схватил еще одно, направляясь к двери. – Кроме того, ты никогда не выкинешь ее из  своей головы. Ты украл ее, так что она твоя.

– Джакс, подожди.

Дверь захлопнулась, когда он ушел, и эхо сделало тишину между мной и Райфом еще оглушительнее. Я дрожала, боясь обернуться и посмотреть на него. Стул проскрипел по древесине, и я услышала как он сел на него. Не зная, что еще делать, я загрузила посудомойку, вопросы роились в моей голове, враждуя друг с другом, пока один, наконец, не вырвался.

– Ты рассказал ему про Зака?

– Нет, но я должен. Он прав, что злится. Его задница тоже на кону, если я отпущу тебя.

Я обернулась.

– Я не хочу, чтобы ты меня отпускал!

Он вскочил на ноги и перевернул стул.

– Неужели я недостаточно заставил тебя страдать? Блядь, Алекс… – его голос надломился под грузом вины и сожаления. Я не заслуживала этого.

С рыком я кинула стеклянное блюдо в воздух, и подпрыгнула, когда оно разбилось на маленькие осколки, создавая симфонию ярости.

– Мы уже прошли через это. Я устала! Пока ты был в тюрьме, когда тебя насиловали, – мои собственные слова душили меня. – Он трахал меня, – я опустилась на твердый пол, прижав колени к груди, и спрятала лицо ладонями. – Ты должен ненавидеть меня. Я ненавижу себя.

Его шаги гремели по всему дому, когда он подошел ко мне и схватил за волосы.

– Ты не получишь этого, – прорычал он. – Я хочу, чтобы ты покинула этот проклятый остров, была далеко от меня, потому как я не ненавижу тебя, – его кулак сжал мои волосы и потянул вверх, пока я стояла на носочках. – Наблюдать за тем, как твой рот скривился от боли, за тем, как ты борешься, чертовски меня заводит.

Мои губы приоткрылись, дыхание стало поверхностным. Я расставила ноги немного шире, морщась вновь, когда он усилил свою хватку. Я скользнула рукой себе в трусики, и погрузила пальцы в свое желание.

– Все, что тебе нужно сделать, это посмотреть на меня, и я уже становлюсь мокрой, – я вытащила свои пальцы и приложила их к его рту, как бы доказывая свои слова. – Но когда ты такой грубый, – я ахнула, когда он дернул мою голову назад и начал сосать мои пальцы. – Клянусь, я умру, если ты не трахнешь меня.

Его глаза встретились с моими, держа меня в плену, когда его язык метался между моим средним и указательным пальцами. Он укусил меня, наблюдая за моей реакцией, и когда я не отреагировала, он выпустил пальцы изо рта.

– Я дам тебе всего лишь один шанс, чтобы уйти, – он отпустил мои волосы и отошел. – Ты никогда не услышишь обо мне снова, никогда меня не увидишь.

Я следила за тем, как он отступал.

– Как ты вообще можешь думать об этом? Я хочу тебя, Райф, – чтобы подтвердить свои слова, я схватила его эрекцию.

Он сжал пальцы вокруг моего запястья.

– Ты давишь.

– Что ты собираешься делать? Раздеть меня? Снова закрыть меня в подвале? Заковать меня?

– Нет, – сказал он. – Но я могу задушить тебя или, еще лучше, я могу притащить твою задницу в ванную и заставить отсосать мне.

Я начала вырываться из его хватки и споткнулась, мое сердце колотилось в бешеном ритме.

– Ты не сможешь.

Он подтянул меня вперед, пока моя грудь не соприкоснулась с ним.

– Ты знаешь, что могу. Никаких шуток, милая. Время решать. Остаешься или уходишь?

– Остаюсь, – альтернатива никогда больше его не увидеть, никогда больше не испытать его поцелуй или то, как его тело прикасалось ко мне, это было тем, что я не собиралась отпускать. Если причинение боли, которую он жаждет причинять, освободит меня от тяжести моего груза и облегчит его боль, тогда я вынесу ее, и неважно какие будут последствия.

Он поднял меня на руки и направился к лестнице. Я скользнула на ноги, шаркая ими в предвкушении, когда он опускал лестницу. Как только мы забрались на чердак, он притянул меня к себе, прижав спиной к груди.

– Я собираюсь заставить тебя умолять меня, заставить плакать, пока тебе не станет трудно дышать, ожидая меня.

– Слишком поздно.

– Ты поняла, почему достигала оргазма рядом с ним?

Я прикусила губу, кивая, губы начали дрожать, так как память начала подкидывать обрывки воспоминаний.

– Потому что я облажалась.

– Так же как и я, поэтому мы облажались вместе, но я хочу, чтобы ты ответила первая.

Я посмотрела на него через плечо.

– На что?

– Ты когда-нибудь жаждала его так, как жаждала меня? – он схватил меня за бедра и поднял, обвивая мою ногу вокруг своей талии. – Разве твое тело не извивалось и не трепетало для него, – он просунул руку между моих ног, погружаясь пальцами вовнутрь, где бушевало пламя. – Так, как оно трепещет для меня?

– Никогда, – простонала я, давя на его ладонь.

– Тогда отпусти вину и стыд. Он вил из тебя веревки, использовал это против тебя. И я собираюсь заставить тебя принять это.

Он переместился и дернул мои штаны вниз по ногам. Далее последовали мои трусики, которые он порвал своими сильными пальцами. Взяв воротник моей кофты обеими руками, он потянул его, пока не разорвал по шву, прямо до моего пупка. Я уставилась на него с удивлением.

– Райф…

– Не говори ничего. Просто чувствуй.

Я чувствовала, все правильно. Он стянул порванную рубашку с моих плеч и спустил лямки моего бюстгальтера. Он опустил атласные чашечки, и мои груди вывалились, делая этот кусочек одежды еще более запрещенным. Я ощущала тяжесть его взгляда на мне, его язык рисовал немыслимые узоры на жаждущих губах, и я бы отдала все, чтобы ощутить этот язык на моей коже, но он не делал этого, не прикасался. Он только смотрел и смотрел, пока я стояла и думала, что взорвусь под одним его взглядом.

– Иди в кровать.

Я пошатнулась, ноги были слишком ватные, чтобы делать что-либо, и я упала на кровать. Я потянулась, чтобы расстегнуть лифчик, но его рык заставил меня замереть.

– Не делай ничего, пока я не скажу тебе, поняла?

Я кивнула.

– Становись на колени, руки за спину.

Я повиновалась ему без колебаний, с трудом сдерживая волнение где-то глубоко внутри меня. Он медленно преодолел расстояние между нами, словно хищник, осматривающий свою добычу, по пути скидывая с себя одежду. Джинсов уже нет, они на полу. Шаг. Боксеры полетели в неизвестность. Он забрался на кровать позади меня, и я вздрогнула, когда ощутила его руку у себя на животе, пальцы, миновав пупок, направляются к моей пульсирующей от возбуждения киске. Он потянул мою голову назад, пока мои глаза не оказались на уровне его подбородка, и отпустил. Его губы сомкнулись у меня на ключицах. Он легко кусал меня, оставляя следы, словно метки. Мои соски превратились в два бутона, а кожа пошла мурашками от головы до пят. Я никогда такого не ощущала, поэтому была готова разлететься на кусочки от удовольствия.

Он дразнил меня, проведя по моей щеке до уголка рта, и, в результате, его щетина оставляла грубые следы. Его пальцы скользили внутри меня. Я застонала, моля его о поцелуе.

– Ты такая мокрая. Влажная и горячая, – он отпустил мои волосы и сжал горло, беря меня в плен своего тела. Его взгляд упал мне на рот, и я не могла не заметить его жажду поцеловать меня.

Этот мужчина многое заставил меня ощутить, но прежде всего стремление. Разорвать себя на части, чтобы добраться до него.

– Ты мне нужен, Райф, – прошептала я, боясь, что в глазах появится что-то большее, чем слезы. Он видел все, обнажая меня всю перед ним, прямо как мое тело сейчас. Я подчинилась ему, открывая свои бедра шире для его прикосновений, выгибаясь ему навстречу, мои груди, без тени смущения, выпирали вперед. – Я очень сильно в тебе нуждаюсь.

– Скажи мне что-нибудь, – сказал он, его пальцы скользили вперед-назад в моей киске, даря мне волны наслаждения.

– Что-нибудь.

– Ты была с кем-то еще?

– Только с тобой, – я не упоминала Зака. Он не считается, и с довольным блеском в глазах Райфа, я поняла, что сказала правильно.

–Хорошо, – прорычал он. Когда его рот оказался на моем, раскрывая мои губы с отчаянной скоростью, он протолкнул язык внутрь, а пальцами все еще трахал меня. У него был привкус клубники, которую он ел раньше.

Я не могу больше сдерживаться. Я должна коснуться его, или я сгорю. Я сунула пальцы в его волосы и ухватила его так, будто никогда не хотела больше отпускать, призывая его язык проникнуть глубже. Его поцелуи завели меня, уничтожили, и я не хотела вновь собираться воедино. Нет, если только довериться его рукам, значит на секунду дольше чувствовать это. Я принадлежала ему каждой частичкой своей израненной души.

– Блядь, Алекс, – сказал он, отрывая свой рот от моего. Его эрекция упиралась мне в зад.

– Ты мне нужен. Пожалуйста.

– Я трахну тебя тогда, когда посчитаю нужным. Заведи руки за спину.

– Аах! – прокричала я, схватив его жестче за волосы.

Он перевернул меня на спину, и вжал мои руки в матрас. Его тело возвышалось надо мной, держа меня в ловушке его опасной мужественности, и я была желанным пленником. Я свободно повернула ключ в замке от незримых цепей, которые связывали меня с ним.

Темная голова Райфа склонилась к моей груди, и он зубами потянул чашечки лифчика вниз. Я закричала, когда он жестко прикусил мой сосок. Острая боль прошла сквозь меня и завернулась спиралью внизу живота. Я выгнулась, мышцы напряглись, когда он перешел к другой груди.

Я шипела, лишь бы только не выть, извиваясь под карающим вниманием его рта, но он не остановился. Он бы не остановится. Милосердие было его подарком, его удержанием. И я отдала ему свой единственный шанс на свободу.

Его пальцы болезненно сжали мои запястья, удерживая меня, что делало мою борьбу бесполезной. Он раздвинул мои ноги в стороны и пристроил член ко входу, протиснулся немного и снова вышел.

– Пожалуйста… – я собираюсь умереть. Если бы было возможно упасть мертвой, лишь бы не терпеть и не получать мучительные пытки, находясь в постоянном возбуждении, которое только усиливалось от боли, тогда бы я потерялась. – Райф, ради Бога, трахни меня уже.

– Ты собираешься отдать мне всю себя, – он поднял голову и посмотрел на меня. – Я собираюсь задушить тебя. Все еще хочешь остаться?

Я закусила губу, чтобы она прекратила дрожать.

– Есть ли у меня выбор? – я только спросила, дабы испытать его и увидеть, как далеко я могу зайти. Если бы он все еще собирался отпустить меня, тогда я узнала бы, что некоторые части внутри его все еще боролись. Этот парень всегда даст право выбора, всегда делает правильные вещи, даже если в процессе этого он будет кого-то трахать.

Он отпустил мои запястья, и схватил мою шею.

– Твой шанс выбирать прошел. Держись за поручни. Если отпустишь, я не разрешу кончить.

Я прикоснулась к холодному, жесткому металлу и крепко сжала руки.

– Зачем это нужно? – спросила я, у меня получился гортанный звук, так как мои дыхательные пути были крепко сжаты.

– Душить твою прекрасную шею для меня слаще, чем трахать тебя, – он наклонился ко мне с еле сдерживаемым стоном, и задержался в нескольких дюймах от моего лица. – Ничто не доставляет мне столько удовольствия, – он остановился на секунду, наклонив голову. – Но это так же и доверие, знание своего места. Твое удовольствие имеет определенную цену. Я хочу каждую часть тебя, всегда.

Он медленно протолкнул свой член в меня и задрожал.

– Я серьезно. Если ты отпустишь, я заставлю тебя страдать.

Я схватилась за них сильнее, решив повиноваться ему, чтобы доказать, что я могу быть той, кого он хочет, в которой нуждается, но мое сердце билось слишком громко. Если бы не его чувственный ритм, его неглубокие толчки, я бы запаниковала, так как давление на моем горле возрастало.

Его чувственность стала для меня неожиданностью, и я сдалась. Сквозь дымку, я заметила, что его лицо потерялось в смеси боли и наслаждения, и я поняла, что, будучи лицом к лицу, так же как и наши тела, соединяющиеся вместе в нежной агонии – это ранит его, где-то глубоко в душе. Я видела то, как он прикрыл свои глаза, смотря на меня, и показывал, что я несу часть его муки. Глаза закрылись, потому что наблюдать за тем, как он наблюдает за мной, разрывало меня на куски.

– Не прячь их. Я хочу видеть твои глаза.

Я посмотрела на него и связь между нами стала неразрушимой. Никто из нас не отвернулся, когда он вошел на полную глубину. Он скользил вперед-назад, его движения были нежными, а вот его руки терзали меня. Он сжимал их сильнее, сдавливая мои дыхательные пути, по мере нарастания оргазма, и к его финальной точке.

– Позволь мне кончить, – умоляла я.

– Нет, пока ты не будешь кричать об этом, – он вошел с таким сильным толчком, что мы оба закричали. – Нет, пока ты не сможешь дышать, – сказал он со стоном. – Черт, я хочу, чтобы ты просыпалась в огне, – его руки сжали сильнее, и я изо всех сил терпела, чтобы не противиться ему, и держала поручни так крепко, что мои суставы начали ныть.

Наши взгляды все еще были одним целым, пока он душил меня. Момент был нереальным, его глаза сверкали, как изумруды, в те несколько секунд, когда я повернула свою жизнь к нему. Все вокруг него становилось черным, он был единственным четким пятном в мое видении, в моем мире, в моем сердце. Я открыла рот, чтобы произнести его имя, словно в последние минуты жизни. Но оно не прозвучало.

– Не борись с этим. Еще пару секунд.

Когда я пришла в себя, его имя сорвалось с моих уст, и я ощутила, как его голова исчезает у меня между ног. Он прижал свой язык к клитору и сильно надавил. Я корчилась и извивалась, конечности дрожали у него на плечах, и я начала задыхаться. Я хотела вонзиться себе в шею, но мои пальцы держали изголовье кровати. Я не отпущу, не важно, что произойдет, я не отпущу.

– Райф! – прохрипела я. – Мне нужно кончить. Позволь мне кончить, – я стала повторять эти просьбы, пока они не превратились в непрерывную молитву. Не знаю, как это возможно, но он всегда держал меня на грани. Его пальцы и язык возносили меня высоко, и мои стоны разносились по всему чердаку. Ничто на Земле не было так хорошо, как он между моими коленями, он лизал, сосал, изводил меня пальцем и просто выводил круги своим языком.

Святое дерьмо.

Он добавил еще один палец, и прислонился ртом к внутренней стороне бедра и прикусил. Его пальцы так работали во мне, что я с визгом извивалась в кровати. Его зубы впились глубже, и этот укус распространился по мне, пока я не вышла из-под контроля и не потерялась в беспомощности. Он поднес руку к моей груди и выкрутил сосок, что заставило меня кричать.

Не отпускай поручни… что бы не произошло, не отпускай.

– Пожалуйста… пожалуйста… дай мне.

Он отстранился от меня и сел на корточки, а я уставилась на него, словно не в своем уме, так как вся кровь прильнули вниз, и умоляла об освобождении. Мои слова, будто забавляли его.

– Ты словно инструмент, на котором я люблю играть. Я могу бренчать на тебе часами. Мне нравится этот способ – дикий, отчаянный и чертовски безумный, желанный.

– Ты когда-нибудь простишь меня? – я заерзала, когда слезы скатились по моим щекам. – Я сделаю все. Пожалуйста, я нуждаюсь в тебе.

– Просто прощение не сотрет все восемь лет из головы. Я не могу просто взять и вычеркнуть все это дерьмо из моей головы.

Я покраснела от стыда, когда поняла, в каком виде лежала перед ним, мокрая, а его разум держал его в прошлых ужасах.

– Я сделаю все, чтобы ты вернулся, Райф.

Его брови изогнулись над красивыми глазами.

– Кто я для тебя? Какая-то фантазия, которую ты питала все эти годы? Что я значу для тебя?

Я застонала.

– Ты мое начало и мой конец. Ты мое все.

Медленно, на его лице отразилось что-то, что отдаленно напоминало нежность, он скользнул ко мне и снова взял меня в свои руки.

– Ты определенно знаешь, как усугубить ситуацию, милая, – с тяжелым вздохом, он снова вошел в меня. Его толчки были обычными. Его рука у меня на затылке держала меня на месте, когда он покусывал мою шею. Его тело окутывало мое, словно заветный подарок, который он медленно открывал.

Он схватил меня за шею, потянул зубами, и я закричала, когда цунами началось. Я пульсировала и сжималась вокруг него, болело где-то глубоко и долго, и я не могла остановить поток криков, которые исходили из меня. Я схватилась за его волосы, больше не в состоянии держать металл, когда я могла держаться за него, не тогда, когда я кончала. И как только эта волна ушла, пришла другая. Он не прекращал движение, не замедлился и не ускорился. Он обрабатывал мое тело, словно я была только для него.

– Сделай это снова, – сказал он грубым голосом, что было чертовски сексуально. – Кричи для меня. Открой свою душу. И я сделаю это еще раз.

Я снова закричала, мое лицо было в беспорядке от слез и пота, и я ухватилась за его плечи, запустив в них ногти.

– Я люблю тебя, – я задыхалась, когда последние силы покинули меня. И я превратилась в желеобразную массу в его объятиях.

– Нет, останься со мной, – он по-прежнему двигался внутри меня, его зубы впились в мои губы, так как он был на грани. Он уронил свою голову мне на плечо, подавляя стон, и излился в меня.

Время остановилось, секунды тикали в бесконечном потоке, пока мы держали друг друга, и в конечном итоге, наше дыхание замедлилось. Смешанный с потом воздух окутал нас, запутавшихся в простынях. Я не знаю, сколько времени прошло, но его лицо оказалось напротив моего. Я вдохнула, когда он выдохнул, моя грудь вздымалась вместе с его грудью в одном ритме. Моя кожа покалывала и пылала с головы до пят, и я вздрогнула, потому что он все еще был внутри меня, и его эрекция нарастала снова.

– Это все еще чертовски трудно. Я не могу насытиться тобой, – он вжал меня в матрас и положил руки над головой. Это желание все контролировать больше не пугало меня. Это заставляет меня чувствовать себя связанной с ним, живой. Отдавая ему это, я ощущала, будто отдаю обратно эту маленькую частичку его. Я никогда не смогу искупить свой грех за годы мучений, к которым я привела его, но я могу отдать ему всю себя по маленьким кусочкам.

– Я никогда не ощущала себя так, – прошептала я.

– Как?

– Как ты. Будто я не могу насытиться.

– Моя ненасытная маленькая шлюшка, – его губы изогнулись в улыбке напротив моих, уменьшая остроту оскорбления. В отличие от Зака, говорившего так, эти слова приобретают разные значения, когда их произносит Райф. Такие, как гордость и собственническое отношение. Его пальцы сжались вокруг моих запястий. – Моя сексуальная маленькая шлюха. Я ждал слишком долго, чтобы оказаться внутри тебя, – его свободная рука гладила мою челюсть, а губы и язык боролись с моими. Мы нуждались в воздухе, и он укусил меня за плечо.

Я вдохнула сквозь стиснутые зубы.

– Мое желание ранить напугало тебя?

– Нет.

– Это ничто, Алекс. У меня есть парочка испорченных фантазий, которые я никогда ни с кем не пробовал.

Я должна была хоть чуть-чуть испугаться его признания, но поняла только одно – он никогда не делал вещей, которые хотел делать со мной.

– Например?

– Поговорим об этом как-нибудь в другой раз.

– Раайф, – простонала я.

– Мне нужно заставлять тебя плакать. Часто. Мне нравится вкус твоих слез.

– Мое сердце уже делает это. Делай то, что хочешь. Я твоя.

– Ты еще пожалеешь об этом.

Дрожь пронзила меня. Он сказал это с такой уверенностью, что у меня перехватило дыхание. Ему не нужно использовать свои руки, чтобы убить меня.

Он вышел из меня и сел на колени.

– Переворачивайся.

Я плюхнулась на живот, и вздрогнула, когда легкий озноб прошел по моей спине.

– Я не закончил с тобой. Еще нет.

Двадцатая глава

Незваный гость

Алекс

Что-то произошло. Эта мысль промелькнула у меня в голове, и я решила проверить. Я потянулась за Райфом, но мои пальцы нащупали только пустоту. Его сторона все еще излучала теплоту его тела, значит, он ушел недавно. Я подсочила, в глазах потемнело, и я начала моргать. Мы, наверное, уснули после второго раунда наших игр.

Чердак был таким же, как мы его и оставили, хотя судя по теням, я поняла, что солнце уже зашло. Как только мои глаза привыкли, я заметила, что лестница была закрыта, так же как и дверь в ванную. Вокруг кромешная тьма, значит он не в туалете. Обмотавшись в простыню, я на цыпочках подошла к лестнице и с громким лязгом отпустила ее, подпрыгнув от неожиданности. Я собралась позвать Райфа, как вдруг второй голос остановил меня.

– Кто там? – вопрос Зака поднялся прямо по лестнице, и я закрыла рот рукой, чтобы не закричать.

– Девушка, с которой я недавно познакомился. Слушай, давай поговорим об этом, когда ты протрезвеешь, – спокойный голос Райфа обволакивал меня словно мед, и я вздохнула, пока не поняла, что Зак действительно здесь, всего в нескольких шагах от меня. И он пьяный.

Я отшатнулась, вонзая ногти в руку, и теряла драгоценные секунды, думая о том, как он обнаружил мое присутствие. Они обменялись еще парой слов, но ни одно из них я не поняла. Я была слишком напугана, это словно кошмар наяву, если Зак обнаружит меня здесь, стоящую в простыне. Он пойдет и убьет Райфа. В безумном темпе я начала искать одежду и обнаружила свою кофту на полу. Она была порвана, поэтому я побежала к комоду и вытащила первую попавшуюся рубашку. Я начала мерить чердак шагами, скрипя зубами, когда пол скрипел, и слушала то, что оставалось вне поля моего зрения.

– Ты врешь! Я знаю, что она собиралась сюда.

– О чем ты говоришь? – голос Райфа был таким же неизменным, но я все равно сжала свои руки. Он может справиться со всем сам, я знаю, что он может, но я не могла выгнать воспоминания из моей головы. Зак становится сумасшедшим, когда ревнует, и не отдает отчета своим действиям, это словно смотреть, как лев выпускает всю свою злость на бедном кролике.

Райф часто успокаивал его во время их битв, но это жизнь. Это не тренировка или не бой по правилам в клетке, с толпой орущих фанатов вокруг. Это плохо.

– Эта маленькая сучка сбежала прямо к тебе в руки. Я не тупой. Она звонила тебе? Скажи, что она сказала, слово в слово. Я должен знать.

– Зак, серьезно. Я ничего не слышал от нее.

– Она всегда хотела тебя, и теперь она, – его голос сорвался. – мертва. Просто мертва. И это твоя вина. Я клянусь Богом, я порву тебя на маленькие кусочки, если ты не скажешь мне, что она сказала тебе.

– Меня обвиняли в ее изнасиловании, помнишь? – голос Райфа едва не выдал его. – Так почему бы ей бежать сюда? Это не имеет смысла.

Господи, он такой умный, и за это я полюбила его еще больше. Зак не может спорить с ним, потому что он просто выдаст себя.

– Тогда почему ее машину вытащили из реки, вниз по ебаному шоссе? – закричал он.

– Я не знаю.

– Я не уйду без нее, – Зак подавился. – Я не уйду.

– Да ладно, мужик,– голос Райфа запнулся, и я вся напряглась. Что-то испугало его. – Опусти пистолет вниз.

Я ахнула, а затем ударила руками по своему рту, но было слишком поздно. Звук эхом разошелся, словно сирена, и я была уверена, Зак услышал его.

– Попроси свою знакомую спустится вниз.

– Это только между мной и тобой, – сказал Райф. – Я едва ее знаю. Она не должна быть частью этого.

– Спускайся вниз! – прокричал Зак.

Я споткнулась вниз по лестнице, мои ноги сильно дрожали, Райф остановил меня от того, чтобы я проехалась по лестнице. Он спрятал меня за спину, но я все же увидела, как глаза Зака округлились.

– Какого черта? – он указал пистолетом в сторону Райфа. – Лэкс?

– Иди домой, – сказала я ему, ненавидя то, как мой голос звучал. – Я позвонила в полицию. Они… Они скоро будут здесь, – эта была ложь, Райф знал это, так как у меня не было телефона, и я уверена, что Зак тоже догадался об этом, из-за того как мой голос дрожал.

– Невероятно, – смех Зака заставил меня съежиться. – Думаешь мне не похуй на копов?

Райф напрягся, словно струна, и я волновалась, так как Зак мог выстрелить в любую секунду, но он завел руку за спину и взял мою, будто я могла успокоить его.

– Что ты хочешь, Зак? – спросил он.

– Видеть тебя мертвым.

Я подавила ком в горе и крепче сжала руку Райфа.

– Пожалуйста, оставь нас в покое.

Зак указал пистолетом на меня.

– Выйди оттуда.

– Н… нет.

Спина Райфа напряглась, и его пальцы сжали мои.

– Сейчас же! – Зак пошатнулся вперед. – Выйди, или клянусь Богом, я выстрелю в него.

Рыдания вырвались наружу, так как я услышала правду в его словах. Даже если они ничего не значат, пистолет все еще присутствовал. Он был слишком близко, он не допустит прямого выстрела, чтобы выстрелить и ранить или убить его. Я отодвинулась от Райфа, но он не отпустил моей руки.

– Не трогай ее. Ты хочешь выстрелить в меня, давай же, но ты не коснёшься ее.

– Не испытывай меня, – прорычал Зак, поднимая пистолет.

Я вырвалась и бросилась к Заку, сжимая его плечи, а дуло пистолета было нацелено на мою грудь.

– Я здесь, не трогай его.

– Что ты творишь? – закричал Райф.

– Назад,– предупредил Зак. – Не заставляй меня ранить ее.

Я не могла видеть реакцию Райфа, но губы Зака изогнулись в опасную линию.

– Ты трахалась с ним?

– Зак, – умоляла я, избегая его злого взгляда.

Он грубо тряхнул меня свободной рукой.

– Отвечай на вопрос!

– Да.

Он плюнул в меня, и я подавила желание отступить назад, когда вытирала свою щеку рукавом. Он только показал свою слабость. Пока я стояла между Заком и Райфом, он не мог выстрелить в него. Каким-то образом я должна забрать у него пистолет.

– Почему, Лэкс? Почему ты не можешь любить меня так, как я тебя люблю.

– Если ты любишь меня, ты успокоишься и подумаешь над тем, что ты творишь, – мои слова, видимо, оказали должный эффект. Он выдохнул, и я почувствовала, как пистолет опустился на несколько дюймов вниз по моей груди.

– Конечно же, я люблю тебя, детка. Я единственный, кто любит тебя. Он просто ошибка природы, – он попытался оттолкнуть меня, но я вцепилась в его пиджак.

– Давай уйдем, – сказала я. – Прямо сейчас. Мы уедем далеко отсюда, только ты и я, – я провела рукой вниз по его груди, словно лаская, при этом скрывая истинную цель своего движения – пистолет.

Райф резко дернул меня назад, прежде чем я приблизилась к оружию, и прикрыл меня своим телом.

– Блядь, нет. Ты и шагу не сделаешь отсюда с ним, – удерживая мою руку, он махнул в сторону пистолета. – Почему бы тебе не положить пистолет и драться со мной, как мы привыкли делать это раньше, или ты уже слишком слабый, чтобы осилить меня?

С рычанием, Зак спрятал пистолет за пояс.

– Ну, давай же, мудак. Я даже во сне с тобой справлюсь.

Без пистолета Зак не представлял никакой угрозы, у Райфа не будет проблем, чтобы справится с ним.

– Ты не был заперт в одной камере с закоренелыми преступниками,– сказал Райф, когда двинулся к моему брату, его рука выскользнула из моей. – Я собираюсь порвать тебя за то, что ты сделал со мной, за то, что ты изнасиловал собственную сестру, ты больной ублюдок, – он повел плечами, став в широкую позицию и сжав кулаки.